# Доза позитива

Екатерина Анатольевна Степанидина

- Кэт, у меня к тебе большая просьба.

Взгляд Милорда был странно-прозрачным. Я сжалась. Было ясно как день: он в бешенстве. От этого всегда становилось жутко, даже когда знаешь наверняка, что это не по твоему поводу.

- Ты сегодня передала нам сообщение с Энтиды с запросом к кому-то из Владеющих Силой отвезти осуждённого на Аскатрас. Мы оба тебя просим, и Линн, и я, чтобы его отвезла ты. Потому что никто из нас его не довезёт.

Он помолчал.

- Потому что любой из нас его убьёт. А это не то, что требуется для правосудия Энтиды.

Я собралась было ответить, что нет проблем, но он остановил.

- И ещё. Самое главное. Обещай не открывать его дело и не выяснять, за что его осудили. Иначе тебе тоже захочется его убить. И ничто уже не сможет вернуть тебя в то время, когда ты ещё - не знала. Это... для тебя - слишком. Не травмируй свою душу.


***

...В космопорту Энтиды на стоянку пришли роботы. Это выглядело очень тревожно, - красивый невысокий человек и роботы-охранники, и шли они медленно, слишком медленно... мне на мгновение стало страшно: человек показался похожим на Линна. Но они поднялись на борт, и видение рассеялось, - да, похож, тоже светловолосый, но красив по-другому, и от этого обидно, как будто от обмана.

- Фиксирую на видео передачу осуждённого, - механически прозвенело в коридоре "Скитальца". - Передаю видео на контроль. Видео отправлено. Время старта звездолёта будет зафиксировано. Время ухода в гиперскачок будет зафиксировано. Информация будет передана на контроль.

- А чего вы сами не полетите? - не выдержала я. - Это же проще.

- Нами управляет служба контроля Энтиды. Вне Энтиды нет контроля. Мы не можем работать без контроля человека. С осужденным не могут работать простые люди. Могут либо роботы, либо Владеющие Силой. Информация достаточна?

Я кивнула.

- Будем считать, что достаточно. Вам надо зафиксировать координаты, по которым будет осуществляться гиперскачок?

- Это зона ответственности человека, не робота. Человек может лгать. Человек может показать одни координаты, потом поменять их на другие. Это зона доверия между людьми. Роботы не ответственны.

Осуждённый глянул в сторону и безмолвно усмехнулся. Роботы отвели его в большую каюту, и я наконец увидела, почему он медленно ходит: у него были скованы не только руки, но и ноги.

Роботы вышли обратно на стоянку. На обзорных экранах было видно, как они рассредоточились и окружили звездолёт, наблюдали за тем, как он оторвался от земли. Я вывела "Скиталец" в ясное синее небо, он пронзил лёгкую облачную пелену и ушёл в космос.

Когда начался гиперскачок, я поняла, что вынуждена пойти к осуждённому в каюту. В душе волной встало жгучее нежелание, как будто впереди ждало что-то плохое... и с этим ничего нельзя поделать. Можно было спрятаться от него в маленькой каюте или остаться в рубке, но мне стало противно: вот ещё, прятаться на своём собственном звездолёте... да кем бы он ни был!..

Я вошла в каюту. Он поднял глаза, - да, и вправду похоже, тоже голубоглазый, но иной, и нет, они не родственники, это случайность...

- А я ведь хотел, чтобы меня везли именно вы, - негромко сказал он и улыбнулся. - Получилось.

Его улыбка меня возмутила сразу.

- Зачем врать? Вы меня всерьёз дурой считаете? Я видела запрос, там просто просьба, чтобы отвез кто-то из Владеющих Силой, и никаких имён.

Он засмеялся - несколько принуждённо, как будто заставлял себя реагировать не так, как на самом деле хочет.

- Я умею гипнотизировать людей. Если бы не ваша система Силовой безопасности, они бы меня никогда не поймали.

Я пожала плечами. Мне надоело стоять посреди каюты, я подошла к нему и села рядом на диван. Он умудрился занять моё обычное место, и это тоже раздражало.

- Я вас чувствую, - просто сказал он. - Вот, значит, какая жена Линна даль Соль... А скажите... Ведь вы красивы. Вы наверняка нравитесь мужчинам. И - как?

- Никак. Я замужем, я люблю своего мужа. Всё.

- И вы не делаете исключений?

- Нет. И закройте эту тему. Мне неприятно.

Он внезапно оказался близко, я почувствовала тепло его тела совсем рядом, скованные руки потянулись к запястью... в следующий миг его ударил короткий разряд. Он отпрянул, - в глазах была боль и удивление.

- Зачем?!

- Я же сказала, что мне неприятно. Вы предпочли это проигнорировать.

Он пытался улыбаться, но ему всё ещё было больно.

- Я не представлял, что вы тоже Владеющая Силой!

- Это информация не для всех. Для всех я просто украшение кровати Линна. Удобно.

- Не злитесь, прошу вас... Как вы это сделали?! Это как... как молнии Императора?

- Нет. Просто статическое электричество. Оно есть постоянно. Его можно взять под контроль и использовать для самозащиты.

Он внезапно закрыл лицо руками.

- Создатель, ведь вы последний человек... Последний человек, с кем я общаюсь в жизни. И - женщина... Вы не понимаете! Дальше будут только роботы. Это такая тюрьма... Там ничего, ничего не будет. Я умру там. Это пожизненное. Я никогда...

Он замолчал. Я поймала себя на мысли, что пытаюсь понять, зачем он это говорит. Обычно я начинала сочувствовать... но этот автопилот удалось отключить. Сейчас - нельзя. Нельзя подцепляться на чужие эмоции... нельзя отдавать свои. Своё сочувствие, сострадание... нельзя становиться на чужую сторону автоматически, как привыкла. Иногда это трудно. Но сейчас - обязательно. И очень просто. Простое нежелание. Так - не отдают свои мысли. Не позволяют их читать. Один из инструментов Силовой безопасности, который мы дали людям...

- Ого... А вы можете вот так отгородиться и от Милорда тоже?

- От кого угодно. Это такая защита. Она не Силовая.

Он снова опустил руки.

- Пожалуйста. Поговорите со мной. О чём угодно, расскажите что хотите. Сколько там гиперскачок...

- Пять часов.

- Пять часов! И - всё... Я умру там.

Я пожала плечами.

- Мы все когда-нибудь умрём.

Голубые глаза вспыхнули. Я с содроганием увидела, что он плачет.

- Это одиночка. Это пожизненное. Там нет людей! Люди работают вахтами, они руководство тюрьмы, их мало... И до них не дотянуться. Послушайте, я же вижу... Вам жаль меня. Спасите меня, я вас умоляю, выпустите меня...

- Вы с ума сошли?

- Да! Давно...

- И как вы себе это представляете? Что я выхожу из гиперскачка и тут же ныряю снова? А на Аскатрасе я что скажу?

- Скажите, что я умер... Что вы меня убили. Этого многие хотят, это неудивительно...

- Ну да, и куда я дела труп? Улетела на другую планету прятать? Что за чушь...

Я остановилась. Можно подумать, я с ним обсуждаю план побега, ещё чего не хватало... И ещё почти пять часов сидеть тут с ним. Весело...

- Вы ведь освободили Скарвина. Вас приговорили к смерти за это. Я же знаю. А он тоже был осуждён навеки... и вообще Прародитель Зла. И вы не побоялись...

- Там были другие обстоятельства.

- Да какие другие! Вы ведь тоже знали, что он преступник, и всё равно...

До меня внезапно дошло: ему даже в голову не пришло, что я не в курсе его преступлений.

- Там были другие обстоятельства, - с нажимом сказала я. - Там был архипелаг Исчезающих островов, остров Золотой Звезды стал уходить под воду, и у нас не было под рукой никакого другого способа, чтобы подержать его на поверхности, пока мы не эвакуируем местных жителей. Скарвин руниа, он теоретически должен был справиться. И справился. Стыдно признаться, но если бы не эта необходимость, мы бы не стали его спасать.

- А если бы от меня вам был толк, вы бы меня спасли?

Я сразу хотела ответить, что мне от него толк быть никак не может, но спохватилась: это было бы совсем оскорбительно. Он глянул в упор и отвернулся.

- Вот видите, - мягко сказал он. - Всё-таки вам меня жаль...

Я встала.

- Знаете что... не буду я с вами тут сидеть весь гиперскачок. Здесь в каюте вы ничего не включите, не получится. Сбежать тоже некуда. Туалет, если надо, - вон там.

Он смотрел так, что мне стало страшно. А вдруг что-то случится...

Я решительно выскочила из каюты и ушла в рубку. Вывела на экран изображение от следящей камеры, - всё-таки лучше за ним присматривать... мало ли что.

Он откинулся на спинку дивана. Закрыл глаза. Показалось, - задремал... Показалось?

И всё-таки в рубке было спокойнее. Обычное дежурство во время гиперскачка, когда ведёт автоматика... можно даже какую-то мелкую игру включить. Вспомнилось: был момент, я готовилась к какому-то очередному экзамену, надо было впихнуть в голову много материала, и мозги периодически заклинивало, чтобы их вернуть в рабочее состояние, я убрала с экрана всё и начала играть. Было уже поздно, Линн лёг спать, за окном царила непроглядная чернота, а я сидела в кухне, у экрана за столом. Я нырнула в игру, мне действительно стало легче, - простые действия, мгновенный результат, у тебя хоть что-то получается, в отличие от реальности...

- Кэт, что ты делаешь? - спросил Линн за спиной так внезапно, что я вздрогнула и чуть не вскрикнула.

- Линн! Ты с ума сошёл, зачем так пугать?

Он подошёл ближе. Глаза были полны какой-то ещё не ушедшей жути.

- Прости.

Линн сел.

- Пожалуйста... покажи, что ты делаешь.

- Зачем тебе?

Он ответил не сразу.

- Понимаешь...

Он снова замолчал.

- Тебе что-то приснилось?

- Нет. Мне ничего не снилось. Да я и не заснул толком. Просто... я вдруг перестал тебя чувствовать. Совсем. Только что ты была, я слышал, как ты страдаешь по поводу своей учёбы... и вдруг раз - и нет. Всё так же, ничего не изменилось... а ты исчезла. Это так страшно!

От его голоса мне тоже стало страшно.

- То есть как это - нет? Я же вот...

- Да. Теперь есть. Но когда я выдрался из сна и пошёл на кухню... я тебя увидел, но тебя тоже не было. Ты смотрела в экран...

Я рывком повернула экран на него, - руки задрожали.

- Вот. Это игра. Я ничего не делала!

Линн потянулся к экрану, тоска и жуть в глазах стали отступать.

- Попробуй... попробуй поиграть. Так, как ты сейчас только что играла.

Я молча выполнила его просьбу. Поначалу меня просто трясло, я всё время ошибалась... и чувствовала взгляд Линна. Потом игра затянула, удалось сосредоточиться... начало что-то получаться, я как будто снова отключилась от окружающего мира... и меня вырвал обратно в реальность голос Линна, в котором было огромное облегчение.

- А, вот оно как...

Я обернулась. Он успокоился, стал обычным... и в ярких глазах снова было тепло.

- Что?

- Я понял, как это работает. Ты погрузилась куда-то... только не в мысли, это наоборот их отключает.

Он вздохнул.

- Тебе достался ненормальный...

Я решительно выключила игру и перебралась к нему.

- Я знаю. Я сама это выбрала.


***

...я глянула на экран от следящей камеры - и вскочила: осуждённый полулежал на диване в странной позе, как будто его что-то заставило скорчиться. Я бросилась в каюту, но застыла на пороге: вот подойду, наклонюсь к нему, а он меня вдруг схватит, и спасать меня тут некому... Но вдруг ему и вправду плохо, мало ли, что у него там со здоровьем? только я же не врач, я всё равно не помогу...

Я прислонилась к стенке, - внезапно ноги перестали держать. Ну и что мне теперь делать?! Взять медицинский сканер, хотя бы провести диагностику? На это меня бы хватило, но всё равно... а с расстояния можно? Сколько там надо прибору? Да нет, не получится, глупости это всё... А если он притворяется? Но зачем? Заставить меня приблизиться к нему? Изменить курс? Во время гиперскачка? Чушь, даже дети знают, что во время гиперскачка курс не изменишь... А если я не подойду? Если он притворяется, то не сможет же он так валяться долго, не получится...

Я присела прямо на пол возле стенки, достала видеофон и включила игру. Ну подождём...

Он так и не пошевельнулся. Когда автоматика объявила о том, что приближается конец гиперскачка, я вздрогнула, - показалось, что я задремала, и он меня разбудил. Шагнула за порог каюты, в панике захлопнула дверь... и заперла. Штатный пилот Центра по изучению Силы, ага... за такие полёты надо дополнительную плату требовать. На последующее лечение.

С Аскатраса дали курс на посадку, я поблагодарила.

- Да, и ещё... у меня на борту проблема.

- Какая?

- Пришлите медиков. С заключённым что-то не то. Я вам сейчас запись со следящей камеры отправлю, посмотрите сами.

Я очень хотела добавить, что у меня уже никаких нервов не хватает, но передумала.

На стоянке встречали опять роботы. Поднялись на борт, - сразу обнаружилось, какие они высокие. Подумалось: да, тут не сбежишь... разве что он умудрился исчезнуть из запертой каюты. Но тут я уже ни при чём...

Они принесли гравиплатформу, положили его, - странная поза не изменилась, и так неудобно со скованными руками... Теперь, когда глаза были закрыты, я увидела, что сходство с Линном на самом деле совсем небольшое, даже можно считать, что нет, только цвет волос... да и он тоже другой. Гравиплатформу вынесли со "Скитальца", и мне сразу стало легче.

Один из роботов подошёл ближе, вид у него был грозный, но доброжелательный.

- Заключённого принял, - сказал он. - Благодарю за помощь.

Я вздохнула.

- Он хоть живой?

- Технически - да.

- А что случилось?

- Он сам себя ввёл в глубокий обморок. Возможно, это летаргия, возможно, кома. Более точно на основе первоначального медицинского сканирования сказать нельзя.

- Сам?! Но как?

- Не могу ответить. Вопросы, связанные с саморазрушением человека, вне моей компетенции. Надо спрашивать у людей.

- Это что... попытка умереть?

- Возможно. Или попытка побега. В таком состоянии можно пережить похороны, избавиться от слежки, а далее действовать. В том случае, если похороны в земле, а не сжигание.

Меня пробрала жуть.

- А... если сжигают... он может не чувствовать?

Робот помолчал. Кажется, даже ему стало нехорошо.

- У меня нет данных. Вопрос вне моей компетенции.

Я шагнула к рубке - и остановилась.

- Знаете... когда вы разберётесь с его состоянием, сообщите мне. Я... надеюсь на понимание. Можно я не буду ничего объяснять?

- Как вам угодно.

Роботы ушли, я осталась одна. Мне дали разрешение на взлёт, звездолёт снова взмыл в небо, ещё мгновение - и я начну гиперскачок... и останусь одна на пять часов. От мысли о том, что предстоит сидеть в одиночестве, мне вдруг стало так плохо, что я немедленно начала вызывать Линна. На Артосе его не было, мне сообщили, куда он улетел, я с замиранием сердца стала снова вызывать, - а вдруг он не ответит, вдруг там какие-то сложности, вдруг он занят... Задним числом я удивилась, - и с чего это, можно подумать, первый такой гиперскачок в жизни, и вообще лучше уж одной лететь, чем с таким, как мой последний пассажир... Переобщалась с тем, кто будет пожизненно в одиночке сидеть?.. Странно...

Экран осветился, и при виде Линна на душе стремительно потеплело. Какой же он хороший... и как я могла подумать, что тот, другой, на него похож? Такие яркие глаза одни во всём мире...

- Ну как, отвезла?

Он словно хотел извиниться за сваленную на меня необходимость общаться с преступником, но не знал, как это сделать.

- Да. Я сейчас уйду в гиперскачок... хотела тебя увидеть.

Он заулыбался.

- Всё в порядке?

- Да как сказать. То есть я справилась с заданием, но теперь... мне нужна здоровенная доза позитива. В качестве лекарства.

Он несколько мгновений размышлял.

- Тогда прилетай ко мне. Тут... словом, встретимся - расскажу.

- Какие-то неприятности? - с тоской спросила я.

- Я сделаю всё, чтобы обеспечить тебе позитив! - живо пообещал Линн. - В общем, я тебя жду.


***

- Добрый день, господин даль Соль, спасибо, что прилетели. Вы, наверное, очень удивились, когда мы вас позвали на похороны Габриеля Тукана, правда?

Линн кивнул.

- Да. Я и сейчас не очень понимаю, что я тут делаю. Он ведь был инженером, одним из конструкторов Звёзды Смерти, правильно? Я так и не нашёл больше никаких фактов, которые могли бы нас связывать.

- Да. Совершенно верно. Из-за этого вы и здесь.

- Звучит интригующе, - признал Линн. - Я слушаю.

- Помните, - вентиляционная шахта, ведущая прямиком к реактору Звезды Смерти. Вы в неё попали, и это привело к взрыву. Надо полагать, повстанцы решили, что имперские конструкторы на ваше счастье просто оказались идиотами, да?

- Честно говоря, нам было не до размышлений о том, почему она там. Есть - и слава Создателю.

- После взрыва был проведен тщательный анализ - что это за уязвимость, как это было допущено. Словом, - это ошибка или преступление.

Линн встрепенулся.

- Вы хотите сказать, что это было устроено специально?

- Расследование ничего подобного не доказало. Но сейчас, когда Габриель Тукан умер, вскрыли завещание. В нём было признание - и просьба сообщить эти сведения лично Линну даль Соль. Тукан не был сторонником повстанцев, он всегда хранил верность Империи, но когда узнал, что за проект он создаёт, то решил, что так нельзя. Он не захотел быть виновным в уничтожении целых планет, поэтому создал эту уязвимость и полностью скрыл то, что это сделал он. Потому что у него была семья.

Линн ошеломлённо молчал. Накрыло: ну почему, почему порой оказывается слишком поздно сказать спасибо...

- Ничего себе... И как, за провал ответил кто-то другой?

- Ответили многие.

- Но не он?

- Именно так. Всем было известно, что повстанцы шпионят за имперскими разработками, - и легко предположить, что рано или поздно о проекте Звезды Смерти вы тоже узнаете. И он дал вам шанс.

- Так. Стоп. Получается, он не имел никакой связи с Камерелем эр-Ниадой?

- С кем?

- Был такой инженер, который тоже строил Звезду Смерти. Это он украл её планы и передал их повстанцам.

- Понятно. Нет, никакой связи. Он просто хотел, разрабатывая оружие, остаться человеком, и ему это удалось. Вот. Держите. Это копия его завещания с подробным рассказом.

Линн взял документ. Было странно держать в руках такой материал, - хрупкий, лёгкий, кажется, тронь - и он порвётся, разрушится единственное свидетельство о подвиге, останутся только слова, которые один сказал вслух, а другой услышал и запомнил...

- Спасибо. Ну что, тогда до завтра?

- Да, похороны были назначены на завтра. Но их не будет.

- Почему?

- Потому что тело исчезло.


***

- ...и это произошло, пока я летел к ним, - докончил Линн.

Местная жара была зверской, а ему было нормально. Мне даже стало завидно. Прямо от гостиничного номера белые ступеньки спускались в воду бассейна, вокруг толпились симпатичные пузатые колонны тоже белого цвета, они поддерживали навес, но прохлады всё это не прибавляло.

- Прекрасно. То есть либо его убили и спрятали тело...

- ...либо он вообще жив. Судя по истории с вентиляционной шахтой, ему не впервой проделывать такие штуки.

- Тогда навряд ли он будет в восторге, если ты его найдёшь.

- Если мы его найдём, - упрямо поправил Линн.

- Ладно. Мы.

Он расстроенно вздохнул.

- Линн. Ты никому ничего не докажешь. Я для них только твоя жена, которую ты по знакомству пристроил в Академию, а сейчас притащил сюда в туристических целях - поглазеть на перезахоронение древних царей. Потому что...

- Какая разница, что они думают, - резко оборвал Линн. - Даже хорошо, пусть. Пусть думают, что ты ни на что не годишься. Будет сюрприз.

Меня накрыла паника. Молодец, напросилась, историк-недоучка, проводить расследование на плохо знакомой планете...

- Ну хорошо, и что ты собираешься делать?

- Делать вид, что притащил тебя сюда в туристических целях, раз есть такой повод.

Я сжалась. Ещё не хватало, чтобы его обидели мои слова...

- Линн...

Он обернулся - и сразу взял за руки.

- Тихо. Не пугайся, ради Создателя. Я же слышу тебя... если бы я был простым человеком, то мог бы что-то недопонять и обидеться, а так...

Я кивнула и постаралась собраться. Всё-таки телепатия - это не только страшно... но и удобно. Странная планета... почему-то тут очень тревожно, и невольно дёргаешься по поводу и без них. Солнце начало уходить, в больших вазах стали раскрываться ненормальных размеров алые цветы. Алый... тоже тревожный. Но какой пряный аромат...

- Пойми, тут дело вовсе не по нашей части, и им занимаются местные власти. Если они ничего не найдут, а мы - найдём...

- ...ты не станешь им помогать?

- Именно. Просто... я хочу посмотреть ему в глаза и сказать спасибо. Нечасто встречаются имперские военные инженеры, да и вообще имперцы, которые вот так... сдали экзамен на человечность.


***

Я покрутила платье и попыталась понять, как его надеть. Линн нетерпеливо заглянул в комнату и спросил, чего я тут застряла. Посмотрел на платье. Тоже не понял. Посмотрел ещё раз. Помог в него влезть.

- Ну вроде так... ты запуталась в этих лямочках?

- Я вообще не могу сообразить, зачем они! И спереди всё под горло...

Я стянула платье и с ненавистью швырнула его на кровать. А жаль, ткань приятная, в эту жару самое то... можно даже как-то примириться с белым цветом, куда деваться, раз у них иначе нельзя...

Линн потянулся за видеофоном - поискать образец.

- Слушай...

Он как-то сильно смутился и замолчал.

- Ну?

Линн секунду помедлил - и показал мне изображение. И я увидела. И это был не перёд. И лямочки были не на спине. И...

- Линн. Я такое не надену. Я всё понимаю, традиции, сотни лет ритуалов, правила местного этикета и прочее, но... Прости, но... позвони им и объясни. Я даже к моде Артоса привыкла с трудом, а тут ещё хлеще.

Я вернула ему видеофон.

- Ненормальные, культ плодородия какой-то, чтоб им... Вот зачем им так - и на перезахоронение царей?!

Линн хмыкнул.

- А это уже ты должна знать. Ты же историк-этнограф.

- Я только знаю, что они заселялись через Звёздные Врата с Нута и искали на планете место потеплее. Нет, я их понимаю, в более прохладном климате так не разденешься... а тебе тоже надо нарядиться в местное?

- Вообще-то да, - признался Линн. - Но для меня сделали исключение.

- Вот и для меня пусть сделают! А то я надену это платье задом наперёд и скажу, что ничего не знала. И все будут надо мной смеяться! И тебе будет за меня стыдно!

- Не будет, - серьёзно сказал Линн. - Ладно. Я сейчас с ними поговорю.

Он вышел в соседнюю комнату - убеждать хозяев насчёт исключения. Я повернулась за ним и споткнулась о сандалии, прилагавшиеся к платью.

- У них ещё обувь традиционная! - крикнула я вслед Линну. - Я в ней гарантированно ноги натру!


***

Люди шли радостной чередой, время от времени над толпой возникала песня, - и на лицах зажигались улыбки: песню знали и подхватывали. То, что слух был не у всех, никого не смущало... а мне показалось, что это и не портило ничего, у них были яркие, открытые голоса, и всё звучало гармонично. Когда я увидела женщин в платьях того, отвергнутого фасона, мне стало обидно: не такие уж они и открытые, надо было надевать, мне бы пошло... и даже побольше, чем многим... ну, что теперь делать.

И в сияющей яркой ночи женщины в нарядах богинь-охранительниц раскрыли крылья. И стайка детей побежала вперёд с ожиданием чуда в глазах.

И поехали по земле золотые самодвижущиеся колесницы, везя саркофаги древних царей.

В тот момент, когда они - двинулись, стало ясно: они - живые. Смерти нет... они живы где-то там, далеко и иначе, но - живы.

Над процессией летела песня. Поначалу показалось: так не бывает, не может быть у человека такого голоса, чтобы звук словно окутывало сияние... и только чуть позже я увидела: вместе с женщиной поёт хор, это он создаёт такой эффект... как же просто... Когда она запела, зрители стали переглядываться, в глазах был восторг: это древний язык, это гимн, которого не слышали уже пятьсот лет, это текст, который писали на стенах храмов многие века назад...

И стало кристально ясно: это не спектакль. Это настоящее, живое действо, это воззвание из настоящего - к великому прошлому, и воздвигается сейчас, на наших глазах, невидимый могучий мост, и каждый чувствует: мы - те же, мы ветви от того же корня, это наше - тысячелетия под ногами, они не исчезли, не рассыпались в прах и не превратились в ничего не значащие буквы и цифры... Они - в нас, в тех, кто есть сейчас, и связь времён видна почти зримо. Казалось - из надмирных высот сейчас смотрят те, кого давно нет среди живых... и они улыбаются. Зов услышан.

И сделал это тот, кто оживил мёртвые знаки со стены древней гробницы, обратив их снова в звуки.

И стало понятно: это всё не про смерть. Это про радость соединения с предками... про радость вечной жизни после окончания жизни материальной. Да, смерть есть... но нет страха. Поэтому - праздничные платья, поэтому буйство цвета, поэтому сияющие белые с синим крылья у богинь...

Золотые колесницы остановились, - музыка возвестила о желанном возвращении. В яркой ночи царь нынешний встал - и пошёл встречать царей минувшего. Кажется, он только в эти минуты, пока стоял на пороге, окончательно осознал, кто он и на чьём месте, - не бывший губернатор побеждённой Империи, чудом сохранивший свой пост, но царь, пусть власть и не пришла к нему по праву наследования... И принимал он эту власть из их рук, - от тех, кто смотрел с небес. По глазам было видно: похоже, даже он не ожидал, насколько сильно его впечатлит то, что он увидел. А ведь они готовились, репетировали свои танцы, музыку, он знал, в какой момент ему следует встать и выйти навстречу... и всё равно.

Золотые колесницы привезли царей домой.

Я вдруг заметила: а ведь пели только женщины. Статные, с шикарными длинными чёрными волосами, в платьях до земли. И как же много тут красивых женщин...

...Мы шли с праздника по сияющей ночи, дорожка вела над тихой водой, низко-низко, почти вровень, а в зелени на берегах прятались фонарики. Здесь любили воду, от большой реки в город уходили каналы, и один из них как раз и питал бассейн у гостиницы.

- ...со следующего учебного года детей с самых младших классов будут учить древней письменности, - донёсся обрывок чужого разговора.

- Той самой, от времён царей?

- Да! И больше никто не отнимет их историю... их жизнь.

Говорившие увидели, что мы их слышим, узнали Линна. Линн улыбнулся им в ответ.

- Ради такого стоило побеждать...


***

- То есть как это похороны будут? - оживлённо спросил Линн. - Вы его всё-таки нашли?

Человеку на экране было очень не по себе. Линн его уже видел, - когда ему рассказывали про завещание, тот сидел рядом и большей частью молчал. Ивалар Тукан... родственник.

- Да.

- И где?

- Видите ли... в морге другой больницы.

Линн выпрямился.

- Мне не нравится эта история, - честно сказал он. - Расскажите по порядку. Тукан умер в больнице, я правильно понимаю?

- Нет. Он умер у себя дома. Положено отвезти в морг, чтобы установить причину смерти. Ну и...

- И?

- Я не знаю, как так вышло. Сказали, что в один. Но оказалось, что его там нет. Теперь вот обнаружилось, что он был в другом.

- Так. Замечательно.

Я поняла, что мне эта история тоже не нравится, и придвинулась к видеофону.

- Извините, господин Ивалар, а вы ему кто?

- Я... понимаете, я его внук. Старший. Нас трое, детей его старшей дочери, а ещё у него есть другие внуки. Наши двоюродные братья и сёстры. У нас большая семья.

- А кто отвечает за организацию похорон?

- Не спрашивайте, - вздохнули в ответ. - Судя по происходящему, это не организация, а что-то совсем наоборот.

- А всё-таки?

- Аменердис. Тоже внучка.

При звуках этого имени в воздухе как будто что-то изменилось. Линн коротко глянул на меня, но ничего не сказал.

- Она есть в завещании?

- Простите, леди даль Соль... я не хочу отвечать на такие вопросы. Всё это так неприятно... нас уже замучили власти, а тут ещё и вы.

- Хорошо. Не буду.

- В общем, собирайтесь. Это довольно далеко, двадцать пять тысяч шагов.

- Это как? - не понял Линн. - Надо идти пешком?

- Ну... от стоянки - да.

- То есть стоянка всё-таки есть?

- Да. Извините... это наши единицы измерения, они вас сбили...

Он нервно сжал виски. На руке блеснуло красивое кольцо с большим камнем, - при движении зелёный переходил в красновато-фиолетовый и обратно.

- А в нормальных единицах?

- А в нормальных считайте сами. У нас было много разных систем, один из наших покойных царей в них путался, потом плюнул и перемерял всё в своих локтях, ногах и шагах, - так удобнее.

- Какая прелесть, - восхитился Линн. - А если какой-нибудь наследник будет его ненавидеть настолько, что захочет стереть любую память и перемеряет всё снова? А у него ноги будут не такие?

- Что делать. Царь есть царь. Придётся привыкать.


***

Идти на похороны было страшно неохота, я никак не могла понять, - почему. Линн глянул на то, как я сажусь рядом с ним во флайер, и ничего не сказал. Я была ему благодарна.

Мы вылетели за город и враз обрушились в мир безжалостного света, камня и резких теней. Скалы перемежались с нанесённым ветром песком, здесь не было укрытий от зноя... и над всем царило яростное солнце.

Процессия начиналась от стоянки флайеров, куда привезли тело: отсюда и до начала пути души умершего - последнего пристанища его тела - надо было идти пешком. Линн вздохнул и выбрался наружу, подал мне руку. Горячий воздух охватил со всех сторон, казалось, - им нельзя дышать... и Линну тоже.

- Ты что? Это же твоя родная жарища!

Линн чуть улыбнулся.

- Да. Вроде того. Только я, похоже, отвык.

Родственников было много. Белый цвет одежд бил по глазам, но только в белом и можно было жить.

Люди ещё короткое время помешкали, над толпой пролетела последняя суета сборов... и они пошли.

Откуда-то спереди донёсся резкий, резанувший душу плач. Пели две женщины, - в этом почти зверином вое была своя гармония, ритм и строгость, но голос, сам голос... Они провожали искренне, они оплакивали разрыв... и слушать это, понимая и чувствуя всё, было невыносимо. Я понадеялась, что они будут хотя бы иногда замолкать, - процессия направлялась по узкой, едва видной дороге к скалам, и дотуда было неблизко.

"Если они так будут голосить всю дорогу, я сдохну", - пожаловался Линн мысленно.

"Ну вот ещё! Сдохнешь ты, а Милорд голову открутит мне!"

Линн чуть не засмеялся вслух.

"Уговорила. Придётся как-то это пережить."

Мы шли в числе других, - спокойных, почти величественных в своей стройной скорби. Подумалось: а ведь что-то в этом есть, проще простого довезти покойного до гробницы на флайере, по-быстрому похоронить, но нет, они хотят провести с ним время, хотят... попрощаться, да.

Проводить. Так просто.

И по правилам Проводов что-то должны сделать живые... а что-то - умерший. И для него надо спеть на прощанье, рассказать о том, как тоска рвёт сердце, и как ему вопреки дикой душевной боли желают хорошего пути к предкам. И да... тот праздник, который мы видели накануне, - конечно, он гармоничнее, но он придуман сейчас, а это - глубинное, древнее... не придуманное. Так веками и тысячелетиями провожали своих.

И всё же к концу путь стал мучением. Когда привык к цивилизации, к тому, что быстро можешь попасть куда тебе надо, когда... да, когда вокруг всегда комфорт...

Я очнулась оттого, что надвинулись тёмные скалы. Вперёд - в каменную глубину гробницы - уходила дорога, куда простым людям было нельзя. Туда шли те, кто нёс яркий, с голубыми цветами, гроб, - и две женщины, которые пели. Белые платья их испачкала пыль, одна даже разодрала его и не обращала внимания на свою наготу... потому что глаза были полны величия и слёз. Они повернулись, и то ли правда, то ли показалось в изнуряющем мареве, - но мелькнули большие крылья, спускавшиеся от спины вдоль рук. А дальше - их заслонила толпа, и я перестала их видеть. Шедшие вглубь горы зажгли факелы, остальным полагалось ждать.

По толпе пробежали слуги Смерти, - мелкие, почти дети, они держали корзинки с алыми и белыми цветами. Миг, короткое движение смуглой руки, - и рядом возник лёгкий вихрь из лепестков, они осыпались на волосы, на одежду... зацепились и не исчезли. А потом те же руки подали ритуальный хлеб и тяжёлую коричневую чашку. В ней была ледяная вода, - казалось, её слишком мало, а обряд бесконечен, и никогда ничего не было, не было моей жизни в Галактике, не будет ничего другого, только стоять в давящем зное, ждать и не дожидаться...

Слуги Смерти убежали к гробнице снова. Я видела толщину раскрытых дверей, - огромные каменные плиты, если закрыть, то больше не сдвинуть. Никогда.

Пение-плач смолкло, в тишине резко и страшно кричали какие-то птицы. Люди вокруг заволновались, кто-то даже улыбнулся: хороший знак.

Солнце постепенно изменялось, - уже не яростный смертоносный шар зенита, а пламенеющее око, согласившееся уйти. Из темноты коридора снова показался огонь факелов, - он оказался сродни тому, что наверху. Одна из плакальщиц - та, полураздетая, - вышла первой, я узнала того, к кому она подошла: это был Ивалар. Он подал ей накидку, она прикрылась и - с расстояния - взглянула в глаза. Потусторонний огонь в той, которая только что провожала, ещё не погас.

Они подошли: смуглая статная Аменердис - и чуть сутулый Ивалар, который рядом с ней попросту терялся.

- Спасибо, - негромко сказал Ивалар. - Спасибо, что вот так... проводили его в Вечность.

Он говорил так серьёзно, что я не нашлась с ответом.

- К смерти нельзя относиться легкомысленно, - отозвался Линн. - Я это точно знаю. Скажите, если можно: а почему у вас такие разные имена? Ивалар Тукан - это для Галактики обычно, а вот когда только Аменердис и больше ничего нет...

- Да, это местное, - с живостью отозвалась она. - Дело в том, что дед был из ветви рода, которая давно покинула нашу планету, приняла чужие обычаи. Но один из его детей, мой отец, решил вернуться. Отец Ивалара остался, у них всё как обычно. А у нас не так. У нас всё как в старину. Это не хорошо и не плохо, просто по-разному. Но хранить традицию выше и сложнее, чем жить только в "сейчас".

- Сложнее, потому что приходится оглядываться на кучу ненужных правил..

- Они нужные!

- Они были нужны, когда звездолёты ходили пешком!

Они остановились и рассмеялись, но тут же посерьезнели: всё-таки недавние похороны не давали сразу вернуться в жизнь. Аменердис повернулась ко мне.

- А откуда ваше имя?

- Видите ли, я долгое время не знала. Папе понравилось звучание, он так и назвал.

- Вас называл отец? Как странно...

Я подумала, хочу ли рассказывать, почему так вышло. Решила, что не хочу.

- Ну как есть. А потом уже, когда я начала учиться в Академии и стала работать в Центре по изучению Силы, я докопалась. У некоторых народов есть богиня Экате, или Хекат. Это производное.

Аменердис чуть прищурилась, - перебирала своих богов.

- У нас такой нет. И за что же отвечала эта богиня?

- За мрак и жуть. Воительница, кроме прочего. Страж перехода в царство теней и всякое такое.

- Это совсем не про вас.

Я пожала плечами. От её слов веяло насмешливым превосходством и уверенностью, что она видит меня насквозь.

- Откуда вам знать, - тихо ответил Линн. - Вы с ней встречаетесь в первый раз.

Аменердис гибко обернулась, в вечернем полумраке сверкнула улыбка.

- Не буду спорить. Но согласитесь, это странно. Такая мягкая хрупкая девушка - и вдруг имя богини-воительницы.

- Она воительница не от хорошей жизни, - встряла я и поняла, что меня понесло. - Вы же знаете, все людские мифы идут от одного корня, от истории создания людей, а боги - это руниа с острова Бессмертных? Так вот, её в числе этих богов никогда не было. Мы долго не понимали, кто это и откуда она взялась, тем более, что у нас тут живой свидетель, Йаллер...

- Да. Он у нас в пантеоне есть, мы его называем Гор или Ра-Хорахти.

- Всё верно. У него был брат, который стал Императором...

- Ого! Я не знала... Все знали только, что Император из народа руниа...

- Не только вы. Пока Йаллер не вернулся к людям, никто не знал. Так вот, у них была сестра. У неё было свойство, как и у него, менять облик, она умела летать, а ещё она умела становиться невидимкой. Не в прямом смысле, а так, что просто её не замечали. Однажды она спасла Йаллеру жизнь, там была история на острове, его сильно ранили, и она его вывезла... Йаллер был уверен, что она погибла в последней битве и решила не возвращаться. И он только сейчас сам додумался, что она осталась жива, но стала нематериальной, призраком, которого он не мог ни увидеть, ни ощутить... Так бывает, когда руниа лишают Силы. Потом, со временем, она стала приходить в себя, её почувствовали и поняли люди. Так у них появилась эта богиня-воительница. А он долго вёл одинокую жизнь, и до него ничего не дошло.

Они слушали, и во взгляды возвращалась жизнь. Да, очень похоже, им позарез нужно обоим переключиться, отвлечься на что-то совсем далёкое и не имеющее отношения к смерти, к похоронам, к проводам... и поэтому они меня не останавливали.

- Как интересно, - вздохнула Аменердис. - Наверное, в этом есть свой азарт - вот так копаться в истории, сопоставлять... Но получается, она частично восстановилась. Йаллер не пытался с ней пообщаться?

- Он хотел, но её не нашёл. Там, где всё это происходило, на нашей Прародине, сейчас почти нет суши, все оттуда сбежали. Может быть, поэтому и не получилось.

В темных глазах Аменердис зажёгся огонь.

- А что, если... Она ведь дух. Она могла вселиться в новое тело? Не создавая? Войти в тело будущего ребёнка, родиться человеком.

Меня пробрала дрожь. Ничего себе фантазия у неё...

- Да кто ж скажет. Но тогда как ей - расти, стариться, опять умирать...

- Да. Но и обрести жизнь. Наверняка - поклонение людей. Она ведь должна быть необыкновенной...

- ...если, конечно, помнит, кто она. Йаллер говорит, новое воплощение закрывает память.

- Жаль...

- Мне - нет.

Взгляд Аменердис вдруг стал острым.

- У тебя с этим что-то связано? Ты что-то знаешь? Помнишь? Тебя притягивает эта идея?

Я попыталась вклиниться в поток вопросов, но поняла, что это бесполезно, и надо просто переждать. И этот резкий переход на "ты"...

- Нет.

Она явно жаждала продолжения - и, не получив, разочарованно угасла.

- Да, наверное, с новым воплощением сложно, - она повернулась к Линну. - Проще с пересадкой мозга, как у вашего отца. Так хотя бы всё помнишь. Вы же знаете, мы заселялись сюда с Нута, там такое практиковали. Но в этом свои проблемы, мозг же не молодеет... А скажите, ему ведь  пришлось доказывать, что он Вейдер. Никто не знал, как он выглядел, нельзя узнать...

- Ну, во-первых, он Владеющий Силой, - сдержанно отозвался Линн. - Доказал. А так... Кто помнил - узнавал.

- Как?

- По глазам. Глаза ему оставили свои. Раина потом говорила: там и так было ужас сколько сшивать, ещё с глазными нервами возиться... в общем, зачем работать, если можно не работать. А лицо чужое, разрез глаз не тот, всё не так, поэтому казалось, что и глаза чужие.

Линн заметил, что вокруг внимательно слушают. Ивалар быстро глянул по сторонам и опустил взгляд, узловатые пальцы коснулись кольца с большим красивым камнем, - тот был фиолетовым и стал отливать зелёным.

- Это кольцо деда, - пояснила Аменердис, увидев, куда я смотрю. - Ивалар утром нашёл деда мёртвым, позвал нас и, когда установили смерть, забрал кольцо себе. В общем, имел право. К тому же, оно всё равно всем велико.

Внезапный звук заставил обернуться: слуги Смерти медленно двигали высокие тяжёлые двери в гробницу. Линн бросил быстрый взгляд в навсегда закрывающуюся глубину коридора.

- Ну что, теперь по домам?

- Да, - сказала Аменердис. - Теперь всё.

Линн мгновение размышлял.

- Ивалар, садитесь к нам во флайер. Я вас довезу.

Тот не возражал. Мы сели, простор и покой долины гробниц враз остался снаружи, - и машина поднялась в воздух.

- Мне нужно осмотреть тело вашего деда, - сразу сообщил Линн. - Разумеется, так, чтобы никто не узнал.

Ивалар невесело кивнул.

- Понимаю. Но имейте ввиду, повторное вскрытие гробницы будет стоить диких денег.

Линн уверенно улыбнулся.

- Не беспокойтесь. Деньги у меня есть.

- Но...

- Назовите сумму.

Он назвал.

- Пойдёт, - сразу ответил Линн.

Я постаралась сделать вид, что всё в порядке, и что я ожидала худшего. В конце концов, может, Линн рассчитывает на какую-то компенсацию расходов в экспедиции от Академии... Мне сразу вспомнилось, как за несколько дней до открытия Центра по изучению Силы Даниель Озен пригласил нас в свой любимый ресторан с видом на закат - поговорить о зарплате. Они с Милордом пришли раньше, мы с Линном присоединились к ним, внизу - за огромным пространством, полным ветра, - неслась бешеная жизнь, а тут сидели трое, у каждого было прошлое, в которое больно заглядывать... и настоящее, в котором наконец стало хорошо. У Линна так сияли глаза... он тогда ещё негромко сказал: он очень хорошо помнил, как был счастлив когда-то, и после всего, что случилось с ним, уже невозможно подняться на ту же высоту, как раньше... но быть счастливым можно - как сейчас.

Даниель поздоровался с Линном, поцеловал мне руку, и мы уселись.

- Итак. Лорд Эльснер, какая сумма вас устроит?

Милорд пожал плечами.

- Надо как-то сравнить с вашими прежними доходами?

- Возможно. Но, честно говоря, я не особенно заботился о том, сколько мне платят... потому что тратить не приходилось. У меня был счёт, там лежало несколько миллиардов. Сейчас их, конечно, нет.

- Повстанцы всё конфисковали?

- Нет, - ответил Линн. - Я не слышал, чтобы наши, придя в Столицу, нашли там какие-то бешеные деньги, так что это точно не они. Больше похоже на то, что в момент краха Империи те, кто оставался в Столице и имел доступ, успели удрать оттуда вместе с с деньгами.

- Ясно, - Даниель усмехнулся. - Сами понимаете, Артос не Империя, и сравниться в бюджете мы не можем. Конечно, Артос богатая планета, все стремятся сюда...

- Все стремились в Столицу, - поправил Милорд. - Точнее, не все, но многие - те, кто хотел строить большую карьеру. Императора в качестве центра власти не устраивал ни Астлан, ни побеждённая Йавинта, и он велел оборудовать себе Столицу. Там, разумеется, уже было поселение, но основные сооружения сделаны уже при нём, им пятьсот лет.

- Вы так рассказываете, как будто сами это видели, - искренне сказал Даниель.

- Нет, что вы, мне только восемьдесят два года.

- А почему его не устраивали старые столицы?

- По соображениям безопасности, - боялся покушений. Он умел предвидеть и всячески старался предотвратить грядущие неприятности. В принципе, он был прав.

- То есть получается, у вас совсем нет никаких денег? А ваши средства как Эльснера даль Соль?

Милорд покачал головой.

- Меня же признали умершим. Всё, что было, ушло супруге, а её давно нет. Так что...

Даниель вскинул тревожные глаза: лорд Эльснер впервые при нём заговорил о своей жене.

- Простите.

Стало очень тихо. Я почти видела за помрачневшим взглядом Милорда вихрь того, что нельзя вернуть... но он овладел собой.

- Вернёмся к вашему вопросу.

- Да. Так какая сумма вас устроит?

- Максимальная. Максимально возможная для вас. Я же не должен объяснять, что наши услуги бесценны?

- Да.

...я очнулась от воспоминаний. Флайер стремительно приближался к городу, впереди ждал уютный комфорт гостиницы. Подумалось: да, похоже, и мне надо было переключиться на что-то живое, чтобы вынырнуть из накрывшей острой тоски провожания человека в мир иной...


***

Гробница была в скале, возле которой сидели двое - из тёмного, сияющего глубиной камня, - сложив руки на коленях. У них были огромные глаза... я теперь знала, что имели ввиду мастера, изображавшие такие, я видела эти глаза у живых, с чёрной яркой подводкой... а этих, из камня, не поворачивался язык назвать мёртвыми. Они смотрели - и улыбались кончиками губ. Улыбались нам из Вечности.

Ветер прилетел из пустыни, закружил ткань платья и волосы... и принёс мелодию. Грустная дудочка из тишины говорила о том, сколько больших и малых бед приходится пройти, прежде чем ты сядешь вот так, рядом с женой, у собственной гробницы... и я невольно сжала руку Линна. Он грустно и понимающе улыбнулся.

- Ну что же, - шепнул Ивалар. - Давайте, и побыстрее.

Мы вошли внутрь - и я ахнула: здесь было на удивление ярко, все стены в росписях, и краски, краски, краски, - золотой, тёмно-алый, звёзды на синем небе над головой.. и совсем не давила каменная махина свода. Казалось, даже сам свет от фонарей чувствовал себя неловко, зная, что он не должен здесь быть, что всё это никому не положено видеть... кроме тех, кто умер и от места своего последнего упокоения начал Путь Умерших. Линн вскрывал саркофаг, торопясь, - как будто и ему тоже было страшно неудобно. Наконец показалось завёрнутое в ткани тело, и Линн включил сканер. На экране было потемневшее, но чёткое лицо, сначала взяла жуть от оцепенения и неизбежных разрушений смерти... а потом по команде Линна компьютер преобразил его, и лицо на экране как по волшебству стало светлеть, обрело живую кожу, глаза оставались закрытыми, - он будто спит... Внезапно человек отчаянно задышал, хватая воздух, вырываясь из лап смерти, - и открыл глаза. Первым выражением был ужас... а потом настало облегчение, радость: вот и всё, смерти нет, есть пробуждение в вечную жизнь, и можно встать, сбросить саван и облечься в привычную одежду...

Мы все трое тоже начали дышать.

- Это новая программа, - вполголоса объяснил Линн, как будто человек с видео мог его услышать. - Раньше, конечно, тоже воссоздавали лица, но вот это воскрешение...

- Да.

Я обернулась к нашему проводнику.

- Ну и как? Похоже?

Он напряжённо и недоверчиво всматривался в экран.

- Честно говоря, не совсем. Программа ему сильно польстила, надо сказать, дед и в молодости таким не был. Знаете, на кого больше похоже...

- На кого? - удивлённо спросил Линн.

- Вы ведь были на нашем празднике? Наши цари были между собой родственниками... выглядит так, как будто это кто-то из них.

- Вы уверены?

- Да. У нас было много исследований, восстанавливали их облик... нам было это всё очень нужно. Так что эти лица у нас у всех перед глазами.

Линн задумался.

- Хорошо, - наконец сказал он. - Тогда - генетический анализ. Придётся его раздеть... простите.

Ивалар вздохнул.

- А куда деваться. Я думал, вы как раз с него и начнёте.

Линн поднял ткань с руки умершего, - осторожно, как будто боялся разбудить. Через короткое время всё уже было готово. Завораживающая картинка с ожившим лицом исчезла с экрана, её место заняли скучные графики.

- Ну что?

Линн посмотрел на экран, на раскрытый саркофаг - и спрятал видеофон.

- Поехали домой. Мы здесь уже всё получили, анализировать можно и среди живых.

Ивалар спохватился.

- Да, да, конечно.

Линн бережно закрывал саваном хрупкую, почти чёрную руку, возился с гробницей... а мне подумалось, что он прав. Ведь мёртвые беззащитны, они уже не могут за себя постоять...


***

В гостинице Линн открыл полученные результаты. Ветер доносил снаружи далёкий смех детей, где-то неподалёку играла музыка, и мрак визита к мёртвому стал постепенно отступать.

- По-хорошему, надо это всё отослать в лабораторию, - признался Линн. - У меня тут только стандартный набор, у них всяко возможностей побольше. Но раз данные Тукана есть, то нам должно этого хватить, тут же всё просто - совпадёт или нет.

- Ну включай же, хватит тянуть, мне интересно!

Линн чуть улыбнулся.

- Мне тоже.

На экране появилась вежливая надпись "подождите, пожалуйста, я анализирую". Потом "не ругайтесь, я сейчас закончу". Потом "извините, возникла проблема". Я ждала, что дальше будет "подождите, надежда ещё есть" и "ой, попробуйте в следующий раз", но компьютер поднатужился и справился.

- Вот как, - тихо сказал Линн, и мы напряглись. - Смотрите-ка...

Я подвинулась к экрану. Программка показывала графики, накладывала их друг на друга, какие-то части картинок полностью совпадали, другие оставались различными. Линн посмотрел на нас с Иваларом и понял, что нужны разъяснения.

- Кэт, помнишь, в Академии мы делали анализ крови на предмет родственных связей? Это похожая штука, но самый простой вариант, для неё хватает медицинского оборудования "Скитальца".

- А, значит, нам напихали для экспедиций всего и как можно больше, на всякий случай? А я и не знала...

- Они не всё сразу напихали. Это новое.

Ивалару было явно не до наших воспоминаний.

- Скажите скорее, что вы обнаружили... пожалуйста.

- Выглядит так, как будто этот умерший был Габриелем Туканом... наполовину, что ли? Или больше...

- Как это? - тревожно спросил его внук. - Получается, это не дед? А кто? Родственник? Или вообще древний царь?

- Ну пока что ничего не получается, - отозвался Линн. - Совпадения-то есть, и их много. Надо...

Видеофон издал жалобный писк, экран замигал. Линн бросился мешать ему погаснуть, программа выдала надпись "простите, произошла ошибка, данные не могут быть сохранены" и вырубилась. Линн расстроенно откинулся на спинку кресла.

- Что ему не так?!

- Не знаю. Сейчас попробую выяснить.

Он принялся разбираться с техникой. Делать стало нечего, я достала свой видеофон и полезла в справочники. Генетическое совпадение - это родственники, конечно... Интересно, через сколько поколений передалось такое сходство. Оказывается, Габриель Тукан ещё и царского рода...

Я закопалась. Тукан умер в двести сорок. Точнее, в двести сорок два. Сканирование показало степень износа суставов, зубов... похоже на правду. Во времена древних царей такой результат достигался лет в восемьдесят. Как же меняют условия продолжительность жизни, дай человеку нормальную еду, нагрузку и медицину, и всё, организм как будто расправляет крылья и спокойно взлетает на свои двести-двести пятьдесят лет... Жаль, что у Тукана не было никаких операций. Тогда мы бы опознали его сразу.

- То есть это всё-таки дед? - спросил Ивалар над ухом. - Просто произошёл сбой программы? Ведь не может быть, чтобы у родственников так много совпадало.

Я пролистала дальше - и замерла.

- Ух ты...

Линн немедленно оторвался от войны с видеофоном.

- Что у тебя?

- Смотри... Такой высокий процент совпадения генетического кода может быть только у близнецов... а тут разница во много поколений, так и правда не может быть. Либо это сбой программы и Тукан, либо перед нами его генетический двойник.

- Надо же... а поподробнее? Я и не знал, что так бывает...

- Я тоже.

Я открыла подробности. Да, так бывает, и получается удивительное внешнее сходство... Мелькнула мысль: а вдруг где-то далеко есть двойник Линна... такой же невероятный, красивый, с яркими глазами, от которых невозможно оторваться, умница и до беспредельности порядочный человек... Интересно, а как с одарённостью Силой? Понятное дело, так, как у Линна, не будет, это не внешнее сходство и не характер, для этого нужны одарённые Силой народы в предках. Но может быть другая форма, при которой люди идут в искусство... На мгновение сердце сжала странная смесь из обиды и какого-то нелогичного чувства, что у меня что-то отнимают... но сразу же отпустила. В конце концов, чем плохо, если в мире будет на одного порядочного человека больше, и не мне одной так повезёт...

Линн дочитал сведения в справочнике.

- Жаль, нельзя посмотреть на то, какие именно графики совпали, - сказал он. - Тогда было бы ясно, двойник или Тукан, потому что есть участки, которые могут совпадать, а есть те, которые не могут. И если это двойник, то... тело опять исчезло.

Линн отодвинулся от видеофона.

- Ладно. Значит, ни одну из версий мы пока не отбрасываем. Похоронами занималась Аменердис, стало быть, вопросы надо задавать ей.

Ивалар ссутулился, оживление исчезло.

- Надо. Она всё взяла на себя, меня там не было, так что я правда не знаю, что произошло.

Я смотрела на его грустные глаза. Как же всё-таки несправедливо, когда страдают хорошие люди...

Он крутил своё красивое кольцо с переливающимся камнем, - часто-часто дотрагивался до одних и тех же мест. Подумалось: ну зачем ты так делаешь, надо нервы лечить, жалко же вещь, вон уже покрытие местами стёрлось... А ведь кольцо могло бы быть целым долго-долго и перейти в таком виде по наследству...

Он тихо попрощался, ушёл...

И вдруг до меня дошло. От внезапно накрывшей мысли стало пусто, тоскливо и почти физически холодно.

- Линн, мы ошиблись.

Голос сорвался, и Линн обернулся.

- Что?

- Линн, мы ошиблись. Этот человек из гробницы умер не в двести сорок лет, как Габриель Тукан. Пойми, мы определяем... точнее, не мы, приборы... определяют возраст по изношенности зубов, суставов, чего там ещё... а такой износ может быть достигнут раньше. В гробнице царь... а тело на самом деле не нашлось. Его скрыли. Значит, было зачем. Скрывают, если человек умер насильственной смертью. Если на теле есть доказательства. Так что... я понимаю, ты не хочешь обвинять его, но если всё вот так... то это он. И ещё он кивает на Аменердис. С самого начала. Что она главный организатор, что из-за неё бардак. А он ничего не знает и ни при чём.

Линн медленно поднялся. Продолжать было не нужно.

- Значит, вот как...

- Да. Получается, мы разговаривали с убийцей. Он сумел обмануть нас, - тебя, Владеющего Силой. Про себя я уже молчу.

Линн резко развернулся, отошёл к окну.

- Не может быть. Я бы почувствовал враньё. Что-то тут не сходится.

Я молчала. Признавать, что ты проиграл, трудно, конечно, но...

- Подожди. А если ты неправа? Если он не убивал Тукана?

- Если я неправа, обревусь от радости, в эту сторону приятно ошибаться. Но как тогда всё это объяснить?

Линн легко присел на подоконник. Закатное солнце позолотило волосы.

- По порядку. Допустим, Ивалар Тукан обнаружил, что его дед мёртв. Причём умер не своей смертью, - иначе не стоило затеваться. Он старший внук, наследник. Стало быть, первый, кому выгодна эта смерть, - он. Он самый подозрительный, понимаешь?

Я усмехнулась. Это наследство уже принесло столько нервотрёпки, что не окупилось бы никакими деньгами.

- Ну, допустим. И?

- И он прекрасно понимает, что на него будут вешать эту смерть. И успешно повесят. Убедительно, с доказательствами. Потому что есть кому и есть зачем. Потому что есть настоящий убийца, который совершенно не желает попасться. Логично?

- Пока да. Но чехарда с похоронами была как раз затем, чтобы спрятать тело.

- А ты уверена, что это он спрятал? Ты уверена, что всё пошло по плану? И - по чьему конкретно плану?

- Нет, конечно! Но тут как раз всё понятно...

- Ничего тут как раз не понятно!

Я очень глубоко вздохнула. Только что всё было ясно, а его слова меня сбили.

- Ну хорошо. Давай про непонятное.

Линн устроился поудобнее. Подоконник был узковат, и Линн то и дело съезжал.

- Непонятно, был ли он в курсе подмены.

- Погоди! То есть ты уже уверен, что в гробнице не Габриель Тукан?

- А... постой! Я не о гробнице. Я о том, что... ну всё, я запутался, а ты мне в этом помогла!

У него был такой расстроенный и виноватый вид, что я рассмеялась. Сердиться на него было невозможно.

- Ладно. Крутим версию с подменой.

- Крутим, - с облегчением кивнул Линн. - Я всё-таки думаю, что он не врёт. Убил не он.

Я очень постаралась снова поймать нить рассуждений, но она явно была против.

- Хорошо. Убил не он. Он прятал, чтобы на него не повесили. Выходит, он знал, что в гробнице не тот покойник, и так убедительно удивился результатам исследований, что ты поверил?

- Нет! То есть да... А если он и в этом не врёт, то прятал не он, а если не он, то... Похоронами занималась Аменердис... Ох, всё. Вот теперь я совсем ничего не понимаю!

Он шутливо поднял руки, сдаваясь. Меня упорно не отпускало ощущение, что в нашей логике есть какая-то дыра.

Линн окончательно съехал с подоконника и решил назад не забираться.

- Как любит выражаться Даниель, человек невиновен, пока не доказали обратное. Пойдём.

- Куда?

- Доказательства искать.

Он подошёл к столу забрать видеофон - и вдруг остановился.

- Программа вылетела, - негромко сказал он. - Именно в тот момент, когда мы обнаружили, что в гробнице может быть не Габриель Тукан. Ты ведь работала в отделе дешифровки... это реально сделать вот так, сидя рядом?

Мне стало страшно.

- Вырубить программу? Нет, я про такое не слышала, разве что с помощью Силы...

- Нет.

- ...а просто видеофон или компьютер - да, конечно, реально, есть портативные глушилки. Только что же, получается, он заранее готовился к чему-то такому?

Линн молча попробовал включить видеофон. Тот подчинился с явной неохотой.

- "Сведения не могут быть сохранены", - припомнил видеофону Линн... и внезапно снова сел за стол.

- Хочешь попробовать ещё раз?

Он обернулся. Глаза горели.

- Да.

- А материалы? Не стёрлись?

- Вроде не должны.

Я с замиранием смотрела за его быстрыми движениями: да, материалы на месте, программа... помедлив, заработала. На экране выстраивались прежние графики, - да, вот оно, совпадение, одно, другое, а вот тут - разное. Действительно разное, ничего похожего на данные Габриеля Тукана... Линн открыл справочник - тот, в котором я нашла подробности. Он действовал так стремительно, что я едва могла за ним уследить, мелькнула мысль: я-то ладно, главное, чтобы компьютер поспевал. Наконец Линн повернулся ко мне, в глазах был азарт пополам с тревогой.

- Добрый вечер, с вами говорит древний мир, - в его тихом голосе было торжество. - Как там зовут этого царя?

- Линн! Какой же ты молодец...

Он заулыбался, но улыбка тут же исчезла.

- Мы теперь уже не можем таиться. Царь - дело серьёзное, если он лежит тут, значит, где-то его не хватает. Надо выяснять, откуда его утащили, это уже хоть что-то.

- Это может быть не царь, а родственник! Здесь древних покойников навалом!

Линн со смехом схватился за голову.

- Ну зачем ты добавляешь путаницы! Так хорошо всё сложилось!

- Отлично сложилось, - согласилась я. - У того, кто устроил подмену. В гробнице же не кто попало, а генетический двойник, это, знаешь, такая совершенная случайность... от слова "совершенство". Одной подмены мало, надо ещё, чтобы никто её не обнаружил. Ты раньше слышал про генетических двойников? Вот и я нет. А колония основана выходцами с Нута, Нут - родина генной инженерии, у них даже производство клонов было на потоке.

Линн стал серьёзен.

- Да, логично. Мы имеем дело с очень умным человеком!

- Аменердис? Мне как-то не показалось, что она под это определение сильно подходит.

Линн легко подхватил видеофон со стола и пошёл к выходу, но обернулся.

- А я и не думаю, что это она.


***

Мы долетели на флайере до стоянки на другом конце города, дальше Линн повёл меня пешком по узким улицам и не объяснил, куда мы идём.

- Почему ты так уверен, что Ивалар не врёт?

- Кэт. Припомни его реакцию на программу.

- Ну... он удивился. Встревожился. Не ожидал. Я чего-то не заметила?

- Нет, всё так, но важно не это. Важно, что его чувства были настоящими.

- А... погоди. Дело в причинах этих чувств? Он знал о подмене и встревожился, что у нас есть способ её обнаружить?

Линн очень довольно улыбнулся.

- Именно.

- То есть он соучастник?

- Нет.

Я потянула его за руку, - он гнался так, что я уже почти за ним не успевала.

- Линн!

- Я пока больше ничего не скажу! Надо дойти и проверить. А вдруг я неправ.

- Куда дойти?

- В гости.

Он замедлил шаг. Идти по вечереющему городу было почти так же жарко, как по дневному, - а толпам местных было всё равно. Замиравшая на время самого пекла жизнь расцветала к ночи, люди сидели за столиками, потягивали длинные трубки, отчего порой приходилось проходить через сизые облака дыма, мальчишки бегали друг за другом, попадались под ноги взрослым, кто-то пытался их отловить и призвать к порядку, но мальчишки были шустрее. Несколько мужчин громко обсуждали свои дела, казалось, - они ссорятся, но стоило поймать телепатическую волну, как становилось ясно, что это не так, просто у них такой темперамент... Низкорослый парнишка аккуратно вытащил у одного из них что-то из кармана, Линн очень ловко схватил его за шиворот, тот хотел вывернуться, но это не удалось. Чёрные глаза вмиг наполнились слезами, парнишка незаметно попытался избавиться от украденного, но Линн отобрал, я разглядела: это был небольшой мешочек странной формы, тёмно-алый с золотым узором. Всё произошло так быстро, что никто из окружающих ничего не понял. Я замерла: и что дальше? Линн сдаст его местной полиции?

Линн мгновение раздумывал - а потом просто разжал руку. Парнишка со всех ног нырнул в водоворот толпы и исчез. Подумалось: так легко можно было сломать жизнь... может, это нежданное милосердие всё-таки чему-то его научит? Линн улыбнулся мне в ответ, шагнул к обворованному человеку - и тайком сунул украденное обратно в карман. Тот даже не обернулся.

Линн выбрался из толпы, взял меня за руку и свернул в узкий проём между домами. Там нашлась дверь, Линн поднял голову: был уверен, что на нас смотрит камера. Помахал.

- Открывайте, - негромко предложил он. - Нам надо продолжить беседу.

Поначалу ответом была тишина, Линн нетерпеливо шагнул к двери, а я расстроилась, что мы зря пришли... но дверь дрогнула и открылась. Тот, кто стоял за ней, был в тени, а на красивое кольцо с переливающимся зелёным и фиолетовым камнем падал свет.

Ивалар пропустил нас внутрь и запер дверь.

- Я вас слушаю, - неуверенно прозвенело в полумраке.

- У меня только один вопрос, - приветливо сказал Линн, и тишина стала ещё звонче.

- Да?

- Куда вы дели вашего внука?

Я не поверила своим ушам. Вот этот, совсем не старая развалина, - и тот самый Габриель Тукан? Ему же должно быть двести сорок... И стало страшно: неужели Линн ошибся?

Человек в полумраке усмехнулся.

- Это разговор не для прихожей. Пройдёмте в комнаты.

- Нет.

- Почему?

- Я понимаю, вы не очень-то склонны с нами общаться... так что тут ближе к выходу. Ответьте мне, и мы уйдём.

- Послушайте. Я не хочу вам врать...

- А у вас и не выйдет, - легко заметил Линн. - Но вы мастер скрывать правду. Вы ведь и сейчас не раскрылись. Я же слышу. А вот если вы будете отвечать от имени Ивалара Тукана, это будет враньё, и оно вас выдаст. Вы мне симпатичны, я хотел сказать вам спасибо за то, что вы сделали для Галактики... но раз вы предпочитаете тайну, я не имею права настаивать. Габриель Тукан умер, официально подтверждено, что своей смертью, никакого криминала нет... в общем, мы пошли.

Человек в тенях помолчал.

- Спасибо, что прилетели, Линн. Я... рад, что видел вас лично. И рад, что вы... именно такой.

Линн смущённо улыбнулся и пожал плечами.

- Прощайте.

- До свиданья, - проговорил Тукан и открыл нам дверь, впустив далёкий оживлённый шум улицы.

Мгновение помедлил.

- Как вы догадались?

Линн стоял к нему спиной - и развернулся.

- Моя жена очень чуткая... это трудно объяснить простым людям, извините. Я не мог отмахнуться, я должен был понять, что именно она чувствует... и начал думать.

Тукан бросил на меня быстрый взгляд, ясно говоривший о том, что он меня вообще не брал в расчёт. В глазах Линна мелькнуло торжество.

- И что же она почувствовала?

- Она подумала, что вы убийца.

Человек в тенях усмехнулся.

- В каком-то смысле так и есть.

- Не надо так говорить, - напряжённо попросил Линн. - Мне, знаете ли, однажды рассказали, что Дарт Вейдер убил моего отца, а потом выкручивались с помощью этой фразы.

- Да, - нервно засмеялся Тукан. - Неудобно получилось. Простите.

Линн молча смотрел на него в упор несколько мгновений... и кивнул. Тукан вдруг шагнул вперёд, в свет, - ошеломлённый внезапной мыслью.

- Постойте. Вам солгали про Вейдера, и вы поверили? Вас всё-таки можно обмануть?

- Я много думал, как так вышло, - тихо ответил Линн. - Я тогда ещё не был обучен... и верил тому, кто это сказал. У меня не было поводов не верить.

- Понятно, - вздохнул Тукан. - Вы здесь надолго?

Линн обернулся на меня. Тукан нашёлся... но в этой истории один полученный ответ порождал кучу новых вопросов.

- Так куда вы дели вашего внука? - спросила я. - И зачем вообще вы это устроили? Или мы лезем не в своё дело?

- Его убили. На его месте должен был быть я. Собственно, его вы и нашли в гробнице. У меня не было ни времени, ни выбора... я понял, что это мой шанс уцелеть. Вот и всё.

Линн резко развернулся и захлопнул дверь. Шум улицы исчез, нас объяла тишина.

- Пройдёмте в комнаты, - вежливо сказал он так, что возражений не предусматривалось.

Тукан, чуть ссутулившись, пошёл вперёд.

У него дома было на удивление тесно, - всё заставлено какими-то мелочами, стен почти не было видно за множеством сувениров, странной формы оружием, всюду царил тёмно-алый цвет, от которого некуда было отвести взгляд. Почему-то почти сразу стала кружиться голова, Линн это заметил, но ничего не сказал.

Тукан медленно и красиво наливал нам горячий золотистый напиток из серебристого сосуда с длинным тонким носиком. Белый пар рисовал завитки в воздухе и не спешил растворяться.

- Ивалар ночевал у меня. Мы поужинали, я пожелал ему спокойной ночи, и мы разошлись по спальням. Больше я его живым не видел.

Линн осторожно поднёс чашку к губам, - казалось, питьё настолько огненное, что до него невозможно дотронуться, и он медлил.

- У вас в этот день ещё были гости?

- У меня большой дом и много прислуги. Если кто-то хотел прийти, не поставив меня в известность, то для этого были все шансы.

Линн наконец решился и, зажмурившись, сделал маленький глоток. Глядя на него, я тоже взяла свою чашку. Из-за температуры вкус почти не ощущался, хотелось подождать и распробовать.

- Вы ведь не могли провернуть эту историю с сокрытием тела в одиночку, - негромко сказал Линн. - Я не следователь, меня ваши официальные службы вообще не приглашали, так что... я не буду задавать вопросы. Но вы ведь сами позвонили мне, сами вышли на связь. Значит, вы хотели, чтобы я догадался.

Тукан взял со стола большую тёмную плитку, разломил на несколько почти одинаковых кусочков.

- Угощайтесь.

- Спасибо. Итак?

- Да, хотел.

- И при этом вы до сих пор молчите.

- У меня... есть основания. Я ещё не всё знаю, поэтому... я вынужден пока просто наблюдать.

- Наблюдать - за чем?

- Или за кем, - не удержалась я.

Он бросил острый взгляд на меня и протянул отломанный кусочек.

- Это наши сладости. Попробуйте.

- Спасибо.

Тёмная плитка была безумно сладкой. Время куда-то ползло, не давая ответов, не показывая выхода, это начинало раздражать. И что теперь - просто сидеть, вытягивать из него чуть ли не каждое слово? может, ну его, этого Тукана, вместе с его тайнами, как-то он до нынешнего момента дожил, выберется и на этот раз, нечего о нём сильно переживать... Да, интересный человек, да, спасибо ему за подвиг, не каждый на такое способен, но...

Поставленная Линном чашка звякнула неожиданно громко, и наступила тишина. Я сначала не поняла, в чём дело, подняла глаза на Линна, - а он смотрел на меня с вопросом. Я растерялась: похоже, он что-то спросил, но я утонула в своих мыслях и не услышала.

- Извини?

- Кэт, когда мы улетаем?

- Завтра, - брякнула я, не подумав. - Точнее, уже сегодня. Или ещё нет?

- Да.

Я почти физически ощутила, как Линн ждёт, что скажет Тукан. Будет уговаривать остаться? Сделает вид, что ему всё равно?

Тукан аккуратно допил из своей чашки и налил себе ещё.

- Во сколько у вас рейс?

- Ни во сколько. Я прилетела на "Скитальце", так что теперь мы отправимся домой на нём. Меня на регулярные рейсы семья не пускает по соображениям безопасности.

Тукан как-то совсем по-человечески понимающе вздохнул.

- Скажите спасибо, что вас не заперли в четырёх стенах... по соображениям безопасности. Зная Милорда...

- Нет, это вы зря, по моему поводу вовсе не он главный псих...

Линн засмеялся.

- Ладно. Мы пойдём. Надо всё-таки выспаться перед отлётом.


***

Сообщение пришло Линну поздно ночью. Линн со стоном потянулся к видеофону.

- О Создатель, ну что там ещё...

Я попыталась сделать перед собой вид, что я проснулась, но это не удалось.

- И что там ещё?

Он, нахмурившись, прочитал сообщение снова.

- Аменердис. Пишет, что ей грозит опасность. Просит прийти.

Сон слетел.

- А ты тут причём? У них полиция вообще перестала работать?

- Судя по тому, что творится с Туканом, перестала. А может, и не начинала.

Он с неохотой встал.

- Мне поехать с тобой?

Линн с сочувствием посмотрел на меня.

- Не надо. Спи. К тому же...

- Что?

- На заданиях мы разделяемся, чтобы было кому сообщить в Центр, если что-то пойдёт не так. А мы, похоже, всё-таки на задании. Прости, я хотел тебе устроить отдых...

- Не извиняйся. Оно само.

Он выхватил из темноты шкафа белую рубашку, оделся - и скрылся за дверью. Можно было снова зарыться в подушку, попытаться заставить себя выкинуть всё из головы, провалиться в мягкую бездну, в которой нет времени, но есть сны...

Добраться до снов я не успела.

Видеофон настойчиво гудел, не желая останавливаться. Я дотянулась: на экране был Линн. Я вздохнула.

- Что случилось и куда бежать?

Он быстро улыбнулся, но улыбка тут же исчезла.

- Меня вызвал Тукан. Лети туда, где мы с ним общались. Я уже почти на месте.

- А Аменердис?

- Он её не вызывал. Только меня. Возьми такси. Вот адрес.

Экран погас. Флайер-такси свалился из чёрного неба, чтобы умчать меня прочь.

...Взгляд ярких глаз Линна был таким пронизывающим, что Тукан не выдержал и отвернулся.

- Говорите, - приказал Линн. - Быстрее, пока народ не набежал.

- Они вломились ко мне, их было трое... четверо?.. Это кольцо я сделал давно, там генератор защитного поля. Я отбился, и они скрылись, всё случилось почти мгновенно. Есть легенда с Аксерата про кольца, я взял за идею...

- Не надо, я понял. Дальше.

- А дальше всё!

- Нет, не всё! Это война за наследство? Ивалар - наследник, он стоит между убийцей и деньгами? Или же вас раскрыли?

Тукан закрыл лицо руками. Пальцы дрожали.

- Я не знаю. Я не знаю! Может, отследили наш визит в гробницу...

Линн обернулся на шаги: в доме появились люди.

- Скорее. Если что-то ещё есть, говорите.

- Это кольцо... Помните, у вас вылетела программа? Я не специально...

- Всё-таки это вы?

- Да, но оно включилось само, случайно. Иногда так бывает, оно старое, там надо было бы поменять...

- Теперь всё?

- Не знаю. Наверное.

Он замолчал: в комнату вошли полицейские. Я поёжилась: как-то сразу стало заметно, что красота и гармония в доме разрушены, в комнатах всё вверх дном, а движения полицейских не как у гостей, но как у чужих, бесцеремонных и холодных. Один из полицейских потребовал по видеофону прислать ему список родственников Ивалара, разместился за столом, стал вызывать их всех сюда. Я думала, что он сейчас нас с Линном прогонит, но почему-то этого не произошло. Было странно: его коллеги рыскают по разгромленной квартире, а он устроился прямо посреди этого хаоса и собирается вести допрос. С другой стороны, я ж не следователь, откуда мне знать, как положено искать подозреваемых по горячим следам, может, оно так и надо.

Линн сел в кресло у стены, - я сильно сомневалась в том, что следователь осознаёт его присутствие. Внуки Тукана приехали быстро, - разбуженные, тревожные, непонимающие, кто-то злился, кто-то пытался держаться спокойно. Линн вслушивался в допрос, потом тихонько подзывал освободившихся к себе. Следователь как будто вообще не видел, в какую сторону они уходят. Линн быстро задавал им какие-то вопросы, - казалось, ни о чём. В квартире становилось тесно.

Аменердис изящно присела перед следователем. Стандартный вопрос - где вы были во столько-то? Дома. Свидетели есть?

Аменердис очень широко улыбнулась.

- Нет. Потому что в этот момент я была с Линном.

Её взгляд был торжествующим, развратным и открытым, он не оставлял никаких вариантов для понимания - как именно была. От неожиданности все замолчали, Линн замер. Аменердис жаждала увидеть, как я согнусь от душевной боли, но - я ничего не ощутила, кроме мгновенно возникшей абсолютной уверенности в том, что мне нагло лгут.

Меня вынесло вперёд.

- Это враньё. Это враньё, потому что он Владеющий Силой, а я его чувствую. Между вами ничего не было. Если бы было, я бы знала точно.

Зависшая тишина оборвалась, - на меня обрушились чужие эмоции: оживление, настойчивое любопытство... неверие, насмешливая жалость: надо же, попыталась выкрутиться... Стало страшно и противно. Линн решительно обнял меня, и я перестала видеть Аменердис.

- Извините. Мы должны уйти.

Он быстро повёл меня прочь, в тёплую ночь. Яркие огни остались позади.

- Спасибо, - голос Линна дрогнул. - Спасибо, что так... уверена во мне.

- Но я же права!

- Да. Ты права. А она рассчитывала на то, что сможет победить. Это было так... внезапно.

- Думаешь, она убийца?

- Да. Но доказательств всё равно нет. Всё-таки она себе обеспечила алиби. За мой счёт.

Мы долетели до гостиницы, среди зелени у бассейна приветливо светили фонарики на невысоких столбиках. От слов и взгляда Аменердис осталось мерзкое ощущение, как будто я вся испачкалась в грязи, отчего я немедленно полезла в воду - отмываться. Линн со вздохом растянулся на лежанке на берегу.

- Ты знаешь, на меня ведь многие смотрят...

- Да. Ты рассказывал.

- Ну и вот. Это, конечно, приятно. Приятно, потому что подтверждает твои слова.

Я выбралась из бассейна по ступенькам.

- О том, что ты красивый?

Он засмеялся.

- Да. Потому что...

- Знаю. Не оправдывайся.

-Но мне никто из них не нужен. Так что кто бы на меня ни смотрел... это ничего не меняет. И поменять не может.

Он взял за руки, потянул к себе... и вдруг неподалёку что-то хлопнуло, взорвав тишину. У Линна в момент изменился взгляд - стал пронзительно-острым от близости смерти. В следующее мгновение Линн перекинул меня за лежанку и засветил лазерный меч, глянул по сторонам - оценивал опасность. Страха не было, было странное ощущение нереальности, - как будто это всё не со мной... Кто-то выстрелил снова, - разряда не было, машинально мелькнуло в голове: значит, не бластер. Внезапно стало темнее: Линн выключил лазерный меч. Он пригнулся, вытащил меня из-за лежанки, и мы понеслись сквозь ночь - прочь из гостиницы, к флайеру... в космопорт.

На борту "Скитальца" он так крепко обнял, что мне стало больно.

- Улетай. Улетай немедленно.

- А ты?!

- Я останусь. Пусть думают, что я тоже улетел. Надо добить это дело. Всё, иди в рубку.

- Нет, я...

Он отчаянно бросился меня целовать.

- ...лети!...

Когда он ушёл, я почти упала в кресло пилота, - руки и ноги внезапно отяжелели, била дрожь. Старт. Уйти с планеты. Ещё немного, и надо будет включить гипердвигатель. И всё. Я улечу, а он останется.

Я вывела звездолёт за орбиту одной из ближайших планет системы... и взяла видеофон.

"Линн, я спряталась за соседней планетой. Заканчивай с этим безобразием, вызывай меня, и я тебя заберу".

"Нет. Пойми, я так не смогу. Я всё время буду думать только о том, чтобы тебя не достали. Пожалуйста. Я прошу тебя."

Я медлила, - никак не могла заставить себя согласиться.

"Я прошу тебя! Я не хочу, чтобы ты снова здесь садилась! Я вернусь регулярным рейсом, как и прилетел!"

"О Создатель... ну хорошо."

Линн исчез с экрана, и без него со мной осталась пустота и тишина рубки "Скитальца". Просто - приборы, просто звёзды на обзорных экранах. И - жуткая, почти нереальная тяжесть обязанности улетать. Потому что - Аменердис. Потому что - развратный торжествующий взгляд, который не смогли перебить ни собственные ощущения, ни слова Линна. Потому что в голову настойчиво лезет: а вот сейчас он остался там... на одной планете с ней. И даже в одном городе. Прошла мысль: а может, не надо улетать, может, и правда остаться, подождать, пока он тут всё закончит... и - как потом? Врать? Солгать Владеющему Силой? А если я останусь - что это изменит? Он же всё равно там, внизу, а я здесь... И потому - через страшное нежелание, через дичайший протест в душе - врубить гипердвигатель и бессильно смотреть, как превращаются в слепящие лучи только что спокойно сиявшие звёзды, как обзорные экраны переключаются на заставку обычного космоса, чтобы беречь человеческие глаза... И - рухнуть в мучительно тянущееся время гиперскачка, упасть лицом вниз на койке в большой каюте, пытаться отгонять назойливые мысли, пытаться, пытаться... А стоит зажмуриться, как картинки перед мысленным взором становятся ярче, и как будто всё происходит реально, прямо сейчас... как будто видишь, что он идёт по ночным улицам, где в высоту уходят каменные колонны, а ночь смотрит тысячей огней и может обернуться либо преступной страстью, либо близкой смертью... Я не могла ни вырваться в явь, ни провалиться в глубокий сон, и мучительные видения терзали, пока не спас автопилот, - доложил о выходе из гиперскачка. Я вскочила, кошмар схлынул, и накрыл стыд: да что же, что со мной творится, как я могла так безжалостно подозревать Линна, да я даже словами не в состоянии назвать - в чём... как я могла продолжать ему не верить?.. Было до скручивающей душевной боли обидно: а ведь так уверенно говорила с Аменердис... куда она делась, эта уверенность... и как я, вернувшись домой, буду Милорду в глаза смотреть, он же всё поймёт...


***

"Скиталец" растаял в высоте, Линн остался один.

Он направился обратно в город - таясь от следящих камер... и делая так, чтобы никто из живых не увидел его, пока он сам не захочет.

В гостинице он первым делом зашёл к охране - посмотреть на записи со следящих камер. Полиция была уже там, они их уже видели.

- Пожалуйста, сначала, - попросил Линн так, что никому в голову не пришло отказать.

- Да, само собой, - с заметным облегчением сказал полицейский. - Хорошо, что вы вернулись. Нам сообщили, что "Скиталец" покинул космопорт, и мы решили, что вы улетели оба.

- Нет. Я тут не закончил дела. И вообще.

- Да. Понимаю.

Линн прокрутил записи на скорости. Трое... нет, четверо. Совершенная случайность, что так совпало... от слова "совершенство". И Аменердис, которая его вызывала.

При виде того, как Линн стремительно мрачнеет, полицейский вздохнул.

- У вас сумасшедшая реакция, - признал он. - Если бы на вашем месте был простой человек... там были бы два трупа.

- Да. Я знаю. Пожалуйста, не надо об этом.

- Да. Само собой, - сдержанно отозвался полицейский. - Знаете, я сразу вспомнил... Всё-таки вы пилот истребителя. Всегда хотел вас спросить, ведь когда вы взрывали Звезду Смерти, там огонь шёл со всех сторон. Я человек земной... мне пилоты всегда казались почти богами. Как вам вообще удаётся уцелеть в космических сражениях?

Линн оторвался от экрана. Напряжение стало уходить.

- Ну, видите ли, у истребителей есть защитные поля... и не только. На обзорные экраны идёт изображение, и ещё есть такая штука - компьютер определяет, откуда по звездолёту стреляют, и в кабине включает звуки выстрелов. И пилот через динамики слышит, с какого направления в него палят. На звук ты интуитивно реагируешь сразу, не надо оборачиваться и смотреть лишний раз. Это всё, конечно, повышает шансы выжить. А так... Когда ты летаешь, то не думаешь: ты действуешь.

Полицейский смотрел на него с уважением, сквозь которое просвечивала зависть.

- Ясно. Я так понимаю, вы нам не будете отчитываться о том, что собираетесь делать?

Линн кивнул.

- Не буду. Извините.

...ГабриельТукан ни о чём не подозревал, пока Линн вежливо не поздоровался у него за спиной. Тукан схватился за сердце.

- О великая Маат, - жалобно сказал он. - Ну как же можно так пугать! Я же так мог остаться заикой на всю жизнь!

Линн улыбнулся, но глаза остались серьёзными.

- Я верил в вашу выносливость.

Тукан бросился к окнам, закрыл занавески. Выключил свет в комнате.

- А где ваша жена? Я слышал, была стрельба в районе вашей гостиницы...

- Нет. Всё хорошо. Она улетела.

Тукан сложил руки, - молился. Наконец поднял глаза, - взгляд был глубоким и просветлевшим.

- Вы знаете, вы с вашим отношением к жене напомнили мне одну легенду... извините, я старый человек и немного болтлив...

- Это ничего, - с живостью отозвался Линн. - Болтайте на здоровье. Так можно добраться до умных мыслей, которые не лежат на поверхности. Так что за легенда?

- Есть такая планета - Аксерат. Империя открыла её и сразу засекретила, там были огромные месторождения... Может, вы знаете о ней?

- Ещё бы мне не знать, - серьёзно сказал Линн. - Легенда оттуда?

- Да. Это история о короле по имени Раун Дагвиати. Его ещё называли королём-чародеем, считали, что он бессмертен благодаря волшебному кольцу, а ещё он собирал себе свиту, делал людей такими же, как он... так говорят. Он жил очень долго... так, как положено Владеющим Силой. Вы ведь по такой терминологии тоже чародей...

Линн молчал: ждал, что будет дальше.

- Раун мог приворожить любую женщину, но ему это было неинтересно. Нет... азарта, радости завоевания. Легенда говорит...

Тукан прикрыл глаза, чтобы вспомнить как следует.

- Она была из простых, но гордых, её полюбил могущественный король-чародей, но она ему отказала. И тогда он, уязвлённый, решился её зачаровать. Он не любил действовать так, ибо не было ни чести, ни искренности в приворожённой любви. Но тут - он не мог смириться, а ещё не мог допустить, что та, кого он любит так сильно, состарится и умрёт. И однажды в светлой ночи он заиграл на нежной дудочке. И... дождался. Ей приснилось, что он отдал ей душу, и она вышла к нему - объятая тем же огнём. На рассвете он подарил ей кольцо, сам надел ей на палец... такое же кольцо, как у его свиты, у тех, кто благодаря чародейству переставал стариться. Прошли годы, десятилетия, пришёл миг, и она разделила его жизнь. Он берёг её как только мог, но магия не всесильна. Был бой, были потери. Они могли потерять тела, но остаться жить... а она не захотела. Всё-таки она была с ним не совсем по своей воле, мягко говоря. Она была горда и неукротима, воспользовалась случаем и ушла на свободу, а его утешало лишь то, что она там, где нет страданий...

- Не надо, - оборвал Линн, и Тукан осёкся.

- Простите. Простите, я не подумал...

- Я бы ещё понял, если бы вы про отца сказали!

- Да. Да. Но я не знал... про жену Милорда вообще никто ничего не знал, никогда...

- Я в курсе, - голос Линна стал резким. - Он сам приказал себе про неё забыть. Он до сих пор не смог вспомнить её имя. То есть он, конечно, знает, но, как бы сказать... снаружи. Не из глубины памяти.

- Да, да, я помню, когда был суд, всё это раскрылось...

- ...и вообще, разве похоже на то, что моя жена со мной против воли?!

- Простите. Конечно, нет. Я не ожидал, что вас это так заденет. Я ведь про другое подумал... Похоже только... как он её берёг.

В тёмной комнате повисло неловкое молчание.

- Давайте всё-таки вернёмся к нашим делам, - через силу предложил Линн. - Точнее, к вашему несостоявшемуся убийце.

Тукан медленно поднял глаза.

- Вы узнали, кто это?

Линн не смог ответить сразу. Сколько у него внуков? У старшей дочери трое детей, а есть и другие... И всё равно будет больно. Он создал вентиляционную шахту Звезды Смерти, скрыл все следы, спасая свою семью... а теперь та, кто была его семьёй, решила лишить его жизни.

- Она занималась... вашими похоронами.

В комнате как будто потемнело.

- Значит, всё-таки Аменердис, - горько выговорил Тукан. - Как жаль...

- Вы её любили?

- Да. Как и все. Ну хорошо, не все. Многие. Я думал, что у нас хорошие отношения... как?!

- Трудно сказать. Так бывает, когда два брата... один нормальный, а другой мерзавец. Мне Даниель говорил, как он мучился: ведь в нём та же кровь, значит, этот кошмар и в нём может спать...

- Да. Дети не всегда получаются удачными.

Тукан был бледен как смерть.

- И как теперь быть? Её же не обвинишь.

Линн усмехнулся.

- Разве что признается сама.

Тукан вздрогнул, во взгляде появился испуг.

- Вы... можете её заставить?

- Я попробую. Только как теперь вы будете жить? Под именем своего внука, да?

- Нет. У него была своя жизнь, я не могу в полной мере в неё впрыгнуть... меня раскроют. Так что когда опасность минует, я докажу, что жив. Кстати, я хотел у вас спросить, как это делается. Ваш отец ведь доказал, ему сделали документы на прежнее имя, хотя официально он был признан умершим.

Поражённый Линн выпрямился.

- И из-за этого вы написали в завещании требование связаться со мной?

Тукан усмехнулся.

- В том числе.

- Но вы могли просто обратиться к нам напрямую... отец рассказал бы, тут нет никакого секрета.

- Не мог. За мной следили.

Линн помолчал. Нехорошее подозрение закралось в душу и не желало исчезать.

- Мне очень неприятно, что меня просто используют, - честно сказал он. - А история про вентиляционную шахту тоже враньё?

У Тукана чуть дёрнулся уголок рта.

- Я так и знал, что вы спросите. Нет. Это правда. Не верите?

Линн не ответил. Тукан встал, добрался до кухни и вернулся с двумя бокалами и вином.

- Я очень надеялся на вашу помощь, - виновато проговорил он, наполняя бокалы. - Очень. Вы... когда вы защищали своего отца на суде, то произвели такое впечатление... я понял, что именно к вам и могу обратиться. Простите, что втянул вас в это дело... И ещё... Вы искали того, кто сумел сохранить человечность при постройке оружия тотального уничтожения... а нашли завравшегося богача, который хочет выжить. Я вас разочаровал, конечно.

Линн дослушал до конца. На него обрушилась ненужность, полная зряшность всего, что он делал и пережил, но не это было самым тяжким... захотелось накричать на Тукана, схватить его, трясти, чтобы до него дошло... а вместо этого Линн мгновение помедлил - и взялся за бокал.

- В неё стреляли. Из-за вашей авантюры. В неё. Не в меня. Я рисковал не своей жизнью, понимаете? Я ей обещал дозу позитива, а вместо этого...

- Ну тут я уже не виноват! Вы сами позвали её. И никто не мог ожидать, что Аменердис...

- Помолчите, а? Пожалуйста. Я ведь могу просто уйти отсюда и улететь домой, а вместо этого я с вами вино пью.

- Да. Простите.

Сквозь шторы в ночную комнату проникал тревожащий уличный свет.

- Что вы будете делать, если ваши наследники уже потратили деньги? Мало ли. Расплатились с долгами, например.

- Я об этом не думал. Не самая большая проблема, если честно... главное - избавиться от опасности, а там...

- Избавиться - как? Если поймать убийцу и посадить в тюрьму, а потом вы объявите, что живы...

- Нет. Это не вариант. За несостоявшееся убийство просто уменьшат срок, переквалифицируют на покушение... а потом человек выйдет на свободу. И всё закрутится снова. До тех пор, пока... ну, вы понимаете.

Тукан залпом выпил всё, что оставалось в бокале, и налил снова. Решился.

- Линн, скажите прямо: вы собираетесь меня спасать или нет?

Линн глянул на него в упор. Тукан отшатнулся - и опустил глаза.

- Собираюсь. А с вашим враньём разберусь потом.

- С-спасибо...

Линн хотел было ответить, что пока не за что, но передумал.

- Вы у меня в долгу. Как любит говорить один мой друг, выживем - сочтёмся.


***

Линн шёл по ночным улицам, ощущение близкой опасности кружило голову. Он знал, что - пройдёт, что сможет прийти незамеченным и уйти невредимым, так было уже много раз, опасность дразнила, была желанна, и он давно уже перестал бояться смотреть ей в глаза. На входе - на широких ступенях - он обманул стражу: знал, что камеры не заворожить, и просто вскинул руку, чтобы отвернуть их в другую сторону. Взлетел по ступеням к высоким дверям, те раскрылись перед ним, и из них хлынул белый свет.

Он шёл стремительно, не сворачивая, - в большой зал, там были алые и голубые цветы на стенах, и колонны подпирали потолок, расписанный синим небом и большими золотыми звёздами. Подумалось: как же здесь красиво, как всё - про жизнь... а его приход - про смерть...

Аменердис ждала. Когда он вошёл в зал, она вылетела ему навстречу. Он машинально отметил: а вот она знает, как носить эти их открытые белые платья с тонкими лямками на груди... и ей идёт.

Линн остановился посреди зала. Аменердис чуть прищурилась: оценила, что он не пошёл вперёд. Подошла сама, - красивая, дикая и почти неземная. Казалось, за её спиной проявились, чуть дрогнули и снова скрылись большие крылья.

- Всё-таки пришёл, - в её голосе было торжество.

- Да.

- Ты жену отослал?

- Да.

- Тогда...

Она двинулась к Линну, но тот успел перехватить её руки.

- Это ведь ты дала Тукану яд. Правда?

Аменердис засмеялась.

- Станешь моим - отвечу.

- А если я откажусь?

Чёрные глубокие глаза были близкой бездной и улыбались.

- Тогда... ты тоже умрёшь.

Линн выпрямился. Мир обрёл сверхъестественную чёткость, казалось - ты почти видишь полёт в Вечность каждой секунды, знаешь наперёд, что случится в следующие мгновения. Он знал, что в такие моменты у него изменяются глаза... и закрыл их, чтобы Аменердис не догадалась. Она не поняла - зачем. Потянулась к его губам... но когда осознала, что ошиблась, было поздно.

- Нет, - тихо сказал Линн. Он знал, что приказ уже отдан... и что его услышат.

От его "нет" сразу начали стрелять, он резко развернулся, чтобы Аменердис оказалась на линии огня. Она дёрнулась вырваться, но это было бесполезно, несколько попаданий заставили её вскрикнуть, - Линн почувствовал, как её тело стремительно тяжелеет... и перестаёт быть живым. Он бросился с ней на руках к выходу, прикрываясь от выстрелов, и оставил её только у самого порога. Двери нехотя распахнулись, выпуская его наружу.