# О чём не расскажет даже дракон

Оксана Александровна Тарасенко

- Ты не подумай! - кипятится Пинь так, что в заварнике повторно заваривается чай, а я обмахиваюсь полотенчиком.

- Ой, извини, - морда напротив на мгновение принимает виноватое выражение.


За окном непонятная погода, а здесь, на кухне, пахнет ароматной малиной - очередной подарок от Ядвиги Виевны - и плюшками.

Эти уже Пинь с собой принёс.


- Очень вкусные! - я с удовольствием откусываю кусочище.

А внутри начинкааа.

Так, определённо, малиной сегодня пахнет не только от чая.

И как же её много... этой начинки.

Вот у меня так не получается.

Вытекает вся.


- Бабушка готовила, - гордо надувается Пинь.


- Она у тебя - волшебница.


- Магией драконы все владеют, - Пиньинь пережёвывает свою порцию булки.


Смотрит в окно, где ветер то ли пытается помахать, то ли сломать ветки тополей со свежими яркими листиками.


- Только не у всех так вкусно получается, - добавляет мой гость.


И тут же продолжает.

Не забыл свой извилистый путь мыслей...


- Дедушка у меня уже в возрасте. И крылья ломит. И давление...


Интересно, а как драконы давление меряют?

Этот вопрос я благоразумно оставляю на будущее.

Просто делаю мысленную закладочку.

А сейчас слушаю Пиня.


- А он всё ещё летает. Я столько не могу. А он летит! Пролетит часть. Отдохнёт на полянке или скале. И дальше летит.


Дракон опять гордо надувается и становится похож на упитанного хомяка.

Тем более, что во рту у него на этот раз целая плюшка.

А размеры у неё... драконовские.

Я вон четвертинку ем.

И то много.


- Его все окрестные жители уважают. Если на поле сядет, то даже водички принесут попить...


И я себе представила этого огромного лазурного дракона с совершенно седыми усами и седой чешуей по хребту. Оказывается, драконы так седеют.

Вот он садится сбоку от поля.

Чтобы не помять посадки.

А от деревни к нему неспешно, но ходко движется телега с деревянной бочкой.

Подъехавший малец спрыгивает, кланяется в пояс.

Дракон сам поднимает тяжёлую крышку.

Не под силу такое подростку.


Пьёт.

Довольно пыхтит и взлетает.

А на земле остаётся радостный пацан.

Теперь он год будет рассказывать о встрече и о том, как он...


- А ещё он ноутбук уже освоил. Иногда только путается... В библиотеке забывает, как книги сохранять...


Помню я... эту историю.


Как мы целой кучей родственников и друзей искали библиотеку, которую можно скачать.

А лучше не одну.

Как выбирали подходящую хранилку.

И как некоторые знакомые удивлялись моей причуде.


Приходилось объяснять, что "очень надо кое-кому. У них в деревне интернет плохо пашет".

Ещё и выслушивала советы по поводу тарелки и прочего.

Кивала.

Благодарила за заботу.

А потом училась подключать хранилище и рисовала руководство по установке уже на "той стороне".


Как вспомню, так вздрогну.

А оно вон зачем нужно было.


- А когда я был маленьким, он мне такие сказки рассказывал!


И я традиционно пытаюсь подавиться.

Правда, такой малиновой начинкой давиться грех, поэтому обошлось.


Но я-то думала, что мой гость в сказке живёт.

А у него по этому поводу своё мнение.


- И только про битвы свои он мне не рассказывал, - хмурится Пинь.

Скребёт когтем по столу:

- И сейчас не рассказывает. А ведь есть о чём. Он нас с севера защищал. А потом на западе в боевых действиях участвовал. И молчит!


И драконище опять шкрябает скатерть.

Хочется его предупредить, что новую сам покупать будет.

Но я молчу.

Момент не тот.

Да и не такие уж великие деньжищи.

Гость мне точно дороже.


Да и... если что, заштопаю.

Штопкой на скатерти этих ребят не смутишь.

Это в нашем мире зашитая дырочка часто вызывает недоумение, а там вполне нормальное жизненное явление.


- А мой дедушка мне тоже истории рассказывал. Про бластеры!


Тут я чуток осекаюсь.

Потому что тогда мы с этих бластеров драконов мочили и головы им резали. Пока всё остальное семейство спало в своих кроватях.

Как сейчас помню:

Деревня, рассвет.

Кричат петухи.

За окном ещё серовато.

Ближе к шести.

Тёплый бок дедушки.

Я приваливаюсь к нему, потому что кровать панцирная.

И, затаив дыхание, слушаю.

И снова слушаю.


Он ушёл так давно. И так недавно.

Я смаргиваю слёзы.

Так каждый раз.


- И мне тоже не рассказывал, - я смотрю в понимающие глаза Пиньиня, - а ведь он Великую Отечественную прошёл. И не рассказывал. И бабушка тоже...


Мы молчим.

Чай на столе пахнет малиной и грустью.


- Понимаешь... он ушёл. И... бабушки уже нет. А я так и не знаю.


Как объяснить дракону, что теперь остались только ордена и сухие выписки из архивов? Их мне удалось найти.

А может быть, объяснять и не надо?


И словно в такт моим мыслям гость кивает.

Да.

Он понимает всё.


- Может быть, если он не хочет рассказывать... просто пусть напишет?


Я предлагаю нерешительно.

Ведь совета у меня не спрашивали...

И тут же поясняю чуть торопливо:

- У меня брат двоюродный... всегда рассказывал, как они там, в горах, во время военных действий... и дальше шли такие байки, что смеялись даже мухи...

Молчу.

Не знаю, как продолжить.


- И ты думаешь о том, сколько он тогда не рассказал...


Киваю.


Линия фронта, пески пустыни, горные перевалы, ленточка.

Сколько они хранят того, о чём не рассказывают.


Мы пьём чай.

За окном сияет солнце.

Вынырнуло и радуется.

Смотрю на него.

И тихонечко шепчу: - Спасибо, дедушка.

#спасибо_деньпобеды_драконы