# Четырнадцатый архидемон (глава 18)

Станислав Дементьев

Хранительница Зала Пилюль.

Зал Пилюль был спроектирован необычно для Секты Шести Печатей. Массивный квадрат из белого мрамора, увенчанный золотым куполом занимал большую часть горного плато. Величественные двери, почти что ворота, из кроваво-красного сандала, украшенные позолоченным узором в виде переплетающихся драконов, были сейчас открыты для всех желающих. А всё же Вален потратил некоторое время на спор с парой привратников. И, в конце концов, убедил одного из них пойти, доложить самой Хранительнице Лерии о его приходе.


Возможно, спор окончился бы ничем, если бы не присутствие Кантоса за спиной Валена. Но в сам Зал Пилюль Кантос с ним не пошёл.


Центральная часть Зала, куда сейчас вступил Вален, была залом в прямом смысле слова. И внутри этот зал выглядел намного более впечатляющим, чем снаружи. Купол потолка был расписан звёздами и так убедительно повторял вид настоящего ночного неба, что несведущий ученик мог бы счесть это не волшебными фресками, а порталом. Центр зала занимала величественная бронзовая печь в два человеческих роста - сейчас холодная. Вдоль стен стояли тигли и котлы, располагались замысловатые магические круги и столы, уставленные стеклянной алхимической утварью. Многочисленные проходы вели в боковые помещения - внутри Зал Пилюль явно был больше, чем снаружи. Впрочем, там, где пространственные кольца-хранилища считались зауряднейшим волшебством, существование таких зданий не удивляло.


Валену хватило времени, чтобы всё это разглядеть, пока он дожидался возвращения привратника, ушедшего к Лерии. А затем от любования окружающей красотой его отвлекли два человека. Которые сидели за одним из столов и заметили Валена в тот же момент, когда он заметил их. Неестественно худой юноша в оранжевом халате - Гелат Зот. И высокая, русоволосая девушка в фиолетовом. Та самая, с которой он повстречался на входе в Зал Записей, перед тем, как налететь на Гелата - Нельда Нан. Значит эти двое - пара. Или, по крайней мере, друзья с общими увлечениями. И перед прошлой встречей, он провожал её, а не караулил Валена специально. А может всё же караулил? Если один из них сейчас подойдёт, чтобы устроить сцену, можно будет заподозрить, что они как-то узнают, куда он направляется.


Но Гелат и девушка лишь обменялись с Валеном враждебными взглядами. И вернулись к возне со склянками и чашечками.


Вален отошёл назад и обратился к оставшемуся у дверей привратнику:


- Почтенный старший, а вон та ученица, которая сейчас сидит вон там, с учеником Закаро, она здесь часто бывает?


Привратник смерил его взглядом, в котором даже прежний Вален уловил бы презрение:


- Молодая госпожа Нан здесь бывает чуть ли не каждый день. Она - восходящая звезда своего рода и нашего Зала. Такая юная, а уже два цвета, говорят, скоро будет третий.


"- Что, бездарь, годный только двери сторожить, думаешь, я заметил красивую мордашку и тут же нацелился на птицу не своего полёта?" - подумал Вален. Но вслух лишь вежливо поблагодарил за информацию. Ведь именно такое впечатление он и хотел создать у привратника.


Кстати. Учитывая возраст прежнего Валена и то, насколько сильным могло быть воздействие его чувств - а почему он ещё ни разу не обратил внимания ни на чьи красивые мордашки? Как-то странно. Нет, вроде бы у него раньше были девушки, минимум две... И когда на тебя день за днём валятся суровые испытания, после которых ты еле доползаешь до постели, чтобы заснуть как убитый, даже подростку станет не до глупостей. Но тем не менее - у его тела всё нормально в половой сфере?


Вален получил ответ на свой вопрос пять минут спустя, войдя в кабинет к Хранительнице Лерии.


Насколько он успел заметить, почти все женщины-практики были красивы. Но красота красоте рознь. Госпожа Зала Пилюль выглядела потрясающе, даже не прилагая для этого ровно никаких усилий. Точнее, если она и прилагала усилия, то профанам вроде Валена было не под силу увидеть их признаки. Лерия носила белый с золотым шитьём халат обычного покроя - но он не мог скрыть изгибов её фигуры. Её волосы сверкали как живое серебро - никакого сравнения с сединой того же Кантоса - даже будучи заплетёнными в простой узел на затылке. Кожа на её правильном, строгом лице оставалась гладкой, а губы розовыми безо всякой косметики. Длинные пальцы были изящными, несмотря на коротко постриженные ногти. На вид лет тридцать, но то ли случайно, то ли благодаря тщательному подбору видимого возраста, зрелость лишь подчёркивала её красоту.


В общем, пока они обменивались обычными приветствиями, Вален неожиданно понял, что хорошо бы ему говорить, смотря Лерии в её глубокие, почти гипнотически красивые янтарные глаза... нет, лучше вообще в переносицу. Потому что он, придя сюда для крайне важной беседы, теперь думает совсем не о том. А ему и так предстоит ходить по горячим углям - не хватало ещё лично оскорбить Хранительницу! Учитывая остроту чувств высокопоставленных практиков, оскорбить её будет совсем несложно.


Горячие угли не замедлили материализоваться:


- Вален, сын Арамы. Ты стоишь здесь только потому, что мне интересно: какой именно извив мыслей твоей матери заставил её прислать тебя ко мне? Она считает, что тебе редко приходилось выслушивать отказы, и нужен опыт в этом?


Вален вежливо поклонился снова:


- Уважаемая старшая! Моя мать никуда меня не посылала. Я сам вызвался прийти сюда и купить у вас Пилюлю Небесного Равновесия. Видите ли, она очень нужна моему другу.


- "Прийти и купить?" Смелое утверждение с твоей стороны, младший. Но мне нравятся смелые юноши. Так что попробуй назвать причину, по которой я должна эту пилюлю продать. Только учти - если я подумаю, что с твоего языка слетают слова Арамы, то вышибу тебя отсюда, как пробку из бутылки, глазом моргнуть не успеешь. Я уже сказала собрату Кантосу - если она хочет что-то у меня попросить, пусть приходит сама, а не присылает мальчиков на побегушках. Кстати, если твой друг в итоге помрёт, не получив пилюли, то и виновата будет твоя мать, с её гордыней, а никак не я. Так что взывать к моему состраданию тоже не надо.


У Валена имелось всего несколько минут на обдумывание ситуации - Кантос довёз его до Зала Пилюль на летающей лодке. И эти минуты он больше думал об Араме и о том, что она, похоже, всё-таки была вполне честна с Наттаром. А не о том, что сейчас скажет. Однако кое-какие заготовки он набросать в уме успел.


- Уважаемая старшая Лерия. Говорят, что ваш ум равен вашей красоте и алхимическому искусству, - может и не говорят, но лесть нравится всем без исключений, надо пользоваться тем, что Вален ещё мальчишка, в словах которого не заподозрят тонкую попытку подколоть, - так что вы должны понимать - продав Пилюлю Небесного Равновесия, вы получите выгоду из ничего.


- Это как же? - на губах Лерии появилась лёгкая улыбка.


- Ответить несложно. Пилюля нужна моему новому другу Наттару, а он одарён от природы. Наверное, вы слышали, как он в одиночку побил троих старших. Ведь после этого матери и пришла в голову мысль принять его в ученики. Такой практик далеко пойдёт. Если вы согласитесь сейчас продать ему Пилюлю Небесного Равновесия - он конечно, запомнит ваше великодушие и станет вам верным другом в будущем. И я тоже ваше великодушие запомню.


Лерия фыркнула, заложила руки за спину. Кстати, это заставило ткань халата чуть-чуть плотнее обтянуть её впечатляющий бюст.


- Одарённых мальчишек в Секте Шести Печатей что грязи. Я готова побиться об заклад, что талант этого Наттара - предлог, а на самом деле Арама просто подобрала безродного внешнего ученика, чтоб он сейчас служил тебе куклой для битья. А потом вырос в твоего ручного зверя, бросающегося по команде. Такой практик далеко не пойдёт. Ты же его и будешь тащить назад, Вален. Говорить ты научился складно, но разве хорошо подвешенного языка достаточно, чтобы быть хорошим практиком? Твои же собственные слова выдают тебя - ты слаб и прячешься за чужими спинами.


Лицо Валена не изменилось, но внутри он почувствовал, как если бы противник в поединке небрежно отвёл все его удары и пробил успешную контратаку. Почувствовал в первый миг. Затем из глубины души поднялась волна гнева. Нет! Не хватало ещё оскорбить Хранительницу или закричать на неё, повести себя как мальчишка! Но гнев был слишком силён! И если у Лерии есть хоть половина от наблюдательности Арамы, она уже заметила его состояние по дыханию и сердцебиению. Бессмысленное притворство сделает только хуже.


Нет. Единственное решение - дать выход чувствам прежнего Валена и попытаться оседлать их, направить в нужную сторону. Вален ещё раз поклонился, накрыл ладонью кулак, не скрывая дрожи в голосе и руках:


- Уважаемая старшая Лерия. Этот ничтожный ученик действительно слаб и глуп. Вы можете сколько угодно осуждать меня, я это заслужил. Но не смейте говорить о моём друге как о простом слуге или возводить напраслину на мать! А если вы требуете её сюда чтобы поиздеваться, так знайте - я вам это припомню! Она сама может и простит вас, а я - нет! Вы так уверены, что я навсегда останусь слабым и глупым?


- Ого! Птенец распушил перья! - ответила Лерия. Тон её был скорее игривым, чем язвительным. - Боюсь, боюсь. Сразу продала бы тебе Пилюлю Небесного Равновесия, причём со скидкой за твой благородный нрав, да вот беда - у тебя денег нет. А те, что в кольце лежат - не твои.


- И с какой скидкой? - тут же поинтересовался Вален.


- Ну, пожалуй, тысяч до четырёх духовных нефритов. Погоди, я уже вижу, как думаешь, у кого бы столько занять. И, конечно, занять тебе будет несложно. Тот факт, что ты сын Наставницы и занимаешь на дело, которая она одобряет, послужит лучшим залогом. Вот только такие деньги всё равно будут не твоими.


Вален ненадолго задумался. Он понимал, что Лерия играет с ним в игру, но не знал, в какую. Не может ли быть так, что она просто дразнит его, держит наживку перед носом, чтобы потом уязвить побольнее? Возможно, но что ему до того? Ведь он не ранимый подросток... ну, в основном не подросток. Подыграв ей, он ничего не теряет.


- Старшая, а почему бы вам самой не одолжить мне эту сумму. Уж вы то, если пожелаете, сможете следить, возвращаю ли я вам те деньги, которые добыл именно своими силами?


- Да где же ты столько добудешь? Ну, допустим, одолжу я тебе на десять лет - обычный срок. Одолжу, конечно, не просто так, а с процентами, а то потом придётся убить пару-тройку просителей, чтобы у меня перестали каждый день клянчить денег. Через десять лет это будет уже снова шесть тысяч духовных нефритов. Если пересчитать на серебро - тонны три. Положим, за год ты станешь практиком, ещё года за четыре получишь второй цвет, а потом начнёшь собирать деньги... Положим, этот твой Наттар сделает то же... Двум практикам, не выскочившим за смертный предел, даже три тонны серебра честным путём за пять лет не добыть. А ты ещё поди, обменяй его на нефрит. Что до нефрита... Мы, алхимики, его загребаем больше всех среди практиков. Но за пять, даже за все десять лет в Зале Пилюль никому столько не заработать, если у него нет хотя бы третьего цвета. Даже сидя на маминых харчах и откладывая всё до крошки. Про остальных практиков, вроде тебя, и говорить нечего. Знаешь, неудобно выйдет, если из-за долга передо мной вы начнёте убивать и грабить.


- Уважаемая старшая Лерия, - Вален поклонился снова. - Вы рассуждаете очень здраво. Но я должен сказать: вы дважды ошиблись.


- И в чём же? - улыбнулась Лерия.


- Во-первых, я стану практиком не за год, а всего за полгода. Если Наставница говорит, что это возможно, значит возможно. Думаю, что и второй цвет получу куда быстрее, чем вы считаете. А во-вторых, а с чего бы мне не стать алхимиком? Неужели ваша вражда с матерью слишком глубока, чтобы принять её сына в Зал Пилюль?


Было ещё и "в-третьих" и "в-четвёртых", которые он решил не упоминать. Вален сомневался, что вообще останется в Секте Шести Печатей на десять лет и считал, что для сына Наставницы отдача долгов кому-то кроме Наставников - дело добровольное. Впрочем, если через десять лет он всё ещё будет здесь и цена явно не самой сильной пилюли всё ещё будет для него неподъёмной - значит, неспособность расплатиться, это самая меньшая из его проблем.


- Нет у меня никакой вражды с Наставницей Арамой Вен, - холодно ответила Лерия, прервав размышления Валена. - Это у неё есть вражда со мной, всего лишь потому, что я однажды сказала ей правду. Теперь, что касается тебя. Мы проверяли твои задатки алхимика и раньше. До нашего... недоразумения с Арамой. И дядя Тармон недавно проверил тебя снова.


"Дядя Тармон?" Вален припомнил Хранителя Зала Записей. Что-то не похож он был на родственника Лерии и на человека вообще. Как там вообще работает размножение людей и гуаев? Впрочем, не спрашивать же такие вещи у почти незнакомой женщины.


Лерия же продолжала:


- В общем, уже в двенадцать ты был умным мальчиком, с хорошим пониманием закономерностей. Будь у тебя хоть немного усидчивости - я бы давно пригласила тебя к нам в Зал. Но чего нет, того нет.


- Старшая, дети меняются с возрастом. Тем более, пройдя на волосок от смерти. Я могу обещать, что стану самым усердным из учеников. Как же не стать, если на мне будет висеть такой долг?


Лерия фыркнула, подбоченилась, так подчеркнув изгибы своей фигуры, что Валену снова пришлось резко сосредоточиться на её переносице:


- А я, конечно, не оставлю тебя без особого внимания, как ученика, потому что несколько тысяч нефритов, которые ты должен будешь вернуть - и для меня не мелочь. Интересно, не придумала ли Арама всю эту историю с пилюлей, просто чтобы устроить нашу встречу, не прося за тебя лично? Раз уж ты возжелал стать практиком, то создание сокровищ или алхимия - самые логичные пути для компенсации твоего "таланта". А Зал Пилюль в нашей секте стоит выше Зала Мечей.


- Уважаемая старшая Лерия. Я готов поклясться, что говорил чистую правду и в моих словах нет никаких уловок. Моему другу Наттару действительно нужна Пилюля Небесного Равновесия.


А в мыслях Валена мелькнуло: это Лерия тут кое-что придумала. А именно - отвлекающий вопрос, чтобы выпадом в сторону Арамы прикрыть собственные хитрости. Она намеренно подводила его к мысли сделаться алхимиком. Зачем? Можно было бы рискнуть и спросить прямо... если бы не опасность создать впечатление, что он теперь стал слишком проницателен.


- Шучу, шучу, - отмахнулась Лерия. - Пилюлю получишь и долговую расписку подпишешь, когда переговоришь обо всём с Арамой. Да, я знаю, что ты достаточно взрослый. Но надо сделать всё по правилам. Обвинения в том, что я вынесла мозг беззащитному ученику и вогнала его в огромные долги мне, поверь, совершенно не нужны. А насчёт карьеры алхимика вообще подумай три дня. У тебя в памяти, кстати, осталось, что занятия алхимией считаются недостойными практиков-воинов? Уделом слабых женщин и бездарностей, обделённых духовной энергией для настоящей битвы?


- Осталось, - соврал Вален. - Но что мне за дело до мнений практиков, которые хотят, чтобы я всю жизнь так и смотрел на них снизу вверх?


- Неплохо сказано. Но на всякий случай, всё же учти, пока будешь три дня думать: легенды о том, что мы, алхимики, можем набирать цвета, просто готовя и глотая пилюли - это легенды. Причём опасные для легковерных. Будь они правдой, никто не воротил бы от нашего занятия нос и все сильные практики сами занимались бы алхимией.


- Учту, старшая. Спасибо за честный совет, - Вален поклонился, перед тем как уйти.


Выпрямляясь после поклона, он подумал о том, не спросить ли Лерию про рыжеволосую девушку, о которой пока знал только то, что она встречалась с прежним Валеном. Вдруг эта девушка учится в Зале Пилюль. Но решил, что если учится, он всё равно скоро её здесь увидит.


*****


Проводив Валена, Лерия вздохнула, пригладила и без того безупречную причёску. Когда наставник Оритилл связался с ней сегодня и сообщил, чьими деньгами Кантос будет оплачивать дорогую покупку, он, конечно, надеялся, что она откажет Араме наотрез и поссорится с ней ещё сильнее. Лерия совершенно не хотела превращать свою личную женскую размолвку в вопрос большой политики Наставников. Но и разочаровывать Оритилла не стремилась.


Лерия Лорн была Хранительницей Зала Пилюль, на ступень ниже Наставников Секты Шести Печатей. На очень, очень высокую ступень. И в плане знания секретов секты, и в плане грубой силы. Поэтому она следовала принципу - не становиться ни на чью сторону в скрытых распрях Наставников, пока это возможно. К счастью, в разговоре Оритилл выдал, что следит за молодым Валеном. Лерия не могла сказать, выдал ли случайно, или намеренно.


Так или иначе, приняв Валена в Зал Пилюль, она покажет Араме, что не испытывает к ней истинной враждебности. А предложение следить за ним каждый день, когда он приходит в Зал для учёбы, ублаготворит Оритилла.


Что касается самого мальчика, у него действительно есть способности. И либо характер, чтобы взять большой долг на себя... либо острый ум, способный на месте понять её чуть ли не лучше, чем она понимала себя сама, поймать на нежелании заводить вражду слишком далеко и заставить отдать пилюлю, в обмен на долг, который ещё когда возвращать. Нет, не может быть - откуда такая проницательность у мальчика, отчаянно старавшегося не слишком пялиться на её грудь? Но в любом случае, у Зала Пилюль есть шанс получить неплохого эксперта, если сам Вален будет стараться и если вражда Наставников его не погубит. Разыграв всё верно, она не только вернёт свои деньги, но и сделает этого эксперта своим другом.

Кажется, выходит сплошной выигрыш для всех участвующих сторон?


******


Выкладка на этот раз будет происходить по одной главе в день. Продолжение можно прочитать на Author Today: https://author.today/work/457366. Там постоянно будет на 9-10 глав больше. Там же можно найти иллюстрации к тексту и различные дополнительные материалы.