# Проекции

Ольга Сергеевна Сотникова

Эта цитата изначально была набрана мной из книги не для Баринова, а для одного поэта, с которым переписываюсь, и использовалась в качестве авторитетного источника в давнем споре. Но оказалась пригодна и для него.

Эта цитата изначально была набрана мной из книги не для Баринова, а для одного поэта, с которым переписываюсь.Она использовалась в качестве авторитетного источника в давнем споре. Но оказалась пригодна и для него. http://zhurnal.lib.ru/b/barinow_a_e/00000001111223344.shtml


Вот только думается, что напрасно я занимаюсь просветительством: мой оппонент читать не умеет! Если он не смог прочитать Пелевина, то куда уж мне соваться со своим Юнгом!


***

Юнг К.Г. "Айон: феноменология самости". - Сознание и бессознательное: Сборник/Пер. с англ. - СПб.: Университетская книга, 1997. - 544 с.

Глава III. Сизигия: анима и анимус.


Что же, тогда, представляет из себя этот производящий проекцию фактор? Восток называет его "Кружащейся женщиной" - майей, которая создает иллюзию своим танцем. Не знай мы этого давным- давно из символизма сновидений, намек с Востока навел бы нас на правильный след: окутывающая, обнимающая и поглощающая стихия безошибочно указывает на мать, т.е. на отношение сына к реальной матери, к ее образу [imago]и к той женщине, которая станет для него, скажем так, матерью. Его Эрос пассивен, как у ребенка, и он надеется быть захваченным, всосанным, объятым и поглощенным. Он стремится, так сказать, в защищающую, питающую, успокаивающую сферу матери, к состоянию младенца, освобожденного от всех забот, в котором внешний мир молится на него и даже силой навязывает ему счастье. Неудивительно, что в этом случае реальный мир исчезает из поля зрения!

Если эта ситуация драматизируется, как ее обычно драматизирует бессознательное, тогда перед вами на психологической сцене появляется человек, живущий регрессивно, стремящийся вернуться в свое детство, к своей матери и бегущий из холодного жестокого мира, отказывающего ему в понимании. Часто рядом с ним на этой сцене выступает мать, которая не проявляет ни малейшей заботы о том, чтобы ее маленький сын со временем стал мужчиной, но без сна и отдыха, жертвуя собой, с неутомимой энергией делает и использует все, что могло бы помешать его взрослению и женитьбе. Вы замечаете тайный сговор между матерью и сыном и наблюдаете, как один помогает другому обманывать жизнь.

На ком лежит вина? На матери или на сыне? Вероятно, на обоих. Неудовлетворенное стремление сына к жизни и к миру следовало бы воспринимать серьезно. В нем есть желание соприкоснуться с реальностью, обнять землю и оплодотворить поле мира. Но он делает лишь несколько судорожных рывков, ибо его инициатива, так же как и его неизрасходованная сила, сломлены тайным воспоминанием о том, что мир и счастье могут быть получены в дар - от матери. Тот фрагмент мира, с которым он, подобно любому мужчине, должен сталкиваться снова и снова, никогда не будет вполне подходящим, поскольку он не падает к его ногам и не идет ему на уступки, но постоянно сопротивляется, подчиняется только силе и должен быть завоеван.

Эта сторона жизни требует от мужчины мужских качеств, пыла и, прежде всего, храбрости и решительности в тех случаях, когда случается ставить на карту все, что у тебя есть. Для этого ему и нужен бы был неверный Эрос, дабы он стал способным забыть свою мать и перенести боль утраты первой в своей жизни любви. Мать, предвидя эту опасность, заботливо прививает ему добродетели верности, преданности, лояльности, чтобы защитить от морального разрушения, составляющего риск любого жизненного приключения. Он очень хорошо усвоил эти уроки, и сохраняет верность своей матери. Разумеется, это вызывает у нее глубочайшую тревогу (когда, к ее вящей славе, он оказывается, например, гомосексуалистом), но в то же самое время доставляет ей бессознательное удовлетворение, безусловно мифологическое. Ибо, в царящих теперь между ними отношениях, находит свое завершение самый древний и священный архетип тесного союза (marriage) матери и сына. Что, в конце концов, банальная реальность с ее отделами записи актов гражданского состояния, конвертами с жалованием и ежемесячной квартплатой способна предложить, чтобы превзойти мистическое благоговение hieros gamos (др. гр. Священного брака)? Может быть, жену в венце из звезд, которую преследует дракон? Или ханжеские покровы недомолвок, окутывающие бракосочетание Агнца?

Этот миф лучше всего прочего иллюстрирует природу коллективного бессознательного. В его плоскости мать одновременно стара и молода, Деметра и Персефона, а сын - супруг и довольно посапывающий во сне грудной младенец, уютно устроившийся на руках у матери. Несовершенство реальной жизни, с ее утомительным приспосабливанием к ней и множеством разочарований, естественно, не может сравниться с таким состоянием неописуемого совершенства.

В случае сына, производящий проекцию фактор тождествен образу матери (imago), и потому считают, что это и есть реальная мать. Проекция может быть аннулирована лишь тогда, когда сын сознает, что у него в душе находится образ (imago) не только матери, но и дочери, сестры, возлюбленной, небесной богини и хтонической Баубо ( мифологическая жительница Элевсина, отличающаяся "веселым" нравом). Каждая мать и возлюбленная, без исключения, вынуждены стать носителями и воплощениями этого вечного образа, соответствующего самой глубинной сущности всякого мужчины. Он родом из него, этот опасный образ Женщины. Она олицетворяет верность, которую он, в интересах жизни, должен нарушать; Она - очень нужная компенсация риска, борьбы, жертв, которые обычно заканчиваются обманутыми надеждами; Она - утешение за всю горечь жизни. И, в то же время, Она - великий мастер иллюзий, обольстительница, которая втягивает его в жизнь своей майей, причем вовлекает не только в благоразумные и полезные занятия, но и в ужасные парадоксы и противоречия, где добро и зло, успех и гибель, надежда и отчаяние уравновешивают друг друга. Так как она представляет для него величайшую опасность, то и требует от мужчины всего его величия, - и если оно в нем есть, Она его получит.

Стр. 161: Этот образ...я предложил называть термином "анима", как указывающий на нечто специфическое. Эмпирическая реальность, суммированная в понятии "анима" составляет крайне драматическое содержание бессознательного. Можно, конечно, описать это содержание и рациональным, научным языком, но в этом случае полностью теряется его живой характер. Поэтому при описании жизненных процессов души я обдуманно и сознательно отдаю предпочтение драматическому, мифологическому способу мышления и говорения, поскольку этот способ не только выразительнее, но и точнее абстрактной научной терминологии, которая по обыкновению тешит себя надеждой, что ее теоретические формулировки могут в один прекрасный день свестись к алгебраическим уравнениям.


Стр. 162: Так как анима архетип, обнаруживаемый у мужчин, разумно предположить, что равноценный архетип должен быть в наличии у женщин; ибо также, как мужчины компенсируются женским началом, так женщины компенсируются мужским началом. И потому ее бессознательное несет на себе мужской отпечаток - анимус, соответствующий отцовскому Логосу, также как анима - материнскому Эросу.

И далее на стр. 172-173: аниму и анимус можно распознать только через отношение к партнеру противоположного пола, поскольку лишь в таком отношении их проекции становятся действующими.

***

Талантливого человека талант никогда не избавлял от каторжного труда и беспрерывной учебы. А, впрочем, мне все равно. Мне до Вас нет дела.