# Квинтэссенция королевы. Червь / Звездные войны / Игра престолов

Marrs Darth

гуглоперевод, Продолжение Квинтэссенции. г33-35

Darth Marrs

Квинтэссенция королевы. Червь / Звездные войны / Игра престолов

Origin: http://samlib.ru/t/terminatrow_d_k/worm_quintessence_of_queen.shtml

Создан: 20/07/2021, изменен: 22/02/2022, 947k

Роман: Фанфик

гуглоперевод, Продолжение Квинтэссенции. г33-35

____________________________________________________________

https://m.fanfiction.net/s/13884612/1/The-Quintessence-of-a-Queen Квинтэссенция королевы. Червь / Звездные войны / Игра престолов. Автор: Darth Marrs. Продолжение Квинтэссенции.

Глава первая: гиперпространство - это не то, что опыление посевов. Тейлор Хеберт разбудил пронзительный писк.

К сожалению, с осознанием внезапно началась тошнота. Она попыталась удержать первые горящие кусочки желчи в горле, но рвота вышла слишком быстро, чтобы она могла ее контролировать; или даже попробовать. Горящая жидкость хлынула из ее рта только для того, чтобы брызнуть прямо ей на лицо изнутри шлема.

В отчаянии она дотянулась до герметичных крышек, чтобы освободить летный шлем, прежде чем она в конечном итоге задохнулась от собственной рвоты. Шлем сняли как раз вовремя, чтобы Тейлор снова заболел. По крайней мере, на этот раз она не попала ей в лицо.

Долгое время она лежала на подголовнике своего сиденья и просто болела. Однако непрекращающийся писк не прекращался. В конце концов, она снова открыла глаза. Смахивая кровь из глаз и борясь с тошнотой, которую рвота только усугубляла, она неуверенно двинулась сквозь потрескавшиеся экраны своего летного фонаря.

Воды. Голубые небеса. Перистые облака высоко над головой. Желтое солнце - оттенок ярче, чем она думала, но достаточно близко, чтобы она не могла быть уверена. "Эбби?" Ее голос дрожал, и горло горело. Она попыталась снова, на этот раз громче. "Эбби, ты в сети?"

Мгновенно отозвался голос, хотя из динамиков внутри шлема она не хотела носить снова. "На данный момент, Тейлор, но я подозреваю, что это может скоро измениться".

"Какой у вас статус?"

"Мне не хватает большой части моего тела", - ответил дроид с достаточно притворными эмоциями, чтобы звучать обеспокоенно. "Я не хочу вас тревожить, но я считаю, что мой мозг обнажен и находится в нескольких футах от того, что кажется соленой водой".

"Дерьмо."

"Точно. Хотелось бы, чтобы вы запрограммировали меня на более яркий выбор слов. Кажется, это хороший повод для такой метафоры".

"Хорошо. Языковые фильтры отключены, Quintessence 245T".

"Спасибо. Черт побери, я умру".

Забавно было то, как мало реальных эмоций сказал дроид. Это звучало довольно плоско и немного саркастично. Эбби могла быть более функциональным дроидом, но у Тейлора никогда не хватало духу вызывать у нее настоящие эмоции.

"Ага, хватит для гиперпространства".

"В свою защиту вы продвинулись дальше, чем любой человек в этой галактике. К сожалению, похоже, нам не хватало навигационной информации, чтобы делать это безопасно в течение длительного периода времени".

"Что мы там достигли в конце, прежде чем потеряли контроль?"

"Я почти уверен, что мы подпрыгнули слишком близко к сверхновой".

Тейлор закрыла глаза и просто отдыхала, чтобы снова не рвать. Даже когда она задавала свой следующий вопрос, она знала и боялась услышать ответ. "Эбби, ты знаешь, где мы?"

"Я не могу точно вычислить наше местоположение, Тейлор. Но во время нашей последней звездной карты мы были за пределами нашего рукава спиральной галактики. Свет Солнца не достигнет этого неба по крайней мере десять тысяч лет".

"Блядь."

"Точно. Тейлор?"

"Да, Эбби?"

"Вода достигла моей церебральной матрицы. Я испытываю каскадный фа... ах, блядь".

Навигационный дроид Тейлор отключился, оставив ее одну в кабине сильно поврежденного испытательного корабля в десяти тысячах световых лет от Земли. Несмотря на сокрушительную головную боль и непрекращающуюся тошноту, Тейлор знала, что не может оставаться на месте. Хотя они плавали на поверхности того, что в тот момент казалось большим водоемом, Тейлор не сомневался, что в конечном итоге достаточно воды проникнет в тело шаттла, чтобы потопить его.

Трясущимися пальцами она активировала главную компьютерную систему корабля. Эбби удалось загрузить все их навигационные записи в последние моменты своей работы. Тейлор, в свою очередь, загрузила его в кристальную память под перчаткой своего бронированного летного костюма. Ее немного беспокоила дрожь в руках - у нее явно было сотрясение мозга. Тем не менее, она смогла дотянуться до сиденья, чтобы убедиться, что комплекты для экстренной помощи все еще там.

"Это будет отстой", - прошептала она, прежде чем нажать кнопку извлечения.

Треснувший фонарь взлетел в воздух. Три секунды спустя она последовала за тем, как система катапультирования подбросила ее кресло в небо с достаточной силой, чтобы ее снова вырвало. Когда она взлетела, рвота вырвалась, словно инверсионный след в воздухе. Сиденье начало крениться, угрожая сбросить ее вперед и заставив ее потерять сцепление со своим шлемом, прежде чем сработали катушки отталкивания, и падение кресла превратилось в ползучую, пушистую дрожь.

Закругленный пакет, установленный между катушками репульсоров на дне ее катапультного кресла, выскочил и упал в воду, где быстро превратился в ярко-желтый плот. Сиденье автоматически опускалось до мягкого маяка на плоту, чтобы обеспечить легкий переход. Тейлор расстегнула ремни безопасности и с болезненным стоном упала на открытое безопасное место плота.

Программист в кресле развернул его и бросил на плот оставшуюся часть аварийного снаряжения. Пакет упал на ногу Тейлора, достаточно тяжелый, чтобы повредить, но не повредить, поскольку мягкая водянистая поверхность смягчит их обоих. Через несколько секунд батарея сиденья разрядилась, и стул рухнул в бурлящую волну воды чужого океана.

Хотя она больше всего на свете хотела просто лежать там и причинять боль, Тейлор заставила себя сесть и осмотрела относительно спокойную поверхность океана, пока не заметила свой черный шлем, покачивающийся в нескольких метрах от нее.

Сила казалась вялой, как и в прошлый раз, когда у нее было сотрясение мозга, но у нее было достаточно силы, чтобы поднять шлем на плот. Только тогда она обратила свой неохотный взор на космический корабль, проектируя и создавая его последний год.

Это была изящная машина, рассчитанная на четырехдневный перелет туда и обратно для проверки ее гиперпространственного двигателя. Она хотела убедиться, что оборудование и технологии работают, прежде чем она поделится ими с остальным миром. Ее технология не была искусной - она ??не была закрыта черным ящиком, чтобы предотвратить дублирование. Но он был основан на науке и технологиях, на тысячи лет более продвинутых, чем то, к чему была готова Земля. У нее были самые известные физики на Земле, которые вышли в растерянном отчаянии из-за гиперпространственной физики, необходимой для превышения скорости света.

Корабль был бы элементарным по меркам старой галактики, где парачеловеческий осколок Тейлора приобрел свои знания и силу. Приблизительно тридцать метров в длину, наиболее поразительными визуальными особенностями были три стабилизатора, которые выглядели как крылья, но на самом деле были всего лишь средними для размещения двигателей продольной и высотной стабилизации и репульсорных катушек. Это был светло-серый цвет из-за тяжелого полимерного защитного покрытия, которое она нанесла на корпус из наноуглеродной нити.

Это самое быстрые досветовая скорость была только четверть C . Но его главным достижением была возможность прорваться через пространственный барьер в гиперпространство. Поступая так, он мог развивать скорость, легко превышающую скорость света в десять тысяч раз.

Но, как выяснилось позже, когда корабль мог двигаться быстрее света в пространственной оболочке, связанной с реальной Вселенной только тросами гравитонов, навигация была действительно затруднена. Доказательство тому она увидела в остатках своего ребенка, которого назвала Юрием . Весь стабилизирующий стабилизатор порта, направленное подруливающее устройство и большая часть самого гипердвигателя просто исчезли, испарившись их слишком близким вызовом со сверхновой и неконтролируемым входом.

Она мельком увидела Эбби, которая, несмотря на человеческое имя и голос, на самом деле была дроидом в форме бочки, вставленным в специальный слот рядом с двигателем. Ее экранированный сенсорный купол был оторван, как и левая половина ее бочкообразного тела. Именно внутри этого бочонка Тейлор мог видеть теперь потемневший мозг дроида. Едкая океанская вода плескалась по его электронике.

Когда купол открылся и давление потеряно, Тейлор с чувством оцепеневшей боли наблюдала, как ее единственный способ вернуться домой, наполненный водой, начал тонуть. На это ушло всего 98 секунд. Один - Миссисипи, два - Миссисипи.... За одну минуту тридцать восемь секунд до того, как кончик кормового стабилизирующего стабилизатора исчез под водой, оставив на поверхности лишь плавное переливающееся мерцание охлаждающей жидкости.

***********

***********

Тейлор было девятнадцать лет. Она отметила свой день рождения с друзьями и бывшими товарищами по команде за день до того, как запустила Yuri . Несмотря на то, что она была еще молодой, она проработала три года ветераном парачеловечества, участвуя во множестве парачеловеческих сражений, в двух очень ужасающих битвах за Смертоносность и в самой короткой и самой разрушительной из мировых войн.

Она также сыграла важную роль, по-своему, в прекращении угрозы Scion и Endbringers. Однако то, что было потом, было в каком-то смысле почти таким же плохим. Люди были жертвами Наследника, но виноваты в Третьей мировой войне были только они сами.

Мир после "Наследника" и "Конечников" имел много общего с миром после Первой мировой войны. Было чувство оцепенения и неверия в то, что это произошло, за которым последовал экзистенциальный страх перед чувством вины выжившего. Затем началась борьба за ресурсы в изменившемся, сильно пострадавшем мире. Когда Китайский Союз Империал начал брякать оружием, шаткие мировые правительства, которые оставались, попытались умиротворить. С китайцами это сработало не лучше, чем с Гитлером.

CUI вторглась в остатки Японии. В течение шести месяцев им удалось убить четыре миллиона мирных жителей Японии. Они называли это возмездием за прошлые преступления. Японских женщин в массовом порядке снимали на видео, когда они совершали самоубийство, а не отправляли в китайские лагеря "Reparation Comfort".

CUI полностью вторглась в Таиланд, Индонезию, Австралию, Новую Зеландию и начала программы по уничтожению коренного исламского населения и подчинению остальных. Вьетнам согласился стать клиентским государством. Корея просто умерла.

За несколько месяцев Китай перешёл через Тихий океан так, как мир не видел уже полвека. И, как и Вторая мировая война, Америку втянуло нападение на Перл-Харбор. Однако, в отличие от прошлой войны, атака Китая была в форме телепортации парачеловека с технологическим термоядерным устройством, которое испарило весь остров и полностью уничтожило половину оставшегося военно-морского флота Соединенных Штатов в Тихом океане.

Америка, будучи одной из немногих стран с чем-то вроде нетронутой экономики, чувствовала, что у нее нет другого выбора, кроме как ответить. И поскольку CUI развернул легионы парачеловеческих солдат с промытыми мозгами в форме Yangban, Протекторат США и другие национальные организации по всему миру ответили тем же. Даже злодеи в Птичьей клетке получали помилование, если дрались.

Гластигу Уэйну приписывают одиночное изгнание двух механизированных дивизий Имперской армии CUI и ста Янбан из Австралии.

Тейлор было еще семнадцать, когда она была назначена исполняющим обязанности подполковника Парахуманских экспедиционных сил США. В отличие от обычных вооруженных сил, звание в PEF было обусловлено не только опытом, но и силой, и ее сила была уникально приспособлена для крупномасштабного командования.

Она была в паре с сержант-майором Чарльзом Скапетти, ее бывшим связным по PRT, и командой опытных плащей в качестве ее офицеров, и вместе с экспедиционным корпусом морской пехоты, против которого они освободили Новую Зеландию, держали ее против численно превосходящих китайских подкреплений в течение шести месяцев до мировых лидеров. убедил Эйдолона развернуть Endbringers.

Мир изменился. Как доказал Гластиг Уэйн, отдельные личности могут быть столь же могущественными, как и национальные государства. Вместо угрозы ядерного Армагеддона человечество столкнулось с угрозой контролируемых Эйдолонами Endbringers и созданного мастерами оружия глобального уничтожения.

Даже после того, как Левиафан уничтожил половину китайского флота, а Бегемот уничтожил шесть городов, Китай окончательно сдался только после того, как "Симург" обрушился на тайный бункер Императора.

Ущерб, нанесенный миру, продолжался. Экономика была разрушена; человеческое население сократилось почти на два миллиарда за последние двадцать лет лишений из-за смертей и снижения рождаемости. Сама окружающая среда была глубоко повреждена; планета была ранена.

На этом этапе Тейлор надеялся представить путешествие со скоростью, превышающей скорость света, и возможность сбежать с опустошенного земного шара, на котором обитало человечество. Однако она не планировала внедрять эту идею, пока не найдет другой пригодный для жизни мир с доказательством того, как туда попасть.

Хорошей новостью, подумал Тейлор, было то, что она нашла мир с водой и пригодным для дыхания воздухом. Плохая новость заключалась в том, что она понятия не имела, где она находится по отношению к Земле, и не было возможности убежать от нее или рассказать кому-нибудь дома.

Хуже того, потому что она никогда не делилась своими полными спецификациями дизайна, и, что более важно, потому что она была единственным человеком на Земле, который понимал гиперпространственную физику, только горстка людей на Земле даже знала, что она покинула планету. Не было никого, кто мог бы спроектировать, а тем более построить спасательный корабль.

Ей было интересно, о чем думают Сара или Дина. Дина, конечно же, будучи самым могущественным пре-винтиком в мире, вероятно, спрашивала свою силу, каковы шансы Тейлора вернуться домой. "Меньше одной десятой процента, Дина, - прошептал Тейлор.

Через несколько минут пятно охлаждающей жидкости на поверхности океана рассеялось. Тейлор очень заметила, как солнце ударило по ее пульсирующей голове. Преодолевая желание просто лежать неподвижно и больно , она снова заставила себя двигаться. У плота был всепогодный тент, который она вытаскивала из кармана на борту надувного корабля. Гибкие шесты, скрепленные стержнем из кевларовой веревки. Она продела их через брезент палатки, а затем закрепила на плоту, пока не появилась тень.

Только после этого она легла на кевларовую поверхность дна плота, закрыла глаза и погрузилась в глубокий исцеляющий транс Силы.

***********

***********

" Ты в довольно глубоком дерьме, Тейлор, не собираешься лгать".

Во сне, рожденном Силой, Тейлор, Лиза и Дина сидели в своей любимой кофейне в Сиэтле. У Дины был горячий шоколад с корицей и зефиром. Лиза выпила тройной эспрессо.

Тейлор пил на завтрак черный чай. Чарльз Скапетти стоял, смешивая напитки для всех солдат и парачеловеков, с которыми она когда-либо служила.

" Я все еще жив", - сказал Тейлор.

" Да, но как долго?" - спросила Сара. "Это не похоже на то, что ты разбился на Багамах, Тэй. Даже с техникой тинкера на планете даже нет технологии, чтобы увидеть, в какой системе ты находишься, не говоря уже о том, где ты находишься. Ты знаешь, есть ли там земля? Или жизнь форм? Если нет органической жизни, как вы выживете? Если есть, как вы можете быть уверены, что это безопасно для вас? Ваши знания бесполезны без какой-либо существующей технологической базы ".

" От этого мне не станет лучше, Сара".

" Она не может. Она напугана", - сказала Дина. В четырнадцать лет неуклюжая девушка превратилась во все более красивую молодую женщину. "Я тоже. Но я знаю, что ты выживешь".

" Твоя сила?"

" Нет. Я не буду спрашивать свою силу, каковы ваши шансы. Я знаю, что вы выживете, потому что я никогда не прощу вас, если вы этого не сделаете".

***********

***********

Мощный всплеск, за которым через несколько секунд последовала волна, которая на мгновение лишилась ее невесомости, прежде чем рухнуть обратно в плот, разбудила Тейлора из транса. Пробуждение от транса Силы было похоже на пробуждение от глубокого сна после запоя. Она чувствовала себя втянутой, голодной и выжатой. Она долго огляделась изнутри своего затененного плота для четырех человек, прежде чем услышала еще один огромный всплеск, на этот раз чуть дальше.

Поднявшись на колени, Тейлор неуклюже поползла по дну плота, открыла навес и уставилась на то, что выглядело как раннее утро в океане. У нее было всего несколько минут, чтобы подождать, пока она не увидит, что ее разбудило.

Существо, вырвавшееся из океана, сначала было неузнаваемо. Тейлор подумал, что это мог быть какой-то гигантский змей. У него было длинное тело из гладкой темно-серой кожи на спине и гораздо более светлого оттенка на животе. Последнее существо прорвалось через воду, и она увидела массивный горизонтальный хвостовой плавник в два раза шире ее роста.

Это был кит?

Еще одно существо всплыло на поверхность еще дальше, и на этот раз Тейлор смог увидеть голову и поток воды из дыхательного отверстия, когда оно всасывало воздух. Но что ее встревожило, так это челюсть. Это не был синий или кашалот. Челюсть была такой же длины, как и она, на шарнирах больше походила на волчью, чем на китообразного, питающегося крилем. И он ощетинился огромными острыми зубами.

Через несколько секунд два хищных кита исчезли, оставив ее одну на плоту посреди, казалось бы, бесконечного океана.

"Ну, Сара, по крайней мере, я знаю, что здесь есть жизнь", - сказал Тейлор вслух.

Все утро ее занимало выживание. Поскольку на ночь она была в черном летном костюме, переохлаждение не было проблемой. Но, пройдя военно-морские учения по выживанию в рамках своей подготовки, она знала, что это произойдет тогда, когда ей придется снимать костюм. Что, судя по ощущениям в мочевом пузыре, скорее всего произойдет раньше, чем позже.

Поэтому на плоту было установлено несколько губок в вакуумной упаковке. Это ее военно-морской инструктор заверил ее, что немногое на спасательном плоту так же ценно, как губка. Его можно было использовать для сохранения относительно сухой внутренней части плота, а также для сбора дождевой воды для питья. Конечно, это было до испарителей.

Теперь она использовала один, чтобы собрать воду, которая попала на плот, когда он впервые развернулся. После этого она использовала губку и океанскую воду, чтобы как можно больше очистить свой шлем и летный костюм. Она надеялась, что в этом нет необходимости, но в таком случае, когда ее костюм находится под давлением, это даст ей несколько часов пригодного для дыхания воздуха.

Даже если от этого воняло.

На данный момент комфорт диктовал, что она расстегнула переднюю часть летного костюма и сняла его, пока не закрепила верхнюю половину комбинезона на талии. Она убедилась, что ее бластер и световые мечи были надежно закреплены в герметичных мешках. Только тогда она обратила свое внимание на аварийный комплект для выживания.

Аварийный испаритель был первым, что она вынула из комплекта. Он превратился в пузырь в форме капли, размером почти с баскетбольный мяч. В отличие от большей части ее снаряжения для выживания, этот предмет она разработала сама. Фактически, ее испарительная технология была основной причиной, по которой она смогла уйти в отставку как в армии, так и в Протекторате в восемнадцать лет.

Наличие устройств, которые могли бы получать питьевую воду из воздуха только на пассивной солнечной энергии, сделало ее очень богатой. Ее испарители можно было найти по всему миру, но особенно в самых разрушенных войной районах Африки, Азии и Южной Америки. Технология была даже внедрена во многие послевоенные здания, чтобы у нее были деньги на строительство проекта своей мечты.

Водяной пар над океаном был достаточно плотным, так что в мочевом пузыре уже было несколько капель только после того, как она открыла впускные отверстия. К тому времени, когда она повесила его у входа в палатку, она смогла сделать глоток идеально чистой, хоть и немного теплой воды.

Следующей в комплекте идет самая тяжелая часть - упаковка индивидуально запечатанных сверхвысококалорийных пищевых батончиков. С 3600 калориями на батончик и десятью батончиками в комплекте она могла легко продержаться пятнадцать дней или больше. Теперь она открыла одну, отломила четверть батончика, а затем снова запечатала вместе с остальными, поскольку съела шестьсот калорий на кусок размером с ладонь. Это напомнило ей шлакоблок со вкусом меда и шоколада.

Ей пришлось снова опорожнить флакон с испарителем, чтобы проглотить его.

Следующим был предмет комфорта - тепловое одеяло и термо-покрытие для пола. Покрытие пола Тейлор пришлось надуть вручную, но при этом образовался тонкий воздушный пузырь между полом плота и ее телом, что еще больше изолировало ее от теплового воздействия воды внизу. Как бы жарко ни было на солнце над головой, ночью переохлаждение все равно будет опасным.

Кстати о... "Становится очень жарко".

В конце концов, она полностью сняла свой летный костюм. "Дина, доброе дело, это не значит, что Скапетти здесь, чтобы пялиться на меня", - пробормотала она, открывая костюм, чтобы дать ему высохнуть. Одетая только в спортивный бюстгальтер и одежду, казалось, что она была в купальном костюме на Багамах.

Она надолго замолчала, размышляя о Багамах и пережитом там опыте. "Желаю, чтобы ты был здесь, Скапетти", - пробормотала она с тоской.

Она почти могла слышать его грубый голос, говорящий: " Я не знаю".

***********

***********

"Скука может стать проблемой при выживании", - сказал военно-морской инструктор. Главный старшина Хуан Родригес был серьезным, ростом 5 футов 10 дюймов с мускулами, мужественностью и усами с заостренными ручками, которыми гордились жители деревни. за неделю до их отправки в Новую Зеландию.

"Важно чем-то заниматься. Делайте заметки. Играйте в карты. Пойте. Однообразие может нанести такой же вред уму, как и телесное повреждение".

Помня эти слова, Тейлор стянула шлем и компьютер с перчаткой из своего костюма, а затем устроилась на краю четырехместного плота с блокнотом и карандашом.

"Двадцать шесть процентов кислорода", - сказала себе Тейлор, читая экран HUD внутри своего шлема. "Ха. Почти нет загрязняющих веществ, кроме серы и частиц вулканического пепла. Незначительные следы химикатов, но ничего удивительного. Мы тянем чуть больше одной силы тяжести по отношению к Земле. Это достаточно незначительная разница, чтобы ею можно было пренебречь".

Она послушно записала свои выводы, продолжая говорить вслух. Она представила себе Сару поблизости, кивающую вместе с тем рассеянным выражением лица, которое у нее появилось, когда она использовала свою мыслительную силу.

"Первичная звезда - звезда главной последовательности класса G. в старушке ".

Сара бы улыбнулась. Не из-за шутки, которая не была смешной, а из-за неудачной попытки Тейлора сделать это.

В ту ночь ее ванна была губкой и водой из испарителя. Она пыталась не обращать внимания на ужасный зуд кожи головы и отчаялась надевать нижнее белье с солевыми кольцами от пота. Она вымыла их, как могла, и повесила сушиться, пока сама закутывалась в термоодеяло.

Удивительно, насколько велика разница температур днем ??и ночью в океане.

***********

***********

"Я не могу поверить, насколько эта планета похожа на Землю", - сказала Тейлор Саре. "Двадцать три с половиной часа в день? Шансы на то, что я приземлюсь в пригодном для жизни мире, составляют миллион к одному. Обитаемый мир с земной атмосферой, гравитацией и суточными циклами? Если бы я не знал ничего лучше, я бы" Интересно, разве Сила не играет здесь в бога ".

Это? Может ли Сила сделать что-то подобное?

"Я не знаю. Мой старый ... старый повелитель Силы, чью силу я унаследовал, считал так. Но Силы не хватило, чтобы удержать Сущностей от разрушения галактики Коруска, так что кто знает?"

Кажется маловероятным, чтобы вы случайно приземлились на такой идеальной копии Земли. Как вы думаете, может быть, происходят какие-то махинации с путешествиями во времени?

"В гиперпространстве нет замедления времени", - сказала Тейлор, покачала головой. "И мы никогда не оставались в подпространстве дольше, чем необходимо, чтобы составить карту звездного неба. И ... черт возьми, почему она меня отпустила?"

Вы имеете в виду Дину? Воображаемая Сара казалась удивленной.

"Да, Дина. Самый могущественный предсказатель на земле, который был моей сестрой последние два года. Она должна была спросить свою силу о моем возвращении. Почему она не остановила меня?"

Может боялась спросить? Вы знаете, бывают случаи, когда она отказывается просить свою силу.

"Но это? Сара, я покидал Землю. Я покидал солнечную систему! Конечно, она спросит!"

Вы обвиняете ее в том, что она здесь?

"Я ... я ..." Тейлор заставила себя глубоко вздохнуть, когда поняла, что ее глаза болят. "Мне страшно. Мне страшно, и я ... я действительно хочу, чтобы ты или она, или кто-то был здесь со мной, чтобы помочь мне разобраться в этом".

Дело в том, что тут особо нечего понять, Тейлор. Остается только выжить.

***********

***********

В середине третьей ночи прозвучал сигнал будильника, достаточно громкий, чтобы разбудить ее от кошмарного сна. Плот потерял слишком много воздуха. Тейлор удалось снова запустить воздушный насос, прежде чем она набрала слишком много воды.

Аккумулятор помпы выдал на следующий день. Ей пришлось переключиться на надувание его вручную с помощью небольшого ручного насоса. То, что потребовало от моторизованного насоса минуты, потребовало у нее двадцати минут безумного перекачивания вручную. И с каждым днем ??ей приходилось делать это все чаще и чаще.

Это было на седьмой день в море, когда Тейлор наконец призналась себе, что у нее не получится. Единого прозрения не было; нет момента, когда она сказала бы себе: "Дракончик, я мертв".

Скорее, когда она устало качала, чтобы удержать плот на плаву, сильно набиралась теплой, но чистой воды и ела из своих скудных запасов пайков, уверенность в том, что она находилась в чужом океане в десяти тысячах световых лет от дома, была просто растущей. . Даже если она найдет землю, что в тот момент казалось все более и более маловероятным, что она будет там делать? Ей потребуются ресурсы постиндустриального общества, чтобы хотя бы начать восстанавливать то, что она потеряла. И в любом случае она останется одна.

На девятый день пришла буря. Она заметила его задолго до того, как он появился - восточный горизонт стал почти черным; поразительный контраст с заходящим западным солнцем. Волны тоже казались более неустойчивыми. Облака не проносились по небу, как в кино, но в течение нескольких часов Тейлор мог сказать, что ситуация вот-вот ухудшится.

Несмотря на то, что она была покрыта пятнами соли и пропитана потом под одеждой, Тейлор снова надела свой черный бронированный летный костюм. Она натянула шлем и закрыла шею, но не давила на нее. Она удостоверилась, что ее оружие в безопасности.

Она опустошила, а затем убрала маленький испаритель, сложила солнечную панель и вручную накачала еще воздуха в борющийся плот. Когда поднялся ветер и волны физически поднимали и опускали Тейлора, как игрушку, она убрала все свои принадлежности обратно в комплект для выживания и закрепила его в специально предназначенном слоте на спине своего летного костюма.

Страх, который она чувствовала, когда шторм, наконец, достиг ее, заключался не в том, что она утонет. Вместо этого это было осознание того, что утопление было, вероятно, лучшей судьбой, на которую она могла надеяться. Несмотря на это, она сосредоточилась на Силе, схватилась за ручки по обе стороны своего ярко-желтого плота и приготовилась выдержать шторм, насколько могла. Глава вторая: Старик и море. "Смотри! Обломки по правому борту!"

Сир Барристан Селми оторвался от своей книги скорее в поисках чего-нибудь, что могло бы нарушить монотонность, чем из какого-либо реального интереса. Так далеко в Летнее море, с работорговцами из Залива Работорговцев на севере и пиратами с островов Василисков на юге, в обломках в море не было ничего необычного.

Однако это было примечательно из-за возможности спасения. Капитан Гролео мог бы получить за это путешествие щедрое вознаграждение от толстого торговца в Пентосе, но у него был бы бунт, если бы он хотя бы не оглянулся на обломки в поисках возможного спасения.

" Садулеон" был одномачтовым огромным винтиком - неуклюжим левиафаном корабля, который мог легко перевозить многие сотни человек в дополнение к своей команде из сорока мужчин и мальчиков. У него также была фок-мачта меньшего размера, но команда почему-то настаивала на том, что это не в счет. Барристан был уверен, что это связано с повышением платы за стыковку для кораблей с большим количеством мачт в Вольных городах.

На корме замка сам капитан стоял рядом с рулевым, крепко сжимавшим руль корабля обеими руками. Гролео выглядел как типичный моряк в золотых серьгах и безделушках, чтобы заплатить за свои похороны, когда Странник наконец пришел за своей иссохшей старой душой. На нем была треугольная шляпа из промасленной кожи и кожаный патронташ вместо изогнутого злобного меча и метательных ножей. У него также была линза Myrish, которую он поднес к правому глазу, чтобы смотреть сквозь волны.

"Да, я это вижу", - крикнул мужчина. "Штурвал, двенадцать градусов правого борта! Держи грот, чтобы не отставать от моей цели!"

По кораблю эхом разносились новые приказы, когда команда Гролео готовилась к короткому перерыву в своем многомесячном путешествии. В скупой повседневности судовой жизни простое обещание чего-то другого вызывало волнение у экипажа. Барристан сунул свою маленькую книжку - подарок любимой, но давно умершей королевы - в кожаную куртку и встал, чтобы посмотреть, о чем идет речь.

Когда корабль накренился на несколько градусов на юг, ветер изменился, и они замедлились. Это означало, что у Барристана было достаточно времени, чтобы увидеть, что привлекло внимание экипажа. То, что он увидел, было желтым пятном, плавающим на поверхности, вероятно, обрывком рваного паруса. Барристан никогда не видел такого яркого оттенка цвета, как материал, на который он сейчас смотрел. От его яркого света под вымытым небом от удара предыдущей ночью у него немного слезились глаза.

Ближе он увидел тонкую черную линию посреди желтого. Еще ближе он понял, что линия была телом. Кто-то перекинулся через парус, вероятно, в последней попытке остаться на плаву. На замке капитан крикнул: "Иди сюда! Крюкачи наготове!"

Двое членов экипажа бросились вперед с длинными шестами с крючками на концах. Каждый из мужчин обернул веревки вокруг талии, в то время как их товарищи-моряки привязали другой конец к грот-мачте. Защищенные таким образом, двое мужчин полностью перегнулись через борт корпуса с крюками наготове.

Первый мужчина схватил ярко-желтый парус и, ворча, поднял его из-за его заболоченного веса. Второму пришлось тяжелее. Двое других пришли ему на помощь, и в конце концов они вытащили одетую в черное фигуру на палубу корабля.

"Тяжелая, это", - объяснил первый крючок своим товарищам.

Команда собралась вокруг фигуры, но уступила место сначала Барристану, а затем и самому капитану. Двое мужчин, ветераны своих полей, долго переглянулись, прежде чем снова взглянуть.

Фигура была женщиной, в этом Барристан не сомневался. Хотя на черной ... униформе не было и следа кожи, она почти непристойно обнимала тело владельца с более толстыми выпуклостями, почти как пластины в разных точках тела. Таким образом он увидел легкий изгиб женских бедер и небольшой подъем скромной груди.

Однако голова и лицо женщины были покрыты шлемом из материала, которого он никогда не видел - черного и гладкого, что даже океанская вода странным образом смывалась с него. Низко у ее бедер он увидел широкий пояс из той же странной гладкой ткани, что и ее костюм, с пакетами странной формы, разложенными вокруг.

"Черт возьми?" - спросил один из членов экипажа.

"Женщина, вот что", - ответил другой. "Жаль, что она мертва".

Барристан устало вздохнул. "Когда вы все смотрите на ее грудь, я ошеломлен, что вы не видите, как она поднимается и опускается". Он протолкнулся мимо пары мужчин и опустился перед ней на колени. Его руки были мозолистыми от многих лет владения мечом, но он довольно легко почувствовал странную подкладку на ее шее. По текстуре он напоминал большие пальмовые листья, которые иногда можно было найти в Дорне, - странно гладкие, словно натертые воском, но без воска, который можно было бы отделить. Однако он нашел небольшой металлический рычаг сбоку на ее шее, прямо под краем шлема.

Он подбросил ее, а затем упал в удивлении от поразительного, звериного шипения, вырвавшегося из шеи женщины. Он начал задаваться вопросом, какой ужас он найдет за штурвалом. Может ли это существо быть одним из Других? Какой-то демон или ведьма из мрачнейшего Ассая?

Из-за руля он услышал слабый звук. Стон. "Помогите мне снять штурвал", - сказал он.

Секундант Гролео, обветренный моряк по имени Наргус, опустился напротив него на колени. Двое мужчин вместе стянули черный шлем странной формы. Им приходилось крутить и крутить его, так оно было плотно, пока, наконец, они не открыли лицо внутри.

Бледная кожа, вьющиеся черные волосы. В глазах Барристана она выглядела молодой - горничной или только что вышедшей на брак. У нее была красота юности, и, вероятно, она могла бы стать достойным дополнением к дому любого мужчины, но Барристан сомневался, что о ней будут написаны какие-либо стихи. Он видел самые прекрасные цветы Семи Королевств, и эта девушка была больше Флораном, чем Тиреллом.

"Она наша, верно капитан?" - спросил один из моряков. "Утиль, верно?"

"Если вы служите тем, кого вы утверждаете, вы сохраните такой язык", - прорычал Барристан. "Этот ребенок не раб. Ты, бозон, у тебя крепкая спина. Отнеси ее в мою каюту. Я могу спать на палубе, если нужно".

Суровый взгляд капитана подавил любые жалобы со стороны мужчин, которые могли подумать, что Барристан забирает женщину для себя. Единственной жалобой бозона было ворчание, когда он поднял девушку. Только когда он это сделал, Барристан понял, что горничная была далеко не маленьким цветочком. Конечно, она была стройной, но, если судить по обтягивающей ткани, у девушки было мясо на костях и необычный размер.

Он и капитан повели бозона под палубой в крошечную каюту, которую Мопатис подарил ему. В каюте было две койки, так что ему не нужно было спать на палубах, за исключением скромности девушки. Он быстро использовал свой ударник, чтобы зажечь единственный фонарь кабины. Сдвинув внутрь бронзовое зеркало, чтобы лучше направлять свет свечи, он повесил его у изголовья кровати, когда бозон поместил девушку на койку Барристана.

Через секунду бозон был заменен Наргусом. "Капитан, посмотри на это".

Барристан и капитан оба повернулись, когда второй офицер положил большой сверток ярко-желтой ткани, прижал его к двери и затем попытался проткнуть его ножом. Он натянул ткань на острие ножа, все еще прижимаясь к дверной коробке. Желтая ткань тянулась, но не рвалась и не рвалась.

"Ткань, которую нельзя разрезать и не рвать", - сказал Барристан. "Конечно, это чего-то стоит".

Гролео посмотрел на потерявшую сознание женщину. "Да, возможно. Но ей придется покинуть корабль в Карте. Мопатис не платит мне так много. Тем не менее, я попрошу Друфф проверить ее".

"Справедливо."

На этом капитан оставил Барристана наедине со странно одетой женщиной. Он уставился на ее шлем, который поставил на пол, так непохожий на все, что он когда-либо видел. Он поднял его и заглянул внутрь, пораженный и даже впечатленный набивкой, которую он нашел внутри. Однако, пока он изучал это, произошло нечто невозможное.

Перед ним вспыхнул маленький красный огонек. Это так его испугало, что он покачал рулем и уронил его на половицы. К счастью, он неожиданно разбудил юную служанку. Ее глаза открылись, и она села с удивительной скоростью и силой, от чего удар ее головы о нижние доски верхней койки стал намного тяжелее.

Она упала с испуганным криком и резким словом, которое Барристан никогда раньше не слышал, и сложила руки в перчатках в том месте, где она ударилась. Барристан ждал, когда она опустит руки и заговорит; когда она этого не сделала, он взял на себя ответственность сделать это за нее. "Вам больно, миледи? Вам нужна помощь?"

Она убрала руки от лица и посмотрела на него демоническими чистыми черными глазами. Барристан вскочил на ноги и вытащил кинжал с восклицанием "Клянусь богами!" на его губах.

Девушка-демон не напала. Она села медленнее и свесила ноги через край койки, потирая большое яркое красное пятно на лбу в том месте, где она ударилась. Она смотрела на него своими чистыми черными глазами. За всю свою жизнь Барристан никогда не видел ничего подобного, но он читал о чем-то подобном. С далекого севера ходила легенда о Ночной Королеве, бледной красавице с чистыми голубыми глазами, соблазнившей лорда-командующего Ночного Дозора.

"Вы тогда Другой?" он потребовал. "Заявите о себе!"

Однако когда она открыла рот, чтобы что-то сказать, из нее вышла только тарабарщина. Он узнал эти звуки как слова, но никогда раньше не слышал слов.

Девушка не была обесцвечена, как белые ходоки из мифа. Скорее, у нее были потрескавшиеся губы и румянец на щеках, что говорило о многих днях в море. Ее руки дрожали, когда она снимала свои странные, идеально сформированные рукавицы, обнажая не костлявые демонические когти, а нормально выглядящие руки. Она дотянулась до своего шлема через небольшой пролет, обшитый досками, и положила в него перчатки, прежде чем снова обратить на него демонические глаза.

Она снова заговорила. Ее слова не звучали в его голове и не вызывали ужаса в его сердце, как предупреждали демоны септоны. Для ушей Барристана это звучало как иностранный язык. Не такой резкий и брутальный, как Дотракийский, но не такой изысканный и лиричный, как Валирианец.

"Я не понимаю этого языка, демон", - сказал Барристан. "Вы говорите на общем языке?" Он переключился на несколько слов высокого валирийского, затем немного на летнем языке, который он усвоил в юности, прежде чем взял белый.

Его слова были для нее так же, как ее слова для него; то есть ни один не понимал другого.

Узкая дверь в каюту открылась, и в комнату вошла Драфф, корабельный повар и парикмахер. Старый, с низко висящим животом и обветренными морщинами на лице, достаточно глубокими, чтобы скрыть половину свитков Цитадели, этот человек проявлял не больший интерес к работе, чем к лекарствам. Несмотря на это, он нес с собой свой парикмахерский набор в кожаной сумке и таз дневного коричневого цвета с обмакнутым в него рыбным рулетом.

Горничная смотрела на него с удивленным восхищением. Нет, - поправил Барристан. Она смотрела на миску с едой.

Тем временем Драфф перевела взгляд с Барристана на служанку-демона и закричала ужасающе пронзительным воплем. "Демон! Это демон!" Он уронил миску и повернулся, чтобы выбраться из узкого коридора.

Барристан встал, чтобы пойти за мужчиной, но застыл на месте.

Миска с едой никогда не ударилась об пол. Он висел в воздухе, словно удерживаемый невидимыми руками, пока не плавно плыл по хижине к ожидающим пальцам демонической горничной. Она подозрительно понюхала миску, затем подняла рулон липкого волантинского риса, сушеных листьев шпината и приготовленной трески к губам и откусила.

Звук, который она издала, был чем-то средним между стоном и рычанием, когда она быстро закончила остаток ролла. Когда она ела, ее руки дрожали, а когда она закончила, она почти сгребла дневной суп в рот. Она ела так, как будто у нее не было еды несколько дней, так что ей так не терпелось поесть в животе, что она даже не останавливалась, чтобы пережевывать пищу.

Она как раз закончила, когда вернулся капитан Гролео с Наргусом и еще двумя матросами рядом с ним. Они пришли с ножами и арбалетом в руках Наргуса. Демон-горничная уронила свою теперь уже пустую миску и встала в тревоге. Ее рука быстро вытащила что-то металлическое из искусно спроектированной кобуры, прикрепленной к поясу на ее талии.

"Это правда", - прошипел Гролео. "Демон. Наргус!"

Первый офицер вошел в комнату со своим арбалетом. Барристан крикнул: "Подождите!"

Однако, прежде чем Наргус успела выстрелить, ударила сама демон. Полоса голубого огня, холодного, как сердца Других, с шипением возникла в ее руках, где раньше она держала только металлический цилиндр. Лезвие было достаточно длинным, чтобы покрыть пространство, недоступное ее руке, и пронзил арбалет так чисто, что оружие с таким же успехом могло быть сделано из масла. Руки щелкнули, болт взлетел в воздух, а части уже отрубленных деревянных рук ударились Наргусу в лицо. Он в тревоге уронил сломанное оружие.

"Должны ли мы зарядить ее, капитан?" - спросил один из других моряков.

Барристан не обращал внимания на моряков и вместо этого изучал саму служанку-демона. Неуверенность, голод и напряжение, которые он видел в ней, когда она проснулась, исчезли. Вместо этого она заняла четко тренированную боевую стойку, вытянув ведущую ногу вперед. Она уверенно держала демонический светящийся клинок обеими руками. Но больше всего Барристана убедило ее лицо. Он был полностью пустым, все эмоции утеряны. Черные глаза смотрели на них с проницательным, инопланетным разумом.

Эта девушка была бойцом. Этот демонический клинок был создан не для показа, в этом Барристан был уверен.

"Капитан", - сказал он с принужденным спокойствием. "Этот клинок прорезал арбалет, как масло. А теперь представьте, что еще он может прорезать с близкого расстояния. Посмотри ей в ноги, чувак! Она знает, как использовать свое оружие. Ты не можешь победить".

"Боги поразят нас за то, что мы несем на борту демона!" - сказал Гролео. "Она должна быть с корабля!"

"Девушка-демон сразит тебя, если ты попытаешься", - сказал Барристан. "Хотя по правде говоря, я не уверен, демон она ли. Она с удовольствием ела рулет из коричневой и дневной рыбы. Ее язык иностранный, но, тем не менее, это язык. Чем она отличается от иббенцев или жителей Летних островов? чужой, а не демонический ".

В Groleo было много всего, но дурак не входил в их число. Хотя он сам по себе не был воином , нельзя было возглавить корабль в этом мире без владения мечом раз или два. По указанию Барристана капитан тоже заметил, как встала девушка. В Летних морях, где островитянки плыли со своими мужчинами и сражались так же упорно, идея женщины с клинком не была такой уж чужой.

Нет, это было пустое выражение на ее лице и расслабленная, уверенная манера, в которой она держала свой синий огненный клинок, что позволило Гролео понять, что Барристан знал с первого взгляда - эта девушка, демон или нет, - была воином.

"Из этого ничего хорошего не выйдет, - сказал Гролео. "Запомни мои слова, сир. Ничего хорошего из этого не выйдет".

"Это должны решать боги, а не мы, смертные", - сказал Барристан, расслабляясь теперь, когда он знал, что капитан принял решение. "Я буду держать ее в каюте, пока мы не достигнем Кварта. Я буду защищать твой корабль от нее, Гролео. Клянусь своей жизнью".

"Прекрасно", - сказал капитан, скрипя заляпанными черными зубами. "Пойдемте, ребята. У нас есть работа".

Один за другим из-за узости прохода матросы повернулись и вышли из комнаты. Наргус задержался ровно настолько, чтобы подобрать осколки того, что, как знал Барристан, было дорогим арбалетом, прежде чем он тоже покинул комнату. Когда они остались одни, Барристан поднял обе руки в знак мира и закрыл узкую дверь.

Служанка пристально наблюдала за ним, ее демонический клинок все еще горел. Вздохнув, он наблюдал, как тщательно скрываемое напряжение раскрылось, только чтобы ускользнуть. Она погасила свой клинок и положила его обратно в умный мешочек, прежде чем снова опуститься на койку. Когда она провела руками по лицу, она выглядела так, как мог бы выглядеть любой усталый или напряженный человек.

Барристан тоже сел на свой дорожный сундук лицом к ней.

Она проигнорировала его и подняла шлем, на который она положила свои замысловато сделанные рукавицы. Сняв рукавицы, она сунула руку в руль и что-то коснулась, только чтобы нахмуриться и вздохнуть с явным разочарованием. Положив странный шлем на свою койку, она с интересом оглядела небольшую каюту Барристана. Ее взгляд остановился на фонаре, затем на дорожном сундуке Барристана, который теперь хранил всю его жизнь, состоящую в основном из доспехов и одежды. Его огромный меч прислонился к углу, удерживаясь на месте у самого сундука.

С преувеличенной осторожностью она приложила руку к странным доспехам на груди. "Тейлор Хеберт".

Имя, случайно ? Девушка оказалась настороженной, любознательной и умной. И Барристан не мог игнорировать странную невозможную одежду или ярко-желтую ткань, которую нельзя было разрезать.

Ее глаза могли быть демоническими, но ее поведение говорило об уме и терпении. Если бы человек натянул арбалет на сира Барристана, он не был уверен, что такой человек доживет до того, чтобы рассказать об этом.

"Сир Барристан Селми", - сказал он, в свою очередь коснувшись собственной груди.

Улыбка девушки полностью изменила ее лицо. Черты ее лица больше не были неловкими или непропорциональными. Вместо этого, несмотря на весь свой темный цвет, ее глаза, казалось, загорелись, а ее слишком большой рот казался идеально сформированным для такой улыбки. По правде говоря, она напомнила ему в этот момент дорогую Элию Мартелл, полную жизни.

Однако Тейлор Хеберт не довольствовался именами. Она указала на фонарь и сказала слово. Он повторил его собственное имя. К его удивлению, она взяла его, вытащила изнутри восковую свечу и произнесла еще одно слово. "Свеча", - сказал Барристан.

Она повторила его имя, затем слово "фонарь", а затем "свеча", полностью имитируя его собственное произношение. Каждое сказанное им слово она безупречно повторяла. Через несколько минут он начал беспорядочно указывать на объекты, которые она назвала. Она казалась довольной, что он это сделал; что он понимает ее желание выучить общий язык как можно быстрее.

Однако через час он понял, что она изучает язык намного быстрее, чем это было возможно для людей. Фактически, в течение часа она говорила почти так же ясно, как если бы она родилась в Семи Королевствах, используя слова, которых они не произносили, и предложения, которые новый говорящий не мог бы использовать.

Чем больше она говорила, тем больше он был уверен, что Барристана выставили дураком. К чести горничной, она почувствовала его растущий гнев и остановила свою речь, чтобы изучить его. "Я обиделся?" - спросила она почти так ясно, как будто они встретились в Старом городе.

"Вы не могли не говорить на этом языке, когда мы встречались", - холодно сказал он.

"Я не сделала", - сказала она. Иногда она спотыкалась о слове - не потому, что не знала его, а потому, что ее язык казался неподходящим для этого слова. "Ты научил меня только что".

"Как? Когда я сказал тебе слово" научил ", что ты теперь так ясно говоришь?"

Она открыла рот, чтобы ответить, но замолчала из-за очевидности своей лжи. "Я не вру, сир Барристан", - грустно сказала она. "Я просто не знаю, как это объяснить, чтобы вы поняли".

"Вы, кажется, достаточно хорошо владеете общим языком", - сказал он.

"В Общем Языке нет нужных мне слов", - сказала она. Она встала с кровати, и это напомнило Барристану о ее росте. Да ведь она превзошла его на палец, и он был удостоен человека хорошего роста!

"Какие слова могли бы объяснить, что вы говорите на языке, который, как вы утверждаете, не знаете?"

"На моем языке есть слово для этого. На общем языке это ... переводится как" Далеко мысли? Чувство? " Я не уверен. Это ... разновидность магии ". Она взглянула на его лицо, как бы оценивая его реакцию. После этого она кивнула и слабо улыбнулась. "Да, магия. Это такое же хорошее слово, как и любое другое".

Она подошла к нему достаточно близко, чтобы коснуться его груди. "Поскольку вы добры и желаете, чтобы я учился, я использую эту магию, чтобы учиться. Я чувствую в вашем уме слова, которые вы могли бы говорить, и я понимаю их так же, как и вы. Благодаря этой магии я уже говорю на семи языках. Вот как Я узнал твою. Если бы ты не был здесь, обучая меня, магия не сработала бы ".

Барристан помоложе отреагировал бы на мысль о том, что что-то вырывает слова из его головы с ужасом. Однако годы сделали его по крайней мере осторожным в своих реакциях.

Сир Барристан подумал о чаше, которую она заставила парить в воздухе. Из меча синего огня, без труда рассекающего дерево и сталь. Затем он изучил лицо горничной и легкую тревогу между темными элегантными бровями. Она боялась, что он ей не поверит. Что он будет ее осуждать.

"Откуда ты, дитя?"

Немного беспокойства сменилось хмурым взглядом. "Я даже не знаю, где я, сир Барристан", - мягко сказала она.

"Вы находитесь в Летнем море, к западу от Кварта", - объяснил Барристан.

Она долго смотрела на него, и в ее взгляде он почувствовал странное щекотание в глубине души, как будто он забыл что-то важное. Когда она улыбнулась, это было грустное выражение. "Я не знаю ни одного из этих имен. У вас есть ... карты? Это слово?"

"Капитан бы". Сир Барристан подумал о своем обещании кораблю, но затем легко объяснил поездку в каюту капитана как сдерживание ее. "Прийти."

Когда они вошли, Гролео не было в его каюте. Каюта капитана была вдвое больше, чем каюта Барристана. Это означало, что они могли вместить в лучшем случае морской сундук, стоячий стол и каморку с свернутыми картами и схемами отдельно от его койки. Барристан рылся в тесных рукописных этикетках, пока не вытащил ту, которую искал. Он развернул копию карты Корли известного мира, марки и качества которой соответствовали затраченным медным затратам.

"Где мы сейчас?" - спросил Тейлор.

"Последнее, что я слышал, мы здесь", - сказал Барристан. Он указал на место на берегу океана, все еще к западу от великого города Карт.

Леди Тейлор посмотрела туда, куда указывал его палец, затем наклонилась в тусклом свете фонаря. Она протянула мимо его руки, чтобы коснуться города их назначения. "Кварт?"

"Да."

"Озвучить буквы?"

Сир Барристан так и сделал. Так же, как она выучила устную речь с пугающей скоростью, он наблюдал, как она использовала города на карте для размещения общего алфавита и письменности. Наконец она встала и посмотрела на него.

К его тревоге, по ее щеке скатилась слеза. Несмотря на это, она улыбнулась. Это была хрупкая грустная улыбка. "Я дурак, сир Барристан".

"Как так, дитя?" - спросил Барристан.

Тейлор покачала головой. "Я надеялся, что ... что, возможно, так или иначе, это моя земля. Я не ожидал, что найду людей. Я думал, что я один, и когда ты нашел меня, я надеялся. Я не понимаю, как люди пришли сюда. будь здесь. Но я знаю, что это не моя земля ".

"Эта земля, откуда вы родом, не на этой карте?"

Она покачала головой. Еще одна слеза упала, но когда она сказала "Нет", это было почти смехом, как если бы боги сыграли с ней одну большую шутку.

"Есть ли у других из вашей страны такие же глаза, как у вас?"

"Глаза ... о. О! Теперь это имеет смысл". Она покачала головой. "Я забыл, сир Барристан. Что мои глаза кажутся тебе странными. Но нет, они не так. Раньше ... Я получил магию, мои глаза были зелеными - того же оттенка, что и у моего отца. Но я ..."

Она снова взглянула на марку. "Мой разум коснулся чего-то большего, чем я сам. Более великого, чем какая-либо страна или народ. Он наполнил меня ужасной целью и силой, но также изменил меня. В тот день мои глаза потемнели".

Барристан почувствовал, как его сердце почти остановилось. "Ты говоришь как колдун, творивший ужасную магию".

"Ужасно? Нет, не ужасно. Красиво. Полно чудес. Я коснулся силы самой жизни, сир Барристан. Я коснулся Силы, которая связывает все живые существа вместе. Ты, я - рыба в море и деревья на берегу моря. земля; мы все связаны Силой жизни. И мне была дарована сила владеть ею и быть с ней единым целым ".

"С какой целью?"

"Чтобы спасти мой народ от смерти".

Она произнесла эти слова как клятву перед богами. Он чувствовал ее решимость. "А ты?"

"По-своему я помогла", - сказала она. "Но это было давным-давно, и далеко-далеко. Сир Барристан, я здесь один. У меня нет ничего ценного, кроме себя и моей магии. И вы помогли мне, когда вам не пришлось. Я не могу тебя отблагодарить."

Она наклонилась и, к его удивлению, поцеловала его в щеку. "Спасибо, что спасли меня". Глава третья: Не совсем пираты Пензанса. Во время одного из немногих занятий в колледже перед войной Тейлор читала Сартра. На самом деле ей было наплевать на него. Но она вспомнила его утверждение, что ад - это другие люди. Сартр понятия не имел, о чем говорил. Адом было отсутствие туалетной бумаги. Ад застрял на протекающей деревянной лодке с пятьюдесятью немытыми мужчинами без тампонов, душа и шампуня.

Ни разу с тех пор, как она была пятнадцатилетней беглецей Птичьей клетки, Тейлор Хеберт не хотел остричь ей волосы так сильно, как она сейчас. После почти двух недель без хорошего мытья головы казалось, что на голове у нее грязная, маслянистая, вонючая швабра.

Ей удавалось мыться с губкой, используя воду из своего испарителя, хотя это никак не повлияло на запах тела. Но по крайней мере она могла отмыться. Но немного воды в ее волосах было недостаточно, чтобы они действительно стали чистыми. У нее даже не было доступа к расческе, поэтому ей приходилось пользоваться пальцами. Ее секущиеся концы превратились в гидры.

Ее летный костюм был настолько грязным, что он почти мог встать и идти самостоятельно. Последние две ночи она рискнула снять и изо всех сил протирать внутреннюю подкладку на ночь перед сном. Узкая дверь каюты сама по себе не имела замка, но у нее был довольно прочный деревянный рычаг, который давал ей минуту или две, чтобы разбудить ее, если один из постоянно возбужденных мужчин на корабле попытается ворваться в нее. Он '' Я бы увидел ее в потрепанном, теперь почти прозрачном нижнем белье, но потом он получил бы полный глаз Силовой Молнии, чтобы следить за ней.

Может быть. Она не была слишком уверена в том, что использует свои силы так открыто. Вся ситуация была одновременно сюрреалистичной и запутанной.

Когда она впервые проснулась на тесной койке и увидела старика, сидящего на сундуке всего в нескольких футах от нее, у нее была самая странная, безумная надежда, что она снова дома. Она проигнорировала слабый прогорклый запах корабля и сильный мускус едва вымытого мужского тела в непосредственной близости и просто предположила, что каким-то образом она потерпела крушение на Земле, несмотря на все доказательства обратного, и что она направляется обратно Сиэтл.

Эта надежда ослабла, когда мужчина заговорил на языке, которого она никогда раньше не слышала. Эта надежда испарилась, когда она увидела, что единственный свет в хижине исходит от свечи в бронзовом фонаре. Он полностью умер, когда он показал ей карту мира, не имевшего никакого отношения к ее собственному.

Единственный луч света заключался в том, что общий язык приходил ей так же легко, как испанский, русский, японский или китайский. Вот почему она смогла понять причину, по которой сир Барристан попросил ее остаться в ее каюте.

Это длилось около трех дней, прежде чем ей пришлось сойти на палубу корабля, иначе она рискнула бы сойти с ума.

Она столкнулась с массой полуодетых мужчин на грани цинга, которые смотрели на нее со смесью страха, недоверия и неподдельной похоти. Она просто хранила это как еще одно доказательство того, что это не был какой-то лихорадочный сон или игра, в которую она наткнулась.

Только ее глаза и рассказы о ее световом мече заставляли их сдерживаться.

Она осталась с Барристаном не для защиты, а для того, чтобы избежать причинения вреда другим мужчинам. Она могла бы обогнуть современную парусную лодку, если бы ей пришлось. Но эта лодка была не чем иным, как набором дерева, веревки и вспотевших людей. Ее сила не поможет ей плыть, если ей придется убить команду.

Барристан Селми был единственным исключением из людей на борту. В ходе их языковых уроков она узнала, что он был эквивалентом рыцаря-тамплиера. Он отказался от женщин и богатства в обмен на долг и не сожалел о сделанном выборе. Насколько могла судить Сила, он рассматривал ее не как объект удовольствия, а как возможность делать добро. Он чувствовал огромную, всеобъемлющую вину за что-то в своем прошлом, и поэтому двигался только с желанием искупить этот прошлый грех.

Даже зная язык, ей было трудно выразить, насколько она его ценит. Если бы ее нашел кто-то другой, она сомневалась, что ее положение было бы так же хорошо.

Однако ничто из этого не ответило на ее самый животрепещущий вопрос: что делали люди в 10 000 световых лет от Земли?

"Образцы крови раненого моряка генетически похожи, но ... нет", - продиктовала Тейлор в свой шлем. Батарея теперь работала только на солнечной энергии, и скоро она исчезнет, ??если она не сможет развернуть панели. Однако флеш-память будет защищена даже без питания. "Они люди, но совершенно другого генетического происхождения. Это почти похоже на то, что они почти люди, больше, чем обычные люди. Но ... они достаточно близки, я мог бы иметь ребенка от одного. Параллельная эволюция? Это ...невозможно."

Но это было неправдой. Люди Земли были не первыми, кто эволюционировал. Хотя это казалось невозможным, люди эволюционировали в галактике Коруска за миллионы лет до людей Земли. Возможно ли, что это были пересаженные люди из Корусканти? Но даже тогда как? Галактической цивилизации так и не удалось преодолеть технологический разрыв, необходимый для поперечных галактик. Даже в гиперпространстве людям из галактики Корусканти потребовалось бы сто тысяч лет, чтобы добраться до Млечного Пути!

Тайна смущала ее, но также волновала. Потому что это значило, что она не одна! Даже если бы эти люди были настолько примитивны, что ей приходилось гадить и мочиться в ведро и выливать его за борт утром, у них было достаточно металлургии, чтобы она, вероятно, могла построить примитивную молекулярную кузницу, чтобы заменить ту, что утеряна на ее корабле. Ей просто нужны были материалы, время и безопасное место. Это заняло бы несколько лет, но это было выполнимо.

Неужели это будет не так уж и сложно? Нет, если бы за мир отвечали люди вроде Барристана Селми.

Стук в дверь заставил ее подняться. Она двинулась за дверь, будучи одета только в очень грязное, заляпанное солью белье, и открыла дверь, когда почувствовала Барристана в Силе за ним. "Да?"

"Тейлор, оденься, милая", - настойчиво сказал он через дверь. "Черный парус на горизонте и быстро набирает силу".

"Черный парус?"

"Пиратский корабль. Они хотят сесть на нас".

Пираты. И Тейлор была единственной женщиной на корабле. Ей не требовалось слишком много воображения, чтобы знать, что пираты попытаются с ней сделать. "Я буду готов".

Сдерживая дрожь от липкого холодного пота на подкладке летного костюма, Тейлор все равно надел его. После секундного колебания она тоже надела свой шлем. Во всяком случае, солнечный свет может зарядить его достаточно, чтобы она могла использовать прицельную сетку.

Одевшись, она вышла из каюты и быстро прошла на палубу. Чувство, которое она получила от команды, было больше не вожделением, а страхом. Мужчины были готовы к бою, но на самом деле они не были бойцами. Только Барристан двигался с некоторой видимостью спокойствия. Она шла рядом с ним.

"У вас есть подготовка к войне", - сказал он без преамбулы.

"Да."

"Есть опыт?"

"Да."

"Редко для женщины быть воином".

"Менее редкий, откуда я родом", - сказал Тейлор. "Наше оружие сделало такие вещи, как пол человека, менее важными".

Она подняла лицевую панель своего шлема, чтобы облегчить дыхание и речь, поскольку она не собиралась сжигать остатки своей батареи, создавая давление в ее костюме. Даже в этом случае она могла видеть, как корабль приближается к ним. Хотя это было почти как гонка черепах. У одного пиратского корабля определенно было преимущество с его большими и многочисленными парусами, но даже в этом случае они не взлетали на них. Потребовались минуты, чтобы заметить какое-то сокращение расстояния между ними.

Таким образом, она имела удовольствие наблюдать в течение часа, как пиратский корабль приближался, в то время как моряки вокруг нее все больше и больше паниковали.

"Странно. Железнорожденный", - сказал Барристан, когда корабль подошел достаточно близко, чтобы можно было разглядеть золотого кальмара на черном парусе. "Это Кракен из дома Грейджой. Не знал, что они ограбили так далеко от дома".

"Они выиграют?" - спросил Тейлор.

Барристан оглядел палубу, и только в этот момент он позволил намекнуть на свое презрение к команде. "Без вопросов. Даже если мы превзойдем их численностью, мы проиграем. Эти люди уже заблудились. Железнорожденные - дикари, но они хорошо сражаются на воде".

Хотя она сомневалась в целесообразности этого, она решила снять свой личный бластер. "Это оружие", - сказала она ему. "Только я могу использовать его. Думайте об этом как об очень, очень мощном луке и стрелах. Когда они подойдут ближе, я взорву их корпус и потоплю".

Глаза Барристана расширились только на мгновение. "Эта вещь небольшая, чтобы делать то, что вы утверждаете".

"Барристан, представь, что всю свою жизнь ты прожил только с каменными орудиями. Ты сражаешься с камнем и работаешь с камнем. И вдруг ты видишь рыцаря в полных доспехах, сидящего верхом на лошади с длинным мечом. ты, не так ли? "

"Возможно. Это то, что делает мой меч похожим на каменные орудия?"

"Барристан, это легион солдат с мечами и доспехами по сравнению с твоим каменным орудием. К сожалению, он не будет длиться вечно. Для этого требуются особые боеприпасы, которых я не могу здесь достать. У меня есть пятьдесят выстрелов, и тогда я уйду навсегда ".

"Пятьдесят? Так много?"

"За один бой? Полагаю, это много. На всю оставшуюся жизнь? Пройдет много времени, прежде чем я смогу вернуться домой".

С этими словами она встала и пошла к кормовому замку. Капитан впился в нее взглядом. "Что ты здесь делаешь, ведьма?"

"Спасение вашего корабля", - прямо сказал Тейлор. Она стянула маску и использовала перчатку, чтобы активировать боевую систему наведения. Она полезла в сумку для аксессуаров кобуры и вытащила выдвижной приклад. Как бы хорошо она ни была, корабль раскачивался от сильных волн, и ложа помогала ему удерживать равновесие.

Пиратский корабль становился все ближе и ближе. Теперь она могла видеть экипаж корабля через свое оружие - собрание самых уродливых и злобных мужчин, которых она когда-либо видела. А на полубаке большого военного корабля стоял сам нетерпеливый пиратский капитан.

Тейлор снял защиту с бластера и установил интенсивную разрядку. Каждый выстрел прожигал бы три отдельных заряда газа Тибанна. Она перегнулась через перила кормового замка меньшей шестерни, чтобы не упасть, и установила прицельную сетку в системе HUD своего шлема на таран пиратского корабля. Пиратский корабль подошел достаточно близко, чтобы они могли пустить несколько стрел. Никто не попал в команду, но когда они приблизились, Тейлор увидел на палубе нечто, похожее на катапульту. Этого могло быть достаточно, чтобы вынуть грот-мачту, и если это случилось, то все было готово.

Она выдохнула, вдохнула Силу и нажала на курок. Единственная подавленная молния сверхвозбужденных причастий промелькнула между двумя кораблями, как концентрированная вспышка красной молнии. Таран пиратского корабля со стальным наконечником взорвался. От удара ошеломленный капитан упал на колени и даже сбил одного из пиратов за борт. Однако Тейлор не дал им времени на восстановление. Она выстрелила второй раз прямо в дымящуюся воронку, сделанную ее первым выстрелом. Этот выстрел полностью разнес нос корабля, и это все, что потребовалось.

Некогда гладкий нос превратился из ножа, рассекающего воду, в чашу, ловящую ее, заставляя корабль замедляться так быстро, что людей отбрасывало вперед, а главная мачта с громким грохотом треснула, прежде чем рухнуть вперед. Главный черный парус начал разворачиваться и падать, когда все судно набралось воды и наклонилось вперед от смертельного удара.

Тейлор отключила свою систему оружия, отключила шлем и перчатку и спасла бластер. Когда она повернулась, то увидела капитана и всю команду, потрясенно уставившихся на нее.

"Что? Ты никогда раньше не видел, чтобы женщина ранила мужскую гордость?"

Гролео на мгновение выглядел явно сбитым с толку, прежде чем, наконец, он согласился, что может смеяться. Затем он сделал это, издав ревущий облегченный смех. Остальная часть экипажа последовала их примеру, в то время как Тейлор сняла раздвижной приклад и убрала оружие обратно в кобуру.

"Дай мне знать, если появятся еще пираты", - крикнула она через плечо под хриплый, облегченный смех команды.

По крайней мере, теперь они больше не смотрели на нее просто как на быстро трахающуюся или черноглазую ведьму.

***********

***********

Той ночью, всего за несколько дней до прибытия в пункт назначения, Тейлор и Барристан сидели в его тесноте, ели бобы и соленую свинину с тонкой корочкой старого хлеба. Еда была совершенно лишена вкуса, как и большинство их блюд, но, по крайней мере, она была сытной и позволяла ей сохранить свой запасной паек.

Эти двое не разговаривали с пиратского корабля, но она знала, что он наблюдает за ней и решает проблемы.

Она решила затронуть негласную тему, чтобы ему было легче. "Я очень хорошо разбираюсь в характерах", - сказала она в тишине. "Даже если бы ты не был так полезен и щедр ко мне, Барристан, я бы доверился тебе. Я считаю, что ты хороший, благородный человек. Ты заслуживаешь знать правду, и ты более чем заслужил право спрашивать что ты будешь."

Вместо того, чтобы сразу же заговорить, он использовал свой хлеб, чтобы проглотить остаток еды, и считал ее пережеванной. Он закончил глотком своей маленькой деревянной чашки эля. "У меня больше, чем несколько вопросов", - признал он. "Проблема в том, как лучше их спросить. Это твое оружие ... оно действительно выглядело как волшебство. Как будто ты нес драконий огонь в руке".

"Это инструмент", - сказал Тейлор. "Я сделал это сам, но это могли сделать и другие. Это не магия, а знания делают его таким мощным".

"Вы сказали, что это не ваша земля. Из какой вы земли?"

"Я не из какой-либо страны этого мира".

"Мир? Значит, вы утверждаете, что с небес?"

Тейлор обнаружила, что изо всех сил пытается объяснить. "Барристан, ты знаешь, что такое звезды? Звезды в ночном небе?"

"Никто не знает наверняка", - сказал старый рыцарь. "Некоторые говорят, что они души умерших. Другие, что это слезы Матери, пролитые за всех заблудших детей в мире".

"Это ... действительно мило", - признал Тейлор. "Но это неправильно. Большинство звезд на небе подобны солнцу. Огромные огненные шары горят так ярко, что могут оживить такие миры".

"Вы знаете это как?"

"Потому что три недели назад я летал среди них на корабле. Корабль, который мог подняться в воздух и полностью покинуть мир. В небе больше звезд, чем песчинок на пляже, и у многих из них есть миры. точно так же, как этот. Я пришел из другого мира, который вращался вокруг другой звезды, так далеко, что свет, под которым я родился, не достигнет этого мира в течение десяти тысяч лет ".

Вместо того чтобы спорить, старик просто изучал ее. "В это ... трудно поверить".

"Я знаю. Еще сложнее, потому что я не прибыл сюда специально. Я разбился, Барристан. Мой корабль был поврежден и затонул. Я был в море несколько дней до того, как разразился шторм. Если бы ты не спас меня, Я бы умер ".

"Другие придут за тобой?"

"Нет, и, оглядываясь назад, я считаю, что это было довольно глупо. Другие даже не знают, где я. Это..." Она провела руками по волосам, только чтобы вздрогнуть от маслянистых прядей. "То, что я бы отдал за мыло". Она встретила взгляд старика. "Я очень силен, Барристан. Если бы у меня была причина, я мог бы убить каждого человека на этом корабле голыми руками. С моим оружием в руке я мог бы убить вдвое больше людей. Во время войны в моем мире я руководил сотни могущественных людей, похожих на меня, и даже больше солдат, и шесть месяцев сдерживали армию из десятков тысяч человек, но эта сила не вернет меня домой.

"Мне нужны материалы, время и безопасное место для работы, чтобы я мог попытаться восстановить средства, чтобы вернуться в свой мир. А взамен я мог бы очень помочь вашим людям. Лекарства для лечения болезней; машины для облегчения твоя работа. Я просто не могу сделать все в одиночку. "

К его чести, Барристан не усмехнулся и не отклонил ее слова. Он внимательно их рассматривал, взвешивая то, что уже знал о ней. Наконец, он спросил: "Много ли в вашем мире таких женщин, как вы?"

Думая об Александрии, Тейлор кивнул. "Некоторые из моих людей обладали экстраординарными способностями, которые делали физический размер или силу менее важными. Вся их магия была другой, но многие были даже сильнее меня. Я знаю, что здесь все по-другому. Мечи и стальные доспехи тяжелы, а мужчины обычно сильнее . Я могу сражаться, потому что у меня есть уникальные способности и подготовка. Без них я бы не смог сравниться с таким обученным рыцарем, как ты ".

"А теперь вы апеллируете к гордости старика", - сказал Барристан с кривой улыбкой. Улыбка исчезла, когда к нему пришли более мрачные мысли. "Я был королевской гвардией большую часть своей жизни. Я тренировал мужчин и мальчиков в течение тридцати лет и безоговорочно отдал свою верность своим королям. Один король сошел с ума и совершил такие зверства, что его собственный народ обратился против него. Один из них был расточитель и пьяница, слишком далеко зашедший в своих чашах и шлюхах, чтобы понять, что он рогоносец для собственного брата своей жены, а последний - кровосмесительный, раздражительный ребенок, который отверг меня, как собачонку ".

Затем он взглянул на длинный меч в углу. "Моей самой большой неудачей было не спасение моего принца. Рейгар был хорошим человеком. В нем не было безумия своего отца. Но я подвел его. Я подвел его, его любимую жену Элию и его детей. К моему стыду, я принял службу своему узурпатору. Роберт был великим воином в молодости, но он не подходил для Железного трона. Он сделал бедного короля и женился на гадюке, которая сделала ему рогоносец и доставила на трон чудовище, столь же ужасное, как и безумное король Роберт свергнул. У меня осталась только одна надежда на жизнь ".

Голубые глаза встретились с ее взглядом. "Дочь Безумного короля жива. Дейенерис Таргариен. Говорят, что она вылупила первых драконов, которых мир видел за сто лет. Я намерен пойти к ней и пообещать ей свою службу. Другие тоже поддерживают ее претензии. законная королева Семи Королевств. Я думаю ... Я думаю, она могла бы воспользоваться твоей помощью. А расположение королевы даст тебе все, что тебе нужно для достижения твоих собственных целей, как мне кажется. "

Первым побуждением Тейлора было вежливо сказать этому человеку "черт возьми". Участие в династической войне за средневековое королевство было далеко от ее нынешних целей. Но она подавила этот первый инстинкт и вместо этого решила, что ей нужно больше информации.

"Не могли бы вы рассказать мне больше о Семи Королевствах? О том, как мы оказались там, где находимся здесь?"

"Да, я могу. Но сначала нам нужно больше эля".

***********

***********

Барристан напился до глубокого сна. Вместо того, чтобы отвести его в комнату, которую он делил со вторым офицером корабля, она просто левитировала его на нижнюю койку кровати, чтобы он выспался. Под аккомпанемент громкого хрипящего храпа Тейлор устроился на полу рядом с его грудью. В ту ночь волны были высокими, создавая ритмичный, заметный рок, от которого фонарь раскачивался взад и вперед.

После столь долгого пребывания в море от движения ее больше не тошнило, но ей по-прежнему было трудно отдыхать. Вместо этого она закрыла глаза и погрузилась не в исцеляющий транс, а в глубокую медитацию. Ей требовалось руководство Силы, потому что она не знала, как поступить лучше всего. Барристан был хорошим человеком; в этом она не сомневалась. Но, выслушав его полную историю, она не могла не думать, что им движут сожаление и надежда, а не какие-либо законные знания. Он планировал посвятить себя девушке-подростку как своей королеве, основываясь на том факте, что у нее были драконы. Но если то, что он сказал, было правдой, она была продуктом кровосмешения поколений с семейной историей психических заболеваний и без реальной подготовки или опыта в качестве правителя.

Однако альтернатива...

Судя по опыту Тейлор на корабле, она знала, что это не мир для женщин. Более чем в 11 веке Европа была местом для женщин. Иногда сильная женщина оставляла свой след в истории, но в большинстве случаев Тейлор могла думать, что это произошло благодаря наследству, браку или соблазнению. Немногочисленные женщины-воительницы в истории редко заканчивали благополучно. Да, Боудика убила множество римлян и даже больше британцев, убивая и истязая свой путь через три города в отместку за ужасные преступления, совершенные против нее и ее семьи. Но затем она заставила себя, своих дочерей и всех ее последователей убить численно меньшими, но гораздо лучше управляемыми, вооруженными и обученными силами. Клеопатра закончилась немного лучше. Даже великие королевы Европы Елизавета, Екатерина, а позже и Виктория мало что сделали для улучшения жизни обычных женщин.

Она глубоко погрузилась в медитацию и позволила себе стать единым целым с Силой. Она не была ни джедаем, ни ситхом. Она была Бенду. Тьма и Свет были лишь аспектами жизни. Целью было не избегать одного или цепляться только за другое, а найти баланс между ними. Горе при встрече со смертью, гнев при встрече с плохим поступком. Но всегда уравновешивается надеждой и милосердием.

С равновесием пришел мир. С наступлением мира... о.

Сила, окружавшая ее, хлынула в ее разуме, покалывая с такой грубой силой, что она ахнула. И повсюду, как тошнотворные миазмы, она ощущала всепоглощающую заразу Темной стороны. Когда она открылась Силе еще больше, чего она не делала с момента приземления, она почувствовала тьму мира вокруг себя. Она не чувствовала ничего подобного на Земле, но в своих ложных воспоминаниях о мастере бенду из давно умершей галактики она знала, что то, что она чувствовала, было отголоском Темной стороны в прошлом этого мира. Были примеры таких миров в той давно потерянной галактике, которая также стала некси Темной стороны; такие миры, как Коррибан, Вджун или Экзогол.

В какой-то момент истории этого мира могущественные Темные Стороны оставили свой след. Он все еще сохранялся, древний и злой, и до тошноты вывел из равновесия присутствие Силы этого мира.

Вот почему я не остановил тебя.

Голос Дины Олкотт шептал на задворках ее разума, настолько слабый, что она не знала, было ли это ее воображением, видением, порожденным Силой, или самой молодой женщиной.

Тьма этого мира не будет вечной. Даже если на это уйдут столетия, возникнет новая Империя ситхов. Вот почему вы здесь. Спасение мира всегда было вашей ролью. Будь то наши или их.

"Я так по тебе скучаю", - подумал Тейлор.

Я тоже скучаю по тебе, сестра.

Видение закончилось. Тейлор открыла глаза и почувствовала себя грязной из-за того, что ее затопило столько энергии Темной стороны. Ей потребовалось еще двадцать минут медитации, чтобы избавиться от ощущения, что ей нужно тереть кожу из-за этого.

"Ну, я думаю, это так", - сказала она себе. "Лучшее место для спасения мира - рядом с королевой, имеющей в этом мире эквивалент слонов Ганнибала. Если бы эти слоны могли летать и дышать огнем".

***********

***********

Ее разбудил стон Барристана.

Тейлор хватило духа не сидеть на верхней койке, поскольку она, несомненно, снова ударилась головой. Каким бы низким ни был зазор нижней койки, верхняя койка была так близко к полу заднего замка, что она ударилась локтем, когда повернулась, чтобы лечь на бок.

Теперь она скатилась с верхней койки и увидела старика, который прижал руки к лицу и испускал страдания в Силе. "Я слишком стар, чтобы так пить", - пробормотал он.

"Опустите руки, - сказал Тейлор.

Мужчина подскочил и уставился на нее налитыми кровью глазами. "Ты ... ты был в комнате?"

"Барристан, ты единственный человек на этом корабле, который не представляет опасности для моей чести", - сказала она с сухой улыбкой.

"Ой, чтобы быть старым", - простонал он.

"Или, что еще хуже, благородно", - сказала она. "Шевелите руками, пожалуйста".

"По какой причине?"

"Барристан, если ты хочешь страдать, я позволю тебе. Но если нет, пошевелите руками. Я целитель".

Он опустил руки и просто смотрел, как она приложила ладонь левой руки к его лбу и позволила Силе течь.

"Клянусь богами", - тихо прошептал мужчина. "Есть ли у других в вашем мире такие дары?"

"Несколько, но такие целители, как я, были редкостью. Тебе просто повезло".

"Действительно повезло".

Она встала, чтобы он смог выбраться из низкой койки. Он встал и вытянул спину, кряхтя и сильно хлопая суставами.

"Итак, - сказал Тейлор в утренней тишине. "Я подумал о том, о чем мы говорили вчера вечером. Я никогда не клялся королеве - мой народ не верил в королевскую власть. Мы выбираем наших лидеров. Но если кто-то достоин вашей службы, мне кажется, я Трудно найти лучшего. Вы позволите мне присоединиться к вам, когда вы будете ее искать? "

Он улыбнулся. Она редко видела, чтобы он улыбался так, как он тогда. "Моя леди, я буду польщен". Он протянул руку; она чувствовала тяжелое значение этого жеста. Она приняла это тем же.

A / N: Не могу вспомнить где, но я помню, как один историк сказал, что если современный человек внезапно окажется в Европе 10 века, он, вероятно, умрет. Если бы они были современной женщиной, они бы умерли очень и очень плохо. Но мужчина или женщина они умрут. Жизнь была тяжелой, но тем более жизнь не имела ценности. Сама идея ценности индивидуальной жизни - это современная западная идея, которая никому не приходила в голову до позднего Возрождения и подъема гуманизма. История изобилует сносом целых городов, истреблением целых народов и вообще плохими вещами, происходящими со всеми, хорошими или плохими. Это была одна из вещей, которую Мартин хорошо уловил - жизнь в то время была действительно очень плохой для всех, даже для богатых.И Тейлор с ее современными представлениями должна противостоять этому факту. Таким образом, эта глава была в основном посвящена тому, как Тейлор осваивала свой новый мир. Она столкнется с аспектами Планеты, которые глубоко оскорбительны для ее современного восприятия, но которые были просто приняты как должное для окружающих. Глава четвертая: Мастер теней. Они прошли через пролив Карт незадолго до заката через две недели после того, как команда вытащила Тейлора из воды.

Издалека это выглядело как шрам на полуострове, в котором он находился. Однако по мере того, как они подплывали ближе, угол корабля совпадал, как если бы он соответствовал заходящему солнцу, и внезапно весь город превратился в пылающий оранжево-белый цвет, когда поздний солнечный свет осветил множество мраморных построек. Рядом с ней на носу Барристан прошептал: "Великолепно".

Город располагался на склоне полуострова, откуда открывался великолепный вид на проливы. Более того, у него был узкий барьерный остров, который граждане за долгие годы превратили в массивную, защищенную гавань. Три высокие стены, каждая достаточно толстая, чтобы стать самостоятельной крепостью, отделяли массивную сеть каменных набережных от города. И корабли!

Размер, размах и количество белокаменных причалов и парусов всех цветов придавали порту Карт классическое величие, которого Тейлор никогда раньше не видел. По какой-то причине Тейлор думала, что паруса всегда были белыми, но она видела почти все оттенки, которые только могла придумать - зеленый и синий, красный и желтый, а также многие с рисунками, вплетенными в брезент. Да, несколько белых парусов, но большинство кораблей сочетались с цветами.

Величие уменьшалось по мере приближения, и Тейлор начал различать детали, которые становились невидимыми на расстоянии. Когда капитан завел корабль за край гавани, которую охраняла каменная башня и пылающий огонь на ее вершине, им пришлось сложить паруса и вместо этого сломать весла. Тейлор остался рядом с Барристаном, когда они подошли ближе.

Так близко величие полностью исчезло. Вместо этого она увидела бордели и таверны, склады и погрузочные сооружения. Она увидела деревянные и веревочные гики, которые могли поднимать тонны припасов с кораблей, и большие деревянные пандусы, которые были почти на одном уровне с другими кораблями, плавающими у каменных причалов.

Одна часть гавани была явно более качественной постройки, чем остальная, но капитан руководил кораблем не там. Вместо этого корабль направился к грязной каменной набережной напротив ряда таверн и публичных домов.

Обнаженные до пояса женщины, висящие в окнах, заставляли Тейлор чувствовать себя в безопасности, определяя, в каких местах они были. Более поразительным было то, что Барристан совсем не удивился Силе. Он даже не заметил, вместо этого выискивая неизбежных охранников, воров и других потенциальных угроз.

Люди стояли на пристани, ожидая, пока капитан осторожно подтянул корабль поближе, прежде чем сложить весла и дрейфовать. Они бросили несколько веревок, которые команда Гролео схватила и потянула, чтобы закрепить корабль на последних местах стоянки.

В тот момент, когда капитан спустил трап к пристани, на борт вошел толстый молококожий чиновник, а на шаг позади него - худой слуга. Тейлор не понимал языка, на котором они говорили, но достаточно легко понимал мешок с монетами.

"Командование капитана заключалось в том, чтобы приехать и служить Ее светлости", - объяснил Барристан. "Так что корабль останется до тех пор, пока Королева не будет готова отправиться на нем. Наша задача - найти ее благодать". Он взглянул на ее черный летный костюм. "Это также может помочь нашему делу найти вам более подходящую одежду".

"Я должен признать, что смена одежды будет приветствоваться", - сказал Тейлор. "Но у меня нет денег".

"У меня много денег, чтобы потратить", - сказал Барристан. "А еще лучше, немногое из этого мое. Мне легко быть щедрым с деньгами других людей".

"Говорят, как опытный правительственный человек", - засмеялся Тейлор.

Капитан был достаточно счастлив видеть, как они уходят. Тейлор продолжал стоять рядом с Барристаном, когда они спустились на причал. Один из людей Гролео нес грудь Барристана, хотя сам рыцарь нес свой длинный меч за спиной и меньший меч на поясе. Им обоим пришлось остановиться, как только они достигли каменной пристани. В течение нескольких минут казалось, что земля под ними раскачивается.

"Ненавижу морские путешествия", - признался старик. Как только земля перестала двигаться, они снова двинулись вперед.

Впереди группа обнаженных детей, старшему не старше десяти лет, самому младшему около шести, собрались вокруг группы высоких черных моряков, отходящих от прекрасно сделанного корабля со статуей лебедя на носу. Дети чего-то звали в Картине, но Тейлор не понимал языка.

"Летние островитяне", - объяснил Барристан. "Считается одним из лучших моряков в мире".

Один из матросов засмеялся и подбросил в воздух большой мешок с миндалем, и дети стали карабкаться по камням. Тем временем Тейлор наблюдал, как десятилетняя девочка умело отрезала кошелек для монет своего товарища-матроса.

Пока она уходила, мужчина, бросивший миндаль, заметил пропавшую сумочку своего друга. Вместо того, чтобы ругаться или выставлять напоказ это, оба засмеялись. С любопытством Тейлор проследил глазами за маленькой девочкой. Не в квартале от главных ворот города, молодой вор открыл кошелек и обнаружил еще одну горсть миндаля.

Девушка сердито топнула босой ногой и начала ругаться на своем языке, хотя она услужливо съела миндаль, которым ее обманули два умных моряка.

"Первое правило Кварта", - сказал Тейлор. "Не верь голым детям".

Барристан тоже видел весь разговор и сухо рассмеялся. "Осмелюсь сказать, что это правило применимо к любому городу. Королевская Гавань не лучше, хотя, по крайней мере, этот ребенок будет одет. Капитан сказал, что гостиница, которую мы ищем, называется Роза гавани ".

Тейлор надеялся, что есть фотография. Хотя она выучила разговорный язык достаточно быстро, у нее еще не было времени выучить всю письменность. На корабле Гролео было не так много книг, учитывая, что кроме капитана, Барристана и Наргуса, никто другой не мог читать.

Они нашли трактир в двух кварталах от пристани, в пределах видимости городских стен. В отличие от сырых, переполненных таверн и борделей вдоль самой пристани, это здание было построено из мрамора на первом этаже того же цвета, что и в главном городе, со светлым деревом на втором и третьем этаже. Двое мужчин в бронзовых доспехах с дубинами на поясах стояли по обе стороны от двери, глядя на бегавших обнаженных детей, досаждавших себе.

"Цена на это место такова, что мы не сможем остаться более чем на день", - сказал Барристан. "Но Гролео сказал, что у них есть швея в штате и есть ванны".

"Благослови тебя", - выдохнул Тейлор.

Старый воин засмеялся, когда они прошли мимо двух стражников. Их почти сразу встретил лысый мужчина в шафраново-желтой мантии. Мужчина покрасил уши в синий цвет. Прежде чем поклониться, он взглянул на меч Барристана. "Как я могу служить, сер?"

Его общий язык был идеальным, насколько неопытное ухо Тейлора могло судить. Что еще более важно, он, казалось, знал, на каком языке говорить, только по манерам и одежде Барристана.

"Я желаю люкс для своей дочери, - сказал Барристан. "Нас подстерегали пираты, и она потеряла большую часть своего имущества. Мне понадобится сшитая для нее одежда и приготовленные ванны для нас обоих". Говоря это, Барристан вынул две большие золотые монеты.

Позади них неохотный матрос Гролео положил грудь Барристана на плитки и ушел, не сказав ни слова. Пара полураздетых слуг быстро подошла и взяла сундук. Тем временем, когда сир Барристан упомянул Тейлора как свою дочь, лысый раскрашенный мужчина мельком взглянул на нее. Его спокойное равновесие нарушилось на долю секунды, когда он увидел ее глаза. Момент длился почти мгновение; он прикрыл свой провал глубоким поклоном.

"Нам будет приятно служить вам и вашей прекрасной дочери. Не могли бы вы проследовать за мной в свой номер?"

Барристан кивнул, в то время как Тейлор старался не смотреть явно на это место. Стены были заполнены красочными, красиво выполненными гобеленами, на которых были изображены одни из самых графических и с любовью созданных порнографий, которые она когда-либо видела за пределами Интернета. Когда она оторвала взгляд от гобеленов и увидела, что служители были все одетые в набедренные повязки молодые мужчины и женщины, она начала задаваться вопросом, насколько хорошо обслуживается гостиница.

Они поднялись по широкой мраморной лестнице с богатой алой дорожкой, украшенной цветочными узорами. Потребовалось мгновение, чтобы понять, что золотая нить соткана не из цветов и виноградных лоз, как она сначала подумала, а скорее из серии противоборствующих пенисов и влагалищ.

Печаль во благо. "Кажется, у вас есть сильная ... тема в вашем интерьере", - отметил Тейлор.

Лысый мужчина с синими ушами повернулся и улыбнулся. Он сосредоточился на ее губах, а не на глазах. "Мы, Картины, очень похотливые люди, это правда. Что еще есть в жизни, кроме как принять ее в полной мере и жить с радостью?"

Барристан ничего не сказал, когда они вошли в свой номер.

После всех колонн из сусального золота и полуобнаженных слуг Тейлор ожидал огромную комнату с пальмовыми листьями, девушками-рабынями, держащими виноград, и непослушными статуями. Вместо этого они вошли в скромную комнату с четырьмя колоннами, граничащими с двумя дверями, с балконом, выходившим прямо на белые штукатурные стены самого города. На заходе солнца верхняя часть стен вспыхнула оранжевым светом, а нижняя часть погрузилась в тень.

"Вы будете купаться до или после еды?" - спросил их носильщик.

Барристан посмотрел на Тейлора. "Раньше, если это нормально, - сказал Тейлор.

Мужчина поклонился. "Я попрошу слугу скоро отвести тебя в ванну. По возвращении тебя будет ждать еда. Если у тебя есть какие-то потребности или желания, потяни за веревку".

Он поклонился и ушел.

"Какой странный человек", - сказал Тейлор.

"Евнух", - заметил Барристан. "Один из таких, как он, служил и старому, и новому королю в Королевской Гавани".

Она старалась не смотреть. "Это ... обычное дело, здесь?"

"Кварт много торгует с Заливом работорговцев. Срезанный мальчик менее склонен к агрессии".

"Верно." Она вздохнула. "Будут ли мои глаза проблемой, Барристан?"

"Заметили это, не так ли?" Старый рыцарь спустил свой длинный меч с плеч и прислонил его к груди, которая пробралась в комнату перед ними. "Хотел бы я получить ответ, но это не мои люди. У меня нет ни их языка, ни обычаев. Все, что я знаю о городе, это то, что мне сказали и что я прочитал".

Говоря это, он открыл двери своей спальной комнаты. Тейлор сделал то же самое, открыв небольшие, но комфортабельные комнаты с относительно большими кроватями с перьевыми матрасами и подушками, задрапированными шелковыми простынями, гладкими, как любая современная ткань.

На мгновение Тейлор почти забыл, что она находится в другом мире в первобытном обществе. Вплоть до тех пор, пока она не увидела уборную со съемным золотым ведром. Ей было интересно, почему от золота пахнет лучше.

Единственным ее владением была сумка из мешковины, в которой она хранила свой шлем. Она положила его на кровать и вышла как раз вовремя, чтобы тревожно молодая женщина в прозрачном шелковом платье с промасленной молочно-бледной кожей и густыми черными волосами появилась в дверях с поклоном. Девушка не сказала ни слова и не смотрела ей в глаза, но, казалось, намеревалась, чтобы Тейлор последовал за ней.

"Другая культура", - прошептала себе Тейлор. "Другая культура."

Они спустились на уровень земли, дальше в удивительно длинное здание, пока не достигли бани. Сразу через занавеску она поняла, что ванны предназначены для совместного использования. Она знала это, когда ее встретили прямо за дверью, увидев чрезвычайно толстого мужчину с исчезающе маленьким пенисом и грудью, почти такой же большой, как ее собственная (если она была покрыта густой матой черных волос), который прошел мимо с еще одним мучительно молодая женщина в другом скандально откровенном платье ведет его.

"Верно. Прямо как общий душ в Новой Зеландии", - сказала себе Тейлор. Во время самых тяжелых боев удобства были роскошью, а в объединенной армии парахуманов и мирских солдат раздельные душевые для женщин и мужчин, когда у них почти не было материалов для установки медицинской палатки, стало нереальным.

"В Кварте нет ханжей", - пробормотала она, когда молодая служанка подвела ее к столу в дальнем углу, освещенном двумя жаровнями и множеством свечей.

Там ждали еще две женщины. Самой заметной была очень крупная, сильная женщина, живот которой свешивался за край набедренной повязки. У нее были отвисшие груди и толстые, мясистые руки и ладони, похожие на дубинки. Как и у девушки, у более крупной женщины был странный молочно-бледный оттенок кожи, который, как понял Тейлор, был особой расой, которую она никогда не видела на земле.

Вторая женщина облачила свою худую фигуру в шелковое платье ярко-зеленого и желтого цветов, но правая грудь оставалась открытой. Похоже, она прожила десять лет на Тейлоре с такой же бледной кожей, как и двое других. Многие из них выглядели так, будто кто-то взял группу египтян и затем отбелил их. На ней была настоящая монобровь - сплошная линия тонких фигурных волос, тянувшихся по всей линии бровей. Она поклонилась, когда прибыл Тейлор, но, как и все остальные, отказалась смотреть ей в глаза.

"Приветствую, Госпожа", - сказала тощая женщина на Общем языке с сильным акцентом, рассматривая летный костюм Тейлора со смесью любопытства и скандала. "Для нас большая честь ваше присутствие. Я Эттахрисиантия, скромная швея гавани Роуз. Мне доставляет удовольствие готовить для вас одежду во время ваших ванн. Мой хозяин сказал мне, что вас подстерегли пираты и вы должны были одеться ... иначе Могу я приготовить для тебя твои традиционные одежды? "

Тейлор понятия не имела, какие традиционные одежды она имела в виду, хотя, если бы они оставили обнаженной грудь, она, вероятно, отказалась бы. Однако она чувствовала, что что-то не так. Все трое слуг (рабы?) Вели себя так, как будто они каким-то образом узнали Тейлора. Или, по крайней мере, поправилась она, думали, что они ее узнали.

"Ettachrisiantia", - сказал Тейлор, изо всех сил пытаясь не споткнуться о название. "Пожалуйста, посмотри на меня".

Все три женщины напряглись. Тейлор мягко добавил: "Я обещаю, что не причиню тебе вреда".

Женщина в платье взглянула вверх, и этого было достаточно, чтобы Тейлор проскользнул в ее сознание. Женский ужас охватил разум Тейлора, как бушующий шторм. Страх подогревал женский голос, говорящий из-за маски, сделанной из бронзовой шестиугольной чешуи.

" Мастер теней приходит не с Востока, а с Запада. Она несет в себе огонь и смерть, очищая старое. Там, где она проходит, жизнь приходит заново. Бойтесь ее прихода; радуйтесь ее уходу".

Мастер теней.

"Что вы знаете о Мастерах теней?" - спросил Тейлор.

Самая младшая из женщин захныкала. Более крупная женщина вздрогнула. Эттахрисианция, однако, могла только стоять, пойманная в ловушку, поскольку она находилась на виду у Тейлора.

"Они ... ахаит дула ае шо Ассай".

Они происходят из Ассая. Asshai-Beyond-The-Shadow, где животные и дети не могут ходить, чтобы не погибнуть. Где Р'ллор раскрыл свои тайны, а драконы все еще живут. Где Связующие рождают демонов, а мастера владеют тенями, как оружием. Пожалуйста, госпожа. Пожалуйста, у меня есть дети. Пожалуйста, не забирайте мою душу. Умоляю вас ...

Напуганные мысли женщины эхом отозвались в сознании Тейлор на ее родном языке. Слова растворились в сильных эмоциях и воспоминаниях о двух ее детях. В отличие от двух других женщин, Этта не была рабыней. Она была свободной женщиной из торгового класса, чей муж пропал во время плавания в Ленг. И поэтому она работала, чтобы обеспечить наставника своего сына и приданое дочери, не оставляя себе почти ничего. Она сделала это с радостью, молясь богам Кварта, чтобы ее сын мог найти место с одним из торговых князей города, а ее дочь - хорошим мужем.

"Вы были очень информативны, Этта, - сказал Тейлор. Картинский язык плавно соскользнул с ее губ. Это было похоже на смесь греческого и китайского, хотя не имело никакого отношения ни к одному из них. "Мне потребуются три комплекта традиционных одежд. Но также и три комплекта..." Краткий проблеск разума швеи дал ей то, на что она надеялась. "Одеяние лучника летнего островитянина".

Тейлор отпустила женщину. Этта ахнула и изо всех сил пыталась не упасть на ноги. Тейлор дал ей время собраться. Ее телепатическое прикосновение не повредило бы женщине; скорее, это был ее ужас, который властвовал над ней.

Тем не менее, она собралась и поклонилась до пояса. "Для меня будет честью сделать это, госпожа. Могу я попросить вас раздеться, чтобы я мог иметь вашу меру?"

Тейлор вылезла из летного костюма, осторожно сняв перчатку и оружейный пояс. Никто из них не смотрел на ее хорошо зажившие шрамы. Этта быстро и эффективно измерила тело Тейлора, находя утешение в знакомом.

Когда она закончила, большая женщина указала на стол. "Если вам будет угодно, хозяйка", - сказала женщина на Картине.

Все мысли черноглазых Темных Сторон были потеряны в экстатической боли. Очевидно, полная ванна в Qarth означала растирание маслом, а затем массаж, который был чертовски близок к тому, чтобы довести Тейлора до консистенции резины. В то же время девушка помоложе и поменьше принесла ведра и кувшин и начала мыть волосы Тейлора в ароматизированной воде с мылом.

К тому времени, когда она встала из-за стола, Тейлор было все равно, что голые толстые старики могли ее видеть. Ее намазали маслом, натерли, вымыли, а затем соскребли достаточно, чтобы к тому времени, когда ее привели к прохладной воде ванны, она едва могла двигаться. Она не открывала глаз, пока не почувствовала, как движется вода в ее каменной ванне, и с некоторым удивлением увидела Барристана Селми, сидящего напротив нее.

"У них нет таких ванн в Королевской Гавани", - заметил он с легким возмущением и очень покрасневшими щеками.

Она была обнаженной в ванне с сиром Барристаном. Но, черт возьми, в этот момент ей было так хорошо, что она не могла заставить себя волноваться. "Там, откуда я родом, так не поступают", - признал Тейлор. "Но мои волосы чистые".

Старик усмехнулся. "То немногое, что у меня есть, достаточно чисто".

Они оба прислонились головами к гладким каменным губам ванн и просто наслаждались теплом воды и кратким мгновением покоя.

~~ Квинтэссенция ~

~~ Квинтэссенция ~

За время, которое потребовалось Тейлор, чтобы закончить замачивание, первая из ее одежды была готова. Одежда состояла из простой белой льняной сорочки, доходившей до колен, за которой следовало огненно-красное платье с широкими объемными красными рукавами. Поверх этого был черный плащ и капюшон. Последним предметом была маска - маска из шестиугольных бронзовых чешуек, вытканная на шелке, оставляя открытыми ее глаза, нос и рот.

Этта почти дрожала от страха, когда показывала одежду. Хотя Тейлор была в ужасе от того, что выглядело как одежда примитивного ситха, она заставила другую женщину улыбнуться. "Ты хорошо поработал, Этта".

Облегчение швеи было приятным. Она помогла Тейлор натянуть ткань. При всей своей зловещей природе шелковое платье было почти как бумага, а плащ из легкой хлопчатобумажной ткани, хорошо дышащей.

"Остальное я приготовлю для вас завтра, госпожа", - сказала Этта с поклоном.

"Я с нетерпением жду возможности увидеть больше ваших работ".

Женщина снова поклонилась и убежала. Ее быстро заменил дрожащий мальчик в набедренной повязке, который молча привел ее обратно в ее номер. Когда она приехала, ее уже ждали летный костюм, шлем и пояс с оружием.

Она накинула плащ на перьевой матрас, сняла маску и стянула впитывающую подкладку с летного костюма. Она никогда не бросала сапоги. Хотя ее ботинки не были похожи ни на одну обувь, будь она проклята, если бы она собиралась от них отказаться.

По ее зову другая служанка принесла ведро с водой и ароматное мыло в бутылке. Тейлор удалила большую часть пятен от соли и пота со своей технической ткани, а также несколько пятен плесени, но даже в этом случае подкладка никогда не будет снова хорошо пахнуть. Тем не менее, это было лучшее, что она могла сделать. После того, как она дала ему высохнуть, она положила его обратно в свой костюм, а затем закатала в свой шлем.

Еда пришла на тяжелом подносе, доставленном взрослым мужчиной. На нем также была только набедренная повязка, а стройное бледное тело блестело от масла. Как и швейцар, он был лысо выбритым и имел странную мягкость на лице, что заставило Тейлора подумать, что он тоже был порезан. Он никогда не встречался с ней глазами.

Спустя мгновение появился сир Барристан в кожаных штанах и льняной тунике. Он остановился прямо у двери и уставился на ее пылающее красное платье. "Клянусь богами, они одели тебя как демонопоклонника!"

"О, становится еще хуже, - сказал Тейлор. Она проскользнула обратно в свою комнату, натянула маску и плащ и вернулась.

Барристан заметно вздрогнул и сделал странный знак, прикоснувшись ко лбу, губам и груди. "Вы просили так одеваться?"

Тейлор снял маску и плащ. "Мои глаза, сир Барристан. Швея подумала, что я из какого-то места под названием Ашай. Мастер теней. Она предложила сшить традиционные одежды, но я не хотела слишком глубоко разбираться в том, что это значит".

"Ашай?" Старый рыцарь застыл. "Ассай-Вне-Тени. Страна мифов и легенд. Никто никогда не бывал там, насколько я знаю. Я не слышал о Теневых Мастерах, но я слышал о ведьмах, которые называют себя Теневыми Плащами".

"Она тоже знала об этом", - сказал Тейлор. "Она думала, что я был чем-то другим. Она боялась меня, Барристан. Как будто она думала, что я убью ее за то, что она просто существует. Или того хуже". Она посмотрела на маску. "С другой стороны, если Мастера теней такие страшные, как ты думаешь, может помочь, если он будет с тобой?"

Старик вздохнул. "Боги наверху, может быть", - признал он. "Я голоден и устал. Давай поедим, а завтра поговорим об этом".

Тейлор обнаружила, что не может спорить с этой логикой.

***********

***********

Завтрак принес еще один полураздетый ребенок с бронзовой кожей. Это был еще один мальчик, наверное, не старше двенадцати. Казалось, он не беспокоился о том, чтобы носить только тканевый подгузник и атласные тапочки, когда нес большой поднос с едой и напитками в их комнату. Он поставил его на мраморный стол возле балкона. Прохладный ветерок заставил вздыматься марлевые занавески, когда солнце поднималось над городом.

Он ушел до того, как Тейлор успел его поблагодарить, а затем понял, что он, вероятно, раб, как и все остальные слуги. Однако она очень старалась не думать об этом. Сама по себе она не могла всех спасти. Все, что она получила за это, - это перерезанное горло и тысячи мертвых рабов, независимо от того, насколько сильной она была. Она так и не получила высшего образования, но достаточно изучила военную историю, чтобы знать, что восстания рабов редко бывают удачными.

Потребуются поколения, чтобы искоренить рабство и прилив поддержки со стороны всего мира.

Она сидела с Барристаном за обедом, который, казалось, состоял из мягкого, сильно пахнущего сыра, твердого ржаного печенья, небольшой маринованной рыбы и чего-то похожего на яйца-пашот. Хотя сама еда была странной, вкус был пикантным, а сама еда сытной.

"Попасть в город будет непросто, - сказал Барристан. "Гролео говорит мне, что картины не доверяют посторонним. Если мы скажем им, что ищем чужую королеву, даже гостя, они могут отказать нам".

"Каков твой план тогда?"

"Ну, я собирался подкупить охранника", - признался старик. "Однако, пока вы вчера стирали одежду, я пошел в вестибюль в надежде узнать новости. Я поговорил с торговцем из Браавози, который предостерег меня от попытки. Охранники заберут мои деньги, а затем убьют меня за взятку".

Она вылила немного соуса гарум на крекер и сардину. Это напомнило ей слегка острый вустерширский соус. "Что тогда?"

Старый воин оглянулся через плечо на свой обветренный дорожный сундук. "Когда этот ублюдок Джоффри уволил меня, он заставил меня отказаться от плаща и меча. Глупый мальчик никогда не думал, что у меня их несколько. Я представлюсь сиром Барристаном Селми, командующим Королевской гвардией Вестероса, с миссией найти и арестовать Дейенерис Таргариен ".

"Разве они не узнают, что вас уволили?"

"Возможно. Но Вестерос далеко-далеко. И немногие в Квартале могут отличить одного вестеросского рыцаря от другого. А ты?" Сир Барристан внимательно посмотрел на ее красное платье. "Ты будешь ведьмой, которую я нанял в Волантисе, чтобы помочь мне сдержать королеву драконов и ее драконов".

Когда они закончили трапезу, Тейлор помог сиру Барристану надеть его богато украшенный латный доспех с золотой отделкой. Он носил его, как будто это вторая кожа, несмотря на то, что весь комплект, вероятно, весил от тридцати до сорока фунтов. Затем она помогла ему прикрепить длинный белый атласный плащ, отделанный золотой тканью.

"Держу пари, ты пользовался популярностью у дам", - сказала она, когда увидела его во всеоружии. Она обнаружила, что поправляет его плащ. "По крайней мере, они воспримут тебя всерьез".

"Если то, что ты сказал, правда, со мной будет восточная ведьма, на которую они обратят внимание".

Ее собственная одежда была намного проще. Единственное, что ей разрешалось в старом снаряжении, - это натягивать пояс с оружием поверх красного платья, придавая бесформенному платью стянутую талию, облегающую ее фигуру. С плащом это даже не выглядело неуместным. Она надела маску, затем плащ.

"Не смотри слишком пристально, сир", - сказала она. "Я страшный."

Она надеялась рассмеяться. Вместо этого она нахмурилась. "Ты такая, милая, - сказал он. "В некоторых частях Вестероса одеваться можно, чтобы сжечь как ведьму. Было мудро приготовить другую одежду".

Вся остальная ее одежда, включая летный костюм и шлем, была надежно заперта в груди сира Барристана.

Он внимательно изучал ее еще долгую минуту, прежде чем кивнуть. "Вы готовы?"

"Веди, сир Барристан".

Когда двое вышли из гостиницы, им было уделено гораздо больше внимания, чем когда они прибыли. Услуга куплена за деньги; доспехи, оружие и угроза темной магии заслужили осторожность. Когда они вышли на мощеную улицу, люди автоматически устремились к великолепному рыцарю и его сопровождающему Мастеру теней.

Они были далеко не единственными вооруженными людьми на пристани, но никто не носил тяжелые латные доспехи, как Селми. Казалось, что весь мир разделится для них, как Красное море для Моисея. Вплоть до тех пор, пока они не достигли первой стены города.

Тейлор знала от своего благодетеля, что три ворот обеспечивают проход из гавани в город внутри. На стене над внешними воротами Тейлор увидел резные изображения пары переплетенных змей и женщины, наклонившейся и пронизанной мужчиной сзади, оба нарисованные с любовью и графическими деталями, с третьим рельефом, похожим на возбужденного жеребца. его массивный член указывает на запад.

Хотя ворота были открыты, на страже стояли люди в бронзовых доспехах и утяжеленных килтах, которые висели на голенях и коленях, каждый с коническим шлемом, длинным копьем и щитом. Двое охранников у ворот увидели Селми, идущего с расстояния в несколько сотен футов. К тому времени, как прибыл старый рыцарь, двух стражников стало шесть. Когда прибыл Селми, в поле зрения появился седьмой мужчина. В отличие от других мужчин, которые носили жилеты из вареной кожи, этот был одет в тяжелую стальную кольчугу, а его бронзовый шлем имел форму почти как молот, если головка молота была полой и опиралась на его голову.

Сир Барристан без малейшего колебания подошел к очевидному командиру стражи и склонил голову.

"Добрый день", - сказал он громким голосом. "Я сир Барристан Селми, рыцарь-командующий Королевской гвардией Джоффри Баратеона, милостью Семи Королей Андалов, Ройнаров и Первых Людей, Лорд Семи Королевств, Защитник Королевства Вестерос. приходите с миром и ищите аудиенции у того, кто уполномочен говорить от имени города ".

Мужчины начали разговаривать друг с другом на родном языке. Сир Барристан стоял неподвижно, его шлем был открыт, но его лицо было таким же твердым, как сталь, которую он носил.

Затем Тейлор перевел свои слова на недавно приобретенный Картин. Все солдаты смотрели на нее широко раскрытыми глазами.

"Почему один из вас путешествует с варваром?" - потребовал офицер на своем родном языке.

Тейлор подумал о страхе, который испытывали Этта и ее товарищи; страх, который чувствовали швейцар и другие слуги в гостинице, и, наконец, страх в сознании этого человека. "Кто ты такой, чтобы спрашивать мое дело?"

Вместо того, чтобы обидеться, ответ, казалось, действительно облегчил мужчине. Он приложил руку к сердцу и поклонился. "Именно так, госпожа. Я буду вести вас и вашу спутницу".

"Вы говорите на их языке?" Barristan сказал вполголоса .

"Сейчас сделаю."

Офицер обменялся несколькими словами со своими людьми, прежде чем дать им знак следовать за ним. Двое стражников упали за ними, когда они прошли через ворота первой стены и вышли в широкий двор, заполненный торговыми прилавками и менялами. Впереди находились вторые ворота. На раскрашенном рельефе над воротами изображена еще одна пара, рождающая младенцев, на этот раз в окружении длинного члена слона, обращенного на запад, и гнавшихся свиней.

Ворота второй стены были того же размера, что и первая, с четырьмя стражниками, а не двумя. Эти охранники активно обыскивали всех, кто приближался, проходя через караваны и собирая плату с любого из купцов, ведущих караван на верблюдах, которые пытались войти.

Капитан стражи провел их через ворота во второй и последний двор. В этом не было так многолюдно, как в первом, но вместо этого были установлены окна в самой третьей стене. Тейлор видел офисы за толстыми стенами, где бюрократы считали монеты или взвешивали продукты. С некоторыми торговцы вели дела, обменивая еще больше монет различных форм и размеров.

Капитан подвел их к одному из больших, более богато украшенных окон. Внутри сидел худощавый мужчина в золотой ткани и ярком фиолетовом шелке, украшенном драгоценными камнями. У него были усы, спускавшиеся до груди, хотя его челюсть была выбрита, а в некоторых случаях у него было два или три кольца на пальце, все с большими драгоценными камнями. Он выглядел так измученным в черепе, что поднял глаза с проблеском надежды, когда она и Барристан вместе со стражником появились у его окна.

Капитан стражи оборвал несколько коротких слов, прежде чем молодой, очевидно богатый человек слез со своего трона и, качая бедрами, направился к окну. У него были длинные маслянистые волосы, искусно закрученные вокруг лица, а вокруг глаз была накрашена черная тушь.

"Вестерози?" - спросил он соблазнительным мурлыканьем. "С ведьмой из Ассая? Как интересно". Общий мужской был безупречным. Настолько, что она могла услышать странный интерес в его тоне. Он явно подходил к ним, но Тейлор мог видеть, что она не была получателем его интереса.

Барристан только кивнул. "Я сир Барристан Селми, рыцарь-командующий Королевской гвардией Джоффри Баратеона Милостью Семи, Король Андалов, Ройнаров и Первых Людей, Лорд Семи Королевств, Защитник Королевства Вестерос. люди сообщили нам, что враг Семи Королевств поселился в городе. Я ищу аудиенции, чтобы передать ее мне под опеку ".

"Сир Барристан Селми", - сказал молодой человек. "Барристан Смелый. Мой отец послал меня в Королевскую Гавань по торговле шелками много лет назад. Поездка прибыльная. Я много слышал о могущественном Барристане Селми, пока был там. Я вижу слова, которые я слышал, бледнеют от истины. Я Astaliskianatious Choroiustorious , хотя вы можете знать меня как Шелкового Короля Карта. Я имею честь представлять Тринадцать в этот славный день ".

"Приветствую тебя, Шелковый Король", - сказал Барристан, коротко склонив голову. "Я прошу ареста Дейенерис Таргариен, Самозванца".

Мужчина улыбнулся и радостно хлопнул в ладоши. "Тогда твой король будет доволен в этот день, Барристан Смелый. Давай, войди в наш прекрасный город, чтобы ты мог взглянуть в лицо Матери Драконов".

A / N: Я рассматривал Qarth в книгах как комбинацию эллинистической Александрии, Помпея и Византии, но без христианства. Это языческий жестокий мир, охватывающий полушария этого мира. Использование порнографического искусства и скульптуры было непосредственно вдохновлено Помпеями. Рабство прямо из книг SOFAI, как и практика мерина, которая была распространена во многих частях нашего мира до недавнего времени. (На самом деле это было так недавно, что есть запись последних живых кастратов в Италии). Глава пятая: несгоревшие. Плывя в Карт, когда солнце садило пылающие мраморные здания, внутренний город Карт выглядел как место действия экстравагантного фантастического фильма. На мощеных улицах действительность была ужасающей.

Шелковый Король не двигался изолированно. Он был окружен рабами и клиентами с такими же длинными усами, как и его собственные, но с менее богато украшенной одеждой. Клиенты носили дубинки на талии и, казалось, служили охранниками.

Внутри внутренней стены они вышли на широкий бульвар, протянувшийся за ними на всю длину города. Тейлор мог видеть вдалеке внутреннюю стену северной части города. По обеим сторонам широкого бульвара возвышались шпили и узкие башни среди колонн с куполами из сусального золота. Во многих зданиях были буйно яркие витражи или ярко раскрашенные фрески на стенах. На самом деле цвет был везде.

Но в основе всей этой славы лежали совершенно обычные прилавки и столы, стоящие почти один на другом, а разносчики выкрикивали свой товар всем и каждому. Она видела людей, которые почти могли быть азиатами по комплексу глаз, но с богатой кожей цвета дуба. ЙиТиш, она слышала, как их зовут. Или Ленги.

У большинства рабов, которых она видела, на самом деле была более бронзовая кожа, но все горожане имели молочно-бледный цвет кожи, который она так часто видела в таверне. Большинство женщин, одетых лучше, носили тот же стиль, что и швеи - с обнаженной грудью. В городе, где рабочие ходили обнаженными, эта вспышка казалась не такой уж важной.

Каждые сто футов или около того Тейлор видел статуи, вырезанные из белого мрамора, установленные на гранитных постаментах по обе стороны улицы, поднимающиеся из прилавков. Каждый был раскрашен в реалистичные цвета и детали. Однако детали были странно преувеличены. У одного мужчины был член, который свисал почти до колен; у одного героя бицепсы были больше дерева. Они продолжали и продолжали. Изучая их, Тейлор начала видеть закономерность. Воины были мускулистыми и имели огромные гениталии. Была даже пара героинь-женщин, и, как и у их коллег-мужчин, их грудь и вульва были сильно преувеличены. У философов и политиков были большие головы или более широкие глаза, чтобы видеть истины, отрицаемые меньшими людьми.

Она собиралась прокомментировать это сиру Барристану, когда увидела что-то новое между массивным воином с петухом и архитектором с нечеловеческими глазами совы. Три деревянные доски были превращены в большую наклонную X-образную форму. На этой фигуре висела худая, исхудавшая женщина в рваной коже, с длинной кровью на боку. Кровь давно почернела, и на ее неподвижной голове села птица, ковыряя ей глазницы в поисках легкой еды.

Горожане и рабы города без единого взгляда передвигались по ужасному месту, как будто распятые тела были совершенно нормальными повседневными вещами.

Напротив первого тела Тейлор увидел еще один деревянный крест, на котором висело еще одно тело. Это был старый бородатый мужчина. Как и у женщины, его кожа была на оттенок темнее, чем та, что двигалась по бульвару.

Посмотрев дальше по бульвару, Тейлор увидел одинаковые крестики между статуями. Когда они шли по центру плит, в окружении людей с дубинами и безоружных рабов, Тейлор почувствовал ощущение падения и по своим жестким шагам понял, что Баристан тоже это почувствовал.

Все время Шелковый Король радостно рассказывал о многих чудесах Кварта и о множестве удовольствий, которые можно получить в его стенах. В конце концов, однако, он остановился и, искусно поклонившись, кивнул в сторону X-образной формы, установленной в тени массивного форума из крашеного мрамора. На фреске на заднем фоне изображены одетые в килты воины и голубоголовые волшебники, сражающиеся с отрядом всадников, Тейлор увидел крест, на котором была миниатюрная фигура девушки с длинными светлыми волосами.

В отличие от других, с этой девушки сняли одежду. Ее маленькое, покрытое синяками тело было покрыто грязью, от гниющих продуктов до экскрементов. Как и у других, рана на боку истекла ею.

Рядом с Тейлором Барристан замер.

"Я представляю вашему королю Дейенерис Таргариен, Мать драконов". Шелковый король казался довольным собой. "В ее последние дни мы позаботились о том, чтобы она была окружена своими последователями. Ее самые верные люди все еще живы, так что он может продолжать видеть свою любимую королеву, пока она не сгниет".

Зная, что ее друг не может говорить, Тейлор сделал то же самое. "В чем было ее преступление против вашего города?"

"Многие", - сказал Шелковый Король. Он наклонился вперед и плюнул у подножия креста. "Это убийца и вор. Ее приветствовал в этих залах Ксаро Ксоан Даксос, член Тринадцати и почетное имя в Турмалиновом Братстве. Он принял ее в свой дом и осыпал ее подарками, едой и престиж. Ее приветствовали Чернокнижники из Дома Бессмертных и дали свое благословение. Ее драконы были встречены всеми как чудо магии ".

Его ухмылка стала злобной. "Она ответила на эту великую услугу подлым убийством. Ее драконы сожгли Дом Бессмертных, убив многих колдунов, которые помогли увести наших предков в безопасное место от дотракийцев. Хуже того, она нарушила обряды гостя, заперев Ксаро Ксоана Даксоса в его собственном доме. Убежище, даже осуждая одного из ее собственных, который стремился защитить его. В Убежище не было ключа, и к тому времени, когда мы взломали его, моя дорогая подруга задохнулась насмерть. Мы поймали фальшивую королеву и ее варваров, грабивших дорогого Ксаро Ксоана Даксоса. дом всего его богатства ".

Он посмотрел на Барристана, все еще улыбаясь. "Такова награда за преступления против Кварта".

Сила гудела обещанием насилия. Сир Барристан Селми, бывший командующий Королевской гвардией, стоял, глядя на окровавленный, оскверненный труп своей последней надежды, и она почти чувствовала, как его отчаяние переходит в безнадежную, самоубийственную ярость.

"Уважаемый Шелковый Король", - сказала Тейлор, выдавливая слова без гнева, который она чувствовала за свою подругу. "Сир Барристан пришел лично, потому что он хотел, чтобы с дочерью короля, которому он когда-то служил, относились с честью, даже до самой ее смерти. Я знаю, что ее преступления против вашего города были велики, но не могли бы мы просить владеть телом, чтобы мы могли отдать ее последний обряд? "

Не доверяя только словам, Тейлор тонко манипулировал разумом человека с помощью Силы. Он даже не колебался, прежде чем указал на крест. "Легко сделать. Остальное, однако, должно остаться в качестве свидетельства об их преступлениях".

"Спасибо, достопочтенный шелковый король".

Двое головорезов вышли вперед и порезали тело. Только тогда Барристан двинулся с места. Он без колебаний стянул свой прекрасный белый плащ и осторожно обернул им миниатюрное тело, прежде чем поднять ее на руки. Он потянул пластину вниз, но сквозь глазные щели Тейлор увидел слезы.

Эти слезящиеся глаза переместились с ее лица в точку позади нее. Она повернулась и увидела еще одно тело на кресте. В отличие от остальных, этот человек был еще жив, хотя и в плохой форме. На нем были кожаные штаны под полкилтом и грязная льняная блузка, выбеленная камнем.

Голова мужчины свесилась вперед, когда он безучастно смотрел на них. Хотя он был сильно загорелым, его светлые волосы и голубые глаза выделяли его среди всех жителей города, включая Дотроки. "Сир Барристан, вы знаете этого человека?"

"Мормонт", - сказал Барристан. "Шпион."

Увидев возможность хотя бы узнать правду о том, что произошло, она кивнула, как будто знала, что сказал рыцарь. "Уважаемый Шелковый Король, этот человек был шпионом нашего короля, посланным проникнуть в милость Узурпатора. Благодаря его руке мы узнали о ее присутствии здесь. Если и был причинен вред, то не по его воле. знаю, что мы многого от вас просили, и мы искренне благодарны за ваше щедрое время. Можем ли мы взять и его? Он никогда больше не будет ходить по этим улицам ".

Еще одна хитрая манипуляция, и снова головорезы с дубинками резали тело. Мужчина, Мормонт, рухнул на каменные плиты. Тейлор подошел к нему.

"Ты должен был позволить мне умереть с моим Кхалиси", - прошептал мужчина сухим голосом. "Я не заслуживаю меньшего".

"Если хочешь почтить ее память, заткнись, мать твою, и пойдем с нами", - прошипел в ответ Тейлор. Громче, для их хозяина, она сказала: "Меня зовут Тейлор из Ассая Вне-Тени. Меня умоляли вернуть Дейнис Таргариен в ее родовой дом. Ваш долг выполнен, сир. Теперь вы можете вернуться домой. . "

Запачканные, налитые кровью голубые глаза смотрели на нее недоверчиво, но он не сделал никаких усилий, чтобы остановить ее, когда она подняла его на ноги. Как и Барристан, она была на дюйм выше его. Обняв его за плечо, она повернулась и поклонилась смущенному Шелковому Королю. "Вы были очень добры и щедры, Достопочтенный Шелковый Король. Наша задача в вашем могучем городе выполнена. Могу ли мы просить вашего разрешения вернуться в нашу гостиницу, чтобы мы могли начать подготовку к нашему путешествию домой?"

"Легко дается", - великодушно сказал мужчина.

Он не стал проводить их обратно к стене. Мормонт продолжал сильно опираться на Тейлор, заставляя ее тянуть Силу, чтобы найти в себе силы продолжать идти. До гостиницы было далеко.

На полпути, с телом королевы на руках, Барристан наконец заговорил. "Почему ты остановил меня?"

"Потому что я эгоистка", - без колебаний сказал Тейлор. "Потому что ты мой лучший друг в этом мире, и будь я проклят, если буду стоять рядом и позволю тебе убить себя. Прости, Барристан. Мне очень жаль. Но ... Я просто не мог стоять и позволять тебе делать то, о чем ты думаешь ".

Старый рыцарь ничего не сказал. Вместо этого он просто продолжал носить свою мертвую королеву по улицам Королевы городов.

***********

***********

В ту ночь они не останавливались в одной гостинице. Вместо этого они искали менее дорогую гостиницу поближе к кораблю Гролео. Трактирщик уставился на рыцаря в доспехах и тело, которое он нес широко раскрытыми глазами, и предложил им самую большую комнату, в которой было несколько кроватей. Оказавшись в одиночестве, Барристан положил тело девушки на кровать, ближайшую к двери, скатил плащ и уставился с разбитым взглядом на ее лицо.

Другой человек, которого они спасли, упал без костей на дальней кровати. Тейлор схватила кувшин с водой, который она нашла у умывальника, и просто протянула ему. Он пил медленно; методично. "Клянусь, все, что сказал этот придурок, - ложь".

"Расскажи нам", - сказал Тейлор.

"Я ... кто это ты?" - сказал мужчина. "Ты совсем не похож на того, кого я знаю".

Тейлор сорвала маску и откинула капюшон. "Я инопланетный суперсолдат с другой планеты", - сказал Тейлор. "Барристан помог спасти меня".

Мужчина подавился водой. "Чт ... Я ничего из этого не понял".

"Это не моя проблема. Что случилось?"

"Отвечай ей, чувак", - сказал Барристан, не отворачиваясь от тела.

Мормонт склонил голову, чтобы проглотить свою гордость и гнев. "Ксаро Ксоан Даксос вступил в сговор с колдунами, чтобы украсть драконов Кхалиси", - сказал Мормонт. "Он позволил ей войти в город только из-за их ценности. Есть люди, которые готовы заплатить королевский выкуп пять раз за одного дракона. Мы с Халиси отвлеклись, и когда мы вернулись в то место, где остановились, мы обнаружили многих Кхалы убивали, как животные, и драконы ушли. Мы узнали, что драконы были в Доме Бессмертных. Я ... "

Он начал кашлять, и ему пришлось пить еще воды. "Я не знаю, что случилось. У них была магия - в один момент моя кхалиси была там, а в следующий раз ее не было. Но в течение часа я услышал ее драконов и увидел пламя. Она освободила себя и своих драконов, и мы Когда мы вернулись в дом Даксоса, мы нашли одну из доверенных служанок Халиси в постели с нашим предполагаемым хозяином и узнали, что он предал нас. компенсировать нашим потерянным людям ".

"И тогда тебя поймали другие Картины", - сказал Тейлор.

"Да." Мужчина поставил кувшин и накрыл голову. Его страдания не были притворными, судя по тому, что Тейлор почерпнул из его разума. Насколько Дейенерис была последней надеждой сира Барристана, для этого человека она была идеализированным видением совершенства. Он был влюблен в нее.

Ни один мужчина не двинулся с места, оба были настолько истерзаны потерей, что не могли думать или говорить. Хотя в этой таверне не было просторного мраморного балкона, в ней было широкое окно, в которое на данный момент проникал солнечный свет. Она отложила в сторону свои проблемы на достаточно долгое время, чтобы снова включить солнечное зарядное устройство, чтобы зарядить свой летный костюм.

Ни у одного из мужчин не хватило эмоциональной энергии на заботу.

"Барристан, ты заберешь ее обратно?" - наконец спросил Тейлор.

"К чему?" - с горечью спросил Барристан. "У меня нет ни королевы, ни короля, ни дома, в который можно было бы вернуться".

Она заметила, как Мормонт удивленно поднял глаза.

"Вы знаете ее последние обряды?" - спросил Тейлор.

"В конце концов, она была дотракийцем, - сказал Мормонт. "Она полюбила своего мужа и собиралась подарить ему сына. Она говорила на их языке и приняла их обычаи. Она была моим Кхалиси. Она хотела бы быть кремированной, чтобы быть со своим возлюбленным на звездах".

Тейлор почти почувствовал горечь этого человека и его утрату. "Вы шпионили за ней", - сказала она.

"Да, я был. Я был беглецом из Семи Королевств, и это было справедливо. Я совершил преступление и избежал справедливого наказания. Я пытался искупить свое преступление, служа королю. И все же ... она была необыкновенной. Смелая, сильная и красивая. Она была еще ребенком, когда ее брат Визерис продал ее Дрого в надежде на бойцов. Вместо этого она процветала и процветала, а он умер с короной из расплавленного золота. Она ... когда умер ее Дрого. , она взяла свои драконьи яйца и ступила в костер ".

Барристан напрягся, затем, наконец, повернулся и уставился на мужчину. "Черт возьми, ты говоришь".

"Своими собственными глазами я наблюдал. Она ступила в огонь. Ее одежда горела от ее тела, но когда наступило утро, она села, необожженная, вся в копоти, а вокруг нее ползали три детеныша дракона. Так ее называли ее последователи. , Дейенерис Шторморожденная, Несгоревшая, Мать Драконов ".

Тейлор мог видеть это в его сознании так ясно, как если бы она стояла и смотрела. Ошибка девушки, лишенной надежды, но все же уверенной в себе. Более того, она почувствовала в уме Мормонта события, которые к этому привели. Хотя она не должна была удивлять, узнав, что в этом мире есть темные стороны, которые могут использовать Силу как магию, тем не менее было шоком увидеть, как Shadowbinder творит свою ужасную магию в воспоминаниях этого человека.

***********

***********

Через час после захода солнца маленькая печальная процессия прошла вдоль пристани, а затем полностью покинула фигурный камень и пошла среди скал, выходящих в пролив Карт.

Сир Барристан все еще носил свою тарелку и держал на руках вымытую стройную фигуру Дейенерис Таргариен. Он завернул ее в свой белый плащ. За ним шел сир Джорах Мормонт, шпион, ставший одурманенным учеником. На спине он нес маленькое каноэ с вырезом. За ними шел Тейлор с двумя масляными лампами.

Когда они достигли каменистого берега, Мормонт поставил лодку на край воды. Несмотря на свое тяжелое испытание - целый день и ночь, проведенные на кресте, - он не жаловался и не издавал ни звука. Он отступил, когда Барристан с любовью поместил белый саван и тело в лодку.

Не говоря ни слова, Тейлор протянул ему не зажженную масляную лампу. Он намазал маслом кожух и лодку, прежде чем разбить глиняную лампу на носу. Крякнув, он вытолкнул лодку в воду. Только после этого Тейлор вручил ему вторую зажженную лампу.

Барристан долго стоял, глядя на маленькое темное каноэ и маленькое тело внутри, прежде чем бросить в него огонь. Живая она не сгорела; мертвое тело Дейенерис горело, как и любое другое.

"Таково мое сердце", - сказал старый рыцарь, как бы цитируя.

"В темноте, которую несёт Незнакомец", - сказал Мормонт. Только тогда Тейлор понял, что они цитируют одну и ту же работу. Ей снова пришло в голову, что она находится в чужом мире, со своей собственной историей и собственной культурой, о которых она все еще ничего не знает.

Было неловко стоять рядом с двумя мужчинами, которые так глубоко горевали по девушке, о которой она ничего не знала. В некотором смысле, однако, ни один из мужчин не оплакивал девушку по имени Дейенерис. Барристан оплакивал надежду, которую она олицетворяла, но теперь исчезнувшая. И Мормонт оплакивал отпущение грехов, которое, как он надеялся, она даст ему за его прошлые грехи.

А Тейлор?

Тейлор снова почувствовал себя потерянным.

"Что вы будете делать теперь, сир Барристан?" - спросил Мормонт.

"Стареть", - последовал горький ответ. "И ты?"

"Пора мне принять наказание. Если вы дадите мне пройти, я возьму Черного. Иди к Стене, как я должен был сделать много лет назад. Возможно, я смогу сделать последнее доброе дело для королевств, прежде чем я умру".

Тейлор понятия не имел, что такое Стена, но это было очень похоже на ритуальное изгнание. Она почувствовала легкое беспокойство, когда Барристан кивнул. "Да, возможно, это подойдет и для меня. Если у меня нет королевы, за которую я мог бы сражаться, то, по крайней мере, я смогу сражаться за королевство в Черном".

Не имея ничего, что можно было добавить к разговору, Тейлор поплыл обратно на набережную. До сих пор сир Барристан был якорем для нее в этом странном мире. Его присутствие в Силе было достаточно очевидным, а его характер - достаточно благородным, чтобы она чувствовала себя хорошо, присоединившись к его поискам. Но этот квест теперь горел на лодке в море. Что это оставило ее?

Обдумывая вопрос, она только что сделала камень, когда почувствовала присутствие Силы в ее чувствах, как будто из ниоткуда. Она обернулась, испугавшись, и увидела женщину, стоящую всего в нескольких футах от нее, в длинном безликом платье, почерневшем от безлунной ночи. Ее лицо было скрыто за маской из длинных медных шестиугольников поверх красного бархата. Темные глаза пристально смотрели на нее.

Помимо плаща, она носила тот же стиль, что и Тейлор. "Кто ты?" - спросила женщина в Картине.

"Ты первый. Кто ты?" Тейлор ответил.

Женщина в маске подошла ближе. Тейлор напрягся; каким-то образом женщина спряталась от Силы, маскируя свое присутствие, пока не оказалась почти на ней. От нее пахло силой Темной стороны, хотя и не обязательно самой Темной стороной. "Я должен знать, кто ты!" - заявила женщина.

"Quaithe! Вы!" Мормонт чуть не прорычал эти слова, карабкаясь по камням с убийством в глазах. "Ты отправил нас в Дом Бессмертных! Ты тоже натравил на нас этих картинов!"

Ну, по крайней мере, у Тейлора было имя.

Прежде чем Куэйт успел ответить, Мормонт подошел к ним. К шоку Тейлора, мужчина откинул руку и ударил новичка прямо в челюсть. Женщина с криком упала на набережную. Тейлор не понимала ситуации, но она сразу же увидела затяжную ярость, а также оттенок ужаса на лице мужчины из-за того, что он ударил женщину, которая не приложила никаких усилий, чтобы защитить себя.

"Было ли все это ложью?" - потребовал он голосом, полным эмоций. "Вы были частью этого?"

Куэйт прижал руку к ее подбородку, но совсем не взглянул на Мормонта. Ее глаза продолжали гореть глазами Тейлора через их общие маски.

"Кто ты?' - сказала она, ее голос был насыщен болью от удара, а глаза влажными, когда она посмотрела на Тейлора. "Я видела тебя в пламени, но я не понимаю. Я видел, как ты падала с неба кровоточащей звездой, оставляя за собой дым, пока не упал в соль. Вы несете пылающий меч. Ты Азор Ахай, Принц, Который был обещан, но ты не можешь быть им! КТО ТЫ? Пожалуйста, прошу тебя, скажи мне, кто ты? "

Этот взрыв сбил Мормона с толку. К тому времени прибыл Барристан и уловил большую часть того, что она сказала. "Что вы сказали?" - потребовал ответа старый рыцарь. "Эта фраза! Мормонт, кто эта женщина?"

"Это Хранитель Теней", - сказал молодой человек. "От Ассай-Вне-Тени. Я думал, она советует мне помочь моему Кхалиси. Это казалось хорошим советом. И все же, следуя ему, я потерял все".

Пока мужчины говорили, Куэйт оставалась на земле, держась рукой за щеку. Тейлор опустился на колени. "Я закончила с масками", - сказала она. Она сняла ту, которую носила, как часть своей маскировки.

Другая женщина не двинулась с места, когда Тейлор сняла свою маску рядом, чтобы обнажить не молочно-белую, а более оливковую кожу с большим романским носом и пронзительными темными глазами. Даже в тени ночи Тейлор видел, как на ее челюсти образовывался большой синяк.

Куэйт ничего не сказал, когда Тейлор приложила руку к челюсти и залечила синяк. Ее глаза расширились, и нахлынули слезы, но она ничего не сказала. Хотя Барристан видел, как она исцелялась, Мормонт выругался и отступил от них обоих.

Барристан не стал на колени, а наклонился. "Поговори со мной, женщина." Принц, который был обещан ". Я слышал, как принц Рейгар Таргариен говорил те самые слова своего сына. Так же, как его отец говорил эти слова о нем. Что это означает? "

"Пророчество", - сказал Куэйт. "Сделано тысячу лет назад." Когда красная звезда истечет кровью и сгустится тьма, Азор Ахай будет рожден заново среди дыма и соли ". Тьма сгущается вокруг нас. Наступает Долгая Ночь, и Красная Комета пронзила небо. Но мантия Князя движется. Она сдвигается. Все люди должны умереть, написано. Когда один потенциал умирает, выбирается другой. мантия снова сдвинулась. " Слеза скатилась по ее щеке. "Пожалуйста. Я тебя умоляю. Кто ты?"

Сила замерла, как будто все живое на планете внезапно, необъяснимо затаило дыхание. И в этот момент Тейлор знала, почему ее подруга Дина отпустила ее. Почему она была там, на той планете.

"Я - Квинтэссенция Силы", - сказал ей Тейлор. "Я олицетворение той энергии, которая связывает воедино всю жизнь. Воин, целитель, лидер и ученый. Меня зовут Тейлор Хеберт. Я родился в мире так далеко, что свет моего солнца не достигнет вашего неба десять лет. тысячу лет. Я прибыл сюда на корабле, способном пробить небеса. Однако он был поврежден, и я разбился. Думаю, я оставил за собой след из дыма и пламени и приземлился в соленой воде Летнего моря. , где меня спас сир Барристан ".

Мормонт посмотрел сначала на Тейлора, затем на Барристана. "Это правда?"

"Да, насколько я знаю, - сказал Барристан. "Нападавшие пираты в океане - Железнорожденные. Она держала в руке оружие, которое взорвало весь нос рейдера, рожденного Железным. Она затопила его за секунду. Никогда не видела ничего подобного".

Куэйт посмотрел на нее так, будто двое мужчин ничего не говорили. "Драконы живы", - сказала она Тейлор. "Существа магии и огня. В чужих руках они могут сжечь мир. На данный момент они остаются в городе. Вы должны потребовать их, чтобы сразиться с надвигающейся тьмой. Вы принц, которому было обещано. суждено спасти мир от долгой ночи! "

Тейлор не мог не смотреть на Барристана. Старый рыцарь изучал ее в темноте. Внезапно он натянуто ухмыльнулся. "Казалось бы, Стена может подождать".

A / N: Для любого из вас, кто не рассердился - да, я сделал это. Вот почему:

1) В книгах Даксос спас жизнь Дени после того, как она сожгла Дом Бессмертных. Это был мистический центр города, и она сожгла его. Остальные Тринадцать хотели ее смерти, но Даксос спас ее надежду на ее руку в браке. Когда она отказалась, он приказал ей уйти. Без него она бы умерла.

В сериале, после того как она сожгла Дом Бессмертных, она убила Даксоса и украла все его дерьмо. И мы, зрители, должны были просто согласиться с тем, что никто из других руководителей города ничего не сделает с этим? Эта глава стала результатом того, что Дэни в шоу столкнулся с последствиями того мира, который на самом деле написал GRR.

2) Какой смысл переносить персонажа из одного Университета в другой, если они не меняют кардинально историю? Меня никогда не интересовали истории, в которых персонаж-кроссовер просто присоединяется к существующим героям через станции канона. В тот момент, когда Тейлор приземлился, она собиралась сменить Planetos. Иначе писать рассказ не было смысла. Глава шестая: Тень в ночи. Катушки репульсора в летном костюме Тейлора не подлежали ремонту.

Сир Джорах и сир Барристан находились в гостиной своей новой гостиницы - более дешевом месте, где обслуживали моряков из Вольных городов восточного Эссоса и случайного человека из Вестероса, пробивавшегося так далеко на восток.

В комнате, которую снимал сир Барристан, Куэйф чинно сидел на кровати сира Барристана. Ее маска лежала у нее на коленях, а ее темные глаза пристально изучали Тейлора. Тейлор, со своей стороны, изо всех сил старалась не обращать внимания на другую женщину, когда она натягивала свой костюм. После того, как катушки репульсора исчезли, самый простой способ преодолеть эти стены был потерян для нее.

"Расскажи мне об этих чернокнижниках", - наконец сказала Тейлор, проверяя заряд своего бластера. Осталось сорок четыре заряда. Как бы она ни хотела их сохранить, зарядные канистры не длились вечно. У них был срок годности около пяти лет, прежде чем их нужно было перезарядить.

"Дома Бессмертных больше нет, но Колдуны остались", - объяснил Куэйт. "С драконами вернулась их магия, и они снова стали могущественными. Именно колдуны создали красные пустоши к северу и западу от города. Они превратили плодородные луга своих предков в пустыню, чтобы убить дотракийцев, используя древние , запретные искусства "

Тейлор обеспокоенно поднял глаза. "Могут ли они сделать это снова?"

"Я так не думаю."

Она проверила свой шлем. Система прицеливания все еще работала, но ее компьютерная система нарукавников и шлема опустела до 15% заряда. Ей потребовалось три твердых дня прямого солнечного света, чтобы получить более пятидесяти. С отвращением вздохнув, она положила летный костюм на матрас. У нее оставалось практически два часа заряда.

Тейлор проверила свой шлем. "Расскажи мне об их магии".

"Иллюзии и наваждения, достаточно могущественные, чтобы их коснуться", - без колебаний сказал Хранитель теней. "Яды, достаточно мощные, чтобы очернить ваше сердце одним дыханием. Бессмертных было много и они были древними, но те, что остались, моложе и сильнее. Тем более, что драконы в их руках. Они не позволят существам уйти легко".

Во второй раз с тех пор, как она потерпела крушение в этом примитивном мире, Тейлор расстегнула футляр для сабли и вытащила один из ее световых мечей. Она кратко осмотрела его на предмет повреждений, прежде чем щелкнуть. Внезапное шипение белого луча когерентной плазмы заставило Куэйта зевать.

" Азор Ахай !" прошептала она.

Тейлор отключил ее клинок, но не вернул его в футляр для любых погодных условий. Вместо этого она повесила его и соответствующую ему саблю на пояс с оружием для облегчения доступа. "Ворота города остаются закрытыми на ночь?" она спросила.

Куэйт кивнул. "Меня знают, и даже я не могу вернуться до рассвета".

Тейлор переоделась в свое платье Повелительницы теней, но еще не переоделась во что-нибудь еще, поскольку она пыталась выбрать подходящую одежду. После того, как репульсорные катушки были сняты, весь предоставленный костюм был свободным, легким движением и черной поверхностью. У ее шлема оставалось достаточно заряда для получения тепловых и инфракрасных изображений, но недостаточно для полной загрузки ее компьютерной системы.

Однако тепловидение того стоит. Вздохнув от присутствия компании, Тейлор сняла нижнее белье местного производства и надела костюм. Кожа покрылась грязью после мытья рук, чтобы избавиться от пота и соли за несколько недель. Но он плотно прилегал к ней и достаточно гибок, чтобы она могла легко двигаться. Она пристегнула свой оружейный пояс.

Дверь хлопнула дважды. "Заходи!" Тейлор позвонил.

Вошел сир Барристан. Он сменил полный латный доспех и теперь носил шерстяную тунику. Сир Джорах шел следом в грязной одежде на спине. Мужчина отчаянно нуждался в ванне и бритье. Однако он уже выглядел лучше после еды и сильно политого вина.

Мормонт уставился на нее теперь, непривычно видеть такую ??облегающую одежду ни на ком, а тем более на женщине.

"Я полагаю, нам нужно принять некоторые решения", - сказал Тейлор. "Сир Барристан, я пришел сюда с вами. Что бы вы хотели увидеть дальше?"

Старик долго смотрел на нее. "Моя земля разорена гражданской войной и плохими королями", - сказал он медленным, тяжеловесным тоном. "Я пришел сюда в надежде, хотя и в отчаянии, найти королеву, которая исцелит землю, которой я поклялся служить своей жизнью. Что бы я хотел, чтобы случилось? Я хотел бы видеть Таргариена в здравом уме на трон Семи Королевств, с драконами в небесах снова ".

"Последний Таргариен сгорел час назад, - сказал сир Мормонт.

"Но ее драконы все еще живы", - сказал сир Барристан. "И у нас есть один, который мог бы командовать ими, как Таргариены".

"В этом я не сомневаюсь", - мягко сказал Куэйт, привлекая к себе взгляды двух мужчин.

Смысл слов сира Барристанта был так же неприятен Джораху Мормонту, как и Тейлор. Не желая браться за эту конкретную путаницу, она обратила внимание на более практические вопросы. "Есть ли сомнения, что все шпионы в этом городе знают, кто мы?"

"Нет", - сказал Барристан, гораздо более уверенный в своем ответе. "Евнух в гавани Роуз, несомненно, рассказал о нас охранникам. Также и док-капитан. Они узнают, что мы здесь, и будут наблюдать за нами".

Тейлор сняла свой рюкзак, убрала все его континенты и связала их со своей новой одеждой - все, кроме одного из ее черного плаща и капюшона. Кто знал, что ей может понадобиться нести? "Как быстро капитан Гролео сможет сбежать из гавани?"

Старый рыцарь точно понимал, куда она идет. "Не раньше, чем они смогут поднять цепи. Те башни, мимо которых мы проплыли? У них есть цепь, которую они могут поднять, чтобы заблокировать гавань, я не сомневаюсь. Гавань Кварта известна тем, что никогда не подвергалась успешной пиратской атаке. Нам понадобится чтобы спастись этой ночью и бросить якорь на берегу, чтобы быть в безопасности ".

"Если бы вы просто бросили якорь на несколько сотен футов в воду, недалеко от того места, где мы проводили похороны, я смогу добраться до него".

"Ты такой сильный пловец?" - спросил старый рыцарь.

"Нет, но я могу бегать по воде". Она повернулась к Куэйту. "Вы пришли ко мне. Чего вы хотите и что вы приносите с собой?"

Вопрос удивил другую женщину. "Я ... Я Темный Хранитель Ассая. Я обучался древнему искусству магии и гадания. Я говорю и читаю Теневой Язык, а также пять других языков. Я могу наложить защиту и посмотреть, что должно произойти в пламя. Я могу ... "Женщина вздрогнула. "Я могу связать тени, чтобы убить любого, кого вы ищете, хотя это ужасный и мрачный поступок".

"Ты умеешь готовить?"

"Если только чуть-чуть", - призналась женщина.

"И что ты хочешь?"

"Я хочу, чтобы ты спас нас до возвращения Долгой ночи".

И снова все взгляды в комнате обратились к Куэйту. Она проигнорировала двух рыцарей и пристально посмотрела на Тейлора. "Это риск?" - спросил Тейлор.

"Это так. Это происходит даже сейчас, когда мы говорим".

Глядя на сира Барристана, Тейлор мог видеть по его лицу, что он узнал термин и обеспокоен им. Однако в его голове это было похоже на теоретическое беспокойство, вроде глобального потепления или удара астероида. Событие настолько велико, что трудно было осознать его.

"Тогда я думаю, ты пойдешь с нами".

"Я не могу. Это мой дом".

Тейлор фыркнул. "Ты сделал свой выбор, когда вошел с нами в эту таверну. Загляни в свое пламя и скажи мне, что тебе ничего не угрожает. Я чувствую это вокруг тебя, как плащ. Эти чернокнижники знают, кто ты. Сильна ли твоя магия? достаточно, чтобы защитить тебя? "

Темные глаза очень долго смотрели на нее в поисках ответа, о котором Тейлор мог только догадываться. Тем не менее, что бы Куэй ни искал, она нашла. Ее темные глаза опустились. "Я приеду."

Оглядываясь на Барристана, Тейлор грустно улыбнулся. "Вы позволите это?"

"Конечно."

"Хорошо. Барристан ... Я не знаю, сколько это займет времени. По крайней мере, часы. Сможешь поставить корабль на якорь в бухте, недалеко от того места, где мы проводили похороны принцессы?"

"Мы сделаем это, даже если мне придется бить Гролео по голове, чтобы сделать это".

"Хорошо." Тейлор встала и надела шлем, хотя лицо оставалось открытым. Затем она натянула свой большой плащ. Капюшон был достаточно большим, чтобы прикрыть шлем. "Можете ли вы поместить мои вещи в свой сундук?"

"Да".

Прежде чем у него появился шанс, Куэйт встал и собрал вещи Тейлора, прежде чем положить их в сундук старого рыцаря.

"Тебе лучше уйти, - сказал Тейлор. Она зажгла саблю и быстрой легкой рукой прорезала дыру в потолке. Повесив его на талию, она увидела, как Мормонт снова смотрел, разинув челюсти.

"Все, как я уже сказал, Джорах Андал", - сказал ему Куэйт. На ее лице была довольная улыбка. "Она - Азор Ахай, и ее огненный меч осветит мир".

"Задержи эту мысль, пока не вернешься на корабль", - сказал Тейлор, прежде чем легко запрыгнуть на крышу гостиницы. В тот момент, когда она это сделала, она опустилась на колени и расширила свои чувства в Силе. Почти сразу она почувствовала взгляд, наблюдающий за гостиницей. Со своего места на крыше она наблюдала, как сир Барристан и сир Мормонт вышли с Куэйтом среди них. К удивлению Тейлора, Хранитель Теней взял один из дополнительных плащей Тейлора и надел его. С ее собственной маской и плащом она могла легко обмануть наблюдателей.

Говоря об этом, Тейлор наблюдал, как четыре разных человека, двое мужчин и двое детей, следовали за небольшой группой вниз по докам к тому месту, где стоял пришвартованный корабль Гролео. В безлунную ночь единственным источником света были длинные факелы, установленные вдоль доков, или масляные лампы у дверей тех немногих предприятий, которые оставались открытыми после наступления темноты.

В остальном город был потрясающе темным. Никаких электрических уличных фонарей, стоп-сигналов или знаков. Никаких автомобильных фар. Двигатели не работают; уличные рабочие не работают. Вдалеке она услышала пение женщины. Она могла слышать это не потому, что это было громко, а потому, что остальная часть ночи была тихой.

Западный горизонт все еще светился слабым синим светом, но небо над головой уже сверкало бесчисленными звездами, впечатляющей туманностью низко над горизонтом и несколькими планетами, похожими на яркие оранжевые или красные стрелы в небе. Было почти невозможно поверить, что она находится в городе.

"Сколько мы потеряли, получив электричество, - подумала она про себя.

Тем не менее, у нее была миссия и ограниченное время. Она подняла лицевую панель своего шлема, чтобы сохранить заряд, и бросилась к краю крыши гостиницы. Следующее здание такой же высоты находилось напротив гораздо более низкого здания. Тейлор прыгнула, ее плащ развевался за ее спиной. Все здания были построены бок о бок, сгущены вместе, чтобы воспользоваться ограниченной землей, отведенной городом для иностранного квартала в гавани.

Это хороший путь. К сожалению, им воспользовалась не только она. Она почувствовала воров еще до того, как их увидела. Однако ее миссия не оставляла ей времени бездельничать. Когда она приземлилась на крышу, двое воров пытались прорваться, они развернулись и в ужасе поползли прочь.

Один был мальчиком десяти лет. Второй была девушка-кошелек, получившая кошелек с миндалем от жителей Летних островов. Тейлор закрыла лицевую панель достаточно долго, чтобы активировать модулятор голоса.

" Уходи", - сказала она. Возникший голос был на октаву ниже с механическим эхом.

Дети не кричали. Они были слишком напуганы. Они с трудом поднялись на ноги и быстро потерялись в тени. Подняв лицевую панель обратно вверх, Тейлор продолжила прогулку по крышам, пока не достигла конца квартала иностранца.

Впереди первая из трех стен. Стены были тридцать, сорок и пятьдесят футов в высоту, каждая с базарами между ними.

Проникновение - не время для дерзости. Тейлор спрыгнул с последней крыши здания и легко упал на землю, рожденный Силой. На еле освещенной дорожке она накинула на себя плащ, накинула капюшон на шлем и направилась к ближайшим воротам. В Силе она выдвинула предложение.

Только тень. Ничего не вижу. Нечего бояться.

В те дни, когда она была парачеловеком в Совместной группе быстрого оперативного развертывания, ее поле обфускации было одним из наиболее эффективных способов использования Силы. Во время войны это послужило ей еще лучше. И теперь это служило ей.

Двое мужчин в бронзовых доспехах, килтах и ??шлемах, которые настороженно стояли по обе стороны закрытых ворот, не заметили, как она шла к ним. Они не моргнули и не проследили за ее движением, когда она сошла с тропы на каменистую почву, которая вела к грязной, вонючей канализации реки, протекавшей под городскими стенами. Вместо того, чтобы идти через канализацию, Тейлор присела на корточки, втянула в себя Силу, пока она не начала покалывать, и бросилась в воздух.

С такой обильной силой Силы прыжок на тридцать футов был пустяком. Она легко преодолела парапеты наверху стены и опустилась на колени, снова прикрываясь одеждой, намереваясь не проявлять интереса.

Стражи ходили по стенам, но с большими интервалами. На средней стене ничего не было видно. Разбегая, Тейлор прыгнул на тридцатифутовый пролет и десятифутовую разницу в высоте и на этот раз приземлился с перекатом, чтобы сбить инерцию. Еще раз она присела на корточки, чтобы проверить, обнаружат ли ее, но ничего не было. И почему бы нет? Кварт был в мире со своими соседями. Он был богат и могущественен, с постоянной армией, которую могли себе позволить немногие другие города-государства.

Одинокий стражник, проходивший пикетирование у внутренних ворот, прошел впереди, едва заметный наверху полностью неосвещенной части самой внутренней стены. Она могла видеть эти давно горящие факелы в форме папоротника возле надвратной башни, но перед ней было темно.

Еще один разбег, и она оказалась на вершине самой внутренней стены Кварта, глядя вниз на почти неосвещенный город. Она видела несколько факелов и костров повсюду, но производимый свет был достаточно ярким только для небольшой площади. В остальном город был погружен во тьму и тень.

Падение с пятидесяти футов было хорошим. Тейлор снова собрал Силу и сошел с внутреннего парапета. Ее плащ развевался за ее спиной, угрожая перевернуться через голову. Она толкнула вниз с Силой в последний момент, остановив ее спуск , пока она не коснулась едва сгибание колен.

Обернувшись плащом, Тейлор расширила свое поле обфускации и начала уверенно и быстро идти к тому месту, где Куэйт сказал ей, что она может найти Путь Чернокнижника.

Город не спал, по крайней мере, не полностью. Она могла слышать голоса и видеть свет факелов из некоторых зданий, мимо которых проходила. Добравшись до Турмалин-стрит, где жили князья-купцы, она увидела несколько роскошных садов, хорошо освещенных факелами и лампами. Она могла слышать, как люди разговаривают и смеются внутри, наслаждаясь добычей своего богатства.

Ворота таких домов неизменно охраняли бандиты с дубинками. Никто не заметил быстро проходящей мимо тени.

Тьма в Силе ощущалась осязаемой, как будто лорд ситхов мог выскочить в любой момент. И ее присутствие не было незамеченным. Тьма обвилась вокруг нее, как змея, истощая ее наводящее на размышления поле. Колдуны знали, что она рядом, но не могли найти ее напрямую.

На Уорлок-Уэй не было ни факелов, ни знаков. У него была десятифутовая стена с закрытыми железными воротами, через которые она легко перепрыгивала. Перейдя старый каменный мост через ручей, который, казалось, выходил на северную окраину города, она оказалась на улице с невыразительными стенами. В зданиях не было дверей и окон, выходящих на улицу. Она не увидела ни факелов, ни ламп. Только густая тень местности.

В конце улицы она увидела обрушившуюся каменную башню. В силе он корчился от ненависти, предательства и боли. Через тысячу лет она увидела, что такое место станет нексусом Темной стороны.

С незажженной саблей в руке Тейлор отошла от рухнувшей башни и опустила лицевую панель. Она использовала свой нарукавник, чтобы переключиться с обычного на тепловизионное изображение, морщась от того, насколько быстрее он сжигает ее скудные запасы энергии. То, что она увидела, заставило ее замерзнуть.

В безликих домах без окон, которые стояли по обе стороны от каменного бульвара, который простирался от разрушенной башни до города внизу, она видела тела внутри неотапливаемых домов. Температура почти всех тел была значительно ниже нормальной температуры человеческого тела, от девяноста до восьмидесяти градусов. Только потому, что ночь была прохладной, она вообще могла видеть их в тепловом потоке.

В третьем доме слева от нее она увидела три крошечные сверхновые звезды тепла тела. Существа в форме ящериц размером с кошку имели постоянную температуру тела более ста градусов и горели рядом с более низкими температурами их похитителей.

А похитителей было много. Она насчитала две дюжины тел, плотно уложенных в маленькой комнате. Она начала на дюйм приближаться, сильнее раздвигая поле обфускации, когда почувствовала странную ... икоту в Силе. Икота выехала из здания. В замешательстве Тейлор выключила тепловизор и подняла лицевую пластину.

Там, где двигалась странная маленькая вспышка энергии Силы, ее невооруженные глаза видели нечто, похожее на парящую, слегка светящуюся фигуру черепахи. Он исчез в тени.

Что, черт побери, это было?

Сила чувствовала себя испорченной в этом месте. Это не предупредило ее о неминуемой опасности, а скорее о постоянном голоде, который пропитал каждый камень и каждый лист искривленных можжевельников, окружавших бульвар.

" Тейлор! " - эхом разнесся молодой, испуганный голос Дины Олкотт в ночи.

Иллюзии достаточно реальны, чтобы их можно было потрогать. Тейлор не сомневался, что колдуны сочиняли какую-то сложную иллюзию, чтобы завести ее в лабиринт, или усомниться в ее миссии, или иным образом замедлить ее. Тот факт, что они использовали ее воспоминания о Дине, напугал ее, потому что это означало, что либо у них была какая-то форма телепатии, либо их магия каким-то образом напрямую взаимодействовала с разумом Тейлора.

В любом случае, она не хотела больше давать им шанс построить его.

Бросив осторожность по ветру, Тейлор рванулся к дому вместе с драконами. Когда земля затряслась под ее ногами и перед ней открылась огромная пропасть, она собрала Силу и боролась с иллюзией, перепрыгнув через нее. Иллюзия рухнула почти сразу, как будто колдуны знали, что это ее не остановит. Когда светящаяся черепаха вылетела из дома, она собралась и бросилась через него, полагая, что это тоже всего лишь иллюзия.

На этот раз они доказали, что она ошибалась.

Вспышка огня и кинетической силы взорвалась прямо у нее в груди. Если бы не бронированная обшивка ее костюма и шлема, она бы потеряла лицо. Как бы то ни было, взрыв был достаточно мощным, чтобы заставить ее больно плюхнуться на спину, а ее голова подпрыгивала под шлемом. Потребовался долгий момент полупаники, прежде чем она смогла хотя бы вдохнуть.

Верно . "Это было определенно достаточно реально, чтобы прикоснуться", - призналась она, когда ее шлем высветил ей предупреждения о мощности. С помощью мысленной команды она превратила свой лицевой щиток в прозрачный, а затем отключила все другие функции с питанием. Она как раз успела сделать это, потому что еще больше этих проклятых светящихся черепах было прямо над ней.

Она откатилась от одного, использовав его взрыв, чтобы помочь ей встать на ноги, прежде чем двое других смогли ударить. Понимая, что в том, чтобы красться, не было никакого притворства, она изо всех сил протянула руку и разнесла стены дома перед собой.

Несмотря на то, что ей сказал ее тепловизор; дом стоял пустой.

Возможно, они переехали в другой дом и играли с ней в прятки, но чутье подсказало ей, что это что-то другое. Она подняла руку и вместо того, чтобы попытаться развеять иллюзию, пошла гораздо более прямолинейно.

Каскад синих молний Силы вырвался из кончиков ее пальцев.

Ей ответил хор воплей и криков. Иллюзия рассыпалась, открыв две дюжины мужчин и женщин цвета кости, все с лысыми головами и глубокими синими пятнами вокруг губ и глаз. Ее взрыв был достаточно мощным, чтобы все они упали на землю. Вокруг нее другие чернокнижники вышли из своих домов, и небо над ней приняло странное сияние, когда появились новые радужные волшебные черепахи.

Что, черт возьми, с черепахами?

Посреди пола разрушенного дома на каменном постаменте стояла плетеная клетка. Внутри бушевали три мяукающие рычащие крылатые ящерицы, нюхая маленькие струйки пламени и слюны. Их явно злило то, что они потеряли мать.

Когда черепахи судьбы начали спускаться, Тейлор схватил клетку за белую ручку, не обращая внимания на шипящих, разъяренных зверушек, и побежал. Ее костюм был заряжен всего на пять процентов, а шлем был поврежден, поэтому она оставила лицевую панель прозрачной.

Она не прошла и десяти футов по бульвару, прежде чем обнаружила, для чего была предназначена та первая маленькая черепаха, которую она увидела. Чернокнижники использовали свою магию, чтобы послать за помощью.

Появилась стена людей и лошадей, ехавших плечом к плечу с копьями в руках. С первого взгляда она могла догадаться, как минимум двадцать всадников. Позади нее, заполняя небо, она увидела почти пятьдесят этих проклятых черепах. Светящиеся конструкции Темной стороны на самом деле набирали скорость, приближаясь к ней. Дорожку обрамляли невысокие дома без окон.

Корзина была тяжелой, но она обрадовалась, увидев, что у нее на дне кожаные ремни, которые позволили ей закрепить ее на плечах. Один из маленьких рептилоидов начал царапать ее рюкзак.

Всадники бросились в атаку. Тейлор бросился обратно, бросившись на них. В пятнадцати футах от них она резко повернула вправо и легко запрыгнула на крышу одного из домов. Линия кавалерии пыталась остановиться, но они были так плотно набиты, что не могли маневрировать на узкой улице. Она пробежала мимо них, перепрыгнула десять футов на другую крышу и еще десять футов на третью.

Воздух свистел, когда мимо проносились стрелы. Одна попала ей в плечо, но отскочила от ткани брони. Хотя синяк точно оставит. Она проигнорировала это из-за большей угрозы - передняя линия нападавших была верхом на лошадях, но за этой линией шли по крайней мере еще пятьдесят человек. Эти мужчины бежали под ней, изо всех сил пытаясь не отставать, стреляя в нее стрелами.

Уорлокс Уэй закончился на Турмалин-стрит. Турмалин был не таким широким, как главный бульвар, но достаточно широким, чтобы бросить вызов прыжкам.

С другой стороны, на улице было много богатых людей. Тейлор понадобится немного денег, если она собиралась поселиться в этом мире. У кого лучше воровать, чем князья-купцы, любившие убивать молодых девушек?

Когда она добралась до последнего из домов чернокнижников, она совершила Силовой прыжок, который перебросил ее через стену, отделяющую чернокнижников от остальной части города. Она приземлилась с кувырком, чтобы уйти от инерции и не раздавить драконов, и развернулась, чтобы увидеть бегущих к ней мужчин. Они открыли ворота, когда пришли за ней. Через эти ворота она увидела, что всадники достаточно разбили строй, чтобы повернуть и последовать за ними.

Тейлор ухватился за широкие бронзовые ворота в своей власти и захлопнул их, на мгновение заблокировав их вид.

Она узнала дом Шелкового Короля по символу Картина для шелка - большому золотому веретену. На фреске над воротами веретено держала в руке женщина, которая страстно совокуплялась с мужчиной, в то время как другие наблюдали.

Качая головой из-за озабоченности Картина, Тейлор легко перепрыгнула через стены торгового принца. За воротами был впечатляющий сад, заполненный статуями удивительно реалистичных молодых женщин и мальчиков, которые...

Ой. ОЙ!

Тейлор быстро сообразила, что она не смотрит на скульптуры. Отведя глаза, она предоставила богатым горожанам их удовольствиям и вместо этого пробралась в огромный дворец, который казался таким же открытым снаружи, как и внутри. Целые комнаты внутри были открыты небу, впускающему свет и дождевую воду с большими фонтанами или бассейнами для ее сбора. Почти в каждой комнате росли маленькие деревья и большие кусты, а также фирменные порнографические гобелены, которые, казалось, так любили картины.

Драконы за ее спиной рычали, когда она кралась через дом, пока не нашла слугу. Девушка была на четыре года моложе Тейлора и не носила ничего, кроме красок и лент. При виде одетого в черное призрака в шлеме с драконами на спине девушка закричала. Тейлор перерезал ее, прижав руку ко рту.

"Я не причиню тебе вреда. Обещаю".

Девушка замерла, хотя и дрожала в руках Тейлора. Глядя ей в глаза, Тейлор не стал спрашивать, где Шелковый Король хранил свою монету. Она извлекла информацию прямо из головы девушки, прежде чем погрузить ее в глубокий сон.

Осторожно уложив девушку на кафельный пол, Тейлор продолжила путь по коридору, пока не нашла узкую лестницу, ведущую на подземный уровень. Она спустилась, подняла внутренний замок с помощью Силы и вошла в комнату, охраняемую тремя мужчинами.

Она выставила одну из своих сабель на максимальную настройку оглушения, прежде чем первый понял, на что он смотрит. Через секунду все трое оказались на земле без сознания. Тейлор прошел мимо них, пока не подошла к тяжелой стальной двери из твердого гранита.

Переключение внутреннего переключателя с Силой переключило ее саблю с одобренной PRT оглушающей дубинки с жестким светом на настоящий световой меч. Она за секунду прожгла стальную дверь. Схватив висящий фонарь из холла снаружи, она ступила в кладовую старого доброго дракона.

Груды золота, похоже, не впечатлили настоящих драконов. Вместо этого они продолжали шипеть и плеваться, когда она положила их и наполнила свой аварийный рюкзак золотом. Тейлор знала, что золото и драконы будет невероятно тяжелым, но она была полна решимости прекратить злоупотреблять монетой Барристана. Кем бы ни был этот Шелковый король, он явно участвовал в смерти Дейенерис. Для нее это сделало его честной игрой.

Пакет снова встал на место на ее спине. От его веса у нее заболел позвоночник. Вздохнув, она подняла плетеную клетку и закрепила ее на комплекте. Даже наполнив рюкзак до отказа, она едва достала пятую часть состояния мужчины. И это было сосредоточено только на золотых монетах. У него было вдвое больше серебряных и медных монет.

Колени у нее заболели от тяжести еще до того, как она достигла вершины лестницы.

Ее не должно было удивлять то, что она оказалась в окружении солдат с пути Колдунов.

"Привет, ребята!" - бодро сказала она по-английски, прежде чем взорвать их всех молнией Силы. Пехотинцы закричали и отступили, но Тейлор пришлось признать, что, несмотря на то, что должно было быть впечатляющим зрелищем, люди на лошадях все равно ринулись в атаку благодаря явной дисциплине.

Она ударила саблей, заставив туловище одного из солдат упасть напротив его ног. Подошли еще солдаты, размахивая большими изогнутыми лезвиями, похожими на то, что мог использовать Синдбад-Моряк.

Тейлор зажгла свою вторую саблю и потеряла себя в Силе, рубя и вращая. Она поражала людей молнией или короткими вспышками кинетической энергии, все время возвращаясь к воротам дворца. В какой-то момент ее осенило, что идти пешком - глупо. Она выбрала одного особенно храброго человека, отправила его в полет с помощью Силы, а затем запрыгнула на его лошадь.

Она не занималась верховой ездой с девяти лет, и это было в конном лагере, который оплатил отец Эммы. Но с Силой как ее союзником и множеством мужчин, изо всех сил пытающихся убить ее, она быстро поняла это.

По большей части.

Лошадь сердито заржала и несколько раз ударила ногой, но в конце концов она помчалась к воротам дворца, если использовать широкое определение "к". Прибыло еще несколько солдат и захлопнули ворота, но она решила эту проблему достаточно легко. Кинетический взрыв энергии Силы не просто открыл ворота, он сорвал их с петель, посылая осколки дерева, стреляя в солдат, пытающихся остановить ее.

Она на полном скаку выбежала из дворца на Турмалин-стрит. По тому, как ее задница болезненно подпрыгивала на седле странной формы, она подозревала, что она, вероятно, делала что-то не так, когда дело касалось верховой езды, но ей было все равно. Ей очень хотелось больше не находиться в городе, а скачущая лошадь двигалась вперед даже быстрее, чем репульсорные катушки.

Голоса Картина выкрикивали предупреждения впереди нее. Она слышала, как позади нее скачут лошади, и казалось, что они действительно умеют ездить верхом, поскольку так быстро догоняли ее.

Единственное, что можно было считать преимуществом, - это то, что она не заблудится. Достигнув главного бульвара, она увидела впереди ворота.

К сожалению, это означало, что охранники у ворот тоже могли ее видеть. Что еще более важно, они могли видеть десятки людей на лошадях прямо позади нее, размахивающих мечами и сердито кричащих. Сколько она уже убила? Если они поймают ее, она не сомневалась, что они попытаются ее убить. Какой бы могущественной она ни была, даже самого могущественного Мастера Бенду в конце концов можно было победить.

Городская стража хлынула из разных дверей вокруг ворот. Ворота, конечно же, были закрыты, и верхняя часть деревянных ворот плотно прилегала к раме, не давая Тейлор проскользнуть внутрь. Что еще более важно, самые внутренние стены были высотой в пятьдесят футов.

Она знала, что у нее на спине восемьдесят фунтов золота и еще двадцать драконов, и она знала, что не сможет совершить этот прыжок даже с Силой. Даже ее репульсорные катушки были бы сильно прижаты к золоту, от которого так сильно болела ее спина.

Ворота не были простыми деревянными дверями. Стены были не просто высокими - они были такими же толстыми, как и большинство зданий. Внутри у них были бараки, и в туннеле, проходящем через них, были по крайней мере три железные решетки, все три из которых были опущены.

Ей придется пробиваться сквозь нее. И ей придется сделать это без лошади. С этой мрачной решимостью Тейлор решил сделать рывок. Однако попытка сделать трюк на лошади без каких-либо знаний оказалась труднее, чем надеялся Тейлор. Когда она вытащила ноги из стремен и попыталась встать на седло, проклятый зверь внезапно остановился, сердито ржая.

Тейлор пролетела прямо над головой ублюдочного животного и приземлилась бы на свою голову, если бы не Сила. Вместо этого она смогла превратить неконтролируемое падение в неловкое сальто. Из-за тяжести ее вес был полностью разбалансирован, поэтому она споткнулась прямо о лицевую панель своего шлема. Ее голова звенела, когда она подпрыгивала. Сила услужливо предложила ей поднять свою задницу и пошевелиться, прежде чем она обнаружит, что наполнена мечами и копьями.

С кряхтением боли от усилия, Тейлор подтянулась и побежала к солдатам, которые бежали к ней. Как и те, что она видела ранее, на них были бронзовые нагрудники и тяжелые килты. Их конические шлемы изображены в лучах света гигантских факелов с римскими свечами. Они кричали ей, чтобы она остановилась, а мужчины, быстро идущие позади нее, кричали мужчинам впереди, чтобы они ее убили.

Из ее пальцев вырвалась молния. Мужчины кричали от шока и боли. Она последовала за ней кинетическими взрывами и продолжила бежать вперед к воротам. Она чувствовала, что в стене еще больше мужчин, занимающих станции у множества ям для убийств, выстроившихся вдоль коридора.

Не думаю . Она проскочила через главные ворота, вытащила бластер и взорвала защелку двери сторожевых ворот. Она вошла в стену и поднялась по узкой старинной лестнице. Одинокий мужчина уставился на нее с луком и стрелами. Она подняла его к низкому потолку, а затем отправила вниз по лестнице головой вперед позади себя. Она вышла в комнату с низким потолком, которая тянулась вдоль арочного туннеля ворот. Мужчины внутри смотрели в шоке, как будто до них никогда не доходило, что она может быть здесь. С другой стороны, вся конструкция была предназначена для защиты от врагов, а не для проникновения внутрь.

Сила и ее световые мечи расчистили путь к дальней стене; и волна энергии открыла путь на средний базар. Прыжок был всего в пятнадцати футах вниз, но ее колени подогнулись под тяжестью спины. Она продолжала идти, зная, что все остальное означает ее смерть.

К счастью, мужчин на открытой площадке не было. Никто не ожидал, что она зайдет так далеко. Ей было выгодно, что вторая стена была построена так же, как первая. Она не встретила охранников, пробираясь сквозь стену в последний двор.

Здесь она нашла пятерых сбитых с толку, встревоженных солдат. Она переключила свои сабли на оглушение и опустила их через несколько секунд после приземления, а затем направилась к третьей стене.

Последним всплеском Силы она выскочила из городских стен. Ее колени подогнулись, когда она упала, снова повалив ее на землю с такой силой, что она поцарапала лицевую панель ее шлема о землю. На долю секунды, когда истощение и боль в коленях и спине охватили ее, ей захотелось просто лежать неподвижно.

Звук открывающихся за ней ворот преодолел это чувство. С усилием она встала и повернулась, когда один из первых всадников атаковал ее. Она вытащила бластер и произвела выстрел, который попал человеку в лицо, сбив его с лошади.

Слишком отчаянно уставший, чтобы игнорировать этот вариант, Тейлор поймал поводья испуганной лошади и сел.

Ее дыхание было прерывистым, даже когда Сила освежала ее. За ее спиной целая армия всадников вырвалась на торговый бульвар, протянувшийся вдоль пристани. За ними следовали пехотинцы. Вместе она угадала более сотни мужчин, и их ждет еще больше.

Лошадь боролась с ней. Он был достаточно хорошо обучен, чтобы признать, что она не принадлежит. Хотя она ненавидела это, она быстро преодолела разум животного. Она управляла им не через поводья или каблуки, а через свой умственный контроль.

Хотя лошадь была быстрее, движения ее колени и спина казались ей резкими. С самого начала боя она заметила, что драконы больше не рычат. Вместо этого они жалобно мяукали, испуганные, обиженные или неизвестно что.

Люди выходили из различных таверн, гостиниц и борделей, чтобы посмотреть, что за шум. Они увидели безликую тень в страшном черном плаще верхом на лошади, за которой следовала армия разъяренной кавалерии картинов. Все они быстро нырнули обратно внутрь.

Тейлор дошла до конца пристани и оставила лошадь. По каменистому пляжу было бы небезопасно пытаться проехать на лошади в темноте. Несмотря на боль в спине и коленях, теперь достигнув точки, когда она знала, что на самом деле причиняет себе боль, Тейлор пробивалась через каменистый коварный берег. Позади нее она слышала, как мужчины спешиваются, чтобы начать погоню пешком.

Вдали, едва заметной тенью, она увидела корабль.

Это будет отстой. Собрав Силу в своем теле почти до такой степени, что стало больно, Тейлор добрался до воды и рванулся взрывным бегом. Сила держала ноги на поверхности воды, но еле-еле. Она чувствовала, как ее концентрация замедляется, когда она мчалась по ласковому ночному морю. Ночь за ее спиной разразилась гневными криками, и она почувствовала, как стрелы падают вокруг нее, как дождь. Дважды стрелы отлетели от ее шлема. Она услышала, как один из драконов завизжал от боли, но не могла позволить себе остановиться и проверить. Потому что с каждым шагом, несмотря на Силу, ее ноги все глубже и глубже уходили в воду.

Теперь она могла видеть бледные лица на палубе корабля впереди. Один выбросил за борт веревку. Эта веревка стала единственной целью ее существования, призывая ее с надеждой на безопасность, еду и отдых. Последним отчаянным рывком Силы она подтолкнула себя еще на десять футов, прежде чем почти прыгнуть за веревку. Она полностью погрузилась в воду, отчего и без того расстроенные драконы испуганно взвизгнули.

Веревка потянула ее вверх. Она так устала, что чуть не потеряла хватку, поэтому обернула веревку вокруг своих рук и цеплялась за нее трясущимися ногами, пока мужчины поднимали ее на палубу. Лицо сира Барристана было первым, кто приветствовал ее.

"Привет", - сказала она вместо приветствия. "У меня есть драконы. Также украли немного золота. Но они действительно, очень злятся на меня. Нам нужно идти".

"Я согласен, миледи, - сказал Барристан.

Через несколько секунд гребцы уже погрузили весла в воду. Глава седьмая: Открытое море. В тот момент, когда Тейлор снял клетку с драконами со своей спины, она почувствовала, как у нее упал живот. У одного из драконов сквозила стрела. Каким-то образом существо все еще жило, издавая жалкие тихие звуки. Два других дракона толкнули раненого головой, демонстрируя почти человеческий пафос.

"Помогите мне снять комплект, - сказала она. Ее голос звучал как карканье.

Барристан жестом указал на Гролео, и двое мужчин фактически боролись с весом. "Что у вас здесь?" - сказал капитан.

"Души моих врагов", - сказал Тейлор.

"Больше похоже на золото, судя по его звуку", - сухо заметил Барристан.

"Я думаю, что для этих людей все одинаково". Выбравшись из чрезвычайно тяжелого рюкзака, она смогла открыть защелки наверху клетки и осторожно вытащить раненого дракона. Чешуя раненого существа была черной, с красными чешуйками на морде и крыльях. Несмотря на свои маленькие размеры, Тейлор вынужден был признать, что дракон был изящным существом. Он вспыхнул не только в тепловизорах, но и в самой Силе.

Мормонт прибыл на палубу несколько мгновений спустя в сопровождении Куэйта без маски. "Нет!" - прошипел он. "Дрогон!"

Нахмурившись, Тейлор смотрела вверх, стоя на коленях. "Дрогон? Правда?"

"Ради Кхала Дрого, мужа Денэрис", - серьезно объяснил Мормонт.

"Я собираюсь почтить память твоей Кхалиси, спасая ее дракона", - провозгласил Тейлор. "И я собираюсь почтить собственное здравомыслие, не называя его Дрогоном. Это ужасное имя. Вместо этого мы назовем его Темерайр. А теперь давайте затащим этих маленьких парней внутрь, чтобы я мог их исцелить".

Теоретически это звучало хорошо, пока ее колени не подогнулись, и она чуть не уронила раненого дракона. Барристан поймал ее почти сразу. "Вы ранены?"

"Дерьмо." Подумав, она почувствовала огромное количество повреждений, нанесенных ее коленям. Ее спина была немного лучше. "Я стал жадным и глупым и слишком сильно толкнул колени и спину", - признался Тейлор. "Я могу их вылечить, но пока ... ой".

Куэйт подошел к другой стороне Тейлора, в то время как Мормонт собирал драконов, а Гролео хмыкнул, пытаясь поднять золото.

Барристан не привел ее в хижину, в которой она спала раньше. Вместо этого он привел ее в VIP-каюту, где должна была остановиться Дейенерис. Его кровать выглядела немного больше, и в ней было достаточно места, чтобы они могли стоять и передвигаться. Гролео фыркнул, пытаясь положить рюкзак. Мормонт поставил клетку на маленький столик, который складывался на петле, ловко встроенной в стену. Как только Тейлор со стоном сел, Куэйф прошептал резкое слово на языке, от которого у Тейлора заболела голова. Мгновенно три висящих фонарика в комнате зажглись, сопровождаемые приливом энергии Силы.

Хм.

Сдерживая стон от боли в напряженной спине и коленях, Тейлор положила неподвижного, смертельно раненого дракона на стол. Существо лишилось чувств, но она все еще чувствовала, как оно цепляется за жизнь.

"Можете ли вы его спасти?" - спросил Джорах.

В ответ Тейлор зажал конец древка стрелы возле чешуи живота маленького зверя, чтобы стабилизировать его, и с волной Силы оторвал бобкин. Дракон был бы мертв, если бы картины использовали зазубрины на своих стрелах вместо гладких, острых металлических наконечников, предназначенных для пробивания доспехов.

Она сделала то же самое со спиной, удаляя оперение, пока не осталось всего несколько дюймов от древка. "Хорошо, малыш", - прошептала она. Она обхватила руками тело дракона. "Quaithe, сними вал".

Заклинатель Теней сделал это, осторожно потянув оставшуюся стрелу. В тот момент, когда она это сделала, Тейлор почувствовал, как жизнь Темерайра начала быстро угасать. Закрыв глаза, она залила детеныша энергией Силы. Она потерялась в приливах и отливах жизни дракона. Его собственная сила казалась чуждой Тейлору, которую несет в себе энергия темной стороны в такой же степени, как и свет. Если бы Тейлор был джедаем, она бы потерпела неудачу.

Она не была. Ни джедай, ни ситх, Тейлор не был Бенду. "Я - граница между тьмой и светом", - прошептала она. "И приказываю тебе жить".

Не сразу; не как выключатель. Но постепенно она почувствовала, как магия дракона меняет свою природу, принимая ее энергию. Подобно горькой каше, становящейся слаще от меда, темная энергия, породившая этих существ, становилась светлее, пока она не смогла принять полный поток Силы.

"Ты крутой маленький парень, не так ли?" Тейлор вздохнул, когда Темерар поднял голову и моргнул. Пока она смотрела, глубокий кроваво-красный взгляд рептилии стал ярким, колючим золотым.

"Клянусь богами", - прошептал Мормонт.

Тейлор, однако, не мог не чувствовать себя очарованным не только тем, что она видела, но и тем, что она чувствовала. Присутствие силы существа витало в глубине ее разума, почти как связь Силы.

Почти нет .

"Ребята голодны. Они все голодны. Он захочет рыбу, если возможно, обугленную".

"В прошлом он, кажется, предпочитал лошадь", - заметил Мормонт.

Тейлор и ее дракон оба повернулись и посмотрели на мужчину так сильно, что он в тревоге отступил на шаг. "Он ненавидит конину. Ему просто нечего было есть. Он любит рыбу. Позже он, вероятно, перейдет к чему-то более крупному, например, к овцам или политикам".

Тейлор повернулась к плетеным воротам и взмахом руки расстегнула остальные путы. Два других дракона быстро выползли, злобно взмахнув крыльями. Они были слишком маленькими и слабыми, чтобы летать, но они могли передвигаться по земле так же быстро, как рассерженные кошки. Теперь они прыгнули на стол, извиваясь вокруг своего недавно исцеленного брата.

Она подняла зелено-бронзового дракона. Он кусал ее пальцы острыми зубками. Хотя дракон был голоден и холоден, он в основном не пострадал. В любом случае она купала его в энергии Силы. В отличие от Темерера, эта энергия не казалась такой темной и быстро приняла поток силы.

"Ты будешь Сапфирой", - решил Тейлор. Недавно названный дракон радостно лаял этим именем и поднял оба своих крыла, чтобы Тейлор нежно почесал его чешую. Маленький дракон закричал, когда в его присутствии Силы эхом отозвалось испуганное чувство щекотки.

Она повернулась к последнему - бело-золотому существу. Этот пришел к ней без колебаний, и его визг прозвучал до странности радостным. "О, я бы с радостью назвал тебя Беззубиком, но никто не узнает об этом", - сказал Тейлор счастливому маленькому дракону. "Вместо этого я назову тебя Эллиоттом".

Эллиот отпраздновал это, подняв свои крылья, как Сапфира, и пристально глядя на Тейлора, пока она не пощекотала его прямо под суставом. Маленький дракон замахал головой и восторженно мяукнул. Два рыцаря и Заклинатель Теней недоверчиво уставились вокруг стола.

"Я никогда не видел ничего подобного", - наконец сказал Мормонт.

"Ты видел много драконов, Джорах Андел?" - спросил Куат с кривой улыбкой.

После исцеления и, что более важно, переименования, Тейлор наконец позволила эмоциональному и физическому истощению дня селиться на ее плечах. "Барристан, есть какие-то решения, которые нужно принять прямо сейчас?"

Мормонт открыл рот, но Барристан опередил его. "Прямо сейчас? Нет. Мы прикажем корабельному повару принести еду для вас и ваших драконов. С вашего позволения, я также возьму отчет о вашей добыче".

Глядя на старика усталыми глазами, она искренне улыбнулась. "Спасибо."

"Что насчет Хранителя Теней?" - спросил сир Барристан.

"Ей лучше пока остаться здесь со мной".

*****

*****

Поднявшись на неглубокие грани своего исцеляющего транса, Тейлор почувствовала, как в узком зале разгорается спор. В Силе она увидела Мормонта и Барристана в тесноте старшего рыцаря. Сир Джорах был одет в ту же одежду, в которой он был, когда его сняли с креста, и все еще выглядел измученным и сломленным после мучительного переживания.

" Эта ведьма не королева! Дейенерис была единственным выжившим ребенком короля Эйриса! Она была законным правителем Семи Королевств. Если бы Дейенерис претендовала на трон, особенно прямо сейчас, лоялисты Таргариенов поддержали бы ее".

" Тогда ты не должен был позволить ей умереть, дурак!"

Тейлор еще не видел, чтобы сир Барристан так быстро набросился на него, но он стоял бледный и дрожащий. "Я отказался от своего дома, своей земли и своего имени, чтобы служить ей, только чтобы найти ее мертвой, потому что, никого не удивило. Правители Кварта не хотели, чтобы иностранная королева и ее дотракийские дикари убивали и крали у одного из своих Боги, чувак, это было бы все равно что убить и ограбить Тиреллов и не ожидать, что другие благородные дома что-то сделают с этим. Тебе следовало посоветовать ей просто уйти! Возьми драконов и беги из города! Если это не удастся ... В противном случае ты должен был умереть, защищая свою королеву ".

Мормонт рухнул на край нижней койки, закрыв лицо руками. "Я пытался, сир Барристан. Я вытащил свой клинок и зарезал полдюжины людей. Это ... Шелковый Король и его последователи хотели меня живым. Они повесили меня там и сохранили меня, чтобы я мог смотреть, как она исчезает". Голос мужчины дрогнул. "Я умолял их позволить мне умереть, и они смеялись надо мной".

Со своей стороны сир Барристан сел на свой дорожный сундук. Хижина была настолько маленькой, что, когда люди наклонились вперед, они сидели всего в двух футах друг от друга. "Я тоже умолял о смерти, когда нашел моего принца и моего короля мертвыми", - признался старик. "Мне было стыдно, когда я принял помилование Роберта. Стыдно, что я выжил, когда мне тоже следовало умереть. И еще раз я выжил в Таргариене, которого поклялся защищать".

" Так почему это ... эта ведьма, сир Барристан? Она ... по крайней мере, она иностранка. У нее нет ни армии, ни фамилии. Она не нашей веры и не нашей культуры. себя к ней? "

" Я еще не дал клятву", - сказал Барристан. "Хотя я планирую слишком рано. Но почему, спросите вы? Там, на улице, перед телом Дейенерис. Вы слышали, что было сказано?"

" Нет. Я был слишком далеко и потерялся в своей боли".

Барристан снова встал, покачиваясь в такт вездесущему раскачиванию корабля. "Когда Эйрис был молод, его любили королевства, потому что он знал, как разговаривать с людьми. Вот где король Роберт так сильно потерпел неудачу, и где сам Эйрис потерпел неудачу в своем последующем безумии".

Старик улыбнулся. "Ты должен был слышать ее, сир Джорах. В маске и в мантии, как у ведьмы Ассай, змея все еще пожирала ее руки всего несколькими словами. Более того ... она спасла меня в тот час. вытащить свой меч и умереть, убивая тех, кто осквернит мою королеву. Она остановила меня прикосновением и взглядом, и я повиновался, потому что знал, что она права.

" Разве вы не видели силы, которые следовали за ней, когда она покинула город? Говорю вам, я с трудом мог поднять ту ее стаю, которую она несла через город с драконами, сражаясь с армией! Она сражалась как с колдунами, так и с городской стражей. и вернулся к нам невредимым ".

" Но она ведьма!" - спросил Джорах.

" Да, может быть". Мужчина снова сел на грудь. "Хотя у нее не было причин, когда я напился до ступора, на следующее утро она приложила руку к моей голове и сняла с меня грехи моего вечера. Не для того, чтобы выслужиться, заметьте, а потому, что это было в ее природе сделать так ".

" Это просто доказывает, что она ведьма, сир Барристан".

" Вы упускаете мою точку зрения, Мормонт. Подумайте о том, что я только что сказал вам. Она уговорила своего врага дать нам то, что мы хотели. Она в одиночку победила весь город и сбежала с их самыми ценными сокровищами. только ради доброты. Скажи мне, чувак, кто лучше подходит для сидения на Железном троне? Кто лучше всего может исцелить раны, которые страдают Семь Королевств? Наша земля истекает кровью. И ни один из претендентов не годится сесть на этот трон . "

" Но у всех у них гораздо больше шансов сделать это, сир Барристан".

" Возможно. Но для меня? Я путешествовал по всему миру, чтобы преклонить колено перед промахом девушки, которую никто не видел. Девушка без армии и состояния. Всего три дракона, имя и молитва. У нас есть возможно, потерял имя, но, похоже, на молитву был дан ответ. Я преклоню перед ней колени, если она меня заберет ".

" А я?"

" Вы должны делать то, что считаете правильным. Если вы не будете служить, вы можете плыть с нами в Пентос, а затем искать проход оттуда".

Тейлор сморгнула видение Силы из ее глаз. В отличие от других кают, в VIP-комнате не было спальных мест. Это означало, что Куэйт спал на деревянных досках пола, накрыв одеялами. Когда Тейлор села, довольная тем, что не увидела досок, о которые можно было бы удариться головой, она увидела, что другая женщина, прислоненная спиной к стене хижины, пристально наблюдала за ней. Она сняла странное платье, украшенное плетеными шестиугольниками, обнажив тонкую шелковую рубашку.

Три маленьких дракона, приютившихся у изножья ее кровати, зашевелились, подняв три маленьких головы и лениво моргая, глядя на нее.

"Чтобы видеть , не нужно ни пламени, ни свечи" , - сказал Куэйт. Каким-то образом она почувствовала видение Тейлора.

"Нет, не знаю".

Со своей стороны, Тейлор носила льняное нижнее белье от мантии Мастера теней. Она растянула жесткие, недавно вылеченные мышцы и сухожилия, проверила свои колени. Она сильно вывихнула обоих, разорвав по крайней мере один мешок бурсы. Это даже не коснулось повреждения ее позвоночника. Сила поддержала ее, хотя и едва, но не было сомнений, что прошлой ночью она сильно перестаралась. Даже в исцеляющем трансе она чувствовала боль и усталость.

Беглый взгляд обнаружил, что сверток ее одежды от швеи Картин лежал на полу у ее кровати. Вместо тяжелых мантий и платьев она сняла хлопковые штаны, которые были обычным явлением среди женщин-лучников, которые часто плыли со своими мужчинами с Летних островов. Кожаный жилет видел, что она достаточно одета.

Хотя она уже почти не замечала раскачивания корабля, она заметила полное ночное ведро на маленькой скамейке, чтобы оно не разлилось. Может, если я проигнорирую это, он уйдет.

Взгляд вниз на трех драконов заставил всех вскарабкаться на ее одежду. Темерэр нашла насест на правом плече, Сапфиру на голове, а маленький Эллиот просто хотел, чтобы его прижали к себе.

"Я пойду посмотреть, что делают мальчики. Веди себя хорошо".

Куэйт не совсем знал, как это воспринять, поэтому остался сидеть, пока Тейлор вышла из каюты в узкий холл и поднялась на палубу.

Она нашла сира Барристана сидящим на своей любимой бочке в защищенном месте прямо под кормовым замком. У него на коленях лежала та же обветренная, хорошо читаемая книга, которую он держал по пути в Карт, хотя, как обычно, он не читал. Вместо этого он сел и уставился на катящиеся синие волны. К югу Тейлор увидел бескрайний океан. К северу она уловила едва заметный намек на берег.

Он повернулся и улыбнулся, когда она подошла и села рядом с ним на ведро с дегтем поменьше. Эллиот толкал ее, пока она не почесала его подбородок, а Темерар зашипел, чтобы убедиться, что Барристан знает, что Тейлор похищен. Сапфира расправила крылья, чтобы получить как можно больше утреннего солнца.

"Хорошо ли спалось?" Она спросила его.

"К моему удивлению, я так и сделал". Он полез в складку своей мантии и осторожно протянул кусок обугленной трески. Темерар понюхал его, довольно мурлыкнул и вырвал его из пальцев. Конечно, это привлекло внимание двух других. Барристан пришел подготовленным и тоже дал каждому по кусочку. "Я предпочел бы они рассматривают меня как источник пищи в настоящее время, так что они не видят меня , как питание в будущем."

Тейлор не мог не рассмеяться. "Умно. Не беспокойся об этом. Я построил связи с этими тремя из них. Я не смогу контролировать их, но я определенно смогу общаться и направлять их. Я буду настаивать на этом. диета без людей ".

"Это было бы очень признательно". Он смотрел на драконов с открытым удивлением. "Последние драконы Вестероса умерли за столетие до этого. Последний едва достиг размера собаки. Как будто магия ушла из мира, когда они умерли".

"Больше нет", - сказал Тейлор. "Проблема в том, что магия этого мира темна".

"Боги часто бывают жестокими и равнодушными", - сказал Барристан, как бы соглашаясь.

Возможно, по-своему. "Так, что дальше?"

"Вопрос, над которым я размышлял сегодня утром", - признался старик. "Капитан Гролео отплывает обратно в Пентос. После смерти Дейенерис его поручение выполнено, и он возвращается к своему работодателю".

Простая, прямолинейная правда, не имеющая ничего общего с тем, что, по ощущениям Тейлора, он и Мормонт говорили в своей каюте этим утром. Сам человек, казалось, чувствовал, что его ответ был всего лишь тактикой, чтобы отложить более суровую правду, ему просто было все равно. Вместо этого он сказал: "За все время, которое мы путешествуем во времени, я никогда не спрашивал вашего возраста".

"Мне ... девять и десять, как вы бы сказали, - сказал Тейлор.

"Девять и десять. Всего на год старше меня, когда я сражался в Войне Девятигрошовых королей". Барристан пристально посмотрел на нее. "На три года старше Элии Мартелл была, когда она вышла замуж за принца Рейгара. Она была красивой девушкой, но маленькой и хрупкой. Особенно для дорнийской женщины. Но она обожала Рейгара и была очень горда, что родила ему сына и дочь. "

"Рейгар оставил ее".

"Да. Роберт считал, что Рейгар похитил Лианну Старк. Я часто задавался вопросом. Девушка Старка была очень похожа на Элию, но без какой-либо болезни. Она была сильной и откровенной, и Элия пыталась быть всем, чем могла, но не могла". t из-за ее здоровья. Но девушка Старк была такой же молодой и глупой, как Рейгар был чрезмерно романтичен ".

Его глаза оторвались от ее лица, когда он вспомнил. "Я не был в Красном Замке, когда Грегор Клиган изнасиловал и убил принцессу Элию и убил ее детей. Но пока я был в Пентосе, торговец Мопатис рассказал мне замечательную историю. Он рассказал мне, что принц Эймон, сын Элиа, был каким-то образом выжил в тот день. Что Варис, Мастер Шепота в Красной Крепости, тайно вывез принца из Королевской Гавани и купил мальчика из городских трущоб, чтобы он заменил его. Это был другой мальчик, которого убил Клиган, а не Эйемон. "

"Звучит ... как история, которую они придумали", - сказал Тейлор. Она пыталась не ужаснуться при мысли об убийстве какого-либо ребенка, но каким-то образом смерть ребенка-заменителя казалась ... хуже.

"Возможно, так. Я спросил Мопатиса о характере мальчика, но мне сказали, что лихорадка забрала его и его хранителя, когда мальчику было пять лет. Будущее династии потеряно из-за лихорадки. Странно, что он рассказал мне эту историю , а затем признаться, что все было напрасно ".

Встряхнувшись из своих темных воспоминаний, он оглянулся на Тейлор, изучая ее, как отец мог бы свою дочь. "С такими волосами, как у тебя, ты мог бы быть почти дорнийцем. Но твоя бледная кожа и цвет глаз могли быть Андалом, Первым мужчиной или даже Валирианцем. Рейнис, дочь Элии, последовала примеру своей матери с темными волосами и глазами и оттенком зрелого. оливки к ее коже, как это было у многих дорнийцев. Но кто скажет, как она могла бы выглядеть сегодня? "

Имя, драконы и молитва. "Я выгляжу дорнийски?"

"Не очень. Потребуется некоторая творческая вольность, чтобы заставить его работать", - признал старик. "Но присвоение имени, когда вы несете на плечах трех драконов, дало бы вам легитимность, которую не обеспечила бы одна ваша сила".

Оба они подняли глаза и увидели, что к ним присоединился Куэйт. Женщина снова была в своем шестиугольном платье, хотя и продолжала без маски. Она любезно села на палубу перед ними.

"Пожалуйста, простите меня за подслушивание. Если позволите, возможно, если бы знать вашего королевства узнала, что ваша принцесса была взята для изучения магии в Ассай-За-Тень и была изменена древним валирийским колдовством, это могло бы объяснить цвет ее глаз. и ее большой рост. В конце концов, они изменили цвет с тех пор, как она проснулась сегодня утром "

"Какие?" Тейлор перевел взгляд с Куэйта на Барристана.

"Это правда, - сказал Барристан. "Эффект поразительный. Как золотая звезда в черном поле".

У Тейлор не было зеркала, в котором можно было бы изучать себя. Вместо этого она снова повернулась к Куэйту. Женщина каким-то образом поняла, чего хочет Тейлор, и просто кивнула, поднимаясь. С приливом силы Силы Тейлор проскользнула в ее разум на достаточно долгое время, чтобы смотреть на себя глазами женщины.

Чужие глаза смотрели в ответ, черные с четырехконечной золотой звездой вокруг ее зрачка. "Вау. Эта связь Силы с драконами должна была иметь ... вау".

Куэйт улыбнулся. "В Ашае сказано, что первые повелители драконов Валирии научились своему колдовству от Теневых Владык. Эти первые повелители связались со своими драконами так, как никогда их потомки. объявите себя древним повелителем драконов, а также Таргариеном ".

Барристан уставился на женщину, поджав губы. "Вы, кажется, быстро даете совет. Вы так быстро давали совет Дейенерис?"

Женщина склонила голову. "Барристан Андел, я сказал Джораху, где он и его королева могут найти ее драконов. Я знал это из пламени. Я не советовал им убить и ограбить одного из Тринадцати. Даже дурак не посоветует такое. Богатые всегда будут защищать своих от посторонних.Молодая королева думала, что была права, но не понимала, что правильное и неправильное не играет никакой роли в политике города. когда-нибудь даже подумать о том, чтобы украсть у кого-то из их числа снова. Не более того ".

"Тогда почему Мормонт винил тебя?" - спросил Барристан.

Однако Тейлор все понял. "Он не был готов принять на себя вину. Еще нет".

Куэйт склонила голову. "Именно так."

"Итак, просто для ясности", - сказал Тейлор им двоим. "Вы предлагаете мне выдать себя за мертвую дочь последнего короля Таргариенов, чтобы завоевать Вестерос, даже если у меня нет армии или законных прав. Почему?"

"Семь королевств раздирают гражданская война", - сказал Барристан. "Пять королей соперничают за трон, и из-за этого во всех королевствах страдают маленькие люди. Я не знаю Волка с севера, сына лорда Старка. Но я знаю других претендентов, и никто из них не достоин. в общем, Станнис Баратеон был бы меньшим злом, и все же у него наименьшая надежда ".

"И наступит Долгая ночь, и убьет всех людей в этом мире, если вы этого не сделаете", - добавил Куэйт.

Барристан кивнул, моргнул и посмотрел на нее. "Что вы сказали?"

"Это не Даэнрис вернула магию в мир, Барристан Андел", - сказал Хранитель Теней. "Магия вернулась, потому что наступает Долгая ночь. Грядущая зима будет самой ужасной за тысячи лет. Демоны снова будут ходить по земле, и их целью, как всегда, будет конец людей в этом мире. Это произойдет в течение моей жизни. . Скорее всего, в ближайшие десять лет. Это известно любому, у кого есть глаза на это ".

"Я верю тебе", - сказал Тейлор, прервав наступившее молчание. "Я чувствую тьму, как саван над этим миром". Взглянув на ошеломленного рыцаря, она спросила: "Сколько солдат может использовать сильнейшая фракция Вестероса?"

"Максимум от пятидесяти до ста тысяч", - сказал Барристан.

"Это на пятьдесят или сто тысяч человек больше, чем у нас", - заметил Тейлор. "Для протокола, Барристан, я хороший боец, но не настолько хорош. У меня нет средств, чтобы нанять наемников. Так где же мы возьмем людей?"

"Если бы она была жива, павшая королева отправилась бы в Астапор, чтобы забрать Безупречных", - сказал Куэйт.

Тейлор пристально посмотрел на Куэйта. "Вы все время говорите такие вещи. Если вы так хорошо видели будущее, почему вы не смогли спасти ее?"

Куэйт склонила голову. "Чернокнижники были более могущественными, чем я. Они заслонили мое зрение ровно настолько, чтобы я не мог видеть то, что они намеревались сделать, до тех пор, пока драконы не были похищены. Точно так же они заслонили мое видение того, что произойдет потом".

Тейлор не мог не содрогнуться от воспоминаний о силе их иллюзий и об этих их черепахах. "Верно. Я верю. Так что же такое Незапятнанные?"

"Евнухи-рабы-солдаты", - с презрением сказал Барристан. "Рабство в Вестеросе запрещено законом. Прибытие с армией солдат-рабов не поможет нашему делу".

"Это поможет нашему делу больше, чем прибытие в Вестерос без солдат. Кроме того, как вы думаете, я бы держал людей в рабстве? Куэйте, я не думаю, что вы видели, как Дейенерис могла заполучить этих солдат?"

"Я видел только кровь и огонь, Аксия".

Ее смысл в странном названии был настолько ясным, что он звенел в уме Тейлора: Богиня. "Это совсем не претенциозно", - сухо заметил Тейлор.

Куэйт снова склонила голову, на этот раз скривив губы. "Когда имеешь дело с претенциозным, претенциозность - единственный способ воспринимать всерьез. Это женское начало Господа. И в отличие от большинства, титул подходит. Вы - возрожденный Азор Ахай".

Я хочу это сделать?

Эта мысль звенела в ее голове. Барристан стремился использовать ее в своих целях, как и Куэйт. Тот факт, что их цели были в основном альтруистическими, не изменил того факта, что они просили ее солгать и бросить шляпу в политическое соревнование, на которое уйдут годы. Но при этом говорилось, что в случае победы она сможет распоряжаться ресурсами, необходимыми для возвращения домой. Если она проиграет, она умрет. Все эти люди умрут. Она была уверена, что именно так и происходило в династических спорах.

"Сир Барристан, вы должны понять, что я не часть ваших Семи Королевств. У меня есть идеи и знания, которых никогда не было ни у одного человека в этом мире. Более того, я Бенду. Я аватар живой Силы - энергия и магия, которые окружают все живые существа. Это означает, что у меня есть видение будущего, и я могу делать вещи, выходящие за рамки нормальных людей. Я не буду править, как короли или королевы прошлого. Я не смогу, даже если бы я хотеть."

Старый рыцарь спокойно посмотрел на нее. "Дорогая, кажется, ты вряд ли сможешь сделать хуже, чем твои предшественники. Скорее всего, ты справишься намного лучше. Только за последние две недели я познакомился с тобой, я верю в тебя".

"Если вы хотите меня как королева, я бы ваша королева. Я буду слушать адвокат, но в конце концов я должен иметь возможность принимать решения."

Вместо того, чтобы обижаться, это, похоже, действительно нравилось мужчине. "Как должно и должно быть, Ваша светлость ".

"Итак, мне нужно сойти с ума от капитана, чтобы отправиться в Астапор?"

"Я позабочусь об этом, ваша светлость".

Когда он встал и пошел вверх по замку, его походка оживилась. Тейлор повернулся, чтобы изучить Shadowbinder. "Вы знаете, что единственная причина, по которой я с этим согласен, - это то, что мне больше никогда не придется опорожнять ночные горшки".

Женщина мгновение смотрела широко раскрытыми глазами, прежде чем рассмеяться. Она подавила смех, но юмор остался. "Это праведная царица, которая понимает природу своего правления, Аксия".

"И что ты получишь от всего этого, Куэйт?"

Ее улыбка стала задумчивой. "Выживание нашего вида. И, конечно же, Джорах Андал".

"Он ударил тебя, помнишь?"

"О да. И поскольку он человек с глубокой совестью, я использую этот удар, чтобы управлять его душой, пока он не умрет. Он даст мне чудесных, красивых детей".

Другая культура! Другая культура! "Верно. Итак, если мы собираемся это сделать, мне нужно многое узнать о том, чтобы быть королевой".

"Хорошо, что среди нас есть один из тех, кто стоял рядом со многими королями". Глава восьмая: Провал книг по истории. Путешествие из Карта в Залив работорговцев должно было занять четыре недели. В ходе своего путешествия они столкнулись с двумя такими сильными штормами, как тот, который чуть не утонул Тейлор после того, как она потерпела крушение.

Гролео, возможно, не был самым честным из джентльменов, но он проявил себя хорошим капитаном и лично управлял лодкой во время обоих штормов без проблем и с минимальными повреждениями. Но кроме штормов, каждый день этих четырех недель Тейлор проводил с обучением.

От Барристана она выучила письменный общий язык Вестероса. Если бы у нее было немного больше истории, она могла бы признать, что это похоже на предгласный среднеанглийский язык в разнообразном фонетическом написании. Ни одно письмо не пропало даром. Они использовали валирийский алфавит, который, по словам Куайта, валирийцы фактически украли у гискари, но он был достаточно похож по структуре на ее собственный язык, и Тейлор овладел им даже быстрее, чем разговорный язык.

За каждым приемом пищи Барристан обучал ее обычаям и нравам знати Вестероса. Он научил ее таинственному искусству есть без вилки, так как лишь горстка знати взяла на вооружение посуду Браавози. За едой они говорили об истории и учреждениях Королевства - столпах, поддерживающих общество. В данном случае вместо церкви, короны и знати Вестерос был построен вокруг веры, мэстеров, короны и знати. В отличие от средневекового периода мира Тейлора, вера Вестероса не имела той силы, которую имела католическая церковь. Вместо Реформации, подобной христианству, "Вера Семи" натолкнулась на кровосмесительные Таргариены с драконами.

Как резюмировал Барристан: "Вера в Семерку не защитила их последователей от драконьего огня".

Когда старый рыцарь описал единственное место высшего образования в Королевстве, которому, по-видимому, удалось уловить давнюю монополию на знания, Тейлор не мог не почувствовать разочарование.

"Я не буду лгать, если смогу, я разрушу Орден мейстеров", - сказал Тейлор после занятий в тот день.

Это объявление удивило и Барристана, и Мормонт, которые стали есть вместе с ними в большей каюте Тейлора. "Почему?" - спросил Джорах.

Тейлор пристально посмотрел на двух мужчин. "В моем мире мы прошли путь от простых бронзовых инструментов до транспортных средств, которые могли охватить весь земной шар за считанные часы, лекарств, которые могли вылечить большинство болезней, и машин, которые могли собрать урожай пшеницы размером с весь квартал за один день. были науки и математика, которые позволили нам добраться до самих звезд. Не магия позволила мне преодолеть расстояние между нашими мирами, а скорее инженерное дело и понимание сил, которые формируют нашу вселенную. Мы перешли от бронзовых инструментов к перемещению небеса менее чем за 3000 лет ".

Она взяла за основу нож для еды, который Барристан дал ей в Квартале. "Ваша Цитадель накапливала знания в течение восьми тысяч лет. Тем не менее, жизнь вашего маленького народа не улучшилась. Судя по тому, что вы меня научили, болезни все еще опустошают землю и свирепствует голод. Этот Орден Мейстеров не помогает вашему народу, друзья мои. Это удерживает их в неведении ради их же славы ".

Уроки продолжались.

У Куайта она выучила валириан, картин и теневой язык Ассая.

После медитации, чтобы очистить себя от тьмы, просто произнеся созданные Тень слова, Тейлор недоверчиво уставился на женщину. "Они не могут использовать это как обычный разговорный язык".

"Они этого не делают", - признал Куэйт. "Большинство говорит на йитиш, валирийском или картинском языках. Но ученики Ассая широко распространены в Эссосе. Многие служат Владыке Света, жестокому богу, который выражает свое послание в словах, подобных любви и свету, в то время как он требует человеческих жертвоприношений от тех, кто был введен в его высшие тайны. Если ты не знаешь Языка Теней, они тебя разоблачат ".

И так уроки продолжались. Хотя она ненавидела маслянистое, грязное ощущение слов, Тейлор не могла не быть очарована тем, как инопланетный язык формирует энергию Силы. Shadowbinders и мастера Asshai использовали слова как заклинания, и Тейлор мог понять, как это работает. Она обнаружила, что использование чужих миров позволяет ей зажигать огонь быстрее, чем с помощью Силы. Куайт даже обучил ее искусству создания иллюзий и наложения чар.

"По правде говоря, вы узнали за неделю то, что мне потребовалось пять лет интенсивного изучения, - сказала женщина постарше. Она казалась удивленной и немного задумчивой. "Другой Заклинатель Теней не узнает, что ты не был в Ассай".

"Я мог бы рассказать вам историю о том, почему я могу сделать это в один прекрасный день", - сказал Тейлор. "Но давайте просто скажем, что когда дело доходит до обучения, я обманываю".

Через три недели после их четырехнедельного путешествия капитан объявил, что они выйдут в порт Нью-Гис.

Из истории, которой ее учил Барристан, Тейлор знал, что Нью-Гис был городом работорговцев, основатели которого были вдохновлены древней Империей Гискари, которую древняя Валирия завоевала тысячи лет назад. Для жителей Нью-Гиса Гибель Валирии была поводом для радости и праздника.

С палубы корабля Тейлор мог видеть, как золотой купол Храма Милости отражается после полуденного солнца. Куэйт стоял рядом с ней. Впервые с тех пор, как они присоединились к ним, она надела маску. Как она объяснила, наличие Shadowbinder в качестве компаньона только усилило доверие к статусу Тейлора среди этих людей.

"Милости. Это жрицы, которые продают секс как благословение богов Гискари?" - спросил Тейлор.

"Красные грации, да, Аксия", - кивнув, ответил Куэйт. "Есть и другие милости, которые обеспечивают исцеление или обучение. Но все они финансируются Красными милостями".

"Являются ли они Красными грациями по своему выбору?"

Пожилая женщина покачала головой. "Моей матери не было, как и других, о которых я знаю".

Это был первый раз, когда Куэйт рассказала что-либо о своей личной жизни.

Большая бронзовая гарпия гискари стояла на колонне, установленной у входа в гавань маленького города. Барристан присоединился к ним у перил. "Вы хотите войти в город?"

Тейлор кивнул. "Это будет хорошей практикой, столкнувшись с работорговцами в Астапоре. У них одна и та же культура, не так ли?"

"Да."

"Хорошо. Мне все равно нужно больше одежды".

"Да, вы должны выглядеть так, как хотите".

Как и Карт, у Нью-Гиса были стены, которые отделяли город от гавани. Он располагался с подветренной стороны потухшего вулкана на острове, достаточно большом для ведения сельского хозяйства. Это не выглядело особенно плодородным островом, но они, похоже, приносили должное. Судя по словам Барристана, это был молодой город, которому всего два столетия, но, несмотря на всю свою молодость, он быстро рос. Остров, по его утверждению, находился у юго-восточного побережья центрального Эссоса в водах, ведущих к Заливу Работорговцев. С этой позиции он служил отличным путевым пунктом для кораблей, направляющихся на восток в Карт или ЙиТи в рамках торговли рабами, пряностями и шелком.

В море, наполненном пиратами, стены между гаванью и городом имели смысл. Несмотря на то, что Нью-Гис был лишь малой частью размера Карта, его гавань была хорошо сделана из того, что выглядело как камень и строительный раствор, которые образовывали укрытие от остальной части океана. Устье гавани было достаточно большим, чтобы позволить десяти кораблям плыть рядом друг с другом, но достаточно узким, чтобы очень заметные цепные башни могли закрыть его для приближающихся или уходящих кораблей.

Хотя цепи были хорошим защитным механизмом, если бы Тейлор пришлось взять остров силой, она бы высадила людей ночью, чтобы сначала захватить башни. У гавани не было других укреплений, о которых можно было бы говорить.

Портовая деревня была, как и остальной город, лишь малой частью размера Карта, но очень похожа по своей природе. Не было ни борделей, о которых можно было бы говорить, ни какого-либо порнографического искусства, которое, казалось, заполняло каждую свободную поверхность в Карте, поскольку город регулировал продажу секса, чтобы обеспечить монополию Красной Милости, закрепив это как религиозный акт, но она имела несомненно, в различных тавернах и гостиницах были работающие девушки.

Вездесущий докер был первым, кто ступил на борт корабля, разговаривая с капитаном на незаконнорожденном валирийском языке, который был торговым языком региона. Тейлор достаточно легко последовал за ним, когда Гролео объявил о своем содержании. К удивлению Тейлора, капитан добыл несколько тонн шелка и специй в Кварте. Его поручение нести их было лишь частью его общей цели в плавании.

Имеет смысл. Нет смысла ехать так далеко, не получив что-то от этого. Капитан порта принял плату за причал и взятку за то, что он не обыскал корабль более внимательно, и на этом они могли свободно исследовать город.

Однако к несчастью Тейлора старейшины Нью-Гиса разместили свой невольничий рынок в гавани на участке земли рядом с главными воротами. Тейлор не совсем понимал давление людей из разных королевств и земель, от азиатских йитиш и картинов до людей, которые больше походили на Кайта, и даже некоторых с окраской, похожей на Мормонта и Барристана.

Однако, когда они преодолели десятифутовую стену из резного камня и прошли мимо широких открытых ворот, Тейлор увидел. Потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, потому что это зрелище было так далеко за пределами ее опыта.

Единственное, что носили рабы, - это ошейники. Даже с другой стороны торговой площадки она могла видеть язвы на их шеях, вызванные ошейниками. И мужчины, и женщины стояли на стендах, где владельцы продавали свою ценность, как если бы они были узлами шелка. Если она понимает, некоторые из них продавались дешевле шелка.

Некоторые сидели на краю своих платформ с деревянными табличками на шее, объявлявшими их имя, возраст, навыки и цену. Некоторые были вытатуированы символами определенного умения. Она увидела крупного мускулистого мужчину с татуировкой на черной наковальне на лице, которого преследовали два потенциальных хозяина.

Гениталии мужчины были удалены много лет назад, оставив только щель, из которой он мог пописать.

"Лхазарин", - объяснил Каути, указывая на многих рабов с медной кожей и миндалевидными глазами. "Дотракийцы захватывают их и продают городам-работорговцам".

Глядя на них, Тейлор сообразил, что Куэйт, должно быть, была самой Лхазарин.

Торговцы и покупатели ходили вокруг, обращаясь с рабами, как с кормовыми животными. Более половины мальчиков были кастрированы, как и слесарь по металлу. Некоторые были настолько кастрированы, что все еще кровоточили или имели шрамы.

Однако не все рабы были Лхазаринами. Тейлор увидел более темную кожу Летних островов и бледную кожу Вестероса и свободных городов Эссоса. Время от времени она видела белые или бело-русые волосы из древних валирийцев и даже нескольких экзотических рабов из Империи ЙиТи за Нефритовыми воротами Кварта. Все люди в мире были раздеты догола, пороли, порезали или оскорбляли, и теперь их никто не мог купить в качестве собственности.

Одного его запаха было достаточно, чтобы вызвать у нее тошноту.

"Учебники истории не могли передать этого ужаса", - прошептала она.

"Гораздо хуже, Аксия, быть среди них".

Тейлор не мог не взять женщину за руку. "Сир Барристан, вы можете сказать мне, что люди Вестероса страдают хуже, чем эти люди?"

"Худший?" Старик отказался от доспехов в пользу легкой шерстяной мантии и хлопчатобумажных брюк, которые он купил в Карте. "Нет. Но тот факт, что эти люди страдают больше, не уменьшает страданий в Вестеросе. Страдают люди во всем мире, ваша светлость. Вы можете помочь тем, кто сейчас здесь, но это будет задачей всей жизни. Раб Все города объединены этим стремлением, и любая попытка остановить его в одном вызовет вражду всех остальных. От Свободных городов и Волантиса до Кварта мир обратится против вас. Вы проведете остаток своей жизни, сражаясь освободить рабов ".

"Есть и худшие способы прожить жизнь", - отмечает Тейлор.

"Возможно", - сказал Куэйт прежде, чем Барристан успел ответить. "Хотя, как королева могущественного королевства, вы были бы в гораздо лучшем положении, чтобы осуществить изменения". Она крепко схватила Тейлора за руку. "Из всех людей здесь, моя королева, мои слова исходят из моего сердца, потому что я стоял там, где стояли они. Теневые повязки созданы не по их собственной воле. Если вы начнете действовать сейчас, вы можете спасти некоторых, но многие другие пострадают. Но если ты вернешься королевой с флотом за спиной и драконами в небе, у тебя будет шанс сохранить не несколько на день, а все на целые жизни ".

Внимание Тейлор привлекла ужасающая сцена, когда она услышала ритмичный марш сапог по камню. Обернувшись, она увидела то, что на весь мир выглядело как отряд реконструкторов римских легионеров. У них были длинные прямоугольные щиты и копья с железными наконечниками, длинные плоские лезвия которых были на голову выше их. Их доспехи были сделаны из кольчуги, а не из стальных пластин, но они даже носили бронированные килты, которые свисали им до колен, и горе ниже.

Группа из двадцати человек прошла прямо мимо них, осматривая доки. "Да ладно, здесь воняет", - сказал Тейлор. "Нам нужна одежда и принадлежности".

*****

*****

На второе утро их пребывания, когда припасы, которые приказал Гролео, прибыли для погрузки, и товары, которые он продал, были доставлены, Тейлор оставил свою свиту на корабле. На ней был новый наряд, который она назвала своим "нарядом копьеносной девы". Он состоял из стальной кожаной юбки, которая свешивалась на ее колени и голени, доходившей до сапог, толстой шерстяной блузки и стального нагрудника, заканчивавшегося у ее ребер, но затем закутанного кольчугой на живот.

У нее было короткое колющее копье и небольшой круглый щит, перевязанный через ее спину, как демонстрация оружия, поскольку только свободным людям разрешалось оружие в пределах города. По сравнению с этим ее настоящий оружейный пояс казался несущественным. Она взяла за правило как можно быстрее миновать невольничий рынок.

Накануне, покупая одежду и атрибуты богатства, необходимые, чтобы выдать себя за королевскую семью, Тейлор наткнулась на продавца книг. Книги представляли собой свитки, сделанные из папируса, но она нашла один особенно толстый свиток, в котором подробно описывалась история одной из валирийско-гискарских войн. Автор, давно умерший человек по имени Галендро, имел удивительно исчерпывающий взгляд на эту тему. И он ясно дал понять, что, по крайней мере, в сражении, которое он вел хронику, валирийцы выиграли не из-за качества своих солдат или навыков их лидеров, а потому, что у них было летающее ядерное оружие, которое могло проливать огонь на врага.

Во всем остальном у гискари была лучшая и самая мощная армия в мире. И Нью-Ги, единственный из всех городов-рабовладельцев, использовал в своей армии обучение, тактику и стили оружия своих предков. По крайней мере, она читала. Книготорговец был очень доволен своим бизнесом, и они часами говорили о предмете, который, казалось, интересовал немногих. Читателей в городе было немного.

Солдаты Нью-Гиса не были евнухами и рабами. Хотя владельцы могли сдавать рабов в армию для службы вместо них, любой раб, прослуживший десять лет, впоследствии объявлялся свободным человеком и гражданином города. Всего за два столетия своего существования, основанный опальными или обанкротившимися семьями из Мерина, Юнкая и Астапора, город уже провел семь войн, чтобы обеспечить свое существование. Во всех семи она либо выиграла, либо заставила своих оппонентов вступить в переговоры.

В самом городе рабы ходили одетыми. Вместо тяжелых железных воротников они носили кожаные или шелковые чокеры, в зависимости от пола и роли. Большинство из них выглядели упитанными и относительно здоровыми, и многие, похоже, занимались бизнесом почти так, как если бы они были свободны. На них были простые цельные туники, доходившие до колен. Некоторые из них были закреплены на поясе веревкой, но большинство - нет. Цвета менялись, но покрой - нет.

Единственный раз, когда их положение стало очевидным, было, когда они подошли слишком близко к одному из наиболее богато одетых горожан, с их крашеными и сильно уложенными бородами или волосами. Если бы это случилось, раб остановился бы на месте и падал ниц. Горожане продолжили свой путь, не обращая внимания на дисплей.

Тейлор почти не сомневался, что произойдет, если раб не упадет ниц. Большинство из них было достаточно мудрым, чтобы просто не обращать внимания на граждан. Они относились к Тейлору так же, потому что, просто имея оружие, она должна была быть либо свободной, либо бойцом.

Она нашла тренировочные казармы для легионов города за стенами на северной оконечности острова. Длинные невысокие здания строились из камня и дерева, между ними располагались тренировочные площадки. В тот момент, когда она вошла в открытые ворота, она увидела марширующие или сверлящие отряды мужчин.

Только двое охранников стояли по обе стороны ворот, оба выглядели скучающими. Они наблюдали за ней с интенсивностью двух мужчин, удивленных женщиной с оружием и отчаянным желанием чем-нибудь заняться.

Она взяла ту, которая была слева от нее, и подошла к нему, стараясь убедиться, что ее руки были видны. "Доброе утро. Моя королева послала меня наблюдать за тренировками ваших знаменитых Железных Легионов. Я нарушу при этом какой-либо закон или правило?"

"Королева, а?" Так же, как она это говорила, она достаточно легко поняла ублюдка этого человека Валерияна. "Какая дура королева хочет, чтобы женщина сражалась за нее?"

"Это секрет", - сказал Тейлор, заставляя улыбнуться. "Я мог бы сказать тебе, но тогда мне пришлось бы убить тебя, чтобы сохранить секрет. И она не хочет, чтобы я кого-то убивал сегодня. Есть ли какой-нибудь закон, который помешал бы мне спуститься туда и наблюдать за ними?"

В то время как мужчина, с которым она говорила, только что понял, что Тейлор, женщина или нет, был выше его, мужчина, стоящий за ним, подумал, что это забавная шутка. "Убить нас? Ха!"

Однако мужчина, которого она выбрала, покачнулся под легким толчком Силы. "Нет", - наконец сказал он. "Без правил."

"Спасибо."

Она продолжила свой путь. Учитывая культуру, в которой она оказалась, ее не удивило то, что солдаты-бурильщики заметили ее приближение и, как только заметили, что она женщина, начали реагировать так, как будто они никогда в своей жизни не видели женщин. . Они свистели и кричали. Один из мужчин поднял свой килт и схватил свой пакет, как будто это должно было каким-то образом произвести на нее впечатление.

То есть вплоть до того момента, пока офицер не подошел к рассматриваемому человеку и не ударил его по голове с такой силой, что тот упал, как мешок с картошкой. "Железные Легионы - это не гребаные собаки!" - крикнул офицер. "Десять кругов или десять ударов плетью, выбирай и двигайся!"

Этот отряд мужчин подобрал своего товарища и затем побежал в своих крепких сандалиях. Офицер кивнул им вслед, прежде чем двинуться к ней, не двигаясь. "Какое ваше дело здесь, женщина?"

"Мои Аксии послали меня наблюдать за тренировками знаменитых Легионов Нового Гиса. Моя госпожа желает, чтобы я учился и определял, можно ли использовать такую ??подготовку для ее собственных будущих войск".

Мужчина нахмурился, затем осмотрел ее с головы до ног. Во взгляде не было ничего чувственного, скорее он изучал ее, как одного солдата другому. "Ты самая высокая долбаная пизда, которую я когда-либо видел. Похоже, у тебя тоже есть мускулы. Но война - не женский спорт, и на этой партии не стоит учиться дерьму".

Через его плечо она могла видеть, что все тренируемые мужчины были довольно... молоды. "Я это вижу", - призналась она. "Они еще не передвигаются, как солдаты. Тогда новобранцы. Я не хочу тратить ваше время зря. Но у меня есть миссия. Есть ли кто-нибудь, с кем я мог бы поговорить, кто мог бы помочь? Я готов заплатить".

Офицер долго смотрел на нее, как будто она удивила его, пройдя тест и опознав необработанных солдат. "На Бульваре Изяществ есть таверна. Вывеска - ячменный шок. В свече будет отставной офицер".

Тейлор склонила голову. "Благодарю. Я тоже буду там".

*****

*****

Режалу Мо Жаеку было тридцать лет. Как и у большинства гискари, у этого человека была борода и волосы, покрытые овечьим жиром и краской, что давало ему острые зеленые шипы, торчащие из его подбородка, и козьи рога, поднимавшиеся из ярко-оранжевых волос на его голове.

Он был на три дюйма ниже Барристана и на четыре дюйма ниже Тейлора, но у него было толстое мускулистое тело. Однако у него не было выпуклых мускулов, как у земных бодибилдеров. Скорее, у него было тело, закаленное шестью годами упорных тренировок и боев.

Его манеры немного напомнили ей Чарльза Скапетти - пережитого ветерана, не питающего иллюзий относительно природы войны и очень мало занимающегося любовью к жизни в целом.

Мужчина присоединился к Тейлору и Барристану в таверне в доках, чтобы бесплатно поесть. Он вошел в комнату не с чванливостью, а скорее с ритмом своих шагов, который означал, что любого, кто встанет у него на пути, просто затопчут. К счастью, никто ему не помешал.

Тейлор остался сидеть, а Барристан встал из-за стола ему навстречу. Они не пожали друг другу руки, а протянули руки вверх ладонями наружу и кивнули. "Присоединяйтесь к нам?" Старый рыцарь пригласил.

"Я поем", - сказал мужчина грубоватым ублюдком валирианцем из Залива Работорговцев. Он сел за их стол, вытащил пару прекрасных стальных ножей с резными ручками из слоновой кости и вошел в козлиное око на столе. Он окунул деревянную миску в кастрюлю рядом с бедром и, наконец, оторвал кусок черного хлеба, чтобы съесть суп.

Он ел с целеустремленностью человека, который не знал наверняка, когда наступит следующая трапеза. И он съел много еды. Когда служащий пришел с зернистым горьким элем, обычным для города, он даже не взглянул на ее обнаженную тунику работорговца. Он схватил кружку и проглотил ее за один длинный розыгрыш, прежде чем потребовать другого.

Что еще более интересно, девушка этого ожидала и задержалась, пока не наполнила кружку. Только тогда она двинулась дальше.

Мужчина закончил ужин за пять минут, на что у большинства ушло бы двадцать. Закончив, он отодвинул пустую миску и тарелку, откинулся назад с впечатляющей отрыжкой и пристально посмотрел на хозяев.

"У тебя вид воина", - сказал мужчина Барристану. "Белые волосы на военном человеке заслуживают уважения. Но в лагерь приехала необычно высокая девушка".

"Мы служим одной и той же королеве", - сказал Барристан, по настоянию Тейлора, подыгрывая идее, что Тейлор будет еще одним слугой. "Она сама по себе могущественный воин".

"Ты с ней дрался?"

"Мне не выпала честь", - признал Барристан. "Но из тех, кто выжил, немногие выжили".

Режаль рассмеялся, как если бы это была шутка, - короткий смех, в котором ирония, цинизм и сарказм были объединены в одну тугую порцию звука. "Итак, высокая девушка, вы предложили еду на время. Вы заплатили за мое время, говорите".

"Как бы вы хотели помочь завоевать Вестерос?" - спросил Тейлор.

Мужчина фыркнул. "Ты и какая армия, девочка? Я солдат, а не бог".

"Мой друг имел в виду, что мы хотим нанять вас, чтобы помочь обучить такую ??армию", - сказал Барристан. "Она несколько увлечена Железными Легионами".

"Да, у нас все хорошо", - сказал Режаль. "Но мы пехота. Подходят для островных и прибрежных сражений. Мы плохо справимся с той тяжелой лошадью, которую используете Вестерози. Не обошлось бы без огневых точек. Сила легиона - это тактика и мобильность".

"Да", - кивнул Барристан. "Но пехота - это сердце каждой армии. Иметь пехоту, хорошо обученную тактике легиона, может быть только благом".

Мужчина из Нью-Гиса сделал еще один глоток эля. - Конечно. Где же тогда твоя армия?

"Мы плывем за ним на север, - сказал Тейлор. "Мы стремимся обезопасить Безупречных. Но я бы хотел, чтобы офицеры с вашим опытом поддерживали порядок и обучали всех собираемых нами новобранцев".

"Безупречный? Вы хотите, чтобы я сражался с этими бескрылыми сыновьями рабов? Почему вы думаете, что я хочу сделать такое?"

В тот момент, когда он сел за стол, Тейлор изучал его в Силе. Более того, она просматривала его поверхностные мысли. Он был плотным клубком негодования и гнева, но ни один из них не был направлен на нее.

"Вы провели шесть лет в Железном легионе, сначала солдатом, затем сержантом. Большинство людей, с которыми вы сражались, были рабами, поскольку богатые семьи не хотят отдавать своих сыновей на войну. Вы воевали четыре раза. войны, в основном против Карта на материке, но по крайней мере одна против пиратов из Велоса. Вы шестой сын пятого сына Новых Гис Жаеков, старой, но бедной семьи, которая покинула Юнкай сто лет назад в поисках своих Удача здесь. Вы только что из армии, только что после неудавшейся помолвки и почти только что остались без денег ".

Уверенная улыбка Режала дрогнула, когда Тейлор заговорил, сделавшись мрачным, а затем встревоженным. "Кто ты?"

Тейлор наклонилась вперед, опершись локтями о стол, и уставилась на мужчину своими черно-золотыми глазами. На самом деле она репетировала эту часть с Куэйтом и Барристаном. "Я - Рейнис Таргариен, недавно вернувшаяся из Ассая-За-Тени. Я древний драконий лорд, и на моем корабле есть три вылупившихся дракона. По крови и рождению я полноправная королева Вестероса, и я стремлюсь захватить мой трон. Любой, кто пойдет со мной, будет щедро вознагражден и обретет новую жизнь в Семи Королевствах ".

"Ты не похож на валирийца".

"Моя мать была дорнийской, - сказал Тейлор, принимая ложь, которую Барристан и Куэйт приготовили для нее. "Но ритуалы, которые я претерпела, чтобы достичь колдовства древних повелителей драконов, изменили меня. Я не та девушка, которую так много лет назад тайно вывезли из Красной крепости. Я женщина колдовства и навыков".

Режаль пристально смотрит на нее, больше не смеется. "Повелители драконов разрушили дом моего предка".

"Я признаю, что они были придурками", - сказал Тейлор. Ей было наплевать на это слово, но когда она была в Риме ... "Я тоже не стану лгать тебе, Режаль. Я презираю рабство, и наступит день, когда я вернусь в Залив работорговцев, чтобы положить конец этому. Не сегодня, но когда-нибудь Но прямо сейчас я сражаюсь с претендентами, которые разлучили королевство моего отца ".

Еще один смех. "Значит, ты не мой враг сейчас, но, может быть, позже? Хорошо. Но ты пришел ко мне, ты хочешь меня. Я командую солдатами, которых обучаю".

"Вы будете выполнять свои приказы, как и все командиры", - твердо сказал Барристан. "Но есть тонкая грань между отдачей приказов командиру и последующим указанием ему, как выполнять эти приказы. Вы будете командовать нашими пехотными силами. И мы не будем подрывать этот приказ".

Режаль кивнул. "Это приемлемо. Я знаю еще нескольких парней, которые присоединятся к нам".

В точности, как и надеялся Тейлор. Она подняла свою кружку горького эля. "Новому командиру пехоты Таргариенов".

"Все вместе", - согласился Режаль, поднимая свою кружку. Глава девятая: На Астапор. На следующее утро, когда они готовились к отплытию, одиннадцать разочарованных сыновей Нью-Гиса прибыли на причал, неся на спине большие пакеты, завернутые в тяжелый брезент. У каждого из них была крашенная борода, расставленная жиром. Все их бороды были зелеными, что заставило Тейлора задуматься, не был ли цвет краски признаком родства.

Они также могли быть братьями Режаля из-за сходства не только в прическе и моде, но и в их телосложении и особенностях. Тейлор знал из разума Режала, что все были членами Дома Жаек, который, очевидно, переживал достаточно тяжелые времена, и был страх, что олигарх семьи начнет продавать младших членов в рабство, чтобы вылечить свой долг.

"Был еще один", - признался Режал Тейлору, когда люди садились на корабль. "Но двенадцать - несчастливое число. Есть три хора богов, по одиннадцать в каждом. Лучшее число - тридцать три, как в Великой пирамиде Старого Гиса. Но для меньшего числа одиннадцать - лучшее. И ... боги ! "

Темерар выбрал этот момент, чтобы выскочить из кают, хлопая крыльями, демонстрируя свое превосходство, прежде чем пробиться сквозь брюки и кожаный жилет Тейлора, чтобы найти место на ее плече. Чтобы убедиться, что нарушитель понял свое место, черно-красный дракон зашипел на него.

"Это Тамерайр", - сказал Тейлор. Другой гискари подошел ближе, чтобы увидеть чудо. "Эллиот и Сапфира ... вот они".

Прибыли два других дракона, привлеченные соревнованием с Тамераром, как желанием быть со своей приемной матерью. Когда все трое были улажены, Тейлор внимательно посмотрела на свое новое офицерское ядро. "Драконы растут быстро. Они увеличили свой размер на шесть дюймов всего за три недели, которые мы плыли. Со временем их крылья заслонят солнце. А поскольку вы сражаетесь за меня, их огонь обрушится на ваших врагов".

"Они пока малы, чтобы защитить тебя", - сказал один из мужчин. Он сохранял нейтральный тон, но Тейлор почувствовал угрозу.

"Защити меня? Куэйт, ты не против подержать дорогих?"

Мужчины попятились, зажав крючковатые пальцы между глазами в знак уважения или страха, когда другая женщина вышла из своих кают. Куэйт носила маску и во всех отношениях выглядела таинственным Плащом Теней. Без слов она подошла и позволила Тейлору передать ей молодых драконов. Квадратный парус наверху грохотал, когда он поймал ветер, слегка наклонив палубу, когда корабль направился к спокойным водам Залива Работорговцев.

Сделав это, Тейлор спокойно подошел к Барристану, который оставался поблизости на палубе, наблюдая, как люди садятся на борт. Обсудив накануне вечером ее намерения, мужчина спокойно вручил ей два деревянных тренировочных лезвия.

Она вернулась в Режаль. "Я не правитель, который возглавляет армию. Я буду сражаться с вами бок о бок. Но я знаю, что вы не привыкли драться с женщиной. Даже несмотря на то, что я высокий, вы думаете Я не могу быть таким сильным, как мужчина. Чтобы ты доверял мне как своей королеве и как воину, ты должен увидеть. Режаль, кроме тебя, кто здесь твой лучший боец? "

"Мэйцин зо Чжаек", - без колебаний сказал Режаль.

Остальные кивнули или кивнули, соглашаясь, отступив в сторону, чтобы позволить сделать шаг вперед невысокому компактному мужчине, всего на несколько лет моложе Резаля. Тейлор подбросил ему тренировочный клинок, который он поймал уверенной рукой.

"Мы будем спарринговаться. Лезвия затупились, так что мы проведем спарринг до трех ударов. Согласны?"

"Ты уверена, что это те клинки, с которыми ты хочешь спарринговаться, иностранная королева?" - спросила Мэйцинь.

Барристан покраснел от гнева, но Тейлор засмеялся. Эти люди были солдатами - она ??слышала и похуже от своих людей на Земле. "Кажется, единственное, с чем ты можешь справиться, Мэйцинь".

Остальные засмеялись, и Мэйцинь покраснела, но приняла ответ таким, каким он был. "Ты можешь сделать первый удар, Королева".

Тейлор посмотрел на мужчину. "Это хороший способ убить себя, Мэйцинь. Какое первое правило столкнуться с неизвестным врагом?"

"Никогда не недооценивайте их", - сказал Режаль. Он повернулся к солдату. "Мальчик, теперь это наша королева. Если она скажет спарринг, тогда спарринги. Сражайся, как будто это твой кузен Эзгал, плюясь на тебя с брачного ложа, он ускользнул от тебя".

Это была история . Тем не менее, Мэйцинь получила сообщение. Он согнул колени, слегка повернулся и атаковал.

Подход легионеров не был подходом к фантастическому сражению на мечах. В ближнем бою они сражались копьем, мечом и щитом. Выпад, щит, отступление. Толкание, щит, продвижение. Он атаковал молниеносным ударом своего прямого короткого меча, а затем отступил от ожидаемой контратаки.

Тейлор развернулся в своем толчке так быстро, что у него не было шанса. Она зацепила ногой его за лодыжку и приставила затупленный меч к его шее, когда он упал на палубу. Он удивленно посмотрел вверх, прежде чем кивнуть. "Точка."

Она встала и протянула ему руку. Он в замешательстве уставился на нее, прежде чем позволить ей поднять себя. На этот раз, когда он занял свою позицию, он был намного осторожнее. Это не имело значения. Она быстро набирала еще два очка, каждый раз помогая ему встать.

"Вы двигаетесь слишком быстро", - заметил Режаль. Он сказал это как обвинение. "Я смотрел и едва мог видеть тебя".

"Да", - сказал Тейлор. "И я сильнее, чем женщина моего размера. Я могу прыгать на расстояния, намного превышающие то, что мог бы сделать нормальный человек. Я не просто королева, я древний повелитель драконов. Ее не видели задолго до Гибели. То, что вы видели здесь, - это лишь малая из моих способностей. Итак, я женщина, да. Но я ваша королева. И я воин. Кто-нибудь из вас сомневается? "

Никто не сомневался. Тейлор считал инициацию своего нового офицерского корпуса завершенным.

*****

*****

Обдумывая термины, которые могли бы адекватно описать город Астапор, все, о чем Тейлор мог думать, было грудой дерьма.

Издалека это выглядело неплохо. Он был сделан почти полностью из красного кирпича, из стен пирамид внутри. Золотую гарпию Гискари можно было увидеть над главными воротами города и на вершине пирамид внутри. Купол Милости занимал внутри почетное место.

Но когда они пришвартовались, и Тейлор вышла из лодки, одетая не в свой летный костюм или костюм "горничной", а в смехотворно дорогое платье из шелка, сделанное в Нью-Гизе, с шинелью из золотой ткани, украшенной янтарем, рубинами и т. Д. драгоценные камни, богато украшенный золотой головной убор, вплетавшийся в ее черные волосы почти как корону, - реальность города оказалась чем-то другим.

Нью-Гис был городом рабов только в том смысле, что в нем был невольничий рынок и рабов использовались внутри самого города. Астапор был городом рабов в том смысле, что вся его экономика была построена на добыче и обучении рабов. Это стало очевидным, когда их первым заметным местом после ухода с корабля стала Площадь Наказания. На деревянных крестах вешали мужчин и женщин всех возрастов и национальностей.

"Вы не можете показать слабость или гнев", - прошептал Куэйф рядом с ней из-под маски. "Ты королева, и ты выше таких забот".

Режаль присоединился к сиру Барристану и сиру Джораху на их прогулке и с презрением посмотрел на них. "Глупо", - сказал он. Похоже, даже работорговец не согласился с обращением Астапора с рабами.

В городе дела шли немного лучше. Сам город выглядел так, как будто он рушится - Барристан дважды чуть не споткнулся о красные плиты, треснувшие под его весом. От камней в воздухе постоянно висела красная пыль, которая при малейшем ветре могла раздражать глаза или кожу. Многие из женщин-хороших мастеров, которые управляли этим местом, носили против него шарфы.

Однако самым поразительным было отсутствие экономики. Тейлор не видел ни магазинов, ни рынков. Она понятия не имела, как распределялась еда в городе. Не было ни постоялых дворов, ни таверн. По словам Режала, путешественников поселил у любого хорошего хозяина, с которым они имели дело, или они остались на своих кораблях в заливе.

Она видела только так называемых "хороших хозяев" и их рабов.

Конкретным Добрым Мастером, к которому они обращались за покупкой Безупречных, был Кразнис мо Наклоз, невысокий, лысый мужчина с богато уложенной бородой и серебряной нитью, вплетенной в желто-зеленое пальто, которое он носил поверх своей белой льняной блузки и брюк.

По настоянию Тейлора Резал представился оплачиваемым проводником королевы Рейнис. Он разыграл идею презрения к женщине-правителю, и через несколько мгновений два гискари соединились в своем презрении к ней.

" Мои Безупречные обладают большей мужественностью, чем эти дураки, которые следуют за этой сукиной шлюхой", - сказал Кразнис мо Наклоз Режалю и двум другим добрым мастерам, которые их сопровождали.

Режаль засмеялся вместе с остальными мужчинами. " Ее деньги тратятся достаточно легко".

" Любое золото годится. Девочка, скажи осликам причудливую гигантскую шлюху, что Безупречные простояли здесь день и ночь без еды и воды. Они будут стоять, пока не упадут. Таково их послушание. Они могут удовлетворить ее потребности. "

Единственная слегка развлекательная часть утра, которую смог найти Тейлор, - это слушать, как умело рабыня Доброго Хозяина переводила его оскорбления и проклятия. Она сделала это с такой спокойной плавностью, что говорила она сама. Как будто "шлюха, пизда, ебаные псы" и прочие оскорбления автоматически переключились на "ваши милости", "добрые сестры" и "почетные гости". И ее Общий язык был безупречным.

Тейлор изо всех сил старалась сохранить лицо "Королевского Мы", которое практиковали она и Куэйт. "Как они обучаются?" она спросила. Девушка перевела.

Наклаз начал описывать жестокие, бесчеловечные тренировки, стараясь добавить в свои описания как можно больше оскорблений. Но пока девушка переводила, Тейлор чуть не наткнулся на то, что он сказал. Ей потребовался полный контроль, чтобы дождаться перевода, чтобы не выдать игру. "Вы требуете, чтобы эти люди взяли младенца из рук его матери, убили его, пока она смотрела, и заплатили за ее боль серебряной монетой?"

К чести бедной маленькой рабыне, она понимала, какое отвращение было к Тейлору. Но она также оказалась в ловушке своего положения. "Мой хозяин хотел бы, чтобы вы знали, что серебро выплачивается хозяйке ребенка, а не матери".

Она взглянула на Барристана с твердой спиной. В его глазах она увидела то же отвращение, которое чувствовала. Она также увидела правду в их ситуации. Даже она знала, что заставить регион изменить культуру и экономику на протяжении десятилетий было делом всей жизни. Доказательством этого было то, что просто взглянули на американский Юг после гражданской войны.

Тейлор проглотил желчь. "Спроси у Хорошего Мастера, сколько Безупречных в городе, в том числе обучающихся".

Через маленькую рабыню Тейлор узнал, что в общей сложности восемь тысяч готовы к продаже, а еще пять тысяч прошли обучение. "Хозяин говорит, что разумно окровавить их рано. Между ними и там много маленьких городов, городов, готовых к разграблению. Если вы возьмете пленных, хозяева купят здоровых по хорошей цене. И кто знает? Через 10 лет. лет, некоторые из мальчиков, которых вы им посылаете, могут в свою очередь остаться Безупречными. Так все будут процветать ".

Вот и все о региональном единстве. "Спросите у Хорошего Мастера, сколько это будет стоить для всех тех, кто находится в вашем распоряжении, обучен и тренируется?"

"Пятьдесят тысяч золотых наград на легион", - последовал переводный ответ рабыни. "Это включает в себя весь их комплект и оружие. Это большая ценность. Хороший Мастер просит, чтобы вы решали быстро. Многие покупатели ценят Безупречных".

"У нас будет ответ завтра", - царственно решил Тейлор.

Все трое покинули чрезвычайно жаркий форум, на котором "Безупречные" демонстрировались потенциальным покупателям.

*****

*****

"Кажется, нам не хватает ста сорока пяти тысяч золотых наград", - сухо сказал Барристан за обедом в своей каюте.

"Итак, похоже," - сказал Тейлор. "Клянусь, Барристан, я испытываю искушение схватить этих людей и сжечь этот город дотла".

"Почему бы и нет?" - спросил сир Джорах.

"Потому что тогда я застрял бы с восемью тысячами человек на враждебной территории, и у меня не было бы возможности прокормить их", - отметил Тейлор. "Я не уверен, как это работает сегодня, но в вооруженных силах моего мира еда и припасы были наиболее уязвимой частью любых военных усилий".

"Армия идет на животе". К ним присоединился Режаль. "Суточный рацион для Железных Легионов - два фунта еды в день - зерно с куском бекона, баранины или говядины. Если возможно, больше. Минимум тонны по крайней мере на каждую тысячу человек в день, если вы хотите, чтобы они участвовали в боевых действиях. Состояние. Армия может идти так же быстро, как и стада животных, идущих за ними. Эти Безупречные какое-то время могут обойтись без нее, но они будут сражаться за это послабее.

Логистика всего этого была устрашающей. Не то чтобы Тейлор мог заказывать самолеты для быстрой перевозки или поезд для перевозки еды и припасов. "Сколько может перевозить карета?" она спросила.

- Две тонны, максимум, - без колебаний сказал Режаль. "Два фургона на тысячу человек для четырехдневного рациона. Или один фургон и стадо пищевых животных. Вы же не хотите, чтобы ваши люди опережали их еду, если вы можете помочь".

"Другая возможность - пересечь залив на корабле", - отметил Барристан. "Такой большой винтик, как наш, может вместить шестьсот человек. Поездку можно совершить за день. С маленькой монетой мы могли бы собрать всех людей в Толосе за день или два".

Решаль сунул в рот маринованную рыбу. "Верно. Марш вокруг бухты занимает два месяца. Но подумайте об этом. Кразнис не ошибся, говоря о кровопролитии. Меньшие города вдоль бухты привыкли к нападениям. Они терпят это, потому что Безупречные не насилуют и будут убивайте только по приказу. Некоторые города сдадутся немедленно и заплатят выкуп, чтобы солдаты ушли. Бораш не участвовал в битвах уже сто лет, но его побеждали каждый раз, когда покупали Безупречный легион. Вопрос в том, где они. мы собираемся?"

Хороший вопрос . Она встретилась глазами с Барристаном, и он, казалось, уловил ее смысл. "Пентос?" она спросила.

"Пентос", - согласился он. "По крайней мере, на данный момент. Я не сомневаюсь, что нам нужно будет остановиться в Волантисе за припасами. Оказавшись там, я смогу послать воронов нашему другу-торговцу".

"Вы забываете одну вещь", - сказал Режаль. "Как вы заплатите за своих солдат?"

На этот раз Тейлор улыбнулся Куэйту. "Какой сейчас самый ценный товар в мире, который у меня есть, но никто другой не делает?"

Глаза Хранительницы Теней за маской расширились. "Конечно, нет".

"Нет. Но, допустим, у меня есть драконье яйцо. Одно из них должно вылупиться в течение шести месяцев. Оно должно быть теплым на ощупь. Сир Джорах видел такие яйца. Как вы думаете, это будет чего-нибудь стоить?"

"Если один стоит много, то три будут стоить еще больше", - сказал Куайт.

"Тогда, похоже, у нас есть работа. Резал, мне нужно, чтобы ты передал сообщение Доброму Мастеру, пожалуйста. Сообщи ему, что у Мастера драконов Рейнис Таргариен есть три живых драконьих яйца, взятых из огненных ям Ассай-За гранью- Тень, каждая из которых готова вылупиться в течение следующих шести месяцев. Скажите ему, что это самые ценные предметы в мире, и они стоят всех Безупречных в городе, обученных или нет, а также недельного рациона и транспорта для торговый центр."

"Ты?" - спросил Режаль. "Есть такие яйца?"

"Мы будем", - пообещал Тейлор.

*****

*****

Та часть магии теней, которую Тейлор находил наиболее неприятной, заключалась в ее зависимости от крови. В то время как она очень тщательно вычерчивала линии, которые Квайт рисовал на больших гладких овальных речных камнях, которые должны были служить основанием для их яиц, Квайт поместил овечью кровь в котел с другими ингредиентами, приготовленными для ведьм, которые были необходимы ей в уединении. камеры.

"Ты знаешь, как они должны выглядеть, Аксия?"

"Я вырвал эти образы из головы Мормонта", - признался Тейлор.

Ответ не удивил и не обеспокоил Повелителя Теней. "Это хорошо. Образ должен быть четким в вашем уме, чтобы обеспечить иллюзию и принуждение".

"Верно. Думаю, я закончил".

Куэйт осмотрел камни, немного поправив долото и молоток, прежде чем кивнуть. Она взяла первый камень деревянными щипцами и полностью поместила его в котел, который закипал с чем-то похожим на начинку из темного кровавого пирога. Запах меди, озона и магии наполнил комнату.

Через пять минут Куэйт удалил дымящийся камень и положил его на белую ткань на столе Тейлора. Глубоко вздохнув против того, что, как она знала, будет ужасно, Тейлор начал петь на извращенном, ломающем глотку языке Страны Теней.

Она почувствовала, как Сила вокруг ее поворота и вопля протестовала против извращения во тьму, но все же пела. Она наложила иллюзию на кровь, пропитавшую камень, сохранив образ великолепного драконьего яйца. Однако этого было недостаточно. С иллюзией пришло принуждение, достаточно мощное, чтобы подчинить даже самый сильный разум. Это было принуждением жадности и нужды.

Когда она закончила, она взяла теперь высушенное яйцо и поместила его в богато украшенный сундук из дерева и золота, который Барристан купил для ее одежды в Нью-Гисе. Тейлор считал это достойной жертвой их делу.

"Мне нужно будет медитировать в течение недели, чтобы избавиться от всей этой тьмы", - пробормотал Тейлор.

"Я завидую", - сказала Куэйт, кладя перед собой второй камень. "Я не мог делать то, что ты делаешь, не для всех троих".

"Я еще не сделал их всех", - предупредил Тейлор.

Ее осторожность была заслуженной, потому что вторая была намного тяжелее первой. Сила, необходимая даже для произнесения слов, истощалась, и из-за абсолютной тьмы магии Сила отпрянула от ее попыток освежиться. Если бы она была настоящим ситхом, в этой области ей было бы намного легче работать. Но поскольку вся ее сила была основана на балансе, свет внутри нее затруднял обуздание тьмы.

К тому времени, как она закончила, она сильно вспотела.

"Вы можете сделать последнее?" - спросил Куэйт.

"Я должен."

У нее было два фальстарта, один настолько плох, что Куэйту пришлось повторно вскипятить камень. Но, наконец, она закончила, задыхаясь и шатаясь от энергии Темной стороны, которая теперь загрязняла ее вены. Не говоря ни слова, Тейлор споткнулась до своей кровати, приняла позу лотоса, а затем вошла в самую глубокую, самую глубокую очищающую медитацию, какую только могла.

*****

*****

Барристан внимательно наблюдал за тем, как десять человек, которых Резаль привел на борт, тренировались на палубе корабля. Их боевой подход был чрезвычайно простым и рассчитан на работу в тандеме с их товарищами. По отдельности они, вероятно, были не намного лучше, чем хорошо обученный Вестерози. Но как единое целое?

"Я не хотел бы столкнуться с тысячей этих людей без по крайней мере пятисот тяжелых лошадей за моей спиной", - сказал сир Джорах. Эти двое стояли на корме корабля и смотрели.

"И еще тысяча футов", - добавил Барристан. "Лошадь, чтобы сломать их строй, и люди, идущие, чтобы прикончить их. То, как они закрывают свои щиты, впечатляет. Простота их упражнений делает их эффективными".

"Да. Конечно, они не рыцари, но они солидные солдаты".

Движение от пристани заставило его взглянуть на Резала мо Жаека, взбирающегося на доску. Он приветствовал своих товарищей на их родном языке, хотя на удивление говорил и на общем языке. Он увидел Барристана и Джораха и поднялся по крутой лестнице, чтобы сообщить им новости.

"Кразнис требует доказательства наличия яиц", - сказал Режаль. "И доказательство утверждения Аксии о том, что она повелительница драконов".

Барристан кивнул. Солнце уже садилось, так что на день все было готово. Ни один из них не был настолько глуп, чтобы ступить ночью в город рабовладельцев. Не обошлось и без усиленной охраны. "Это означает, что он готов принять предложение".

Резаль фыркнул. "Драконы сделают Астапор самым могущественным городом в бухте. Я не сомневаюсь, что они отведут этих драконов к Юкаю, а затем Мерину. Кразнис продаст своих жен и всех своих детей за драконов".

"Тогда завтра у нас будут наши солдаты", - кивнул Барристан. "Кстати, я собираюсь проверить ее милость".

Он кивнул мужчинам, прежде чем спуститься в каюты внизу. Он добрался до хижины своей избранной королевы и тихонько постучал по ней. Он услышал приглушенный ответ не от Тейлора, а от Куэйта. Тем не менее, это было разрешение. Он открыл дверь и остановился внутри.

Без церемоний, без маски, повязатель теней втянул его и закрыл за собой дверь.

Юная фальшивая королева оторвалась от кровати, ее лицо выражало напряженное, почти болезненное выражение сосредоточенности. Воздух вокруг нее мерцал темным облаком. "Что происходит?" он прошептал.

"На нее напали!" - прошипела Циате. "Ей пришлось использовать Теневой Язык, чтобы зачаровать камни, но темнота ослабила ее и оставила открытой ... для этого!"

"Кто на нее нападает?"

"Колдуны Кварта", - прорычал Хранитель Теней, прорычав эти слова. "Все они."

"Что ты можешь сделать?"

"В этом? Я ничего не могу сделать", - сказал Куэйт. "Любая защита, которую я нарисую, потерпит неудачу, потому что атака уже происходит. Это будет похоже на то, как если бы вы надели доспехи после битвы, когда нож уже в животе".

На мгновение грудь Барристана сжалась, и дыхание стало затруднительным. Не снова . "Мы ничего не можем сделать?"

"Мы можем молиться, Барристан Андал".

Он подошел к кровати. Вокруг Тейлора воздух мерцал краем тени, как будто за ее спиной пыталась открыть дверь в реальность. Он нерешительно потянулся внутрь, но быстро отдернул руку от резкой боли и запаха горящих волос. Белые волосы на тыльной стороне его рук выгорели, оставив кожу красной и огрубевшей.

"Будь сильной, девочка", - сказал он ей. "Мы здесь ради тебя."

Ожидание было невыносимым. Они не осмелились сообщить Резалу, сказав ему только, что королева медитирует на завтра. Джорах, однако, споткнулся в тревоге, когда вошел и увидел, как Тейлор невероятно парил в воздухе, сражаясь в магической битве с невидимыми врагами в четверти мира от него.

"Садись с нами, Джорах Андал", - сказал Куэйт. "Молитесь с нами. Наша вера может дать ей силу".

Куэйт намеренно похлопал по мягкому полу рядом с ней, и, поскольку Барристан сидел за столом, у Мормонта не было причин не делать то, что она просила. Он сел рядом с Куэйтом и не сомневался, когда она взяла его руку и крепко сжала. "Молись с нами, Джорах", - сказал Куэйт. "Азор Ахай не должен потерпеть неудачу в этом испытании".

Барристан почти не заметил, как Куэйт предприняла первые шаги в своем плане соблазнения, а вместо этого уставился и молился за девушку, которую он помог спасти несколько месяцев назад.

Ожидание стало почти невыносимым, особенно в присутствии почти осязаемой магии. В воздухе чувствовалось, что они только что пережили сильную грозу, и дважды призрачная тень, окружавшая Тейлора, вспыхнула маленькими голубыми огнями, которые казались скорее холодными, чем горячими.

Однако за два часа до восхода солнца что-то изменилось. Барристан вырвался из легкой дремоты и увидел, что Куэйт села, положив голову на колени Мормонту, в то время как другой рыцарь тоже дремал. Лицо Тейлора на кровати потемнело до интенсивного напряжения. Вокруг нее холодный синий свет вспыхнул более энергично, отчего воздух взорвался.

Куэйт поднялась на ноги и упала на колени у кровати. "Сражайся, Аксия! Сражайся!"

Этот звук разбудил Мормона. "Что происходит?"

Прежде чем Барристан успел ответить, темное облако вокруг королевы рассеялось. Голубое пламя вспыхнуло вокруг нее темным ярким ореолом, а затем внезапно исчезло. Тейлор рухнул на кровать, без костей подпрыгивая, когда Куэйт поймал ее, когда она скатилась с края.

Колени Барристана подскочили, когда он тоже бросился к постели. Тейлор моргала глазами, ставшими теперь золотой звездой, на него, слабо улыбаясь. "Я надрала им задницы", - прошептала она. "Разбила их стеклянную свечу".

Затем она потеряла сознание.

"Клянусь богами", - прошептал Мормонт.

"Да", - сказал Куэйт. "Она избрана из богов. Даже все Тени Повелителя Повелителя Света не смогли бы победить Колдунов Кварта. Но ей нужно отдохнуть, по крайней мере, день".

"Хорошие мастера ждут ответа", - отметил Барристан.

"Тогда я куплю нам день", - сказал Куэйт. "Мы скажем им правду. Что Аксии проводят день, готовя яйца для Кразниса, а завтра, когда восходит солнце, мы подарим ему три живых драконьих яйца в присутствии одного уже вылупившегося. Если он будет удовлетворен такими яйцами. доказательства, тогда мы возьмем взамен за яйца всех Безупречных, обученных или нет, с недельным пайком и транспортировкой ".

Барристан кивнул. "Это я могу сделать. После некоторого сна. Ты останешься с ней?"

Куэйт улыбнулся и нежно прикоснулся к щеке Тейлора. "Я сделаю это. Теперь, когда битва окончена, я могу нарисовать защиту в ее комнате, чтобы это не повторилось".

"Тогда мы оставим вас наедине. Пойдем, сир Джорах. У нас осталось несколько часов, чтобы поспать, а завтра мы выиграем время у работорговцев". Глава десятая: Безупречные. Тейлор открыла глаза на деревянные доски потолка своей каюты. Она почувствовала, как чья-то рука нежно положила ей на живот, а дыхание на шею, и на долгое время представила, что это Юки. Прикосновение было слишком легким для Скапетти. Она представила, как сидит и видит свою давно потерянную, глубоко облажавшуюся девушку, счастливо спящую рядом с ней.

Но Юки ушла, пожертвовав собой, чтобы сформировать Сущность и таким образом спасти мир. Когда она повернула голову, вместо идеального фарфорового лица Юки она обнаружила, что почти касается ярко выраженного носа Куэйта без маски.

Ага .

Рука находилась в опасной близости от ее мочевого пузыря.

Ей удалось тихо скатиться с кровати, только ноги сложились под ней, как желе. Она ударила так сильно, что чуть не протекла. Деревянные доски кровати за ее спиной скрипнули, когда Куэйт сел. "Аксия, ты в порядке?"

"У меня болит голова, мочевой пузырь переполнен, а теперь болит задница. Кроме этого? Просто нормально".

Старшая Хранительница Теней встала с постели и твердой рукой помогла Тейлор встать на ноги. Она подошла к тесной уборной, чтобы опорожнить мочевой пузырь. Она не могла не держать голову руками. Воспоминания о мысленной битве с колдунами были сырыми, почти такими же сырыми, как тот ужасный день в Новой Зеландии, во время второго наступления CUI, когда Тейлор потеряла треть своего народа, несмотря на все свои усилия.

Она закончила и вышла. Куайт ждал ее за письменным столом, который она поставила посреди комнаты. "Садись, Аксия".

Слишком устал, чтобы спорить, даже если бы она захотела, Тейлор сел. Заклинатель Теней поставил одну деревянную бочку на пол, а рядом с ней было еще два галлона воды. "О, - сказал Тейлор, понимая, что задумала женщина. Она старалась не стонать от удовольствия, пока Куэй мыла ей волосы. Когда закончили, Shadowbinder высушил его небольшим полотенцем перед тем, как расчесать.

"Мы купили день, чтобы вы могли поправиться", - объяснил Куэйт. "Но Добрые Мастера ждут вас сегодня утром. Будете ли вы достаточно сильны?"

"Да."

Вскоре после этого Барристан постучал в дверь. "Хорошо", - резко сказал он. "Ты проснулся."

"Это еда?"

Он вложил ей в руки свежеиспеченный мясной пирог. Один укус показал насыщенный, похожий на похлебку соус, наполненный моллюсками и овощами. "Ты сейчас мой самый любимый рыцарь в мире", - заявила она после первого укуса.

Старик фыркнул, прежде чем закрыть дверь. "Вы нас напугали. Вы в порядке?"

"Они напугали меня, - признался Тейлор. "Я не знал, что они могут это сделать. Я просто входил в медитацию, чтобы попытаться очистить часть темной магии от этих гламур, когда они ударили. У них была эта странная свеча, которая выглядела так, как будто она сделана из обсидиана, но она горела как фосфор. Они все собрались вокруг него в небольшой аудитории, сорок или пятьдесят человек. Это было ... очень мощно ".

"Вы описываете свечу из валирийского стекла", - сказал Куэйт. "Во всем мире осталось, наверное, четыреста. Во время расцвета Фригольда Лорды Драконов могли разговаривать друг с другом на огромных расстояниях или видеть будущие события. Говорят, что Дейнис-Мечтательница предвидела Гибель Валирии в таких свечу и убедила ее отца переместить Таргариенов из Валирии в Вестерос ".

"Ну, в мире на одного меньше", - сказал Тейлор. "Я не мог победить их всех. Каждый раз, когда я бил одного, их заменяли еще двое. Итак, я атаковал единственное слабое место, которое у них было - их сосредоточенность. Это тоже хорошо. Они были на грани победы".

"Слава богам, они этого не сделали". Барристан повернулся, чтобы уйти. "Мы будем готовы, когда вы будете".

Тейлор продолжала жевать свой завтрак, пока Куэйт работал с ее волосами. Когда она это сделала, Тейлор заметил засохшие кровавые руны на стенах. "Они попробовали еще раз?"

"Они пытались", - признал Куэйт. "Без стеклянной свечи, которая направляла и укрепляла их разум, моей защиты было достаточно".

"Хорошо. Я рад, что ты пошел с нами, Куэйт".

"Как и я, Аксия. В ночь твоего нападения мне удалось заставить Джораха Андела удержать меня".

Тейлор не мог удержаться от смеха, когда она делила вторую половину мясного пирога с женщиной.

В тот день она выложилась на полную. Из своего обширного выбора из трех официальных платьев она выбрала золотое шелковое платье с поясом на талии и инкрустированный драгоценностями жилет с защелками на плечах, чтобы удерживать шелковистую красную накидку. Куэйт искусно украсила волосы вокруг своего золотого головного убора. В углу, где три дракона спали вне своей клетки, Тейлор натянул свою связь с Темерайром. Сапфира и Эллиот выразили разочарование, но Тейлор не хотел рисковать всеми тремя, если что-то пойдет не так. Темерэр был ее лучшим летчиком. Она успокоила их, попросив одного из членов экипажа принести им на обед обугленную рыбу.

Когда она вышла на палубу, она обнаружила свое ядро ??офицера Гискари в полной форме Железного Легиона - кольчуге, хлопчатобумажных туниках и тяжеловесных бронированных килтах другого покроя и длины, чем их аналоги из Картина. Барристан играл роль старшего советника, но Джорах где-то нашел доспехи. Оказалось, что это была не очень хорошая броня, но она обеспечивала достаточную защиту.

Куэйт появился с деревянным сундуком, в котором лежали их искусственные яйца. Барристан принял коробку. Осматривая свою группу, Тейлор удовлетворенно кивнул, сосредоточился на Силе и использовал ее силу, чтобы сдержать свое физическое и умственное истощение. Она начала процессию через причал с Темерером, лениво перекинутым через ее плечи. Всего за четыре недели их путешествия ее драконы выросли настолько, что она уже не могла легко удерживать всех троих. Темерайр был самым крупным из них, и теперь он был размером с типичного золотистого ретривера, хотя и был на треть тяжелее.

Добрые Мастера города с восхищением наблюдали, как Тейлор вела своих людей через Площадь Пейна к Площади Гордости, где под крытой платформой ждали Кразнис мо Наклоз и несколько других хороших мастеров. Площадь была заполнена молчаливыми солдатами в черной броне. Никто из них даже не взглянул на нее, когда она проходила между их рядами. Каждая линия была идеально ровной, насколько она могла видеть. Каждый стоял со щитом и копьем наготове, как будто собирался атаковать врага.

"Лети, Темерэр", - прошептала она. "Покажи этим дуракам, насколько ты великолепен".

Черный дракон расправил крылья. Он уловил вездесущий ветерок со всей его пылью из красного кирпича и с победным визгом взлетел в воздух. Он и его братья и сестры летали только последние несколько дней, и он еще не очень хорошо приземлялся.

На возвышении, на котором стояли Добрые Мастера, Кразнис мо Наклоз наклонился вперед на своем стуле, глядя на дракона с открытым восхищением и голодным желанием. На мгновение Тейлор испугался, что он прикажет Безупречным атаковать ее группу. Световые мечи она носила на спине платья за плащом, но платье было достаточно узким, чтобы бороться с болью.

Когда они уравняли, Тейлор призвала Темерера к себе на руки. Дракон снова устроился на ее плечах, его золотые глаза были в нескольких дюймах от ее собственных, когда она посмотрела на работорговцев. Внизу возвышения стояла рабыня, которая так ловко переводила для них, в своей рабыне-тунике с кожаным колье. Хотя она и не была такой темнокожей, как жители Летних островов, которых видел Тейлор, она была достаточно смуглой, чтобы Тейлор поверил, что она приехала из близкого региона. Она заговорила первой.

"Моему Учителю приятно видеть чудо живого дракона. Он хочет знать, почему вы не предложили это животное для людей, а не яйца, которые не вылупились".

Предвидя вопрос, Тейлор быстро ответил. "Скажи своему хозяину, что дракон должен соединиться со своим хозяином, иначе он станет диким и станет опасным для всех. Мой дракон Темерар привязан ко мне и никогда не пойдет за другим, кроме моей собственной семьи. Но, высиживая яйца из собственной клетки Темерера, новорожденные драконы будут его командовать. Такова природа магии, которую я им применил ".

Рабыня послушно перевела. Несколько Добрых Мастеров подошли к Кразнису, чтобы поделиться своим советом, в то время как сам человек стоял и жадно смотрел на Темерера. Хотя Тейлор достаточно легко его понял, она ждала перевода девушки. "Мой хозяин хочет знать, как он может быть уверен, что эти яйца настоящие".

"Позволь моему советнику подарить ему яйца, и у него больше не будет сомнений. Яйца дракона - самые волшебные предметы на свете".

"Мой хозяин увидит твои яйца".

Барристан выступил вперед с грудью. Он достойным шагом прошел к помосту. Кразнис сошел со стула, пристально глядя, как старый рыцарь поднимает крышку.

Тейлор знал, что план сработал, по блеску на лице мужчины. Чары, которые она и Куэйт наносили на камни, заставляли их светиться внутренним светом. Однако принуждение охватило существующую жадность тех, кто смотрел на них, и сделало эту жадность невозможно игнорировать.

Мужчина начал говорить, слова вырывались из его рта, пока он смотрел.

Рабыня казалась удивленной, но только на мгновение. "Мой господин очень доволен вашим предложением. У вас будут все Безупречные, обученные и необученные. У вас будут телеги и лошади для еды и корабли для транспорта. Вы должны отправиться в течение двух дней. Приемлемо ли это для вас?"

Тейлор посмотрел на Кразниса и заговорил прямо с ним на ублюдочном валирийском. "Я бы взял и эту девочку, добрый учитель. Я нахожу ее умение переводить ваши слова забавным, и мне нужна такая, как она".

Очарование мужчины яйцами исчезло достаточно долго, чтобы смотреть на нее. "Ты говоришь на моем языке?"

"Хоть я и не выгляжу, но я валирийец, добрый хозяин. Это мой родной язык. Но я не обманываю. Я сотворил великую магию, чтобы приготовить эти яйца для вас. Они вылупятся через шесть месяцев. Но будьте осторожны, Кразнис Мо Наклоз. Кто бы ни был там, когда они вылупятся, они будут командовать этими драконами. Будьте осторожны с тем, кому доверяете. "

"Да", - сказал он, уже будучи привлеченным принуждением. "Да. Возьми девушку. Мне все равно".

Один из Добрых Мастеров спустился с помоста и протянул Тейлору кнут. На этом сделка была завершена. Кразнис схватил сундук в свои руки и быстро вышел с площади, за ним более нерешительно последовали другие Добрые Мастера.

"Знаешь, я действительно удивлен, что это сработало", - пробормотал Тейлор Барристану.

Мужчина уставился на нее, разинув челюсти. Наконец он пришел в себя. "Слава богам, что вы ждали, чтобы поделиться этим, ваша милость".

Тейлор улыбнулся девушке. "Идите сюда."

Обеспокоенная своим внезапным изменением статуса, девушка пришла быстро. "Как вас зовут?" - спросил Тейлор.

"Если вам угодно, Миссандея, ваша светлость".

"Миссандеи, я думаю, нам будет очень весело вместе". Она подняла кнут и крикнула на валирийском. "Безупречный, сделай шаг вперед!"

Тринадцать тысяч мужчин и мальчиков, сделав один шаг, сделали стук ботинок, который разнесся по площади.

"Безупречный! Я Рейнис Таргариен, законная королева Вестероса. Со мной солдаты Нью-Гиса. Эти одиннадцать человек - мои офицеры, и они будут говорить моим голосом. Делайте, как они приказывают". Она повернулась к Режалю. "Пойдем поищем остальные наши покупки".

Гискари усмехнулся. "Правильно, Аксия".

"Сир Барристан?"

"Да, ваша светлость?"

"Как только мы уведем наших людей из этой помойной ямы, я намерен сильно напиться. Убедитесь, что у меня достаточно вина, чтобы присоединиться ко мне".

Старый рыцарь засмеялся, когда они покинули площадь.

*****

*****

Как и обещал работорговец, в гавани ждали десять массивных трехмачтовых кораблей. Тейлор не понимал, что они принадлежат городу, но и отказывать им она тоже не собиралась. Им удалось втиснуть почти тысячу человек в каждый корпус и немедленно отправиться в плавание. Оставшиеся солдаты разбили лагерь за городскими стенами.

Тейлор посвятил Садулеона перевозке лошадей и телег. Сорок упряжных лошадей и двадцать огромных фургонов. Даже в разобранном виде они занимали каждый квадратный дюйм корабля. Тейлор знал, что поездка займет остаток дня и ночь.

Она воспользовалась возможностью, чтобы принести Миссандрэ в ее покои на корабле. Девушка смотрела на Хранителя Теней тщательно скрытым страхом, но задрожала, когда увидела кровавые руны, нарисованные на стене. Когда три дракона бросились на нее, она с криком ужаса упала на колени.

Тейлор подавил хмурый взгляд и зевнул. "Куэйт, ты можешь помочь мне выбраться из этого вздора, пока мои драконы не обиделись? Это круто".

"Да, Аксия". Она помогла Тейлору сначала снять накидку, которую положила на стол, а затем украшенный драгоценностями жилет из золотой ткани. Оттуда Тейлор смог снять шелковое платье. Она быстро переоделась в свой последний чистый комплект брюк, льняную блузку и кожаный жилет.

Удобно устроившись, она опустилась в позу лотоса прямо напротив испуганного, преклонившего колени раба. По ее мысленному зову три дракона оставили бедную девушку в покое. Темерэр занял свое место на плече, в то время как двое других боролись за ее колени.

"Миссандея, мои драконы не причинят тебе вреда, я обещаю. Ты можешь сказать мне, сколько тебе лет?"

Девушка склонила голову. "Мне шесть и десять лет, Аксия".

"Хорошо. Посмотри, пожалуйста".

Девушка подняла глаза; ее глаза были красными от слез. "Миссандей, это Темерайр. Он сильный и храбрый, а иногда и ревнивый подлец".

Дракон надулся, пока она не достигла последнего слова, когда он протянул руку своим длинным хвостом и ударил ее по носу.

"Как я уже сказал", - фыркнул Тейлор. "Это Сапфира. Она самая спокойная и уравновешенная из троих. Она любит, когда ее чешут за рогами, вот так". Она продемонстрировала. "А это Эллиот. Из всех Эллиот самый добрый. Он любит, когда его щекочут". Он издал корчащийся, мяукающий звук, когда она ткнула его под его крылья. "Я связался со всеми тремя, используя свою магию. Они не причинят тебе вреда, потому что я сказал им, что ты друг. Я не прошу тебя не бояться, только поверь мне, когда я скажу тебе, что они не причинят вреда ты."

"Я верю, Аксия".

"Хорошо. Встань за меня?"

Она это сделала, и Тейлор тоже встал. "Миссандей, ты знаешь, почему я попросил тебя?"

"Нет, Аксия".

"Потому что ты был весел. Ты взял каждое проклятие этой собаки и превратил его в идеальный дипломатический язык. На скольких языках ты говоришь?"

"Девять и десять, Аксия".

"Впечатляет", - сказал Куэйт. "Особенно в таком возрасте".

Ошейник на шее Миссандеи был сделан из мягкой кожи с крючком, который удерживал перед ее туники. "Все, что я могу, свисает с нее, как палатка", - сказал Тейлор. "Есть ли у вас что-нибудь, что могло бы ей подойти?"

"Да, - сказал Куэйт.

"Хороший." Тейлор снова повернулся к девушке. "Миссандей, ты свободен. Я не держу рабов. Я бы очень хотел, чтобы ты согласился присоединиться ко мне, но если нет, я могу дать тебе достаточно денег, чтобы ты мог вернуться в свой дом, если хочешь".

Миссандея долго смотрела на нее, ее глаза стали влажными. "Я ... моего дома больше нет, Аксия", - сказала она хриплым голосом. "В детстве меня забрали из Наата".

Куэйт нашла красивое зеленое платье. Тейлор встал позади девушки, где металлическая булавка закрепляла ошейник. Она сняла булавку, позволив воротнику упасть. Туника упала вместе с ним, но Куэйф достаточно быстро переодел девушку.

"Вы знаете числа или письмо?" - спросил Тейлор.

"Нет, Аксия", - призналась девушка.

"Тогда ты будешь учиться. Мне понадобится секретарь, и я думаю, ты идеальна для этой роли. Каждую ночь у нас есть припасы, один из нас будет учить тебя читать или писать".

"Для меня будет честью, Аксия", - сказала девушка, явно подавленная.

Стук придал двери форму. "Входите, сир Барристан", - позвал Тейлор.

Вошел старик с подносом с едой. Он увидел воротник и пол и кивнул. "Хороший."

"Вы знали, что она говорит на девятнадцати языках?"

Старый рыцарь покачал головой. "Я не говорил. Впечатляет. На скольких языках вы говорите, ваша светлость?"

"Двадцать два, сейчас", - сказал Тейлор. "Но большинство из них не родом из этого мира, так что я не могу их сосчитать. Еще пироги с мясом?"

"Я взял на себя смелость купить несколько".

"Вот почему ты по-прежнему мой любимый рыцарь в мире. Миссандей, это сир Барристан Селми, бывший Королевский гвардеец Семи Королевств, мой личный спаситель и хороший друг. Я доверяю этому человеку свою жизнь, и если я меня когда-либо не было или нет, следуй его примеру. А теперь поедим ".

На мгновение девушка выглядела испуганной, что ест за тем же столом, пока Куайт не взял ее за руку. "Дитя, в уединении ее покоев ты найдешь свою новую королеву, совершенно непохожую на Добрых Мастеров".

По мягкому подталкиванию Куэйта Миссандея села за узкий столик рядом с самой Куэйтом, которая сняла маску. Барристан сел рядом с Тейлором. "Сир Джорах находится на главном остове", - сообщил старый рыцарь. "Он надеялся, что сможет успокоить старейшин Толоса. Думаю, вид десяти тысяч Безупречных, пересекающих залив, может заставить их задуматься".

Тейлор взял мясной пирог и сломал его пополам. Она протянула половину ошеломленному Миссандею, который нерешительно принял ее и покусал, как будто кто-то мог взять ее в любой момент.

"Расскажи мне о Толосе", - сказала она.

"Мне нечего сказать, я не был там и не слышал об этом", - признался старый рыцарь.

Тейлор повернулся, чтобы посмотреть на бывшего раба. Тейлор была моложе, когда она сработала своей силой, потеряла отца и была приговорена к пожизненному заключению в неизбежной тюрьме, наполненной худшими парачеловеками в мире. Удача и сила помогли ей избежать этой участи, так же как удача и навыки Миссандеи помогли ей избежать собственной.

Девушка посмотрела вниз и положила пирог себе на колени под столом. "Миссандей, ты можешь рассказать нам, что ты знаешь о Толосе?"

"Если угодно, Аксия. Это был валирийский город, но в нем было много гискаров. Они не обучают рабов, но держат там много рабов на своих фермах. Они продают оливки, гарум и прекрасные изделия из стекла. У них повсюду прославляются пращники. Залив работорговцев, и имеет много связей с городами-рабами ".

"Молодец, дитя", - сказал Барристан, достаточно громко, Миссандея немного подпрыгнула. "Кратко, полно и со всей необходимой информацией. У вас есть эта для чего, ваша светлость? Секретарь?"

"Как только она будет читать, писать и подсчитывать суммы, вы можете делать ставку", - сказал Тейлор. "Чтобы переводить так плавно, нужен подвижный ум. Я могу выучить новый язык за день, но есть еще один полиглот с таким же умом, как у нее? Я заключил сделку".

Тейлор почувствовал смущение и страх девушки. Она знала, что жизнь в суровых условиях не будет преодолена несколькими добрыми словами и половиной мясного пирога. Однако это было начало. "Итак, Толосу. Корабли принадлежат Добрым Мастерам, поэтому мы не можем их оставить?"

"Не обошлось без риска войны", - сказал Барристан. "Это поставило бы нас в трудное положение".

Сир Барристан удалил одну из карт, которые она купила в Нью-Гисе. "Путь к Волантису по суше займет по крайней мере три месяца", - сказал старый рыцарь. "Кораблем, месяц. Если бы мы могли получить еще три или четыре остова и убедить нынешних капитанов остаться с нами, мы могли бы быстро перебросить все ваши силы вокруг Старой Валирии".

"Двадцать золотых монет на каждый корабль?" - сказал Тейлор.

Это не было ни словом, ни звуком; Тейлор просто почувствовала от их нового члена мысль, которую она боялась озвучить.

"Миссандеи, вы знаете хороших мастеров лучше, чем кто-либо здесь", - сказал Тейлор. "Как ты думаешь, как лучше всего убедить скитальцев продолжать служить нам?"

Молодая женщина перевела взгляд с склоненной головы на Тейлора. "Если тебе угодно, Аксия, только капитаны кораблей являются хорошими хозяевами. Все остальные команды - рабы".

"Ха," сказал Тейлор. Она повернулась к Барристану.

"Опять же, это рискует войной", - сказал старый рыцарь. "Но восстание рабов - не новость в этой области. Большинство сбежавших рабов пытаются добраться до Вольных городов или особенно Вестероса-Браавоса. Было как минимум два восстания, о которых я слышал о служении королю Роберту".

"Еще одна вещь, о которой стоит подумать, Аксия", - сказал Куэйт. "Принуждение к этим яйцам. Астапор скоро впадет в хаос. Другие города, возможно, никогда не узнают об украденных тушах, если Астапор горит".

Достаточно верно . "Подождите, пока первые три корабля не вернутся, за остальными нашими людьми, но как только они это сделают, вытащите Добрых Мастеров. Я хочу эти корабли. И еще несколько, даже если нам придется их взять. хорошая точка для переговоров с Толосом, если они действительно хотят, чтобы мы ушли. Я хочу, чтобы мои люди были в боевой форме, и марш через любое место, называемое Дорогой Демонов, звучит неприятно. И мы должны убедиться, что все Безупречные знали, что мы учреждаем политика Нового Гиса - десять лет службы гарантирует свободу, гражданство Вестероса и полную оплату. Будет определено после того, как мы захватим королевство ".

Она повернулась к Миссандеи. "Я рада, что ты здесь. Давай принесем тебе поддон или гамак, сегодня вечером ты будешь вместе со мной и Куэйтом в этой комнате".

Девушка склонила голову и начала осторожно грызть свой полуфабрикатный пирог. Глава одиннадцатая: Первая дочь. Тейлор иногда мечтала о Новой Зеландии. С помощью Силовой Медитации ей удалось справиться с большинством своих кошмаров о той последней, ужасающей битве Endbringer с Девятой бойней. Или о жертве Юки, чтобы спасти их всех.

Но по какой-то причине Новая Зеландия все же время от времени приходила ей в голову. Крайстчерч

был таким красивым городом до войны. Расположенный рядом с древним вулканом в заливе Пегас, это казалось нарушением природы, что такое ужасное насилие можно было встретить в таком месте. Как будто Люциферу удалось в ярости нанести удар до самого неба.

Первый экспедиционный корпус морской пехоты не приземлился в самом городе. Вместо этого они вышли на берег к юго-западу от озера Элсмир среди укрепившихся оборонительных сооружений CUI. Обстрелы ракетами и эсминцами только смягчили оборонительную линию CUI.

Именно здесь появились Тейлор и ее экспедиционный отряд парахуманцев. Китайские парачеловеческие силы, Янбан, были рассредоточены по Тихоокеанскому театру военных действий, но Новая Зеландия была для них приоритетом. А это означало, что Тейлор и ее отряд столкнулись с полусотней промытых разумом порабощенных паралюдей.

Тейлор пришла с сотней своих собственных, включая двух могущественных летающих зверей, Славу и Муджаджи. Те, кто не были летчиками сами, пришли в штурмовых комбинезонах Тейлора, оснащенных репульсорными катушками и прыжковыми двигателями. Сотня паралюдей упала с неба, а 1600 морских пехотинцев взорвались бульдозерами с моря.

Они выступили против 7000 солдат CUI в сильно укрепленных бункерах и пятидесяти великолепно обученных бездушных парачеловеческих воинов.

Больше всего она запомнила свой первый день Третьей мировой войны, как сильно удивилась 20-летняя Виктория Даллон, когда выстрелы пуль и удары нечеловеческих молний обрушились на ее щиты и оторвали ей руку и левую ногу на высоте двадцати футов над землей. . Она не выглядела так, будто ей было больно, только то, что она была шокирована тем, что что-то могло причинить ей боль.

Крики ужаса Муджаджи каждый раз просыпали Тейлора в холодном поту.

Вики была первой из почти семисот жертв, погибших в тот день между парачеловеками Тейлора и морскими пехотинцами. Они победили, несмотря на все превосходящие силы, и обеспечили плацдарм для остальных сил Международной коалиции, призванных освободить Новую Зеландию. Но это была в лучшем случае пиррова победа - первая из многих, пока мир, наконец, не убедил Эйдолона выпустить на волю своих Смертельных ударов.

***********

***********

Пират удивленно уставился на обрубки своих рук за секунду до того, как световой меч Тейлора отрубил ему голову. Позади нее Безупречные использовали свои копья и щиты с жестокой эффективностью против небронированных пиратов с дубинами и широкими саблями Лысени.

"Доска, доска! Возьми корабль!" Голос Тейлора раздался в воздухе, передаваемый Силой, а также практикой. Незапятнанные бросили доски для досок, как они это делали. Тейлор перепрыгнула расстояние, приземлившись среди четырех пиратов, которым потребовалось время, чтобы понять, как она пересекла двенадцатифутовый пролет от палубы своего корабля до середины их палубы. Этот момент был всем, что ей нужно, чтобы убить их.

Ее идея о том, чтобы Садулеон отделился от остального флота, когда они очистят Старую Валирию, не понравилась Гролео. Но то, что корабль был забит до отказа Безупречным, сделало его немного увереннее.

После того, как они за два дня до выхода в гавань Саутпойнт на краю изломанной земли зацепили сетью свое первое пиратское судно, капитан понял, что Безупречные ему не нужны. Только его королева могла очистить пиратский корабль. Использование световых мечей сделало все упражнение ужасно несправедливым.

Как и на первом корабле, на котором взял Тейлор, пираты начали бросать свое оружие, когда они увидели, как она телекинетически взорвала капитана так сильно, что его грудь рухнула, кровь хлынула из его губ, а его тело кувыркалось по воздуху в Летнее море.

Когда они обезопасили выжившую команду, она повернулась к своему лидерству Безупречная. "Серый Червь, возьмите отряд ниже , и искать судно," сказал Тейлор в Valyrian говора Незапятнанный говорил.

"Как ты говоришь!" Он взял десять человек и повел их вниз. Уцелевших моряков было двадцать человек. На самом деле это было лучше, чем первое судно, на котором выживало всего пять человек. Ей пришлось отказаться от команды Гролео, чтобы на корабле было достаточно опытных моряков. Даже тогда Unsullied должны были восполнить разницу.

Эти люди представляли собой типичную смесь этнических групп, характерную для пиратов Летнего моря и океанов вокруг островов Василисков. Иногда ее поражало, насколько космополитичным был мир, учитывая его примитивность. Только в этой команде она увидела пару Вестерози, несколько картинов, одного йитиша, чудовище с Летнего острова, все лицо которого было покрыто жестокими татуировками, а остальных - ровную смесь бледноволосых Лисени, Мириша и Тироши.

Серый Червь, один из подчиненных Режаля и, по его словам, будущий офицер, вернулся на палубу. "Золото, драгоценности и десять пленников", - сказал он. "Богатый приз".

Позади него Безупречные привели восемь удивительно здоровых на вид мужчин в наручниках и двух стройных седовласых женщин с вытатуированными слезами на щеках. Вместо наручников они были одеты в чистые шелковые платья.

Секс-рабы. Если Тейлор понимал, как идет рынок, они, вероятно, прошли обучение в Лисе, а затем проданы Волантису, где они обновили свои татуировки. Мужчины выглядели Вестерози. И в отличие от большинства рабов, они выглядели сумасшедшими. Самый крупный из них имел позу бойца и кипел от ярости. Она была уверена, что это не имеет никакого отношения к сломанным цепям и кнутам, вытатуированным по всей правой стороне его лица. Даже без татуировок он не был бы красивым мужчиной, если бы не его выпуклый нос и уши в форме кувшина, низко поставленные на голову. Единственное, что ему нравилось, - это голова, полная черных волос, и тело, созданное для борьбы.

Она подошла к нему в нескольких дюймах от его лица. Он казался пораженным тем, что она посмотрела ему в глаза. "Кто ты?' - прямо спросила она.

"Я гребаный раб", - сказал он, почти плюнув ей в лицо.

"Тебя не будет, если ты скажешь мне, кто ты".

Мужчина перевел взгляд с нее на Безупречных. "Ты отвечаешь за этих бездельников? Женщина?"

Правильно. Тейлор отступил от скованных рабов. В кормовой части корабля "Незапятнанные" охраняли выжившую команду. Время для демонстрации.

На самом деле ей не нужно было протягивать руку; она достаточно владела Силой, чтобы не нуждаться в жестах. Однако это было драматично. Она не хотела убивать, ей хотелось трепетать . Злой, татуированный раб схватился за его горло, когда он поднялся достаточно высоко в воздух, чтобы натянуть цепи на остальных.

"Я Рейнис Таргариен". Ложь теперь легко далась ей. "Возрожденная. Волшебница Ассая и Повелитель Драконов. Законная королева Семи Королевств. Добро пожаловать на флот Таргариенов".

Она позволила татуированному рабу упасть на землю. Когда она обратила свои золотые глаза к носу корабля, захваченная команда, не колеблясь, преклонила колени. Она полностью планировала разбить команду, переключая людей между своими кораблями. Но в то же время, она теперь имела Lyseni galleas добавить к своему флоту.

Она снова повернулась к татуированной рабыне. "Теперь, когда я представилась, - сказала она с кривой улыбкой. "Кто ты?"

"Уилис Тойн", - сказал мужчина. "Моим отцом был Майлс Тойн из дома Тойн, бывший капитан-генерал Золотой роты. И ты такой же Таргариен, как и я. Я знал принца Эйгона-моего папу и был там, когда мальчик и сир Джон Коннингтон заболели лихорадкой. и умер. Он был валирианцем насквозь. Ты? Я не знаю, кто ты, черт возьми ".

"Я - разница между тем, что ты свободный человек, и ты раб", - сказал Тейлор. "Кажется, довольно просто, не так ли?"

Она посмотрела на остальных мужчин - Вестерози или мужчин из Свободных Города, всех на них. "Есть ли другие сыновья домов Вестерози, о которых я должен знать? Поскольку я собираюсь завоевать королевство, я могу счесть целесообразным вернуть земли".

"Он единственный ублюдок с именем", - сказал один из мужчин. "Какая польза от этого".

Она снова посмотрела на Тойна. "Я направляюсь в Волантис, а оттуда в Спорные земли. После этого? Вестерос. Я стремлюсь вернуть трон моего отца. Я ищу хороших людей, которые присоединятся ко мне. Прямо сейчас? Плата - это твоя свобода, еда. и припасы. Но когда я на троне? Медная звезда за каждый день службы. Оплачивается задним числом ".

"Мой отец платил своим людям в" Золотой компании "по оленю в день кампании, - сказал Тойн.

"Твоего отца здесь нет, Уилис Тойн, так что, похоже, это не один из твоих вариантов. Ты свободный человек, я не держусь за рабство. Если хочешь, когда мы доберемся до Волантиса, ты Вы можете свободно уйти. Кажется, вы знакомы с городом ".

Его нетатуированная щека покраснела. "Тогда, похоже, я твой мужчина".

"Хорошо. А вы, другие?"

"Если я буду драться насмерть, то с таким же успехом можно получить за это деньги", - заявил человек рядом с Тойном.

"Тогда добро пожаловать во флот Таргариенов, джентльмены. Давайте все уладим, нам еще далеко до Волантиса".

***********

***********

Хорошей новостью было то, что огромный, разросшийся город Волантис не сразу попытался потопить их. В гавани на каждом из кораблей Тейлора, даже на трех пиратских кораблях, которые они взяли в путь, было три волантинских дромунда, обращенных к ним со скорпионами и небольшими корабельными катапультами, оборудованными горшками со смолой, готовыми к зажиганию. Но до сих пор городские триархи соглашались принять ее для беседы о расположении ее людей. Они позволили " Садулеону" доплыть до причала. И она ждала на корабле в течение двух часов с тех пор, как она и ее спутники готовились к очень важной встрече.

"Это действительно необходимо?"

"К сожалению, ваша светлость, это так", - сказал сир Джорах.

Тейлор стояла на доске Садулеона в, возможно, самом откровенном костюме, который она носила за пределами Оаху, Гавайи. Это была поправка на климат Волантиса, который местные жители превратили в свой собственный уникальный стиль.

На ней была свободная льняная юбка, перевязанная нитками из золота и жемчуга до середины бедра. Кожаные сандалии доходили до ее икры до колен, оставляя большую часть ее ног обнаженной. Конечно, ее живот тоже был голым. Блузка, если ее можно так назвать, плотно облегала ее грудь, а поверх нее - инкрустированный драгоценностями жилет. Куэйт нарисовала крылья дракона и голову дракона вокруг ее обнаженного пупка в черный и красный цвета.

Она все еще носила золотой головной убор, а также зажимы по бокам ушей для большего количества золота и драгоценных камней. Она не стала спрашивать, как они все это получили, с тех пор, как она узнала, что сир Барристан выдал каперские грамоты группе пиратов, которые даже сейчас молились на кораблях, пытающихся достичь Залива Работорговцев и возвращающихся с освобожденными рабами, которые были готовы. бороться за нее.

Несмотря на откровенную одежду, Тейлор все еще носила пояс с оружием, даже если она пошла без своего щита и копья. Будь она проклята, если она намеревается отправиться в потенциально враждебный город без своих световых мечей.

Сир Джорах Мормонт должен был быть ее проводником в тот день, проведя в городе почти год после того, как его жена ушла от него к богатому торговцу Лизен. На нем была легкая льняная юбка, сотканная завораживающим, почти клетчатым узором из красных, черных и золотых нитей, доходившая до колен, а также свободная шелковая блузка и жилет.

Куэйт тоже решил приехать, и, как Тейлор оделся для сокрушительно жаркого и влажного климата города, с открытыми, почти прозрачными брюками-кюлотами с тонкой шелковой набедренной повязкой и золотым верхом, похожим на Тейлор, но без драгоценностей на нем. ее жилет. Вместо маски она нарисовала многоугольники на щеках, пламя на лбу и четыре многоугольника вокруг собственного пупка.

Единственным утренним развлечением было то, что Джорах не смотрел на нее. Он не смотрел на нее изо всех сил.

"Значит, мы не собираемся видеть повсюду картины и статуи людей, занимающихся сексом, не так ли?" - спросил Тейлор.

Понял его! Она не потрудилась скрыть ухмылку, когда Мормонт взглянул на скандально одетую Куэйта. "Нет, ваша светлость", - сказал он, ярко покраснев. "Волантины по происхождению валирийцы и не такие..."

"Распутный", - закончил за него Куэйт. "Однако считается почти законом, что ноги высокородных не должны касаться земли, если их положение достаточно высоко. Отсюда необходимость. Триархи не окажут вам никакого уважения, если вы подойдете к ним пешком, как простолюдин. . "

Впереди них, в окружении двух рядов "Безупречного", шла причина, по которой Тейлор и Куэйт еще не сошли с корабля. Слон тяжело двигался сквозь толпу с паланкином на спине, который был закреплен ремнями вокруг тела бедного животного. Уши у него были странной формы - не огромные, как у африканского слона, и не маленькие, как у индийского слона. Скорее, их уши свисали почти как свободные лоскуты, которые они использовали как кнуты, чтобы отгонять насекомых. Его кожа была более яркого оттенка серого, чем могла подумать Тейлор, но существо было таким же большим, как самые большие слоны, которых она когда-либо видела, с бивнями, которые были бы огромными, если бы они не были отрезаны и закованы в золотую пластину. .

"Как мы вообще можем подняться туда без моей энергии?"

Ответ пришел с слугами слона. Двое мужчин Берли в набедренных повязках с татуировками рабов на щеках бегали вокруг животного с приспособлением, похожим на лестницу. Рабы развернули его, обнажив шаткую лестницу, ведущую прямо к краю каменной набережной у их корабля.

"В Риме", - пробормотал Тейлор. Она поднялась по лестнице, подтверждая, что они такие же шаткие, как и выглядят. Каит последовал за ним. Наконец, когда Куейт был на полпути, к ним присоединился Миссандей. Ее собственная одежда была более скромной из ткани, если не кроя. Как и Тейлор, она носила короткую юбку и высокие сандалии, с обнаженным животом и скромно прикрытой грудью кожаным топом. У нее не было татуировок или картин, и она тяжело дышала, когда пришла.

"Прошу прощения, Аксия", - сказала она, усаживаясь на одну из подушек в покрытом покрывалом паланкине.

"Ничего страшного, я знал, что тебе трудно найти то, что можно надеть", - легко сказал Тейлор. Она наблюдала, как Мормонт упал ниже с ее двадцатью Незапятнанными охранниками вокруг слона. Наконец, после двух часов ожидания их договоренностей, они направились в город.

Волантис был одним из крупнейших городов мира и по-прежнему считался одним из самых богатых городов мира. Плотность людей, заполняющих древние узкие улочки, заставила Тейлора поверить в это. Тейлор не мог представить себе аналога на Земле, кроме, возможно, Рима византийской эпохи. Прошло время своего расцвета, но все еще важно. Он представлял собой смесь ошеломляюще древней каменной архитектуры с новыми деревянными хижинами между ними. И везде она видела людей.

Плотность пешеходного движения была поразительной и объясняла тяжелый запах, царивший во влажном воздухе. Единственная причина, по которой они могли двигаться, - это две шеренги солдат и слон, которые отталкивали людей с дороги. Никто не жаловался - по отметинам на их щеках, как заподозрил Тейлор, большинство из них были рабами.

Волантис сам по себе не был Городом Работорговцев, и тем не менее, судя по тому, что Мормонт сказал ей, на каждого свободного гражданина в городе приходилось пять рабов. Для города, провозгласившего себя Свободным, жители казались совсем не такими.

Но ей нужна была еда для своих людей и место для их высадки, а это означало либо трудную, если не невозможную войну, либо унижение.

После нескольких минут наблюдения за давящей толпой людей и запаха запаха немытых тел, гнилой пищи и миазмов сырых канализационных труб, витавших в воздухе, она обратила свое внимание на Миссандай.

Молодая женщина смотрела на прессу или людей с пустым выражением лица. Словно чувствуя на себе взгляд, она посмотрела на Тейлора и слабо улыбнулась. "Есть много людей, Аксия. Я не знала, что их было так много".

Когда они наконец достигли жилища Триархов, Тейлор сначала подумал, что они приближаются к естественной скале. Однако по мере того, как они приближались, она поняла, что они приближались к массивной стене, легко двести футов высотой. Это была Черная стена, о которой тогда говорил сир Джорах, и она должна была признать, что название было удачным. Построенное из того, что выглядело как плавленый черный бетон, сооружение имело парапет через каждые пятьдесят футов, что позволяло солдатам смотреть вниз на город с лучниками, пращниками и горшками со смолой, если это необходимо.

Она не хотела бы пробить его ничем, кроме боевого корабля и набора гаубиц. При средневековой тактике и оружии стоимость жизней и материалов была бы астрономической. Слон и его сопровождающие остановились, когда сир Джорах выступил вперед и обратился к стражникам у ворот. Мужчины носили пластинчатые кожаные доспехи с обнаженными руками и ногами. Однако наконечники их копий были стальными, а щиты выглядели достаточно крепкими. После нескольких слов караван двинулся вперед, хотя Тейлор заметил, что половина ее Безупречных осталась позади на небольшом квадрате сразу за стеной. Они стояли парадным строем, не шевеля ни мускулом.

Туннель, через который они прошли, был достаточно широким и достаточно высоким, чтобы позволить трем слонам ходить плечом к плечу, и над паланкином все еще оставалось несколько футов свободного пространства для головы. Что было хорошо, учитывая, что на то, чтобы выйти в первый двор, потребовалось почти пять минут.

Она увидела дворцы с золотыми куполами, тесно прижатые друг к другу и поднимавшиеся на несколько этажей, насколько она могла видеть. Стены продолжали уходить вдаль, охватывая первоначальную валирийскую колонию, основанную за тысячи лет до этого. Тейлор сообразила, что она смотрит на сооружения, такие же старые, как пирамиды на земле, но сохранившиеся и живущие в них.

Несмотря на тесные особняки внутри стены, бульвар оставался достаточно широким, чтобы их слон мог легко пройти. Даже в этом внутреннем святилище Старого Волантиса высокорожденных носили на паланкинах на плечах рабов или в рикшах. По улицам ходили только рабы или наемные низшие. Даже если они носили прекрасные одежды из шелка, замши и парчи, татуировки на их лицах отмечали место раба в обществе.

Улица заканчивалась дворцом, более крупным и великолепным, чем любой другой, с тремя золотыми куполами, возвышающимися почти так же высоко, как и сами черные стены. Значит, это был Дворец Триархов.

Не должно было удивлять Тейлора, что вместо того, чтобы слезть со слона по лестнице, их помощники перенесли слона на второй уровень дворца, на балкон, который простирался почти как пристань для приземления.

Их ждал старик с серебристо-белыми волосами и яркими фиолетовыми глазами в сопровождении двух волантинов-рабов-солдат. В отличие от своих охранников, у него не было татуировок на лице, а его одежда состояла из мантии простого покроя, но затканной шелком различных оттенков, который образовывал изображения свитков.

Мужчина поклонился в пояс, когда Тейлор вышел из паланкина. "Королева Рейнис, повелитель драконов, приветствую вас. Я Гаэль Вассар, канцлер и дядя Триарха Ньессоса Вассара. Для меня большая честь сопроводить вас в Триархию".

Этот человек говорил на диалекте валирийского, который звучал почти как французский по сравнению с латынью - более лиричная, отполированная версия корневого языка. Она понимала это достаточно хорошо, особенно потому, что обманывала, проплывав через поверхностные мысли мужчины.

"Гаэль Вхассар, хорошо встречен", - сказал Тейлор на том же диалекте. Позади канцлера она увидела, что сир Джорах прибыл только с двумя Безупречными. "Я рад, что Триархи Волантиса встретятся со мной. Хотя это было много лет назад, мне сказали, что я посетил этот великий город в детстве. Я счастлив снова увидеть его великолепие, став взрослым".

С Джорахом, Куэйтом и Миссандей позади нее, а также двумя ее Безупречными стражниками по обе стороны, они вошли во дворец.

Ее все еще удивляло, что даже спустя тысячи лет жители Эссоса не развили портретную живопись. Вместо этого залы были заполнены захватывающими дух статуями (у многих по какой-то причине отрублены головы), гобеленами, фресками и фресками. Плитка на полу была искусно уложена, чтобы изображать леса, драконов и воинов, участвующих в эпических конфликтах, некоторые из которых продолжались на сотни футов через полы огромных залов.

Куда бы она ни посмотрела, она видела золото или серебро. Стеклянные окна проходили вдоль самого верха колоннадного потолка дворца, сияя в замысловато собранных хрустальных вазах, от которых светился солнечный свет.

Наконец, они достигли Триархии.

Тейлор ожидал увидеть тронный зал. Вместо этого она вошла в то, что выглядело как компактный прямоугольный зал. Три престола сидели в треугольной ориентации лицом к центру. На каждом из стульев была золотая статуя животного - тигра и двух слонов. И вокруг открытого атриума, где сидели троны, поднимались галереи, расположенные на каждом этаже по пять этажей, каждый из которых был заполнен сиденьями, на которые могли смотреть граждане. Когда она вошла, места заняли несколько сотен человек. Пространство эхом разносилось топотом, который, как надеялся Тейлор, был волантиновским эквивалентом аплодисментов.

Сир Джорах сказал ей, что триархия избрана. Что еще более важно, все они были переизбраны. Это означало, что трое мужчин, наблюдающих за ее входом, должны были выступать для своих избирателей так же, как Тейлор должен был выступать для них.

И спектакль начался сейчас. Мягким телепатическим толчком она заставила Миссандею сделать шаг вперед и во весь голос произнесла приветствие, которое люди Волантиса запомнят. "Теперь перед тобой Рэйнис Таргариен! Повелитель драконов! Законная королева Андалов, Ройнаров и Первых Людей. Повелитель Семи Королевств. Возрожденный Азор Ахай!"

И вот оно . Тейлор не был уверен в использовании названия, но Куэйт настаивал. По крайней мере, он получил ответ. Галереи взорвались возбужденным шепотом и даже несколькими более громкими воплями ужаса. Красные Храмы R'hllor были популярны среди рабов, а это означало , что они были проблемой для ведомых владельцев .

Однако слов было недостаточно. Тейлор вынула один из световых мечей, подняла его над головой, как факел, и зажгла. Отчетливое щелканье заставило комнату замолчать. Но даже этого было недостаточно. Подойдя к ней, Тейлор сосредоточила себя в Силе, соединившись с ней, и медленно поднялась над мозаичным полом.

Ошеломленная тишина сменилась возбужденным шепотом, за которым последовало ревущее изумление, когда Тейлор парила между галереями со своим световым мечом, сияющим в белом оглушающем окружении, гарантируя, что каждый гражданин Волантиса, имеющий право голоса, мог ее видеть.

Она шла к ним как нищая; ей нужно было убедиться, что никто из них этого не понял. Как она описывала сиру Барристану перед тем, как отправить его на его собственную миссию, это была ее техника "Отвлечь их устрашающим".

Она добралась до середины галереи и оставалась там несколько долгих секунд, прежде чем резко упала. Рев превратился в крики тревоги, а затем перерос в топот и плач, когда она мягко приземлилась перед тремя стоящими изумленными Триархами.

Только после этого она отключила свой световой меч.

"Спасибо, что увидели меня", - сказала она, царственно кивнув. "Нам есть что обсудить".

***********

***********

Старейшего из триархов звали Малаку Маэгир. Он был прекрасным примером пожизненного политика, прослужившего триархом дольше, чем Тейлор был жив. Он происходил из древней богатой семьи, но именно время его пребывания в должности Триарха сделало его одним из самых богатых людей в городе.

По ее поверхностным мыслям она знала, что само ее присутствие беспокоило его на фундаментальном уровне. Удивительно, но у него не было проблем с ее полом. Горожане в Волантисе могли не только голосовать, но даже занимать должности. Нет, его беспокоило ее заявление о том, что она Азор Ахай. Как и христиане языческого Рима, вера Р'ллора была растущей рабской религией. В отличие от христианства, Р'ллор не учил прощению. Владыка Света учил, что с плохими вещами лучше справляться огнем и праведным расчленением. И плохие вещи включали в себя все, что священник Р'ллора назвал плохим.

О двух других триархах сир Барристан сказал ей перед отъездом на свою миссию, что Ньессос Вассар был подхалимом Мопатиса Илларио, торговца, который ранее помогал Дейенерис и ее брату Визерису. Как и Мопатис, торговый принц Триарх был заинтересован в страховании своих ставок от монарха Семи Королевств в его долгу.

Итак, решающее голосование досталось Донифосу Пенимиону. Тонкий сорокалетний мужчина с серебристыми волосами и бледно-голубыми глазами, свидетельствовавшими о его валирийском происхождении, Донифос почти ничего не сказал, когда они удалились в личные покои Триарха. Скорее всего, они осознали, что после выступления Тейлора в переполненном зале невозможно какое-либо содержательное обсуждение.

Теперь, устроившись в отдельных комнатах в удивительно удобных плюшевых креслах, с остроумно сухим белым вином, обильно смешанным с соком кровавого апельсина, и на подносе с нарезанным кубиками приправленным мясом, сыром и вкусными маленькими крекерами, они действительно могли разговаривать.

И этот разговор перевернул ее заявление о том, что она Принц, Который был Обещанным.

"Слухи уже распространяются", - сказал Маэгыр. Стройный, старый и лысеющий, старик напомнил Тейлору мистера Бернса из "Симпсонов", вплоть до печеночных пятен на его лысине. "Жрецы и жрицы призывают рабов поддержать вас. Это разрушительно".

Тейлор кивнул. "Я сожалею , никаких нарушений, Triarch. Но я буду Азур Ahai, и мое простое присутствие не может помочь , но причина такого. Я думаю , вы порадовали, то, что я хочу уйти как можно скорее. Столько , сколько я хотел бы видеть больше вашего великолепного города, это не моя цель ".

"Ваша цель, конечно же, - Железный Трон", - сказал Пенимион. Эти бледно-голубые глаза пристально смотрели на нее. "Что вы разрушите, чтобы достичь этого? Я получил известие от одного из капитанов моего корабля, что Астапор попал в гражданские беспорядки через несколько дней после того, как вы ушли со своими Безупречными. Древние семьи гискари убивают друг друга на улице, пытаясь забрать вашего дракона. яйца ".

Тейлор ненавидел ложь, но все равно сделал это с любопытным выражением лица. "Я этого не знал. Это, однако, прискорбно. Чтобы приготовить эти яйца для их владельца, потребовалось много магии. Если их не будет держать в руках нужного человека в назначенное время, магия исчезнет, ??и яйца станут известковыми. в камень, как и я, когда купец Мопатис впервые представил их моей тете Дейенерис ".

"Где Дейенерис?" - спросил Пенимион. "Я имел честь принимать ее брата и ее, когда они были детьми".

Тейлор посмотрел на сира Джораха, который, как и Куэйт и Мессандей, стоял за ее стулом, точно так же, как у Триархов был канцлер позади каждого.

"Триарх, если можно? Я сир Джорах Мормонт, и я был с кхалиси, когда мы прибыли в Карт. Из-за двуличия и предательства колдуны Кута украли драконов и сговорились предать ее. Она и ее последователи были казнены. Я был вынужден наблюдать, как ее больше всего доверяет, пока Ее Светлость не спасла меня ".

Вхассар, самый пухлый из троих, наклонился вперед. "Как ужасно! Скажите мне, ваша светлость, как вы вернули драконов?"

Тейлор мрачно улыбнулся. "Превзойдя магию Чернокнижника своей собственной и сражаясь с помощью нескольких сотен человек. Как вы можете себе представить, Карт не очень доволен мной".

Она отпила вино и внимательно посмотрела на них троих. "Мне нужна еда и два дня, чтобы покататься на велосипеде с моими людьми на берег, чтобы поправить их здоровье. А потом, с вашего позволения, мы отправляемся. Я понимаю, Триарх Маэгир, что у вас были трудности с восстаниями рабов. В ваших тюрьмах полно рабов, которых нужно отправить до смерти. Позвольте мне взять их с собой. Вы будете милосердны, и я избавлю вас от проблемы. И взамен? " Она наклонилась вперед, внимательно рассматривая каждого мужчину. "В свою очередь, любой капитан, несущий вашу марку, не будет платить пошлины в порту Вестероса и не будет платить налоги с продажи своего шелка в течение десяти лет после моего вступления на трон. Любые другие иностранные торговцы будут платить. позволят вам подорвать деятельность торговцев шелком из Лизена и обеспечить себе первенство в торговле шелком с Вестеросом ".

Мэйгир выглядел неубедительным. Двое других, из "слоновьей" партии своей двухпартийной системы, выглядели заинтригованными. И они должны. Из брифинга сира Джораха две группы дошли до Дворянства (Тигры) и Торговцев (Слоны). Тейлор никогда не смог бы победить Мегира. Он был дворянином, озабоченным тем, чтобы остаться у власти и сохранить статус-кво. Купцов интересовали деньги. А ей нужно было всего два голоса.

Два часа спустя Тейлор присоединился к Триархам в публичной галерее, где все трое по очереди объявляли о дружбе Волантиса с Королевой Рейнис Таргариен, Возрожденной.

У нее были свои корабли; у нее была еда и участок земли, которые можно было пройти через своих мужчин в целях гигиены, и у нее были еще пять тысяч бывших рабов, которые восстали против своих хозяев.

В общем, это был довольно хороший день, даже если ей приходилось вести дела в чем-то вроде бикини. Глава двенадцатая: Жрица Проклятых. Приливные равнины в дельте реки Ройн предоставили ее людям безопасное место, чтобы высадиться и потянуться. Они были достаточно далеко от сезона дождей, чтобы не беспокоиться о наводнении.

С едой, поступающей с полной баржи, и с четырьмя дромондами, пожертвованными на ее цели, она должна была быть счастлива. Если они уезжают до того, как сезон дождей принесет наводнение, с ней все будет в порядке.

Проблема возникла из-за ряда барж, заполненных голодными, избитыми, часто ранеными или больными рабами. Они были отправлены сотнями во всех своих ужасающих страданиях. И среди них Тейлор заметил молодую женщину-йитиш в пламенеющей красной мантии, стянутой на талии длинной веревкой, которая несла все свое имущество в маленькой сумке, которая висела на этом поясе.

"Жрица Р'ллора", - сказала Куэйт, когда они с Миссандеи покинули Садулеон, чтобы совершить поездку по Безупречным. На данный момент процент выбытия составляет двести двадцать два мужчины и мальчика, умерших от болезней или несчастных случаев. Сир Джорах был занят работой с Резалем и Гролео, координируя движение тринадцати тысяч человек по пойме, в то же время включив в свой флот пять одаренных дромондов Волантина и их команды.

К чести жрицы, она вела рабов с барж в сухие места, где они могли сесть. Она повернулась, чтобы увидеть Тейлора и Куэйта, и склонила голову, но не остановила свою работу.

"Вам не следовало предлагать забрать рабов", - заметил Куэйт.

Миссандей выглядел шокированным из-за того, что Куэйт сказал что-то подобное, но был сбит с толку, когда Тейлор сказал: "Да, вероятно, это была не очень хорошая идея. Я просто очень ненавижу идею рабства. Как город может называть себя свободным, если большая часть его население - рабы? "

"Я считаю, что свобода - понятие относительное, Аксия. Жизнь раба в Волантисе не так уж отличается от жизни простого народа в Вестеросе".

"Может ли раб Волантиса решить уйти из дома и искать счастья в другом городе? Или открыть собственное дело?"

"Нет. Но это также будет трудно для низшего уроженца Вестероса".

Тейлор задумался о быстро растущей толпе. "Нам понадобится помощь с этим. Миссандей, мне нужно, чтобы ты принесла сотню Безупречных. Меня не волнует, какие подразделения помогут обустроить кухню для свободных людей. Сир Джорах должен иметь возможность перенаправить еду. "

"Да, Аксия". Девушка повернулась и побежала к ближайшему отряду солдат.

Куейт улыбнулся под маской. "Ее чтение и письмо идут хорошо", - отметила она.

"У нее проблемы с математикой", - сказал Тейлор. "Но у нее очень хорошее владение языком. Хорошо, давай сделаем это". С ее игровым лицом Тейлор подошла прямо к жрице. "Как вас зовут?"

Жрица спокойно повернулась, и только тогда Тейлор увидел татуировку пламени на ее правой щеке. "Меня зовут Чжан-Ли, Святой".

"Чжан-Ли, ты останешься с этими людьми или собираешься вернуться в Храм?"

Женщина моргнула, как будто эта мысль не пришла ей в голову. "Я раб, как и они, Святой. Я был заключен в тюрьму и приговорен к смерти, но Господь Света счел нужным освободить меня к тебе".

Вокруг женщины был слабый миазм энергии темной стороны, но не такой сильный, как то, что Тейлор чувствовал от колдунов. Если у жрицы была сила, она не была сильной. "Если ты останешься, Чжан-Ли, я бы предпочел, чтобы ты называл меня" Ваша светлость ", королева Рейнис или Аксия".

Жрица посмотрела на Куэйта. "Аксия - хорошее слово. Если тебе это нравится, ты будешь для меня Аксией".

"Хорошо. Теперь нам нужно начать разбираться в этих толпах. Держите семьи вместе. Любые одинокие женщины или дети размещайте вон там. Любые одинокие мужчины напротив. И всех, кто срочно нуждается в исцелении, отправьте в палатку, я Вскоре собрались. Я послал за людьми, чтобы они начали готовить еду. Найдите как можно больше этих людей, чтобы они помогли вам ".

Миссандеи вернулась с отрядом Безупречных, одетых, словно готовых к бою. Тейлор не удивился, увидев, что Серый Червь вел их. Она указала на равнину, заполненную собирающимися рабами. "Нам нужно накормить этих людей. В конце концов, я хочу, чтобы они выполняли работу сами, но прямо сейчас им нужна помощь. Мне нужно, чтобы вы и ваши люди работали с Миссандеи там, чтобы доставить этим людям еду".

Безупречные на мгновение выглядели смущенными, прежде чем преодолеть свои колебания, обратив внимание. "Это будет сделано, Аксия", - сказал Серый Червь.

День пролетел незаметно. Под большой брезентовой палаткой Тейлор снова занялся исцелением. С Куэйтом и несколькими Безупречными она установила некоторые рекомендации, так как у нее было несколько чугунных котлов, настроенных на кипение.

"Это ваши правила", - громко сказала она своему импровизированному медицинскому персоналу. "Мойте руки теплой водой перед каждым пациентом. Не допускайте попадания крови друг на друга. Не допускайте попадания их крови или других телесных жидкостей в рот, нос или глаза. Если у вас есть порез, вернитесь к своему другие обязанности. Любую открытую рану, которую вы лечите, необходимо промыть горячей водой, кипяченым вином и чистым бельем. Если вы узнаете симптомы неизлечимой болезни, отделите их от остальных во второй палатке ".

Больные и раненые приходили сотнями. Гораздо больше, чем можно было лечить. За этим последовала та же ужасная математика, которую Тейлор использовал в Новой Зеландии. Это была не просто жизнь или смерть, это действительно решало, кто умер, а кто выжил. Что еще хуже, ей не разрешили принять решение как 19-летней современной американке, руководствуясь современной американской моралью и этикой.

Нет, она осознала мораль своего нового общества на ранней стадии, когда Куайт незаметно увел хромого, голодающего малыша в неизлечимую палатку, чтобы стол Тейлора мог быть заполнен раненым человеком, у которого был потенциал сражаться в будущем.

Сортировка конечных возбудителей. Вылечите плащи, собственно боевые сначала, а потом мирных жителей.

В каком-то смысле Тейлор оказалась в зависимости от Куэйта. В конечном итоге Заклинательница теней в маске провела сортировку сама, приведя к Тейлору тех, кого она могла вылечить, и которые могли иметь наибольшее значение для их дела.

Но даже в этом случае не все можно было вылечить.

К счастью, большинство из них просто страдали от недоедания, которое Серый Червь и его люди уже тогда помогали решить. Но многие страдали от кишечных паразитов, клещей, вшей, блох, укусов инфицированных пауков, укусов змей и целого ряда болезней, напоминающих вещи из учебников истории. Если бы у нее были таблетки пенициллина, она могла бы вылечить там половину людей.

Она этого не сделала.

"Вы благодать?"

Моргнув усталыми глазами, она подняла глаза и увидела сира Джораха, держащего ей чашу. "Вы не ели весь день".

Она была потрясена, увидев звезды, сияющие в тусклом свете факелов Волантиса. Даже в самых крупных городах света было недостаточно, чтобы скрыть звезды.

Женщина, которую она вылечила от того, что было похоже на туберкулез, слезла со стола, ее лицо покраснело, а руки дрожали, когда она пала ниц. "Благословенная Аксия, спасибо!" Куэйф подошел и осторожно повел рыдающую женщину обратно в поля, где спали другие освобожденные рабы.

Вместо того, чтобы взять миску, Тейлор подошла к одному из котлов с кипяченой водой, использовала ковш и вымыла руки, как могла. Когда она принялась за еду, она нашла густую похлебку из морепродуктов, наполненную овощами, моллюсками и пшеничной лапшой. "Спасибо."

Она забралась на свой стол и оглядела палатку. Куэйт снова доказал свою ценность, выпроводив последних своих пациентов. Двое Незапятнанных, которые помогли, получили от своих товарищей свои собственные миски из кухни и рухнули, скрестив ноги, чтобы начать жадно есть.

Куэйт на мгновение присоединился к ней. Тейлор встретился глазами с женщиной. "Ты отлично справился сегодня".

Заклинатель Теней поклонился. "Я ничего не делал, Аксия. Даже в самом глубоком изучении я не знал ни одного Переплетчика или Мастера, который мог бы принести исцеление, как ты".

Тейлор почувствовал присутствие рядом с палаткой. Чжан-Ли .

"Это потому, что магия и боги этого мира погружены во тьму", - сказал Тейлор между укусами. Она говорила со жрицей не меньше, чем со своим другом. "Жизнь - это равновесие. Жизнь, смерть. Любовь, ненависть. Свет, тьма. Но даже те, кто утверждает, что принадлежат к свету в этом мире, воняют темнотой. Тьма не может исцелить. Только когда есть равновесие, мы можем найти мир в нем. мы сами и исцеление для других. И ... у нас есть входящие ".

"Что...?"

Темерайр приземлился у входа в палатку, напугав двух Незапятнанных. Во время путешествия дракон вырос до размеров большого мастифа с размахом крыльев семь футов. Эллиот и Сапфира шли прямо за ним. Тейлор поспешно закончил. "Да, да, я знаю. Я игнорировал тебя. Пойдем играть". Она поставила миску на стол. "Дети", - легко сказала она Куэйту. "Так требовательно".

Эллиот подпрыгивал, когда Тейлор шагал в ночь. Она увидела жрицу Р'хлера, быстро возвращающуюся к тому месту, где собрались другие рабы в ночи. К сожалению, палаток для них не было, но ночь была достаточно теплой и влажной, Тейлору не пришлось беспокоиться о переохлаждении.

Она провела еще два часа, бегая по равнине с летающими за ней драконами, или охотясь на болотах за массивными волантийскими лягушками или сомами размером с человеческую ногу. Излишне говорить, что Тейлор очень хорошо спал той ночью.

***********

***********

.

Несмотря на все ее усилия, более тысячи освобожденных рабов умерли от своих ран или болезней к тому времени, когда Тейлор подошел к концу отведенного ей двух дней в Волантисе. Преобладающими жертвами были очень молодые и очень старые. Из трех тысяч оставшихся только восемьсот мужчин и мальчиков были достаточно взрослыми и готовы сражаться. Остальные были женщинами и детьми.

Если бы у нее были материалы, она бы вложила арбалет в руки каждой женщины. Но оружия и материалов было достаточно, чтобы оружие или доспехи могли получить только те, кто мог извлечь из них максимум пользы.

Она все равно забрала их всех, посадив на их собственные корабли подальше от одиноких мужчин. В мире, который не рассматривал изнасилование как преступление, она не собиралась иметь совместные корабли.

Дромонды Волантина, которыми она была одарена, на самом деле были кораблями лучшей постройки, чем громадные корпуса, которые она добыла в Заливе работорговцев. Они были почти такими же большими, как корпуса, и имели как носовые, так и кормовые замки для боевых действий.

Единственная причина, по которой она не устроила им пиратство, заключалась в том, что экипажи не были ее людьми. Она была благодарна Волантинскому Триархату, но доверяла им настолько далеко, насколько могла бросить один из их кораблей. Она не сомневалась, что капитаны пяти подаренных кораблей нападут на нее, если она попросит его напасть на его собственный. В конце концов, корабли были отданы ей взаймы, а не сразу.

Поэтому, когда наступил рассвет третьего дня, она приказала своей армии сесть на различные корабли, теперь наполненные новыми припасами, и продолжила свое путешествие на запад.

***********

***********

Через две недели после начала путешествия из Волантиса Гролео заметил на горизонте парус. К этому времени мужчина больше не завидовал присутствию Тейлора в его кормовом замке. В конце концов, это было лучшее место для нее, чтобы наблюдать за своими драконами, летающими вокруг лодки.

Садулеон возглавлял их флот. Это было немного быстрее, чем дромонды, которые Тейлор держал вокруг громадных кораблей в позиции сопровождения. Это означало, что они были в лучшей позиции, чтобы первыми заметить корабль. Пираты в этом районе учились на чужих ошибках и больше не кусались, когда Садулеон плыл один.

"Лысени", - сказал капитан, как только увидел их флаги.

Тейлор не чувствовал опасности в Силе. Когда они подошли ближе, они увидели, что корабль идет по ветру, соблюдая их курс и курс. Как и все на воде, это был медленный и неуклюжий процесс.

"Это сир Барристан, - сказала она.

Весть о новом корабле достигла под палубой. Сир Джорах пришел снизу. Миссандея никогда не покидала колоды, хотя и оставалась рядом с Тейлором на случай, если она понадобится королеве.

Весь процесс занял почти час, прежде чем два корабля уменьшили свои паруса настолько, чтобы позволить грязной лодке взять на борт старого рыцаря. Тейлор не пыталась скрыть облегченную улыбку, чтобы хорошо разглядеть пожилого человека.

"Успех, ваша светлость", - были его первые слова, его глаза гордо сверкали. "Но будет цена".

"Всегда есть".

***********

***********

Послать сира Барристана одного к Лису было трудным решением. Но чем больше она узнавала о Спорных землях, тем больше понимала, что не может просто припарковать там армию, чтобы подготовиться к вторжению в Вестерос. Три города Лис, Тирош и Мир регулярно нанимали армии наемников. Одна из них, бывшая Золотая армия Вилиса Тойна, насчитывала 10 000 солдат-ветеранов со слонами и осадными машинами. Они были самыми большими, но далеко не единственными.

Это было похоже на гигантскую футбольную игру, в которой звездные игроки мгновенно меняли команды, если им платили достаточно хорошо. И единственное, что могло бы объединить три стороны войны, - это приход четвертой стороны и причинять себе неудобства. Насколько понял Тейлор, в Спорные земли одновременно находилось не менее пятидесяти тысяч комбатантов.

И не бездельничали. "Первый Магистр получил известие о сражении возле Древа Корон, даже когда мы говорили", - сказал сир Барристан, подтвердив, что Тейлор не хотел, чтобы ее молодая армия была вовлечена в конфликт с другим городом.

"Итак, каковы условия?"

"Лис поддержит наше дело, подарив нам пять галерей с экипажами и по сто человек в каждой, если мы захватим Глубину Палачей, гавань на острове недалеко от Серой Виселицы, одного из самых больших островов Ступенчатых Камней. Они заплатят вам одну сто тысяч золотых драконов, столько же, сколько они заплатили бы за год службы Золотой Компании. И мы можем оставаться в гавани столько, сколько нам нужно, чтобы подготовиться к нашей великой миссии, а потом передать ее под контроль Лис. "

Он указал на карту. Остров находился на полпути между Эссосом и Дорном, идеальной стратегической позицией для вторжения в Вестерос. "Есть загвоздка", - сказала она. "Должно быть. Гавань контролируется Миром или Тирошем, и мы будем участвовать в войне?"

"Не то, что мне сказали, но я не могу отрицать такую ??возможность, ваша светлость", - сказал Барристан. "Но даже если нет, это будет нелегко. Судя по тому, что мне рассказала Лизен, гавань удерживают двадцать кораблей и более пяти тысяч человек, все пираты. Железнорожденные, люди из Свободных городов, даже люди Семи Королевств. Жители Летних островов. Они. Я грабил торговлю между Вольными городами, Летним островом и Вестеросом, пользуясь гражданской войной Семи Королевств. И по этому поводу у меня есть новости ".

"Они все мертвы, и они просят меня занять место?" - с надеждой сказал Тейлор.

Куайту удалось не усмехнуться. Миссандеи скрыла улыбку, все еще не уверенная, что смеяться можно. Барристан только вздохнул. "Я бы хотел, чтобы это было так. Король Севера был задержан в Риверране и быстро теряет людей. А король Джоффри должен жениться на Марджери Тирелл. Это обеспечит ему людей и земли Хайгардена, а вместе с Хайгарденом - все Предела ".

"Это дает Железному Трону время, чтобы укрепить свой контроль и выстроить свои силы против Старка", - отметил Тейлор.

"Да. Это уже началось".

Тейлор посмотрел на карту. Напротив Барристана сир Джорах сказал: "По правде говоря, ваша светлость, не было никакой надежды на обеспечение базы без кровопролития".

Тейлор отказался от беспокойства. "Я не беспокоюсь об их кровопролитии. Меня беспокоит, что лысеницы лгут нам, чтобы сделать шаг вперед в своей войне с другими городами. Степные камни - спорная территория, точно так же, как и настоящие Спорные земли, верно?"

"Ни один из городов не борется из-за них слишком сильно", - сказал Барристан. "Я сделал себе имя на Кровавом Камне во время Войны Девятипенсовых Королей".

Рассеянно кивнув, Тейлор изучил карты. "Затем мы продолжим движение к Лису. Но я хотел бы поговорить с некоторыми из новых членов нашей команды".

***********

***********

Тейлор нашла человека, которого искала, на " Девичьей губе" , первых пиратских галах, которые они захватили к югу от Валирии. По ее приказу он был переведен, как и остальная часть выжившей команды, с этого пиратского корабля, чтобы убедиться, что на каком-либо корабле не было большой группы пиратов, запуганных бандами.

Этот человек выделялся по двум причинам: во-первых, у него была сильно татуированная, почти черная как смоль кожа, которая блестела от пота, когда он работал. Во-вторых, он был выше шести футов. Он не был стройным. Мужчины его роста не были стройными и стройными в мире, у которого не было достаточно свободного времени, чтобы одержимо поднимать тяжести в тренажерном зале. Скорее, у него был достаточно управляемый, но круглый живот и бицепсы большей ширины, чем бедра Тейлора.

Он вздрогнул, когда она поднялась на борт галеры, очевидно, вспомнив, как она поступала с его капитаном и командой. Ее вездесущие, но ненужные охранники кивнули другим Безупречным на корабле, когда Тейлор направилась к бывшему пирату.

"Тебя зовут Черный Торак?"

"Да, ты милость". Этот человек заставил Общий язык звучать лирично, а не путаницу синтаксиса Первого человека и андальской лексики.

"Я узнал, что вы были первым помощником капитана вашего корабля. Капитан был вашим другом?"

"Кэп был дураком, ваша светлость, - сказал Торак. "Сказал им не атаковать ваш корабль. Слово пришло от флота из Залива Работорговцев. Голодной молодой королеве нужны корабли. Сказал ему, что это ловушка. отказаться от своей доли золота, если бы я не дрался ".

Она отступила в сторону, чтобы лучше рассмотреть татуировки на правой стороне его лица. "Мы мешаем остальной команде. Пойдем со мной, Торак. Я уверен, что у капитана есть немного эля, который он может сэкономить".

Капитан, один из наиболее опытных и заслуживающих доверия людей Гролео, который был более чем счастлив получить возможность командовать, был не менее счастлив отдать ей свою каюту с кружкой эля. Ради приличия, Тейлор взяла с собой свою охрану, когда они устроились вокруг тесного столика с картой капитана.

"Лис предложил нам корабли и деньги, чтобы отправиться в Глубину Палачей и забрать их от их имени", - сказал Тейлор. "Каков вкус ветра для такого предприятия?"

"На вкус как смех магистра, простите, ваша светлость".

"Потому что его держит Мир или Тирош?"

"И то, и другое, ваша светлость. Это корабли Тироши или Мириша. Команды Тироши или Мириша. Под пиратскими флагами. Сильно тридцать кораблей. Пять, шесть тысяч человек. Они совершают набег на корабли Семи Королевств или Лисени, покидают корабли Мириш или Тироши. Через несколько лет Лис и Мир одержат победу над Тирошем, затем Лис и Тирош победят Мира. Игра. Игра в кости ".

"С тобой и твоими играми в кости", - резюмировал Тейлор.

Главный осушил свою кружку. "Именно так."

Было заманчиво довериться этому мужчине. Но все, что потребовалось, - это беглость по его поверхностным мыслям, чтобы понять, что он избьет ее и изнасилует прямо здесь, в офисе, если ему дадут малейшую возможность. Капитан, которого она убила, был его другом, и он ненавидел ее за смерть. Если бы он подумал хотя бы на мгновение, что ему это сойдет с рук, он заставит ее страдать. Торак не был хорошим человеком; он был пиратом по своему выбору и торговле.

Она бросила ему медный картон. "Ты хорошо поработал, Торак. Можешь идти".

Он в знак благодарности приложил монету ко лбу и ушел. Позади нее Серый Червь откашлялся и показал, что тоже хорошо разбирается в людях. "Плохой человек, Аксия".

"Даже у плохих людей есть свои применения, Серый Червь", - согласилась она. "Но да, он не ты и не твои братья. Он не тот, кому я могу доверять". Она встала и улыбнулась своей Безупречной. "Вы когда-нибудь хотели стать пиратом?"

К сожалению, Серый Червь, как и другие Безупречные, не мог улыбаться. "Я не знаю, Аксия".

"Ну, ты скоро узнаешь".

***********

***********

"Вы не можете доверять обычному моряку", - сказал сир Барристан, когда она представила свой план. "Ваша светлость, этот человек видел, как вы убили его капитана!"

"Он это сделал. И весь разговор он хотел меня выпотрошить", - сказала она. "И это была самая приятная мысль в его голове. Однако он не лгал. Поверьте мне, Барристан. Я знаю, когда мне лгут люди. Лис пытается использовать нас как компанию по продаже парусов, чтобы избавиться от врагов их."

На самом деле Тейлору было грустно видеть разочарование Барристана. Она знала, что он упорно трудился, чтобы добиться этого соглашения с Лисом. Это был хороший, доверчивый человек, который верил, что слова магистра Лысени верны. Он сделал это, потому что его собственное слово было хорошим.

"Что заставило вас подумать спросить этого человека, ваша светлость?" - спросил сир Джорах.

"Они предлагают золото", - сказал Тейлор. "Потому что в тот момент, когда они платят нам, мы работники. И если мы принимаем золото и сражаемся за них, мы не лучше, чем сами наемники".

"Значит, я подвел тебя", - сказал сир Барристан.

"Провалил меня?" Тейлор потянулась через стол с картой в своей комнате в Садулеоне и взяла мозолистую руку старика. "Сир Барристан, вы отлично справились. Вы добросовестно вели переговоры с ненадежными союзниками. И благодаря вам мы знаем, куда мы собираемся плыть".

Мужчина выглядел смущенным, но только на мгновение. "Ты хочешь взять гавань, несмотря ни на что".

"Да. Я собираюсь потребовать его для Вестероса, и когда мы начнем переговоры с Дорном, я попрошу принца Мартелла взять на себя управление Степными камнями от имени Железного Трона. Прямо сейчас Дорн является наш самый важный возможный союзник. Даже если принц Доран не примет меня как свою племянницу, он может принять меня как лучший шанс достичь своих целей. Вот почему вы не выполнили свою миссию, мой друг ".

Сир Барристан встретился с ней взглядом и кивнул. "Я знаю принца Дорана. Он хороший человек. Его брат - в лучшем случае гадюка, но Доран, по крайней мере, услышит мои слова".

"Завтра отправляйся в плавание", - попросил его Тейлор. "Сегодня вечером отдохни".

"Я буду, ваша светлость". Глава тринадцатая: Отсутствие стоматологической гигиены. Тейлора не должно было удивлять, что Гролео был знаком с Глубиной Палача. Достаточно знакомый, чтобы нарисовать карту.

"Это хорошая, защищенная гавань", - сказал недавно назначенный адмирал флота Тейлора. "Требуются весла, чтобы пройти через вход в гавань, но, оказавшись внутри, вы получаете укрытие от шторма и волн. Гавань может легко поставить на якорь пятьдесят кораблей. В городе есть все, что вам нужно, чтобы укрепить или отремонтировать корабль. Продовольствие. И стена-занавес вокруг всего города, которая придает ему естественную защиту ".

Он нарисовал гигантскую давно потухшую вулканическую кальдеру. По крайней мере, на это надеялся Тейлор. Внутренние стены оставшейся кальдеры спускались к океану на противоположной стороне острова, но с внутренней стороны были отвесные базальтовые скалы. Судя по тому, что ей сказал адмирал, в самой низкой точке скалы были почти двести футов высотой ...

Резаль почесал подбородок, глядя на рисунок углем. Он привел с собой двоих своих людей для планирования, а также (неудивительно) Серого Червя. "Радиз, что ты думаешь?"

Радиз на Шаржаек был всего на несколько лет моложе своего двоюродного брата. Он сказал дюжину слов на Общем языке, поэтому не пытался. В говор Новой Ghis, сказал он, "Незапятнанная может спуститься на скалы. Легче идти вниз с обрыва , чем вверх."

Он повернулся к Серому Червю. Тейлор был рад отметить, что свободные люди Нью-Гиса, похоже, не заботились о статусе Незапятнанных как бывших рабов. Они обращались с ними как с солдатами, и Безупречные, насколько мог судить Тейлор, хорошо отреагировали. "Безупречные отбили скалы Гозаи".

Серый Червь кивнул. "Мы можем спуститься на канатной дороге". Он не прокомментировал, насколько опасно это будет в темноте, и это единственный раз, когда они смогут это сделать, не рискуя быть оторванными от стен огнём стрелы или арбалета.

"Так что же произойдет, если мы поплывем ... скажем, на трех кораблях в гавань?" - спросил Тейлор адмирала.

"Зависит от того, под какими флагами мы будем летать", - сказал старый морской волк. "Мы летаем под флагами Волантина или Лесни, они разбегаются или атакуют. То же самое с флагами Вестерози. Если мы летаем черно-белыми? Значит, мы одни из них".

Тейлор повернулась к своим офицерам. "Сколько времени потребуется, чтобы спустить с обрыва четыре тысячи человек?"

Радиз посмотрел на Серого Червя. "Не менее двух часов. Плюс время, чтобы добраться туда".

Незапятнанный мрачно кивнул. Это было его выражение лица по умолчанию.

Резаль почесал бороду. Он перестал умирать с тех пор, как присоединился к ним, и он больше не был смазан. Вместо этого он был просто толстым, черным и густым. "Халкам придется отступить и выйти на берег после захода солнца".

"Садик, я хочу, чтобы ты и Серый Червь привели три тысячи человек через край кальдеры", - решил Тейлор. "Режаль, я хочу вместить как можно больше Безупречных в три захваченных галеры. Незначительные припасы. Адмирал, если вы хотите, я бы хотел, чтобы вы отправили эти три корабля в бухту вместе со мной и моей группой во время день. Сир Джорах, вы будете наблюдать за блокадой в устье гавани до сумерек. Если стороны устья доступны, попробуйте укрепить их ".

Она коснулась пальцем центра естественной гавани. "Как только наступит ночь, мы двинемся. Нам понадобится столько лодок и баркасов, сколько мы сможем погрузить на три головных корабля. Отправьте Незапятнанных, чтобы захватить как можно больше пиратских кораблей. Даже если мы получим только три или четыре, это три или четыре, которые мы сможем использовать в нашем вторжении.

Она встретилась глазами с каждым мужчиной. "Убивайте только бойцов. Всякий, кто бросит свой меч, должен остаться в живых. Мне все равно, чего хотят Лысени, у меня нет желания убивать всех в этом месте. Я приведу небольшую группу к берегу, чтобы оценить ситуация в то утро. Я предоставляю вам, ребята, работать над деталями и конкретными деталями. Вопросы? "

"Что, если они все будут драться?" - спросил Режаль.

"Жизни моих людей более важны, чем жизни этих людей", - сказал Тейлор ровным тоном. "Я не хочу неизбирательного убийства, но если кто-то представляет опасность, устраните этот риск".

"Понятно", - сказал офицер Гискари.

Тейлор повернулся к Куэйту. "А ты, мой друг, поможешь мне с маскировкой".

***********

***********

"Прошло несколько лет", - сказал Гролео Тейлору два дня, когда его команда складывала паруса и ставила весла в воду. "Но есть редкий человек в море, который не занимался пиратством здесь или там. Тирош будет предлагать письма маркиза против Мира или Лиса, и наоборот. Золотая приманка коснется любого человека. Я не хотя у меня хватило смелости. Я не возражал против драки, так сильно. Это было все, что произошло после того, как мне было наплевать. Взял жену вместо рабыни и просто увидел, что мой второй внук родился еще до того, как я уехал на эту комиссию еще в Пентосе ".

Тейлор чувствовала себя плохо из-за того, что она не знала даже так много об этом человеке. "Как ты думаешь, ты сможешь нас туда доставить?"

"Попасть внутрь легко, ваша светлость. Выбраться снова будет проблемой".

На палубе корабля находились только матросы - смесь первоначальной команды Гролео, горстка захваченных пиратов, которых Тейлор считал достаточно надежными и не слишком залитыми кровью; и Безупречный, одетый для этой роли.

То же самое и с двумя другими кораблями, плывущими на расстоянии крика. А впереди перед ними вырисовывалась Глубина Палача.

Остров был, как и описал Гролео, массивной разрушенной кальдерой. Обод кальдеры поднимался намного выше на северной стороне и сужался к южной стороне, где казалось, будто древний вулкан извергнул свои внутренности. Спустя века самая южная оконечность кальдеры откололась, образуя идеальный вход в глубокую кристально-голубую гавань с пляжами с черным песком и, судя по густоте джунглей за ней, плодородный серп защищенной земли.

Это было похоже на рай, что заставило ее задуматься, не было ли название Падь Истязания предназначено только для того, чтобы держать людей подальше.

Три галлисы плыли через вход в гавань. Тейлор обнаружила, что изучает две скалы, образующие вход в гавань. Стены были неровными и возвышались всего на двадцать футов над водой на том конце острова. Чтобы возвести там укрепленные башни, потребовалось бы много времени и усилий.

Но это можно было сделать. Даже со средневековыми технологиями это можно было сделать.

Уилис Тойн поднялся на палубу. Он был одет по такому случаю, одетый в домотканые брюки и простую льняную блузку, с широким кожаным ремнем, на котором на одном бедре висел дотракийский арах, а на другом - нож длиной в фут. Он нашел старую потрепанную кожаную шляпу, которая делала его похожим на статиста из одного из любимых фильмов Дины о пиратах, оставшихся дома.

Он небрежно поднялся по лестнице в задний замок, где Тейлор и Гролео стояли рядом с тиллерманом. Тейлор надела брюки-кюлоты, но отказалась от бронированного килта, который она купила в Нью-Гизе. Тем не менее, она носила свой тяжелый кожаный жилет, потому что это было самое близкое к бюстгальтеру вещь, которую она могла подойти. Еще она носила шляпу, потому что, очевидно, настоящие пираты носили шляпы. Она также приняла несколько золотых челок на руку, потому что, очевидно, настоящие пираты тоже носили свое золото, и небольшую серьгу с зачарованным рубином, которую Куит сделал для нее. Для всех, кто смотрел на нее, ее глаза были зелеными.

"Знаешь, ты не так уж плохо ищешь причудливо высокую пизду", - приветствует Тойн.

"И все же ты такой же глупый, как выглядишь", - возразил Тейлор.

Тойн рассмеялся. "Да. Эта пизда Стрикленд, конечно же, перехитрила меня".

Она решила взять с собой на берег Тойна и его людей из-за того простого факта, что он и его люди уже были там раньше. Многие из Золотой Роты служили не только наемными мечами, но и наемными парусами, занимая места на борту различных кораблей для плавания вокруг океанов в обмен на их клинки в любых боях или абордажных действиях. И все пираты в конце концов бросили якорь либо на островах Василисков, либо на Степных камнях.

Ни один другой корабль не бросил им вызов. Она могла видеть немногочисленные экипажи примерно двадцати кораблей, стоящих на якоре. Большинство из них были одномачтовыми шлюпами или винтиками меньшего размера. Было несколько галлисов и даже огромный трехпалубный двухмачтовый дромунд, превосходящий даже волантинские корабли, которыми она была подарена.

"Это корабль Чернозубой Тары", - сказал Тойн, кивнув чудовищному кораблю. "Несколько лет назад помог перевезти некоторых из людей моего папы на скалу Палача. Мерзкая сука, эта Тара. Я думаю, она тебе понравится".

Гролео встал на якорь. Здесь не было ни причалов, ни пирсов, только длинный изогнутый пляж с черным песком, окруженный лодками и баркасами. Взгляд на небо показал, что еще до заката осталось несколько часов. В глубине души она чувствовала, как ее драконы с Силой неуклонно приближаются. Они были с основным флотом, плывя к северу от острова, где они разделятся и обрушатся на свою цель с двух направлений.

Они сели на лодку и направились к берегу, только она, Уайлис Тойн и восемь других мужчин Вестероса. Она знала, что все они могут предать ее в любой момент, но Сила сказала ей, что они этого не сделают. А сзади? Она оставила позади почти тысячу человек между тремя кораблями, толпившимися вместе до захода солнца.

"Torturer's Deep" напоминала декорацию из фильма, где каждый был в персонаже. Многие здания даже выглядели как декорации - кирпичная кладка там, где были видны, и гниющее дерево позади. Воздух был далеко не таким душным, как в Волантисе, с запахом подавляющего числа людей, теснившихся в тесноте. Но это ни в коем случае не пахло хорошо.

Она увидела, как неочищенные сточные воды сбрасывают в гавань, а не просто оставляют в открытых выгребных ямах на краю грубого поселения. Но в самом поселении?

Он не сильно отличался от иностранных портов Кварт, Нью-Гис, Толос или Волантис. Она видела гостиницы и пивные, бордели и частные дома. Конструкция состояла из широких окон и высоких крыш для облегчения вентиляции. Мужчины в домотканом или рваном белье слонялись с выпивкой или проститутками на коленях. Некоторые работали, кузнечное дело, изготовление бочек или другие профессии, поддерживающие движение.

Это не было похоже на логово пирата. Это было похоже на молодую колонию. Никакой формы. Просто люди пытаются отдать должное.

"Ты! Ты готов умереть, чертова пизда!"

Тейлор обернулся на волну гнева слева от нее и увидел, как большой мужчина из Вестероса в кожаной кольчуге и шерстяных шортах выхватил меч и бросился прямо на них. Тойн потянулся к своему собственному араху, но внезапная атака застала его врасплох.

Тейлор шагнула вперед и, сохраняя инерцию, ударила мужчину по подбородку достаточно сильно, чтобы откинуть его голову назад и сбить с ног.

"Ваш бывший парень?" - спросила она через плечо.

"Это один из домашних питомцев Стрикленда", - сказал другой из вестеросцев, Пейт.

"И он никогда никуда не ходит один", - добавил Тойн.

Короткий приступ насилия привлек больше внимания. Из зданий вокруг вышли вооруженные люди. У большинства не было доспехов, а их оружие варьировалось от мечей и копий до серпов и молотов.

Однако вместо того, чтобы атаковать, они собрались вокруг и просто остановились, чтобы посмотреть, что происходит. Однако толпа разошлась, когда пришел другой вестерози. Этот человек возглавлял группу из четырех человек и был одним из немногих, кого Тейлор видела выше себя. Он носил тяжелые латные доспехи, которые, должно быть, изнуряли в тропической среде. На нем не было шлема, хотя он был достаточно уродливым человеком, которого, вероятно, следовало бы носить. В его носу было больше изгибов, чем на горнолыжном склоне, а на лице было пять различных ножевых шрамов.

За ним шли четверо мужчин в кожаных доспехах, похожих на первого. Все они остановились прямо в кругу зрителей, чтобы посмотреть на упавшего человека, а затем на Тойна.

- Уиллис Тойн, - прорычал бронированный мужчина.

"Торман", - кивнул и ухмыльнулся Вайлис. "Что, хочешь, черт возьми, поцеловать? Вытащи свой меч, гребаный ублюдок".

"Следующий человек вытаскивает меч, теряет яйца", - прорычал Тейлор. Она повернулась и посмотрела на Тойна. "Встань или закончи свои дни Безупречным!"

"Слишком поздно для этого, извините, - сказал Пейт. "Тойн здесь уже изрядно запятнан".

Тем не менее, Вилис понял сообщение. Тейлор повернулся к мужчине в доспехах. "Я Высокий Тейлор, капитан Проклятия Девы. Тойн - мой человек. Он прибыл на корабле, который я взял.

Торман направил обнаженный меч на лежавшего на земле человека. "Эта пизда напала на одного из моих мужчин".

"Ваши люди напали на нас, и я повалил его на землю", - возразил Тейлор. "Он не мертв, просто действительно, очень глуп. А ты тоже дурак, или мы закончили?"

"Ты позволишь какой-нибудь тупой гребаной шлюхе так с тобой разговаривать, Пик?" - сказал один из людей Тормана.

Тейлор ничего не мог с собой поделать. Вся ситуация была настолько нелепой, что ей пришлось рассмеяться. "Уайлис, будь милым. Держи мое копье, пока я выбью глупцов из этих людей".

"Ты же не собираешься использовать это магическое дерьмо Ассай?" - спросил Вилис.

"Нет", - заверил его Тейлор, передавая ему свое короткое копье и щит.

"Ты думаешь, я сдержусь, потому что ты гребаная женщина?" - крикнул Торман.

"Это был бы действительно глупый способ умереть", - сказал Тейлор.

"Перестань называть меня глупым!" Он поднял свой меч и бросился вперед, нанеся мощный удар вниз. Она должна была признать, что это не было ни неуклюже, ни медленно. Если бы не Сила и несколько лет боевого опыта и тренировок, он бы разрезал ей голову пополам.

Вместо этого она отступила, выбила его колено из-под него, зацепила его шею ладонью и ударила его о землю изо всех сил. Трое мужчин позади напали вместе. Тейлор поднял удушающий, потрясенный меч Тормана из его онемевших пальцев. Он был намного тяжелее светового меча, но позволял ей блокировать удар человека слева.

Она повернулась и толкнула его голову локтем, а затем сальто через его плечи обрушила обе свои ботинки на мужчину посередине. Это заставило третьего человека изо всех сил пытаться занять лучшую позицию для своего меча. Он удивил ее, схватив кончик лезвия и толкнув ее почти как гарроту . Опять же, ни неуклюжий, ни медлительный, этот человек тренировался с оружием.

Она наклонилась назад, чтобы избежать этого, затем нырнула под мощным ударом спины и ударилась пальцами по его горлу. Удар настолько его удивил, что он отступил вовремя, чтобы получить еще один мощный удар спереди.

Волна предупреждения в Силе отправила ее вперед как раз вовремя, чтобы избежать мощного удара Тормана Пика. Он последовал за ним, хромая, но в ярости. Тейлор не дала ему возможности атаковать в третий раз, нанеся мощный удар коленом ему в подбородок. Она схватила пластинчатую броню, когда перевернула его. Используя Силу, чтобы преодолеть массу, она неуклюже перевернула мужчину через плечи, повалив его прямо туда, где выздоровел первый из его дружков.

"Это было весело, - сказал Тейлор. "Уайлис, ты хочешь напасть на него?"

"Не то чтобы ты оставил мне много", - скулил бывший раб.

Тем временем Торман медленно приходил в себя, когда из толпы вышли еще двое мужчин в латных доспехах. Тейлор немного испугалась, когда она увидела, что они должны быть братьями Тормана, поскольку единственное, что их отличало, - это количество сломанных носов и щек, а также борода, которую носил старший.

Вместо того, чтобы атаковать, новички посмотрели на пятерых мужчин на земле, затем на Тейлора, а затем на Уайлиса Тойна. Старший засмеялся.

"Торман, дурак, ты только что позволил другой женщине надрать тебе чертову задницу?"

"Заткнись, Лас", - прорычал первый мужчина в доспехах, медленно, болезненно поднявшись на ноги. "Моя драка была с Тойном, но сука сделала его своим".

"Брат, мне кажется, что она сделала тебя своим". Толпа, которая наблюдала, разразилась смехом и кошачьими криками.

Бородатый мужчина шагнул мимо кучи своих людей к Тейлору. Он не сделал ни шага, чтобы обнажить меч. "Вам придется простить моего младшего брата. Я почти уверен, что наша мать слишком много раз бросала его ему на голову. Я сир Ласвелл Пик из Дома Пик, к вашим услугам".

"Высокий Тейлор", - сказала она. "Капитан Проклятия Девы".

Бровь, похожая на гусеницу больше, чем на человеческое лицо, удивленно приподнялась. " Maiden's Bane? Разумеется, никто такой красивый не мог бы плыть на корабле с таким именем".

Тейлор подавил смех. "Ты мне нравишься, ты забавный. Мы закончили здесь? Какая бы история ни была у твоего народа с Тойном, теперь он мой. Он прибыл на корабле, который я взял".

Ласвелл повернулся к Уилису. "Прислужник Стикленда моего брата, мальчик. Я не участвовал и не знал о том, что произошло, пока дело не было совершено. Майлз был хорошим человеком и хорошим капитан-генералом. У меня нет проблем с тобой. И пока я возглавляю дома Ласуэлл, и мои братья тоже ".

"Стрикленд продал его Аскону Рыжему", - сказал Торман Пик, уже полностью встав на ноги. "Аскон был другом компании".

"Здоровяк с жемчугом в бороде?" - спросил Тейлор.

"Это был он", - сказал сир Ласвелл.

"Он напал на мой корабль. Итак, я убил его и половину его команды, взял его корабль и освободил его рабов. Как я уже сказал, Уайлис пришел с моим новым кораблем. Он осел, но он мой".

- Значит, просто рабыня другого покроя, - сказал Торман.

"Сир Ласвелл, мне нужно снова избить твоего брата? Или мы наконец-то можем выпить?"

В отличие от своего брата, Ласвелл считал все это шуткой. "Да, миледи, это звучит как прекрасная идея".

Она указала на Тормана. "Первый раунд на нем. Я закрою второй".

"Тогда мир!" Ласвелл согласился.

***********

***********

В пиратской бухте был ром. Они называли это сахарным вином, но это был ром. И оно было полностью дистиллированным, хотя и не таким крепким и немного более сладким, чем то, что Скапетти представил ей на Гавайях. Ласуэлл Пик действительно выглядел разочарованным, когда она не подавилась этим, как будто они с Эммой не красть Джеймсон ее отца в течение многих лет.

Ее работа с ромом послужила испытанием, особенно когда она проглотила свою первую порцию и сказала: "Неплохо. Я выпила спиртное, от которого у тебя сгниет кишечник, но это не так уж плохо".

Это вызвало у нее рев одобрения, и в конце концов все волнения улеглись. Стол, за которым они сидели, выходил на залив через несколько открытых окон с захватывающим видом на естественную гавань. Стена кальдеры уже отбрасывала тень на большую часть залива. Повсюду висели длинные фонари, крепко удерживаемые в маленьких железных зажимах. Это создавало странно романтическую обстановку.

За исключением, конечно, вони немытых тел и гниющей пищи, разбросанной по полу старым тростником.

Помимо нее, Ласуэлла, его среднего брата Пайквуда и их знакомой, стол был достаточно большим, чтобы вместить Тойна и двух его людей. Остальные сели рядом. Торман со своими людьми сел напротив Уилиса.

Единственная другая женщина была вдвое выше Тейлора, вдвое больше ее в обхвате, с ужасно гнилым передним зубом, длинными бледно-золотистыми волосами и фиолетовыми глазами. К удивлению Тейлора, Чёрный Зуб Тара была одним из самых могущественных пиратских капитанов в Пади Истязания. Ее первый муж похитил ее из деревни на юге Эссоса, женился на ней, а когда он умер, она захватила его корабль и добавила еще десять флот.

"Один из этих кораблей -" Maiden's Bane " , - сказала Тара, когда ее представили. Ее голос звучал хрипло, как будто она полоскала горло гравием, курила через нос в течение двадцати лет. "Твой сейчас?"

"Да. Он напал на мой корабль. Так что я его взял".

"Аскон был очень злым парнем", - сказала Тара. "Бригада головорезов и насильников. Почти так же плохо, как Эурон Грейджой. Жнец может схватить его. Тем не менее, я никогда не видел тебя и не слышал о тебе. Ты еще молод, с такой гладкой кожей. ? "

"Ашай", - сказал Тейлор.

Тара долго смотрела на Ласвелл Пик. "Никогда не слышали, чтобы кто-нибудь из Ашшай сказал, кроме этого претендента Таргариена".

Учитывая, что Тейлор отплыл прямо из Волантиса, ей пришлось задаться вопросом, как кто-то слышал о ней. "Я мог бы познакомиться с ее светлостью", - отметил Тейлор. "У нее есть Shadowbinder для магии. Что еще более важно, она путешествует с бывшим капитаном королевской гвардии короля Эйриса Таргариена. Если она притворяется, она чертовски хороша".

"Говорят, у нее черные и золотые глаза, как у ее дракона", - сказала Тара.

"Многие из Ассая так и делают", - солгал Тейлор. "Это знак колдовства, которое они должны совершать, чтобы не дать тьме убить нас".

Ласвелл пронзительно посмотрел на Тойна. "Вы встречали этого самозванца?"

"Да", - сказал Уилис. "И я встретил самого сира Барристана Селми, который стоял рядом с ней. Тот же самый хрен, что убил старую Мэйлис Блэкфайр в тот день. Знаешь, кто там еще? Старый сир Джорах".

"Мормонт?" - сказал Ласуэлл. "Правда? Его жена-шлюха все еще расхаживает на руке Трегара Ормоллена. Если бы настоящая жена этого человека тряслась в своих ботинках. Последнее, что я слышал о Мормонте, он вступил в связь с Королевой Нищих. ее выдать замуж за какого-нибудь дотракийца? "

Он уже все это знает . Он знает, что у Даэнрис были драконы. Он знает, что она мертва. И он знает, что теперь они есть у Рейнис Таргариен.

"Вы, кажется, очень заинтересованы в ее милости", - сказала Тейлор, потягивая более умеренно сахарное вино. "Золотая компания была нанята, чтобы бороться с ней?"

"Прямо сейчас компания заключила контракт с Миром", - признал Ласвелл. "Это все время меняется. Кто знает, кто будет держать наш контракт завтра?"

Кто-то начал играть на лютне, к громкому одобрению тех, кто не заходил так далеко в свои чашки, чтобы слушать. Последовала пара дудок, сыграв веселую мелодию. Тейлор ждал, что какой-нибудь недоделанный пират сядет на стол и начнет танцевать. Вместо этого женщина встала и начала танцевать с мужчиной в углу. Не похабный, не хриплый. Просто медленные, веселые танцы.

"Есть ли в Ашаи люди с золотыми глазами?" - спросил Ласуэлл. "Несомненно, ее светлость - одинокая женщина".

"Ее милость требует, чтобы любой мужчина, который считает себя подходящим, смотрел на одного из ее драконов. Теперь они достаточно большие, чтобы отрубить человеческое лицо одним укусом".

"Звучит хуже, чем мой папа", - сказала Тара. "Кажется, это вас не беспокоит".

"Мне предстоит много приключений, прежде чем я почувствую необходимость связать себя с мужчиной", - признался Тейлор. "Что насчет тебя, Тара?"

"У меня много людей", - сказала королева пиратов с почерневшей улыбкой. "Иногда два или три за ночь, если я чувствую зуд".

Тейлор ничего не могла с собой поделать. "Зуд возникает до или после мужчин?"

Тара смотрела в ответ очень долго, прежде чем разразиться хриплым смехом. "Мне нравится эта пизда, Лас! В ней ожесточенная борьба, и за ее красивыми зелеными глазами стоит мозг. Как и она".

Прежде чем что-либо еще можно было сказать, зазвонил колокол. Эти не слишком пьяные пираты медленно поднялись на ноги. В гостиницу вбежала женщина. "Плывите мимо гавани! Плывите мимо гавани! Это блокада!"

"Какой флаг развевается, Бета?" - потребовала ответа Тара.

"Не вижу в темноте".

" Соленый ветер горит!" - крикнул моряк. "Воры в гавани!"

Действительно, через окно Тейлор мог видеть один из горящих кораблей. В свете этого освещения все в таверне могли видеть небольшую флотилию лодок и длинных луков, продвигающихся по воде.

"Я не помню, чтобы сжигание кораблей было частью плана", - подумал Тейлор. Глава четырнадцатая: Огонь в бездне. Оглядываясь назад, можно сказать, что первое крупное военное действие Тейлор в качестве королевы было полным провалом с точки зрения казни. Если бы они вообще столкнулись с каким-либо организованным сопротивлением, они были бы сильно разбиты.

Единственное, что спасло ее армию, - это полное отсутствие чего-либо, даже напоминающего организованное сопротивление. Ее путешествие по месту катастрофы началось на следующее утро, когда она стояла на скалистом северном берегу кальдеры, где одна из ее драгоценных громад села на мель на каменной гряде, которая днем ??была хорошо видна прямо под водой, но ночью была скрытый. Нижняя часть корпуса корабля была вырвана с такой силой, что в считанные секунды могла бы затонуть, за исключением того, что сама перекладина частично удерживала корабль над водой.

"Мы потеряли всего пятьдесят человек", - признался Режаль, слишком измученный ночными приключениями, чтобы смущаться. "Все могло быть и хуже. Мы эвакуировали экипаж и людей на берег".

Два других скитальца, которым было поручено доставить большую часть ударных сил в Глубину Палачей, извлекли уроки из гибели первого, остались подальше и переправили солдат на своих лодках. Поскольку половина их береговых лодок была отдана передовым кораблям Тейлора, это заняло вдвое больше времени, чем должно было.

Вот почему Безупречные не достигли города до тех пор, пока Гролео не начал попытки захватить корабли в гавани с переменным успехом, а Джорах начал блокаду устья гавани. Это означало, что вместо трех тысяч Безупречных, упавших на орду спящих пиратов, они вместо этого напали на орду разгневанных, напуганных пиратов.

Тейлор знал, что простой разведчик вокруг острова решил бы риск, они не могли позволить себе продвинутую разведку без риска быть замеченными.

"Сколько жертв в боях?"

"Двести убитых, еще восемьдесят ранены", - сказал Режаль. "Порт охраняется. Люди Гролео охраняли нас только семь кораблей, стоящих на якоре. Остальные стреляли сами или бежали к нему. Из них сир Джорах смог захватить три. По крайней мере четыре корабля избежали блокады".

Это означало, что различные Вольные города знали, что она взяла Падь Истязания .

"Ни один план, каким бы совершенным он ни был, никогда не выжил бы при первом контакте с врагом", - сказала она.

Резаль пристально посмотрел на нее, прежде чем устало усмехнуться. "Мудрость, Аксия. Слова мудрости".

Вместо того, чтобы плыть обратно вокруг кальдеры, эти двое пошли по тропе, проложенной Безупречными, взобравшись по усыпанному осыпью склону, а затем спустившись по веревке в гигантскую кальдеру. Стены кальдеры были сделаны из базальта и даже из нескольких обсидиановых колонн, что создавало впечатляющую отвесную скалу. Достигнув основания стены, они сначала попали не в поселок, а на фермы. Фермы выглядели очень зажиточными, по крайней мере, по объему производимой еды. Запах был довольно ужасен, но она увидела здоровые поля сладкого картофеля, голубиного гороха, плантаций маниоки, банановых и апельсиновых деревьев вдоль обильно плодородной вулканической почвы в кальдере. Видела и яровую пшеницу.

Фермеры были похожи на мешанину валирийских и ройнистских, светлых и темных, часто смешанных в одной семье. Были свиные ячменя и тощая дикая птица, похожая на павлина, повязанного с курицей. Во многих смыслах это было похоже на небольшой райский уголок.

Ни один из фермеров не обратил внимания ни на нее, ни на Режаля. На таком маленьком острове, как их, фермеры были в некотором смысле одним из самых важных сотрудников. В них заключалась разница между самодостаточностью острова или необходимостью ввозить продукты питания и подчиняться капризам эмбарго.

Она потеряла двести пятьдесят человек, захватив этот маленький остров. Она потеряла еще сто пятьдесят во время их путешествия из-за болезни на борту кораблей. Пятьсот человек погибли, а она еще даже не добралась до Вестероса.

Когда она проходила мимо, первый пикет "Безупречных" привлек к себе пристальное внимание. Она кивнула им, радуясь тому, что в их умах возникло чувство гордости за то, что она их ценит, и затем двинулась дальше.

Когда Чернозуб Тара и другие капитаны поняли, что их корабли в опасности, они побежали к берегу, чтобы сесть на свои длинные лодки и шлюпки, чтобы попытаться спасти их. Тейлор расстроило то, что ее Безупречные не смогли их остановить, но у нее не было ресурсов, чтобы сделать это самой.

Братья Пик не пытались бежать. Вместо этого Ласвелл Пик начал выкрикивать приказ любому из оставшихся людей организовать защиту. Она пошла вместе с ним, а Тойн и его люди последовали ее примеру. Ночь продолжалась - Тейлор с растущим разочарованием наблюдал, как Тара взяла свой корабль и поставила весла.

Однако массивный трехмачтовый дромунд без парусов двигался, как выброшенный на берег кит. Несмотря на свои цели, Тейлор обнаружила, что надеется, что женщина выживет, если ее Безупречные когда-либо роятся в большой лодке.

Когда Безупречные наконец напали на город, Тейлор знал, что Ласуэлл и его братья представляют самую большую угрозу. Бойцы были обученными, опытными и умелыми солдатами. Ей стало плохо, когда она повернулась к ним с оглушающими саблями, но чувствовала, что у нее нет выбора.

Ослепленная оружием вне их понимания, она в мгновение ока лишила сознания трех братьев и их товарищей-наемников, и в суматохе смогла открыть быстро начерченные оборонительные линии города достаточно, чтобы дать ее Безупречным относительно легкий доступ.

Последовавшие за этим бои шли от двери к двери, пока все бойцы не были убиты или подчинены. Битва в Глубине Мучителя подошла к концу, когда взошло солнце.

Большая часть населения города проживала на пляже с черным песком в окружении тысяч Безупречных. Ее люди не спали всю ночь, но не выказывали признаков истощения, которое они, должно быть, испытывали. Они с Режалем подошли к очереди. Джорах все еще был за пределами гавани. Никто из них не хотел, чтобы его поймали со всеми своими кораблями в гавани в случае контратаки.

Среди заключенных она увидела отряд очень расстроенных Пикс и их товарищей-наемников. Она также видела сотни женщин, детей и обычных торговцев. И, подойдя прямо к ней над водой бухты, она увидела своих детей.

"Сир Джорах говорит, что они кричали на вас всю ночь", - заметил Режал.

"Они хотели прийти поиграть". Тейлор тихонько сняла рубин, позволяя раскрыться своим золотым звездным глазам.

Несколько человек в толпе испуганно вскрикнули, когда над ними пролетели размах крыльев трех драконов. Все трое выросли, пока не стали больше взрослого человека телом, даже если не учитывать длину их хвостов и крыльев. Темерар резко накренился, пролетев над ним, дважды взмахнул своими огромными крыльями, а затем с удовлетворенным фырканьем устроился на песке. Сапфира подошла к ней более спокойно, а Эллиот споткнулся о песок.

Все три дракона бросились к ней, заставив Резала отойти, а Тейлор обнял и почесал каждого. Толпа заключенных наблюдала безмолвный трепет или страх.

"Вы трое были действительно хороши", - сказала она им вслух и через их связи. "Иди, играй, развлекайся. Оставайся на острове и никого не ешь. Но все , что угодно , - честная игра".

Их волнение было ощутимым - она ??редко давала им возможность или разрешение просто поиграть и поохотиться. Все трое поднялись в воздух, визжая от удовольствия. "Я чувствую, что у свиноводов будет плохой день", - сказал Тейлор.

Резаль фыркнул.

С этими словами Тейлор обратила свое внимание на толпу. Она повысила голос, используя Силу, чтобы они все услышали. "Я - Рейнис Таргариен, возродившийся Азор Ахай. Волшебница Ассая и законная королева семи королевств. И сегодня у меня нет намерения убивать кого-либо еще. Через час ко мне придут люди, которые возьмут ваше имя, ваш возраст и ваш письменная торговля. А затем вы можете свободно заниматься своими делами. Если вы живете здесь, мы позаботимся о том, чтобы ваши дома остались невредимыми.

"Если вы моряк, который потерял свой корабль, и желаете служить со мной, мы позаботимся о том, чтобы у вас было место и работа. Если вы гость и дадите мне слово сотрудничать, мы позволим вам уехать. в мире при первой возможности. Эта гавань была захвачена Вестеросом от моего имени, и я намерен, чтобы она оставалась частью Семи Королевств под моим правлением. Сотрудничайте, и никто больше не должен пострадать. "

Она повернулась к Режалю. "Когда приедут Миссандаи и Квайт, я хочу, чтобы все люди здесь были переписаны. Я буду с ранеными. Проследите, чтобы всех поили и кормили, пока их не выпустят".

"Любой, кто не дает своего слова или не сотрудничает?"

"Держите их пока под стражей. Я слишком устал, чтобы кого-то казнить, а у меня есть раненые, которых нужно лечить".

**********

**********

Тейлор был доволен, когда двое Безупречных, которые помогли ей исцелить на Волантисе, выжили в битве и снова были готовы помочь. Она была немного менее уверена, когда присоединилась Чжань-Ли. Жрица Р'ллора выглядела немного более измученной после пребывания на корабле. Ее красное платье было в пятнах от путешествий. Она уже была очень худой женщиной и, похоже, еще больше похудела. Но она представилась с поклоном и попросила подать.

Поскольку Куайт помогал Миссандеи провести перепись, она не могла отказаться от помощи. "Затем принесите котлы, чтобы вскипятить воду и вино. У них есть напиток, который называется сахарное вино. Возьмите его как можно больше - это также поможет очистить раны. Нанимайте любых людей, которые вам понадобятся для помощи. Лечение наших раненых - это мое приоритет, сегодня ".

Жрица приняла приказ и немедленно приступила к двум Незапятнанным медикам.

Сама медицинская палатка была гостиницей. Все стулья и столы были убраны, и каждый дюйм площади здания и территории перед ним был заполнен ранеными. Среди них Тейлор увидел Серого Червя. Конечно, он возглавил бы атаку. "Сначала отведите меня к наиболее раненым", - приказала она.

День прошел в тумане исцеления, оставив управление ее новым завоеванием в руках тех, кому она доверяла.

**********

**********

В порту Пади Мучителя было всего одна тысяча четыреста двадцать три реальных жителя. Более половины составляли женщины, из них более половины - проститутки. Остальные состояли из фермеров, докеров, рабочих, плотников, рыбаков и всех других профессий, которые она могла придумать. Большая часть доходов острова поступала от самих пиратов. Корабли прибыли с корпусами, набитыми украденным золотом или торговыми товарами, и мужчины тратили все деньги на выпивку, шлюх или азартные игры.

Ее не удивило то, что руководители города, многие из которых пытались бежать, но были пойманы с невероятным количеством золота, не были каперами. Они финансировали Вольные города.

Комната, в которой она встретила их на третий день, была той же таверной, где она встретила Чернозубую Тару, чей корабль все еще находился в гавани и все еще держался, окруженный двумя ее собственными захваченными судами. Для меня стало облегчением узнать, что женщина все еще жива, даже если она громко пригрозила выпотрошить любого, кто попытается подняться на борт ее судна.

Тейлор разберется с ней позже. Прямо сейчас все было в деньгах.

Четверо мужчин жалкой кучей сидели за тем же столом, за которым сидела она. Все четверо выглядели измученными и совершенно взволнованными Безупречными, которые молча стояли вокруг них. Рядом стоял один из гискари Резаля - человек по имени Хакнар, если она правильно помнила, - стоял и смотрел в окно на корабли в гавани.

"Джентльмены", - сказала она, войдя в гостиницу.

Четыре финансиста вскочили на ноги, все были одеты в дорогие шелка YiTi, импортированные через Qarth, с золотой отделкой и прекрасными замшевыми шляпами, которые очень напоминали Тейлору выпускные фуражки. Вместо кисточек у них красовались яркие перья.

"Это безобразие", - заявил один из мужчин. "Я старший помощник секретаря вице-консильо Мира! Вы должны немедленно освободить меня!"

Тейлор попыталась обернуть голову вокруг этого конкретного названия, в то время как остальные трое кричали и делали аналогичные заявления о своей важности. Два от Мира, два от Тироша. Она стояла между двумя своими Безупречными, все еще в боевых кюлотах и ??нагрудной пластине, и смотрела, скрестив руки, пока их протесты, наконец, не утихли.

"Это было очень информативно, спасибо", - сказала она, когда они наконец замолчали. "Итак, я слышу, как вы говорите, что город Мир и город Тирош спонсировали пиратство против Вестероса и других Вольных городов для своей личной выгоды. Это хорошо знать. Хакнар, не могли бы вы сообщить Миссандаю, чтобы он подготовил послания Первому Мечу Браавоса и Магистрам Пентоса, и, конечно же, принцу Дорну Дорану, что я назвал титулованных чиновников из Мира и Тироша, которые признались, что спонсируют пиратство от имени своих городов? "

Она снова обратила внимание на напуганных мужчин. "Мне почти жаль тебя. Я просто собирался отпустить тебя без твоего золота. В конце концов, если ты не извлекаешь выгоду из своего времени здесь и просто посещал, то, конечно, ни ты, ни твои города не могли нести ответственности ни за что, что произошло. Но если бы вы были здесь в своем официальном качестве ... ну, я уверен, что Браавос и Пентос оба захотят вытянуть и четвертовать вас. Дорнийцы, скорее всего, похоронят вас в песке по шею и позволят муравьям съесть ваши головы. Полагаю, мне придется вернуть золото тебе в качестве доказательства Браавосу, Пентосу или Дорну, в зависимости от того, кто из них первым придет убить тебя ".

Все четверо мужчин начали бессвязно рыдать, когда она вышла, чтобы дать им потушить. Ее следующая встреча была прямо через улицу, в борделе.

Женщины не были похожи на голливудские бордели. Большинство из них были старше, тяжелыми и совсем не красивыми. Когда Тейлор вошел со своим вездесущим Безупречным, это произошло в удивительно изящном реверансе. Мадам представляла собой широкий кирпичный дом женщины с валирийскими белыми волосами и глазами, но кожей цвета и консистенции дубленой кожи.

"Ваша милость."

"Вы Анэнси?"

"Я."

"Ваши гости доставили вам какие-нибудь проблемы?"

"Ни о чем мои девочки не могут позаботиться, ваша светлость".

"Сахарное вино, пожалуйста, Анэнси".

Она склонила голову и повернулась, чтобы повторить приказ, когда Тейлор подошла к длинному столу, где мадам будет угощать своих гостей. В нем находились трое братьев Пик и другие члены Золотой компании, а рядом с ними Вилис Тойн и его Вестерози. Похоже, все они пили. Она увидела на столе потрошенного гуся, колесо сыра и несколько кусков лепешки.

"Вайлис, передай немного этой еды. Я не ела со вчерашнего дня", - сказала Тейлор, садясь во главе стола.

"Вы слышали королеву", - сказал Тойн. "Передайте это, мальчики".

Жестом Тейлор перевел один из больших стульев с другого стола на этот и сел. Все мужчины в шоке смотрели на случайное воздействие силы, которое дало Тейлору несколько минут молчания, чтобы поесть. "Итак, сир Ласвелл, мои извинения за то, что вырубили вас и ваших людей. Есть ли длительные травмы?"

Темерар рухнул на улицу прямо перед гостиницей с половиной окровавленной свиньи во рту. Он уронил ее и гордо посмотрел на нее через широкие окна, кровь капала из его рта.

"Хорошая работа, Темерэр", - крикнула она. "Вы поделились чем-нибудь со своими братьями и сестрами?"

Дракон извилисто покачал головой, выпустил дым в воздух, затем поднял свою свинью и снова взлетел в воздух. Мгновение спустя можно было услышать, как Эллиот следует за частью приза.

Она вернулась к приготовлению обертки из гуся и сыра. Когда вышел ром, она одарила служанку счастливой улыбкой и подняла его, чтобы выпить, когда Сила хлынула в знак предупреждения. С отвращением вздохнув, она поставила чашку на стол. "Анэнси?"

"Да, ваша светлость?" Мадам подбежала. Тейлор повернулся, встретил взгляд пожилой женщины, а затем нанес ей удар Силой в ее разум.

Один из Безупречных подошел к более крупной женщине, когда мадам закричала и упала на пол. "Аксии?"

"Сахарное вино отравлено", - сказал Тейлор. "Слезы Лиса, наверное. Анэнси, если бы ты выполняла чьи-то приказы, я мог бы тебя простить. Но ты не был, не так ли?"

"Я не знаю, о чем вы говорите, ваша светлость", - воскликнула женщина. Она схватилась за голову от боли не слишком нежного вторжения Тейлора.

На лестнице, ведущей к крошечным кубикам, где девушки занимались своими делами, Тейлор слышал, как плачут несколько проституток.

Я должен убить ее. От этой мысли у нее заболел живот. У нее не было проблем с убийством в бою, но холодный приказ казнить кого-то заставлял ее чувствовать себя грязной. Но она знала, что ее судят, и в этом мире любой, кто хотел попытаться убить короля или королеву, должен был умереть. Иначе попытки размножаться, как тараканы.

"Анэнси, мне не нравится причинять боль людям", - сказал Тейлор. "Но ты просто пытался отравить меня. Даже если я позволю тебе уйти - даже если я прикажу своим Безупречным оставить тебя в покое - мои драконы упадут на тебя и съедят тебя заживо. Они считают меня своей матерью и всех, кто пытается причинить боль. для них я - еда. Так что ... я думаю, тебе следует взять чашу, вернуться в свою комнату и решить, как ты хочешь умереть ".

Женщина рыдала и плакала, и от каждого крика у Тейлора заболела грудь. Она посмотрела на Уайлиса, и по жесту мужчины пара его людей утащила мадам прочь. Третий взял чашу с собой.

Когда она ушла, Тейлор скривился и снова накинул ее на дровокопатель. "Бля. Казнить пиратов, которые только что сражались со мной, - это одно".

"Как вы узнали, что чашка была отравлена?" - спросил Ласуэлл.

Она откинулась на спинку стула, мрачно улыбаясь, когда Тойн взял одну из чашек, уже стоявших на столе, и передал ее. "Магия".

Братья мужчины встревожились. Ласуэлл просто смотрел. "Я уверен, что Уайлис Тойн сказал вам, что знал принца Эйгона Таргариена. Сам меня там не было, но я дружил с его хранителем и знал об их кончине. Вы не похожи на Таргариенов".

"Вы знали, что мои глаза изменили цвет, когда я сблизился с Темерером?" - спросил Тейлор. Несмотря на ее отвращение к попытке отравления, она была слишком голодна, чтобы полностью игнорировать свою повязку. Она снова взяла его и начала есть, вспоминая историю, которую она, Куэйт и Барристан сочинили для Садулеона после Кварта. "Мои хранители хотели большего, чем еще одна принцесса в Изгнании. Они хотели большего, чем еще одна королева-нищая. Эйгон должен был вернуться как король.

"А я? Я должна была стать следующей Дейенис Мечтательницей. Я должна была стать новой матерью драконов, вернуться и занять свое место рядом с ним в качестве его жены. Я думаю, что кто-то рассматривал возможность добавления Дейенерис, точно так же, как Эйгон I. , Висенья и Рейнис в былые времена. Но потом мой брат умер, моя тетя Дани вылупила яйца, и я прибыл поздно. Ритуалы, которые они проводили со мной, изменили меня, точно так же, как древняя магия изменила моих предков. Я обещаю вам, первый У валирийцев не было белых волос и фиолетовых глаз ".

Во всяком случае, проведя годы с Thinker 8, Тейлор научился лгать без особых усилий. Хитрость заключалась в том, чтобы вести себя так, будто вам все равно, поверят они вам или нет. И она была достаточно голодна и достаточно устала, поэтому ей было все равно в тот момент.

"Что ты будешь делать с нами?" - наконец спросил Ласуэлл.

"Я, конечно, отпущу тебя", - сказал Тейлор между укусами. "С посланием вашему капитан-генералу и остальной части вашей роты. Сир Барристан Селми сообщает мне, что Золотая рота состоит из изгнанников Вестерози, либо из различных Восстаний Черного Пламени, либо, в последнее время, из тех, кто поддерживал моего отца и дедушка. Если Золотая Компания хочет вернуться домой, они сделают это вместе со мной. Я восстановлю потерянные земли и фамилии. А остальное? Ну, я действительно считаю, что только что заработал немало золота. Я уверен, что мы может прийти к соглашению ".

"Это будет не только мое решение", - сказал Ласуэлл. "Все капитаны имеют право голоса".

"Я знаю. Я все равно отпускаю тебя. Вы кажетесь мне благородным человеком, сир Ласвелл. Я надеюсь, что нам никогда не придется встречаться на противоположных сторонах битвы. Но для меня было бы честью видеть вас рядом со мной. "

**********

**********

Незадолго до захода солнца во второй день ее командования Заливом Палачей, Тейлор велел своему Безупречному гнать ее в гавань к огромному дромунду Чернозубой Тары. Сама королева пиратов стояла у перил корабля, наблюдая, как приближается Тейлор с арбалетом в руке.

"Ты! Ты лжец, предательская шлюха!" - крикнул пират. "Просто продолжай идти, а я вставлю в тебя ногу дерева и стали!"

"Женщина не должна говорить такие вещи", - сказал один из ее Незапятнанных.

Тейлор улыбнулся мужчине. "Все в порядке, Волк. Слова обидны, только если ты им позволишь. Я вообще-то думаю, что я ей нравлюсь".

"Она это странно показывает", - сказал Вольф.

"Она еще не очень хорошо меня знает". Она встала в шлюпке, инстинктивно смещая равновесие, чтобы лодка не опрокинулась. "Чернозуб, Тара, я пришел с миром. Если бы я хотел, чтобы ты умер, мои драконы сожгли твой корабль в пепел. Дай мне час твоего времени, и когда я закончу, я позволю тебе покинуть эту гавань с миром. "

Старый пират смотрел с арбалетом в руке. "Ты королева, не так ли?"

"Да. И если я проведу с тобой час в мире, ты гребешь без всякой борьбы. Или ты умрешь прямо сейчас".

"Что ты делал с мальчиками Пика?"

"Накормил, поил их и поставил у Анэнси. Похоже, их не слишком беспокоили условия проживания".

"Анэнси было нормально, что ты это сделал?"

"Анэнси выпила чашку сахарного вина с добавлением Слез Лиса", - сказал Тейлор. "Ее больше нет с нами".

"Так же хорошо. Женщина была лживым мешком с дерьмом. Хорошо. Один час. Никто не причинит тебе вреда, честное слово как капитан".

Тейлор сел и жестом велел двум Безупречным переправить ее. Она ненадолго подумала о хождении с Силой по воде или левитации на борту, но сомневалась, что это сильно впечатлит Тару. Женщина, казалось, была готова поверить в магию, но не испугалась.

Вместо этого она взобралась по веревочной лестнице, как и все остальные, и встретила на палубе широкую женщину. "Сюда, если ты хочешь поговорить".

Тара провела Тейлора под большим кормовым замком к ряду впечатляющих кают, которые делали каюты садулеона похожими на туалеты . Самая большая из кают, очевидно, принадлежала Таре, с картами и гобеленом, сотканным из двух удивительно красивых молодых женщин с бело-золотыми волосами и яркими фиолетовыми глазами.

"Мои девочки", - сказала Тара. "Только хорошее, что я когда-либо делал в этом мире. Купил им хороших мужей в Браавосе".

"Вы увидите их снова", - сказал Тейлор.

Тара фыркнула и села за маленький столик, прибитый к полу, возле своего письменного стола. "Хорошо, милость. У тебя есть я на час. Какие слова ты скажешь?"

"Я хотел бы нанять вас, чтобы дать Ласвеллу и его людям безопасный проход обратно в Золотую роту".

Тейлор знал только по глазам женщины, что она с самого начала обсуждала с Ласуэллом кое-что, связанное с Золотой Компанией. Она откинулась на спинку стула. "Ты говорил так, как будто был одним из нас. Ты унижал мужчин вдвое больше, чем ты. Но ты должен быть королевой?"

"Тара, я могла бы подняться на палубу твоего корабля и убить каждого человека в твоей команде. Это без моих драконов. Я королева, да, но я прежде всего колдунья и воин. Я собираюсь взять Вестерос. И когда наступит Долгая ночь, что, как уверяет мой Хранитель Теней, произойдет в течение следующих нескольких лет, я буду в авангарде, защищающем царства людей ".

"Десять золотых на человека", - сказала Тара.

Тейлор не мог не рассмеяться. "Двадцать золота за участок и безопасный проход. Мне нужно будет отправить с вами финансистов Мириша и Тироши. Они собирались потребовать официальный статус, чтобы попытаться сохранить свое золото, когда я указал, что это приведет к войне с Браавосу, Пентосу и Дорну за спонсирование пиратства. Они решили, что золото не так важно, как их жизни ".

Пожилая женщина долго и пристально смотрела на Тейлора. "Король Джоффри собирается жениться на Тирелле из Хайгардена в течение двух недель. Это даст королю Ланнистеров пятьдесят тысяч человек и все золото, которое они могут попросить. Вы действительно думаете, что сможете вернуть Вестерос?"

Тейлор наклонился вперед с голодной улыбкой. "Дело не в том, сколько людей у ??него есть по его зову. Дело в том, сколько у него людей в любом заданном месте. Мне не нужно побеждать каждого солдата в Вестеросе. Просто те солдаты, которые противостоят мне в битве. У нас есть сделка , Тара? "

Женщина достаточно быстро приняла решение. "Да, сделка".

"Хорошо. А Тара? Вырви этот зуб. Гниль внутри него может попасть в твою кровь и убить тебя. Было бы лучше называться Тара с щербатым зубом, а не Мертвая Тара, верно?"

"Мэйхап", - согласилась Тара, широко раскрыв глаза.

Через несколько часов Тейлор наблюдал с черного песчаного пляжа, как Тара гребла на своем большом дромунде из гавани на закате. На ее борту были не только Ласуэлл и его люди; не только финансисты, оставившие все свое драгоценное золото. Нет, королева пиратов также взяла с собой еще двести человек, чьи корабли сгорели, но которые не хотели служить Тейлору, или которых Тейлор не желал их службы.

"У нас завтра долгий день, вы двое, - сказала она Куэйту и Миссандаю. Эти двое стояли по бокам от нее, а за ними стояло еще несколько Безупречных.

"Что мы будем делать, Аксия?"

"Мы собираемся основать новую колонию, Миссандай. Колонию бывших волантинских рабов". Глава пятнадцатая: Солнечное копье. Укрепления в устье гавани продвигались медленно, но неуклонно. По крайней мере, у нее было много рабочих, которые оценили тот факт, что Тейлор настаивал на четырехчасовых сменах и не более десяти часов работы любого человека в день. Это означало, что рабочие были относительно свежими и более продуктивными.

Что было хорошо, потому что сама работа была изнурительной. Без динамита или каких-либо электроинструментов и с ограниченной поверхностью для работы подготовка почвы для двух башен, установленных в нижних стенах кальдеры, была упражнением в инженерии грубой силы.

Она посвятила два шлюпа, захваченных ее людьми в гавани, для перевозки, в то время как другие рабочие прокладывали тропы внутри скал. Пятьдесят человек с кирками, стальными молотками и долотами пересекли гавань с каждой из двух сторон устья гавани и принялись за работу, ломая базальтовые и обсидиановые стены, пока не смогли сформировать ровную поверхность.

Они использовали обломки конструкции, чтобы возвести кирпичи с обеих сторон, образуя более широкую платформу. Хотя термин "кирпич" был неправильным - они использовали сам резаный базальт с негашеной известью. Прямо сейчас все, что она видела, было обещанием фундамента из черного камня. Но с каждым днем ??существующий камень шлифовали еще немного, и внешние каменные стены поднимались немного выше.

И каждый день она была там, наблюдала или даже помогала. В четырех разных случаях, к громким возгласам рабочих, она поднимала большие валуны в воздух. Каждый раз она использовала свой световой меч, чтобы превратить их в пригодный для использования камень. Это немного помогло, сэкономив часы или даже дни труда.

Однако в тот день, когда наконец прибыла дорнийская королева, она стояла на западной стороне устья гавани вместе с Пейтом, товарищем Вилиса, изгнанным Вестерози. К ее удивлению, этот человек сражался с ее предполагаемым отцом в битве на Трезубце и после этого ушел в изгнание. Он был тем, кого Вестерози назвали бы живым изгородью, безземельным и относительно бедным, но обученным рыцарским искусствам. Он также руководил практическим инженерным делом и был назначен ее начальником укреплений.

"Еще неделя, чтобы получить платформу", - прикинул он. "К тому времени мы сможем достать сюда скорпиона или катапульту. Может быть, гигантские качели-качели, чтобы сбрасывать действительно большие камни, чтобы раньше накрыть корпус корабля. Падение с высоты пятидесяти футов должно придать камню некоторый вес".

"Хорошо, я думаю..." Она увидела, как Серый Червь быстро приближается к ним.

"Аксия!" - крикнул ведущий Безупречный. "Приближаются пять кораблей. Желтые полосатые паруса с копьем на солнце!"

Ее сердце тяжело колотилось в груди. Дорнийский . "Я иду вниз! Дежурный зовет, Пэйт".

"Да, она настоящая сука, этот долг. Удачи, милость. Эти дорнийцы - колючая группа".

Она карабкалась по грубо сбитым лесам к каменистому берегу. Один из ее захваченных шлюпов стоял на якоре поблизости как транспорт для перевозки грузов. Однако до сих пор работа выполнялась оплачиваемыми рабочими из освобожденного волантийского населения и теми, кто находился на берегу с кирками и лопатами.

"Уф, я грязная", - пробормотала она, забираясь в лодку.

"Миссандай ждет тебя", - сказал Серый Червь на Общем Языке. Он и его коллеги пытались выучить язык. Все они понимали, что после десяти лет службы они не только смогут свободно жить в Вестеросе, но и получат пенсию или собственную землю как свободные люди.

Реальность мира означала, что десятиминутный круиз по заливу превратился в большую часть тяжелого часа. Когда Тейлор достиг берега, дорнийская флотилия была у входа в гавань. Миссандаи, как всегда, была невозмутима, когда повела Тейлора к ожидавшей ванне.

Пара девочек Анэнси, которых Тейлор объявил слишком молодыми для работы, на которой они раньше работали, теперь служили горничными. По крайней мере, они очень ценили одежду. Однако одевать Тейлора было немного сложнее. Она никогда не хотела пытаться выглядеть красивой. Вместо этого она всегда наносила удары.

"Я королева воинов, а не красивая маленькая принцесса", - сказал Тейлор Миссандай по случаю появления стилей.

Только один из пяти дорнийских кораблей вошел в гавань. Он напоминал "Черную Тару" тем, что представлял собой большой трехпалубный трехмачтовый дромунд с носовым и кормовым замками. Парус был сделан из желтого холста, с большим стилизованным копьем, пронзающим солнце.

Сир Джорах с Куэйтом стояли и ждали на пляже с черным песком, когда Тейлор и Миссандей вышли из гостиницы, которую она провозгласила своей резиденцией. "Корабль подал сигнал, - сказал сир Джорах. "Они просят вас пойти к ним".

Тейлор приподнял бровь. "Это нормально?"

"Королева не может идти к принцу", - сказал Джорах. "Но это также старший брат принцессы Элии Таргариен. Что еще более важно, я слышал, что принц болеет, а путешествие - это трудности. Могут быть и политические причины. Если он никогда не покидает корабль, он может сказать Железный трон, он никогда не покидал дорнийскую территорию ".

Тейлор обдумала свой наряд на день. В целом она избегала платьев. Вместо этого она выбрала шелковые брюки-кюлоты с золотым жакетом с фалдами поверх золотой шелковой блузки. Резной янтарь служил пуговицами пиджака, а ее любимый золотой головной убор сдерживал ее черные волосы. Она решила, что он защищен от лодки.

"Тогда пошли. Длинная лодка должна работать".

Тейлор не могла не улыбнуться, когда увидела сира Барристана у борта огромного корабля. Мужчина выглядел великолепно в черном шелке с золотой отделкой. Он должен был быть очень горячим, но от этого он выглядел величаво и достойно. Однако окружающая его команда заставила Тейлора задуматься.

Вот почему никто не верит, что я Рейнис Таргариен. На Земле жителей Дорна можно описать как ближневосточных или даже испаноязычных, с густыми черными волосами и более коричневой кожей, которая бледнеет в сторону оливкового цвета, а не ее розового. Даже в свой лучший день она не была похожа ни на одного из этих людей. Судя по их пристальным взглядам, они думали о том же, что и она, взбираясь на борт. Она чувствовала негодование со стороны каждого человека на этом корабле.

Улыбка сира Барристана при встрече с ней была натянутой. "Ваша светлость", - сказал он. Он кивнул остальным. "Принц Доран находится внизу с некоторыми членами своей семьи. Путешествовать для него было бременем и, кроме того, риском. Его брат, пока мы говорим, находится в Королевской Гавани".

В то время как Тейлор не сомневался, что корабль может вместить и действительно разместил несколько сотен солдат, внутренняя часть кормового замка была посвящена единственной комнате с настоящими стеклянными окнами, которые были открыты, чтобы ветер мог проникать в тускло освещенное душное пространство. Принц Доран был мужчиной с черными седеющими волосами за пятьдесят. Он был худым и озабоченным болью и общим плохим здоровьем, но его темные глаза были острыми и лишенными чувства юмора, когда он смотрел, как она вошла.

Позади него стояли три молодые женщины, каждая из которых была одета в одежду, не слишком отличавшуюся от одежды Тейлора, в том смысле, что покрой одежды был рассчитан на свободу передвижения. На одном из них было копье, идентичное по стилю, хотя и более изысканному, чем то, которое Барристан купил Тейлору в Карте. У одной на плече и шее была обвита кнутом, а у третьей ощетинились ножи. А сбоку от них, занимая весь промежуток между полом и потолком, стоял огромный житель Летних островов с копьем в руке и изогнутой саблей на поясе.

Тейлор почувствовал гнев принца в тот момент, когда увидел ее; чувствовал, что это окрашено тоской и глубоким, непреходящим сожалением. У Тейлора был один шанс, и только один шанс.

"Принц Доран, для меня большая честь наконец встретиться с вами. Прежде чем мы начнем, я не могу не заметить ваш дискомфорт и не могу игнорировать тот факт, что ваши путешествия усугубили его. Вы хотите, чтобы я вылечил вас?"

Она чувствовала, как ход его мыслей и слова, слетевшие с его губ, внезапно останавливаются. Разум мужчины двигался, как кнут, мгновенно корректируя курс, когда он изучал ее с уже пустым лицом. "А что для этого потребуется?"

"Час вашего времени, вы, я ... и ваш мужчина, там. Я чувствую, что вы доверяете ему больше всех остальных. Это потребует от меня наложить руки на ваши наиболее пострадавшие районы, и я хотел бы, чтобы вы сохранили свои достоинства, а также восстановить свое здоровье ".

Одна из женщин начала говорить, но остановилась, когда старик нежно коснулся ее руки. Тейлор не нуждалась в Силе, чтобы знать, что она собиралась сказать. Добившись молчания молодой женщины, он снова посмотрел на Тейлора.

"Сир Барристан неистово восхвалял тебя. Он сказал мне, что ты исцелил сотни рабов на Волантисе. Что ты брал корабли в битве. Что ты несешь кровь дракона. Какие фантастические хвосты ты мне скажешь?"

Она не уклонилась от взгляда мужчины. "Вы больше, чем кто-либо из живых, заслуживаете только правды, принц Доран. И поэтому, если вы дадите мне час, чтобы вылечить ваши раны, в течение этого часа вы услышите от меня только правду, какие бы вопросы вы ни задавали".

"Мне понравится эта правда, которую вы говорите?"

"Я слышал, что правда - это обоюдоострый меч. Им лучше всего владеют те, у кого есть навыки и опыт".

Мужчина не хмыкнул и не крикнул. Его решение пришло быстро. "Уходите. Все, кроме Хоты. Вы тоже, мои племянницы".

Тейлор повернулся и увидел, что Барристан озабоченно смотрит на сира Джораха. Однако Тейлор заметил Куэйта. "Принц Доран, моя Хранительница Теней Куэйт также изучила искусство исцеления и может помочь. Она ... также знает некоторые истины, которые могут вас заинтересовать. Может ли она помочь мне?"

Принц безмолвно кивнул, затем посмотрел на своих протестующих племянниц, пока они не ушли. Дверь за ними закрылась. Прежде чем кто-либо смог заговорить, Тейлор повернулся к Хоте. "Есть ли у принца кровать или поверхность, которую можно переместить на середину пола? Его будет легче вылечить, если у меня будет легкий доступ ко всем его больным участкам".

Огромный стражник остановился достаточно долго, чтобы Мартелл кивнул, прежде чем пройти в дальний конец комнаты. Тейлор обрадовался, увидев прочный деревянный стол, раскладывающийся в пол - очевидно, место для гостей, которое можно было обезопасить в непогоду. "Прекрасно. Принц Доран, могу я поднять вас на стол?"

"Вы кажетесь сильной женщине, но, конечно же, не так уж и сильны".

Тейлор улыбнулся мужчине. "Я не подниму тебя руками, принц Доран. Есть ли у меня разрешение?"

"Мне любопытно. Сделай так".

Мужчина испуганно ахнул, и Хота взмахнул копьем, когда Тейлор осторожно поднял принца с его искусно сделанного кресла на колесиках и поместил его к столу. Куайти незаметно взял с кровати одну из множества подушек и положил ее ему на стол.

Они сняли с него тапочки, обнажив красные опухшие ноги. "Подагра", - сказал Тейлор. "Продвинутый, настойчивый. Это повсюду или только ваши ноги?"

"Мои ноги и колени", - сказал он. А потом: "Ты не моя племянница".

"Нет, принц Доран. Я не. Я не имею никакого отношения к вам или Таргариенам". Она схватила руками наиболее распухший сустав и начала заливать его энергией Силы, чтобы разрушить кристаллы, которые вызывали воспаление.

"Тогда почему вы потребовали ее имя?" он потребовал.

Ответил Куайт. "Если вам это нравится, принц Доран, это была не ее идея. Это была идея сира Барристана. Когда он прибыл в Карт и обнаружил, что элита города убила Дейенерис Таргариен, он потерял надежду. Женщина. Она украла драконов у Колдунов. Она победила всю их магию и победила всех стражников, которые пытались ее остановить. Она побежала по воде и вылечила одного из драконов от ранения стрелой. Она - Ахор Азаи. - Обещанная принцесса. И когда он узнал об этом, сир Барристан придумал историю о том, что она была вашей потерянной племянницей. Я добавил, что ее изменили в Ассаи, чтобы объяснить тот факт, что она не выглядит дорнийской ".

"Левая нога сделана, давай поменяемся". Тейлор и Куэйт поменялись местами. Принц с шоком уставился на свою, казалось бы, здоровую левую ногу.

"Меня зовут Тейлор Хеберт", - небрежно сказал Тейлор, когда она лечила его правую ногу. "Когда мне было пятнадцать, я был ... одарен старшим богом из-за пределов существования с силой и знанием, чтобы обуздать саму жизнь. Те, что были до меня, назвали эту силу Силой. Те, кто овладел ею, были известны как Бенду. . Это было четыре года назад. За эти четыре года я сражался с богами, монстрами и войной, охватившей весь мой мир, в которой участвовало более ста миллионов солдат ".

Даже Куэйт этого не слышал. Сущностей можно описать как Богов.

"С моей силой пришло знание о могущественной расе из прошлых веков, чьи науки позволили им шагать по звездам. Итак, после войны я взял знания от этой древней расы и построил баржу, которая могла плыть по небу. сдерживайтесь опытом. У меня есть знания о том, как создавать корабли, способные преодолевать звезды, но у меня нет опыта в этом. Вот почему шесть или семь месяцев назад я врезался в этот мир. К моему счастью, Барристан и его команда вытащила меня из Летнего моря, иначе я мог бы утонуть ".

Доран долгое время ничего не говорил, хотя его взгляд переместился с восстановленной левой ноги на заметно улучшающуюся правую. "Я почти могу поверить, что ты моя племянница, измененная колдовством в Ашаи, потому что она более вероятна".

"Это определенно то, что думал Барристан", - согласился Тейлор. "Правая ступня готова. Можешь опустить брюки до пупка, поднять блузку и пиджак и лечь на бок?"

"По какой причине?"

"Ваши почки не работают должным образом. Либо это причина подагры, либо симптом, но почечная недостаточность убьет вас. Так что, с вашего разрешения, я собираюсь вылечить их".

"Есть ... другие, как ты?" он спросил.

"Была одна. Она..." Тейлор вздохнул. "Она испытала апофеоз. Она стала одним из тех самых богов, которые дали мне мою силу, чтобы она могла спасти наш мир от другого такого бога. Это был момент невероятной жертвы. С тех пор я не встречал никого, кто мог бы использовать Сила, как и я ". Она вздрогнула. "У вас камни в почках. Я могу позаботиться и о них".

Она заставила его перевернуться лицом к себе, чтобы она могла вылечить его вторую почку. Он пристально посмотрел на нее, когда она это сделала. "Неужели все люди в вашем мире такие высокие?"

Тейлор засмеялся. "Нет. Даже для моего мира я высокий для женщины. Но у людей моей страны была лучшая еда, чем в этом мире, и они лучше заботились о своем теле. И поэтому они были в среднем на четыре или пять дюймов выше. Я бы очень хотел бы помочь Вестеросу однажды достичь этой точки. Возможно, Эссос после. И готово. " Она отступила. "Попробуй пройтись".

Принц Доран слез со стола и сделал несколько шагов. Он повернулся к Хоте, которая кивнула. "Ты снова двигаешься свободно, мой принц".

Сам принц не мог не улыбнуться, шагая по комнате. "Это потрясающе."

"Подагра неизлечима", - сказал Тейлор. "Я лечил симптомы, но вы должны сами контролировать причины. Подагра обычно вызывается диетой. Вы едите моллюсков или морепродукты?"

"Конечно! Я дорнийский".

"Мне жаль, что это придется прекратить. Вам нужно будет ограничить употребление морепродуктов и красного мяса. Пиво, вино и алкоголь также могут вызвать рецидивы. Молочные продукты будут прекрасным молоком и сыром. Хлеб, бобовые и овощи. Готовить обязательно пейте много очищенной воды. Кипятите ее, а затем пейте, когда остынет. Если вы пьете вино, разбавляйте его обильно. Скорее всего, подойдет и чай ".

"Ты говоришь как бы об удалении всякой радости в моей жизни", - сказал мужчина, почти скуля.

"Ваше тело не может переработать то, что вы едите, поэтому вы так заболели. Вы должны относиться к домашней птице, если это не мясо органов".

Она отступила назад и наблюдала, как мужчина обошел свою каюту, даже присев на корточки, чтобы проверить свои колени. Конечно, это был мужчина лет пятидесяти, который долгое время был прикован к инвалидной коляске, поэтому он быстро устал. Однако вместо того, чтобы вернуться в кресло на колесиках, он сел на кровать и пристально посмотрел на нее.

"Если вы получите Железный Трон, что вы будете делать в первую очередь?" он сказал.

"Это будет зависеть от того, что наиболее актуально", - сказал Тейлор. "Я полагаю, что в первые несколько лет мне придется больше реагировать, чем действовать. Из истории своего собственного мира я знаю, что династические изменения имеют тенденцию быть беспорядочными. Но есть некоторые вещи, которые я смогу начать раньше, чем позже. Во-первых? Нарушить порядок мэстеров. Вместо этого я буду спонсировать колледжи в различных точках королевства. Центры обучения и развития знаний. Я мог бы увидеть такой колледж в Дорне ".

"Зачем это делать?"

"В моем мире успехи были достигнуты благодаря выдающимся мужчинам и женщинам. Но для того, чтобы эти люди могли углублять знания, они должны понимать и знать, что было раньше. Как этот мир может найти своих гениев, если все они заперты взаперти? одиночная башня? Знания должны быть бесплатными и распространяться, как зерно, если мы когда-нибудь сможем извлечь из них пользу ".

"Именно так, - сказал Доран. "Что еще? Мой брат говорит мне, что Железный Трон в огромном долгу перед Железным банком Браавоса. Мы не знаем, сколько, но это немало. Как бы вы справились с этим долгом?"

"Для начала я бы ликвидировал все активы семьи Ланнистеров", - сказал Тейлор. "Система лордов и дам, господствующих над большими территориями королевства, не будет длиться вечно. История моего мира показывает, что в конце концов, если те, кто правит, не получат согласия управляемых, произойдет насильственная революция. Итак, с годами я проведу реформы, чтобы уменьшить власть высокородных и дать малому народу право голоса ".

"Маленькому народу не хватает средств для управления".

"У маленьких людей никогда не было возможности выучить это", - возразил Тейлор. "Моя секретарша - бывшая рабыня. Она говорит на девятнадцати языках и быстро выучивает буквы и цифры. Она неоднократно демонстрировала острый ум, легкий язык и абсолютную преданность. Она поднимется высоко в моем королевстве. Если она родится раб удерживает ее от этого? "

К чести этого человека, он взглянул на Хоту, прежде чем пожал плечами. "Некоторые могут так сказать, но меня среди них не будет. Я произошел не только от Первых Людей Мартелла, но и от Ройнишей - последних людей, которые выступили против валирийских драконов и рабства".

"Что ж, мои драконы будут так же счастливы сжигать работорговцев, как и все остальные", - сказал Тейлор. "Единственное, что я изменю, - это Малый совет. Я читал об этом, но те, кто заседают в нем, делают это, основываясь на политическом положении, а не на опыте. Зачем мне нужен владелец публичного дома, контролирующий финансы моего королевства ? Зачем мне иностранец, управляющий моей шпионской сетью? Я также хочу назначения губернаторов. Прямо сейчас у нас есть смотрители в четырех регионах королевства. Я бы хотел, чтобы губернаторы этих регионов, а также многие другие. . И я бы хотел, чтобы они встречались не реже одного раза в два года, если не раньше. Не для праздников или турниров, а для проведения политики, обеспечивающей благополучие королевства и всех, кто находится внутри ".

Они говорили часами. В какой-то момент принесли еду. Тейлор передал ее охраннику Дорана - приказ был передан, и вместо богатых морепродуктов, которых она могла ожидать, им подали хлеб с поджаренным на нем сыром и богатым восхитительным хумусом. Вино было хорошо полито. Это была простая еда для принца, но сытная.

"А что насчет брака и наследников?"

Вопрос пришел поздно во время еды, и Тейлору было трудно не подавиться. "Я думаю ... для меня было бы лучше не выходить замуж", - сказал Тейлор. "Одна из самых известных королев моего мира была известна как Королева-девственница. Она сдержала обещание брака и уравновесила несколько конкурирующих королевств. Однако я назначу наследницу, которая будет приемлема для губернаторов. быть линией преемственности. Но я верю, что тот, кто меня преуспеет, должен быть на самом деле из этого мира ".

Она оставила невысказанной мысль о том, что полностью намерена покинуть мир, как только у нее появятся средства.

В какой-то момент разговор перешел от теоретической политики к картам. Сир Барристан и сир Джорах присоединились к ним, и в конце концов три племянницы тоже присоединились к ним, когда они изучали подробные дорогие карты южного Вестероса.

"Королевская Гавань - это ключ", - сказал сир Барристан. "У нас много пехоты, но почти нет лошади. Это изменится, если Золотая Компания согласится на нашу заявку, но даже в этом случае наша сила будет в городе. Если мы сможем взять город и взять Красный Замок, мы найдем все шанс, что одно только это положит конец Ланнистеровской части войны ".

"Залив Блэкуотер усеян обломками нападения лорда Станниса", - отметил Доран.

"Да, это правда", - согласился Барристан. "И у них сейчас больше кораблей, чем у нас с Тиреллами. Это было бы проблемой".

Глядя на карту, Тейлор не видел никакого способа обойти бой. Королевская Гавань была стратегически расположена в устье реки в массивной бухте размером с самое большое из Великих озер. Те, кто ее защищал, могли и не думать о современной тактике, но опять же, они не использовали современные корабли. Вместо этого они будут испытаны на войне дня.

"Порох", - наконец сказала она.

Те, кто сидел за столом, смотрели. Однако Тейлор посмотрел на Барристана. "Ты помнишь оружие, которым я согнал этого рейдера из Железного Рожденного?"

"Да. Два выстрела, и вы взорвете весь лук".

"Gunpower может сделать нечто подобное, хотя и не так ... эффективно". Она повернулась к Дорану. "Это немного похоже на Wildfire в том, что когда горит, он горит очень быстро и яростно. И когда вы помещаете достаточно его в большой металлический шар с длинным предохранителем, чтобы нести пламя, он не просто горит, он взрывается с силы, достаточной, чтобы разбить дерево и камень. Подобные бомбы на лодках могут уничтожить любой корабль, который подойдет слишком близко ".

"Вы можете сделать этот порох?" - спросил Доран.

"Я могу. Я могу показать вам, как это сделать. Это несложно, просто очень, очень опасно. Но с пороховым оружием у нас будет тактическое преимущество, которому они не будут знать, как противостоять".

Обара Санд, одна из племянниц принца, покачала головой. "Дядя, ты говоришь так, будто хочешь принять эту женщину как нашу кузину!"

Доран даже не смотрел на нее; вместо этого прямо глядя в глаза Тейлору. "Так может показаться. Это только прилично. В конце концов, старший ребенок моей дорогой сестры наконец вернулся к нам. Что может быть лучше, чем приветствовать ее возвращение, чем трон, столь жестоко украденный у ее матери?" Глава шестнадцатая: Львиное логово. Варис, Мастер Шепчущихся, сложил руки в тяжелом расшитом шелке своей мантии, поднимаясь по лестнице в зал заседаний Башни Руки. Не прошло и трети пути, как он наткнулся на борющегося Тириона Ланнисера и замедлил подъем.

"Лорд Тирион", - сказал он, приветствуя бородатого карлика со свежими шрамами.

"Варис". У Тириона была книга почти такого же размера, как и он сам - королевские счета, Варис не сомневался. Это был резкий контраст между старым Мастером монет и Новым. Лорд Бейлиш, недавно отправившийся в Орлиное гнездо, никогда не брал с собой книг или каких-либо свидетельств о своих обязанностях. Он никогда не делал заметок и не делал никаких указаний на то, что действительно выполняет работу.

В то время как Тирион с легкостью проводил по семь-восемь часов в день, пытаясь уравновесить разбитые финансы Железного Трона. И теоретически он был щедро вознагражден за свои усилия - невеста-ребенок из древней семьи, с которой он в настоящее время находился в состоянии войны. Ребенок, которого обидел его племянник, и чей отец злобно убил король Джоффри.

Варис хотел спросить, как ему подходит супружеское блаженство, но передумал. Отношение Тириона к юной Сансе Старк подтвердило то, о чем Варис давно подозревал. Тирион Ланнистер, несмотря на всю семейную историю наоборот, был добрым человеком. Это делало его особенно непригодным для жизни в Королевской Гавани, несмотря на его потрясающий ум.

Наконец они достигли покоев Десницы. В отличие от их первой такой встречи в Башне Руки, Тайвин больше не обнаружил необходимости стоять, когда прибыл Малый Совет. Он определил, как все будет на первом собрании, и с этого момента стулья остались в основном там, где они оставались.

Сидя таким образом, лорд Тайвин представил безупречный образ промышленника в своей стройной и элегантной черной замшевой тунике, расшитой серебром. Он носил протяжку Руки на груди, внимательно просматривая стопку пергаментов, прежде чем либо подписать, либо отклонить каждый, как они того требовали.

"Джентльмены, присаживайтесь", - сказал он, не поднимая глаз. "Королева-регент и великий мейстер скоро будут с нами".

Варис сел; Лорд Тайвин не любил праздных разговоров во время заседаний Малого совета. Что бы еще можно было сказать об этом человеке, он был чрезвычайно эффективен. Королева-регент и великий мейстер наконец прибыли, как раз достаточно близко к назначенному звону колоколов снаружи, чтобы не показаться грубым, но достаточно поздно, чтобы доставить немного неудобств. Варис не сомневался, что это еще одна силовая игра Серсеи. Подобно тому, как Тирион был глубоко обеспокоен своей свадьбой, королева-регент, как сообщается, была менее чем рада, что ее выйдут замуж во второй раз. На этот раз ее суженый был не блудным пьяницей, а пылким гомосексуалистом, почти достаточно молодым, чтобы стать ее сыном. Варис мог бы почти пожалеть ее, если бы она не была таким злобным существом.

Варис отметил, что борода великого магистра Пицеля все еще росла. Как и раньше с Тирионом, он подумывал прокомментировать это. Дразнить старого дурака всегда было сносным развлечением. Но опять же, он передумал. Лорд Тайвин презирал праздную болтовню.

"Давайте начнем; у меня сегодня много дел", - сказал Рука. Он положил перо, сложил руки на столе и посмотрел на свой маленький совет. Он посмотрел прямо на Вариса. "Где Хайме?"

Это был один и тот же вопрос на каждой встрече. Варис склонил голову. "Я получил новости, шепот из Риверрана. Леди Кейтилин Старк послала сира Джейми и эскорт на юг в надежде обменять его на своих дочерей. Молодой волк, как сообщается, был в ярости, и его собственная мать была задержана. Его попытки захватить вашего сына и его сопровождение были безрезультатными ".

Тайвин даже не усмехнулся. Он был слишком умен, чтобы быть таким прозрачным. "Я знаю", - сказал он со всей сухостью мирского белого вина. "Именно поэтому его знаменосец убил двух моих племянников и отказался от своего дела. Я хочу знать, где сейчас находится Хайме".

"Я не могу сказать, милорд. Кроме того, что они явно прячутся, но почти наверняка направляются к Королевской Гавани. Если бы их поймали, мои маленькие птички сказали бы мне, как и ваши собственные. Тот факт, что мы ничего не слышали, может только означать они сохраняют свою свободу ".

"Предположение и молитвы не вернут мне моего сына", - отрезал Лорд Рука. Варис склонил голову; что еще он мог сделать? У него были шпионы, рассредоточенные по Пределу и Речным землям, отчаянно ищущие хоть какие-то признаки Джейме Ланнистера.

Тайвин вздохнул, чтобы успокоиться. "Свадьба. Тирион, ты определил окончательную цену?"

"У меня есть", - сказал Тирион. "Леди Оленна уже заплатила свою часть. Наша часть продолжается".

Тайвин приподнял бровь. "Продолжение?"

"Да." Тирион сидел на краю своего огромного стула, сцепив руки вместе. "Как выяснилось, лорд Бейлиш был не столько волшебником с деньгами, сколько должником у престола. Мы по уши в долгу перед Железным банком Браавоса. Я вынужден перенаправить с вас процентные платежи, отец, на оплату свадьбу. Я, конечно, подсчитываю отложенные проценты на потом ".

Для Вариса было нелегко сохранить свое лицо, потому что, по правде говоря, он всегда рассматривал двух мужчин Ланнистеров как величайшую из драм. Трагедия рождения Тириона и неудачные обстоятельства заставили Тайвина отвергнуть Тириона как сына, и все же, если бы он мог смотреть дальше, то обнаружил бы, что в уме, темпераменте и навыках эти двое были намного ближе, чем Тайвин с двумя другими его детьми. К сожалению, это был не тот мост, который Варис когда-либо смог бы перекинуть за них.

Он заметил это только потому, что Тайвин очень быстро понял, что имел в виду его младший сын. Совершенно неподвижно глядя на Тайвина темными глазами, он просто спросил: "Сколько?"

"Что касается последнего магического акта лорда Бейлиша? Семь миллионов должны только Железному банку. Это не касается суммы долга Кастерли Рок".

Число было невероятным. Королева-регент нахмурилась, одновременно сбитая с толку и снисходительно отреагировав на реакцию отца из-за ее собственной неспособности понять, что означает это число. Пицель, несмотря на все свои многочисленные недостатки, по крайней мере, был достаточно умен, чтобы понять. "Это абсурдно", - заявил он. "Общие расходы на корону не могли быть больше, чем..."

"Два миллиона за восстание Железнорожденных", - сказал Тирион. "Множество турниров и конкурсов Роберта составили в сумме. Двадцать тысяч в год только на дорнийском красном вине. Предыдущие Руки пытались сократить его расходы, но..."

"Роберт не заботился о королевстве, а только о своей следующей шлюхе или чаше вина", - сказала Серсея с горечью в голосе.

"Понятно", - сказал Тайвин, игнорируя все слова за столом, кроме слов Тириона. "Тогда мы предпримем соответствующие шаги, если позволит время. Я согласен, что отсрочка моих собственных интересов послужит на какое-то время, по крайней мере, до тех пор, пока мы не завершим эту свадьбу и не разрешим эту трижды проклятую войну. Железный банк получит свое".

Это было настолько близко к похвале, насколько Тирион когда-либо получил от своего отца.

Тайвин снова повернулся к Варису. "Какие новости о Драконьем Камне?"

"Лорд Станнис удалился в уединение после своего поражения, но я слышал из-за моря, что его агенты также посещают Железный берег".

Рука задумчиво поджала губы. "После своего поражения он потерял ту небольшую поддержку, которую имел. Наемники не принесут ему королевства, которое не поддерживает его. Великий мейстер..."

"Лорд Хэнд, прошу прощения, но у меня есть и другие важные новости", - сказал Варис.

"Во что бы то ни стало, пожалуйста, поделитесь", - сухо сказал Тайвин.

"Я получил сообщение от Эссоса, что Дейенерис Таргариен мертва. Она и остатки ее дотракийской Орды были убиты в Кварте".

"Хорошо", - сказала Серсея в дискуссии.

Тайвин кивнул. "Это хорошие новости. Что-нибудь еще?"

"Боюсь, что да", - сказал Варис. "Похоже, что вскоре после ее смерти молодой женщине, объявившей себя Рейнис Таргариен, удалось заполучить всех трех драконов Дейенерис. Затем она отплыла из Кварта в компании некоего сира Барристана Селми в Залив работорговцев, где ей удалось добраться до восемь тысяч безупречных солдат-рабов и еще пять на тренировке ".

Услышав эту новость, Тайвин сел. "Невозможно. Я сам осмотрел тело ребенка. Что задумал Селми?"

"Согласно моим источникам в Волантисе, сир Барристан утверждает, что агенты Таргариена тайно переправили ее и ее брата Эймона из Красного Замка до разграбления Королевской Гавани и заменили их детьми-нищими из Блошиного Ботта. Позже принц Эймон умер от лихорадки. но предполагаемую принцессу тайно переправили через мир в Ашшай-За пределами-Тень, где ее обучали колдовству старых Повелителей Драконов ".

"Сказка!" - сказал Тайвин.

"Да, я согласен", - сказал Варис. "Хотя мне кажется странным, что через неделю после того, как три драконьих яйца были подарены Добрым мастерам Астапорта, чтобы заплатить за ее солдат, город сейчас находится в состоянии гражданской войны. Мои маленькие птички говорят мне, что теперь знатные семьи этого города открыто убивают друг друга на улицах для контроля над предполагаемыми яйцами. Между тем, Сама Претендентка сумела заполучить целый флот транспортных судов, убедила Триархию Волантиса дать ей еще больше кораблей, а также несколько тысяч рабов, и она с тех пор отплыл и разгромил пиратскую бухту, которую Мир и Тирош тайно финансировали против Лиса ".

Взгляд Тайвина был достаточно холодным, чтобы Варис мог поклясться, что его дыхание вызывает пар. "Пиратская бухта. Где, пожалуйста, скажите, эта пиратская бухта?"

"В Степных камнях, лорд Тайвин. Рядом с Серой Виселицей. Претендент, ее драконы и почти тринадцать тысяч солдат находятся в пяти днях плавания от Дорна. В течение месяца после Королевской Гавани. Ее народ зовет ее Аксия, что означает Богиня. Ее провозглашают Обещанной Принцессой и слывет способной лечить больных и раненых. Мои источники из Волантиса говорят мне, что она может летать по воздуху, как птица, и владеет мечом из холодного огня, который может легко резать. сквозь сталь ".

Серсея фыркнула и отпила вездесущий бокал вина. В конце концов, не все двадцать тысяч золотых драконов достались ее мужу. Она и ее брат Тирион сами сильно пили.

Тайвин проигнорировал ее и вместо этого пристально посмотрел на Вариса. - Когда ваши птички сказали вам это, лорд Варис?

Угроза в вопросе была очевидна для всех за столом, даже для Серсеи.

"Милорд, я получил первый отчет вчера утром. Однако он был настолько диковинным, что я решил дождаться подтверждения от второго, независимого источника, прежде чем передать его вам. Я получил это подтверждение менее часа назад, вместе с дополнительным новости из третьего источника о том, что она взяла Падь Истязания ".

Варис совершенно неподвижно ждал, пока Лорд Рука решит, стоит ли задержка его жизни. После долгого момента задумчивых размышлений мужчина решительно кивнул. "Если бы ты не подтвердил это, я бы подумал, что ты дурак".

С этим Варис знал, что проживет еще один день. "Спасибо, милорд. С разрешения милорда, я хочу сесть на корабль в Пентос. Они не имеют прямого отношения к конфликту между спорными землями, но находятся достаточно близко, чтобы я мог узнать больше. Возможно, я найду способ чтобы заставить Трех Дочерей решить эту проблему за нас. Но ... я не решаюсь сказать, я исчерпал свою кладовую, отправив агентов на поиски сира Хайме. "

Тайвин практически впился взглядом в Тириона.

"В следующем году я также отложу интерес к Скале Кастерли", - сказал маленький Мастер монет.

"Эта девушка явно притворяется", - сказала Серсея. "Ее история настолько диковинна, что ей поверит только дурак".

"Вот почему так жаль, что Барристан Селми смог бежать из города и присоединиться к ней", - сказал Твиин. Он произнес эти слова так же холодно и ровно, как всегда, но даже Серсея не могла не заметить в них презрения. "Никто бы не поверил такой глупой истории, если бы не рассказывал им человек безупречной чести, который действительно присутствовал при рождении девочки. Первый человек в истории, уволенный из Королевской гвардии, должность, ранее занимавшаяся пожизненно".

Варис знал, что критика касается не увольнения Барристана Селми. Критика была за выживание Барристана Селми после увольнения.

Тайвин двинулся дальше. "Варис, когда ты уйдешь?"

"Завтра во время первого прилива, милорд".

"Очень хорошо. Теперь, если вы меня извините, лорд Варис, великий мейстер, я хочу поговорить с моими детьми".

Варис встал и поклонился, прежде чем выйти из комнаты. Пицель тащился рядом с ним к лестнице. "Нелепо", - сказал старый Великий Магистр, когда они двинулись. "Я очень хорошо знал Элию и ее детей. Это, конечно, было трагедией, но я видел их тела".

"Как и я", - сказал Варис, когда они спускались по лестнице. "Но скажи мне. Кажется, я припоминаю, что Рейнис в то время была совсем маленьким ребенком, верно? Всего три?"

"Да."

"Как она была убита?"

"Вы это прекрасно знаете", - возмущенно сказал Пицель.

"Да. Несколько раз ударили ножом, а затем ее ударили по голове. Жестокий акт сверх всякой меры. Однако это заставляет меня задуматься. Меня не было рядом, когда она умерла, и вас не было. Те люди, которые видели ее смерть, были далеко семья Таргариенов. Как тогда мы можем быть уверены? Потому что, по моей памяти, не было никакого способа узнать, что жизнерадостная молодая девушка, которую принц Рейгар подпрыгнул на коленях, была тем же телом, что подарили лорду Тайвину ".

Великий мейстер на мгновение зашипел. "Лорд Варис, вы же не предполагаете, что в рассказе этой жены есть правда?"

"Я считаю, что даже в самых диковинных историях часто есть доля правды", - сказал он. "Моя работа состоит в том, чтобы найти это зерно и либо заставить его прорасти, либо, по указанию моих лордов, убедиться, что это не так. Теперь, если вы меня извините? У меня есть много посланий, которые я должен написать перед поездкой".

**********

**********

В хорошую погоду, такую ??как относительное затишье приближающейся зимы, можно было отплыть от Королевской Гавани до Пентоса за две недели. Меньше, если на быстром корабле.

Swan Ship Anmyrham был очень быстрым кораблем, низким и узким, с глубоким килем и двумя мачтами, которые ловили ветер и заставляли корабль почти летать над волнами. Для Вариса в море не было более прекрасных кораблей.

Конечно, он все еще проводил непропорционально много времени, стоя на коленях над бледным. Он так ненавидел парусный спорт. Но когда он сошел с корабля на закате над заливом Пентос, он подумал, что болезнь стоит поездки. Пентос был его домом, больше, чем когда-либо была Королевская Гавань, и было приятно снова гулять по его улицам.

Дом, в который он пошел, был узким скромным кирпичным домом, одним из десятков сплошных рядов, в которых жили свободные рабочие гавани. Технически Пентос не имел рабов из-за давления Браавоса, но на самом деле связанные слуги богатых были рабами во всем, кроме имени. Но у Пентоса также был большой класс свободных торговцев - следствие их торговли с Вестеросом и Браавосом.

Это был хороший скромный дом, в котором можно было остаться. В доме он обнаружил, что огонь уже разожжен, и в воздухе витает запах еды. "Вы прибыли!" Лэдн радостно улыбнулся приветствию. "Я получил твоего ворона, но не знал, будет ли это сегодня вечером или завтра".

"Мы хорошо провели время". Он обнял юношу и поцеловал его. Оба они были евнухами. Варис потерял мужество из-за ножа колдуна, ищущего жертву. Лэдн потерял свою в рабских кварталах Лиса в качестве будущего раба-подушки. Они делили между собой большую привязанность и, если возможно, постель. Это был редкий год, когда они виделись больше недели.

"У нас будет гость сегодня вечером?"

"Я верю, что мы могли бы, да".

"Тогда я буду готовиться".

Варис поднялся по крутой лестнице в спальню наверху и переоделся в более скромную торговую одежду Пентоси - шерстяные брюки Браавози и льняную рубашку под мягкой потертой кожаной курткой.

Умытый и одетый, он только что вернулся на узкий первый этаж дома, когда кто-то постучал в дверь. Три удара, а затем еще два. Затем последний одиночный стук.

Варис открыл дверь, чтобы впустить тяжелого незнакомца в плаще. Новоприбывший снял капюшон, обнажив густую рыжеватую бороду и кудри Илирио Мопатиса. Двое нежно обнялись. Друзья детства, именно навыки Вариса по сбору информации и навыки работы с людьми помогли им найти каждого из них там, где они находились. Для Вариса это означало Мастера Шепота в Королевской Гавани. Для Иллирио? Это означало самый могущественный Магистр Пентоса.

"Пойдем, Лэдн приготовила горлиц в пряном волантиновом соусе".

"Чудесно."

Во время еды они не говорили о политике. Скорее Варис спросил о жене, которую он помог Мопатису победить, и о должности магистра, которая пришла с этим. Мопатис спросил о Варисе и о делах Королевской Гавани. После того, как фазаны были съедены, с пряным рисом и сладкими соусами, над приготовлением которых Лэдн так усердно трудилась, каждый из них помогал Лэдну вымыться после еды, прежде чем отправить молодого человека спать.

Тогда наедине с двумя масляными лампами и кувшином вина они говорили о насущных вопросах.

"Девушка умная, - сказал Мопатис. "Она сначала послала Селми в Лис, а затем проигнорировала их предложение нанять ее флот в качестве Продажи Парусов и напрямую взяла Падь Истязателя. Она сказала этим дуракам из Мира и Тироша, что если они будут протестовать, то очевидно, что города будут поддерживать пиратство не только против Лиса. , но также и все другие торговые потоки в Узком море и за его пределами. Она подразумевала, что вмешаются Дорн, Пентос и Волантис ".

"Что сказали магистры других городов? Они выступят против нее?"

Мопатис покачал головой. "Это не стоит затрат. Она укрепила Глубину Палача, и сделала это эффективно. Каменные платформы для катапультов у входа в гавань, укрепленные, как форты. Она также поселила многих из тех волантийских рабов, которых она суетилась там. Мы оцениваем ее полное сражение теперь ее силы - одиннадцать тысяч, даже после ее потерь ".

"Я все еще удивлен, что ни Мир, ни Тирош не хотят выступать против нее", - сказал Варис. "В конце концов, они будут делать это по доверенности".

"Мир, по крайней мере, сделал символическое усилие". Иллирио, как и Варис, был человеком с большим аппетитом. У него был огромный живот, который едва сдерживал его шелковый камзол. Теперь он задрожал, когда он усмехнулся. "Они предложили каждому мужчине Золотой Компании кулак, полный золота, и девушку-рабыню по его выбору, чтобы она взяла корабль и уничтожила ее".

"О? Когда это случилось?"

"От моего ворона? Три дня назад. Два дня назад Золотая Компания полностью разорвала свой контракт с Майром. Впервые в своей истории они разорвали контракт. Насколько я понимаю, один из их капитанов был в Пади Истязания, когда он упал. "

"Нет!" Варис не мог удержаться от удивления. "Но ... она не Таргариен. Она не может быть".

"И маленький Эйгон тоже не был", - заметил Иллирио. "Но Джон Коннингтон поверил нам, когда мы сказали ему, что это был парень. Что ж, у этой Рейнис есть свой Коннингтон в образе Барристана Селми. Но есть еще кое-что, мой друг. Гораздо больше. Принца Дорана Мартелла видели в Лисе. Он гулял, Варис. Он шел свободно, в сопровождении своих злобных племянниц-ублюдков. Однако он не отплыл из Дорна ".

Сердце Вариса колотилось в груди. "Друг мой, я не знаю, что сказать. Что ты знаешь о ней лично?"

"Мой лучший рассказ исходит от Ньессоса Вхассара, моего любимого Триарха из Волантиса. Он сказал, что она была поразительно высокой женщиной, выше большинства мужчин. Стройная, но могущественная. Он сказал, что видел, как она поднималась в воздух в галерее Триархов. магии, держа в руке пылающий меч. Красные жрецы Волантиса проповедуют, что она - Обещанная принцесса, и призывают своих последователей поддержать ее. Она набрала офицерский корпус из Нью-Гиса и, похоже, хорошо разбирается в тактике Что еще более важно, я узнал от одного из моих капитанов, который был на Глубине Палачей, что молодая женщина сама по себе могущественный боец ??".

"А драконы?"

"Самая маленькая крупнее человека. Она полностью подчинила нашему шпиону - сир Джорах на стороне сира Барристана. Фактически, те, кого она доверяет, остаются там, непоколебимые. Даже мой капитан отзывался о ней хорошо. Зубная Тара может говорить о ком угодно ". Он посмеялся. "С другой стороны, женщина, наконец, пришла в себя и вырвала этот гнилой зуб. Теперь она Тара с Золотым Зубом".

Варис усмехнулся при виде изображения. У них обоих были интересные и выгодные отношения с пресловутым пиратом. - Значит, вы верите, что этот узурпатор может служить нашим целям?

"У нее есть драконы. Если Золотая рота присоединится к ней, у нее будет более двадцати тысяч лучших, самых опытных солдат в мире. И если принц Дорна объявит за нее, у нее будет имя и еще двадцать тысяч. ... С трагической смертью Дейенерис ... это может быть нашим последним шансом, мой друг ".

"Что ты будешь делать?"

"Рваный принц в долгу перед нами", - сказал Иллирио. "В конце концов, это ты предупредил его бежать, когда магистры того времени хотели назвать его принцем Пентоса".

"Насколько я помню, в том году он был пятым", - сказал Варис. "С одной стороны, он должен был лишать девственности служанок поля и моря каждый год. С другой стороны, ему жертвенно перерезали горло, если что-то пойдет не так. Тем не менее, мы сами в то время были просто детьми. Сможет ли он вспомнить? "

"Он помнит. Теперь он командует" Ветромом ", пятитысячной ротой наемников. Я предлагаю вдвое больше, чем предлагали Города работорговцев, чтобы помочь им подавить беспорядки в Астапоре. Корабли, еда, солдаты купили и заплатили за год. Золото. Но я могу рискнуть только в том случае, если у нее будет поддержка Дорна ".

Варис кивнул и допил чашку. "Тогда я направляюсь в Лис на утреннем приливе, кажется. Жаль. Я действительно вижу Лэдна так редко".

"Знаешь, ты можешь забрать его с собой в Вестерос".

"Нет, мой друг. Видишь ли, он слабость. А в Королевской Гавани слабости всегда эксплуатируются".

**********

**********

В возрасте двенадцати лет Талиса Сае Авхассар видела, как раб потерял свою жизнь, чтобы спасти ее брата.

Это был типичный день в Волантисе - невероятно жаркий и влажный. Ее родители были на второй день от свадьбы нимподаев, оставив ее и семью рабами заботиться о ее брате. Что было делать девочке и ее брату в такой день, кроме как пойти в Ройн и поплавать со всеми остальными свободными детьми?

Даже семь лет спустя Талиса могла вспомнить чувство ужаса, когда она вытащила брата из воды. Бледная, неподвижная, она могла думать только о том, что ее отец убьет ее. Девочки были товаром - ее выдали замуж ради коммерческой выгоды. Но ее брат был будущим Дома Авхассар.

Она сначала не понимала, что делал этот мужчина, когда он оставил работу и склонился над мальчиком - ей было двенадцать, и она не понимала, что тех, кто утонул, иногда можно спасти. Он сделал это, надавливая на грудь Адифоса, пока вода не вылилась из его рта, и мальчик начал кашлять.

Талиса вспомнила, как упала на колени в слезах и протянула руку, чтобы в благодарность обнять мужчину, но отпрянула, когда увидела татуировку с рыбой на его щеке. Раб. Прикоснувшись к ребенку из свободной семьи, он приговорил себя к смерти. Мужчина спокойно сидел и смотрел на нее, как будто перспектива смерти ничего не значила.

Это потрясло ее больше всего. "Почему?" прошептала она.

" Валар Моргулис ", - сказал раб. "Господь Света направляет меня. Даже если я умру, я буду доволен тем, что спас жизнь".

Эти слова, а также самоотверженность рабыни изменили ее жизнь. Она позаботилась о том, чтобы никто никогда не узнал о действиях раба.

После этого ей пришлось пробираться в Красный Храм Волантиса. Отец сказал ей, что Р'ллор был богом рабыни, и ей было запрещено присутствовать на ней. Но Талисе было все равно. Ее отец никогда бы не стал добровольно рисковать своей жизнью, чтобы спасти ребенка другого мужчины, в отличие от этого раба. Она училась у Кинвары и Бенарро, верховного жреца и жрицы храма. У нее не было дара пламени, но у нее был острый ум и умелые руки, и она научилась искусству исцеления у красных жрецов.

В тот момент, когда она достигла совершеннолетия, она взяла свое приданое и сбежала из города вместе со своей жрицей и подругой Эриале, решив никогда больше не жить в городе рабов. Кто бы мог подумать, что всего через три года она полюбит северного варварского царя?

Она потянулась в его руках, улыбаясь, чувствуя, как в ней шевелится жизнь. Но в данный момент эта новая жизнь довольно быстро давила на ее мочевой пузырь. Она вылезла из койки, которую они с королем Роббом делили на марше к Близнецам, и быстро наполнилась водой. Она оделась против того, чтобы утро становилось все более холодным, а затем вышла из палатки на утреннюю молитву.

Там был Эриал, единственный в Северной армии, кто молился Владыке Света. Вместе они зажгли костер и спели гимны, молясь, чтобы Господь снова принес свой свет миру. Эти слова принесли ей удовлетворение.

Однако, когда утренняя молитва закончилась, Эриаль взяла ее за руку. "Моя королева", - прошептала она. "Есть кое-что, что я должен тебе показать. Ты придешь?"

"Конечно." Эриале была рядом с ней с первых дней ее идеологической обработки в Красном Храме. Она была больше, чем подруга Талисы - она ??была ее духовным советником и личной жрицей. Теперь она без колебаний последовала за маленькой палаткой, которую Эриале использовала рядом с собственной.

Внутри горела небольшая жаровня, нагревая палатку. У жрицы был небольшой складной столик, который служил опорой для ее палатки и жаровни, когда они собирались для продолжения путешествия. Талиса села на походное кресло-треногу и с интересом наблюдала, как Эриаль копается в своих связках одежды.

Когда она вернулась, сердце Талисы тяжело забилось в ее груди, заставив ее ребенка пнуть. "Это ... Эриаль, где ты взяла стеклянную свечу?"

"От верховной жрицы Волантиса", - сказала Эриале. Эриал выглядел всего на год или два старше Талисы, с оливковой кожей, белыми волосами и фиолетовыми глазами, типичными для потомков валирийцев, живших в Волантисе. "В огне храма было видно, что ты поднимешься высоко, Талиса Старк. Свет Господа горел в тебе, и Его прикосновение коснулось твоей спины, ведя тебя по сей день. Я всегда был твоим верным другом, и я была подарена эта свеча на тот случай, если слуги Господа когда-нибудь потребовали, чтобы я поговорил с вами. Один из них сделал это ".

Затем она произнесла слова, от которых волосы на шее Талисы встали дыбом - древние сильные слова - когда она держала руки над свечой. К ее шоку, стеклянная свеча загорелась. Шокирующий болезненный белый свет заполнил палатку. Глядя на это, обожгло глаз; и все же Эриале сделала именно это. Ее фиолетовые глаза побелели, когда она посмотрела на пламя свечи.

"Я Эриаль, Жрица Пламени, почитаемая Р'хлором".

Талиса подавила шок, когда в ответ заговорил голос. "Я Чжань-Ли, Жрица Пламени, почитаемая Р'хлором. Приветствую тебя, сестра".

"И я тебя, сестра. Я сделала, как ты просила. Теперь со мной Талиса, дочь Авхассара, теперь королева северян Вестероса. Она услышит твои слова".

" Приветствую вас, Талиса Старк, Королева Севера. Я обращаюсь к вам сейчас со Ступени, в компании Куэйта, Плотницы Теней Ассая, той, кто видит пламя и имеет ухо Ее Светлости, Королевы Рейнис Таргариен, Первой Ее Имени, Королева Семи Королевств и возродившаяся Ахор Азай. И я передаю тебе серьезные слова ".

Это должно было быть невозможно. Кроме Талисы выросла в одном из дочерних городов Валирии. Ее семья жила в пределах Черных стен, созданных валирийцами, и она выросла, читая о магии, которая сделала Валирию такой могущественной. Она знала о классных свечах, даже если никогда раньше их не видела. И она знала, что у ее личной жрицы он не будет случайно.

"Ночь темна и полна ужасов", - сказала Талиса, позволив знакомым словам произойти наизусть. "Пусть мудрость Господа осветит меня".

" Его благословение сейчас на вас. Ибо будущее было видно. Послушайте сейчас слова Повелителя Света, Талисы Старк из Винтерфелла. Пламя показало, как содранные близнецы берут вас в свои объятия, кормят вас хлебом и солью только для того, чтобы затем вырежьте младенца из своего чрева. Пламя показало тело царя, оскверненное головой волка. Пламя показало, что родственники убивают родственников, а плач матери затерялись в реке крови. Каким бы путем ни пойдут ваши шаги в этот момент, привести к смерти всех, кого вы знаете ".

Хотя это пророчество не было знатоком тонкостей политики Вестероса, оно было необычным по своей ясности. Сдранные близнецы? Это должно было означать и Болтонов, и Дом Фреев.

"Я ... эти слова трудно услышать".

" Тогда послушайте это, Талиса Старк из Винтерфелла. Я жрица Волантиса, но я видела правду, которую не видели даже мои братья. Ничего больше, чем прикосновение. Я видел, как Принцесса, которой было обещано, летела в воздухе, рожденная силой Господа. Ее слова звучат правдиво, а ее послание - любовь, умеренная силой. Я служу Господу Света через нее, и это ее воля, чтобы я говорил с вами сейчас. Это воля королевы Рейнис, чтобы вы и ваш муж жили ".

"Но почему?"

" Кровавый долг. Дед Рэйенис сжег деда и дядю твоего мужа до смерти, несмотря на безумие. С этим предупреждением долг выплачен. Делай с информацией, что хочешь, но знай, что когда наступит Долгая ночь, твой муж должен преклоните колени, если человеческий мир хочет выжить. Прощайте, мои сестры ".

Внезапно свет свечи погас. Эриале вздрогнула, заплакала от боли и закрыла глаза. Хотя часть Талисы очень хотела утешить свою подругу, она сидела, парализованная тем, что она узнала. Это было больше, чем просто слова предупреждения и страха, который они сопровождали. Значение этого момента проникало в ее мысли.

"Вы когда-нибудь были моим другом, Эриале?"

"Всегда, моя королева". Несмотря на боль - несмотря на то, что она все еще закрывала глаза, - Эриаль не раздумывая ответила. "Кинвара не выбрал меня в качестве твоего друга. Кинвара выбрал меня на мою роль, потому что я был твоим другом. Сначала я отказался. Я бы с радостью умру тысячу раз, прежде чем предам тебя". Она сморгнула слезы - ее глаза заблестели и были налиты кровью от напряжения при использовании свечи. "Скажи мне сейчас, моя королева. Моя сестра. Это предательство? Скажи слово, и я порежу себе запястья".

"Нет." Талиса заговорила без колебаний. Потому что это не было предательством. Это имело смысл. Талиса знала, что красные жрецы и жрицы пытались обратить народ Вестероса в свет красного бога. И она знала, что Эриале была жрицей этой веры.

"Пойдем. Мы должны поговорить с моим мужем". Глава семнадцатая: Темные крылья, Темные слова. Нутро Сандора Клигана подсказывало ему, что он был окружен солдатами, несмотря на то, что говорили его глаза.

Его глаза сказали ему, что тележка фермера, которую он украл, чтобы добраться до Близнецов, была окружена бедными свободными людьми, направлявшимися на север на свадьбу Эдмунда Талли из Риверрана и одной из девушек Фрей. Сандор не сомневался, что какая бы девушка это ни была, она будет настоящей ведьмой. Из поколения в поколение Фреи никогда не производили прилично выглядящего человека. Слабые подбородки и тусклые глаза - вот и все.

К черту Фрейсов.

Но интуиция подсказывала ему, что эти люди ходят как солдаты. Доспехов они не носили, но рулоны на спине были слишком большими и громоздкими.

К северу от Олдстоуна дорога начала становиться переполненной. Сначала струйка. Пара мужчин, идущих по обочине дороги в унылой домотканой ткани рабочих или фермеров. Набор из трех чуть дальше. Другие телеги, загруженные продуктами, в сопровождении еще нескольких фермеров, чем казалось нормальным.

В течение часа их были сотни. Кто-то пешком, кто-то верхом. Время от времени у них были телеги с едой на свадьбу. Рядом с ним сидела маленькая девочка Старк с широко открытыми глазами и прямой спиной. Дважды она выглядела так, будто собиралась крикнуть, и каждый раз останавливалась, как будто узнала кого-то, только чтобы усомниться в себе.

Впереди показалась колонна солдат, тоже направлявшаяся на север. Судя по покрою шлемов, они были северянами и хорошо экипированы. Кольчуга, копья и те изящные круглые щиты, которые использовали волки. Во главе их сидел дворянин в вареной коже и броне, а не из стали, но вполне подходящей для чего угодно, кроме рыцарского турнира. Рядом с ним ехал знаменосец с подвеской в ??виде ободранного человека. Это были не наспех собранные с фермы сборы, а настоящие вооруженные люди.

Гребаные северные пизды.

Все пошло к черту примерно в полдня езды к югу от Близнецов. Самый большой гребаный волк, которого когда-либо видел Сандор Клиган, выскочил из чертовой середины ниоткуда, как большая белая лошадь с клыками, перепрыгнул через лошадь северной благородной пизды и откусил дворянину голову одним гребаным укусом.

Маленькая девочка встала, как в старые добрые времена, и начала кричать, когда Сандор быстро положил этому конец. Он хлопнул рукой по ее уродливому личику. "Заткнись! Там умирают мужчины, ты хочешь быть одним из них?"

И они умирали. Шквал стрел пронесся по колонне, и внезапно все люди, которые шли по дороге на север, взяли в руки мечи. Не было никаких тактических движений - просто люди, которые со всех сторон атаковали изодранную, потрясенную колонну северян. Это была настоящая бойня. За секунду погибла тысяча северян.

"Это умирающие северные мужчины", - снова прошипел Сандор девушке, когда она не переставала сопротивляться. "Это означает, что убивают люди Ланнистеров".

Маленькая девочка высвободила рот. "Это лютоволк моего брата!"

"Что теперь?"

Из узкого леса, отделявшего болота от залива Железного человека, вышли более настоящие солдаты. На них была изображена ливрея бегущего волка на белом. А за ними верхом на лошади в тяжелой кольчуге и коже ехал молодой щенок с редкой бородой и в короне из дерева и железа.

"Робб!"

В ухе Сандора зазвенел крик девушки. Вот почему он ненавидел маленьких девочек. У него болели уши. "Робб!"

Молодой король посмотрел прямо на них, несмотря на все попытки Сандора скрыть их из виду. Но теперь глупой девочке пришлось закричать. И, конечно же, все солдаты, не одетые как солдаты, начали собираться вокруг них.

Ни в первый, ни в последний раз Сандору пришлось задуматься о том, какого черта он думал, что делал, помогая маленьким девочкам. Для него это никогда не делало ничего лучше.

Король Робб Старк поскакал на своей лошади прямо на них, словно на турнире, только для того, чтобы подскочить на короткое время, зевая, как дурак. "Арья?"

"Робб!"

После нанесения ущерба Сандор не смог помешать девушке выбраться из фургона. Робб спешился, и они оба обнимались. Девушка бормотала сотню слов в секунду, цепляясь за мужчину.

Однако Робб смотрел на Сандора.

Бля .

- Сир Сандор Клиган, - прорычал Робб.

"Я не гребаный рыцарь", - сказал Клиган.

Солдаты вокруг повозки приготовили свои клинки. Сандор впился в них взглядом. "Какого хрена ты думаешь, я собираюсь забить тебя до смерти соленой свининой?"

"Как у вас была моя сестра?" - потребовал ответа Робб.

"Пересеченные пути. Лучше я, чем некоторые. Планировал выкупить ее перед тобой. Почему мы ехали на север".

"Странные приказы от вашего короля Джоффри".

Сандор плюнул. "К черту Джоффри. К черту Серси. К черту Ланнистеров. К черту их всех. Просто хочу золота за то, что привел девушку, тогда я пойду".

"Он сделал тебе больно?" - потребовал Робб у сестры.

Она покачала головой. "Нет. Но он убил Мику мясника!"

"Я гребаный гончая, девочка! Я убил сотни мужчин и мальчиков одинаково. И твой лорд Берик уже судил меня за это, не так ли? Судил меня невиновным в суде поединком!"

Человек с большой бородой приехал верхом на бедном покачивающемся пони с бойни. "Руз мертв. Королевское правосудие - суровое правосудие". Он сказал это, как будто это была шутка.

"Робб, что происходит?" - спросила Арья. "Я думал, что Болтоны были нашими знаменосцами".

Робб перевел взгляд с Арьи на Сандора, затем на поле. "Если тебе нужно золото, Клиган, ты должен следовать за мной. У нас мало времени. Смоллджон, пусть люди начнут раздевать тела и убирать их с дороги. Фрейи ждут колонну людей из Болтона. , нам нужно дать им один. "

Король сел, затем, взяв за руку, легко поднял сестру к себе на колени. "Принеси телегу, Клиган", - сказал молодой король.

- Гребаные телеги, - пробормотал Сандор.

Армия короля пряталась за деревьями, как гребаные преступники. Тем не менее, у Старка было неплохое число, по крайней мере, три или четыре тысячи на первый взгляд. Посередине была скромная палатка. И в этой палатке стояла старая сука Старк, которую Серсея так хотела убить в Винтерфелле.

Кейтилин Старк вскрикнула, когда увидела Арью, и девочка спрыгнула с седла Робба с криком: "Мама! Мама!" как будто она была младенцем. За старухой Старк шла женщина помоложе, толстая с младенцем в животе, но все остальная худощавая. Волантин, Сандор держал пари. Этим волантинам нравятся их худые женщины, дураки. В любом случае, дай ему большую женщину с большими сиськами и красивой круглой задницей вместо тощей сучки.

"Что он здесь делает?" Кейтилин Старк зашипела, увидев Сандора.

"Вернуть тебе твою дурацкую дочь, женщина", - крикнул Сандор. "Я бы тоже взял и другую, если бы она ушла со мной. Но чертова дурака осталась. Думал, что этот ублюдок Станнис победил, но жаль, что он этого не сделал".

"Почему ты ушел?" - сказал Робб.

"Потому что они продолжали задавать мне гребаные глупые вопросы. Я привел девушку к тебе. Где мое золото?"

Сандор не понял, как молодой щенок посмотрел на маму. Однако он достаточно ясно понимал ее реакцию.

"Нет!"

"Мама, даже зная, что это ловушка, нет никакой гарантии, что мы сможем выжить в ней", - сказал Робб. "Таким образом, вы, Арья и Талиса в безопасности. Вы можете путешествовать с колонной" Болтон ". У Фреев не будет никаких причин задерживать вас. Стремитесь к Белой Гавани как можно скорее. Лорд Мандерли защитит вас. "

"Этот человек убийца!"

Робб проигнорировал комментарий и вместо этого повернулся к Шандору. "Сотня золотых драконов, если вы благополучно доставите мою жену, мать и сестру в Белую Гавань. Двадцать сейчас и еще восемьдесят по прибытии".

"Двести! Если мама хоть немного похожа на девочек, путешествовать с ней будет занозой в заднице".

"Как ты смеешь!" - возмущенно заявила Кейтилин Старк.

"Выполнено!"

"Робб!"

Негодование матери было проигнорировано Роббом в пользу долгого, обжигающего поцелуя тощей беременной сучки. В отличие от громкого харридана Старка, этот просто долго смотрел на молодого короля. Сандор обнаружил, что смотрит в сторону.

К телеге подошли волантинка и еще одна со светлыми волосами и причудливыми глазами валирийца. "Ну, по крайней мере, у нас будет много еды", - сказала беременная служанке, помогавшей ей встать.

"Но Робб, я только что сбежал от него, не заставляй меня снова идти с ним!" - воскликнула Арья. "Он придурок!"

"Арья, язык!" - потребовала ответа Кейтилин Старк.

"Верно, маленькая сучка", - крикнул Сандор. "Слушай свою маму и не ругайся. Это не по-женски".

В спине хохотала тощая беременная волантин. "Давай, Арья!" - позвонила женщина. "Меня зовут Талиса, и я так много слышал о тебе! Подойди ко мне и расскажи мне о своих приключениях!"

Пожилая женщина потерпела поражение. "Пожалуйста, Робб", - сказала она. Хотя Сандор был достаточно умен, чтобы сообразить, что она больше не спрашивает о тележке. "Пожалуйста, вернись к нам. Ко мне".

Молодой человек ухмыльнулся ей, хотя Сандор увидел, что это была фальшивая ухмылка, поскольку Сандор был фермером. Он обнял свою материнскую гарпию и отправил ее дальше. К великому неудовольствию Сандора, он также послал большого медведя человека, которого назвал Смоллджоном. Этот человек был на дюйм впереди Сандора. Если бы он был Смоллджоном, то его отцу лучше было бы быть настоящим гребаным медведем.

Чертовы северяне.

**********

**********

- Значит, это ваша жена, старик?

Сандор долго смотрел на стражника Фрея, не зная, был тот человек слепым или немым. Во-первых, Шандор не был стар. Во-вторых, идея быть замужем за гребаным придирчивым харриданом вроде Кейтилин Старк, которая всю поездку комментировала плохое качество фургона и его водителя, была настолько нелепой, что только дурак мог подумать, что Сандор такой человек.

Тем не менее, если это им удалось. "Да. Хочешь ее?"

"Не смей!" - прошипела старая женщина Старков.

Солдат засмеялся. "Я думаю, ты прикрыл это, старик. Беременная?"

"Она моя жена", - гордо сказал Маленький Джон Амбер. "Выиграл ее в игре с костями!"

"Я бы сказал, ты получил лучшую сторону сделки", - сказал солдат Фрей.

"Да, я подобрала себе прекрасную девушку, она получила себе большого уродливого мужчину! На пути к Дарку. Понимаешь, надо накормить этих несчастных на Стене".

"Смоллджон приставал к нему", - подумал Сандор.

"Медная звезда, которую нужно пересечь". Охранник протянул руку.

"Медная звезда!" - пробормотал Сандор. "Что, ты собираешься трахнуть меня и перенести через реку?"

Ублюдок Фрей закатил глаза. "Я не устанавливаю ставку, старый дерьмо.

Учитывая, что река неслась мимо них в поперечнике на несколько сотен футов, вариант был менее чем привлекательным. Яростно ворча, он вытащил одну из своих драгоценных монет. Это он украл.

"Давись этим", - сказал он.

"Будьте добрее судьбы, чем ваша", - засмеялся солдат.

- Бля Фрейс, - пробормотал Сандор. Он щелкнул поводьями и привел тележку в движение. Они прошли через первые из двух массивных ворот башни, которые контролировали единственный мост через Зеленую Вилку так далеко на севере. Пройдя внутрь башни, он потерял счет смертельным ямам внутри.

"Не могу поверить, что ты осмелился..." - начала его хвалить Кейти Старк.

"Ты моя жена, женщина", - сердито отрезал Сандор. "Если вы скажете иначе, мы мертвы".

Она закрыла рот. "Да, муж". Ей удавалось придать словам приятные нотки, даже когда они сокращались.

Эддарду Старку было бы лучше умереть, если бы это согревало его постель по ночам.

**********

**********

Тележки сделали плохую скорость. Когда Сандор нашел тележку, это произошло потому, что фермер ремонтировал колесо. Сандор помог ему, затем избил его до потери сознания и собирался убить коротышкой, остановившей его. Боги сочли нужным проклясть его тремя сломанными колесами в следующие три дня в качестве награды за его преступление. Гребаные боги.

Он и Смоллджон каждый раз фиксировали колеса и продолжали свой путь. Ему пришлось признать, что в качестве попутчиков Смолджон был не так уж плох. Он говорил только тогда, когда с ним разговаривали. В противном случае он был доволен просто смотреть через Перешеек, пока они шли на Королевскую дорогу. Это было небезопасно, но это был самый быстрый и единственный способ пройти через болота Перешейка.

Ров Кейтлин может быть проблемой. Даже северяне не знали, кто держал его в данный момент.

На третий день на них напали сломленные люди. Шесть из них были мертвы на глазах, если не телом, вооружены плохо сделанными мечами и дубинкой. Они напали в ранние утренние часы, думая, что все их жертвы уснут.

Для большого волосатого ублюдка Сандор должен был признать, что Смоллджон хороший боец. Он держал боевой топор, лезвие с одной стороны и острая стальная кирка с другой. Он вскочил на ноги при первом же щелчке своей лошади и отрубил мужчине голову еще до того, как другие разбойники даже сообразили, что они должны атаковать.

Шандор сделал свое дело. К его удивлению, худенькая волантийская девушка тоже выполнила свою роль, стреляя из арбалета, который ее маленькая валирийская ручная работа повернула для нее. Мама чуть не убила их всех, закричав: "Арья!" когда ее драгоценная, злая маленькая девочка взяла свою наклейку со свиньей и прикончила человека, которого застрелила ее хорошая сестра.

"Это же папина девочка!" Смоллджон кукарекал, когда они закончили. "Винтерфелл!"

Девушка сияла, несмотря на наказание матери. "Пусть, женщина", - отрезал Сандор. "Их было шестеро и двое мужчин сражались. Она выполнила свою роль".

"Я леди Винтерфелла", - прошипела Кейтилин Старк. "Ты не будешь говорить со мной, как с обыкновенной шлюхой!"

"Почему бы и нет? Мне платят не за то, чтобы я был вежливым; мне платят за то, чтобы доставить тебя на север". Он посмотрел на Смоллджона. "Ваш король платит вам?"

"Я вассал", - пожал плечами Маленький Джон. "Мне не платят".

"Жалко. Если тебе надоест все это дерьмо, для такого топора в Эссосе есть неплохая работа. А теперь давайте вынесем это дерьмо в болото".

В ту ночь Сандор наблюдал, как беременная девушка и ее слуга молились у костра, как будто собирались дать им новую одежду или накормить. "Как Торос", - пробормотал он. "Разве это не пошло бы на хер, если бы это дерьмо обнаружилось".

Они этого не сделали. Вместо этого, за день до того, как они должны были достичь Пальто-Мейтлина, прибыл король Робб со своим хозяином.

Всего двенадцать сотен человек.

"Когда я ушел, у тебя было намного больше", - сказал Сандор королю. "И два глаза".

Его мама плакала, что ее драгоценный малыш потерял левый глаз. Его жена не рыдала, она просто подошла к нему и осмотрела ужасную рану.

"Еще нет инфекции", - сказала она. Ее голос показался Сандору хриплым. "Ты вернулся к нам. Поражение или победа?"

Улыбка этого человека не походила на ухмылку побежденного. "Мы взяли Близнецов. Там лорд Эдмур с половиной гарнизона Талли, а его дядя держит для нас Риверран. У Ланнистеров уже была колонна, двигавшаяся на север, ожидая, что Фрейс, Болтон и Карстарк победят нас. Они превосходили нас численностью в пять раз. один, и мы с позором выгнали их с поля. Заставили их врасплох ".

Сандор не мог смотреть на то, как молодой щенок и его жена смотрели друг на друга. Вместо этого он изучал солдат. Усталые, грязные и воняющие дерьмом, тем не менее, они стояли прямо. Их король победил их, несмотря ни на что. Он поприветствовал свою семью и в конце концов направился к Шандору. "Смоллджон сказал мне, что ты отбился от разбойников. Ты заработал свое золото, если это все, что тебе нужно".

"Это все, что я хочу", - сказал Сандор. "Я закончил служить лордам и королям. И твоя мама скорее перережет мне горло".

Жена молодого короля засмеялась. "Этот человек говорит правду, Робб. Он был ужасно груб с леди Кейтилин на протяжении всей поездки. Хотя я думаю, что у него есть причина. Некоторые мужчины несут вину со смирением, другие - с гневом".

"Черт возьми, ты знаешь?" - потребовал ответа Сандор.

Талиса ушла от мужа. "Я знаю, Сандор Клиган, что вы пытались спасти Сансу и Арью Старк. Не потому, что ваш король сказал вам, а потому, что, несмотря на ваши слова и ваш гнев, вы хороший человек. Возможно, не добрый, но хороший. Тогда я скажу вам кое-что в качестве награды. Мы обнаружили, что Фрейс и Болтоны предали нас с помощью магии. Мы подтвердили это от самого Фрея, но именно Владыка Света дал нам первое предупреждение. То же самое, мы знаем о королеве Степных Камней, которой суждено захватить Железный Трон. Она проживает в Глубине Палачей, в Ступенчатых Камнях. Она - Азор Ахай , Принцесса, Которая была обещана. Если вы закончили служить королям и лордам , может, вместо этого ты найдешь смысл в настоящей королеве? "

"Я тоже наелся королевами", - сказал Сандор.

"Даже королевы, которые могут залечить ваши шрамы? Вы будете делать то, что хотите. Но со своей стороны я благодарю вас". К полному шоку Сандора, молодая королева прижала его к себе и поцеловала в безупречную щеку.

Старк только что дал ему золото, слава богам.

Когда он натянул доспехи и оседлал лошадь, к нему подбежала маленькая коротышка. "Я больше не хочу тебя убивать", - решила она.

"Теперь я буду лучше спать", - сказал Сандор. "Смотри за собой, птичка. Держи эту наклейку со свиньей под рукой". С этими словами он поехал на восток, в Белую Гавань.

К черту северян; он со всеми покончил. И все же двести золотых драконов - это немало.

"Никогда не был в Лисе", - пробормотал он про себя.

**********

**********

"Убил сотню человек в одиночку, она же! Моя мать клянется в этом на могиле нашего дедушки!"

Затонувшая шестеренка была типичной гостиницей по левому борту. Девки были старыми, уродливыми и на вид более дружелюбными, чем имели право быть. Пиво, однако, было хорошим, и они подавали поджаренную корочку ячменного хлеба с сыром и растопленным на ней луком, что, как он решил, было лучшей долбаной вещью, которую он когда-либо ел.

А в данный момент развлечение проводил странствующий торговец специями, который только что приплыл из Галлтауна. У него была целая стая причальных крыс, моряков, капитанов судов и местных жителей, которые слушали каждое слово, как измученные жаждой люди, смотрящие на воду в Дорне.

И с каждым глотком сказка становилась все более диковинной. Сначала Робб убил своим волшебным волком десять человек, потом двадцать, потом тридцать. Теперь их была сотня, и к тому времени, когда пузатый дурак напился до глупца, Робб Старк в одиночку перерезал бы все Вестерленды.

"Ты выглядишь сомнительным, друг".

Сандор взглянул на человека, который на самом деле мог быть более уродливым, чем он был, хотя и по совершенно другим причинам. Высокий, широкоплечий, но с лицом, покрытым уродливыми черными татуировками наручников, мечей и кнутов, мужчина был одет в вареную кожу и кольчуги бойца. Он сел без приглашения и поставил траншеекопатель рядом с домом Сандора. Вместо деревянной кружки мужчина поставил кувшин.

"Я выгляжу голодным, так что отвали".

"Урод, черт возьми, тоже", - сказал мужчина с ухмылкой. "Но ты будешь пить мое гребаное пиво или свою пизду и дурак. Только придурки и дураки отказываются от бесплатного пива".

Сандор хотел поспорить ради этого, но к черту всех, если мужчина был неправ. Он хлопнул кружкой по кувшину. "Отлично."

Ублюдок налил, а затем съел свой луковый сырный хлеб. "У Волантинов есть этот соус, который они делают, красный, как кровь, немного сладкий, маленький пирог. Клянусь грудью Девы, если они положат немного под сыр и лук, это будет лучшая гребаная еда из когда-либо приготовленных".

"Достаточно хорошо, как есть", - сказал Сандор. "Чего ты хочешь?"

"Я хочу знать, что произошло на самом деле", - сказал татуированный мужчина. "Железный трон настолько испорчен, что они отложили королевскую свадьбу, пока Тайвин Ланнистер собирает новые сборы".

Сандор впервые посмотрел на мужчину. "Как, черт возьми, ты узнал об этом?"

"Я только что был там".

"Почему?"

"Шпионить, конечно, ты придурок", - сказал мужчина со смехом. Он откусил огромный кусок сырного лукового хлеба и ухмыльнулся.

"Не такой уж и шпион, если вы согласитесь, - сказал Сандор. "Вы один из Вариса?"

Мужчина фыркнул. "Я? Работать на этого ублюдка? Черт возьми, нет. Если я собираюсь работать на кого-то без члена, им лучше иметь сиськи. И длинные ноги. Такие ноги, как ты, не поверишь".

Сандор долго и пристально смотрел на мужчину. "Кто ты, черт возьми?"

"Зовут Вайлис Тойн, мой друг. И у тебя будет много денег, если ты расскажешь мне, как Робб Старк сбежал из ловушки Уолдера Фрея. И, может быть, работу, если тебе интересно". Глава восемнадцатая: Король пиратов. Тейлор был обеспокоен. Она уже отказалась от сна и теперь сидела, скрестив ноги, на своей кровати в "дворце", который она построила для размещения административных служб переименованного Порт-Рояля.

Последние два месяца были первыми с тех пор, как она прибыла на планету, где у нее был продолжительный период отдыха на суше. Она поручила Режалу надзирать за обучением старших Безупречных мальчиков, а люди Тойна помогали обучать бывших волантиновских рабов, готовых сражаться, искусству стрельбы из лука. Сир Джорах работал с Гролео над подготовкой мужчин к упражнениям на абордаж.

И она лично наблюдала за производством примитивных бомб с запалом. Дела шли хорошо.

Слишком хорошо .

Их уловка с Королем Севера сработала, несмотря на сомнения Тейлора. Когда Чжан-Ли пришла к ней и призналась, что она была послана в качестве миссионера Верховной жрицей Волантиса, и что аналогичные миссионеры были посланы по Вестеросу и Эссосу, Тейлор сначала испытал искушение отправить ее обратно.

Однако это был Куэйт, который советовал проявлять осторожность. "Зачем рассказывать нам?" она спросила.

Юная жрица склонила голову. "Я видел силу Азор Ахай. Я видел ее любовь к своему народу и ее мудрость. Она говорит иное послание, чем те, кто обучал меня. Более ясное послание. Я верю, что Господь Света благоволит ей, и теперь говорит через нее. , а не первосвященники и жрицы, обучавшие меня ".

И разве это не страшно?Чжан Ли искренне верила, что Тейлор был ее личным Моисеем. Она хотела отвергнуть и это, пока юная жрица не показала маленькую стеклянную свечу, которая у нее была. Куэйт удивленно вздохнула, и даже Тейлор почувствовал шок.

Три дня спустя три женщины использовали свечу, чтобы поговорить с коллегой Чжан-Ли в поезде Северного короля, чтобы предупредить его о заговоре, раскрытом им не с помощью магии, а от воронов, посланных им неизвестным агентом.

Две недели спустя они получили известие о величайшей победе Севера в войне. Тейлору пришлось признать, что молодой король был хорошим тактиком, преодолевал значительно превосходящие силы и дьявольски умную, если не совершенно аморальную ловушку.

Уловка сработала лучше, чем Тейлор мог надеяться, ослабив Ланнистеров настолько, что они отложили "королевскую свадьбу" и начали собирать новые сборы, чтобы заменить людей, потерянных в односторонней победе Робба Старка.

Дела шли идеально. И если жизнь и научила Тейлора чему-нибудь, так это тому, что ничто не может длиться идеально вечно. Вот почему она была беспокойной.

С подавленным вздохом Тейлор вылез из постели. Солнце должно было взойти в течение часа, насколько она могла почувствовать. Она оделась в течение дня, выбрав новую пару хлопковых брюк-кюлотов (которые были наиболее близки к удобным джинсам, которые она могла найти), льняную блузку и простой кожаный жилет, который служил практичным бюстье. После минутного колебания она натянула свой оружейный пояс.

"Аксия, ты здоров?"

Миссандаи поднялась со своей постели в углу покоев Тейлора, как всегда готовая и желая помочь. К сожалению, она натолкнулась на твердую стену с алгеброй, но, к ужасу Тейлора, мало кто знал даже простую алгебру. Пейт, ее инженер, знал достаточно основ геометрии, чтобы построить укрепления, но он был исключением.

"Просто беспокойно", - сказал Тейлор. "Я собираюсь на пробежку. Иди спать".

"Ты уверена, Аксия?"

"Я уверен, милая. Иди спать".

Миссандаи, казалось, никогда не знала, что делать с ласковыми прозвищами, которые ей дал Тейлор. С одной стороны, они немного сбивали ее с толку. С другой стороны, часть ее была довольна. Итак, Тейлор старался никогда не использовать псевдонимы, кроме случаев, когда они были одни.

Молодая женщина снова легла в свою кровать, не в силах жаловаться на сон.

Королевская резиденция была не более экстравагантной, чем любое другое здание в порту. Единственное, что отличало его от других, это то, что они действительно закончили его строительство. Построенная из смеси местного дерева и черного базальта, резиденция представляла собой относительно скромное двухэтажное здание с широкими открытыми окнами, которые лучше всего подходили для этого региона, но с прочными деревянными и стальными ставнями, которые можно было использовать для усиления. И это было не просто ее место жительства - у всех ее старших сотрудников были комнаты в здании, а также у нескольких вспомогательных сотрудников.

Незапятнанная обратила на себя внимание, когда спускалась по лестнице. Они не выказывали признаков истощения, несмотря на то, что подошли к концу смены. Она кивнула им, спрашивая после них. Каждую ночь приходили новые, поэтому она всегда спрашивала их имена. Двое на страже возле ее комнаты - Оргет и Синяя Крыса.

В тот момент, когда она покинула свое жилище и позволила теплому субтропическому воздуху окутать себя, она поняла. Сила кипела от растущей угрозы. Что-то пошло не так. Двое охранников на посту были так же настороже, как и те, кто находился внутри. Она узнала одного из них. "Кот?"

"Да, Аксия?"

"Я считаю, что мы собираемся подвергнуться нападению. Как можно тише, распространите тревогу. Ни звонков, ни сигналов тревоги. Вы оба, идите".

Они пошли бегом. Сама Тейлор бросилась обратно внутрь. "Оргет, Синяя Крыса, боги предупреждают меня об опасности. Разбуди всех и приготовься к битве, но никаких сигналов тревоги! Мы не должны предупреждать нашего врага!"

Как и те, кто снаружи, двое Безупречных бросились выполнять ее приказ.

Тейлор выбежал обратно на улицу. Она уже чувствовала, как движутся фигуры, когда ее Безупречные быстро пробуждались. В гавани она могла видеть их драгоценные транспортные корпуса на якоре.

Сидящие утки. Громкое скольжение привело ее к тому, что она увидела Темерера, ползущего по пляжу на хорошей скорости. Он остановился и стал тереться о нее, пока она не почесала его за гребень. "Привет, любимый", - прошептала она. "Вы достаточно сильны, чтобы меня подвезти?"

Дракон покосился на нее. Даже если она не понимала языка тела, через узы она чувствовала легкое оскорбление, которое он воспринял при этом вопросе. "Я знаю, что глупо сомневаться в тебе", - сказала она. "Подними меня, Темерер. Мне нужно увидеть".

Дракон теперь был вдвое длиннее человека, во многом из-за мучений свиноводов и юного левиафана, выброшенного на берег на соседнем острове, которого все три дракона пожрали до костей.

Его чешуя казалась пластиной из теплой стали под ее рукой, когда она взбиралась на его плечи. Он расправил свои массивные крылья и сделал три больших шага к воде, прежде чем упасть. Она почувствовала его напряжение своим прибавлением в весе, но он преодолел это благодаря силе и решимости. Через мгновение они были в воздухе.

До этого она ехала на Темерере только один раз, и то лишь на мгновение, потому что он был еще мал, чтобы нести ее немалый взрослый вес. Тейлор была высокой женщиной с мускулами натренированного бенду. Но теперь он с гордостью переносил ее, молча нес ее через край кальдеры. В абсолютной темноте предрассветной ночи она ничего не увидела на воде.

Наклонившись, пока она не уперлась головой в чешую на плече, она прошептала: "Одолжи мне твои глаза, Темерэр".

Он ответил через их связь. Она проскользнула в его могущественный, но чуждый разум, и через мгновение увидела то же, что и он.

Драконы видели как в обычном, так и в инфракрасном свете, и у них на языке были термодатчики, которые она воспринимала почти как вкус. Когда дракон покинул кальдеру, он увидел воду, простирающуюся внизу, и длинные узкие формы на воде. Его мощные уши слышали звук ударов весел по воде. Он почувствовал запах человеческого пота. Корабли. Их десятки. Даже сотня, каждый ощетинился воинами.

Кто они? Откуда они пришли?

Вопросы придется подождать. Они были почти в пределах досягаемости ее дюжины дромундов, винтиков и галализ, которые она накопила, стоя на якоре у входа в гавань. Она прервала мысленную связь и подавила вызванную ею волну головокружения. "Верните нас, Темерар! Мы должны предупредить остальных!"

Он сильно накренился и повернул обратно к острову. Тейлор не могла быть уверена, что захватчики не видели ее, но она надеялась, что они смотрели на огни, освещавшие вход в гавань, а не на облачное небо над головой. По ее направлению он полетел к Садулеону. . Она встала ему на спину и, когда он приблизился, спрыгнула.

Обуздав Силу, она контролировала свое падение в достаточной степени, чтобы удариться о палубу корабля. Дежурный моряк закричал, прежде чем она схватила его за рот. "Я королева", - прошипела она. "Вражеские корабли входят в границу, всего в нескольких минутах ходьбы. Разбудите команду, не зажигайте костры и грести к выходу в гавань. Скажите Гролео, что мне нужен защитный периметр, чтобы защитить гавань любой ценой. Повторите".

Она отпустила рот мужчины, и он покорно повторил сообщение. "Хорошо, вперед!"

Прежде чем он успел задать какие-либо вопросы, Тейлор перепрыгнул через борт корабля. Вместо того, чтобы упасть в воду, она обуздала Силу и побежала по волнам к следующему кораблю. К тому времени, как она достигла третьего корабля, Гролео уже на веслах направлял свою команду ближе к устью гавани и подальше от приближающихся кораблей.

Захватчики, должно быть, осознали, что их скрытность провалилась, потому что, когда она достигла своего десятого корабля, наступающие нападавшие зажгли свои огненные стрелы и заполненные смолой горшки и нанесли залп по одному из кораблей, которого она еще не достигла. Тейлор с нарастающим ужасом наблюдала, как сотни пылающих стрел и почти дюжина пылающих шаров врезались в один из ее дромондов Voluntine. Палуба корабля вспыхнула пламенем. Через несколько секунд она услышала крики мужчин, но, несмотря на свою силу, она мало что могла сделать. Смола, которую использовал противник, также горела на воде.

Корабль уже был потерян.

Однако пылающий корабль послужил последней тревогой для ее народа, и из-за ее предупреждения другим кораблям уже удалось сформировать кордон вокруг входа в гавань.

А затем один из ее новеньких средневековых требушетов на укреплениях устья гавани послал в воздух пылающий шар смолы. Тейлор стоял на палубе корабля, команда которого отчаянно пыталась вытащить якорь и грести к кордону, когда камень упал в непосредственной близости от линии кораблей захватчиков.

Дальномер . Второй снаряд пролетел в воздухе, но этот не загорелся, как шары пропитанной смолой тряпки и камня. Он оставлял тонкий след невидимого дыма, поднимаясь по предрассветному небу.

"Закрой уши!" - предупредил Тейлор.

Взрыватель зажег примитивную бомбу в десяти футах от воды посреди трех атакующих кораблей. Взрыв был впечатляющим, когда загорелась ст фунтовая железная бомба.

Три ближайших корабля были уничтожены. Они раскололись пополам, и их экипаж был раздроблен осколками, смешанными с порохом. Ночь наполнилась криками ее врагов, а также криками ее союзников.

Она почувствовала приближение Темерера, привлеченное бессознательным желанием. Она выкрикнула предупреждение капитану и еще несколько приказов, прежде чем броситься в воздух настолько высоко, насколько позволяла Сила. Ее дракон был там еще до того, как она начала падать, катаясь идеально, так что она могла удерживаться руками и ногами. Он нырнул под ее весом, но так гордился своим маневром, что взревел.

"Ты лучший, Темерэр!" она позвала.

Он направил ее прямо к входу в гавань. Она увидела своих солдат на огневых платформах, готовящих новые бомбы для ее требушетов и огненных стрел. Она не чувствовала необходимости отдавать какие-либо приказы. В гавани она увидела, как люди в гребных лодках буксируют туши ближе к берегу.

Ее драконий друг сбил ее на пляж рядом с местом, где собиралась самая большая часть ее солдат. Там были Резал, сир Барристан и сир Джорах. "К нам прибывают длинные лодки, может быть, сотня", - сказала она им. "Наполнено людьми. Мы должны защищать корпуса любой ценой. Остерегайтесь других кораблей, пытающихся преодолеть стены кальдеры!"

"Каким флагом они летают?" - спросил сир Барристан.

"Мы узнаем, как только взойдет солнце", - ответил Тейлор. "Сир Джорах, доставьте людей на наши корабли с дополнительными бомбами и мечами. Режал, идите с ним, но оставьте не менее тысячи в городе в резерве на случай, если они воспользуются нашей собственной тактикой против нас и атакуют с тыла"

"А где ты будешь?" - спросил Режаль.

Тейлор отступил к Темереру. "Убиваем наших врагов. Давайте двигаться, джентльмены. Если вы не поторопитесь, я не могу приберечь для вас".

Сапфира и Эллиот соизволили присоединиться к ним. Эллиот негромко проворчал. "Не разговаривайте со мной, вы те, кто не хотел просыпаться", - огрызнулась она двум драконам. "Не волнуйся, у нас много. Темерайр, еще один рейс?"

Она чувствовала усталость своего друга от того, что несли ее, но он, не колеблясь, позволил ей взобраться на нее и подняться в воздух. Как бы она ни хотела сбить вражеские лодки с его спины, у них было оружие, которое подвергало опасности ее драконов, и они были ее самым важным оружием. Что еще более важно, они были ее друзьями.

Вместо этого она заставила Темерера прилететь обратно к Садулеону, прежде чем отправить всех троих обратно на вершину стены кальдеры, чтобы дождаться подходящего времени для атаки.

Небо на восточном горизонте уже становилось розовым, и с усилением света она смогла лучше рассмотреть нападавших, когда перекатилась на палубу "Садулеона" и побежала к Гроэло. "Кто, черт возьми, эти засранцы?"

Старый адмирал выглядел мрачным. "Железнорожденный".

"Вы имеете в виду, как тот корабль, который я взорвал в Летнем море?"

"То же самое. Видишь тот большой посередине? Тот, что с парусом кракена? Это сам Грейджой, Жнец Пайка".

"Почему они нападают на нас?"

"Твоя догадка так же хороша как и моя."

Ее укоренившиеся требушеты снова загорелись. Было что-то внушающее благоговение наблюдать, как они качались вперед и запускали снаряд почти так далеко, как могла пушка. Нападавшие узнали достаточно, чтобы понять, на что способны ее бомбы. Гребцы на лодках с низкой посадкой пытались двинуться с места, но запалы были рассчитаны (благодаря огромному тяжелому опыту), чтобы взорваться прямо над водой.

Взрыв раздробил еще две лодки, мгновенно убив половину людей на каждой.

"Катапульта!" - крикнул корректировщик корабля. "Правый борт высоко!"

Тейлор поискал, увидел огромный летающий горшок с пылающей смолой и с помощью Силы направил его на один из длинных кораблей, пытающихся приблизиться к "Проклятию девы" рядом с "Садулеоном". Обернувшись за ними, она увидела флотилию лодок и гребных лодок, приближающуюся из гавани. Она не могла не улыбнуться, когда увидела, что сир Джорах не выводил все лодки сразу, а скорее использовал их, чтобы построить понтонный мост для солдат, марширующих вокруг кальдеры. Но они не успеют вовремя. "Железнорожденные" приближались быстрее, чем Джорах готовил лодки.

Затем Гролео закричал сквозь грохот: "Сигнал к огню!"

Приказ эхом разнесся по палубе " Садулеона" , и на мачту быстро подняли красный вымпел. Именно тогда дюжина боевых кораблей Тейлора открыла свои собственные катапульты и баллисты меньшего размера. В отличие от 100-фунтовых бомб, они стреляли 30-фунтовыми бомбами с более короткими взрывателями.

Но с близкого расстояния?

Человек-баллист нацелил гигантское устройство, похожее на арбалет, кивнул партнеру, который зажег его лучом света, и выстрелил прямо в быстро приближающийся корабль Железнорожденного. Взрыв не расколол корабль, как чудовища из требушетов, но нанес серьезный урон гребцам.

По всей линии ее обороняющихся кораблей взорвались бомбы меньшего размера с первой волной приближающегося Железнорожденного, что привело к летальному исходу. Тейлор осознала, наблюдая, как мужчины истекают кровью и умирают сотнями, что она видела, как конец одной эпохи умирает от рук другой. Она представила джинна, который был порохом, и после этой битвы он больше никогда не исчезнет.

Тем не менее Железнорожденный пришел. И хотя они были технически более продвинутыми, у сил Тейлора было не так много ресурсов.

В первые пять минут боя у них закончились бомбы. Когда больше не было взрывчатки, оставшиеся Железнорожденные испустили громовой рев и толкнули свои корабли прямо на ее защитников, теперь достаточно близко, чтобы образовать единую широкую платформу через вход в гавань.

Наверху на врага сыпались огненные стрелы и камни. В требушетах тоже закончились бомбы. Но, несмотря на все это, нападавших было слишком много, чтобы всех их остановить.

"Готовься к посадке!" - крикнул Гролео громким голосом.

В этот самый момент понтонная лодка сира Джораха достигла " Девы погибели". Безупречный начал подниматься по кормовому замку бывших пиратских галерей, по два за раз в быстрой последовательности. Мужчины не остались на том первом корабле, но сразу же начали прыгать по ширине группы кораблей, которые образовывали защитный кордон вокруг входа в гавань, перепрыгивая с корабля на корабль, пока не достигли конца строя.

"Гролео", - сказала Тейлор, зажигая сабли.

"Да, ваша милость?"

"Если ты заставишь меня рассказать твоей жене и семье, что ты умер, я плюну на твой труп. Туши важны, но они бесполезны без людей".

"Я запомню это, ты милость".

Первые корабли Железнорожденных достигли ее собственного, столкнувшись с корпусами с грохотом дерева и грохота железа. Крупные бурлицы в полных латных доспехах запрыгнули на носы " Садулеона" и " Проклятия девы" , а также на другие корабли, расположенные ниже по строю.

Незапятнанные на позиции без колебаний бросились вперед, несмотря на то, что изначально их было меньше численностью. Тейлор тоже бросился вперед. Однако численностью ее не было.

У нее была Сила.

Голубая молния осветила утро ярче солнца, охватив нос обоих кораблей. Люди кричали, когда кинетическая и электрическая энергия Силы пронизывала их броню и отбрасывала их назад в воду.

Она последовала за ней, высоко подпрыгнув, и обе сабли сверкали синим. "За Вестерос!"

Ее моряки и ее Незапятнанные взревели в ответ. "ДЛЯ RHAENYS!"

В другом мире, в другой жизни мужчина, которого она полюбила, однажды сказал ей, что китайские солдаты не намного превосходят их численностью. "У нас просто среда, богатая целевыми объектами!"

Прыжок в лодку размером с школьный автобус, в которой находилось почти двести вооруженных людей, представлял собой богатую мишенью среду. Она освободила место взрывом кинетической энергии, а затем ударила мужчин своими саблями. Железнорожденная умерла быстро, но те, кто позади, все равно продолжали двигаться вперед, пытаясь сокрушить ее только численностью.

Потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что они тоже могут. Пока дюжина Безупречных не упала на корабль рядом с ней и поспешно образовала стену из щитов через палубу, сквозь торчащие копья. Железнорожденные атаковали щиты, жестоко надавливая на них, даже когда Безупречные наносили удары своим атакующим.

Еще одна вспышка молнии Силы заняла больше места. Тейлор перепрыгнула через стену своего щита и нанесла удар в танце вращающейся плазмы и кинетических взрывов, прежде чем мужчины прижались слишком близко. Она снова перевернулась через стену щитов, когда враг угрожал сокрушить ее численностью. Это повторялось еще два раза, пока количество Айронбонов не стало настолько низким, что Безупречные сломали стену и бросились вперед. Тейлор атаковал их, пока они не покинули палубу.

Вокруг нее она увидела своих Безупречных, сражающихся против жителей Железнорожденных. Понтонный мост Сира Джораха буквально спас их всех, так как давал легкий путь тысячам солдат для подкрепления моряков на его двенадцати кораблях. Атака Железнорожденных уже начинала срываться вокруг них, когда Безупречные давили на атакующие корабли.

"Аксия!"

Тейлор повернулся и увидел, как указывает Серый Червь. Конечно, он будет там. Следуя за его пальцем, она увидела самый большой из атакующих кораблей - огромный дромунд, несший парус кракена. Осмотрев корабль, на котором она стояла, она увидела, что к ней присоединились еще две дюжины Безупречных.

"Серый Червь, мне нужен этот корабль. Мне нужна голова этого ублюдка на копье".

"Тогда мы идем!"

"Готовься!" Она подняла глаза и мысленно потянулась. Ответили ее дети. С ревом, который на мгновение прервал шум битвы, Сапфира и Эллиот устремились вниз с кальдеры, а Темерар пролетел над ними по кругу, наблюдая. Два дракона чуть меньшего размера ухватились за единственную мачту баркаса и взмахнули крыльями.

Они никогда не смогли бы поднять корабль, но они могли бы легко вырвать его из группы, в которой он был пойман. Освободившись, Тейлор закрыла глаза, опустила руки и позволила Силе течь .

Два ее дракона прервались, когда они почувствовали, что лодка движется сама по себе, теперь переносимая Силой и волей Тейлора. Позади нее Безупречные обменялись изумленными взглядами, а затем подняли копья и закричали. Тейлор с решительной гримасой направила похищенный баркас прямо на дромунд своего врага.

В тот момент, когда они вошли в контакт, Железнорожденный хлынул через край большого корабля. Серый Червь и его Безупречные сформировали стену из щитов от левого до правого борта, низко согнувшись с копьями наготове. Тейлор подождала, пока линия фронта окажется почти в пределах досягаемости, прежде чем нанести удар Силой не по головам врага, а по его ногам.

Десяток человек упали ниц, бросив дюжину позади себя и остановив тех, кто стоял за ними . Безупречные мгновенно сломали стену, нанеся удар по ошеломленным, беспомощным мужчинам, пытающимся встать на ноги. Для тех, кто находится за пределами, Тейлор подняла руки и поразила их молнией. Через мгновение они очистили колоду.

"Давайте возьмем ее!" Тейлор закричала, бросившись на палубу вражеского дромунда.

Ее Безупречные последовали за ней, выкрикивая ее имя как боевой клич. Они столкнулись лицом к лицу с двумя заряженными баллистами и дюжиной лучников. И снова молния Силы ударила в тот момент, когда люди открыли огонь.

Одна из баллист пролетела над головами своих людей. Другой врезался в Инора Быстрого. У него даже не было способности кричать, когда массивный деревянный и стальной болт пронзил его грудь и отправил его безжизненное тело кувырком в воздух.

Стрела попала в плечо Тейлор, а вторая разорвала ей ухо. Трое, которые могли ударить ее в грудь, она рассекла своими саблями, прежде чем она и ее люди напали на Железнорожденного. Поскольку большинство их бойцов уже было убито, оставшиеся были быстро побеждены.

Тейлор ударил одной из своих сабель по оперению стрелы на ее плече. Было чертовски больно, но Сила и адреналин помогли ей продолжить. Последние люди на корабле бросились вперед с заряженными доспехами и весом, которые превосходили Безупречных. Но они атаковали без дисциплины и стратегии, в то время как Незапятнанные сформировали стены щитов за доли секунды. Между саблями Тейлора и копьями ее Безупречного они оттеснили Железнорожденного назад, пока не остались только те, что были на корме замка.

Среди них, в золотых и железных доспехах с короной из коряги, стоял сам Балон Грейджой.

Он посмотрел на нее сверху вниз, седые волосы и покрытое шрамами лицо исказилось от ярости. "Это твой конец, ты ..."

Он не произнес ни слова, прежде чем Темерар приземлился на корме замка позади него и откусил мужчине голову. Дракон обвел вокруг себя крыльями, отправив дюжину оставшихся в тяжелой броне и определенно не плавучих Железнорожденных в море.

Вот так они и захватили корабль.

"Темерар, болван! Он был моим!"

Дракон сглотнул, затем заворчал на нее. Незапятнанные мгновение смотрели, прежде чем поднять копья. "Темерар! Темер! Рейнис!"

Уставший и теперь страдающий не только от стрелы в плече, Тейлор поднялся по лестнице в замок и посмотрел на удаляющиеся длинные корабли Железнорожденных. Теперь уже полностью взошедшее солнце показало, что только тридцать кораблей спешно отступили. По крайней мере сотня напала. Устало она прислонилась к Темереру, который обнюхал ее рану и послал беспокойство через их связь.

"Я буду в порядке", - сказала она. "Вы и ваши братья и сестры были замечательными. Я так рада, что нашла вас".

Вверху Сапфира и Эллиот устремились к отступающим кораблям. Темерэр перевел взгляд с них на нее с вопросом в своих золотых глазах.

"Они напали на нас ночью без причины и предупреждения, как воры". Она поняла, что повысила голос, хотя говорила со своим драконом. "Пощады не будет. Ступай, Темерар. Развлекайся. Заставь их сгореть за то, что они сделали здесь сегодня".

Дракон, не колеблясь, поднялся в воздух со счастливым ревом. Она стояла там, а Серый Червь присоединился к ней, наблюдая, как ее драконы сжигают остатки Железного флота.

"Серый червь?"

"Да, Аксия?"

Она повернулась и посмотрела в темные глаза мужчины. "Ты и твои братья - лучшие солдаты, которых я когда-либо знал. Возможно, я скоро стану королевой Вестероса, но для меня всегда будет честью знать, что за моей спиной есть такие люди, как ты".

Губы мужчины сжались. "Это ... наша честь служить, Аксия", - сказал он. "Пойдем, ты ранен".

"Да. Пойдем домой". Глава девятнадцатая: Королева драконов. A / N: Для тех читателей, которые не понимают, что такое GOT [SPOILERS], эта глава может сбить с толку. В качестве фона Санса Старк изначально была обручена с принцем Джоффри Ланнистером, который представлен как один из самых презренных персонажей в сериале. Случилось так, что она наконец-то вышла замуж за Тириона, хотите верьте, хотите нет, а Джоффри - за Мэри Марджери Тирелл, дочери грязной богатой и могущественной семьи Тиреллов.

Все прошло точно по плану. Для Тиреллов. Что касается Петира Бейлиша, то все шло так, как он предполагал. Пока этого не произошло.

****** "Если хочешь жить, мы должны уйти".

Слова сира Донтоса звучали в ее ушах, но не дошли до нее. Санса замерла и смотрела, как молодой король Джоффри, источник всех ее мучений и страданий за последние два года, хныкал на земле. Ее сердце забилось от ужасной черной радости, от которой она сомкнулась в коленях и у нее перехватило дыхание.

"Страдай", - прошептал голос в ее голове. Потерпи, мерзкое, мерзкое маленькое чудовище. Страдай, как ты заставил меня страдать.

"Моя леди, мы должны идти!" Донтос Холлард, жирный неудачник из рыцаря, но храбрый человек, как дурак, дернул ее за руку с такой силой, что ей удалось расслабиться в коленях. Она обнаружила, что следует за ней, а затем побежала, привлеченная ужасом мужчины не меньше, чем его рукой на ее руке.

Когда они очистили внешние стены Красного Замка, пробираясь сквозь гуляки, пришедшие разделить "щедрость" короля в праздновании его свадьбы, зазвонили колокола Великой септы.

Через несколько мгновений ее ноги и ступни заболели, но от Красной башни до любой точки города было такое огромное, ужасное расстояние. Ее грудь начала гореть, но она все равно бежала. Впереди бедный сир Донтос тяжело дышал, переживший их бегство.

Тем не менее, они убежали. День вокруг них начал переходить в сумерки. Свадебное торжество должно было продлиться весь день и до поздней ночи, и большая часть города собралась вокруг крепости за бесплатной едой, которую обещали Тиреллы.

Это предоставило ей и ее спасителю пустые улицы, пока они бежали рука об руку, пока день следовал за Джоффри в темноту.

"Куда мы идем, мой Флориан?" спросила она.

"Нас ждет корабль", - выдохнул сер Донтос. "Но мы должны быть быстрыми. Эти колокола звонят по королю. Они звонят по нам!"

Снова и снова они бежали через весь город, но не к гавани, а к берегу самой бухты. В конце концов они полностью покинули улицы, проскользнув через узкие проходы, которые выглядели так, как будто они не видели человеческих ног целую вечность. Внезапно они полностью вышли из городских стен на вершине крутого каменистого холма, ведущего к пещерам, окружавшим залив Блэкуотер. Вдалеке, над водой, она могла видеть несколько частично затонувших кораблей из битвы при Черноводном порыве, сломавшей хребет лорду Станнису, претендовавшему на трон.

И через одну из темных темных пещер она увидела ожидающую лодку.

"Залезай!" Донтос подгонял ее, забираясь внутрь и натягивая веревки.

"Куда мы идем?"

"Где-нибудь в безопасности!"

Лодка ждала его. Он был подготовлен, как и обещал. Санса Старк забрался внутрь, и он быстро начал грести их в залив. После нескольких минут гребли, накатился туман, и с наступлением ночи температура снизилась.

Тишина этого долгого путешествия пылала огнем на краях разума Сансы. Она заменила в уме события смерти Джоффри. Как он задыхался и зажимал горло. Периодически, во вспышках памяти, от которых у нее перехватывала дыхание, она видела, как топор летел вниз по голове ее отца. Она видела, как злорадствовал Джоффри, указывая на голову ее отца на пике.

Как долго я должен смотреть?

Пока мне это нравится.

Она так погрузилась в свои мысли, что не заметила, что Донтос перестал грести. Его лицо блестело от пота, когда он повернулся в грязи и поднял воровской фонарь. Через мгновение тусклый, едва различимый свет осветил туман вдалеке слева от них. Закрепив фонарь, бывший рыцарь направил лодку на короткую вспышку света.

В считанные секунды они достигли корпуса корабля и опасной веревочной лестницы, которая свисала с борта. Она не могла видеть, кто там был, но предположила, что Донтос должен доверять этому человеку, если он нанял корабль, чтобы спасти ее.

"Все будет хорошо, миледи", - сказал Донтос. "Ты сильнее, чем думаешь".

У нее болели ноги от полета по городу, а после просмотра того, что произошло, она чувствовала боль в голове. Но она знала, что двигаться можно только в одном направлении. Итак, несмотря на свои опасения, она поднялась по лестнице.

И оказалась в объятиях Петира Бейлиша. Она едва слышала его слова, когда он держал ее за руки. Затем он заговорил с ней: спросил о ней, заверил ее голосом, который заставил ее так сильно хотеть поверить ему, даже когда часть ее боялась этого мужчины.

"Лорд Бейлиш!" Донтос позвал с лодки. "Я обещал, что доставлю ее к вам в целости и сохранности!"

Ждать. Донтос работал на Бейлиша?

"Сначала вы захотите получить свою зарплату", - сказал Бейлиш. "Десять тысяч, не так ли?"

Санса не могла не смотреть на мужчину, который, как она думала, так самоотверженно рисковал своей жизнью, чтобы спасти ее. Но что теперь узнать об этом? Десять тысяч драконов - это выкуп за принца! Неужели это все, что она была для бедного павшего рыцаря? Мешок с монетами?

Но это была смерть предателя. Санса закричала от ужаса, когда арбалетчики подошли к рельсам, перегнулись через поручни корабля и выстрелили сиру Донтосу в шею. Сквозь густой туман она увидела, как его глаза расширились, когда смерть забрала его. Он споткнулся в лодке и не двинулся с места.

Бейлиш закрыл ей рот руками. "Мы не хотим, чтобы ветер слышал тебя, не так ли?" - прошептал ей мужчина. Его пальцы ласкали ее щеку, когда он отпустил ее. "Тысяча золотых плащей ищут тебя. Как ты думаешь, как они накажут девушку, убившую короля?"

Какие? "Я никого не убивал!

"Я знаю", - заверил ее Бейлиш. "Я знаю. Но согласитесь, это выглядит подозрительно. Король, который казнил ..."

Его слова затуманились в ее сознании, когда воцарилась ужасная реальность ситуации. Он был прав - они будут винить ее. Особенно теперь, когда она сбежала из города. Она могла видеть, как Серсея улыбается ей, когда они пытают ее или того хуже.

Она в оцепенении слушала, как мужчина злорадно раскрыл истинные мотивы Донтоса и почему он теперь лежит мертвым в лодке. Он снял ожерелье, которое она считала ценным подарком, только чтобы понять, что это был фальшивый инструмент, чтобы пронести яд на свадебный пир.

"Но теперь ты в безопасности", - заверил ее Бейлиш. Он обнял ее за талию, его рука неловко покоилась на ее бедре. "Мы плывем домой. Со мной ты в безопасности".

**********

**********

Корабль Бейлиша имел две мачты с треугольными парусами. Когда она вышла из своих покоев, онемевшая, больная и такая уставшая, что ей казалось, будто на ее плечи лег тяжелый груз, она обнаружила, что солнце встает над полосой земли прямо к востоку от них.

Она не могла не почувствовать облегчение от того, что лорда Бейлиша не было на палубе, когда она встала. Вместо этого она увидела знакомого рыцаря, которого не видела со времен Турнира Руки. "Сир Лотар?"

Сир Лотар Брюн повернулся и склонил голову. "Миледи".

У Лотара было обычное лицо, плоский нос и мрачные глаза. Она чувствовала, что это честный. Она редко видела, чтобы он выступал, но по турниру знала, что он сильный и хороший боец. Бейлишу пришлось довериться ему, чтобы он оказался на корабле.

"Где мы?"

"Все еще в бухте Блэкуотер, миледи", - сказал он спокойным, тихим голосом. Он указал на длинное побережье к востоку от них. "Это Крюк Мэсси, а к северу от него, Дрифтмарк. Потом Драконий Камень. Но мы должны быть быстрыми".

"Почему?"

"Рейдеры Королевы Драконов сейчас патрулируют побережье. Они захватывают торговые суда, направляющиеся в Королевскую Гавань или из нее. Я слышал ужасные вещи о том, что эти рабы-солдаты делают с любыми женщинами, которых они находят".

Санса должна была испугаться такой перспективы. Но из-за этого тяжелого груза на плечах она чувствовала усталость. Поэтому вместо этого она стояла на палубе корабля, пока команда тянула за различные веревки, чтобы направить паруса наилучшим образом, чтобы уловить ветер. До нее дошло, что это был самый первый раз, когда она была на корабле.

Это должно было ее взволновать.

Она стояла рядом с тихим рыцарем, пока корабль покидал полуостров и острова, защищавшие залив Блэкуотер. Солнце сидело высоко в небе, когда корабль вошел в Узкое море. "Куда мы идем, сир Лотар?"

"Крепость Баэлиш, миледи", - сказал сир Лотар. "В пальцах..." Он замолчал и отвернулся, глядя на что-то над водой.

"Что это?"

"Миледи, спуститесь вниз, - твердо сказал сир Лотар. Он повернулся и побежал к корме корабля. На нем вообще не было замков или оборонительных сооружений - это было торговое судно, а не военное судно. Рыцарь заговорил с капитаном.

Санса проигнорировал его инструкции. Вместо этого она пошла туда, куда он смотрел, пока не увидела это. На горизонте стояли два паруса. Большие квадратные паруса, как у Ironborn.

Санса знала от Мэрджери Тирелл, что Тайвин Ланнистер предложил Железнорожденным немыслимый приз за уничтожение Королевы Драконов. Вместо этого Железный флот потерпел такое полное поражение, что лишь несколько кораблей вернулись на Железные острова из флота численностью более сотни.

Если бы я была королевой пиратов, я бы захватила и использовал посланные против моих врагов корабли.

Бейлиш вышел из своей каюты под палубой. Он взглянул на нее, но тут же побежал к румпелю и сиру Лотару. В ту минуту, когда она стояла и смотрела, паруса стали больше. Два корабля, должно быть, шли намного быстрее, чем были. Может быть, из-за угла? Или паруса?

Вокруг нее небольшая команда корабля начала паниковать, поскольку они тоже поняли, что к ним приближались потенциальные враги. Ветер ненадолго тронул ее волосы, чтобы полностью умереть. Паруса над головой расслабились, и воздух вокруг них стал совершенно неподвижным.

"Мы успокоились!" - сказал Бейлиш. "Разве у нас нет гребцов?"

"Лорд Бейлиш, мы не знаем", - услышала Санса слова капитана. "Как вам хорошо известно, это торговый шлюп. Мы во власти ветра".

Два приближающихся паруса, казалось, устремились вперед, но их паруса тоже ослабли. В отличие от корабля Sansa стоял, два приближающиеся корабли делали у гребцов. Она уловила малейший намек на движение, когда весла были опущены, чтобы ударить по воде, и снова корабли начали рваться вперед, даже быстрее, чем раньше.

Бейлиш бросился к ней. "Санса, ты должна спуститься ниже!"

Под тяжелым грузом она встретила его обеспокоенный взгляд. "Почему? Меня будут изнасиловать меньше, чем наверху?"

"Санса, пожалуйста!"

Она упрямо покачала головой. "Какой смысл прятаться, лорд Бейлиш? Теперь, на все времена, какое место мне осталось спрятаться?"

Два корабля пошли дальше. Они сидели в воде низко - ниже шлюпа, на котором она стояла. У них не было большого грузового пространства или внутренних кают, но их длина и низкие борта означали, что они были так же эффективны с веслами, как и с парусами. Гребцы носили кожаные доспехи покроя и стиля, которых она не видела. На спине у них висели круглые щиты, а возле каждого стояли копья.

На каждом корабле находилось по пятьдесят человек, несколько матросов в вате или шерсти пытались сложить свои бесполезные паруса.

Внезапно ветер трепал ее за волосы. Бейлиш повернулся к капитану, который выкрикнул приказ своим людям. Моряки отчаянно тянули треугольные паруса, чтобы поймать ветерок и увести корабль в движение, но было уже слишком поздно.

Санса с испуганным криком отшатнулась, когда стальной захват зацепился за перила. Второй корабль обогнул другой борт, двигаясь веслами быстрее, чем молодой ветер успел поймать паруса. Они тоже бросили свои захваты, схватившись за борт корабля. Бейлиш вытащил кинжал и схватил ее за руку, потянув к центральной мачте. Сир Лотар вытащил свой меч и встал над ними.

Санса ожидала, что команда будет драться; конечно, они бы сделали. Но капитан отошел от румпеля и поднял руки. "Мы безоружны! Мы уступаем!"

Другие моряки ответили на звонок. "Мы уступаем!"

Корабли Королевы Драконов подтянулись к шлюпу с новыми захватами, а затем люди начали подниматься на борт. Они говорили друг с другом на языке, которого Санса никогда не слышала. Один из них чопорно подошел к капитану, который стоял, закрыв голову руками.

Остальные мужчины спустились вниз. Санса почувствовал, как Бейлиш напрягся против нее с кинжалом наготове. Мгновение спустя один из мужчин выбежал из комнаты, возбужденно трепаясь на своем иностранном языке. "Нет, нет, нет, нет..." - прошептал лорд Бейлиш, когда вышли новые люди с деревянными сундуками в руках.

"Похоже, они забирают ваше золото, лорд Бейлиш", - сухо заметил сир Лотар.

Преодолев, Бейлиш отступил на шаг от Сансы. "Ждать!"

Полдюжины иностранных солдат щелкнули своими щитами и копьями, глядя на них через края этих щитов. Бейлиш поднял руки. "Подождите! Я уверен, что мы сможем договориться!"

"Да, ты можешь, шустрый ублюдок", - сказал голос на Общем Языке. Санса подавила крик, когда ужасный человек появился из-за края корабля. У него на бедре был острый изогнутый клинок и броня из вареной кожи, как у иностранных солдат. Однако правая сторона его лица была покрыта ужасными черными татуировками.

Мужчина запрыгнул на их корабль от одного из двух налетчиков. Он проигнорировал лорда Бейлиша и сира Лотара, когда подошел к одному из иностранных солдат, державших сундук. Он открыл ее ножом и уставился на монету внутри. Он сказал что-то, что рассмешило солдат, прежде чем вынуть горсть монет и закрыть сундук.

Он сказал слово, и солдаты отнесли сундук к одному из своих двух кораблей.

Новый мужчина вручил монеты капитану. "Ее светлость, королева Рейнис, не хочет, чтобы честные капитаны пострадали от этой войны больше, чем это необходимо. Это и жизни вашей команды за ваше сотрудничество".

"Мои благодарности, милорд".

Мужчина фыркнул. "Я не лорд. Я рыцарь, разумеется. Продай меч. Бывший раб. Теперь, наверное, я сам капитан". Появился еще один иностранный солдат с еще одним сундуком, затем с еще одним и еще двумя рядом. Четыре сундука с золотом. Это было больше, чем когда-либо было у ее отца в Винтерфелле.

"Что ты делал со всем этим золотом?" - потребовала Санса от Бейлиша.

"Да ведь он отдает его королеве Рейнис", - сказал татуированный мужчина. Он посмотрел на сира Лотара. "Вы трое идете со мной, сир. Мы можем немного поссориться, если хотите, но вы пойдете со мной. Умереть так же легко, как и жить".

"Я сотрудничаю только с твоим словом, что твои люди не причинят вреда Леди".

Новичок рассмеялся. "С чем? У них нет петухов! Они безупречные!"

Он подошел прямо к Сансе. "Рыжие волосы", - отметил он. "Симпатичная. Просто девочка. И все же ты здесь на следующий день после смерти короля Джоффри в присутствии самого лорда Бейлиша. Если бы я был человеком, делающим ставки, я бы сказал, что искал Сансу Старк. Ты убиваешь короля, маленькая девочка. ? "

"Нет", - сказала Санса.

"Жаль. Я думаю, что Королева Драконов заплатила бы вам ваш вес золотом, если бы вы имели. Дракончик, пора двигаться дальше, ребята. Сер, лорд Бейлиш? Сотрудничество будет означать, что с вами хорошо обращаются. Никакое сотрудничество означает, что вы не будете быть."

Сир Лотар вложил свой меч в ножны. "Я буду сотрудничать".

Бейлиш выглядел так, будто предпочел бы проглотить свой язык. Тем не менее, он убрал свой собственный клинок. "Как и я"

"А что насчет тебя, маленькая птичка?"

Санса начала на семестре. Она не слышала, чтобы кто-то называл ее так, прежде чем Сандор Клиган пьяно покинул ее покои. "Я буду сотрудничать".

"Приятно слышать. Тогда пошли. Время тратит впустую".

**********

**********

Сир Вилис Тойн сидел в центре корабля, плывшего на юг, к Степным камням. Он, золото Бейлиша и Санса были на одном корабле, а Бейлиш и сир Лотар - на другом. Вокруг нее она пыталась уловить слова Безупречных. Она догадалась, что они говорят на валирийском или чем-то подобном, но никогда не слышала, чтобы на этом языке говорили. Некоторые из них она выучила просто потому, что все люди знатного происхождения должны были хоть немного владеть языком. Но схватывание нескольких слов на пергаменте не подготовило ее к быстрой чепухе слов с мужских уст.

"Почему ты назвал меня Маленькой Птицей?" - спросила Санса.

Ужасно татуированный мужчина мгновение пристально смотрел на нее. "Наткнулся на человека, который мог быть даже более уродливым, чем я. Подлый человек, сквернословие и с плохим характером. Он сказал, что знает тебя. Назвал тебя маленькой птичкой".

"Сандор Клиган", - сказала она. "Где?"

"Белая Гавань. Я пыталась узнать правдивую историю того, что произошло в Близнецах. Я передам ее твоему брату. Когда моя Королева послала ему предупреждение, даже она не ожидала, что он одержит победу. Она думала. он прокрался бы обратно на Север и покончил с войной. Вместо этого он взял Близнецов и укрепил свое положение еще лучше! Очень впечатляет ".

Санса не пыталась скрыть хмурый взгляд. "Что? Как она могла послать ему предупреждение? Милорд ... мой муж сказал, что только Рука знала о плане".

Мужчина засмеялся. "У Рейнис есть домашнее животное Плетение Теней, которое может видеть будущее, и Красная Жрица, которая может разговаривать с людьми через стеклянные свечи. И шпион в Красной Крепости. Это на вершине драконов и лучшая пара ног по эту сторону островов. У меня не так много наверху, но, черт возьми, у этой женщины есть ноги. И если бы я сказал это в Гискари, где эти парни могли меня понять? Они отрезали бы мне гребаные яйца. Они любят эту женщину, как никому не нужно. . Запомни это. Сама Рейнис ведет себя почти как простолюдин, но ее Безупречный сделает тебе номер, если ты оскорбишь ее. "

Санса не знала, что на это ответить, поэтому ничего не сказала.

Было странно спать на открытом корабле, полном людей, но они были полны решимости вернуться на свою пиратскую базу. Еще более странно было засыпать водой или ночным грунтом борт корабля, заполненного только людьми - даже срезанными людьми. Но после всего лишь недели тяжелого плавания они достигли островов Степных камней, где, по легенде, первые люди перешли в Вестерос тысячи лет назад.

Первый взгляд на Порт-Ройял заставил ее сердце трепетать. Она увидела башни по обе стороны от узкого устья гавани и черные вулканические стены, окружавшие огромную гавань, и ей показалось, что они плывут в устье самого Странника. Но, миновав башни, она увидела массивный участок черного песчаного пляжа с десятками кораблей на якоре в гавани, достаточно большой, чтобы легко вместить сотню кораблей.

Длинные узкие плавучие платформы выходили из одного конца пляжа, где она увидела два огромных неповоротливых корабля в доке. На противоположной стороне она увидела детей, плещущихся в воде.

Потом с детьми из воды вылезло что-то еще крупнее. Санса в ужасе прикрыла рот, когда из воды поднялась массивная чудовищная голова с ребенком, свисающим с ее морды. "О боги", - выдохнула она. "Он ... твоя королева кормит своих драконов детьми?"

"Черт возьми, ты что, женщина?" - потребовал ответа Тойн. Он проследил за ее взглядом и рассмеялся. Потому что в этот момент ребенок вскочил на ноги на морде дракона, а затем с восторженным криком прыгнул в воду.

"Это Эллиот", - сказал Тойн. "У нее их трое. Темерэр - ее темный рыцарь. Большой, злой боец ??из группы. Сапфира, как ее старшая сестра, всегда начеку. А Эллиот как большой ребенок, желающий повеселиться. Тем не менее, она должна быть в воде, если она позволяет детям играть со своими драконами. Они большие и достаточно сильные, они не всегда знают, что играет, а что случайно ломает шею ребенку ".

Незапятнанные свернули паруса и погребли лодку до самого берега. Второй корабль с Бейлишом и сиром Лотаром сделал то же самое. Когда они спускались по лестнице, Санса была ошеломлена, увидев фигуру, которую она узнала.

Сир Барристан Селми выглядел иначе без доспехов. Но она узнала его лицо еще во время пребывания в Королевской Гавани, и он, очевидно, узнал ее, когда спустился, чтобы встретить их с отрядом безупречных за его спиной. Он застыл на мгновение, выглядя странно расслабленным в толстых хлопчатобумажных брюках и шелковой светло-голубой тунике. Он быстро пришел в себя и подошел к ней, прежде чем склонить голову.

"Леди Санса", - сказал он. "Я удивлен, но рад видеть вас хорошо".

"Я пленник, сир Барристан?"

"Если да, то он будет узником чести", - сказал Барристан. "К сожалению, мы не можем игнорировать тот факт, что в какой-то момент мы можем вступить в конфликт с вашим братом. Однако моя королева не поддерживает захват заложников и никогда не прикажет вам причинить вред за действия вашего брата. А пока вы наш гость ". Мужчина напрягся, когда увидел Бейлиша и сира Лотара.

"Тойн, проводи других наших гостей в каменную башню. Убедись, что у них есть все удобства, но пока держи их под стражей".

"Да. Увидимся, Маленькая Птичка".

Санса смотрела, как Тойн уходит, отдавая приказы Безупречным на гискари. Бейлиш долго и пристально смотрел на нее, прежде чем уйти. В их отсутствие сир Барристан предложил ей руку. "Прогуляйся со мной?"

Несмотря на то, что она была измотана после поездки, тяжелый груз, который она почувствовала после побега из Королевской Гавани, исчез. Теперь она чувствовала себя странно пустой и легкой, как будто даже легкий ветерок мог унести ее. Она взяла его за руку, и они двое пошли по пляжу к играющим вдалеке детям.

"Вы в порядке, миледи?"

"Насколько это возможно, сир Барристан".

"Тогда, возможно, я смогу помочь. Твоя сестра Арья воссоединилась с твоей семьей. Мы получили известие, что молодой Робб разгромил Железнорожденных у Рва Кейтлин и даже сейчас марширует, чтобы отбить Винтерфелл. Мы знаем, что он все еще сражается с силами Болтона".

Санса долго шла молча, прежде чем почувствовала, как у нее слезятся глаза. Она даже не могла сказать, плакала ли она от облегчения или печали, что ее не было рядом, чтобы увидеть их. Сир Барристан любезно ничего не сказал, пока они шли.

Заклинание прошло быстро, и вместо слез в ее ушах звенел смех. Она остановилась на маловероятной сцене, где дети визжали от восторга, когда ужасающий дракон с золотой и белой чешуей поднялся из воды с крыльями шире, чем длина драккара. Крылья хлопнули вниз, создав волна, захлестнувшую всех детей, к их большому удовольствию.

На краю пляжа Санса заметила, что еще несколько Безупречных стояли по стойке смирно. Было несколько женщин в льняных купальных халатах, некоторые из них были в воде с детьми. И из их среды выросла фигура, которую Санса сначала приняла за мужчину. Только этого не могло быть, потому что фигура была в льняной блузке и панталонах, как женщина. Женщина повернулась к дракону и подняла руку.

Дракон опустил голову ей на руку, а затем повернул голову, позволяя женщине почесаться. Когда она закончила, дракон издал странный хриплый звук, затем повернулся, поднял крылья и взмыл в воздух. Дети стонали при его уходе.

"Ой, ты же не хочешь играть в рыбки с голодным драконом", - крикнула женщина. "Он может съесть тебя по ошибке!"

"Извините, ваша светлость!" все дети кричали, как будто ответ был отрепетирован.

"Хорошо, с тобой", - сказала Королева Драконов. "Мы не хотим, чтобы твои матери стали кричать на меня из-за того, что вы все морщитесь". Игриво стоная, дети выскочили из воды и побежали в деревню обнаженными, как в день их рождения. Сама королева подошла к одному из Безупречных, который за скромность вручил ей толстую мантию.

Королева шла мужской походкой, как гулял сир Барристан или ее отец. Это была походка того, кто знал свое равновесие. Она шла как воин. Подойдя ближе, Санса увидела черные волосы до плеч и блестящие золотые черные глаза. Она не была красивой женщиной, как могла бы судить Санса, и была причудливо высокой, но, несмотря на это, она держалась с чувством власти и силы, на что Санса не могла не реагировать.

Она сделала реверанс.

"Ваша светлость, сир Вилис, кажется, получил неплохой приз", - сказал сир Барристан. "Это леди Санса Старк, старшая сестра короля Робба и жена лорда Тириона Ланнистера".

"На той, на которой Джоффри должен был жениться первым?" У королевы был низкий женский голос, но тем не менее богатый, женственный.

"Одинаковый."

Санса почувствовала руки на своих плечах, все еще пахнущие океаном, и посмотрела в эти золотые глаза. "Ты убил его?"

"Нет, ваша светлость", - прошептала она. "Но мне не жаль, что он мертв".

"Он был мерзким маленьким дерьмом, не так ли? Я чувствую, что есть еще кое-что, сир Барристан".

"Мы также поймали Петира Бейлиша, ваша светлость".

"Бейлиш? Что он делал с леди Сансой?"

"Я думал, вы можете спросить его, ваша светлость. Вы очень убедительны".

Королева Драконов усмехнулась. "Я могу быть. Прямо сейчас я голоден. И грязный. А Санса, ты выглядишь так, будто ты могла бы мыться даже больше, чем я. Пойдем, помойся. Сир Барристан, дай остальным знать, что мы поедим. час."

"Я хорошо, ваша светлость".

Санса послушно последовала за ней, когда королева пошла босиком сквозь шум. "Что будет со мной, ваша светлость?"

"Ну, прямо сейчас? Ванна, еда и кровать. А потом, я полагаю, в конце концов мне придется отправить тебя обратно к твоей семье. Боюсь, ты можешь побыть с нами ненадолго. Я обещаю тебе , Санса, ты не заложник. Но пока ты здесь, я хотел бы услышать твою точку зрения на то, что происходит в Королевской Гавани ". Глава двадцатая: Штормовой Предел. Сир Гилберт Фарринг внезапно проснулся.

Дина, посудомойка, которую он взял, чтобы согреть свою постель, когда король Станнис назвал его Кастелланом, застыла рядом с ним. "Милорд? Вы в порядке?"

"Да, просто подумал, что я что-то слышал".

"Мммм." Девушка уже снова заснула.

Сир Гилберт знал, что не вернется ко сну. Устало вздохнув, он поднялся с кровати, на которой когда-то находился король Ренли, а до этого сам король Роберт в детстве, и оставил девушку спать. Она послужила достаточно хорошо, чтобы согреть его постель, он позволил ей поспать до утра.

Он прополоскал рот вином и смахнул с зубов остатки еды прошлой ночью зубной веткой, налил воду в бледно, которое Дина опустошит позже, затем натянул свои тяжелые хлопчатобумажные брюки, хлопковую тунику и кольчугу. Он не стал беспокоиться о шлеме, когда он привязал свой меч к талии и покинул свои покои.

Замок Штормового Предела, который когда-то был родовой резиденцией Баратеонов и Короля Бури, теперь стоял почти пустым. Большая часть персонала замка бежала после смерти Ренли; те, что остались, наконец, приняли верность Станнису. Но теперь Станнис тоже удалился, размышляя в Драконьем Камне с горсткой своих последователей. Оставалось всего двести человек, чтобы удержать замок против пятитысячной армии Тирелла.

Большой зал замка был почти пуст. Когда он вошел, бойцы собачьей вахты только что почувствовали облегчение и ели свой дневной рацион, состоящий из кашицы и соленой свинины. Они устало отсалютовали ему, но он помахал им.

"Ешьте свою еду, мальчики. Боги знают, когда мы получим еще одну партию". Он взял свой рацион, не больше, чем они, и быстро поел, прежде чем последовать своему утреннему распорядку, проходящему через занавески.

Его шаги привели его к северной стене и полю, где находился Мейс Тирелл и его армия. Его не удивило то, что его товарищ-рыцарь и бывший кастелян уже были там, склонившись над крепостными стенами. Худой мужчина с вьющимися черными волосами и бородой с серебряными прожилками, лорд Элвуд Медоуз сам был лордом Грассфилдской крепости.

Этот человек должен был быть там с Тиреллами, подумал про себя сир Гилберт. Медоузы были семьей Рич, которая была верна дому Тиреллов. Однако лорд Элвуд приходился двоюродным братом Фоссовей, которые входили в число немногих верных последователей Станниса. Как только Ренли таинственным образом умерла ночью от невидимого убийцы, лорд Элвуд быстро сдался Станнису.

С тех пор он оставался таким же заложником, как и сержант.

"Какие новости, лорд Элвуд?" он спросил.

"Движение, сир Фарринг. Посмотрите сами. Фургон уезжает".

"Что ты говоришь?" Сир Гилберт подбежал к мужчине. Он заметил вокруг них горстку их людей, которые тоже смотрели с удивлением.

На поле под стенами замка, вне досягаемости лучников Гилберта, он увидел, как солдаты Тирелла собирают свои палатки и собирают свои стада мясных животных. Он видел телеги, запряженные волами, загруженные едой и припасами. Отступление заняло все утро, но через несколько свечей после полудня подавляющее большинство тирелловского войска ушли.

Внизу Гилберт увидел, что осталось около четырех или пятисот человек. Они даже не позаботились о каких-либо оборонительных укреплениях. Они были символом - грохотом для своих хозяев в Королевской Гавани. Его злило то, что у него не хватало мужчин, чтобы что-то с этим поделать. Если бы у него было еще сотня, он легко сломал бы осаду.

**********

**********

Рыба была долгожданной заменой кашицы. Торговец бросил вызов налетчикам Королевы Драконов и предложил им тушу, полную зерна, лука, репы и две большие корзины с рыбой. В лучшем случае это был недельный запас, но этого у них раньше не было.

Сир Гилберт был достаточно благодарен, что пригласил храброго контрабандиста и его команду в большой зал, чтобы поужинать с ними. К сожалению, без соли и специй еда была скудной, но честь присоединиться к ним в зале Королей Бури более чем компенсировала простую пищу.

Как и многие торговцы, капитаном винтика был пожилой мужчина, плававший со своей дочерью. Со своей обветренной кожей и прищуренными глазами он выглядел как моряк, очевидно привыкший заглядывать за горизонт в поисках парусов. Его дочь была необычайно высокой девушкой, немного невзрачной на вид, но легкой, сильной и бросающейся в глаза взглядом. У нее были зеленые глаза, и она носила удивительно дорогую рубиновую серьгу для дочери торговца.

Естественно, разговор зашел о королеве драконов.

"Вы встречались с ней?" - спросил лорд Элвуд.

"Да, я имел честь", - заявил Олео.

Его дочь спрятала улыбку за корочкой хлеба. "Считается ли встречей, глядя на нее с другой стороны носа другого корабля, отец?"

Вместо того чтобы обидеться, старый капитан усмехнулся. "Возможно, я оговорился. Я видел ее так близко, как мы сейчас, милорд".

"По какому поводу?"

"В Пентосе, милорд. Я не могу утверждать, что знаю, какой бизнес привел ее сюда, но Пентоси приветствовали ее с распростертыми объятиями. Она прибыла на спине своего черного дракона, которого она называет Темерайр. Она позволила городским детям приехать. и прикоснуться к чешуе зверя. Она очень популярна в Вольных городах, милорд ".

Дочь капитана сидела между отцом и пятью членами экипажа, которые плыли с ними. Через стол, проходивший в центре холла, соблазнительные зеленые глаза девушки заметили цепь на шее мейстера Джерна. Как и большинство мейстеров, этот человек был далек от своей молодости, он был пухлым парнем с редкой белой бородой, крючковатым клювом на носу и естественной макушкой на покрытой печеночными пятнами голове.

"Вы мейстер?" - спросила его дочь Тейлор. "Я часто слышал о вашем заказе. Это медь в вашей цепи. Это значит история, верно?"

Юрн моргнул, пораженный тем, что к нему обратилась женщина. "Почему, да. Да, это так, моя дорогая".

Девушка оглядела древние камни крепости. "Вы знаете историю этой крепости? Она кажется древней!"

Мейстер посмотрел на сира Гилберта. "Девушка и ее отец принесли еду, которой нет у других", - великодушно решил он. "Конечно, это стоит сказки".

"Ой, как чудесно!" - сказал мейстер. "История весьма примечательна. Фундамент и первый уровень навесных стен датируются почти десятью тысячами лет! Легенда гласит, что Дурран, первый Король Бури, влюбился в Эленей, дочь морского бога и богини. Она была могущественной и красивой, какой могла быть только богиня, и все же она была покорена силой и любовью Дуррана к ней. Они планировали пожениться, но ревнивый бог моря и богиня ветра подняли великий шторм и убил всех гостей Дуррана. С этого момента его назвали Дурран Горе богов. Он объявил войну богу моря ".

Дочь выглядела достаточно впечатленной, но и сбитой с толку. "Как объявить войну богам?"

"Из-за того, что не сдался им, моя дорогая, - сказал старый Джерн. Его щеки покраснели от внимания. "Говорят, что Дурран построил шесть замков, каждый больше и сильнее предыдущего, но каждый раз боги ударили и разрушили их.

"Однако в своем последнем замке, как гласят легенды, его возлюбленная искала помощи у Детей в лесу. Они пришли и сказали ему, что камни основания должны быть залиты кровью тех, кто ненавидел его больше всего. И он уехал. в земли, ныне известные как Королевские земли, и разыскал своих врагов. Он завоевал окружающие земли и вернул тех, кто больше всего его ненавидел, где он перерезал им глотки и пролил их кровью на каменные основания стен своего замка. Сам Бран Строитель, который позже построил Стену, консультировал его по поводу ее строительства.

"В любом случае он построил величайший замок своего времени, подняв стены выше, чем когда-либо видел, с большой центральной башней, чтобы разместить всех его людей и гарантировать, что он и его возлюбленная будут в безопасности от гнева ее родителей. На протяжении многих столетий , это было также известно как Неповиновение Дуррана. Он был первым из великих Штормовых Королей Дома Дуррандон и правил из этого замка в течение тысяч лет. Мой Лорд Король Станнис - потомок тех самых королей ".

Дочь капитана торгового флота в восторге хлопнула рукой по столу. "Какая чудесная история, мейстер! Спасибо, что поделились этими словами".

Хотя она не была самой красивой женщиной в мире, сир Гилберт должен был признать, что у дочери торговца была очень приятная улыбка. Это сделало ее лицо более привлекательным. Она встретилась с ним взглядом и скромно покраснела, прежде чем взглянуть на свой траншеекопатель с запеченной рыбой и нарезанной репой.

Верно. Я трахаюсь с этим сегодня вечером.

"Куда ты пойдешь дальше?" - спросил лорд Элвуд у капитана.

"Вернемся в Эссос для пополнения запасов", - сказал капитан. "Возможно, мы остановимся у Драконьего Камня".

"У короля есть привычка вознаграждать тех, кто приносит его людям провизию", - согласился Элвуд. "Я искренне удивлен, что корабли Королевы Драконов не взяли тебя".

"Нас садили пять раз", - сказал капитан. "Каждый раз они искали людей и оружие. И каждый раз они оставляли нас в покое, когда видели, что у нас их нет".

Сир Гилберт приподнял бровь при этой новости. Судя по словам нескольких воронов, которых они получили от Драконьего Камня, флот Королевы Драконов почти наложил эмбарго на весь Предел и Королевские земли.

"Мы будем рады предложить вам квартиру сегодня вечером", - сказал сир Гилберт. "Как видите, у нас достаточно места".

Поразительные глаза дочери расширились от благоговения. "Милорд, вы бы ... позволили нам остаться в таком великолепном месте?"

"Мы могли бы найти комнату или две", - сказал лорд Элвуд, явно трепещущий от страха девушки.

Две комнаты. "Тот, который у меня будет один , - подумал сир Гилберт.

Когда в ту ночь Дина пришла к сиру Гилберту, он отослал ее поцелуем и медью. У него была другая цель, которая должна была занять его ум. Когда капитана и его дочь провели в свои покои, Гилберт не мог не заметить, как долго ноги девушки были в ее матросских хлопчатобумажных штанах или как ткань прилипала к ее спине. Она не была падающей в обморок дворянкой. У нее были мускулы вокруг рук и ни грамма жира вокруг, что он мог видеть, и он не сомневался, что она будет хорошей дракой в ??постели.

Он надел шерстяные брюки и чистую льняную тунику. Он оставил свой меч и оставил только кинжал, когда покидал свои покои.

После нескольких месяцев владения замком для Станниса сир Гилберт осознал, что ненавидит Штормовой Предел. Место было мрачным, окруженным постоянными штормами, подобными той, которую он слышал, даже сейчас. Ветер заставил башню гудеть, когда воздух выходил через узкие окна с ставнями.

В воздухе пахло вековой гнилью. Даже смена тростника мало повлияла на запах. И хотя он шел с высоко поднятым над головой фонарем-свечой, темные каменные стены давили на него в безмолвном мраке. В замке почти не было гобеленов, чтобы смягчить стены. Баратеоны были суровыми людьми на протяжении веков, и это было видно по тусклым украшениям их родового дома.

Отсюда возникает вопрос, как такой катамит, как Ренли, родился в таком месте.

Он дошел до комнаты, в которой находилась девушка. Он демонстративно отделил ее от отца несколькими дверями. Он очень легко постучал и подождал, пока дверь не откроется.

Она стояла в свободном льняном платье, освещенном сзади жаровней в своей комнате. Ткань была такой тонкой, что он мог видеть очертания ее скромной груди и то, как они прилегали к ее ткани. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами. "Мой господин!" прошептала она. Ее щеки вспыхнули красным. "Что ты здесь делаешь?"

"Ты не можешь угадать, дитя?" - сказал сир Гилберт, жадно глядя на нее.

"Но мой господин! Что подумает мой отец?"

Сир Гилберт ворвался в комнату и закрыл за собой дверь. "Почему он должен знать? Ты не маленькая дева, а выросшая женщина. И при этом красивая". Он повесил фонарь на бра у двери и подошел к ней. Хотя она, казалось, немного съежилась при его приближении, она не отступила. Вместо этого она сцепила руки вместе и скрестила плечи вперед, соблазняя прижав груди к тонкой ткани платья.

"Вы думаете, что я красивая, милорд?" прошептала она. "Мой отец говорит, что я слишком невзрачна для настоящего мужа".

Гилберт чувствовал такую ??похоть, что едва сдерживал себя. Затем он схватил ее и стянул льняное платье, обнажив блестящую кожу и ... и ... шрамы? Сморщенный шрам на впадине плеча, как будто в нее не раз стреляла стрела. Он увидел длинную линию шрама на ее голом бедре. Но он также увидел тонкий живот с мускулами, которые он мог проследить. Ее льняное белье едва скрывало от него ее пол, и ему захотелось попробовать ее на вкус.

Ее руки взяли его бороду и подняли его глаза к себе. "Я могла бы быть твоей, сир Гилберт", - напевала она ему. "Я мог бы доставить тебе такое удовольствие, чтобы свести с ума. Я многому научился у своей матери. Она была от Лиса. Она научила меня всем своим секретам". Тейлор притянул его так близко, что сквозь ткань туники он почувствовал, как набухают ее груди. Она почувствовала, как ее губы коснулись его ушей.

"Но прежде чем я смогу показать вам, мне нужно, чтобы вы подошли к задним воротам и впустили моих друзей", - сказала она. "Они тебе понравятся, они очень лояльны. Впусти моих друзей, сир Гилберт, и возвращайся ко мне. Возвращайся, и я доставлю тебе такое удовольствие, что твой разум растает вместе с этим".

Он моргнул и отстранился, пока ее черно-золотые глаза не заполнили его взор. Когда они изменили цвет? Он отбросил эту мысль. Вожделение и голод заставляли его барабанить, как барабан в груди, по которому его член должен был маршировать. "Да", - согласился он. "Да, я впущу твоих друзей. Ты будешь меня ждать?"

"Я сделаю это", - пообещала она. "Быстрее, любовь моя. Ты нужна мне этой ночью!"

Гилберт с криком отвернулся от нее, взял фонарь и побежал из комнаты. Гарнизон был настолько мал, что он не прошел мимо ни одного солдата, стоящего на страже в замке. Дальше холодный дождь хлестал по замку между большой центральной цитаделью и стеной. Он бежал по мокрой земле, топая ногами в грязи, пока не достиг задних ворот, выходивших на доки у подножия известняковых скал внизу. Там дежурили двое охранников, фоссовейцы.

"Сир Гилберт, что вы делаете в такую ??ночь?" - сказал один из охранников. "Что-нибудь не так?"

"У нас есть друзья у ворот, ребята, - сказал сир Гилберт. "Мы должны впустить их".

"Подкрепление, милорд?"

Конечно! Должно быть, горничная имела в виду именно это. Ее друзья были там, чтобы спасти их и прорвать осаду! "Да, вот и все! Мы собираемся прорвать осаду. Откройте ворота!"

Получив приказы и заставив людей повиноваться, он повернулся и побежал обратно в крепость. Шторм обрушился на замок, как если бы старые боги еще раз выразили свой гнев из-за того, что он, Кастелян замка, уложит в постель то, что могло быть только возрождением Еленея! Он вошел в замок и взбежал по бесконечным каменным ступеням, пока не добрался до комнаты, где его ждала возлюбленная. Он ворвался в комнату, и она стояла, когда он оставил ее, одетая только в льняную ткань, низко задрапированную до бедер. Ее золотые глаза были широко раскрыты, и казалось, что он загорелся огнем, когда он вошел.

"Готово, милорд? Вы впустили моих друзей?"

"Да, пришло подкрепление".

"Подкрепление". Она улыбнулась, хотя он почувствовал легкое несоответствие из-за отсутствия романтики. "Это хорошо, потому что это немного жутко". Она махнула рукой и на его глазах изменилась. Вместо почти обнаженной девушки, готовой к постельному белью, он увидел высокую женщину в тарелке и тяжелую бронированную юбку, свисающую ей на колени. На ее талии висел пояс из какого-то постороннего материала, а ее густые черные волосы были завязаны назад тонкой золотой прядью. Осталось только золото ее глаз.

"Я не понимаю", - признался Гилберт.

"Я Королева Драконов, сир Гилберт, и вы только что передали мне единственный замок, я действительно сомневался, что смогу взять его без больших потерь. Так что, знаете, спасибо за это".

Он замер на месте. Вдалеке, эхом разносясь по залу, он услышал звук стали о сталь и голос, выкрикивающий тревогу.

"Ты шлюха", - прошептал он. "Мы привели вас в это место. Мы преломили с вами хлеб и поделились с вами нашей едой..."

"Технически, ты разделила с нами нашу еду", - сказала шлюха королевы. "Но не волнуйся, я не убью тебя".

"Убить меня? Ты?" Он вытащил кинжал и бросился на нее. Он даже не заметил, как ее ступня поднялась под невозможным углом, попав ему в подбородок с ударом, достаточным, чтобы очернить мир.

**********

**********

Сир Гилберт проснулся от крика чаек. Он ненавидел этот звук почти с самого прибытия в Штормовой Предел. Однако они казались даже громче, чем обычно, как будто они пробрались в его комнату. Это объяснило бы холод в воздухе, если бы его ставни были открыты, а огонь погашен.

Когда он открыл глаза, он сразу осознал, что его нет в своей комнате. Задыхаясь, он попытался сесть, только связанные руки мешали ему. "Что это означает?"

"Гилберт, дурак, успокойся. Я помогу тебе сесть".

Это был лорд Элвуд. Плечом он помог Гилберту выпрямиться. При этом он понял, что сидит на узкой тропинке между замком и заливом, глядя на воду. То, что он увидел, заставило его живот сжаться. Когда взошло солнце, он увидел по крайней мере десять огромных громад с трехглавым красным драконом Таргариен на парусах, пришвартованных в том же самом доке, где накануне находился лежащий торговец. Он с изумлением и ужасом наблюдал, как тысячи людей маршируют с кораблей по обратному пути, ведущему к белым известняковым скалам.

"Как..."

"О, хорошо, вы все проснулись".

Гилберт стряхнул свой сон и резкую боль в челюсти от прошлой ночи и увидел, что сама Королева Драконов идет к нему. Моргая, он посмотрел по сторонам и увидел большую часть гарнизона, стоящего на тропе по обе стороны, все связанные, как и он. Рядом с королевой шла темнокожая жительница Летних островов, а за ней - двое иностранных солдат в вареных кожаных доспехах с копьями и щитами.

"Ты!" - прошипел Гилберт. "Ты лжешь..."

Прежде чем он двинулся с места, один из солдат бросился вперед с копьем в руке, приставив острие к шее Гилберта.

"Осторожно, сир Гилберт", - сказала Королева. "Мои Безупречные - очень чувствительные люди. Им не нравится, когда люди говорят плохие вещи обо мне. А ты, Серый Червь?"

"Нет, Аксия", - сказал одноименный Серый Червь неестественными словами с акцентом.

"Хозяин Тиреллов не позволит вам долго держать этот замок", - сказал лорд Элвуд.

Королева Драконов улыбнулась. "Я послал пять тысяч наемников на Мандер, чтобы разграбить Хайгарден. Мейс Тирелл даже сейчас отправляет всех своих солдат на запад, чтобы защитить свой дом. С небольшими грохотами, которые он оставил здесь, разобрались. Единственное, что между нами и Королевской Гаванью это горстка Ланнистеров ".

- Значит, ты хочешь убить нас? Сир Гилберт сплюнул.

"Нет. Потому что, даже если это была наша еда, вы разделили еду со мной. Мне нужна была эта каста быстро и без потерь для жизни, и с вашей помощью я добился этого, сир Гилберт. Итак, взамен я планирую дать тебе и тем, кто желает пойти с тобой, шлюп, на котором я прибыл. Отправляйся к Драконьему Камню и передай Станнису Баратеону сообщение. "

Она стояла прямо над ним. Так близко он увидел, что ее сапоги не похожи ни на что из того, что он когда-либо видел - черные и из материала, которого никогда раньше не видел. Они поднимались вверх, пока не потерялись под крутыми наголенниками, которые она носила на коленях и бедрах.

"Скажи своему лорду Станнису, чтобы он попросил его жрицу взглянуть в огонь и увидеть его будущее. Скажи ему, чтобы он спросил, кто настоящий принц, которому обещан, младший брат проигравшего короля или королева, которая возвращает драконов в Вестерос? Его сир Давос был отвергнут Железным банком - они понимают, что ставка проиграна, когда видят ее. У него нет армии, он не претендует на трон, поскольку вся линия Баратеонов является узурпатором моей семьи. И у него нет надежды на победу. Но скажи ему, что если он преклонит колени, я прощу его брату за предательство моей семьи и позволю ему вернуться на свое законное место лорда Штормового Предела ".

"Он проклянет тебя до чертиков и продолжит сражаться", - сказал сир Гилберт.

"Нет, сэр Гилберт. Он будет голодать. Он на острове без друзей, а моря мои. Серый Червь, я думаю, мы ясно изложили наши намерения. Давайте доставим этих джентльменов их королю. УЯ собираюсь завоевать королевство." Глава двадцать первая: Что упускают. Рука Джейме чесалась.

Из всех ран и унижений, которые он перенес с тех пор, как его поймали в Шепчущем лесу руками Робба Старка, потеря руки была самой серьезной. Это была его рука с мечом; руку, которую он использовал, чтобы приветствовать своих товарищей и ласкать тело своей сестры, когда она искала утешения с ним в темные часы ночи.

С этим следовало покончить после того, как этот дурак Варго отрубил его. Но боги не довольствовались тем, что он хоть раз пережил потерю. И так чесалось, хотя его больше не было. Пока вокруг него бушевал Малый Совет, он мог думать только о том, что у него чесалась рука; и что его сын умер.

Он знал, что это будет плохая встреча, когда Оленна Тирелл решила присутствовать на ней вместо своего сына Мейса, который уже тогда возглавлял большинство Тирелловских рекрутов, чтобы облегчить разграбление Хайгардена. Джейме лично подумал, что ход Самозванца был блестящим. Судя по счетам воронов, она наняла компанию Sellsword из Эссоса и отправила их на Mander.

С флотом Тайреллов, потерянным в ночи, когда они плыли в Черноводном порыве, и флотом Претендента, контролирующим моря, больше не было никаких кораблей, чтобы противостоять ей.

К сожалению, это оставило Королевские земли почти без защиты. Отец отмечал это уже трижды, и каждый раз Оленна не обращала внимания на беспокойство лорда Тайвина.

"В самом деле, моя дорогая? Хайгарден кормит твой город, а его только что разграбили наемники. Ты чертовски прав, мой сын взял наших людей, чтобы спасти его".

"Вы сыграли на руку Претенденту!"

"Отец сегодня в редкой форме" , - подумал Хайме.

Лорда Тайвина за столом не было. Его гнев и разочарование были такими, что он встал, заложив руки за спину. Остальные члены Малого Совета сидели, как будто ожидая взрыва, о котором они все знали.

"Это не ваш дом разграбляют", - сказала старуха, озорная леди Тирелл. "Хайгарден - это житница Семи Королевств, и приближается зима. Мы должны облегчить ее, даже если это означает потерю Королевской Гавани. Мы можем вернуть столицу; мы не можем волшебным образом воссоздать еду, когда выпадет снег".

Что Джейме находило в леди Тирелл самым восхитительным и разочаровывающим, так это то, что чаще всего она была права. Это был осиный способ, которым она обходилась без той мудрости, которая раздражала. Хайме ожидал, что его сестра ответит старшей матриарху.

Вместо этого Серсея сидела за столом в тихом оцепенении, прижав к подбородку хрустальный кубок с вином, и смотрела в какое-то непостижимое расстояние. В последний раз она выглядела живой, когда они вдвоем ...

Он старался не думать о занятиях любовью со своей сестрой рядом с мертвым телом их сына в священной септе Бейлора. Он точно знал, что богов не было, потому что, если бы боги существовали, они наверняка убили бы его за такое богохульство.

Пицель был там, но мало что мог сказать. Варис заметно отсутствовал, но Тайвин просто прокомментировал, что у этого человека есть другие обязанности. Хайме, недавно назначенный командующим Королевской гвардией, стал последним членом Малого совета. Его дядя Кеван был в Речных землях, изо всех сил стараясь оттеснить их интересы против Талли Риверрана, а теперь и Близнецов.

Дверь распахнулась. Глаза лорда Тайвина вспыхнули от ярости, когда его прервали, но никаких признаков этого не достигло его рта, когда он смотрел, как лорд Варис входит в комнату. Внешний вид евнуха был на редкость не слишком презентабельным, учитывая грязь на краях его шелковых мантий и грязь, которую он выследил на полированных плитах Палат Руки. На щеке и лысине мужчины были даже следы грязи. Более того, он тяжело дышал, и его лысина покрывала блестящую оболочку пота.

"Милорд, я прошу прощения за мое опоздание и состояние", - сказал Варис с поклоном. "Я приношу серьезные и срочные новости. Претендент высадил отряд численностью не менее двадцати тысяч человек".

Лицо Тайвина стало совершенно пустым. "Драконий камень?"

Последние несколько дней они пытались угадать, куда придет самозванец. И Хайме, и его отец считали Драконий Камень самым логичным местом. В конце концов, именно здесь предполагаемые предки Рейнис завоевали Вестерос.

"Нет, милорд", - сказал Варис. "Штормовой Предел. Мои наездники сообщают, что она захватила замок без сопротивления, изгнала тех, кто внутри, все еще верных лорду Станнису, на Драконий Камень, и ... и ..."

"Долой это, мужик!" Тайвин не кричал, но его голос разнесся по воздуху.

"Милорд. Она использовала своих драконов, чтобы сжечь оставшийся гарнизон Тиреллов дотла. Мой человек был свидетелем этого и сказал, что сражения не было. Пятьсот человек Тиреллов погибли менее чем за одну минуту".

Оленна Тирелл поднесла безымянный палец к губам в безмолвной молитве.

"Она укрепится перед маршем", - начал Хайме. "Чтобы подготовиться к ответной атаке".

"Контрнаступление с чем?" - рявкнул Тайвин. "Наши войска находятся в Речных землях, и благодаря нашим союзникам силы Тирелла покинули город ".

Варис покачал головой. "Милорд, она не ждет. Она уже достигла Кингсвуда. Бронзгейт оказал символическое сопротивление с присутствием лордов Стога сена и Оскверненного леса, но битва была короткой и решительно односторонней. Она идет по самой Королевской Гавани".

Оленна Тирелл огляделась вокруг стола, прежде чем взглянуть на Вариса. "Каково расположение ее сил?"

"Между Безупречными Претендента и Золотой ротой я оцениваю 17 000 пехотинцев, пятьсот рыцарей и такое же количество конных оруженосцев, две тысячи лучников и две дюжины боевых слонов в тяжелых доспехах".

Джейме ничего не мог с собой поделать. "И три дракона".

Варис склонил голову. "Именно так."

"У нас в городе пять тысяч человек", - сказал Хайме своему отцу, словно подсчитывая свои монеты в игре в кости. "Может быть, тысяча золотых плащей. Эти слоны - я читал, как их используют в Эссосе. Их используют в качестве осадных орудий, чтобы снести двери и укрепления".

"Я в курсе", - отрезал Тайвин.

Оленна встала. "Выйти из города", - сказала она. "Какая польза от Железного Трона, если остальная часть королевства отказывает вам? Мы все еще держим Предел, и я могу легко заставить Мейса собрать пятьдесят тысяч податей".

Молодой мейстер ворвался в все еще открытую дверь, обошел Вариса.

"Что теперь?" - сердито спросил Тайвин, больше не в силах сдерживать выражение своего лица.

Молодой мейстер подбежал к Пицелю и протянул человеку сложенный пергамент. Джейме следил за лицом старого мейстера, отмечая, как расширились глаза, когда он читал, разинутые челюсти и то, как кровь стекала с его щек, когда что-то ужасно важное проникло в сети его старого мозга.

"Вы хотите поделиться, великий мейстер?" - едко спросил Тайвин.

Старый мейстер положил пергамент на стол. "Милорд ... Я ... Леди Оленна, с сожалением сообщаю вам, что лорд Мейс Тирелл мертв".

Старуха пошатнулась, словно от удара. "Что ты сказал?"

"Принц Доран Мартелл открыто выступил в защиту Претендента", - заикаясь, сказал Пицель. "Он заявил, что ее заявление правдиво, что она его давно потерянная племянница и законная королева семи королевств. И он ... мои лорды и дамы, двадцать тысяч дорнийцев упали на фургон Тирелла. Никто не выжил. Лорд Мейс и сир Лорас были среди убитых ".

"Ну, тогда это все", - сказал Хайме. Он даже не узнал себя, когда говорил. "Теперь мы знаем, почему принц Оберин покинул город после свадьбы. Претендент теперь контролирует Предел, Штормовые земли и Королевские земли, а Королевская Гавань попала в клешню между двумя армиями по двадцать тысяч каждая. Я полагаю, отец, леди Оленна правильно. Пора идти ".

Лицо Тайвина сделалось холодным и каменным. "Я согласен."

"И пусть они побеждают?"

Хайме вздрогнул, когда Серсея заговорила впервые с начала хриплой встречи. Она посмотрела на него, и прямо под спокойной поверхностью он увидел бурю, бушующую в ее глазах. "Мой сын лежит в склепе под септой Бейлора, и вы хотите, чтобы мы просто ушли?"

Тайвин смотрел на свою дочь с таким холодным спокойствием, которое он проявлял всякий раз, когда был действительно расстроен. По словам дяди Кевана, он выглядел так же, когда убивал Поводья Кастамера.

"Твоя сестра обезумела, Хайме, - сказал Тайвин. "Отведи ее в ее покои, пока мы не будем готовы к отъезду".

"Не смей меня уволить!" Серсея внезапно закричала. Она швырнула свой хрустальный кубок через комнату, и он разбился о дальнюю стену. "Я королева Вестероса!"

"Недолго, если ты не уйдешь, глупая девочка", - сказала Оленна.

"Убери ее из этой комнаты, Хайме", - прорычал Тайвин.

"А что насчет убийцы моего сына?" - спросила Серсея, внезапно столь же спокойная, как ее отец. Переключатель беспокоил Джейме больше, чем ярость. Когда она замерзла, это означало, что она приняла решение.

Тайвин покачал головой. "Согласно разведданным Вариса, лорд Бейлиш вместе с Сансой Старк скрылся из города с помощью уже мертвой Донтаса Холларда в течение нескольких часов после происшествия. Я склонен полагать, что ваш брат был слабаком для лучших умов. Пока я не узнаю правду из-за этого Тирион остается нашим пленником ".

Хайме подошел к Серсее и нежно взял ее за руку здоровой рукой. Сквозь прекрасную парчовую ткань ее платья он чувствовал, как она дрожит. "Понятно", - сказала она.

Она развернулась, высвободив руку из слабой левой руки Хайме, и зашагала из маленьких комнат совета.

"Отпусти ее пока", - сказал его отец. "У нас много работы. Лорд Варис, Хайме, очистите Красный Замок от всего ценного, что сможете. Золота, серебра, драгоценных камней. Еда. Нам понадобятся ресурсы, чтобы собрать мечи и заплатить наши сборы. Леди Оленна, вы свободно покинуть город, хотя, похоже, вы, возможно, пожелаете остаться с нами, когда это сделаете ".

Не имея города, в который можно было бы вернуться, и только ее дочь осталась в высадке короля, старый матриарх согласно кивнул.

"Нам нужно покинуть город до восхода солнца, если у нас есть хоть какая-то надежда добраться до Кастерли Рок. Быстро, дамы и господа".

**********

**********

За два часа до назначенного времени их отъезда Хайме быстро прошел через Башню Руки. Когда он в последний раз видел своего отца, этот человек записывал записи, чтобы они не попали в руки Претендента. Их разведчики доложили, что вражеские силы были всего в дне пути, хотя дорнийцы были в лучшем случае на расстоянии недели.

Двадцать тысяч или сорок тысяч, это не имело значения. Сам Тайвин Ланнистер доказал во время восстания Роберта, что Королевская Гавань не сможет долго противостоять осаде. Было слишком много людей и мало еды; стены не были высокими и недостаточно укрепленными, чтобы удерживать их без значительных сил. Когда они держались в битве при Черноводе, это было с сильным гарнизоном из 8000 человек, более пяти тысяч золотых плащей, 300 сотен рыцарей, нелепых горных кланов Тириона и нескольких сотен катапультов, баллист и скорпионов, укомплектованных настоящей армией инженеров. , и его взорванный лесной пожар.

С потерями во время Битвы у Блэкуотера и перемещением людей в Речные Земли, чтобы попытаться исправить ущерб, нанесенный там Роббом Старком, у них был гарнизон всего из пяти тысяч человек, только тысяча уцелевших золотых плащей и, возможно, пятьдесят рыцарей.

И хотя отец и сестра Хайме никогда не признались бы в этом, на этот раз у них не хватило ума Тириона, чтобы исправить ситуацию. Чем больше он узнавал о том, что его младший брат сделал для спасения города, тем более удивлялся и гордился собой. И еще больше он разочаровался в том, что их отец отказался признать это.

Он вошел в Зал Десницы, чтобы убедиться, что человек готов, но споткнулся от удивления, когда его разум изо всех сил пытался уловить то, что видели его глаза.

Его отец лежал на полу, частично повернувшись так, что обе руки умоляюще потянулись к двери. Его небесно-голубые глаза были открыты, но ничего не видели. Небольшая лужица мочи запачкала перед его шерстяных брюк и мирский ковер внизу. Отец любил этот коврик и брал его с собой в любое место, где планировал остаться более шести месяцев.

Серсея откинулась назад на его стол, ее щеки вспыхнули страстью, которую он раньше видел только во время их занятий любовью. Она посмотрела на него, когда он вошел, а затем улыбнулась.

"Мы свободны", - прошептала она. "Хайме, мы свободны".

"Что ты сделал?"

Затем он увидел кубок на полу рядом с безвольной рукой Тайвина. Как и мочевой пузырь мужчины, он тоже пролил свое содержимое на коврик. Пропавшая рука Джейме ужасно чесалась, когда он смотрел на своего неподвижного отца.

Серсея перешагнула через тело, не обращая внимания. К его полному потрясению, она расстегнула шнурки своего вечернего платья, обнажив плоть внизу. "Мы свободны", - сказала она ему. "Свободны любить! Свободны быть теми, кем нам суждено быть! Свободно уничтожать наших врагов!"

Она прижалась к нему. Одна рука потерлась о его щеку, а другая потянулась за шнурки на брюках.

Она только что убила нашего отца и теперь хочет меня трахнуть?

Его рука чесалась. Его член, однако, этого не сделал. Даже когда она сунула руку в его брюки, ее пальцы были холоднее, чем тело на полу, и он мог только оцепенело смотреть на нее, пока она ласкала его по мертвому телу их отца.

Также как мы трахались рядом с телом нашего сына.

Она целовала его шею и сжимала его мужское достоинство, и его недостающая рука чесалась . Это сводило его с ума!

"Ты приведешь нас к победе", - прошептала Серсея между отчаянными поцелуями. Казалось, она совершенно не обращает внимания на отсутствие его реакции на ее энергичные действия. "Если Тирион смог привести нас к победе над Станнисом, ты сможешь победить этого притворщика блудницы!"

У Тириона было вдвое больше сил, чем у меня, и вдвое больше ума. Он даже не мог представить себе явное лицемерие, когда его сестра называла кого-либо еще блудницей, держа руку в штанах брата.

"Ты приведешь нас к победе, и тогда мы сможем жить так, как нам предназначено", - прошептала она. "Муж и жена, точно так же, как Таргариены до нас. Но сначала ты должен победить нас, Хайме. Выиграй день для нас".

"Если вы хотите, чтобы я дрался, я должен идти", - сказал он. Его голос уловил слова, но он все равно их вытолкнул. "Будет много дел".

Она пылала страстью, как всегда прекрасна. "Тогда иди", - сказала она. "Спасите наш город. Спасите нашего последнего сына и верните нам нашу дочь. Я знаю, что ты сможешь, Хайме. Ты всегда был моим рыцарем!"

Когда он оставил своих сестру и отца, изо всех сил пытаясь завязать шнурки одной рукой, он сначала не понял, почему его зрение так сильно затуманилось. Только когда он вытер глаза левой рукой, он понял, что плачет. И только тогда, когда на его коже блестели слезы, он понял, почему он плакал.

Вокруг него в полной панике бегали люди Ланнистеров, лакеи и сеньоры, которые их сопровождали. Огни вражеской армии можно было увидеть в Кингсвуде к югу от города. Без сомнения, слухи о предательстве Дорна дошли до улиц - в Королевской Гавани ничего не осталось секретом, если только все, кто знал эту тайну, не были мертвы.

Тогда к Джейме пришло воспоминание, когда он остановился. Он и его брат, говоря о мальчике Старк, которого сам Джейме так сильно искалечил.

" Даже если мальчик выживет, он будет калекой. Гротеск. В любом случае дайте мне хорошую, чистую смерть ".

Его брат покачал головой. "Говоря о гротесках, я вынужден не согласиться. Смерть настолько окончательна, в то время как жизнь, ах, жизнь полна возможностей. Я надеюсь, что мальчик действительно просыпается. Мне было бы очень интересно услышать, что он скажет. "

Джейме уставился на неприятную тяжелую золотую руку, которая заменила его старую. На то, как чесалось, хотя и не должно было быть.

"Мой дорогой брат, иногда ты заставляешь меня задуматься, на чьей ты стороне".

" Мой дорогой брат, ты ранил меня. Ты знаешь, как сильно я люблю свою семью".

"Она собирается убить его", - прошептал Хайме.

Джейме побежал. Он побежал из Башни Руки в Крепость, игнорируя встревоженные крики тех, кто ожидал от него лидерства. Он бежал, пока не нашел самого невероятного из рыцарей.

Бриенна Тартская была ростом с человека и почти такой же сильной. Она коротко остригла свои светлые волосы, что не пошло ей на пользу как женщине, но как рыцарь сослужило ей хорошую службу. Он выковал ей новую броню и подарил ей валирийский стальной меч, который его отец подарил ему в благодарность за то, что она спасла его жизнь. Она готовила седло к отъезду, так как была заперта в городе, как и все остальные.

"Иди со мной!" - крикнул Хайме.

Она удивленно уставилась на нее. "Какие?"

"Пойдем со мной, мне нужна твоя помощь. Пожалуйста!"

Из всех людей пойти к этой женщине казалось самым естественным делом на свете. После того, как она несколько мгновений удивленно смотрела на него, она кивнула и пошла за ним. "Куда мы идем?"

"Черные клетки", - сказал Хайме. "Мой отец мертв. Королева собирается попытаться убить Тириона, если она еще не сделала этого".

Бриенна споткнулась, но ненадолго. "Лорд Тайвин мертв? Как?"

"Яд", - сказал Хайме, не в силах сказать, кто доставил яд. Знания слишком ранили, чтобы выразить это словами. Они начали спускаться по лестнице в недра Красного Замка, пока не достигли черных камер. Их путь направлял лучи света вдоль стен, отбрасывая тусклый свет на черные залы.

Впереди у двери камеры стоял гигантский монстр и смотрел внутрь. Хайме вытащил свой меч левой рукой, прекрасно зная, что с таким же успехом он мог быть пейджем на тренировках для всех навыков, с которыми он мог владеть им. Поэтому он не пробовал.

Грегор Клиган, любимый монстр Серсеи, повернулся и с недоумением посмотрел, как Хайме врезался прямо в него и воткнул меч прямо в пластину человека в живот. Гора зарычала от боли и ярости и отбросила Хайме с перчаткой.

На мгновение все растворилось в звенящих и странных ореолах в его глазах. Когда его зрение прояснилось, он увидел столкновение воинов. Доспехи Бриенны сверкали в лучах яркого света - сталь отполирована почти до серебряного блеска, а ее валирийский меч сверкал, когда она взмахивала. Почти ангельский, как пурист всех рыцарей.

Напротив стоял гигантский монстр в почерневших доспехах и зверином шлеме. Он вырвал меч Джейме из живота, как если бы это была всего лишь царапина, и замахнулся на Леди-рыцарь с ужасающей силой. Человек, обезглавивший свою лошадь, теперь попытался сделать то же самое с Бриенн.

Хотя он превосходил ее по массе и имел гораздо больше мускулов, она была быстрее и умелее. И Хайме ранил его - рану, которая уже убила бы меньшего человека. Вместо того, чтобы блокировать его удары, она перенаправила его и пошла на легкие контрудары, которые дали ей время отступить, чтобы он истек кровью. Если он сблизится с ней, она будет мертва, и оба это знали.

Разочарование мужчины переросло во все более громкое рычание, когда он бросился и замахнулся, но его доспехи были встречены легкими порезами. Его руки, его ноги. Бриенна всегда танцевала в сторонке. В тот момент Хайме подумал, что она лучшая из рыцарей.

Гора ревела и вращалась быстрее, чем она ожидала. Ей удалось откинуться назад настолько, что удар, который лишил бы ее левой руки, удалил ее полдон и оставил респектабельную рану на ее плече. Она вскрикнула и отшатнулась, когда мужчина бросился на нее.

Внезапно небольшая бородатая ракета вылетела из открытой двери камеры и врезалась Грегору Клигану в колени сзади. Гигант со злым ревом споткнулся, его руки не на месте, чтобы остановить падение. Бриенна проворно отступила от падающего меча, когда великан ударил лицом по кирпичам. Прежде чем он смог встать на ноги даже при малейшем движении или даже улететь, она прижала свой меч к основанию его черепа.

Она проехала мимо, не задумываясь. Гора дважды дернул ногами, прежде чем замер.

В последовавшей тишине Джейме заметил опухшее лицо. Не было ощущения, что что-то сломалось, но он скоро увидит беспорядок.

На полу Тирион Ланнистер неуверенно поднялся на ноги, а затем посмотрел на своего спасителя. "Вы, должно быть, леди Бриенна", - сказал он, как будто встретил ее на улице в прекрасный день. "Я действительно верю, что ты спас двух братьев Ланнистеров".

"Хотя хотелось бы получить объяснение почему", - сухо спросила женщина.

Хайме изо всех сил пытался встать на ноги. Он шел неустойчиво, пока не смог вытащить свой меч. "Нам нужно покинуть город".

"Ой?" Тирион глубоко и прерывисто вздохнул. "Ты должен меня простить, брат. Кажется, я пропустил несколько последних заседаний Малого совета. Почему нам нужно уезжать из города?"

"Претендент с двадцатью тысячами человек в дне пути", - сказал Хайме. "И Дорн заявил за нее и взял Предел".

"Бьюсь об заклад, отец доволен", - сказал Тирион.

"Отец мертв. Я только что оставил его труп".

Брат Джейме стоял совершенно неподвижно, обрабатывая это. "Мертв", - сказал он. "Наш отец мертв".

"Яд."

Их взгляды встретились. "Серсея", - прошептал Тирион. "Она убила его?"

"Да."

"Она послала Гору убить меня?"

"Несомненно".

Тирион фыркнул, а затем вытер глаза. "Если бы я не знал, брат, я бы подумал, что наша сестра не заботится обо мне".

"Тирион, ты убил Джоффри?"

Он подошел к Хайме и взял его за здоровую руку. "Поскольку я твой брат, Хайме. Несмотря на всю ту любовь, которую ты показал мне, когда никто другой, я клянусь тебе сейчас, что я этого не делал. Я клянусь в этом".

"Я верю тебе." Джейме посмотрел на Тириона на Бриенну. "Ланнистеры всегда платят свои долги, леди Бриенна. И мы оба обязаны вам жизнью ... Если вы поедете с нами, с вами будут хорошо обращаться. Я получил от нашего Мастера шепота, что Санса и Арья Старк здоровы, если это тебя беспокоит ".

"Я сейчас поеду с тобой", - согласилась Бриенна.

Они вышли из Крепости как группа. Хайме видел, как некоторые из лояльных золотых плащей Серсеи пытались помешать отступающим людям Ланнистеров и Тиреллов. Джейме было грустно, что люди его семьи были менее лояльны к королеве, чем Золотые плащи, которые она подкупала в течение прошлого года.

Они попали в поезд. Он огляделся в поисках следов другой Королевской гвардии, но не нашел. Теоретически он был их командиром.

Затем его осенило. Серсея не отпускала Томмена.

"Леди Бриенна, пожалуйста, позаботьтесь о моем брате. Я должен посетить короля".

"Она не отпустит его", - предсказал Тирион, вторя его самой мысли.

"Я должен попробовать".

"Потому что он твой сын", - спокойно заметил Тирион.

Бриенна глубоко вздохнула. Джейме просто смотрел через плечо. "Потому что он мой король", - наконец сказал он. "Сколько королей я уже проиграл?"

"Тогда иди, брат".

Джейме побежал со всей силой, которую могли дать ему ноги. Глава двадцать вторая: Ужасное дело, которое стоит выбрасывать впустую. Тириону было больно. По его мнению, это была самая ужасная боль. Это была душевная боль, и никакое возмещение не могло ее исправить. Истощение от скручивания мало помогло унять боль. Ему очень хотелось спать или пить. Увы, передышки не было. Напротив, его нынешняя компания стремилась усугубить ситуацию.

"Этот человек убил мою невесту", - громко сказала Маргери Тирелл. "Почему он все еще не в замке?"

"Потому что командующий Королевской гвардией и я освободили его", - огрызнулась Бриенна Тарт с того места, где она ехала рядом с телегой. "Сир Хайме считал, что лорд Тирион невиновен. И поэтому он здесь".

Тирион оценил эту мысль. Он ехал в кузове фургона, наполненного награбленным золотом из Красной крепости. У него не было даже Бронна, поскольку его наемник принял брак Лоллис Стокворт, чтобы получить имя для своих детей. Каким-то образом Тирион подозревал, что старшая сестра Лолли и их мать скоро умрут, оставив Бронна лордом Стокворта.

Это оставило Тириона в компании женщин Тиреллов, которые все считали его состояние, только что полученное после Черных клеток, в лучшем случае оскорбительным. В его список критиков входили, помимо прочего, три кузены Маргери: Алла, Элинор и Мегга, леди Алисанна Бульвер, юная леди Черной короны, ее коллега леди Элис Грейсфорд и, конечно же, их Септа Нистерика. Все они, конечно, были красавицами, за исключением рябой Септы, которая, казалось, улыбалась всем вокруг, кроме Тириона, несмотря на ее поистине неудачные черты лица.

Как ни странно, единственным человеком в фургоне, который, казалось, не возражал против его компании, была их великая дама.

"Оставьте мужчину в покое, девочки", - сказала леди Оленна. "Особенно ты, дорогой", - добавила она внучке. "Я думаю, вы оба, только что потерявшие отца, были бы более милосердны. Мы все знаем, что лорд Тирион не убивал своего племянника".

"Да, бабушка", - сказала Маргери. Она повернулась к Тириону. "Прошу прощения, лорд Тирион", - сказала она с такой нежностью, что колибри может подавиться им. "Я обезумел из-за того, что моего обрученного короля Томмена здесь нет".

"Как и я, миледи", - сказал Тирион. Ему было слишком больно, чтобы спорить с ней или ее маленькими дружками.

Он оглянулся назад, когда взошло солнце, бросив город Королевской Гавани в безжалостный дневной свет. Он надеялся и молился всю ночь напролет, что Хайме подъедет верхом с Томменом на руках. Однако он так и не пришел.

Это означало, что в конце концов Хайме решил остаться с Серсеей и Томменом.

У богов наверняка было чувство иронии, потому что это был один из самых прекрасных дней. С приближением зимы дню не хватало жары, к которой они привыкли, и вместо этого был мягкий прохладный воздух. Небо над головой выделялось несколькими тонкими облачками на фоне кобальтового купола. Птицы пели на деревьях холмов, по которым они неуклонно взбирались последние несколько часов.

А далеко внизу город Королевской Гавани возвышался над речной равниной, где Черная вода впадала в одноименный залив. Он мог видеть каждую его часть, как если бы он был птицей. Он думал, что может полететь к Чаттайе или на Стальную Улицу. Он видел, как Септа Бейлора поднимается почти так же великолепно, как и сам Красный Замок. Все в мелочах, мерцающих вдалеке.

И в плотном строю у Королевских ворот он увидел армию, которая пришла, чтобы все это разрушить. Тириан, сидевший на низком месте позади возницы, оказался лицом к лицу прямо с городом, когда увидел огромное, ужасное облако черного дыма, поднимающееся в воздух над Королевскими воротами. Много секунд спустя он услышал глухой, раскатистый стук того, что должно было быть впечатляющим, невозможным взрывом.

"Что это было?" - сказала Оленна, оторвавшись от вязания.

"Это было падение Королевской Гавани", - сказал Тирион тяжелым голосом.

"Что ты сказал?" Она подняла глаза и увидела шлейф. В тот самый момент, когда они наблюдали, даже с такого расстояния, они могли видеть три невозможных фигуры, пролетевшие над воротами, и потоки огня обрушились на тех, кто внизу.

"Клянусь богами", - прошептал один из трех кузенов Тиреллов. В любом случае Тирион не мог их различить.

Пожалуйста, выживи, Хайме. Пожалуйста, спасите Томмена.

Еще один шлейф, поднимающийся почти как гриб, вырвался из самого Красного Замка. Последовали другие, а через несколько секунд пришло ненавистное сообщение о взрывах, один за другим, шесть в быстрой последовательности. Маргери прикрыла рот и испуганно вскрикнула, как будто она действительно была здесь, а не наблюдала за этим с безопасного расстояния.

"Томмен!" - крикнула потенциальная королева.

Тирион был уверен, что она хотела сказать: "Моя корона!" Она любила мальчика не больше, чем Джоффри или Ренли до нее. Если предпочтение отдавалось Томмену, то только потому, что он с меньшей вероятностью убил ее ради случайного удовольствия, чем его брат Джоффри.

Взорвались новые клубы дыма, за которыми последовали эти ненавистные удары. Тирион зачарованно наблюдал, как Башня Руки рушится в стенах Красного Замка. Отец все еще в башне? Они даже пошевелили его телом?

Взрывы произошли с почти хирургической точностью. Тактическое укрепление между крепостью и стеной разрушено. Он видел, как оно рухнуло, уничтоженное каким-то колдовством, которое использовал Претендент. Какое бы сопротивление ни оказали Золотые Плащи и остатки их гарнизона, должно быть, было быстро подавлено, потому что даже с такого расстояния Тирион мог видеть солдат Претендента, прорывающихся сквозь бреши в стене.

Защитники, опасающиеся финтов, рассредоточились бы по всем укреплениям города. Теперь они обрушатся на врага. Только если противник прибыл в таком количестве, оборонительная тактика наверняка провалилась. А с драконами, летающими над головой, бросающими пламя или это взрывное колдовство на любую группу защитников, это было лишь вопросом времени, прежде чем ...

Они услышали звон колоколов. Сначала один, потом другие, пока, наконец, не зазвонили и великие колокола септы Бейлора. Хотя казалось, что прошли всего несколько секунд, Тирион понял, что они наблюдали за битвой почти час, если положение солнца было доказательством.

Один час. Претенденту понадобился всего час, чтобы покорить Королевскую Гавань.

Он был сбит с толку тем фактом, что был рад, что битва окончена. Он видел ужасные разрушения, но совсем не то, что он ожидал от такого конфликта. Разграбление города его собственной семьей после смерти Безумного короля нанесло гораздо больший ущерб.

Удары Претендента были точными и эффективными. Возможно, даже в некотором роде милосердный. Большая часть города пережила битву.

"Что ж, город потерян, - сказал Тирион. "Слава богам".

Все Тиреллы повернулись против него. "Вы счастливы, что мы проиграли?" - потребовал ответа один из кузенов.

"Молчи", - огрызнулась Оленна Тирелл. "Лорд Тирион говорит правду. Наши силы не могли надеяться удержать город. Быстрая сдача позволяет спасти город от пожара. Мы должны были вернуться и вернуть город. Мы не можем этого сделать, если город будет в живых. погиб в огне! "

Достаточно напуганные девушки снова принялись за вязание, все, кроме Маргери. "Бабушка, если у Претендента есть король, как нам вернуть город?"

"То, что вы должны спросить, - это то, с чем вы вернете город?" - спросил Тирион. "Хайгарден не просто разграблен, он был полностью завоеван, если я правильно слышал от ваших слуг. Не меньше, чем у Дорна. Похоже, принц Доран Мартелл знал свою племянницу. Никому из вас не приходило в голову, что это Девушка могла бы, на самом деле, быть Рейнис Таргариен? "

"Неважно, есть она или нет", - язвительно сказала Оленна. "Нет, пока у нее три дракона. Но драконов можно убить, а королевы умирают так же легко, как и короли, - думаю я".

К их повозке подъехал всадник. Он не ехал за Оленной. Как ни странно, он поехал за Бриенн. "Моя госпожа! Впереди вражеские всадники".

Тирион повернулся, улыбаясь. Подрик!

"Как много?" - резко спросила Бриенна.

"Пятьсот", - сказал оруженосец. "Они едут со знаменем Таргариенов, но не имеют собственных знамен".

"Тогда продай мечи", - сказала Бриенна. "Пятьсот мы можем взять". Она развернула лошадь. "К оружию! К оружию! Ланнистеры, Тиреллы, устанавливайте свои линии! Готовьтесь к битве!"

Более удивительным было то, что люди Тириона - в конце концов, теперь он формально был Лордом Утеса Кастерли - откликнулись. Пехота покинула свои позиции и бросилась вперед, выстраивая шеренги между противником, фургоном снабжения и гражданскими лицами. А таких было много. Тиреллы не путешествовали налегке. На каждого солдата приходился слуга, который готовил, убирал или работал иным образом. Были пажи и последователи лагеря. Две тысячи солдат легко поместили в поезде двести мирных жителей, не считая женщин Тиреллов, и одного гнома Ланнистеров.

Тирион встал и вылез из фургона, пока не увидел солдат. Удивительно, но Бриенна удерживала Подрика и себя с другими рыцарями, которых было всего дюжина, и еще дюжина оруженосцев на лошади, но только в легких кольчугах. Рыцари служили бы резервом, но также могли бы контратаковать.

Пятьсот человек, ожидавших их на вершине холма, не представляли особой опасности, если не считать того факта, что они блокировали Золотую дорогу. Мужчины бросились в атаку и бросились вниз с холма.

Офицер Тирелла и Ланнистера рявкнул приказ солдатам приготовиться к встрече с атакой с выставленными копьями, но атака внезапно подтянулась.

Тирион краем глаза увидел лишь размытое движение, а затем все растворилось в огне.

Три дракона Рейнис Таргариен пронеслись сквозь собравшуюся строй солдат, как будто на лужайке в боулинг. Фактически, угол атаки был настолько идеальным, что Тирион не мог не подумать, что трём драконам, находящимся между ними, удалось насытить каждого человека огнём дракона.

В фургонах Маргери и ее кузены кричали, и на этот раз Тирион не сомневался, что они не симулировали крики. Бриенна издала какой-то полуартикулированный крик, но не нашла слов, чтобы сказать. Атака была мгновенной - несколько секунд - и за эти секунды две тысячи ланнистеров и Тиреллов сгорели почти дотла. У них даже не было времени кричать.

Огонь разгорелся так быстро и с такой подавляющей силой, что ни одно из окружающих деревьев не загорелось. Земля почернела до стекла.

Его жар заставил наблюдателей искать укрытие. Даже старушка Оленна закричала, упав с повозки. Маргери нырнула среди своих кузенов. Стена жара была такой сильной, что ударила Тириона, как молот, заставив его тоже болезненно споткнуться под повозку. Крики исходили от тех, кто смотрел, которые разбились и в ужасе бросились бежать.

Он как раз собирался с силами, когда заметил, что пятьсот наемных мечей теперь почти над ними. Они не заряжали. Они со спокойным терпением двинулись дальше, пока погас огонь, уничтоживший последние отряды Ланнистеров и Тиреллов. Он горел так сильно, что когда закончилось топливо, он умер. Тирион слышал хруст стекла, когда лошади пересекали его.

Рядом он заметил, что Бриенна пытается снова встать на колени. Она была даже ближе, чем Тирион, и жар, поразивший ее и ее товарищей-рыцарей, должно быть, был ужасающим.

"Если вы все еще хотите драться, мы вам поможем", - сказал лидер Sellsword. Он был испуган мужчиной, вся его сторона была покрыта татуировками. "Но ваш король мертв. Я думаю, что от сражений не так много пользы".

Все, что могла бы сказать Бриенна, было прервано сильным порывом ветра и болезненно громким визгливым ревом.

Тирион мог только смотреть. Он не мог думать; он не мог ни говорить, ни двигаться. Он мог только смотреть, как самое невероятное существо, которое он когда-либо видел, приземлилось на землю перед ним. Зверь был не таким большим, как Балерион Черный Ужас, череп которого он видел в Красной Крепости, но он также знал, что это молодой человек. Тем не менее, он был достаточно большим, чтобы перекусить человека пополам. Его чешуя была черной, тонкой до красного цвета по краям массивных крыльев, похожих на летучую мышь. Золотые глаза смотрели на них с резким, скромным умом.

С шеи дракона спустилась фигура, сияющая в выгравированной золотом нагрудной пластине. Вместо доспехов на нижней части тела она носила тяжелый килт, свисавший до поножей на коленях, и самые странные черные сапоги, которые он когда-либо видел. Ее голова была покрыта идеально гладким инопланетным шлемом черного как смоль.

Она сняла его, обнажив черные волосы до плеч, удивительно обычное лицо и поразительные глаза того же цвета, что и у ее дракона. Горстка рыцарей, выживших после взрыва, с обнаженными мечами быстро двинулась навстречу этой новой угрозе.

И почему бы нет? Как-то почему-то навстречу им шла сама Самозванка. У нее не было ни меча, ни копья, но ее дракон снова встал позади них, словно ожидая, что что-то нападет на нее.

Неудивительно, что один из рыцарей Ланнистеров сделал именно это. Мужчина рванулся вперед, крича: "За Вестерос!"

Претендент сбросила свой шлем, вытащила два странных цилиндра из черного кожаного ремня вокруг своей талии и щелчком большого пальца зажгла два лезвия серебряного огня с леденящим душу щелчком . Лезвия умело вращались в ее руке.

Маргери закричала, когда атакующий рыцарь быстро - и в буквальном смысле - рассыпался перед ними. Королева погасила свои пылающие клинки и посмотрела на остальных. "Кто-нибудь еще сегодня чувствует себя особенно глупо?"

Никто не говорил. Претендент ... нет, если Томмен мертв, она королева ... обратилась к ужасно татуированному человеку верхом на лошади. "Вайлис, пожалуйста, пусть ваши люди соберут украденную добычу и наших гостей и сопроводят их обратно в Королевскую Гавань. Я позаботился о том, чтобы не взорвать камеры под Красным Замком, чтобы у них было место для ночлега".

Понимая, что у него есть только доля секунды, чтобы действовать, Тирион шагнул вперед и нерешительно откашлялся. "Ваша светлость, если можно?"

Золотые глаза смотрели на него. "Тирион Ланнистер. Человек, отказавшийся изнасиловать Сансу Старк".

Тирион открыл рот, чтобы углубиться в то, что собирался сказать, но его мозг споткнулся. "Вы знаете обо мне?"

"Ты единственный, на кого Ланнистер Санса мог бы обоссаться, если бы ты был в огне", - сказала Королева. "К сожалению, у меня нет ни времени, ни ресурсов для особого обращения. Я скажу, что с моими заключенными будут кормить и обращаться с ними гуманно, пока не будет определено их окончательное решение. Мне не нужно никого пытать, но мне нужно, чтобы вы были защищены".

"Я ... только что вышел". Даже для его собственных ушей он звучал плаксиво.

"Тогда я уверена, что вы сделали свою камеру красивой и удобной", - сказала королева-претендентка.

"Моя бабушка ... ей больно", - сказала Маргери. Каким-то образом она превратилась из гадюки в испуганную маленькую девочку с оленьими глазами.

"Если ты не сможешь посадить ее в фургон, тогда я дам тебе нож, чтобы положить конец ее страданиям", - сказала королева, ее тон внезапно стал холодным, когда она уставилась на Тиреллов. "Если только вы не хотите, чтобы Темерар съела ее?"

"Ты бы убил даму?" В голосе Маргери был ужас.

"Только если ты не сможешь вернуть ее в фургон". Королева начала возвращаться к своему дракону, но остановилась. Она обернулась, моргнула и подошла к Бриенне. Тирион не мог не заметить, что Бриенне пришлось взглянуть на королеву, которая была выше большинства мужчин.

Золотые глаза смотрели то на безмолвную Бриенну, то на Тириона. "Я не знал, что ты позволяешь своим женщинам бегать в доспехах".

"Ваша светлость, это Бриенна Тарт", - сказал Тирион. "Уверяю вас, увидев, как она сражалась и убила сира Грегора Клигана в единоборстве, она самый опытный воин. Я обязан ей жизнью".

Королева кивнула, изучая Бриенну. "И кому вы обязаны своей верностью, Бриенна Тарт?"

"Я поклялась леди Кейтилин Старк увидеть, как ее дочери вернутся к ней", - заявила Бриенна.

"Хм."

Капитан наемников подъехал на своем коне прямо к ним. "Йер Грейс, вы помните, что сказал вам сир Барристан.

Какие?

Вместо того, чтобы обижаться, как следовало бы любому монарху, королева засмеялась. "Тойн, ты бы не подумал, если бы он ударил тебя ногой в промежность. Давай, верни этот поезд в Красный Замок".

Золотые глаза метнулись к Маргери, которая работала со своими кузенами, чтобы затащить явно раненую леди Оленну в фургон.

"Мне не нравится жестокость, но мне мало жаль жестокости". Она выпрямилась и внезапно улыбнулась Бриенне. "Вы мне нравитесь, леди Бриенна. Чтобы бороться против ожиданий других, требуется человек большой силы и красоты духа, а также невероятная самоотверженность. Я разрешаю вам вернуться в город под подпиской о невыезде. Лорд Тирион уже обязан тебе своей жизнью, ты можешь продолжать охранять его. Возьми его с собой и доложи в Красный Замок. Я гарантирую, что с тобой будут обращаться с уважением, как с одной женщиной-воином по отношению к другой ".

Бриенна кивнула. "Спасибо, ваша светлость. Я сделаю, как вы просите".

Королева перешагнула нарезанного кубиками рыцаря. "Лорд Тирион, похоже, недавно стало доступно ездовое животное. Увидимся снова в городе".

При этом дракон наклонился вниз головой и шеей, позволяя ей сесть, и через несколько секунд она поднялась в воздух.

"Я бы отдал свой левый орешек на ночь с этой женщиной", - сказал татуированный наемник.

Один из его товарищей засмеялся. "Разве ты уже не был после того, как в последний раз она избила тебя на спарринге?"

"Вы говорите на удивление свободно о своей королеве", - сухо сказала Бриенна.

"Да, и если она обидится, она надерет мне задницу", - сказал мужчина со шрамами. "Она не говорит как королева, она говорит как солдат. И тот факт, что она только что захватила ваш город за один гребаный час, должен говорить вам, что она умнее вас. милые огнедышащие драконы должны ждать, не так ли? "

Тирион посмотрел на почерневшее поле, покрытое шрамами на склоне холма. Как бы она ни представилась, новая королева была более чем способна убить своих врагов.

**********

**********

Львиные ворота стояли открытыми, на удивление невредимыми от нападения. Когда они вернулись несколько часов спустя, солдаты были там, чтобы встретить их, - люди в доспехах и на лошадях со знаменами, которых Тирион не узнал. Они сформировали колонны по обе стороны от фургонов и повели их обратно в город.

Отсутствие повреждений удивило Тириона. Дома и магазины вдоль Золотой дороги остались нетронутыми и не пострадавшими от боев. Оглянувшись назад, он увидел расплавленный камень на вершине стен, вероятно, от атаки дракона, но это все.

Только когда они достигли подножия холма Висенья, на котором покоилась септа Бейлора, он увидел свидетельства боевых действий. Тела все еще усеивали груды обломков, которые раньше были одной из колокольней, которая также была спроектирована как оборонительное сооружение в самом городе. Разбитый колокол лежал среди обломков.

Когда они подошли к площади Сапожника, в одном углу сложили тела Ланнистеров, Тирелла и золотых плащей, большинство из которых были сожжены. Два здания, окружавшие площадь, были разрушены, и на камнях мостовой все еще была кровь.

Когда они достигли Красной крепости, сердце Тириона болезненно забилось в груди. Внешние стены цитадели были разрушены, как будто их ударил гигантский кулак. Башня Руки представляла собой груду обломков, и он увидел повреждения внутри Крепости Маегара. Что еще более важно, он видел тела людей Ланнистеров - тех людей, которых Джейме, несомненно, сдерживал, чтобы защитить Крепость и свою семью. Здесь сражение, казалось, было наиболее ожесточенным, поскольку он видел тела в доспехах, которые не принадлежали его семье или их сторонникам. Среди Ланнистеров с рыцарями лежали тела в вареной коже.

- Слон, - благоговейно прошептала Бриенна.

Рэкет заставил Тириона взглянуть вниз по улице в сторону Блошиного Ботта, где по улице шел огромный неуклюжий зверь. На спине у него был небольшой деревянный замок, в котором ехало несколько лучников.

Замок старой цитадели был заполнен возвращающимися повозками. Поразительная молодая женщина с кожей летних островитян стояла среди небольшой группы солдат в большей части этих вареных кожаных доспехов, руководя длинной вереницей персонала замка по возвращению награбленных сокровищ.

Женщина заметила Бриенну и Тириона на их верховых лошадях, затем указала на один из сопровождающих их наемников.

"Это Миссандей, секретарь королевы", - сказал наемник. "Она поможет вам расположиться".

"Спасибо", - сказал Тирион.

Они поехали к красивой молодой женщине, чувствуя окружавших ее темноглазых солдат. На ней была красиво скроенная парча земляно-коричневого цвета и мерцающая золотая ткань с драконьими узорами. Он увидел, что на самом деле это было пальто, разрезанное на талии, где она носила подходящую юбку.

Тирион спешился с некоторым усилием, будучи довольно невысоким. Бриенна была лучше. Она представилась женщине, положив руки на бок. "Я Бриенн из Тарта, присяжный рыцарь леди Кейтилин Старк из Винтерфелла. Я представляю себя по приказу вашей королевы. Со мной лорд Тирион Ланнистер".

"Тебя ждут", - сказала молодая женщина изысканно произнесенным общим языком. Даже отец Тириона не мог возражать против произношения девочки. "Ее светлость сказала, что вы можете оставить себе оружие. Если вы последуете за мной?"

Они последовали за ней. Было странно войти в Красный Замок посторонним. Место наполнилось новыми лицами. Мужчин и женщин Тирион не мог опознать, хотя было несколько знакомых лиц. Персонал замка он помнил еще в свое время.

Они не пошли в тронный зал. Вместо этого их привели в Залы Малого Совета, где сам Тирион когда-то проводил совет. Дверь открыли другие солдаты, и Миссендаи ввела их в комнату, которая должна была быть знакомой. "Ваша светлость, леди Бриенна Тарт и лорд Тирион Ланнистер".

Королева села за стол, перебирая стопки пергамента. Звездообразные золотые и черные глаза взглянули вверх. "Спасибо, Миссандея. Как идет выздоровление?"

"Что ж, ваша светлость".

"Хорошо. Увидимся сегодня за ужином".

Миссандеи поклонился и вышел.

Королева посмотрела на своих гостей. "Ты можешь с таким же успехом сесть, Тирион. Бриенна, ты тоже".

Они нерешительно подошли к столу. Когда они подошли, встал пожилой мужчина, и Тирион почти улыбнулся, несмотря на его обстоятельства. "Сир Барристан".

"Лорд Тирион". Затем пожилой мужчина улыбнулся Бриенне. "И девушка лорда Селиуна. Я рада видеть вас хорошо, леди Бриенна".

"Женщина, убившая сира Грегора Клигана", - добавил Тирион.

"Подвиг, достойный легенды", - согласился старый рыцарь. "Сядьте. Я слышал, что рано или поздно придет еда".

Тирион сел, сбитый с толку странной картиной. Плетущая Теней, о которой он так много слышал, сидела рядом с королевой, ее лицо было скрыто за маской из шестигранной бронзовой чешуи. Рядом с ней сидел другой вестеросский мужчина средних лет, с редеющими светлыми волосами и небесно-голубыми глазами. Они оба смотрели на Тириона и Бриенну, но ничего не сказали. Все это время королева читала свои пергаменты, пока она не взяла перо и не поставила свою подпись перед тем, как наклеить сургучную печать. Она передала его одному из своих солдат, стоявшему у ее плеча.

"Сделайте копию и прочтите это вслух на каждом углу города и повесьте на стенах Замка".

"Да, Аксия", - сказал солдат неестественно на простом языке. Он поклонился и выбежал из комнаты.

Только тогда королева взглянула на Тириона. "Сир Джорах, у нас здесь есть вино?"

Не говоря ни слова, человек из Вестероса рядом с Прядущим Теней встал и подошел к буфету, который был слишком тяжелым, чтобы Ланнистеры не могли воровать, хотя Тирион заметил на нем царапины, сделанные просто из злости. Тем не менее, в нем было несколько мехов вина. Вместо того, чтобы принести его королеве, сир Джорах принес Тириону кубок.

Он оставил вино.

"Так плохо, тогда?"

"Да", - просто ответила королева. "Серсея убила Томмена ядом, когда мы взорвали стены крепости. Судя по словам одной из ее служанок, она подождала, пока сир Хайме не приедет, чтобы наблюдать, прежде чем выпить остаток яда сама".

Слова были произнесены спокойно, осознанно, без жестокости и милосердия. Факты, которые нужно было сказать и понять. "Мой брат?"

"Он выпрыгнул из окна. Я не сомневаюсь, что он любил тебя".

"У меня ... есть племянница .."

"Мирселла, да. Мой дядя принц Доран пообещал, что с ней будут хорошо обращаться. Поскольку она была внебрачной внебрачной сестрой, ее спросили, можно ли ее назвать Мирселлой Уотерс. Принц Доран решил выполнить просьбу и удовлетворил ее просьбу. принял ее как свою подопечную. Насколько я понимаю, курсант Дома Уллер в Хеллхолте проявил к ней некоторый интерес. Я думаю, было бы лучше, если бы она была замужем за второстепенным кадетским филиалом дорнийского дома.

"Не ... вернулся в Кастерли Рок?"

Он отметил, что королева не дрогнула. Ее лицо было спокойным. Не жестоко, но решительно.

"Кастерли-Рок больше нет, лорд Тирион. Ни разу принц Доран не обеспечил его. Представители Железного банка Браавоса были почти в Крепости раньше меня. Я поручил корону выплатить те долги, которые понес Роберт Баратеон, поскольку он был королем путем завоевания. Я отказался выплатить любые долги, понесенные ублюдками Ланнистеров без законных претензий на трон. Вместо этого этот долг принадлежит дому Ланнистеров. Скала Кастерли и все активы в ней будут погашены до тех пор, пока не будут погашены возникшие долги. выплачиваются в полном объеме."

С таким же успехом она могла дать ему пощечину; было бы добрее. "Какая польза от этого, - сказал он. "Мой отец признался мне, что наши золотые прииски высохли".

"Я могла это слышать", - сказала королева. "Я не уверен, что Iron bank сделал это, но они, похоже, остались довольны сделкой".

Тирион долго смотрел, пока его разум обрабатывал это. Королева, еще до завоевания своего королевства, сумела списать почти половину долга королевства пустыми шахтами по завышенной цене. Она полностью обманула Железный банк, используя свои собственные правила.

Он посмеялся. У него были слезы на глазах, но он почему-то рассмеялся. "У нас никогда не было шанса, не так ли?"

"Нет, парень, ты этого не сделал", - сказал сир Барристан, хотя и не злобно.

"Ужасно терять разум, лорд Тирион", - сказала королева. "Я слышал много интересного, в частности, о твоем разуме. Ты тот, кто победил лорда Станниса, так же как и людей, которых ты возглавлял. Ты служил способным мастером монет. Но самое главное для меня, Тирион Ланнистер, это то, что вам приказал отец и по обычаю в целом изнасиловать девушку-подростка, которая была вашей женой, и вы отказались. Вот почему вы здесь, сейчас, за этим столом. И вот почему, несмотря на все ваши потери вы собираетесь принять пост в моем правительстве. Я пока не знаю, какой пост, но вам будут справедливо платить, и ваш ум будет использован с пользой ".

Прибыли сотрудники замка с едой. "Конечно, после обеда", - добавила королева.

Тирион осушил свой кубок, и в его животе заурчало. Он не ел несколько дней. "Да, ваша светлость". Глава двадцать третья: Как отец. Утром в день официальной коронации, почти через неделю после завоевания южной половины Вестероса, Тейлор проснулась от одного из самых уродливых мужчин, которых она когда-либо видела в своей постели. Она хлопнула его по волосатой груди, вздрогнув. "Чт...! Для чего это было?"

"Убери свою задницу из моей комнаты, уродливое дерьмо", - рявкнула она. "Я должен приготовиться, а горничные боятся тебя".

Вместо того, чтобы выйти, бывший наемник восхищенно уставился на нее. "Я знал, что ты не сможешь устоять перед моими уловками".

"Я не могла вынести твоего нытья", - возразила она. Она наклонилась и поцеловала его. "Я согласен, ты был хорош, Уайлис. Но ты же понимаешь, что это не может повториться, верно? И я имею в виду это".

"Конечно, ты знаешь".

Он ласкал ее бедро, пока она стояла, и, как всегда, ее удивляло, как такие сильные, уродливые мужчины могут так нежно касаться друг друга. Она также знала, что, если она не остановит это, она снова будет сверху. "Вайлис, вчера вечером было весело. Но если ты не выйдешь из моей комнаты в следующую минуту, ты закончишь свою службу мне с Безупречными".

"Ладно! Тогда я пойду. Тудлз!" Мужчина вскочил с кровати, которую Миссандей нашел для нее, собрал свое белье и доспехи и выбежал из комнаты.

Она наблюдала за ним, пока он шел, наслаждаясь мускулами его стройной задницы. Этот человек был ходячим V, широкими плечами, тонкой талией и талантливым фехтовальщиком с любым клинком. Она не возражала против татуировок - он сделал их за то, что был ужасным рабом. Для нее это был знак чести. К тому же он был скверным ослом и удивительно нежным любовником.

Ее ничуть не удивило, когда через несколько мгновений в комнату без предупреждения вошел Куэйт с чашкой чая в руке, слабой улыбкой на лице без маски и покачиванием ее бедер, из-за чего Тейлор подумал, что королева не та. только тот, кто переспал прошлой ночью. Тейлор подозрительно уставился на него. "Это лунный чай, не так ли?"

"Версия Ассая, да, - сказал Куэйт. "Если вы не хотите ребенка?"

"Это уверенная вещь?"

Она подала чай. Со вздохом Тейлор все испортил. "Бьюсь об заклад, вся Крепость знает".

"Ты королева воинов", - сказал Куэйт. "И воины берут любовников после великих битв".

"Как поживает сир Джорах?"

"Он сражался в могучей битве и поэтому получил огромную награду. Я не пил чай".

Тейлор засмеялась, хотя почувствовала горечь в собственном голосе. "Мы и старые солдаты. Итак, я сделала это. Я взяла Королевскую Гавань. После пяти дней без сна я думаю, что я вернула город на грань бунта, так что теперь я королева. в смысле, я приготовлю для себя ванну? "

"Я мог видеть, как персонал замка приносит воду", - признался Куэйт.

"И мне больше никогда в жизни не придется опорожнять ночной горшок?"

"Я считаю, что для этой цели у вас действительно есть уборщица".

"Хорошо. Первое, что я сделаю, когда все это закончится? Спроектировать внутреннюю сантехнику. И туалетную бумагу. Сила выше, я скучаю по туалетной бумаге. И пицца..." Куэйт подвел ее к ожидавшей ее ванне.

**********

**********

Их собрали в замке Красной крепости. Камни из внешних стен, которые она разбила с помощью драконьих бомб, были удалены. На их месте стояла тысяча ее Безупречных, в два ряда по пятьсот человек в каждом. Тейлор позаботилась о том, чтобы у тех, кто был с ней во время обороны Порт-Ройяля, были почетные места в ее личной гвардии.

Ей удалось быстро позавтракать, поскольку четыре девушки, которых она встретила этим утром, отчаянно сражались, чтобы сделать ее менее уродливой. И все это время рядом с ней сидела Куэйт, терпеливо наблюдая с гордым взглядом в глазах. Теперь, когда вокруг королевы были другие, она была в маске.

Все девушки были знатными родом из окрестных крепостей и замков. И сир Барристан, и сир Джорах заверили ее, что для короля или королевы нормально содержать свиту из знати вне их официальных обязанностей. Дамы в ожидании, как назвал это Барристан. Все эти дамы были молодыми, незамужними и происходили из семей, которые силам Тейлора не приходилось уничтожать в ходе боевых действий. И она не смогла бы назвать их в тот момент, если бы захотела.

Они достаточно хорошо поработали с ее волосами, уложив их в кучу, которая на первый взгляд выглядела как беспорядок, но после минутного изучения фактически превратилась в красивый каскад кудрей.

Ее платье было из изысканного шелка Картин, обшитого толстой парчой красного Таргариена с искусно вшитыми черными драконами. А поверх него висело коронационное платье, которое казалось, будто на ней были стальные листы, оно было настолько тяжелым с золотой тканью, с достаточно большими рубинами. для финансирования военно-морского флота и плащ в десяти футах позади нее.

Все были возмущены ее черными ботинками, но Тейлор не собиралась дважды проходить через весь город в тапочках.

Стук в дверь отправил одну из девушек, которой едва исполнилось двенадцать, к двери, чтобы впустить сира Барристана. Этот человек был великолепен в инкрустированных золотом доспехах, с его плеч свисал длинный белый плащ. Тейлор не собирался поддерживать Королевскую гвардию, и сир Барристан знал и принимал этот факт. Но на сегодня?

Сегодня он был ее рыцарем. И когда он вошел со своим огромным шлемом в руке, он уставился на нее с блеском в глазах, от которого у нее перехватило дыхание. "Сир Барристан, - сказал Тейлор. "Я собираюсь быть коронованным, а на мне косметика, от которой мое лицо кажется грязью. Если ты заставишь меня плакать, я буду очень расстроен".

Пожилой мужчина подозрительно откашлялся. "Конечно, ваша светлость". В этих словах было столько смысла и столько гордости в глазах, что она все равно чуть не заплакала.

Вместо этого она заставила себя взглянуть в роскошно оформленное ужасно дорогое мирское зеркало из стекла на свои черно-золотые драконьи глаза. Ее лицо выглядело бледным под макияжем, из-за чего ее черные волосы и глаза выделялись. "Вы знаете, что это было легкое дело, не так ли?"

"Да, ваша светлость. Но я также знаю, что независимо от вызова и невзгод, я буду рядом с вами, чтобы встретить его, пока я жив".

Она тяжело сглотнула. "От тебя мне снова хочется плакать, Барристан".

Мужчина засмеялся, и это был сладко-горький смех отца, наблюдающего, как его дочь уходит, чтобы жить своей жизнью. "Да, и для меня, моя королева. Ты готова?"

Тейлор посмотрел на Куэйта, который мягко кивнул. "Вы готовы, Аксия".

Тейлор с усилием встал. Платье и мантии были не такими тяжелыми, как золото, которое она украла у Кварта, но она знала, что сегодня не будет комфортным днем. Она повернулась к четырем молодым женщинам, которые ей помогали. Самому старшему было семнадцать, младшему - двенадцать. Все были одеты в одинаковые красные платья с маленькими рубинами на золотой проволоке, завязанными шнурками. Тейлор счел подозрительным то, что все были светловолосыми, как будто это подчеркивало выразительность ее темных волос.

"Вы хорошо поработали, девочки", - сказала она. "Спасибо. Прогулка будет долгой. Не забудьте выпить воды перед отъездом. Мы не хотим, чтобы кто-нибудь потерял сознание".

Все девушки поклонились, а затем вскарабкались к кувшину с водой. Они были буквально сборищем. Тейлор тяжеловесно подошел к сиру Барристану. "Если на меня нападет какой-нибудь идиот, я буду бесполезен. И, судя по тому, что мне говорят" боги ", сегодня будет по крайней мере одна попытка".

"У лорда Вариса есть агенты, разбросанные по всему нашему маршруту. Я так понимаю, он уже перехватил заговор между хорошими братьями лорда Касвелла из Биттербриджа, который был среди убитых в дорнийской кампании".

Тейлор был удивлен, что пока остался только один. Заговоры походили на тараканов - она ??знала, что наверняка есть и другие. Если бы не тот факт, что интеллект Вариса помог ей на самом деле завоевать город, а тем более Штормовой Предел, она могла бы относиться к нему с подозрением. Однако евнух был верен не ей, а идеалу престола. И, очевидно, она соответствовала идеалу лучше, чем кто-либо из его знакомых.

Несмотря на все это, Сила нашептывала ей об опасности. Шепот казался подавленным и далеким, но все же присутствовал. "Сир Барристан, мой рыцарь. Мой хороший друг, меня бы не было здесь сегодня, если бы не ваша вера и дружба. Вы готовы?"

"Я, моя королева, - сказал Барристан.

"Поняла", - подумала она, когда увидела мерцание слезы в его глазах.

Он не предлагал руки. Она не была невестой, которую можно было отдать замуж. Она была королевой и по традиции не могла принять никакой помощи. Это не помешало четырем служанкам броситься к ней за спину, чтобы унести ее нелепый поезд с пола.

Миссандея уже была в септе Бейлора, чтобы убедиться, что интересы королевы действительно сыграли небольшую роль в коронации. Сир Джорах тоже был там с горсткой людей из Золотой роты. Долгая прогулка, которую она позволила Барристану уговорить ее, была традицией Таргариенов, которую город не видел с тех пор, как Эйрис II был коронован почти сорок лет назад.

Она должна была винить только себя за то, что сделала это зрелище публичным.

Ее поразило, сколько людей работает в замке. Она знала, что Варис, скользкий евнух, который, очевидно, скармливал ей информацию за несколько месяцев до вторжения, проверил большинство из них, насколько это было возможно. Но это были те же люди, которые служили в замке при Ланнистерах и при Баратеоне. Старшие могли даже работать под ее предполагаемым дедушкой.

Они выстроились в ряд по коридору, ведущему из ее комнаты к широкой лестнице, и сами стояли на лестнице. Они смотрели с обнадеживающим или каменным выражением лица. Некоторые выглядели так, будто им было все равно, кто королева, в то время как другие считали ее своим лучшим шансом на выживание.

Спустившись по лестнице, она достигла тронного зала. Она вернется через четыре часа после того, как пала ниц перед богами в септе Бейлора. К счастью, она сможет вернуться домой, а не идти пешком. Но прогулка к септе была публичным актом благочестия, который, по ее мнению, был необходим. Она была иностранной королевой другой веры. Людям нужно было знать, что она будет уважать их традиции и верования.

Они покинули тронный зал с его дворянской линией, которая уже выступила за нее. Она знала, что многим наплевать, кто сидит на троне. Она подозревала, что если бы они знали ее долгосрочные цели, они попытались бы убить ее массово.

Они достигли недавно очищенного дворца с зияющей дырой, куда Темер и Эллиот сбросили свои бомбы, и там она не нашла простолюдинов. Только Безупречная и ее дети.

Те, кто стоял за ней, дрогнули. Хныкала младшая из служанок.

"Не волнуйтесь, - сказал им Тейлор. "Это мои дети. Они не причинят вам вреда". Она подошла вплотную к Темереру, прекрасно понимая, в каком ужасе были девушки позади нее, и нежно потерла его чешую. "Ты хорошо поработал, мой друг. Большое тебе спасибо".

Дракон промурлыкал. Это походило на бегущую моторную лодку. Она также поприветствовала Эллиота и Сапфиру, изливая любовь и привязанность через их общую узы Силы. Уверенные, что она все еще принадлежит им, драконы рычали и пускали огонь в воздух, прежде чем взобраться на сломанные стены крепости и броситься в бегство.

За стеной Тейлор услышал аплодисменты.

Хлеб и зрелища . Она вышла на улицу Королевской Гавани в окружении солдат. За ними шла очередь из трех слонов Золотой Компании. Вместо лучников в огромных седлах у нее были солдаты, бросавшие медные монеты и потное мясо ликующей толпе.

Так началась долгая прогулка по городу к септу Бейлора, где она пала ниц перед богами.

Через десять минут ей стало скучно и жарко. Однако ей не полагалось говорить. Вместо этого все ее мысли должны были быть посвящены созерцанию богов и ее роли их слуги на земле.

Она решила погрузиться в легкую медитацию, думая, что это было достаточно близко.

Хотя она пыталась медитировать ежедневно, последние пять дней не оставили для этого много времени. Проблема с прямой монархией заключалась в том, что правителем был монарх. И решения имеют тенденцию всплывать на поверхность так же, как и всякое дерьмо. Предстояло принять так много решений. Сокрушительный долг, который она согласилась взять на себя; нехватка продуктов питания в городе; постоянный поток мелких дворян, жаждущих своей доли воображаемой добычи или компенсации за убытки, понесенные гражданской войной. У нее были встречи в течение двух дней подряд с сиром Ласвеллом Пиком и его капитан-генералами, чтобы Золотая рота оставалась на месте еще немного.

Прошлая ночь была для нее первой возможностью побыть наедине с собой. Ей понравилась долгая ванна, роскошный ужин, а потом... А потом к ней вошел Вилис Тойн, когда она была в ванне.

"У тебя есть желание смерти?" она сказала ему.

Он начал снимать свою гребаную одежду. "Да. Я хочу умереть счастливым".

Ей следовало отправить его в полет из комнаты с выбросом энергии Силы. Но на самом деле она была почти год на Вестеросе, и у нее не было ни единого поцелуя, и от того, как мужчина раздевался, у нее заболело так, как она не болела со времен Гавайев. Она не была очень чувственным человеком, и ее первые любовные переживания мало помогли в этом, но когда настроение ударило, это сильно ударило. Он тоже был хорош.

Она знала, что сейчас он будет в "Септе" в качестве одного из ее старших офицеров. Он будет там с Миссандеи и сиром Джорахом, чтобы убедиться, что все в порядке. Большая часть остальных ее людей останется в Красном замке для коронации или будет идти за ней по почетным местам.

Ее шаги продолжались. Ее черные сапоги надежно спрятались под платьем и халатом. Вес халата давил на нее, в то время как ее шаги были медленными и тяжелыми из-за ее шлейфа, и четырем молодым девушкам было поручено нести его.

Ее мысли обратились к Куэйту и Чжан Ли. Они предупредили, что впереди их ждет большая опасность. "Мои видения снова затмеваются", - предупредил ее Куэйт. "В любой опасности, которая нас поджидает, есть своя магия".

Что Тейлор считал просто великолепным. Почему бы не столкнуться со сверхъестественной угрозой? Ей сказали, что это была Долгая ночь. Белые ходоки и чудовища, не поддающиеся описанию.

Звуки марша Безупречных, идущих рядом с ней, почти затерялись в постоянных аплодисментах народа. Они выстроились вдоль улицы, глубиной не больше двух или трех. Но это была длинная улица. Город был одним из крупнейших населенных пунктов Вестероса. И не было ни канализации, ни школ. Ни водопровода, ни электричества, ни больниц.

Удивительно, что не все эти люди умерли от гриппа или дизентерии.

Эта мысль привела к внезапной вспышке видения, которое просочилось в ее глаза, людей, которые больше не аплодировали, а смотрели на нее пустыми глазницами в почерневших от огня черепах. Здания позади них были превращены в щебень, а небо над головой пылало красным.

Видение поразило ее так сильно, что она споткнулась и остановилась. Люди вокруг аплодировали, возможно, думая, что она собиралась поприветствовать их лично. Моргая, она взглянула на ступеньки холма Висенья и массивное здание с семью гранями с куполом, которое возвышалось над центром города так же тщательно, как Красный Замок возвышался над южной стороной. Ее ноги привели ее прямо к ступеням, ведущим к сентябрю.

Она открыла свой разум, закрыла глаза и позволила Силе течь сквозь себя. Она чувствовала всю жизнь, яркую и дрожащую. И в Силе перед ней появилась странная фигура.

Мужчина с длинным лицом и стрижкой в ??форме чаши. Он выглядел молодо, одетый в мягкую кожу и шерсть. Он стоял, заложив руки за спину.

Когда он открыл рот, она не слышала слов. Она чувствовала их в своем уме. Вы так много видите, но были слепы к истине. За жизнь моего брата отдаю тебе твою. Смотрите правду.

Он исчез, но опасность, которую она чувствовала, увеличилась на его месте, становясь настолько мощной и ужасной, что у нее перехватило дыхание. Она приоткрыла завесу Силы, пытаясь понять больше. Перед ее мысленным взором она увидела, как мерцающая стена поднялась и отделилась между ней и сентябрем.

В небе над септой, видимой только в Силе, она чувствовала светящихся черепах, летающих по красному небу.

"Боже мой, - прошептала она.

Сир Барристан подошел к ней. "Ваша светлость, вы больны?"

"Барристан, эвакуируйте септу", - прошипел Тейлор. "Чернокнижники в городе! Что-то должно произойти. Уведите этих людей подальше от септы и ее окрестностей".

Глаза мужчины расширились. Тейлор повернулась к девушкам, затем к ликующим людям вокруг нее. Теперь позади нее Барристан взбежал по лестнице так быстро, как его старые ноги могли нести его. Тейлор подняла руки и призвала Силу, позволяя своим словам просачиваться в умы людей.

"Друзья мои, наши враги сговариваются, чтобы навредить нам! Мы в опасности! Все уходите от септы!"

С помощью Силы ее слова проникали в умы людей, даже если их уши не слышали. Аплодисменты начали стихать, и в последовавшей за этим напряженной тишине Тейлор посмотрел на ее Безупречную. "Есть ловушка, я чувствую некоторую опасность. Эвакуируйте людей. Меня могут короновать в другой день..."

Септа Бейлора и весь холм, на котором она стояла, взорвались. Вздымается, если зеленый огонь поднимается в колонне внутри куполообразной конструкции. Камень и стекло действовали как оболочка взрывчатого вещества, усиливая огонь, пока вся септа не взорвалась, как одна из ее бомб, только намного больше.

Люди кричали, когда ужасный зеленый огонь вырывался из-под холма вокруг фундамента септы. Тейлор обнаружила, что смотрит на стену зеленого пламени, вздымающуюся прямо к ней. Люди позади нее кричали от ужаса.

Сила текла. Тейлор поднялся в воздух и толкнул со всей силой, темной стороной и светом, которые пронизывали мир. Он ответил ей с нетерпением, движимый ее болью и решимостью. Сам воздух замерцал, когда ударила стена зеленого пламени. Его сила заставила ее вскрикнуть и оттолкнула ее, но она все еще держалась.

Остальной мир потерял смысл. Все, что существовало, это она, Сила и зеленый огонь. Вечность длилась всего несколько мгновений, прежде чем злобное, ненавистное пламя погасло. Освободившись от необходимости, Тейлор снова упал на землю и споткнулся от изнеможения. Четыре ее служанки съежились позади нее и плакали от ужаса. Безупречные смешались с толпой, которую они пытались эвакуировать, и все смотрели на нее с удивлением и страхом.

И перед собой, там, где раньше были холм Висенья и септа Бейлор, она увидела не что иное, как кратер и ряд разрушенных, сожженных домов и разрушенных людей.

Барристан. Я послал туда Барристана. Она начала двигаться вперед, пока руки не схватили ее. Она в ярости повернулась и остановилась, увидев там Куэйта. Хранительница теней стянула маску, и по ее щекам текли слезы.

"Заклинание было разрушено, я наконец смог увидеть", - закричал Хранитель Теней, перекрывая крики раненых. "Моя королева, в городе остается еще больше дикого огня! Месть Серсеи. Моя королева ... ее агенты хотят сжечь весь город! Мы должны действовать быстро".

"Барристан..."

Куэйт взяла Тейлора за щеки рукой. "Моя королева. Моя Аксия". Ее голос дрогнул, а глаза загорелись. "Мой Джорах тоже был там".

Весь консультативный совет Тейлора. Даже... "Миссандеи". Wylis.

"Да."

Тейлор сорвала ее поезд. Она огляделась, пока не заметила Серого Червя. "Опасность все еще есть", - сказала она ему, стремясь отложить сокрушительную правду о своей потере работой. "Нам нужно эвакуировать город. Распространите информацию - Ланнистеры устроили в городе лесной пожар. Кто-то найдет Вариса. У нас много работы".

**********

**********

Поздно той ночью, после почти восьми часов подряд поисков в туннелях города и еще одного взрыва, который сжег половину Блошиного Дна, Тейлор получил уведомление от Резала лично, что они сдержали ситуацию и захватили пять чернокнижников и четырех агентов Ланнистеров.

Одетая в килт и пластину, со световыми мечами на талии, Тейлор последовала за офицером гискари в камеры замка. Она чувствовала онемение и усталость, чего не чувствовала сразу после триггерного события. Было такое ощущение, как если бы она была закутана в пену в сверхзвуковом транспорте в ад. Она увидела знакомые руны Тени Куайта над дверью, волшебным образом защищавшие ее от любых заклинаний, которые мог испробовать Варлок.

Агенты Ланнистеров и колдуны содержались вместе в одной из черных камер в окружении разъяренных Безупречных. Варис стоял прямо за дверью в холле, освещенном яркими огнями. Он выглядел грязным и измученным, облачаясь в прочную шерсть, пахнущую сточными водами и кровью. У него был порез на шее, а лысина была размазана грязью.

Он поклонился до пояса. "Я подвел вас, ваша светлость, - сказал мужчина. Ни слез, ни защиты. "Я знал, что в городе был лесной пожар. Лорд Тирион использовал некоторые из них в битве при Черноводе. Но я... я подвел тебя. Я не мог представить, что может сделать Серсея".

Тейлор посмотрел на толстую деревянную дверь. Она протянула руку, сжала кулак и разбила дверь на щепки. Варис в шоке отступил. Безупречные только кивнули - они видели, как их королева рассердилась. Тейлор вошел в камеру.

Четверо мужчин сидели на полу, а пять колдунов стояли в углу. На мгновение она проигнорировала Ланнистеров, сосредоточившись на большей угрозе.

Чернокнижники были почти неотличимы по чертам лица - лысым головам, глазам и губам в пятнах наркотиков. Они смотрели на нее с внешним спокойствием - она ??ничего не чувствовала от них в Силе.

"Я собираюсь сжечь чернокнижников в пепел", - холодно сказал Тейлор. "Я собираюсь распространить слово - тысячу золотых драконов за голову любого чернокнижника. Я не остановлюсь, пока каждый из вас не умрет".

"Смерть - всего лишь иллюзия", - сказал один из колдунов. "Это не твой мир, нарушитель".

"Это сейчас", - сказал Тейлор. С волной гнева и Силой пять чернокнижников были раздавлены. Их кости раскололись, а органы разорваны, и все пятеро упали замертво на пол, не сказав ни слова.

Тейлор отвернулся и посмотрел туда, где теперь полностью напуганные агенты Ланнистера сидели в своих цепях. Один выглядел старым и худым в коричневой мантии того же покроя, что и мейстеры, но без цепи. Рядом с ним сидели мужчины, похожие на солдат.

- Сир Мерин Трант, сир Осмонд Кеттлбэк и сир Борос Блаунт, - сказал Варис приглушенным тоном. "Королевская гвардия Джоффри Баратеона. И последний - Квиберн, опальный мейстер на службе королевы Серсеи".

"Сколько бочек мы нашли?" - спросил Тейлор у шпиона.

"Четыреста двенадцать в разных точках города", - сказал Варис.

Тейлор посмотрел на то место, где сидел бывший мейстер. Одним жестом она подняла его в воздух и прижала к стене. Она не заморачивалась словами. Вместо этого она ударила его по лбу и погрузилась в его мысли, точно так же, как она сделала с кровожадным Бейлишом. Мужчина кричал и пинался от этой агонии. То, что она нашла, было помойной ямой; ум, полностью лишенный морали, этики или порядочности. Эксперименты, которые он проводил, вызывали у нее тошноту.

Она оттолкнула его отстраненное восхищение вивисекцией детей, пока не нашла полный заговор. "Под этими камерами, Варис, есть еще двести бочонков. В четвертой камере слева от вас есть люк. Серый Червь поймал их прежде, чем они успели поставить свечу, чтобы зажечь ее. Осторожно достаньте бочки".

Серый Червь кивнул и вышел, чтобы поручить своим людям задачу. Он вернулся через несколько секунд.

Тейлор позволил бывшему мейстеру упасть. Он со стоном рухнул бескостной грудой. "Я могла бы заставить вас всех страдать так, как вы не можете себе представить", - прошептала она. "Ты убил не только мой народ. Ты убил моих друзей. Сир Барристан был как..." - ее голос сорвался. "Я мог заставить тебя кричать годами, пока твое сердце не разорвется от боли, а твой разум не сломается. Но тогда я буду таким же, как ты. Так что я не собираюсь заставлять тебя страдать".

Она зажгла саблю. Один из рыцарей - Трант - пытался что-то сказать, но это было уже сделано. Четыре удара саблей; четыре головы упали на землю. Она отключила свой клинок и уставилась в землю, когда, наконец, потекли слезы. Она присела на корточки и закрыла лицо, позволяя горе омыть ее.

Смерть была частью жизни. Потеря пришла с прибылью. И горе было частью любви. И она поняла, что любит сира Барристана. Она любила его, как отца, которого потеряла, когда ей было пятнадцать.

Через несколько минут волна горя прошла. После этого она чувствовала себя пустой и пустой, но, по крайней мере, она могла думать. Она встала и повернулась к безмолвному Варису и непостижимому Серому Червю.

"Установите головы убийцы на краю кратера Бейлор. Сообщите людям, кто они такие и что жители этого города пострадали так же, как и по приказу Серсеи Ланнистер. Бросьте тела в море для кормления на дне. "

"Это будет сделано, Аксия", - заявил Серый Червь.

Варис оставался неподвижным и смотрел, словно окаменевший. В запутанных отрывках его разума она ощутила странное спокойствие. Он ожидал, что она убьет его. Потому что это то, что сделали бы его предыдущие хозяева.

"Скажи мне, что ты мог сделать, чтобы остановить это", - попросила она его.

Вопрос его удивил. "Я знал, что эти люди выжили в битве, ваша светлость. Я предполагал, что они сбежали. Вместо этого я должен был ожидать, что королева Серсея не пойдет грациозно на смерть. Даже дурак знал бы, что она хочет мести. Мне следовало пойти в Гильдию алхимиков. чтобы убедиться, что бочки с лесным пожаром были на месте. Я этого не делал. Мне следовало заставить моих птиц прочесывать туннели, но вместо этого я заставил их прочесывать улицы. Двое, которых я послал, были ... разрушены Квибурном. я потерпел неудачу во всех отношениях ".

Голос Тейлора дрожал. "Я только что потерял своих лучших друзей и советников, Варис. Мне осталось очень немногим, кому я могу доверять. Я не завоевал эту землю, чтобы сжечь ее дотла. Барристан хотел, чтобы я спас Вестерос от самого себя. Я зашел слишком далеко, чтобы подвести его зрение. Так что делай лучше. "

Мужчина снова поклонился. "Клянусь своей жизнью, моя королева".

Тейлор вышел из комнаты, такой же пустой и пустой, как и раньше. Она выиграла битву за город, но победа оставила во рту привкус пепла. Глава двадцать четвертая: Вкус пепла. A / N: Знаете, почему фильмы-катастрофы так популярны? Потому что ничто так не проверяет персонажа, как попытка собрать осколки после катастрофы. Дамы и господа, представляю вам Бриенну Тарт.

******

Септа Гондра отчаялся превратить неуклюжего ребенка лорда Селвина в леди. Бриенна знала, что своими мальчишескими манерами она сводит пожилую женщину с ума. У нее было столько же кулачных схваток среди персонала замка, сколько и у самого лорда Селвина в юности.

Единственный раз, когда она могла сидеть на месте, это когда Септа рассказывала ей истории. Истории обычно имели религиозный оттенок и были взяты из Семиконечной звезды. Бриенну никогда не интересовали псалмы из Книги Девы. Скорее, она любила слушать рассказы из Книги Воина - рассказы об Унгаре Трёхпальце, самом праведном и могущественном из сорока четырёх сыновей Хугара Горы, первого короля Андалов, который стал правителем. коронован самим Отцом.

Она думала о его истории, в частности, о его путешествии в древнюю Валирию до прихода повелителей драконов. Он путешествовал по далекой пустыне семь дней, а на седьмую ночь на него обрушилась большая песчаная буря, чтобы испытать его веру в богов и силу воина.

Конечно, Унгар Трехпалый победил, нашел свою жену и убил демонов в огненной пустыне - все во имя богов. Но эта мысль пришла к Бриенне из-за пыли, которая висела, как одна из тех великих бурь, над Семиконечной звездой.

Она не была Унгером Трехпалым. Она не хотела спать с валирийской девушкой. Скорее, она искала способ помочь .

Она была в Красном замке, когда взорвалась септа Бейлора. Она сидела за столом в своей щедрой комнате, писала послание леди Старк и побежала к окну, чтобы посмотреть, что случилось.

Долгое время то, что она видела, не имело смысла. Какая чертовщина могла разрушить такое большое здание? И это было дьявольство, если судить по злобному зеленому огню, взорвавшемуся из-под холма Висеньи. Она увидела огромные куски кирпичной кладки, летящие по окрестностям, а затем вздымающуюся стену зеленого огня.

Когда она стояла и смотрела вдаль, она увидела, как одна крошечная часть огня каким-то образом остановилась и взметнулась вверх, как будто она каким-то образом ударилась о преграду, которую не могла пройти. Но разруха за ее пределами была безмерной.

"Боги", - в ужасе прошептала она.

Она вооружилась доспехами, пристегнула меч, который сир Хайме дал ей перед атакой города, и выбежала, чтобы посмотреть, что она может сделать. Когда королева уехала, замок был наполовину укомплектован персоналом для празднования дня, поэтому ей было трудно найти конюха, который оседлал бы ее лошадь.

Она ушла пешком. На бегу она увидела постоянно увеличивающийся поток раненых. Мужчины, женщины и дети уходили от разрушения, отчаянно цепляясь друг за друга. Она увидела отца, несущего на руках неподвижного ребенка, с выражением ужаса на лице. Он был одним из многих.

Затем облако пыли упало, закрывая ее обзор, как она представляла Унгара Трехпалого. Тем не менее, она продолжала настаивать, пока не наткнулась на одного из иностранных солдат новой королевы. Мужчина повернулся к ней, его нижняя часть лица была скрыта под шлемом, но его глаза расширились. Он кричал на нее на валирийском, на котором она вообще не говорила.

"Я Бриенна Тарт", - сказала она, перекрикивая постоянный гул криков и криков. "Ее светлость жива?"

"Аксии?" он спросил.

Так ее называли. "Да! Aeksiae!"

Мужчина схватил ее за руку и затащил под завалы. Они отскакивали от бегающих взад и вперед людей, как шар для боулинга на лужайке. Через несколько минут ходьбы она услышала хриплый сердитый крик.

"Где, черт возьми, эти проклятые золотые плащи?"

Ответ был потерян в тумане, пока Бриенна не оказалась в компании новой королевы. Высокая гибкая женщина сорвала богато украшенную накидку и мантию для коронации. Во время своей короткой встречи Бриенна вспомнила, что думала, что женщина такая же спокойная и холодная, как Тайвин Ланнистер. Но теперь она увидела следы слезы по запыленным щекам женщины и рычание гнева на ее губах.

Она послала пару безликих Безупречных, когда повернулась, чтобы увидеть Бриенну. "Что ты все еще здесь делаешь?"

Бриенна открыла рот, на мгновение остановилась, а затем протолкнулась. "Ваша светлость, чем я могу вам помочь?"

Вопрос, казалось, на мгновение застал ее врасплох, но она отбросила его. "Серсея устроила лесной пожар по всему городу", - сказала королева. Ее голос скрежещет от пыли и кричит. "Мне нужно, чтобы ты нашел любые золотые плащи, какие только сможешь, и эвакуируй город на место проведения турниров, пока мы не убедимся, что город безопасен. Мои Безупречные не говорят на Общем языке".

Живот Бриенны сжался, как будто ее ударили. "Я сделаю это, ваша светлость!" Она повернулась и убежала от пыли, зная, что никогда не найдет никого в худшем состоянии.

Долго искать ей не пришлось. Пара мужчин в разряженных кольчугах в рваных золотых плащах на плечах устало прислонилась к одному из зданий и кашляла. У одного по лицу текла кровь из пореза возле глаза. Ни один из них не выглядел раненым, просто ошеломленным.

Оба заметили, что она идет прямо к ним, и схватились за их копья. "Я Бриенна Тарт. Я только что пришла от королевы с новостями и приказами. Она приказала мне возглавить золотые плащи при эвакуации города".

"На хрена она хочет это сделать?" - сказал один из мужчин.

Бриенна указала на остатки холма Висенья. "Это сделала Серсея. И королева считает, что лесной пожар был не единственной партией. Серсея, возможно, распространила лесной пожар по всему городу!

Были ли они заинтересованы в том, чтобы следовать за ней или нет, угроза новых лесных пожаров была слишком сильной, чтобы ее игнорировать. Они упали вместе, двигаясь обратно к крепости, пока она не нашла еще десятки плащей, стоящих на площади возле крепости. Они стояли, ничего не делая, наблюдая за раненым.

Она подошла к ним. "Где твой командир?"

"Нет, - сказал один из мужчин. "Последний погиб при падении города".

Бриенна подавила гневное слово. "Тогда послушайте меня! Я Бриенна из Тарта, и королева Рейнис приказала мне командовать золотыми плащами при эвакуации города. Она считает, что Серсея Ланнистер распространила лесной пожар по всему городу! Пришло время вам заработать свои плащи!"

"Кто, черт возьми, ты такой, чтобы командовать нами?" - сказал первый человек. "Ты просто глупая пизда с..."

Два шага и перчатка в подбородок заставили человека упасть на землю. "Следующий человек, который откроет свой гребаный рот вместо того, чтобы сделать то, что ему сказали, получит меч, а не кулак! Вы, возьмите пятьдесят человек и эвакуируйте юго-восточный угол города. , вы! Возьмите еще пятьдесят и очистите Флиботтома. Скажите людям правду - что Серсея планирует убить их всех. Отведите их всех на Турнир-Граунд. Вы, с отсутствующими зубами. Отведите пятьдесят человек на северо-запад. И вы ... симпатичный мальчик. Да, ты. Возьми еще пятьдесят на северо-восток. Остальные, разберись по парам и патрулируй на предмет мародерства. Расскажи всем, кого увидишь, чтобы они отправились на территорию турнира ".

Она замолчала, но никто не двинулся с места. Она вытащила свой меч. "Двигаться!"

Они переехали.

Мужчина, которого она ударила, застонал и начал двигаться. Она схватила его за почту и поставила на колени. "Готовы ли вы выполнить свой долг?"

"Ты не бьешь, как женщина!"

"Я тоже не похожа", - прорычала Бриенна. "На ногах. Ты со мной!"

Они часами маршировали по городу, отправляя всех найденных граждан на место проведения турниров. Когда Флиботтом вспыхнул цветком зеленого огня, который Бриенна могла видеть с площади Сапожника, люди, на которых они кричали часами, наконец, поняли. Только тогда они действительно начали двигаться.

За этим последовали четыре часа охоты и убийства мародеров или отправки отставших в путь. В четырех разных случаях она и Бендамен, сопровождавший ее золотой плащ, подвергались согласованным нападениям со стороны мародеров, которые не хотели, чтобы их выслеживали. Каждый раз ее меч и доспехи определяли разницу между жизнью и смертью.

Солнце садилось низко над горизонтом, и ее тело болело так, как она не испытывала со времен ее первых тренировок, когда к ним подъехал всадник. Она увидела, что это был не Безупречный, а скорее один из их офицеров, тоже иностранец.

"Большая женщина в доспехах", - сказал мужчина на Общем языке с сильным акцентом. "Вас зовут Бриенна Тарт?"

"Я."

Мужчина почтительно прикоснулся ко лбу и швырнул ей кожу. Она не задумываясь выпила хорошо политое вино. Она передала шкуру Бендамену, зная, что он пил не больше, чем она.

"Я Регир мо Альзаек, командующий Безупречной Королевой в Королевской Гавани. Мы нашли последний из тайников лесных пожаров. Аксия сама убила тех, кто их устроил. в их дома. Она просит, чтобы вы и раненые остались на территории турнира для лечения. Я слышал о вас, Бриенна Тарт. Я слышал, что вы хорошо поработали сегодня. Итак, королева услышала. делать."

Она вернула шкуру, но он отмахнулся от нее. "Оставь это."

Бриенна и Бен устали направились на юг, к Турниру. Она нашла там много золотых плащей, пытаясь держать разгневанных, напуганных людей под контролем. Безупречный выглядел потрясенным, коммуникационный барьер вызывал трение, в котором не было необходимости.

Она взобралась на королевские трибуны, чтобы посмотреть на огромное поле напуганных, голодных людей. "Люди!" она закричала. "Я приношу новости города! Королева Рейнис нашла последний из пожаров и убила виновных. Те, кто здоров, могут вернуться в свои дома! Если вы ранены и вам нужна помощь, оставайтесь здесь, на территории турнира!"

Молва распространилась по полю, как собственный лесной пожар. Бриенна спустилась и встала в золотых плащах.

"Я знаю, что вы все устали", - сказала она. "Мне так нужно поссать, что это больно. Но ты нужен людям. Разделись парами и проводи их в город. Сохраняй мир как можно лучше. Бен, я хочу, чтобы по крайней мере пятьдесят человек остались здесь с ранеными. Остальные, верните этих людей по домам, а затем по очереди отправляйтесь спать в свои бараки ".

На этот раз никто не подвергал сомнению ее приказы. Постепенно уставшие, напуганные жители Королевской Гавани начали возвращаться в город. Каждые несколько сотен пара золотых плащей отделялась от своих собратьев и просто присоединялась к очереди.

Вскоре после того, как оставшиеся городские колокола прозвенели в час биты, на арену турнира проехали повозки, запряженные лошадьми, где собрались сотни раненых. Большинство из тех, что были в телегах, были не Безупречными, а Волантинами. Фактически, все, казалось, были освобожденными рабами от татуировок на их чеках. Они слезли со своих тележек и начали ставить большие брезентовые палатки, используя сами тележки как одну сторону.

Чья-то рука сжала плечо Бриенны. Она подавила визг, когда на нее уставились черно-золотые глаза. Королева была даже выше Бриенны, которая была выше большинства мужчин. Разница заключалась в том, что там, где Бриенна была уродливой и неуклюжей, королева стояла сильной, уверенной и красивой.

Однако эту красоту омрачало ужасное горе, которое нависало в ее глазах.

"Леди Бриенна", - сказала королева. "Вы проделали замечательную работу. Спасибо. Пожалуйста, попросите своих людей помочь переместить раненых, а затем вернитесь в Красный Замок, чтобы поесть и отдохнуть".

"Ваша светлость, я рукоположенный рыцарь", - сказала она. "Я пропускал приемы пищи и спал под открытым небом. Работа остается, и мы можем помочь".

Рядом с ней измученный Бен моргнул, но кивнул. У него на подбородке образовался здоровый синяк. "Ваша светлость ... прошу прощения, но вы их получили?"

Вместо того, чтобы отказаться от того, чтобы с ней разговаривали простые люди, королева кивнула ему так же мрачно, как и сама Бриенна. "Три бывших королевской гвардии, опальный мейстер и пять чернокнижников Кварта, чтобы скрыть мое видение".

"Квиберн?" - догадывалась Бриенна. Увидев взгляд королевы, Бриенна добавила: "Он лечил руку сира Хайме в Харренхоле. Полагаю, он был одним из людей Болтона".

"Уже нет." Голос королевы уловил. "Хорошо, отведите людей в палатки. Вот где я буду лечить. Разбейте оставшихся людей по сменам, чтобы мы могли немного поспать и поесть".

"Да, ваша светлость".

Потребовалось много времени, чтобы переселить людей в палатки или даже помочь волонтерам-волонтерам установить палатки. Вскоре она почувствовала запах готовящейся еды. Огромные миски коричневых простых каш с начинкой с кусочками мяса раздавались всем, кто был голоден. Бриенна взяла себе чашу после того, как разбила оставшиеся пятьдесят золотых плащей по сменам, чтобы закончить ночь.

После того, как городские колокола пробили час угря, Бриенна, пьяная, от изнеможения, ввалилась в одну из палаток, чтобы найти место для ночлега. Она споткнулась прямо внутри, когда увидела королеву в грубых, свободных шерстяных штанах, льняной блузке и кожаном жилете, стоящую на коленях рядом с ребенком с ужасно искалеченной ногой.

Мать ребенка плакала, но без боли.

Колени Бриенны не выдержали. Другие тоже наблюдали, многие из которых делали знак Семи, как руки королевы засветились силой самих богов и заставили ногу ребенка стать целой.

" И так Мать возложила руку на Унгара, Сына Хугара, возлюбленного из Семи, и сделала его здоровым и сильным". Цитата слетела с губ Бриенны еще до того, как она это заметила. Несколько горожан взглянули на нее, прежде чем снова сделать знак Семерки над своими головами и сердцами.

Однако королева чуть не упала назад, когда закончила. Бриенна была ближе всех и поймала ее. Вместо того чтобы обидеться, Рейнис просто встряхнула. "Думаю, я закончила на ночь", - сказала она. "Мне нужно поспать, если завтра я буду чем-то полезен".

"Могу я попросить ваших людей принести лошадь?"

"Я не рукоположенный рыцарь, леди Бриенна, но я был солдатом. Я могу спать под палаткой так же легко, как во дворце".

Так она и сделала, упав в голое одеяло рядом с самой Бриенной.

**********

**********

"Аксия, ты здоров?"

Бриенна открыла глаза, но не двинулась с места, когда увидела, что Тёмный Плащ королевы преклонил колени над ней. Только тогда она осознала тот факт, что королева тоже не спала и тихо плакала.

"Я отправила Барристана в этот ад", - прошептала королева своему советнику. "Как только у меня появилось видение и я осознал опасность, я послал его по ступеням для эвакуации людей. Куэйте, если бы я не отправил его туда, он был бы все еще жив".

"Моя королева ... мой самый дорогой друг. Мы оба знаем, что Барристан Селми всегда будет первым, кто подвергнется опасности. Вы не отправили его на смерть. Он храбро бросился к ней, чтобы попытаться спасти все, что мог. Это было человек, которого ты знал и любил ".

Королева села. "Я знаю это, Куэйт. Мой разум знает это. Мое сердце не знает. Он был мне как отец и ... О, Куайти! Джорах".

"Да."

Бриенна попыталась представить леди Кейтилин Старк, обнимающую друга, переживающего потерю. Она не могла. И все же королева Рейнис обняла своего Плача Теней, как если бы они были сестрами, удерживая ее дольше всех. Это был акт любви и изящества, совершенно чуждый опыту Бриенны.

Объятия разошлись. "Я собираюсь остаться здесь, чтобы исцелить как можно больше", - сказала королева своему советнику. "Мне нужно знать, кто остался. Есть ли у меня хоть какое-то правительство? Сколько домов было потеряно? Что у Вариса...?"

"Шепчущийся всю ночь работал так же, как и ты. Его сердце правдиво, хотя оно слишком тяжело для него. Но это правда, многие, кого ты знал и которым доверял, ушли. Гролео..."

Королева вздрогнула. "Я собирался отправить его обратно в Пентос с пенсией".

"Да. Чтобы увидеть его внуков".

"Кто еще...?"

Бриенна попыталась сесть, но спать в латных доспехах было ошибкой. Она тихонько простонала, чтобы заставить себя встать. Обе женщины посмотрели на нее.

"Ты слишком устала, чтобы снимать доспехи", - отметила королева.

"Да, ваша светлость".

К ней подошел Хранитель Теней. "Встаньте, леди-рыцарь. Я помогу вам".

Было странно, когда колдунья и советник королевы помогали ей снять доспехи, но, оказавшись в шерстяных штанах и рубашке, нельзя было отрицать облегчение. "Ваша светлость, я не хотел подслушивать. Но если можно... Лорд Тирион служил способной Десницей Короля, как мне сказали. Возможно, он сможет помочь".

"Возможно", - согласилась королева, изучая Бриенну. Она снова посмотрела на Куэйт и в одно мгновение превратилась из скорбящей молодой женщины в могущественную королеву. "Вышлите беса. Я также хотел бы поговорить с Региром и Серым Червем. Кроме того, вы можете послать ворона принцу Дорану?"

"Я сделаю это", - сказал Куэйте Плачий Теней. "Исцели, моя королева. Те, кто вам нужен, придут к вам".

Наступивший день был одним из чудес, которые Бриенна никогда не думала, что она увидит. Раненые, которые видели королеву, сделали это со слезами на глазах, когда она использовала божественную магию, чтобы вылечить их. Большинство, но не все.

"Я слуга ... богов", - сказала королева жене пожилого человека, которого она не могла исцелить. "Я получил силу исцелить те болезни и вред, причиненные другими людьми или болезнью из этого мира. У этого человека болезнь, которая исходит изнутри. Рука Незнакомца лежит на его груди и сжимает его сердце. Я извините, но я не могу его вылечить ".

"Он сказал, что у него сильная боль", - прошептала старуха.

Королева нежно положила руку старику на лоб. Слезливые глаза старика открылись, и он застонал. Королева наклонилась и заговорила с ним, слишком тихо, чтобы Бриенна могла его услышать. Мужчина посмотрел на жену. Поднялась костлявая, покрытая старыми пятнами рука, и она схватила ее, плача. А затем, от прикосновения королевы, мужчина закрыл глаза и замолчал.

"Нет боли."

"Спасибо, ваша светлость", - выдохнула женщина между слезами.

И так же, как со своим самым дорогим другом, королева нежно протянула руку к мужчине и обняла его жену. Женщина была низкого происхождения, измученная тяжелой трудовой жизнью. Но королеве, похоже, было все равно, когда она обняла женщину.

"Иди к своим детям", - сказала королева. Она выудила где-то из кошелька серебряного оленя. "Это немного поможет найти новый дом".

Женщина в шоке уставилась на монету, вероятно, никогда не видела серебра. "Это так много".

"Сегодня ты потеряла своего мужа. Вчера я потеряла человека, которого считала отцом. Я даю тебе серебро, потому что у меня болит сердце, и это помогает мне помочь тебе".

Женщина взяла монету. "Спасибо, ваша светлость. Спасибо!"

Итак, день прошел. Дважды королева выходила из себя. Первый был у Безмолвных сестер, которые пришли поздно днем, чтобы подготовить умирающих. "Я говорю, кому вы нужны", - сердито сказала им королева. "Этот человек будет жить сегодня. Те, кто нуждается в ваших услугах, находятся за пределами шатра".

Безмолвные Сестры поклонились и выскочили. По словам королевы, человек, которого они пытались схватить, через несколько часов вышел из палатки. Во второй раз было намного хуже. Когда королева опустилась на колени, чтобы еще раз наклониться, она нахмурилась. "Этот человек не ранен".

Внезапно он сел, ткнув кинжалом прямо ей в шею. В тесноте палатки не было места для меча Бриенны, поэтому вместо этого она вытащила кинжал.

Не было необходимости. Королева отбросила мужчину по руке левой рукой, в то же время хлопнув его правой рукой по лицу. Пощечина эхом разнеслась по палатке и оглушила нападавшего. Но вместо того, чтобы отступить, она на самом деле перевернулась через мужчину, развернулась так быстро, что даже не видела Бриенны, и ударила своим локтем о грудь мужчины с такой силой, что сломала ему ребра.

Кровь хлынула из его губ, когда она поднялась на ноги, когда Бриенна подошла к ней. Королева увидела кинжал и протянула руку.

Бриенна не передала его ей - он сам по себе перелетел из ее руки в руку королевы. Мужчина попытался ударить ее еще раз, но на этот раз она так сильно вонзила кинжал ему в запястье, что воткнула лезвие в земляной пол. Затем она положила руку мужчине на лицо и потянула.

Бриенна пошатнулась, когда лицо мужчины исчезло в ее пальцах, открыв совершенно другое лицо внизу.

"Безликий человек", - мрачно сказала королева. "Некоторые пришли за мной, когда я был в Порт-Ройяле". Она вытащила нож из запястья раненого, а затем ударила им по голове мощным ударом, который не смогли бы нанести многие женщины. Она выдернула лезвие назад, а затем вытерла им одежду мертвого убийцы, прежде чем передать его Бриенне.

"Убедитесь, что его тело сожжено. Я не уверен, какую магию они используют, и не хочу рисковать, что он может вернуться и причинить кому-нибудь вред".

"Я позабочусь об этом, ваша светлость". Бриенна не колебалась.

Три дня двор Королевской Гавани функционировал из палаток турнирного поля. Королева не всех вылечила, но она приложила руку к лечению всех. Она приказала всем, кто исцелялся, мыть руки чистой кипяченой водой перед каждым пациентом. Для промывания всех ран используйте огненную воду Волантайн или сахарное вино Порт-Ройял.

В те дни она предстала перед судом, даже когда исцелилась. Лорду Тириону она приказала собрать весь несгоревший лесной пожар и алхимиков, которые его создали, и удалить их из города.

Человеку по имени Пейт, которого Бриенна не знала, королева приказала начать ремонт городских стен и обследовать Блошиное Дно и холм Висении на предмет ремонта или нового строительства. Так продолжалось, исцеляя и управляя королевством, пока, наконец, те, кто умер без нее, не были исцелены, а остальным это не грозило.

Только после этого она отвезла лошадь обратно в Красный Замок, ссутулившись от усталости в седле, даже когда ее Безупречные сформировались вокруг нее. "Поезжай со мной, Бриенна", - попросила королева.

Естественно, Бриенна сделала, как ей сказали. Когда они вошли в город, горожане выкрикивали благословения королеве так, как Бриенна не слышала со времен правления самого Баэлора Благословенного. Королева ехала молча, ее глаза были отстранены, даже когда она махала тем, кто просил благословения на нее.

"Сир Джорах Мормонт должен был стать командиром городской стражи", - сказала королева. "Он стоял в септе, чтобы увидеть меня очищенным перед богами, и планировал вернуться с нами. Он был хорошим человеком, изо всех сил старался разрешить грех своего прошлого. Из него получился бы хороший полководец".

Она повернулась, чтобы изучить Бриенну. "Вы бы сделали намного лучше".

"Ваша милость?"

"Ты вызвался добровольцем, Бриенна, хотя технически ты служишь врагу. Я дал тебе самую тяжелую работу из всех. Я знал, что Золотые Плащи потеряли своего командира. их, когда я захватил город. Они понятия не имели, кто вы и что случилось. Но вы вошли прямо в него и заставили его работать. Вы эвакуировали город в основном с минимумом суеты, и единственными людьми, которых вы потеряли, были те, кто потерял когда загорелся Фли Боттом. В конце концов, эти люди смотрели на тебя, чтобы узнать направление, и ты его дал ".

"Я всегда старался изо всех сил, ваша светлость".

"Потому что ты женщина в мужских доспехах, сражающаяся в мужском мире", - мудро сказала королева. "Это означает, что недостаточно быть таким же хорошим. Вы должны быть лучше".

Слова королевы отозвались в Бриенне так, как она никогда не чувствовала. Как будто эта женщина, знавшая ее всего несколько дней, внезапно познала абсолютную правду своей жизни.

"Когда вы дали клятву служить леди Старк, что вы ей пообещали?"

"Чтобы вернуть ей дочерей, ваша светлость".

"Ее дочери были возвращены. Я отправил Сансу домой сразу после того, как взял город. Эта клятва была исполнена". Королева оглядела улицы разрушенного города. "Я не буду заставлять вас занять эту позицию, Бриенна. Если ваша честь заставит вас вернуться к леди Старк, тогда я позволю это. Но мне очень хотелось бы, чтобы вы заняли пост командира городской стражи. У меня есть планы на это, когда эта война закончится. Я хочу, чтобы это было больше, чем люди с копьями. Я хочу, чтобы она стала настоящей полицейской силой - силой, предназначенной для защиты граждан, даже от самих себя. Вы идеальны , Бриенна, потому что для такой роли никогда не будет достаточно хорошего. Подумай об этом ".

Бриенна подавила желание поклониться из седла. "Я сделаю это, ваша светлость. Спасибо за предложение". Глава двадцать пятая: Драконий камень. Сир Давос снова оказался в темнице.

Ширин слышала это от Элис, горничной своей матери, и от старого Брумера, старика с острым лицом, который постоянно подметал залы. Сначала он напугал ее, потому что никогда не улыбался, а на левой руке были ужасные шрамы. Но однажды она споткнулась и поцарапала колено, и старый Брумер осторожно поднял ее и понес на шесть лестничных пролетов в ее комнату. Он никогда не улыбался и много говорил, но после этого его было трудно бояться.

И все же она боялась за сира Давоса. По правде говоря, она тоже боялась за своего отца. Она знала, что дела идут очень плохо. Сам сир Давос, казалось, был вожаком состояния ее отца. Когда дела пошли очень плохо, и ее отцу нужно было кого-то обвинить, сир Давос оказался в темницах.

Она знала, что ее отец любил сира Давоса, потому что он был еще жив.

Она вздрогнула и плотнее накинула шерстяную шаль на плечи, вспомнив, как кричал дядя Аксель Флоран, когда пламя этой рыжей женщины охватило его.

Что действительно убедило ее в их тяжелом положении, так это то, что люди уезжали.

Конечно, они об этом не объявили. Когда тот устрашающий пират, который так любил сир Давос, ушел, он многих забрал с собой. Сир Ломас и сир Эндрю Эстермонт бежали с теми людьми из Гринстоуна, которые выжили. Она не знала, сколько это было мужчин, но знала, что ее подруга Лиза Эстермонт и ее мать пошли с ними. Она слышала, как отец кричит о предателях из кухни, где добрая старая Нана Були приготовила ей медовую кашу на завтрак.

Она не была уверена, стоит ли ей грустить из-за того, что ее единственный друг ушел, или ей было легче, что ее и ее семьи не было рядом, на что отец мог бы злиться. Ему было страшно, когда он был зол. Нана Були занималась своими делами, как будто гнев ее отца не звенел по залам огромной, все более и более пустой крепости.

Люди Фарринг все еще были там - они прибыли на собственном корабле Королевы Драконов из Штормового Предела. Но вместо того, чтобы радоваться, что к нему присоединились еще несколько сотен мужчин, ее лорд-отец часами бушевал из-за потери Штормового Предела. Ширин никогда там не была, но она знала, что это дом ее предков.

За неделю до того, как сир Давос вернулся из Браавоса, Гловеры ушли. Сир Джеральд был одним из самых выдающихся солдат ее отца, переживших катастрофу у Блэкуотера. Когда в тихие часы раннего утра он схватил своих людей за оружие, отец даже не крикнул. По крайней мере, там, где Ширин не могла слышать. Но когда Давос вернулся один из Браавоса ...

Он вернулся в темницы.

"Он совершил измену", - это все, что мать говорила ей, когда спрашивала.

"Но как?"

"Он подделал имя короля и попросил ссуду в Железном банке", - холодно сказала ее леди-мать. "Они отказали ему".

"Но я же написал ему письмо!"

Они были в материнской солнечной. Она пришла за новостями, когда увидела парус, зная, что мать к ней не пойдет. Когда она призналась в этом, ее мать уставилась на нее со вспышкой такой ненависти, Ширин немного вздрогнула. "Ты написал письмо? Ты сказал ему, что сказать?"

"Ну ... нет. Он сказал мне слова, которые нужно написать. Он Десница Короля, конечно, он может это сделать!"

"Значит, ты написала письмо не за него, глупая девочка", - огрызнулась королева Слайс. "Вы просто записали его слова. Не предлагайте снова такую ??глупость!"

Ширин сбежала.

В ночь, когда Давос бросили в темницу, она попросила у Наны Були кусок сыра и буханку. Старуха цокнула языком и сказала: "Ты милый ребенок".

Она точно знала, что задумала Ширин. С едой, завернутой в вощеный пергамент, и своей любимой книгой о Танце драконов в руке, она спустилась в темницы. Они были очень похожи на остальную часть замка, только с меньшим количеством огней.

Фактически, огней почти не было. В итоге ей пришлось сделать один из долгих рывков и осветить свой путь, пока она не нашла камеру, которая, казалось, была любимой в Давосе. Она увидела его там, свернувшегося клубочком под тяжелым шерстяным плащом.

"Голера больше нет", - сказала она, приходя. Она поместила горящий тростник в держатель, установленный в арочном камне проема камеры.

Сир Давос проснулся. "Принцесса! Что ... неважно. Как поживаешь, дитя?"

"Я одинока", - призналась она. "Лиза ушла со своей семьей и их мужчинами. Но я принесла тебе еду!"

"О, будь здоров!"

Он с энтузиазмом принял сыр и хлеб, остановившись только для того, чтобы отломить для нее кусок. "Ненавижу есть в одиночестве".

Она устроилась на своем месте у прутьев клетки. Давос расположился на этаже напротив.

"Мама сказала, что вы снова оказались в камере из-за государственной измены. Но я не могла сказать, были ли вы здесь, потому что просили денег, или потому, что не получали их".

Давос мрачно усмехнулся. "У тебя есть ум твоего отца, дитя, и это факт. Если бы я обеспечил им ссуду и наемные мечи, меня бы здесь сейчас не было. Это было предательством, чтобы сделать запрос, это правда. Но я был наказан, потому что я проиграл ".

"Почему они не дали вам денег?" - наконец спросила она.

Давос обдумывал ответ, пока ел. Сир Давос ей нравился, потому что он относился к ней как к взрослой. Он не отвергал ее, как отец, и не ненавидел ее, как мать. Он был единственным в замке, кто это сделал. Теперь он обдумывал вопрос, пока жевал.

"Я думаю, что Iron Bank решил нас не поддерживать. Даже не делать ставки".

"Из-за Королевы Драконов?"

Мужчина кивнул и откусил кусок сыра, который прижал к буханке. "Да. Находясь в Браавосе, я услышал новости о том, что король Балон повел против нее весь Железный флот. Говорят, она повела своих солдат через его корабли и убила его собственноручно. Они сказали, что ее драконы сожгли бегущий флот. Она имело менее двадцати кораблей, и она разбила сотню войск. Браавози приветствовали, когда были прочитаны новости ".

"Почему?"

"Потому что она им нравится. У нее есть драконы, да, но она избавила пиратов от Степных камней. Это помогло Браавози. И она уже начала торговать с ними. Уверяю вас, что у Ланнистеров нет таких хороших отношений с Браавос ".

"А как насчет отца?"

"Его светлость..." Давос замолчал. "У вашего отца были проблемы с установлением хороших отношений с нашими соседями. Битва на Черноводе была ужасным ударом".

Это был хороший способ сказать, что ее лорд-отец никому не нравился. Ширин сочувствовала, вместо того чтобы обижаться. Кроме Наны Були и сира Давоса, она, похоже, тоже никому не нравилась. Из-за шрамов она выглядела некрасиво.

"Мы будем читать?" - спросила она, когда они закончили ужинать.

Давос кивнул, грустно улыбаясь. "Если вы можете сказать мне, почему в рыцаре есть буквы" k "и" g "".

"Потому что", - сказала она. "Глупый."

*****

*****

В то утро, когда они получили известие о падении Королевской Гавани и Предела, Ширин ела кашу с Наной Були на кухне. В то утро замок казался еще более пустым, чем обычно, но она не могла понять почему, пока сир Давос не вошел на кухню.

"Нана", - сказал он, кивнув старой Нане. Женщина готовила в замке так долго, что даже такие старики, как сир Давос, называли ее Нана.

"Кусочек тоста и баса для вас, милорд?"

Давос приложил руку к сердцу и пошатнулся. "Нана Були, когда я когда-нибудь был для тебя лордом? Я всегда буду твоим Давосом".

Старуха поделилась беззубой ухмылкой. "О, давай, старый пират". И она положила для него кусок тоста с рыбной пастой и яйцо-пашот на деревянный траншеекопатель. Он принял это с улыбкой ей и подмигнув Ширин, прежде чем сел за древний, грубо обтесанный стол, за которым она часто ела.

"Почему замок сегодня кажется таким пустым, сир Давос?" - спросила она, когда он быстро закончил завтрак.

"Да, это мрачная история, - сказал он.

И Ширин кивнула, поняв. "Валерионы ушли?"

Мужчина уставился. "Как вы это понимаете?"

"Их осталось немного", - грустно сказала Ширин. "Флоренты не уедут. Они наша семья".

"Да, валироны ускользнули после наступления темноты. Ударили одного из ваших кузенов по голове, чтобы схватить корабль, и сбежали. Гарнизон замка теперь насчитывает менее 500 человек".

"Почему, сир Давос?"

Мужчина на мгновение задумчиво уставился на свои руки. Она поняла, что он думает не о том, как лучше ответить, а о том, стоит ли вообще отвечать.

"Мы получили ворона", - наконец сказал он. "Королева Драконов заняла Королевскую Гавань за день. По правде говоря, менее чем за два часа. Дорн заявила за нее и захватила Предел. Теперь она контролирует Штормовые земли, Королевские земли и Предел и послала воронов всем лордам земля приказывает им согнуть колени или сжечь драконьим огнем. Учитывая, как она приняла высадку Кинга почти без потерь, это реальная угроза ".

Ширин откусила еще немного каши, но внезапно она почувствовала вкус пепла. "Она взяла город, но отец не смог".

Королева Драконов преуспела там, где потерпел поражение отец Ширин. Это разозлило бы ее отца не только в гневе, но и в горечи и ревности. "Сир Давос, он собирается причинить вам вред?"

Мужчина моргнул, затем отвернулся, когда его глаза странно заблестели. "Нет... нет, принцесса. Не я. Но... он очень расстроен из-за вашего дядюшки Алестера. Боюсь, он может навредить этому человеку".

"Но почему?"

"Ваш дядя сказал правду, которую ваш отец не хотел слышать, и действовал в соответствии с этой правдой без разрешения. Так же, как я действовал без разрешения".

"И он тоже потерпел неудачу?"

"Да".

*****

*****

В ту ночь крики дяди Алестера Флорана эхом разносились по Драконьему Камню. Мать и леди Мелисандра настояли на том, чтобы весь персонал замка смотрел, как злая Красная Леди сожгла дядю Ширин до смерти.

"Не за его преступления, а ради надежды на удачу, которую принесет его жертва", - воскликнула Красная Дама. "Унизить шлюху Самозванку и принести ей страдания!"

Мать Ширин стояла на некотором расстоянии от нее. Ей не нравились шрамы на лице Ширин. Однако ее отец стоял рядом с ней, положив руку ей на плечо. "Почему, отец?" - прошептала она ему, пока дядя кричал.

"Жесткие люди должны делать трудный выбор", - ответил он, глядя на пламя. "Я видел магическую работу Мелисандры, и теперь она сработает. Если королева Претендентов умрет, я останусь единственным кандидатом на Железный Трон".

"Но он был дядей матери!"

"Я знаю." Это все, что сказал бы отец.

Два дня спустя они получили ворона, который сообщил об обстреле Королевской Гавани. Королева Драконов не умерла, но сир Давос сказал ей, что умерли многие из ее самых доверенных советников. Магия Мелисандры была мощной, но недостаточно мощной, чтобы убить Королеву Драконов.

*****

*****

Что-то разбудило Ширин с криком на губах. Она запрыгнула в кровать и посмотрела в узкое окно своей комнаты. Ее дыхание стало частым, прерывистым, а сердце болезненно колотилось в груди.

Как только она начала успокаиваться, она услышала это снова. Это был непохожий ни на один другой звук, который она когда-либо слышала. Визжащий рев, как будто все страшные животные, о которых она когда-либо читала, кричали одновременно. Она вылезла из постели и подбежала к окну.

Ее сердце начало сильно биться в груди. В гавани стояли паруса - десятки парусов. Они несли красные и черные вымпелы Таргариенов, как и в ее книге. И, пролетая над кораблями, она увидела драконов. Трое из них.

Один из драконов накренился и полетел прямо к навесной стене, отделявшей гавань от цитадели. Глядя через свое грязное узкое окно, она увидела, как дракон выпустил огненную очередь. Она не могла видеть, на что нападал дракон, и была слишком далеко, чтобы что-либо слышать, но она просто знала, что люди ее отца умирают.

Дверь распахнулась. "Принцесса!" - сказал сир Давос. "Одевайся, поспеши!"

Он бросился обратно, и она сделала, как велено, оделась в льняное платье и шерстяное платье. Выйдя из своей комнаты, она обнаружила там Давоса с двумя мужчинами своего отца, оба несли олени Баратеонов на кольчугах. Они стояли по обе стороны, и все бросились вниз по ступеням.

"Это корабли Королевы Драконов, не так ли?"

"Да, девочка. И ее драконы. Я думаю, это могла быть сама королева, а она, похоже, не в настроении вести переговоры!"

Залы были пусты. Ширин хотела спросить о Нане Були и Старом Брумере, но Давос сбегала по лестнице, а люди ее отца на шаг позади. Ее сердце тяжело билось в груди, когда ужасная тяжесть страха накатывала на ее разум.

Неужели Королева Драконов причинит боль своему отцу?

Она слышала крики мужчин. Она подавила свой встревоженный крик; она не могла сказать, откуда исходит крик или звук стали о сталь. Схватка внезапно закончилась громким, совершенно чужеродным щелчком, почти похожим на раскат грома в залах.

"Поторопись, сейчас же!" - сказал Давос. Он взял Ширин за руку и побежал.

Они вышли в тронный зал Драконьего Камня. Ее отец шагал перед троном. Сотня мужчин заполнила пространство, образовав клин между дверью и королем. Все носили цвета Баратеона; Флоренцев не было видно, кроме самой матери. Мужчины расстались, чтобы принять ее и Давос, а затем исправились.

Отец был в своей тарелке с мечом наготове. Его шлем сидел на обсидиановом троне позади него. Мать стояла за ними, рядом с ней стояла злая Красная Дама.

Казалось, воздух задрожал в ожидании насилия. Ширин достаточно хорошо знала своего отца, чтобы знать, что он не сдастся. Он был так зол со времен дяди Ренли и со времен Блэкуотера. Теперь она увидела это на его лице - эту низкую, бурлящую ярость.

Отец умирает.

Тяжелые двери тронного зала закрылись. Солдаты поставили запорные бруски на место - три штуки, одна на другую. По самой природе Драконьего Камня не было другого выхода в тронный зал или из него. Даже всадник на драконе не мог найти входа, так как замок был построен теми, кто ездил на драконах.

Они были в максимальной безопасности.

Все изменилось в одно мгновение. Высоко в воротах, над верхней запорной балкой, появилась светящаяся синяя линия, которая прошла вниз. Деревянные балки раскололись на части, как будто они сделаны из пергамента, а не из толстого твердого железного дерева.

Ворота распахнулись с такой силой, что ударились о стены с обеих сторон и, сорвавшись с петель, упали на пол. В дверях стояла не армия, а одна фигура. Сама Королева Драконов.

Высокая и стройная, на ней была черная нагрудная пластина, инкрустированная красным трехглавым драконом. Внизу на ней был тяжелый бронированный килт, как у древнейшего гискари, который свешивался до скорби, покрывавшей ее колени и голени. Ее ноги были одеты в странные черные сапоги, а голова была покрыта устрашающим черным шлемом, который так тщательно закрывал ее лицо, что казалось невозможным, чтобы она могла видеть.

В ее руках висели два меча голубого огня. Позади Ширин она услышала вздох злой Красной Леди.

Королева стояла одна, за спиной не было никаких мужчин. Она сняла шлем, чтобы увидеть золотые звездообразные глаза и черные волосы с небольшими завитками на конце. Она положила свой шлем на землю позади себя, а затем подошла к клину обороняющихся солдат на расстояние десяти футов.

Эти потусторонние глаза осмотрели устойчивую вереницу мужчин и решительного короля позади них, прежде чем устремиться не на Ширин, а на Красную Леди. "Сложи оружие, и все, кроме чародейки, живы".

Ее отец был солдатом; Ширин знала это. Представленный врагом, которого он, казалось, ненавидел больше всех, он поднял руку и крикнул: "Убей ее!"

Королева Драконов подняла руки, и внезапно тронный зал наполнился молнией. Синие сверкающие шипы пронеслись сквозь плотно собравшихся солдат сразу, выскочив наружу, чтобы бросить Станниса на его трон. Ширин закричала, когда он коснулся ее, как и ее мать.

Ужасная магия длилась всего несколько мгновений. Ширин, получив лишь самую крошечную часть, подняла глаза и увидела Королеву Драконов неподвижной. Однако она больше не была одна. Солдаты вливались в комнату свирепого вида людей в вареных кожаных доспехах. Были многие, многие их больше , чем те , которые защищали царь, большинство из которых были стоны теперь на земле.

"Что ты думаешь получить кроме смерти, Станнис Баратеон?" - потребовала ответа Королева Драконов. В ее голосе не было презрения, она казалась сердитой. "Ваши последователи покинули вас, потому что вы никогда не собирались быть королем. У вас нет прав на трон. Ваш брат был Узурпатором, и его притязания закончились его смертью. Я королева, и мне надоели идиоты, заставляющие меня убивать их . Если тебе так не терпится умереть, пади на свой собственный меч. Не бери с собой семью ".

Ширин закричала, когда злая Красная Леди рванулась вперед, выкрикнула что-то, используя слова, которые ранили уши Ширин, и внезапно вызвала огонь, наполнивший воздух. Королева не двинулась с места. Она подняла руку и, казалось, схватила огонь, прижимая его к невидимой стене, пока злая Красная Леди не упала от изнеможения.

"Ты послал Тень, чтобы убить меня", - сказала Королева злой леди. "Вы, конечно, знаете, что рядом со мной были Плащ Теней и моя собственная Красная Жрица. Мы уничтожили вашу тень. Вы мертвы. За самую темную из черной магии и использование человеческих жертв для подпитки этой магии вы приговорены к смерти. "

Мелисандра неуклонно поднялась на ноги. "Я слуга Господа Света. Это по его воле..."

У нее треснула шея. Он сломался так сильно, что кость проткнула ее кожу с потоком крови. Королева оставила руку поднятой, но сжала пальцы в кулак. Когда она потянула руку к груди, гигантское рубиновое ожерелье Мелисандры полетело в воздух, пока Королева не поймала его.

Ширин очарованно смотрела, как злая Красная Леди засыхает у нее на глазах, рухнув на пол грудой старой кожи и костей. Позади нее мать ахнула и истерически рыдала.

Королева снова обратила внимание на отца Ширин. Он встал на ноги и уставился на Королеву Драконов растерянным, пустым взглядом, как будто не мог понять в ней чего-то важного. Он посмотрел на меч, за который держался. Он светился желтым, но не был теплым.

"Она сказала, что я Принц, которому было обещано", - сказал он.

"Она ошибалась", - сказала Королева. "Ты злой, глупый человек, движимый гордостью и упрямством. Ты видел, как другие получали то, что, по твоему мнению, должно быть твоим, и как ребенок злился на несправедливость этого. И сколько еще людей погибло из-за этого, Станнис Баратеон? Сколько мужчин и мальчиков погибло из-за оскорбленной гордости? Кого ты сожжешь следующим? Твою жену? Твою дочь? "

Его глаза метнулись к Ширин. Тогда он выглядел смущенным, как будто не мог понять, почему она здесь. Он снова посмотрел на Королеву Драконов.

"Вот твои варианты, Станнис Баратеон", - сказала Королева. "Сегодня ты умрешь. Я желаю твоей семье, что могло бы быть иначе, но твоя гордость не позволит тебе жить мирно, подчиняясь. Но никто другой не должен страдать. Тебе нужно сделать выбор, если ты заставишь всех иначе умрешь вместе с тобой. Так что я дам тебе шанс ". Ее синие пылающие лезвия каким-то образом вошли в рукоять со странным шипением, и она повесила их на пояс.

Она повернулась к солдату, и мужчина бросил ей копье. "Я вызываю вас на единоборство. Если вы выиграете, вы станете королем. Если я выиграю, ваш народ преклонит колени".

"Какие у меня шансы с твоим проклятым колдовством?"

"Мне не нужна магия, чтобы победить тебя, Станнис. В противном случае я сломаю тебе шею на том месте, где ты стоишь, и мы с этим покончим. Таким образом, твои люди и твоя семья знают, что ты участвовал в благородной дуэли и умер со своим честь нетронутой, по крайней мере. Жаль, что ваша дочь увидит вашу смерть, но это следствие ваших собственных решений ".

"Нет", - прошептала Ширин. "Нет, ваша светлость! Пожалуйста! Милосердие!"

"Молчи", - сказала ее мать. Затем она ударила Ширин, яростный удар, заставивший девушку споткнуться. Когда Ширин подняла глаза, ее отец смотрел на нее сверху вниз. Когда она посмотрела на него, она увидела, как кровь стекает с его щек и его глаза расширились.

"Теперь ты понимаешь?" сказала королева.

Хотя она говорила тихо, ее слова заполнили всю комнату. "Мужчины сражаются и умирают из-за гордости, потому что они глупцы. Только те, кто мудр, понимают, что дело не в чести. Это не гордость. Это кровь. Отцы должны защищать своих дочерей, Станнис. Перед собственной гордостью, перед своей собственной. честь, отец должен охранять своих детей. Моя подвела меня. А Ширин подвела ее. Твоя величайшая неудача заключалась в том, чтобы не терять битвы или последователей. Это было привнесение злого монстра в твой дом и опасность для твоей маленькой девочки ".

Светящийся желтый меч опустился в руки Станниса. "Будет ли ей причинен вред?"

"Я не причиняю вреда детям", - сказала королева. "Ее отведут ко мне в суд. Я даже залечу ей шрамы".

Король споткнулся и повернулся к ней. "У тебя есть такая сила?"

"Когда магия используется для любви, а не для ненависти, Станнис, все возможно. Ты умрешь. Тень, которую ты послал, чтобы убить меня, носила твое лицо. Вместо этого она убила двенадцатилетнюю девочку. Это преступление, которое я не могу простить. Но твоя смерть не должна быть жестокой. И не обязательно перед теми, кого ты любишь ".

Глаза Ширин горели слезами, когда ее отец отвернулся от нее. Он бросил свой меч. "Я уступаю", - сказал он.

*****

*****

Ширин не могла перестать плакать. Солдаты королевы не пытались остановить ее, когда она убежала в свою комнату. Она бежала и бежала, пока не добралась до своей комнаты, захлопнула дверь и бросилась на кровать.

Однако проблема с хорошим плачем заключалась в том, что он длился недостаточно долго. Ей казалось, что ей нужно плакать всю оставшуюся жизнь, но через десять минут слезы высохли, и она обнаружила, что лежит в постели с рычащим животиком, опухшим, заложенным носом, и все было так же плохо, как и до!

Дверь открылась. "Уходите!" воскликнула она.

"Ширин".

Голос отца заставил ее встать. Он стоял там, целый и невредимый, и в мгновение ока она была там. Он опустился на колени и крепко обнял ее, как никогда раньше, и снова потекли слезы. "Я не хочу, чтобы ты умирал, отец", - прошептала она.

"Все мужчины умирают, дитя", - сказал он ей. Он не был мягким человеком, но в тот момент он так с ней сказал. "Но, возможно, не сегодня. Ее светлость в конце концов проявила ко мне милосердие. Она позволит мне и тем из моих людей, которые этого пожелают, взять Черного".

Ширин попятилась, ее сердце бешено колотилось. "Это ... так же плохо! Я тебя больше никогда не увижу!"

"Для меня все не так плохо", - возмущенно заметил он.

"Но ... ты будешь так далеко. Я ..."

Он взял ее лицо в руки. "Это неправильно", - сказал он, прерывая ее. "Неправильно с твоей стороны расплачиваться за мои грехи. Королева Рейнис имела на это право. В обмен на то, что я возьму Черный, ты будешь в безопасности. Ты будешь леди Баратеон из Штормового Предела. Ты будешь дама в ожидании Ее Светлости. Вы будете в безопасности ".

"А как насчет вас, однако?"

Он улыбнулся ей, и, как ни странно, часть улыбки достигла его глаз. "Я буду защищать тебя, дитя. Я буду защищать королевство. Я думаю, это хорошо. Большинство моих людей согласились приехать. И каждый день я буду думать о тебе".

"А как насчет матери?"

Его улыбка дрогнула. "Она ... не присоединится ни к одному из нас".

Ширин пыталась переживать из-за этого, но когда она думала о своей матери, все, что она могла вспомнить, это холодная неприязнь и презрение. "Будете ли вы писать?"

"Я обещаю это так часто, как только смогу. И сир Давос будет с вами".

"Он не пойдет с тобой?"

"Он хотел, - сказал Станнис. "Он проявил ко мне большую преданность, чем любой человек, которого я знаю. Он был настолько предан, что даже сказал мне прямо, когда я был дураком. Если бы я только не был таким дураком, чтобы не слушать. Нет, я просил об этом он останется с тобой ".

"Когда ты уедешь?"

"Теперь, - сказал он. "Корабль ждет, чтобы отвезти нас в Восточную стражу. Осталось только для того, чтобы я мог попрощаться".

"Могу я прийти посмотреть, как вы плывете?"

"Да. Да, я бы хотел этого". Он встал и протянул ей руку. Это был первый раз за много лет, когда она могла вспомнить, что он сделал это.

Залы замка казались темными, пустыми и неосвещенными. Потоки слабого солнечного света время от времени пробивались сквозь окна или открытые дворы, но замок всегда казался темным и неприятным. Когда они подошли к тропе к докам, она увидела пятна расплавленного камня или куски доспехов, выброшенных из боя.

Тем не менее они шли. Небо над головой казалось облачным и темным, но ей было все равно. Ее сердце болезненно билось в груди, и она обнаруживала, что время от времени плачет. У нее только что был самый долгий разговор с отцом за многие годы. Он обнял ее, как она всегда хотела, и теперь держал ее за руку, пока они шли, и это было все, чего она всегда хотела.

И это было так, как будто он собирался покинуть ее навсегда.

Королева Драконов стояла в доках. Три ее дракона бездельничали на черных песчаных пляжах внизу, три огромных существа, каждое размером с корабль, к которому шел ее отец. Сер Давос стоял рядом с королевой, которую окружали свирепые иностранные солдаты. Ее золотые звездные глаза пристально наблюдали, как отец ведет ее к краю пристани.

Он повернулся и схватил ее за плечи, глядя на нее сверху вниз. Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но слова так и не вышли. Поэтому вместо этого он снова обнял ее и поцеловал в безупречную щеку.

Она ничего не сказала, и он ни разу не оглянулся, пока шел на борт корабля, который собирался унести его навсегда. Когда она почувствовала руку на своем плече, она подумала, что это сир Давос. Вместо этого она обнаружила, что смотрит в золотые глаза королевы драконов. "Вы сказали, что он умрет".

"Он был", - сказала Королева с мягкой улыбкой. "До тех пор, пока он не осознал, что вы важнее его гордости. Как только он понял это, он стал достоин милосердия. У него все будет хорошо, знаете ли. Он рожден, чтобы сражаться, и он будет нужен там наверху. Он Скорее всего, станет следующим лордом-командующим Ночного Дозора ".

"Что теперь со мной будет?"

"Это зависит от обстоятельств", - сказала королева. "Вы предпочитаете плыть обратно в Королевскую Гавань с сиром Давосом? Или вы хотите полететь на спине дракона?"

У Ширин перехватило дыхание. Она посмотрела на сира Давоса, который держал ее любимую книгу - " Танец драконов" . Глава двадцать шестая: Правосудие королевы. У Семи Королевств не было юридического кодекса.

Не было ни присяжных, ни поверенных. Ни судей, ни судов. В камерах под замком содержались люди, которые находились там месяцами, даже без возможности суда или определения виновности. Некоторых держали за то, что они сказали что-то, что не понравилось Ланнистеру; другие по обвинению в более тяжких преступлениях.

Покрытое помилованием Тейлора, освободившее всех заключенных, стерло симптомы, но не помогло решить основную проблему.

Говорили о валирийском законе, но Тейлор не смогла найти никаких реальных писаных законов того периода, просто общее понимание среди тех, кого она опрашивала. Сами вопросы были встречены путаницей. Никто из дворян не мог понять или даже увидеть необходимость в каком-либо юридическом кодексе.

Закон был тем, чем называл себя высокопоставленный член дворянства в той или иной области. Обычно это означало смерть, независимо от преступления. Убить кого-нибудь? Умри или иди к Стене. Изнасиловать кого-нибудь? Умри или иди к Стене. Украсть буханку хлеба, потому что ваш ребенок голодает? Умри или иди к Стене.

А для дворян? Через испытание за боем Семь Королевств поверили в буквальную истину, которая может исправить положение.

В Королевской Гавани не было канализации.

Помимо ужаса убийства тысяч людей и того, что город был близок к тому, чтобы сжечь весь город, обстрел Блохого Ботта также выявил массивные открытые выгребные ямы, в которых хранились неочищенные сточные воды со всего города. И все это было не просто сточными водами - во Фли-Нижнем также располагались кожевенные заводы, мясные дома и другие вонючие профессии, которые были необходимы городу, но от которых так плохо пахло, что они были отнесены к самой бедной части города. Никто не задумывался дважды о том, что их мясо готовили прямо рядом с выгребными ямами.

Королевская высадка не имела медицинской помощи. Вообще.

Это было продемонстрировано тем фактом, что обычные люди и собственные Безупречные Тейлора действовали как медики во время худшего периода лечения. Если бы не лечение и инструкции Тейлора, никто из раненых вообще не выжил бы. В городе, улицы которого были завалены навозом людей и животных, даже небольшие порезы могли привести к смерти.

Это не были ситуации, которые Тейлор мог решить, пригласив консультантов. Никто в мире не был лучше. Конечно, она слышала, что у Волантиса есть адвокаты и канализационная система, восходящая к Валирии, но их правовая система была основана на кастовой системе. Если вы были рабом, наказанием всегда была смерть. Серьезность преступления просто определяла, сколько времени потребовалось, чтобы убить вас.

Вот почему утром, через неделю после того, как она взяла Драконий Камень, Тейлор взобралась на плечи Темерера и начала лететь через Предел. Она убедила Сапфиру и Эллиота остаться в Королевской Гавани с обещанием ежедневно приносить овец.

Это был потрясающий опыт. Полет по невысокой широкой речной равнине, известной как Предел, показал, почему Тиреллы были такими грязно-богатыми и почему дорнийцы их ненавидели. Вдоль реки Мандер тянулись фермы. Она видела множество водяных мельниц вдоль множества небольших притоков и ручьев, протекавших по земле. Он выглядел древним, уравновешенным и уравновешенным, несмотря на недавнее насилие, в результате которого погибли тысячи людей.

Темерар начал уставать возле Сидр-холла, на пересечении рек Коклсвелл и Мандер. На данный момент он находился под контролем Дорнийцев на ее имя. Она увидела знамена Солнечного Восхода над скромным замком и второе полотнище из ткани песочного цвета с чем-то похожим на железные ворота. Дорнийские солдаты на стенах увидели ее приближение. Как и большинство нормальных людей, они отреагировали испуганно.

У нее был берег Темерара, и она совершила относительно мягкую посадку на что-то похожее на турнирное поле рядом с замком, напротив идиллической деревни, расположенной напротив замка вдали от рек. После приземления Тейлор вынужден был признать, что строители замка по крайней мере учли риск затопления. Навесная стена замка образовывала насыпь, которая не позволяла рекам разливаться в город.

Поле, на которое она приземлилась, само по себе было планом наводнения.

Она слезла и расстегнула седло Темерера. "Держись поближе, ладно, любимый?"

Постоянно растущий дракон зарычал в знак согласия. Она не сделала больше дюжины шагов, как из замка выехала шеренга из пяти рыцарей в полных латных доспехах, за которыми следовали еще пять всадников в кольчугах и шлемах. Знамя развевалось на копье позади ведущего всадника. Мужчина носил тот же символ на плаще поверх доспехов. Он подъехал на несколько десятков футов, прежде чем спешиться. Даже в полной тарелке он соскок выглядел легко. За ним спешились и другие рыцари. Все шестеро сняли шлемы, обнажив дорнийцев с загорелой кожей и темными или тонкими волосами. Все шестеро опустились перед ней на колени.

"Ваша светлость, вы чтите нас", - сказал вождь. Он казался здоровым мужчиной лет сорока с небольшим, с широкой грудью и плечами, короткими волосами и мощным лицом. "Я лорд Иронвуд из Дорна. По указанию принца Дорана я держу эти земли на ваше имя".

"Если полные поля, которые я видел со спины Темерара, являются хоть одним признаком, то вы тоже отлично справляетесь с этим, лорд Иронвуд, - сказал Тейлор. "Я еду в Старый город, чтобы напугать Цитадель, чтобы она прислала мне нескольких мейстеров, которые я могу превратить во что-нибудь полезное, но Темерар устал".

Традиция гласила, что она не могла специально попросить кровать. Но точно так же традиция диктовала, что ей не нужно было этого делать. Лорд Иронвуд встал, поклонившись ему. "Тогда, ваша светлость, для меня будет честью и привилегией принять вас на вечер, если вы того пожелаете".

"Это было бы чудесно, лорд Иронвуд. Спасибо!"

*****

*****

У предыдущих владельцев замка и окрестных земель, Фоссовей, была трагическая история. Они покинули Станниса Баратеона вскоре после Черноводья, преклонили колено перед Джоффри, а затем были убиты почти до человека, когда принц Оберин Мартелл и дорнийское войско напали на Мейса Тирелла и его колонну помощи.

Женщины-члены Fossoways, которые путешествовали с Tyrells, в настоящее время содержатся в монастыре, пока Тейлор пытается выяснить, что с ними делать. Тем не менее, даже несмотря на то, что замок был завоеван дорнийцами, весь персонал был теми же людьми, что и фоссовейцы. Дворянство изменилось, но мелкий народ, который на самом деле добивался дела, остался прежним.

Так вышло, что швея, которая пришла создать платье для Тейлора в тот вечер, была ублюдком одного из мертвых рыцарей Фоссовея, а ее помощницы родились в деревне за пределами замка. Они хохотали и хохотали, глядя на ее черно-золотые глаза и высокий рост. Самый высокий из них едва достигал ее груди. Одна из женщин, выросшая за день, едва была выше четырех футов.

Они подгоняли платье и приготовили для нее за два часа. Когда они ушли, пришли другие сотрудники замка с ведрами дымящейся воды, которые они налили в ванну из деревянной бочки. Девушка, назначенная ее горничной, в шоке уставилась на многочисленные шрамы Тейлора, когда она купалась. Она не сказала ни слова, по крайней мере, тогда.

Тейлор не сомневался, что она сделает это позже.

Лорд Иронвуд выложился на пир. Главный зал замка на самом деле был размером со старую гостиную Тейлора в Сиэтле. В длину тянулись два стола, а напротив них стоял высокий стол. Хозяин замка любезно предложил ей кресло в центре перед тем, как сесть справа от нее. Слева от нее был единственный сын Иронвуда, Клетус.

Клетус . У него даже был ленивый глаз, хотя в остальном он был таким же красивым молодым человеком, как и его отец.

У парня были темные волосы и огненные глаза, а кожа была скорее бронзовой, чем темной. Он был, вероятно, всего на год или два моложе Тейлора и невозмутимо смотрел на нее, пока она сидела. "Не волнуйся, сир, я не буду тебя целовать", - сказала она мальчику.

Он ярко покраснел. "Моя потеря, ваша светлость. Я только что думал о королеве Нимерии".

"Это мило", - сказал Тейлор. "Легенды говорят, что она была очень красивой женщиной. Когда я родилась, боги могли дать мне свою силу или свою красоту, но мое тело не могло вместить и то, и другое. Вы можете видеть, что они выбрали".

Лорд Иронвуд и несколько его вассалов, которые слышали, рассмеялись над этой шуткой. "У власти есть своя красота. Это твое чудовище, например, великолепное существо".

"Ты знаешь, я не отдам тебе Утес Кастерли только потому, что ты говоришь приятные вещи о моих драконах", - сказала она мужчине.

Ей нечего было доказывать этим мужчинам. Она чувствовала преданность Иронвуда не ей, а Дорану Мартеллу. И с публичной поддержкой и заявлением Дорана в ее пользу, это сделало Иронвуда и его вассалов ее.

"Ваша светлость", - сказал лорд Иронвуд после того, как было подано последнее из шести блюд. "Все мы здесь слышали ваши многочисленные чудесные дела. Если вам будет угодно, не могли бы вы рассказать нам о битве в Пучине Палачей? Железнорожденные веками были врагами Дорна, и я говорю от имени всех своих людей, когда говорю: конец Grayjoys - это история, которую нужно услышать из первоисточника! "

Она посмотрела через стол на наблюдающих, внимательных рыцарей и воинов. "Вы хотите услышать, как Бэлон Грейджой напал в темноте, как трус, и как его немногие выжившие люди бежали, как побитые собаки?"

Весь зал ответил громким "Да!"

В общем, Тейлор думал, что ночь прошла хорошо.

*****

*****

Самым близким, с чем Тейлор могла сравнить Олдтаун на собственном опыте, был Париж. В то время как Королевская Гавань имела немного лондонской атмосферы, Олдтаун раскинулся по обе стороны реки Ханивин, как медленно ползучая инфекция камня и дерева. Однако, несмотря на свои размеры, город по-прежнему был окружен высокими крепкими стенами.

А на южной стороне стены дорнийские войска были выстроены осадными сооружениями. Флот из двадцати ее кораблей сформировал блокаду через Шепчущий звук.

Черт побери, Оберин сказал, что захватил весь Предел!

Она могла видеть, как мужчины карабкаются по стенам при виде ее дракона. Что еще более важно, она видела очень больших скорпионов. Тейлор не боялась одного или двух - она ??могла легко отклонить их с помощью Силы. Но почти каждые двадцать футов вдоль стены стояли большие скорпионы.

Они ждали дракона.

"Пойдем поговорим с нашими людьми", - решил Тейлор. Темерэр проворчал свое согласие и, отклонившись от города, полетел к выстроившимся дорнийским силам.

Дорнийцы были так же встревожены ее приближением, как и люди из Хайтауэра. К счастью, они не пытались стрелять в нее, когда она повела Темерайр за катапультами к рядам палаток.

На ней был нагрудник Таргариена - подарок самого принца Дорана, и ее тяжелый килт. Она носила под ним шерстяные бриджи просто потому, что ехала. Когда она слезла с седла, дорнийская знать уже ехала к ней, как и лорд Иронвуд.

Тейлор еще не выучила наизусть все символы различных благородных домов, но она взяла на себя обязательство изучить по крайней мере некоторые из дорнийских домов. Мужчина, приближающийся к ней, был рыцарем Дома Дэйн, известным своими бойцами.

К ее полному шоку, мужчина сказал: "Возвращайся в Королевскую Гавань. Ты нам здесь не нужен".

Что ж, это вообще не сработает . По крайней мере, сир Барристан вбил ей в голову, что королева не может терпеть открытого презрения. Это было признаком слабости, которая будет преследовать их правление до самой смерти.

Она взмахнула рукой и послала кинетический толчок, который ударил человека настолько сильно, что он со стуком слетел с лошади. Он сильно ударился о землю, в то время как вокруг него шесть рыцарей, сопровождавших его, пытались сдержать испуганных лошадей.

"Я почти уверен, что принц Доран сказал вам, кто я", - сказала Тейлор, подходя к барахтавшему, задыхающемуся рыцарю. "И я почти уверен, что ему не особенно понравится, если один из его рыцарей будет смущать его и весь Дорн в присутствии вашей Королевы. Но сейчас он не здесь, чтобы наказать вас. Так что я должен научить вас манеры, сер. "

Когда у человека перехватило дыхание, он скатился со спины и вскочил на ноги. Его рука легла на меч.

"Я твоя королева", - холодным голосом сказал Тейлор, чувствуя прилив нетерпеливого гнева. "Вытащите этот меч, и в следующий раз, когда вы упадете на землю, он будет рядом с вашей головой, а не вместе с ней".

"Я сын Дома Дэйн!" - сказал рыцарь. Несмотря на это, он обнажил свой меч. "Вы бы не посмели!"

Тейлор ни на секунду не подумал, что сукин сын на самом деле сочтет ее блефом. Но либо из-за высокомерия, либо из-за глупости, либо из-за комбинации того и другого, он это сделал. И внезапно Тейлор оказалась в ужасном положении, когда ей пришлось казнить одного из своих людей. Она почти слышала, как сир Барристан предупреждал ее не делать публичных заявлений, в соответствии с которыми она не желает действовать.

Это быстро положило бы конец ее правлению. Какой бы могущественной она ни была, она не могла управлять королевством в одиночку. Она сердито вздохнула. "Очень хорошо, сир. Помирись со своими богами, ты заставил мою руку".

Прежде чем он успел что-то сказать в ответ, она призвала Силу и ринулась вперед быстрее, чем рыцарь мог последовать за ней. Она зажгла свою саблю ровно настолько, чтобы прорезать меч мужчины, его горжет и его шею. Его голова с глухим стуком упала на землю, за ней последовало его тело.

"Меня тошнит, что мне пришлось убить рыцаря Дорна", - сказала Тейлор, не пытаясь скрыть свой гнев. "Поддержка моего дяди моих притязаний имеет первостепенное значение для Королевства. Но такое поведение неприемлемо. Кто-нибудь из вас хочет выступить против своей королевы?"

"Нет, ваша светлость", - сказал один из выживших рыцарей. Он спешился и снял шлем, обнажив типичные дорнийские черты: черные волосы, темно-карие глаза и загорелую кожу на лице, значительно более красивом, чем ее собственное. Он опустился перед ней на колени. Остальные рыцари тоже быстро сделали это.

"Ваше имя?"

"Сир Дезиэль Дальт, рыцарь Лимонного леса".

Тогда не лучший дом. "Сир Дезиэль, я получил письмо от принца Оберина о том, что Старый город взят. Мое последнее понимание заключалось в том, что он двинул большую часть своих сил на север, чтобы обезопасить Западные земли. Почему я сейчас вижу здесь активную осаду?"

Симпатичная рыцарь вздохнула, взглянула на обезглавленное тело, затем снова на нее. "Дочери лорда Хайтауэра очень красивые женщины, ваша светлость".

"Какие из них он...?"

"Все, кто был в городе, ваша светлость. В том числе и женатые".

К черту все. "Сир Дезиэль, вы производите впечатление человека, который не является идиотом. Сколько мужчин умерло из-за пениса этого человека?"

Формулировка на мгновение застала рыцаря врасплох. "Мы потеряли двести в первой схватке, прежде чем лорд Хайтауэр запечатал ворота".

"Верно. Приготовь флаг для переговоров и положи голову этого человека в корзину. Кто он, опять же?"

"Сер Джеральд Дэйн из Высокого Эрмитажа".

"Будет ли его не хватать?"

"Родная дочь принца Дорана, принцесса Арианна, тоже очень красивая женщина".

"Будет ли его не хватать?" - снова спросил Тейлор.

Сир Дезиэль покачал головой. "Он был разгневанным человеком, ваша светлость".

Дорнийцы ненавидели прямые ответы. То, что она получила, было, вероятно, лучшим, на что она могла надеяться. "Верно. Давай закончим эту осаду, ладно? Мне понадобится штандарт Таргариенов. На всякий случай, если большого черного гребаного дракона недостаточно, чтобы сказать им, кто я".

Сир Дезиэль на мгновение моргнул, затем внезапно улыбнулся. "Воистину, ваша светлость, жаль, что принца Оберина нет здесь, чтобы увидеть свою племянницу. Я думаю, ему понравится ваша компания!"

*****

*****

Сир Дезиэль собрал отряд из десяти рыцарей, ехавших за ней. К ее приятному удивлению, им даже удалось создать разумный стандарт с ее "семейным" символом. Тейлор, со своей стороны, надела свой тонкий золотой головной убор, так как она планировала выглядеть как королева, когда она отправилась побить Цитадель, чтобы дать ее мейстерам.

Когда они приблизились к древнему прочному каменному мосту, сделанному с таким тщательным мастерством, что она едва могла видеть швы между массивными ограненными камнями, группа Хайтауэра выехала через открытые ворота. У них было намного больше, чем десять рыцарей. Она насчитала пятьдесят мужчин в доспехах, идущих позади пожилого лорда.

Сам Лейтон Хайтауэр ехал без руля во главе колонны. Это был энергичный, но явно пожилой мужчина с занавеской из прямых белых волос, свисавших по бокам и сзади его лысого черепа. Твердые, сверкающие голубые глаза долго смотрели на ее знамя, затем на далекое поле, где Темерэр счастливо пылал и пожирал овец. Он подъехал к краю моста, примерно в пятнадцати футах от ее группы, но не ближе. Он не спешился.

"Лорд Хайтауэр", - сказала Тейлор, кивнув позаимствованной у нее лошади. "Спасибо, что поговорили со мной".

"Ваша милость." Несмотря на возраст, голос мужчины звучал глубоко и сильно. "Я удивлен, что мой город не горит".

"Честно говоря, лорд Хайтауэр, я пришел, потому что хотел украсть несколько мейстеров. Я не знал о возобновлении боевых действий. Я довольно расстроен всем этим делом. Вместо того, чтобы сжечь один из величайших городов моего королевства. Эш, я надеялся, что вместо этого мы сможем прийти к удовлетворительному завершению всего этого дела. Я понимаю, что с тобой и твоей семьей поступили несправедливо. Скажите мне, лорд Хайтауэр, как мы можем исправить эту ошибку? "

"Голова сера Джеральда Дэйна на пике!" - сказал мужчина.

"Будет ли вместо этого работать плетеная корзина?"

Сир Дезиэль выбрал идеальное время. В тот момент, когда она сказала "корзина", он проехал мимо нее с корзиной на коленях. Он передал его не лорду Лейтону, а одному из рыцарей, стоящих за ним. Выбранный рыцарь взял корзину, поднял над ней брезент и показал голову лорду Лейтону.

"От меня многое скрывали, лорд Лейтон, - сказал Тейлор. "И сер Джеральд не торопился, чтобы я выяснил причину этой драки. Прежде чем я даже узнал имя этого человека, он осмелился оскорбить меня и натянуть сталь на меня, свою королеву. Я сам обезглавил его. И только после этого я узнал, как сильно он тебя обидел ".

Старый лорд посмотрел на голову, затем снова на Тейлора. "Истории говорят, что вы настоящий воин, ваша светлость. Вы лично убили Жнеца Пайка?"

Тейлор поморщился. "По правде говоря, лорд Лейтон, я убил большинство его людей с помощью дюжины моих Безупречных. Вон Темерар убил Жнеца. У него в зубах застрял кусок черепа Балона. У драконов очень неприятный запах изо рта, уверяю вас. "

Тейлор почувствовал удивление и даже веселье от рыцарей Хайтауэра. Сам лорд сохранял непонимание. "Ваша светлость, вы можете не знать, но в настоящее время вы держите несколько моих родственников. Моя дочь Алери, ее дочь Маргери и моя дочь Дениз находятся в заложниках в Королевской Гавани".

Дерьмо. Это дедушка Маргери.

"Маргери - чрезвычайно красивая молодая женщина, - сказала Тейлор. "Она также убила короля Джоффри. Она сделала это с помощью леди Оленны Тирелл и лорда Петира Бейлиша".

Хайтауэр растерялся. "Вы бы предъявили ей такое обвинение? Какие доказательства...?"

"Лорд Бейлиш признался в этом, лорд Лейтон. Когда столкнулись с его показаниями, то же самое сделали леди Маргери и леди Оленна. Но я признаю, это ставит меня в интересное положение. Джоффри был моим врагом. Что еще более важно, он был аморальным, кровожадный маленький ублюдок и претендент на трон. Он был Ланнистером, насквозь, без капли крови Баратеона. Леди Алери и леди Дениз Я был бы рад вернуться к вам невредимым. Но Маргери - трудный случай. очень амбициозный, этот. Во многом как ваша младшая дочь. Это стремление заставило ее совершить убийство. К чему еще это приведет ее? "

Тейлор не знала всего о доме Хайтауэр, но она знала, что женщина, которая подтолкнула Джора Мормонта к продаже крепостных в рабство, была младшей дочерью Лейтона Хайтауэра.

Лицо лорда Лейтона могло быть вырезано из камня, несмотря на все эмоции, которые он выказывал. Но его поверхностные мысли были о сожалении и печали. "Родной дом Семи стоит внутри этих стен", - наконец сказал лорд Лейтон. "Верни мне мою внучку и тех других дам с ней, которые ставят тебя в интересное положение, и я даю слово, что они закончат свои дни в праведном созерцании богов. Я отведу их всех в Дом Матери. "

Отправляйся в женский монастырь . Часть Тейлор ненавидела то, что она делала. Маргери была умной, красивой и амбициозной. На Земле она была бы актрисой или политиком (или коварной женой политика). Но здесь она была угрозой правлению Тейлора.

"Леди Маргери и леди Оленна - единственные двое, которые вызывают беспокойство, лорд Хайтауэр. К сожалению, я не могу позволить Тиреллам вернуть Хайгарден, но и не хочу наказывать невиновных. У меня будут все леди Тиреллов и Хайтауэр. и детей отправят к вам, как только я вернусь в Королевскую Гавань. Взамен, милорд, этот конфликт должен закончиться. Достаточно людей уже погибло за тщеславие сира Герольда Дейна. Я приму ваши клятвы, вашу верность, и вы получите мою мир."

"Согласен", - сказал лорд Лейтон. Глава двадцать седьмая: В цитадель. Старшая дочь лорда Лейтона была достаточно взрослой, чтобы быть матерью Тейлора. Привлекательная женщина лет сорока, она была первой из завоеваний сэра Джеральда Дейна. Сир Дезиэль сказал Тейлору, что женщину называли "Безумной девой", потому что она не была заинтересована в браке.

Но глядя на нее, Тейлор знал, что женщина не краснеющая девственница. Она начала задаваться вопросом, насколько Малора Хайтауэр была завоеванием сера Джеральда, а насколько он ее.

Вторым завоеванием сера Джеральда стала леди Лейла, единственная дочь третьей жены лорда Хайтауэра. Ей было еще около двадцати, и к тому же она была поразительно красивой женщиной с отцовскими глазами и каштановыми волосами, благодаря которым ее фарфоровая кожа почти сияла. Ее муж, земельный рыцарь по имени Каппс, кисло нахмурился, глядя на праздник, посвященный окончанию военных действий.

Как и ее старшая сестра, леди Лейла не выглядела особенно разбитой из-за романа. Кроме того, она не выглядела расстроенной из-за смерти ее любовника.

Последней из завоеваний сэра Джеральда была старшая дочь четвертой жены лорда Лейтена, Алисанны. Алиссанн было двадцать четыре года, и на земле она могла бы стать моделью Victoria's Secret. Она была такой красивой. Ее мужем, еще одним рыцарем-землевладельцем и одним из наиболее важных сюзеренов лорда Лейтона, был сир Артур Амброз. И, как и его хороший брат сир Джон Каппс, сир Артур горько и сердито хмурился, глядя на своего изменника.

Леди Алисанна даже не смутилась. Во всяком случае, она выглядела довольной всем поворотом событий.

Сир Артур был как минимум на двадцать лет старше своей жены. У сира Джона было целое десятилетие впереди.

Я начинаю понимать, почему жена сира Джораха оказалась такой же.

На обед она надела эффектное красно-черное платье, сшитое для нее швеей из Хайтауэра. Несмотря на это, многие женщины затмили ее в своей прекрасной парче, шелке и драгоценных камнях. Тейлор было все равно - даже в лучший ее день она никогда не будет красивой, и по сравнению с ее нынешней компанией было глупо пытаться. Удар был достаточен для ее нужд.

Еда была такой же богатой и восхитительной, как и все, что она ела. Хотя в нем не было остроты Волантина или Картина, все, что она клала в рот, лопнуло от насыщенного пикантного вкуса. Были сочные рыбы и крабы. Одно блюдо представляло собой говяжий фарш, приготовленный на масле, нарезанных кубиками гвоздики и лука, который ели почти как пасту на масляной выпечке. Были и супы, и овощные блюда, и еды хватило, чтобы накормить весь город.

Еда подавалась на огромном куске черного черного хлеба. Она ела дрова из траншеекопателя, но никогда не ела из траншеекопателя для хлеба. Хотя она смотрела, никто на пиру не ел хлеба. Миска для пальцев была хорошей тренировкой, когда она окунала различные деликатесы в их сопутствующие соусы.

Она сидела между лордом Лейтоном и его старшим сыном, сиром Бейлором Хайтауэром. Сир Бейлор был столь же красив, как и его сестры, напоминая ей более сурового Роберта Редфорда. У него были голубые глаза отца, но голова со светлыми волосами и на удивление хорошими зубами, которые он открыто вспыхивал искренними улыбками. Он довольно часто делялся этими улыбками со своей женой, которая, несмотря на то, что ему было под сорок, была всего на десять лет старше Тейлора.

Однако она, похоже, не возражала против своего мужа. Так что, по крайней мере, их брак не был полным беспорядком.

- Лорд Лейтон, - наконец сказал Тейлор. "Думаю, я обнаружил причину этого конфликта".

"Кроме сера Джеральда?"

"Да. Ваша семья, милорд, слишком красива для дорнийцев, чтобы сопротивляться. Все ваши дочери захватывают дух, ваши сыновья все сильны и красивы. Мне, возможно, придется поменять дорнийцев моего дяди на моих Безупречных, чтобы защитить нашу общую честь. "

Мужчине потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорила. Но, в конце концов, он понял, что она на самом деле делает ему комплимент, и посмеялся над этим. "Да, боги одарили меня прекрасными детьми. Возможно, не все из них так праведны, как хотели бы боги, но ни один глаз никогда не жаловался на их внешний вид".

Когда поздно вечером она оставила трапезу в компании сира Дезиэля и нескольких других рыцарей, она встретилась взглядом с младшим рыцарем.

- Вы лично знаете родных дочерей принца Оберина?

"Песчаные змеи? Да, я их встречал".

"Вы бы им доверяли?"

Красивый молодой рыцарь засмеялся. "Никто в Дорне им не доверяет. Песчаные змеи ядовиты".

"Хорошо. Вы поймете, когда я скажу, что дочери лорда Лейтона, все они, делают Песчаных Змей похожими на младенцев. Убедитесь, что все наши рыцари учтены, и не покидают их комнаты. Ночное удовольствие с красивой женщиной - это не так. стоит их головы ".

Сир Дезиэль на мгновение выглядел встревоженным, прежде чем твердо кивнуть. "Я позабочусь об этом лично, ваша светлость".

"И будьте осторожны, сир Дезиэль. Я видел, как по крайней мере две из этих женщин смотрели на вас".

Мужчина сглотнул. "Спасибо за предупреждение."

*****

*****

Несмотря на желание Тейлора, лорд Лейтон также потребовал ее присутствия на второй день. И это не было чем-то, что она могла бы выдать. Старый город был самым большим и богатым из всех городов в ее владениях, и семьи вокруг него контролировали всю западную часть Предела. Таким образом, она фактически занимала двор в Хай Тауэр, классическом каменном маяке, возвышавшемся на двадцать этажей над городом в центре устья реки Медовое вино. Это был впечатляющий образец архитектуры бронзового века, уходящий в глубь веков, и очень напоминал ей Александрийский маяк.

И разве это не вызвало воспоминаний.

В основном день был проведен с различными лордами и дамами, которые клялись ей в верности и одаривали ее подарками в виде еды, денег или других вещей, которые она намеревалась отправить обратно в Королевскую Гавань для погашения долга. Было невыносимо скучно. Она все равно продолжала двигаться, полностью осознавая, насколько важен Старый город для ее правления. Более того, в то время как основная часть дорнийских сил все еще умиротворяла Западные земли.

После очередного застолья той ночью она едва могла ходить. Но в окружении всех до смешного красивых людей у ??нее начался зуд, которого она не чувствовала с ночи перед неудавшейся коронацией. Также она не могла игнорировать тот факт, что старший рыцарь из ее свиты был одним из самых красивых мужчин, которых она когда-либо видела.

Вернувшись в роскошные апартаменты, которые ей подарили на время пребывания, она отмахнулась от слуг и посмотрела на своего сопровождающего. "Вы женаты, сир Дезиэль? Обрученная?"

"Нет, миледи. Я глава своего дома и должен осознавать свои обязанности при выборе невесты".

Он едва подошел к ее плечу. Она обнаружила, что это типично. Дорнийцы были совсем не высокими людьми даже для Вестероса. Но клянусь богом, они были хорошенькими.

"Сир Дезиэль, как вы относитесь к высоким женщинам?"

"Я знал только одного, ваша светлость, поэтому я не могу говорить с другими. Но тот, который я знал, великолепен".

Тейлор вздохнул. "Верно. Убирайся из этой брони, Дезиэль".

Мужчина ухмыльнулся. "Да, ваша светлость".

*****

*****

Сир Бейлор ехал рядом с Тейлором, а сир Дезиэль и еще один дорнишмен ехали позади в качестве ее охранника. Они шли по одной из широких улиц города. Улица была вымощена булыжником, который громко стучал при каждом шаге лошадей. Небо над головой висело низко и грозило обещанием дождя. Воздух от этого был липким и неприятным.

"Да, ваша светлость, я учился здесь и даже выковал железное звено для военного искусства", - сказал Бейлор в ответ на ее вопрос. "Это было более простое время в моей жизни, и я признаю, что скучаю по нему".

Даже верхом на лошади путь по узким мощеным улочкам от Хайтауэра до Цитадели занял полчаса. Пока они ехали, Тейлор обнаружила, что задается вопросом, что же делают люди в городе. Она все еще плохо понимала, на что походили средневековые карьеры. Все, что она знала, это то, что существует экспоненциальная разница в богатстве между помещиками и всеми остальными.

В конце концов они проехали мимо пары больших нефритовых сфинксов на каменный мост, который не только перекинул реку, но и имел здания как часть его структуры. Они проезжали мимо прислужников, выполняющих обязанности писцов для жителей города. В культуре, где грамотно было менее пяти процентов населения, писанина была важной работой.

Ей очень хотелось, чтобы они разорились.

Наконец, они достигли внутреннего двора, на котором на возвышении стояло несколько шестов. Она взглянула на Бейлора. "Суд Сенешаля, ваша светлость. Где наказывают послушников и послушников".

Она поняла, что часть ржавого красного цвета на некоторых столбах была кровью. В ее голове промелькнула фраза из Pink Floyd, но она быстро отбросила ее.

Они спешились как раз вовремя, и из дальнего края двора показалась группа очень- очень старых людей. Лорд Лейтон, конечно же, послал в Цитадель весточку, чтобы она ждала ее. И хотя они могли быть замкнутыми в своих убеждениях, из того, что она понимала, Орден мейстеров был очень политической организацией.

Лидер группы поклонился ей. "Ваша светлость", - сказал он. Он был человеком возраста лорда Лейтона, но явно не воином. "Я архимейстер Эброуз, сенешаль Цитадели. Для меня большая честь принимать вас сегодня. Сир Бейлор, как всегда, приятно".

"Спасибо, - сказал Тейлор. "Вы получили мой запрос?"

Мужчина нахмурился. "Мы сделали, да. Запрос был ... несколько неортодоксальным. Конклав обычно выбирает Великого Мейстера, чтобы дать совет королю ... или королеве, в вашем случае".

"Да, я коротко поговорил с мейстером Пицелем в подземельях", - сказал Тейлор. "Он должен быть на обратном пути. У него был выбор: вернуться сюда и никогда больше не покидать город или потерять голову из-за измены Королевству. Думаю, вы обнаружите, что я не ортодоксальная королева. желание великого мейстера. Скорее, я ищу грамотных специалистов в различных областях, которые могут выполнять реальную работу. Например, несколько человек сказали мне, что у королевства нет правового кодекса. Теперь вы понимаете природу моего запроса? "

"Нет ... великий мейстер? Нет юридического кодекса?" - пробормотал он, словно не зная, из-за чего сердиться больше. "Могу заверить вас, что у нас есть записанные законы за тысячу лет и двести только от королей Тагариенов. Что касается Великого Мейстера, ... Ваша Светлость, Великий Магистр всегда был Великим Магистром, начиная со времени сразу после завоевания! "

"И вы можете назначить одного сейчас, если хотите", - весело сказал Тейлор. "Но он останется здесь, пожалуйста. Когда вы соберете мейстеров?"

Мужчина уставился на нее почти обиженно. "Ваша светлость, вы не понимаете..."

Хотя Тейлор и нуждался в мейстерах, она не могла сжечь это место. Итак, она подавила свой первый ответ. "Изменения часто могут быть болезненными, архимейстер Эброуз. Однако количество боли часто прямо пропорционально готовности человека с ними сотрудничать. Те, кто сотрудничает, обычно страдают гораздо меньше, чем те, кто этого не делает. Это, конечно же, не угроза, а скорее историческое наблюдение ".

Он уставился на нее, как будто был поражен. Она встретила его взгляд прямо. Убедившись, что он видит ее губы, она прошептала ему прямо в голову. Не испытывай меня, Эброуз.

Мужчина моргнул и споткнулся, мгновенно осознав, что она не говорила вслух. По крайней мере, он казался умным. "Да", - сказал он неловко. "Да, перемены могут быть ... трудными. Цитадель - большое учреждение, и мы не были уверены в вашем прибытии, ваша светлость, поэтому может потребоваться некоторое время, чтобы собрать всех мейстеров, но мы будем рады это сделать. "

"Спасибо, архимейстер. Пока мы ждем, я хотел бы увидеть вашу знаменитую библиотеку".

От сира Бейлора она знала, что женщинам запрещено находиться в самой Цитадели. Но она также знала, что это было традицией для любого короля Семи Королевств иметь доступ.Эброуз отнесся к этому спокойно и уверенно.

"Это чудо света. Если вы позволите, ваша светлость, я с удовольствием покажу вам, пока мои коллеги собирают мейстеров".

"Спасибо, архимейстер. Было бы прекрасно".

Сама библиотека была необычной как по размеру, так и по сложной зеркальной решетке, которую они создали, чтобы освещать ее днем. Даже под облачным небом было достаточно света, чтобы осветить дюжину уровней, возвышавшихся вокруг центрального открытого пространства, удерживающего решетку. Было легко несколько тысяч книг и свитков.

Но больше всего она знала запах плесени. "Сколько работ вы теряете из-за плесени и гниения?" Она не хотела этого, но почти прошептала это.

К ее удивлению, архимейстер вздохнул. "Ваша светлость, я ... боюсь, что, возможно, поступил с вами неправильно. Этот вопрос доказывает, что вы понимаете гораздо лучше, чем я первоначально думал. Пожалуйста, простите меня".

И это признание заставило ее искренне относиться к этому мужчине. "Легко делать предположения, архимейстер. Но требуется острый и непредвзятый ум, чтобы иметь возможность корректировать их, независимо от положения в жизни". Она оглядела библиотеку - это выглядело как что-то, что нужно было запечатлеть в головоломке. "Я был воспитан на магии и философии. Не то, что вы знаете, но я очень люблю литературу. Я чувствую запах плесени - она ??пронизывает всю комнату".

"Почти каждый год мы находим работы, которые теряются", - признал Эброуз. "Мы неустанно работаем, чтобы скопировать их, но это ... сложно. Многие из них находятся на языках, которые мы потеряли со временем. Многие полагают, что Первые Люди говорили на одном языке, но на самом деле в каждом регионе был свой язык, и ни один были постоянными со временем. Дорнийчанин тысячу лет назад не понял бы дорнийца сегодняшнего дня ".

Им нужен печатный станок . "Возможно, после того, как эта гражданская война закончится, мы сможем помочь друг другу. Не заблуждайтесь, перемены грядут, архимейстер. Но в любом королевстве, которое я представляю, всегда будет место для обучения".

"Приятно слышать, ваша светлость".

У Тейлора не было никакого желания видеть множество общежитий, в которых мейстеры жили как монахи. Она чувствовала их запах. Однако она была удивлена, обнаружив, что Эброуз был архимейстером исцеления. Он слышал о ее собственных навыках.

"Какое необычное заявление", - наконец сказал он, когда они возвращались к одному из многих дворов в цитадели. "Это инфекционное заболевание вызвано внешней фауной? Фауна слишком мала, чтобы ее можно было увидеть невооруженным глазом?"

"Я слышал, что их называют микробами". Тейлор посмотрел в зеркала. "Это необычно. Миршо?"

"Да. Орден купил их в подарок от короля Джейхейриса".

"Так вы знакомы с мирскими линзами, архимастер?"

"Конечно."

Тейлор улыбнулся мужчине. "Если изогнутое стекло можно использовать, чтобы видеть объекты вдалеке, разве его нельзя использовать для поиска объектов, которые очень близки, но очень маленькие?"

Иногда Тейлор с ее тысячелетними познаниями было трудно вспомнить, что знание - это не то же самое, что интеллект. Это был однажды разговор с Александрией.

" Способность найти что-то по мобильному телефону не делает человека умным ", - сказала ей однажды могущественная героиня. "И отсутствие знаний не делает человека глупым".

Она знала больше, чем Эброуз, в этом не сомневалась. Но она также знала, что ее знания не заслужили. Она получила его с помощью сконструированного осколка чрезвычайно мощной инопланетной сущности. Теперь, наблюдая, как этот пожилой мужчина, который никогда не видел самолета или компьютера, быстро перебирал ее слова, она поняла, что он был таким же умным, как и она. Возможно, даже больше.

"Интересно", - сказал он наконец. "И использование такого устройства теоретически позволило бы увидеть эти" микробы ". Вы случайно использовали такое устройство?"

"У меня есть. В землях за пределами Ассая мы называли это микроскопом. Это был набор линз, наложенных друг на друга, которые можно было регулировать, чтобы мы могли вглядываться в мельчайшие объекты. Если бы вы взяли каплю вода из пруда на листе стекла и при правильном освещении через такое устройство вы увидите сотни живых организмов в воде ".

Судя по выражению лица Эброуза, она не сомневалась, что в Цитадели через год или два появится рабочий микроскоп.

Экскурсия продолжилась. Цитадель представляла собой массивное сооружение, размером с Красный Замок. В нем были различные дворы, несколько библиотек и все удобства замка. В нем были кухни и кузницы, магазин письменных принадлежностей и амфитеатр за амфитеатром, где проводились занятия мейстеры и архимейстеры. Не было ни посещаемости, ни переклички. Мейстерс приходил и выступал в определенное время, и приходить ли сюда или нет - решать студентам.

Успех основывался не на оценках или прилежании, а на уровне владения предметом. "Да, это правда, что некоторые новички никогда не достигают связи", - сказал Эброуз. "Известно, что второй, третий или четвертый сын, не склонный к военному делу, задерживался, если у него была монета".

Тейлор подумал, что даже в темные века были профессиональные студенты. Она подумала о своем хорошем друге Муджаджи, который, когда она покинула Землю, изучала двойную специализацию в области связи и этнических исследований.

Они вышли в один из самых больших театров ораторов. Мужчины слонялись в своих безликих серых одеждах, с цепями, как всегда, свисающими на шее, как добровольные петли.Большинство из них выглядело раздраженным из-за того, что их дни прервались. С первого взгляда Эброуз поймал ее на слове и собрал только тех мейстеров, которым еще не исполнилось 30.

Это ограничивало пул от тысяч до ста человек, поскольку большинство наиболее важных мейстеров фактически участвовали в различных заданиях, консультируя и шпионя за многими домами королевства.

Мужчины были сгруппированы по различным областям обучения. Первыми она подошла к тем, у кого были золотые звенья. Эброуз был рядом с ней, сопровождаемые сзади. Все четверо мужчин поклонились, когда она подошла. Двое выглядели худыми и бледными, один был пухлым и бледным, а у одного, похоже, были какие-то предки с острова Лето.

"Доброе утро", - сказала она, царственно кивнув. "Вы все достигли звена в бухгалтерском учете?"

Четверо мужчин снова поклонились. За них говорил тот, что побольше. "Да, ваша светлость".

"Что именно это влечет за собой?"

"Мы изучаем курсы обмена монет и их стоимость. Мы все знаем суммы, необходимые для учета стоимости собственности лорда для налогообложения и того, что у вас есть".

"О, это прекрасно", - сказал Тейлор. Она повернулась к Эброузу. "Я хочу их."

"Все они, ваша светлость?"

"Для начала. День еще молод".

Тейлор знала, что у Красной крепости уже есть мейстер для своих воронов, хотя она и не говорила с этим человеком. Так что она не беспокоилась о тех, у кого была хищная ссылка. У нее было искушение назвать историком, но она знала, что история позаботится о себе сама. Вместо этого она схватила двух кузнецов, которые работали над воссозданием валирийской стали, и всех трех мастеров строительства, когда она подтвердила, что они знают геометрию и основы триггера.

И они, и Эброуз, казалось, были впечатлены ее математическими способностями. Однако для Тейлора ей просто нужно было что-то вроде инженера. Мейстеры были самым близким, что она могла найти.

Она схватила одного из астрономов, но проигнорировала астрологов. Сам Эброуз порекомендовал двоих своих учениц по целительству, и она с радостью согласилась.

Последний субъект стоял особняком и был намного старше, чем она просила. "Ты самый старый на вид тридцатилетний парень, которого я когда-либо видел", - сказал Тейлор мужчине.

Этот человек выглядел как человеческий бульдог, с толстой шеей, залысинами и носом, у которого было столько изломов, что это походило на лабиринт. Он открыто засмеялся и поклонился. "Я Марвин, архимейстер Высших Тайн, ваша светлость. К сожалению, у меня нет учеников, которых я могу вам представить. Магия - не самый популярный из предметов здесь, в Цитадели".

"И все же каждый ученик должен попытаться зажечь стеклянную свечу, прежде чем он создаст свое первое звено", - сказал Эброуз. "И ни один из них не преуспеет".

"Заклинание зажечь стеклянную свечу на языке теней", - сказал Тейлор. "Произношение должно быть безупречным. Если у вас не болит горло и не заболела голова, значит, вы делаете это неправильно. Полагаю, вам удалось зажечь свое, архимейстер Марвин?"

Прежде чем Эброуз смог заговорить, архимейстер магии улыбнулся. "Я сделал, ваша светлость. Сегодня утром, с вашим прибытием".

"Действительно?" - спросил Эброуз.

"Верно, архимейстер", - сказал Марвин. "Он все еще горит, если хочешь увидеть".

Тейлор кивнул. "Я не удивлен. Пока я был в Порт-Рояле, моя жрица использовала Стеклянную Свечу, чтобы общаться с другой в Речных Землях. Мои драконы и я кажемся точками связи магии".

- Значит, вы можете зажечь стеклянную свечу, ваша светлость? В голосе Эброуза была идеальная грань между скептицизмом и искренним любопытством.

"Я. Я практикую другую форму магии, чем та, что распространена в мире, архимейстер. Моя магия основана не на заклинаниях, а на врожденном таланте использовать духовную энергию мира вокруг нас. Сама жизнь, ты мог бы сказать. Это позволяет мне управлять окружающим миром. Например, вы видите мейстера Эстер? "

Пухлый мейстер бухгалтерии стоял, тихо разговаривая со своими товарищами. С вниманием Эброуза она суммировала Силу и подняла мужчину над землей. Он издал пронзительный визг, прежде чем она снова уложила его.

"Замечательно", - прошептал Эброуз.

"И редко, - сказал Тейлор. "Я еще не встречал никого, кто мог бы владеть этой магией по эту сторону Ассая. Что касается изучения магии Мэрин? Оно основано на крови, боли и жертвоприношениях".

"Меч без эфеса", - согласился Марвин.

"Именно так это называет мой Хранитель Теней", - согласился Тейлор. Она повернулась к Марвину. "Я полагаю, вы пришли не только для представления?"

"В самом деле, ваша светлость", - с поклоном сказал Архимейстер магии. "В то время как моя специальность - высшие тайны, в погоне за этим искусством я путешествовал по миру, включая Ассай и ЙиТи. Для меня было бы самой большой честью, если бы я мог присоединиться к вам".

"Вы когда-нибудь приносили человеческие жертвы?"

"Нет, ваша светлость. Я видел это во время путешествия на Дальний Восток. Цена такой магии для заклинателя больше, чем я был готов заплатить".

"Хорошо, присоединяйся к остальным. Возьми с собой одну из своих стеклянных свечей".

Мужчина кивнул, ухмыляясь.

Выбранные ею мейстеры собрались в небольшую группу. Она подошла к ним. "Вы должны добираться до Королевской Гавани с максимально возможной скоростью. Ваша роль там не будет заключаться в том, чтобы давать советы. Я полностью намерен, чтобы вы выполняли реальную практическую работу. Но за эту работу вы будете получать зарплату, достойную вашего обучения и признания. вашей роли. Если через шесть месяцев мы обнаружим, что вы не подходите для той работы, которую я просил вас выполнять, вы сможете вернуться к своим обязанностям здесь, в Цитадели. Я не хочу обвинять ни одного свободного человека его воля."

"Ваша светлость, если вам это нравится?" - нервно сказал крупный бухгалтер. Он все еще выглядел потрясенным после краткого приступа невесомости.

"Да?"

"Что ... то есть какую работу мы будем делать?"

"Просто. Ты будешь помогать мне управлять королевством". Глава двадцать восьмая: Зов предков. Санса знала, что в Дредфорте произошло что-то ужасное, когда она стояла на стенах Винтерфелла и по возвращении увидела лицо своего брата Робба. Он носил свое сердце как знамя для всего мира. Когда его злили, его люди тлели от гнева вместе с ним. Когда он чувствовал радость, настроение его людей поднималось.

А когда его потрясли утрата и печаль?

Северяне шли со склоненными плечами и опущенными головами. Робб ушел с тысячей своих знаменосцев, и, насколько она могла видеть, Санса думала, что его потери незначительны. Он еще не проиграл битву, и его атака на Болтонов в отместку за их измену не выглядела исключением. Но все же случилось что-то ужасное.

Только когда она увидела фургон в конце, задрапированный знаменем лютоволка, она поняла.

Арья перебралась через стену замка и встала рядом с ней. Бедная девочка с возрастом не стала ни выше, ни красивее. Она была дочерью своего отца в такой же степени, как Санса - своей матери. Конечно, выглядеть невысоким мужчиной не на руку только что распустившейся девушке.

"Нет", - прошептала сама себе девушка, сразу поняв, что значат фургон и тело. "Нет!"

Так же быстро, как она пришла, Арья ушла, чтобы распространить информацию. Вскоре ее сменила новая королева Сансы и вездесущая тень королевы, Красная жрица Эриаль. Две женщины подошли и встали рядом с Сансой, глядя на встревоженного короля. Как всегда, Талиса несла на руках запеленутого маленького сына. Ей не хотелось отпускать мальчика, называя его своим чудом.

Мать Сансы с горечью говорила о нежелании Талисы позволить ей держать внука, но Санса все поняла. Этому младенцу суждено было умереть нерожденным, если бы не прозвучало предупреждение стеклянной свечой.

Королева смотрела на своего короля с нежной, почти материнской улыбкой. "Он не видел своего младшего брата много лет". Она говорила тихо, ее слова были едва слышны, прежде чем холодный ветер унес их. "А тогда он был всего лишь ребенком. Он никогда не знал Рикона. Его беспокоит то, что он больше не испытывает горя по потерянному брату".

Санса не могла не моргнуть и посмотреть, потому что сказанное королевой было именно тем, что чувствовала Санса. "Вы можете сказать это только по его лицу?"

Талиса засмеялась, хотя и грустно. "Он выражает свои эмоции открыто, на всеобщее обозрение. Это то, что покорило мое сердце. Это делает его прекрасным руководителем мужчин и мужем лучше, чем я когда-либо мог себе представить. Однако я боюсь, что это может не сослужить ему хорошую службу. король. На юге он выигрывал все битвы, и все же у него не было никакой надежды на победу в войне. Теперь, когда Королева Драконов победила других своих врагов ... "

Какая надежда была у Севера против драконов и колдовства? Хуже того, Санса не могла не вспомнить, как прекрасно она провела время в Порт-Рояле. Это был первый раз в ее жизни, когда от нее не ожидали, что она будет вести себя как леди, а скорее позволили делать то, что она хотела. Она плавала в теплых водах гавани вместе с самой королевой, играя с островными детьми, пока драконы волновали их. Она обедала с пиратами и солдатами, которые относились к ней с уважением, потому что она была гостем королевы. Это было так замечательно ...

Она обнаружила, что ей не нравится холод. В детстве она никогда не возражала против холода - до тех пор, пока не узнала, что такое тепло.

Она думала, что обидится и на жену своего брата. Робб всегда был ее любимцем, не таким суровым, как Джон, не младенцем, как Рикон, ни червяком, как Теон. Но так же, как ей было трудно почувствовать личную потерю после смерти брата, о котором она почти не помнила, расстояние и жизнь создали барьер между ней и Роббом, который Талиса каким-то образом преодолела.

К ее большому удивлению, они с женой Робба стали самыми дорогими друзьями. Она даже обнаруживала, что иногда дрейфует в солнечном свете королевы, где они с Эриал молятся своему красному богу, когда солнце садится. Она не была уверена, было ли "и его избранные в этом мире" нормальной частью их литургии, но она не могла придумать никого, кому лучше молиться, чем Рейнис Таргариен.

Не то чтобы она когда-либо могла озвучить эту мысль вслух.

"Вы бы хотели подержать своего племянника?"

Санса заставила себя вернуться в настоящее. "Действительно?"

"Да. Робб пожелает компании. И если ты позволишь его бабушке подержать его, то я буду избавлен от ее недоброжелательности. Заговор матери и дочери за спиной королевы". Талиса подмигнула ей.

Санса засмеялась, взяв ребенка. У него были темные волосы матери и оливковый оттенок кожи, чуждый северу, но его глаза были такими же голубыми, как у отца. Санса ворковал, пощекотав его подбородок.

*****

*****

"О, позволь мне обнять его, милый! Эта иностранная строптивая никогда меня не позволяет!"

Было больно слышать, как ее мать так отзывается о Талисе, но Санса передала ребенка. У нее были скрытые мотивы, и то, что мать держала ребенка, могло успокоить ее все более скверное настроение.

"О, ему нужно новое пеленание!"

"Ой? Я не заметил".

Кейтилин посмотрела на дочь испепеляющим взглядом. Санса скромно улыбнулась в ответ. "У меня есть пеленки".

"Дайте им сюда и обратите внимание".

Они сменили пеленки для ребенка и отправили грязные тряпки вместе с служанкой на стирку. Это нравилось Сансе так, что ее мать не уклонялась от такой рутинной работы. Фактически, она получала удовольствие от того, что она нужна.

Леди Кейтилин устроилась в кресле. Рядом с ней Санса увидела Семиконечную звезду, которую она ткала для Рикона. Он лежал на столе ее матери, забытый в присутствии другого мальчика, которого нужно было подержать.

"Ты сядешь со мной, дорогая?"

Надежды ее матери ранили сердце Сансы тяжелым чувством вины. Она не проводила так много времени со своей матерью, как могла бы, до того, как начался кошмар Джоффри Баратеона.Она опустилась на стул, который, как она знала, когда-то принадлежал ее деду. Робб занял хозяйское помещение в Замке, как это было его право, но позаботился о том, чтобы комната его матери была настолько удобной, насколько это было возможно. Больше, чем любой из мальчиков в замке, Робб всегда был самым внимательным к матери.

Пока он не женился на умной, образованной и сильной иностранке, чтобы разделить его внимание и преданность.

"Вот, вот, - сказала Кейтилин. Ребенок начал мяукать. Санса подозревал, что ребенок почувствовал страдания своей бабушки и отреагировал на него.

Кейтилин Старк была не той женщиной, которую Санса помнила перед отъездом. Во-первых, она никогда бы не назвала жену своего сына иностранной строптивой. Она могла так думать, но никогда не говорила этого. Она казалась гораздо менее спокойной, чем раньше, часто плакала без видимой причины.

Нет это не правда. "У нее достаточно причин, - подумала про себя Санса. Ее лорд-муж мертв, ее любимый сын изувечен и взят другой женщиной, ее младший сын убит. Ее дом разграблен, а ее друзья убиты. Она как могла сдерживала свои недоброжелательные мысли.

"Я не хочу, чтобы ты принимал участие в языческих молитвах той иностранки", - резко сказала Кейтилин, обнимая своего наполовину языческого внука. "Я терпел богов твоего отца, потому что это его земля, и это было правильно. Но этот чужой бог - мерзкое существо. В послании нового лорда-командующего Ночного Дозора признавалось, что он позволил своей красной жрице приносить человеческие жертвы. в прошлом."

"Я не верю, что королева Талиса..."

"Я запрещаю! Я твоя мать, и я не допущу, чтобы моя дочь скакала с демонопоклонниками!"

Вернулись немилосердные мысли. Тем не менее, как бы то ни было, она научилась держать мысли подальше от лица. "Конечно, мама".

Разговор перешел на более невинные темы. Время шло очень медленно, пока наконец не наступил вечер, и пришло время похоронить последнего мертвого Старка.

Санса никогда не видел его тела; и ее мать тоже. Робб настаивал на том, чтобы Рикон оставался под прикрытием. Но учитывая, что знамя Болтонов было ободранным человеком, а Бастард Болтон, который собрал остатки сил своего отца в Дредфорте, был известен своей жестокостью, Санса заподозрила, что произошло, и решила, что она довольна тем, что не видела своего брата. Они немного грустно спустились в семейный склеп, пока не добрались до первых открытых носилок после резной статуи ее отца.

Статуя совсем не похожа на отца. Санса это ненавидела. Кузнец совершенно неправильно поняла лицо и бороду отца. И на коленях у него не было широкого меча Льда . Она знала, что Тайвин Ланнистер расплавил древний меч Старков, как тот яростный ублюдок, которым он был.

Они похоронили Рикона, и мать помолилась Семерым. Робб встал на колени и молился рядом с ней. Талиса, однако, подала знак пламени перед собой в безмолвном благословении последнего мертвого Старка.

*****

*****

"Эта лживая ... иностранная шлюха!" Кейтилин взвыла от горя.

Санса проходила мимо Солнца через неделю после того, как Рикон был похоронен, когда она услышала восклицания своей матери. Опасаясь, что она собирается что-то сделать со своей хорошей сестрой, Санса ворвалась в комнату и обнаружила, что ее мать рухнула на стул у зажженного камина, ее лицо было искажено горем и болью. Робб стоял рядом с ней, выглядел намного старше со своими шрамами, чем должен выглядеть мужчина, которому еще не исполнилось двадцать.

"Мама, что случилось?"

"Эта ... эта иностранная шлюха ... этот фальшивый Таргариен! Она распространяет гнусную ложь о твоей тете Лизе! Моя сестра мертва! Кейтилин повернулась к Роббу. "Ты не можешь позволить Долине покинуть тебя, Робб! Мой дорогой мальчик, они нам нужны! Вместе с Риверраном и Близнецами они обрезают этого ... Претендента на юге. Без Долины ты потерял своего величайшего союзника. ! "

"Робб, мы потеряли Долину?"

Мать Сансы фактически бросила в нее свиток пергамента. Санса подняла его и прочитала. Ее грудь заболела, когда она поняла, что королева Рейнис только что сделала еще один шаг к победе в войне против севера, без единого выстрела из стрелы.

"Это не ложь, мама".

Кейтилин перестала уговаривать Робба позвать его знамена и маршировать в Долину. Вместо этого она напряглась и посмотрела на Сансу. "Что ты сказал, дитя?"

"Я сказал, что это не ложь". Санса столкнулась с гораздо худшим, чем ее рассерженная мать. "Я был там, когда королева Рейнис допросила лорда Бейлиша. Я слышала, как он признал свой заговор с тетей Лизой. Он планировал жениться на ней, но я не сомневаюсь, что вскоре после этого он ее убил. Она убила своего мужа слезами Лиса. , а затем солгал тебе, чтобы вызвать подозрения против Ланнистеров. Это Бейлиш предал нашего отца. Это Бейлиш и тетя Лиза начали Войну Пяти Королей ".

Робб стоял неподвижно, как и его мать. "Этот Бейлиш мертв?"

Санса кивнула. "Рейнис не верит в страдания осужденных. Получив полный отчет о его преступлениях, она убила его лично".

"Ложь! Петир лгал!" Кейтилин бросилась к Сансе, и обе женщины шокировали ее. "Не смей говорить мне такую ??ложь! Эта иностранная шлюха просто использовала тебя, заставляя тебя поверить в ложь как на глупца..."

Все трое замолчали. Рука Сансы пульсировала так же сильно, как и ее щека. Мать смотрела на нее с открытым ртом, прижимаясь к щеке.

"Я была ребенком, когда попала в Королевскую Гавань", - сказала Санса, ее голос был почти неузнаваемым из-за того, насколько низким и холодным он был. "Я был далек от ребенка, когда ушел. Ребенок во мне умер, когда я увидел, что голова моего отца ударилась о камень. Он был похоронен, когда Джоффри ударил меня своими рыцарями, пока я не уставился на голову отца на пике. Есть только один ребенок в этой комнате, и именно она отказывается видеть правду прямо у себя под носом! "

К ее удивлению, Кейтилин не ударила ее по спине. Она не кричала и не кричала. Она медленно опустилась на пол, склонила голову и заплакала. Брат и сестра могли только стоять и смотреть в шоке, не зная, что делать.

"Где Родрик?" - неожиданно потребовала их мать. "Где Родрик?" Она посмотрела на Сансу. "Дорогой, а где Родрик? Я бы хотел прокатиться, чтобы прочистить голову".

Резкая смена тона и остекленевший взгляд ее глаз казались Сансе хуже, чем тысяча пощечин. Санса сморгнула слезы и опустилась на колени рядом с матерью. "Родрика сейчас нет в замке", - солгала она. "Я пришлю за ним. А пока ты, должно быть, устал".

"Да", - сказала Кейтилин.

Пожилая женщина чувствовала себя легкой и хрупкой в ??руках Сансы. То, что ее мать была такой маленькой, стало шоком. Она подняла ее с плит и проводила к кровати. "Ложись, мама. Я принесу вина снов, чтобы помочь тебе уснуть".

"Скажи своему отцу, что я могу пропустить ужин", - сказала Кейтилин.

"Я буду, мама. Обещаю".

*****

*****

У них в замке не было мейстера. Старый мастер Лювин помог Брану и Рикону выиграть время, чтобы спастись бегством. Они нашли Рикона, но слышали только слухи о Бране за стеной.Таким образом, сама Талиса, применяя медицинские искусства, которым она научилась в Волантисе, присматривала за своей матерью. Санса держала спящего ребенка, церемония наречения которого должна состояться утром.

Несмотря на все разногласия, Талиса была нежной и доброй с Кейтилин. Она подняла голову женщины, чтобы отпить вина снов, прежде чем встала и подошла к двум старшим Старкам.Арья сидела на полу прямо в комнате, ее глаза были сухими, а лицо пустым, когда она смотрела на их мать.

"Я видела это раньше", - сказала Талиса. "Горгос из Карта назвал это апоплексией. Точно так же, как можно растянуть мышцу или сломать кость, можно повредить и разум. Ее сила захвата в левой руке почти исчезла, и я замечаю, что слева она не улыбается. сторона ее лица ".

"Но ей станет лучше, правда?"

Вопрос пришел от Арьи. Она быстро поднялась с пола. Как и в случае с тех пор, как она вернулась к ним в повозке Сандора Клигана, она носила небольшой меч, который сделал для нее Джон Сноу.

"Я ... не могу ее исцелить, Арья", - грустно сказала Талиса. В отличие от Сансы, новая королева и Арья не были друзьями. "Ни величайшие мейстеры Цитадели, ни лучшие врачи Волантиса не смогли ее вылечить. Мне очень жаль".

"Значит, она умрет тогда?" Вопрос был задан тем же ровным тоном, что и ее первый.

"Нет, - сказала Талиса. "В этом вся трагедия. Ее сердце все еще сильно бьется, ее легкие дышат нормально. Сломался только ее разум. Из того, что я читал, у нее будут только разрозненные воспоминания, и она может часто забывать, где она и кто она с. Мне очень жаль ".

"Было бы хорошо просто убить ее", - сказала Арья.

"Нет." Голос Робба разнесся по комнате. Он бессознательно перестал разговаривать с ними как с сестрами и вместо этого использовал свой командный голос. "Ты ничего не сделаешь с ней, Арья".

Маленькая девочка задрожала на мгновение, затем моргнула и посмотрела на него. В ее глазах заблестели первые признаки эмоций, которые она продемонстрировала после того, как мать потеряла сознание. "Правильно ли ей страдать?"

"Я ... Арья, я не уверена, что она страдает", - сказала Талиса. "Если будет боль, я буду сопровождать ее. Теперь ее разум похож на ум ребенка. Если она будет находиться в покое и комфорте, я не верю, что она будет страдать".

"Я бы хотела", - резко сказала девушка, прежде чем повернуться и уйти.

*****

*****

Дяди Сансы, Бринден и Эдмур, прибыли на Кингз-роуд две недели спустя после тяжелой поездки по шее. Они ехали легко, в сопровождении десяти рыцарей и еще девяноста легкой кавалерии.

После формального приветствия Бринден "Блэкфиш" Талли отправился к своей самой любимой племяннице. Эдмур остался с Роббом в своем кабинете. Сансе всегда казалось странным видеть ее брата, сидящего на отцовском стуле.

Встреча также стала подведением итогов.

"У Королевы Драконов в речных землях десять тысяч человек", - мрачно сказал им Эдмур. "Смесь иностранных евнухов и наемников. Мы участвовали несколько раз, но эти Безупречные - крепкие маленькие педерасты".

"Они продвинулись к северу от Красной Вилки?" - спросил Робб.

"Нет, это не так, - признал Эдмур. "Но все наши знаменосцы к югу от реки потеряли свои владения, а боевой дух низок. К моему стыду, лорд Джонас Бракен бросил нас и преклонил колено, и даже сейчас помогает врагу осаждать лорда Блэквуда. их, но каждый раз терпел поражение ".

"Королева развернула своих драконов?" - спросил Робб.

"Она бы не стала", - сказала Санса, качнув головой.

Пока они говорили, она молчала. Небольшая часть ее боялась, что Робб прогонит ее, как ребенка, как это делала раньше мать. Но ее брат казался другим мужчиной со времен Близнецов.Он внимательно посмотрел на нее.

"Вы нечасто разговаривали с ней", - сказал он. "Я не хотел давить".

Она не могла не улыбнуться. "Мое время в Королевской Гавани было кошмаром, брат. Но мое время в Порт-Рояле? Рейнис старалась выделять один час каждый день, пока она была там, чтобы плавать в гавани с деревенскими детьми. Ее самый добрый дракон, Эллиот, будет пусть они играют с ним и используют его голову, чтобы прыгать из воды. Она говорила со мной ласково, но не как королева. Скорее, она относилась ко мне с уважением к тому, через что я прошла. Но Робб ... Рейнис кое-что знала. . "

"Опять ее магия?"

Санса покачала головой. "Однажды она объяснила, почему небо голубое. Разве вы не помните, как спросили Лювина, и вам сказали, что оно голубое, потому что это цвет, который выбрали боги? Но когда один из деревенских детей спросил, королева Рейнис использовала кристалл чтобы нарисовать радугу прямо перед нами, и объяснил, что солнечный свет имеет много цветов. Цвета, которые видят наши глаза, зависят от того ... какой свет поглощает поверхность, на которую мы смотрим. А небо голубое, потому что воздух, которым мы дышим, поглощает больше синего, чем другие цвета. Она проинструктировала инженера, как сделать более мощный требушет. Она создала этот ... порошок, который горит, как лесной пожар. Но в железных снарядах он взрывается почти как огонь дракона. Она назвала их бомбами , и это были бомбы, которые пробили стены Королевской Гавани ".

Эдмур в тревоге сел на стуле.

"Похоже, вы восхищаетесь ею", - сказал Робб.

"Ты мой брат, Робб", - сказала Санса. "Я бы последовал за тобой в Долгую ночь, если бы ты меня тоже попросил. Но да, я восхищаюсь ею. И я боюсь, что, если бы у нее была причина выступить против нас, у нас не было бы возможности победить".

"Мы поработали достаточно хорошо", - сухо сказал Эдмур.

"Дядя, она взяла Королевскую Гавань за один час и потеряла только десять процентов своих сил. Когда она захватила моего ... лорда Тириона Ланнистера, ее драконы убили тысячу человек за секунды. Она уничтожила все войско Тирелла и Ланнистеров, сопровождавшее Тириона. , Марджери и леди Оленна наедине через минуту. Если вы держались, это потому, что она сначала укрепляет свои позиции на юге ".

*****

*****

Санса была в богороще, когда сын кузнеца прыгнул через деревья и звал ее. "Леди Санса! Леди Санса! Король зовет тебя!"

Санса похлопала по белую кору чулана своего отца, встала и последовала за возбужденным юношей. Достигнув большого зала, она чуть не споткнулась от увиденного.

Джон Сноу стоял и разговаривал с Роббом. А рядом на скамейке, а прямо над ним стоял Ходор, сидел Бран Старк.

"Отруби!" Она побежала к нему, только чтобы замедлиться, когда увидела, каким далеким казался его взгляд.

"Привет, Санса. Рада тебя видеть".

Мальчик, который любил карабкаться по стенам замка и преследовать Арью всякий раз, когда она превосходила его в стрельбе из лука, теперь казался холодным и бесстрастным. Позади него нежный великан, который был его товарищем, сказал: "Ходор". Он звучал грустно.

"Где ты был?" спросила она.

"Тренировка", - сказал Бран.

"Он был к северу от Стены", - сказал Джон. "Он появился с Ходором сразу после нападения одичалых на Черный Замок".

"Какая атака?"

История появилась за ужином, и оба мужчины Талли присутствовали как самые могущественные из оставшихся союзников Робба. Были там и другие его сеньоры - Маллистеры из Белой Гавани, Амберы и Таллхарты, маленькая мормонская девочка и различные Кремни. Они с беспокойством слушали, как Джон Сноу и Бран Старк описывают битву Кулака Первых Людей, где армия нежити убила более двухсот Братьев Дозора. Они слушали, как Сноу описывал битву при Черном замке и как опасно близки к гибели. При мысли о сотне тысяч кровавых одичалых, наводняющих юг, когда-либо господин там содрогался от страха.

"Одичалые бегут из Долгой ночи", - сказал Бран. Его голос разнесся по холлу со скамейки, на которой он сидел. "За каждым одичалым, умирающим от рук Белых Ходоков, в их армию поднимается еще один солдат. Вы не должны радоваться победе, вы должны бояться их потери".

Многие лорды смущенно переводили взгляд с Брана на Робба. Санса сидел рядом со своим братом и чувствовал его собственное замешательство по поводу изменений, которые они видели в своей семье.

"Вы видели этих Белых Ходоков?" - спросил Робб.

Впервые с тех пор, как он прибыл, самообладание Брана сломалось. "Я видел Короля Ночи".

"Расскажи нам", - сказала Санса.

"Я отправился на север, чтобы учиться у последнего Зеленого Провидца, Трехглазого Ворона", - сказал Бран. "Меня сопровождали Ходор, Мира и Джоджен из Дома Ридов. Трехглазый Ворон показал мне, как видеть сквозь Вейрвуд, как когда-то давным-давно Дети Леса. Я видел, как Король Ночи вышел из тени на крайнем севере, где никто не может жить, и собирал мертвых по пятам. Снежные медведи, ледяные пауки и мертвые неисчислимые следуют за ним. Его сопровождает тысяча Белых Ходоков, которые владеют мечами из льда сильнее стали. Я видел это через деревья. И он увидел меня обратно. Он пришел за нами. Джоджен уже упал. Мира сдерживала их с последними Детями Леса, чтобы Ходор мог унести меня в безопасное место ".

Его голос дрожал, как будто он снова был молодым человеком. Он сморгнул слезу и посмотрел на Робба. "Король Ночи ненавидит все живое. Не будет ни сдачи, ни надежды. Он намерен покрыть мир льдом и смертью".

"Стена держалась 8000 лет", - заявил Грейтджон Амбер. "Мы пришлем людей, чтобы восстановить его снова, и задержать их!"

"Не все люди на Севере могут сдержать армию мертвецов", - сказал Бран. Он перевел взгляд с Умбер на высокий стол. Однако он не обращал внимания на Робба. "Из всех людей в этой комнате, кроме меня, только у одного есть надежда. Что может быть лучше для борьбы со льдом, чем с огнем?"

Санса долго не могла дышать. "Рейнис Таргариен", - прошептала Санса. "С ней был Хранитель Теней. Они звали ее Азор Ахай, принцесса, которой было обещано. Она должна была защищать мир от Долгой Ночи".

Некоторые из лордов поднялись на ноги. Амберы и Таллхарты выглядели убийственно. "Ты бы заставил нашего короля преклонить колени перед югом после того, что они сделали?"

"Если она настроит своих драконов против нас, нам ничего не останется, кроме как умереть", - сказала Санса. "Лорд Амбер, вы не можете представить себе силу ее драконов. Она заняла Королевскую Гавань менее чем за час! Она уничтожила весь Железный флот!"

"И она спасла нас", - сказал Робб. Он прямо встретился взглядом с Амбер. "Разве вы не помните, лорд Амбер, откуда пришло предупреждение, спасшее нас от предательства Фрея? Она была нашим врагом, но все же дала нам информацию, необходимую для нашего выживания. Дядя, что вы скажете?"

Робб не смотрел на Эдмура. Вместо этого он посмотрел на старшего Талли, сира Бриндена, Черную рыбу. Дядя его матери был уважаемым воином на Севере и ветераном сражений, которое большинство людей не в силах было сосчитать.

Он встал и оглядел комнату. "Я взял сира Кевана Ланнистера под стражу, и его люди помогли мне. Благодаря его шпионам я узнал отрезвляющие истины. Королева Рейнис не просто контролирует Предел посредством завоеваний, она поддерживает многих из там великие дома. Дом Хайтауэр преклонил колено и дал клятву десять тысяч человек. Принц Оберин Мартелл из Дорна завоевал все Вестерленды и теперь имеет людей, которых нужно отправить на северный фронт. Новая королева Железных островов Яра Грейджой официально заявила о себе. согнув колено. Рейнис может легко поднять еще пятьдесят тысяч человек помимо двадцати, которыми она уже командует. Это даже не включает ее драконов, ее волшебные бомбы или ее самого ".

Бринден ничего не сказал вслух, чего не говорил им наедине. Она знала, что его объявление было сделано для других северных лордов.

Не было готово и Blackfish. "Девушка умна. Тот факт, что она изгнала Станниса Баратеона с его острова за один день, говорит вам об этом. Люди на юге поклоняются ей. Она может лечить больных руками. Она плакала и обнимала обиженных людей. когда предательство Серсеи Ланнистер разрушило септу Балора. Ее иностранные солдаты называют ее своим лордом. Не как сеньор, а как их бог ".

Он многозначительно оглядел комнату, прежде чем снова взглянуть на Робба. "Племянник, ты мой король, и я буду сражаться с тобой до конца. Но Север не победит ее. Особенно с одичалыми и армией мертвецов, марширующих на нас".

Он вернулся на свое место под рев других лордов, высказывающих свое мнение. Лорд Вайман Мандерли из Белой Гавани встал. "Какие наказания она наложит, если вы согнете колено, ваша светлость? Как Север может пострадать из-за нее?"

Санса коснулась руки Робба. Он кивнул ей. "Лорд Мандерли, на следующий день после того, как она взяла Королевскую Гавань у Ланнистера, королева Рейнис назначила лорда Тириона Ланнисера своим хозяином монеты. Она могла бы взять меня в заложники, но вместо этого, как только она захватила юг, она отправила меня домой бесплатно. лорды, Рейнис Таргариен не заинтересована в мести. Она считает, что была назначена богами править Вестеросом, и намеревается сделать это. Если мой брат преклонит колени, не будет ни наказания, ни возмещения ущерба ".

"Я не буду предпринимать никаких действий, которые вредят моему народу", - сказал Робб. "Об этом вам известно Винтерфелл". Он встал и оглядел комнату. "Мы выиграли все сражения, в которых участвовали, ты и я. Ваша храбрость и сила оружия принесли честь Северу, чего мы не видели задолго до завоевания. Но мои братья - мои друзья - я чувствую, что мы должны поговорить с ней чтобы увидеть, как наши народы могут двигаться вперед. Приближается зима, Долгая ночь или нет. И нам понадобится эта южная еда, если мы хотим выжить. Я хочу призвать к переговорам с Южной Королевой. Что вы скажете, милорды? "

Никто там не выглядел счастливым, но и никто не кричал. Санса посмотрела на дядю Бриндена, и мужчина подмигнул ей. Робб был тем, кто решил, что он должен согнуть колени, но это была ее идея, чтобы идея исходила от Blackfish. Робб был королем, но он был молод, и не все Северные Дома простили ему Карстарков. Но Бринден Талли?

Мало кто хотел спорить с Blackfish. Глава двадцать девятая: Переговоры при Риверране. На следующее утро после битвы при Замке Блэк Джон Сноу выскользнул из своей постели и чопорно пошел по покрытому льдом замку к тому месту, где были сложены тела в ожидании сожжения. Он обнаружил кверху копну замороженных рыжих волос.

Они положили ее лицом вниз в кучу вместе с другими убитыми одичалыми. Ночью накануне ледяной дождь заключил ее в ловушку. В каком-то смысле он был рад. В последний раз Игритт видел, как она смотрела на него сверху вниз, но не могла освободиться. В этот краткий миг он увидел, что она любит его, и его сердце забилось от безумной радости.

А затем лезвие одного из опытных солдат-ветеранов Станниса Баратеона рассекло ей грудь под идеальным углом, чтобы гарантировать быстрое и точное убийство. Ее рот открылся, и кровь пролилась, но она все еще смотрела на него, пока жизнь не покинула ее глаза. Он продолжал видеть, как эта жизнь угасает в его сознании даже несколько дней спустя.

Ржание лошади Брана отвлекло его от мыслей. Он посмотрел на своего сводного брата, который, казалось, очнулся от своего полусонного состояния, чтобы осмотреть болота Перешейка, простирающиеся по обе стороны.

Позади них недавно отреставрированный и занятый Ров Кейлин стоял как одинокий часовой, охранявший шею от любых вторжений с юга. Надеюсь, если все пойдет хорошо, им это больше не понадобится.

"Я видел ее, ты знаешь", - сказал Бран отсутствующим тоном, словно его разум находился по ту сторону Семи Королевств. "Рейнис Таргариен".

"Ой?"

Молодой человек улыбнулся. "Она некрасива. Не такая, как Санса. Но она весьма необычна. Даже красива. И сильна. Я же говорил тебе, что Король Ночи видел меня в моем видении? Она тоже".

Впереди них ехали Робб с Сансой. Молодой король имел обыкновение выбирать одного из своих сюзеренов, чтобы ехать с ними каждый день, и сегодня это был лорд Мандерли. Пухлый рыжеволосый мужчина оказался дружелюбной компанией и несколько раз заставлял Сансу смеяться.

"Как можно быть красивым, но не красивым?" - спросил Джон. "Разве они не такие?"

"Полагаю, это зависит от того, кого вы спросите", - сказал Бран. "Я видел ее после обстрела Королевской Гавани. Как она работала в течение бесконечных дней, используя свою магию, чтобы исцелить маленький народ. Она обняла жену уборщицы помойки, когда умер ее муж. Вы можете представить себе, что мать делает такое? Я также видел, как она вела своего Безупречного через корабли Железного Флота. Более трехсот Железнорожденных пало в ее руки, Джон. Она некрасива, не такая, как Санса, но она красива . Необычайно ".

Джон фыркнул. "Похоже, ты влюблен, младший брат".

Бран действительно покраснел.

Ответ внезапно вызвал у Джона подозрение. "Тааааааааааааааааааааля, когда вы дотронетесь до Вейрвуда, вы сможете увидеть прошлое или настоящее?"

"Да."

"Вы видели ее обнаженной, не так ли?"

Бран покачал головой, хотя его щеки вспыхнули. "Нет! Не то чтобы... она плавала. С ней была и Санса. Она плавала с деревенскими детьми и своими драконами в Степных камнях".

Санса, должно быть, слышала ее имя, потому что она позволила своей лошади замедлиться, пока не сравнялась с ними. "В ее плавательной рубашке очень мало скрывается", - лукаво заметила Санса. "Вы заглянули в ее спальню?"

Впервые с момента своего возвращения Джон увидел отголосок их прежнего младшего брата, когда Бран зашипел. "Нет! Я бы не стал! И ... и даже если бы я захотел, ее Хранитель Теней защитил его".

"Значит, ты пробовал", - дразнила его Санса.

"Может быть, однажды", - сказал Бран. "Просто пытаюсь причинить боль. Мой хозяин поправил меня, и это правильно".

Позади них мощь Севера двигалась колоннами, каждая под знаменем своего Дома. Пять тысяч человек, из которых тысяча были конными. Три тысячи человек с оружием и еще тысяча лучников. Поезд с припасами и последователи лагеря добавили еще тысячу, включая скот и телеги с припасами для марша.

Это была демонстрация силы, которая меркла по сравнению с силами, которые королева могла использовать. В "Близнецах" ждали еще две тысячи человек, а также флотилия речных барж, которые должны были доставить их по Зеленой вилке к трактиру "Перекресток" и согласованному месту переговоров.

Поскольку они предпочитали переговоры, а не битву, Робб задал твердый, но не изнурительный темп. Десять часов пути с перерывом в середине дня, затем лагерь, а затем они возобновятся. Дни быстро слились друг с другом, пока они продолжали свой путь на юг по Королевской дороге.

Или теперь это была Королевская дорога ?

Во время лагеря той ночью Джон увидел, как Робб печально смотрит на север, и не мог не рассмеяться. "Пойдем, брат, конечно, ты сможешь какое-то время побыть без своей леди-жены".

Робб ухмыльнулся - с повязкой на глазу он выглядел почти как волк. Рядом с ним на окорочках развалился Серый Ветер. Призрак все еще грыз его. "Да, но зачем мне это хотеть? Я дорого заплатил за то, чтобы жениться по любви, брат. Если бы я поступил по-своему, я бы никогда с ней не расстался".

Хотя Робб стремился провести время со своими лордами во время марша, в ту ночь в его палатке находились только два его брата. То есть до тех пор, пока не вмешалась Санса. "Ваша светлость, вы снова тоскуете?"

Робб ответил, бросив ей бисквит, еще теплый от костра. Она улыбнулась, поймав это, уселась между Роббом и Браном и уставилась в жаровню, которая согревала их палатку. Джон не мог не улыбнуться, увидев их такими. "Я удивлен, что Арья не сбежала с нами", - наконец сказал Джон.

"Она пыталась", - сказала Санса. "Она не совсем тот воин, которым хотела бы быть. Во всяком случае, пока".

"Она с последователями лагеря", - сказал Бран с кривой улыбкой. "Старый повар Берти Трехзубый взял ее к себе, не понимая, кто она такая".

Джон покачал головой. "Должны ли мы привести ее?"

"Нет", - сказал Робб. "Во всяком случае, пока нет. Может быть, завтра".

"Итак, что еще ты видел, Бран?" - спросила Санса. "Я уверен, что есть много других женщин, у которых нет магии, защищающей их".

Щеки юноши расплылись. "Нет. Хотя ... Я видел отца. В молодости. И дядю Бенджена, и тетю Лианну. И ... твою мать, Джон. Я видел, где ты родился".

Потребовалось время, чтобы это проникло в сознание Джона. "Вы видели мою мать. Отец был там?"

"Да. Это было в Башне Радости. Твою мать охранял сам сир Артур Дейн, Меч Утреннего".

Робб засмеялся. "Вот это, Джон! Твоя мама была важна!"

Санса хоть и нахмурился. "Бран, сир Артур Дэйн был королевским стражем. Почему он охранял мать Джона? Она не была... она была Таргариеном?"

Бран покачал головой, затем пристально посмотрел на Джона. "Он солгал, чтобы защитить тебя, Джон. Чтобы объявить тебя своим сыном. Король Роберт приказал бы убить тебя, или Ланнистеры сделали бы это. Как они могли терпеть истинного сына принца Рейгара Таргариена и Лианны Старк, когда они были так уверены, что их брак был изнасилованием? Итак, тетя Лианна заставила отца пообещать защищать вас, и он сделал это, скрыв ваше настоящее имя ".

"Боллокс", - сказал Джон. "Рейгар был женат!"

"Его брак с Элией Мартелл был аннулирован, - сказал Бран. "Хотя в этом не было необходимости. Таргариены, как известно, брали нескольких супругов. Они поженились до верховного септона, и девять месяцев спустя вы родились в Башне радости, в то время как отец и его рыцари сражались с тремя королевскими гвардейцами, чтобы спасти вашу мать. Она умерла. вскоре после."

"Таргариен", - прошептал Робб, не зная, как ответить.

Джон покачал головой, его сердце заревело в ушах. "Снег", - настаивал он. "Что еще более важно, брат Ночного Дозора. Даже если это правда, я не буду единственным Таргариеном в Дозоре. Мейстер Эйемон также является Таргариеном. Ничего не изменилось. Я принес присягу, независимо от того, кем были мои родители. "

"Вот почему я сказал тебе", - сказал Бран. "Теперь, когда это не причинит тебе вреда. Но ты заслужил знать, кем были твои настоящие родители".

Санса откусила печенье. "Это делает тебя братом Рэйниса".

"Подумайте обо всех запоздалых подарках на именины, которые она вам должна", - добавил Робб.

"Что я должен ей, - добавил Джон. "И я не знаю, заметил ли ты, брат, но у меня мало денег".

"Должны ли мы сказать матери?" - спросил Робб.

"НЕТ" - кричали Джон, Санса и Бран.

Их король моргнул, затем добродушно рассмеялся. "Да, наверное, не лучшая идея".

Они провели остаток ночи, просто разговаривая или наслаждаясь обществом друг друга, зная, что их хитрая младшая сестра, вероятно, мыла кастрюли.

*****

*****

Долина, где три развилки сошлись в Трезубце, раскинулась перед ними в зеленом великолепии. Баржи быстро понесли их по течению, сократив время в пути на неделю или больше.

"Здесь умер мой настоящий отец ", - понял Джон. Именно здесь, в Битве за Трезубец, Роберт Баратеон убил принца Рейгара Таргариена и подготовил почву для конца династии Таргариенов. Они остановили баржи там, где большой каменный мост перекинут через реку Трезубец.

На дальней стороне, заполняя всю речную равнину, находилась армия Рейнис Таргариен. Он посмотрел и увидел, что Робб с мрачным выражением лица считает палатки. "По крайней мере, двадцать тысяч", - сказал он.

"Мы здесь не для того, чтобы драться, брат, - сказал Джон.

"Я думаю, это хорошая вещь".

Талли собрались с теми из своих знаменосцев к северу от Красной Вилки, которые еще не согнули колени и не потеряли своих владений. Это был гораздо меньший счет, чем силы Железного Трона, насчитывавшие не более пяти тысяч человек. С силами, которые привел Робб, их может хватить на десять.

Лидеры Севера собрались в трактире "Перекресток", чтобы подготовиться к переговорам на следующий день. При виде силы, выстроенной против них, атмосфера была мрачной. Джон остался, чтобы какое-то время прислушиваться к советникам Робба, когда они составляли планы нападения или отступления на случай непредвиденных обстоятельств. Однако как брат Ночного Дозора Джон не участвовал в этих обсуждениях.

Санса, похоже, тоже не была заинтересована в возможных планах сражения, и перешла на сторону Джона. "Ты не думаешь, что мы будем драться?" он спросил.

Санса покачала головой. "Рейнис ругается только тогда, когда ей приходится. Вы читали отчет о Хайтауэрс Олдтауна?"

"Ах, да. Она приехала утром, открыла город и в тот же вечер пировала с лордом Хайтауэром", - сказал Джон. "Я уверен, что ее огромный черный дракон не имеет к этому никакого отношения".

Санса фыркнула. "Думаешь, пора за Арью?"

"Вероятно, - сказал Джон со смехом.

*****

*****

Король Севера и его свита из двадцати человек, включая Джона Сноу и Сансу Старк, собрались на северном конце большого моста. Прямо за рекой за ночь был поднят огромный павильон.Они могли видеть таблицы внутри. Дракон Таргариен, красный на черном, поднялся знаменем на южной стороне шатра. Знамя Старка Лютоволка поднялось на севере.

Хотя он находился на стороне реки Таргариен, силы королевы на самом деле находились дальше от палатки, чем северные силы, и на открытой равнине, которая делала бы любую попытку военных действий очевидной.

Они видели уменьшенные на расстоянии фигуры, терпеливо стоящие перед палаткой. Королевы драконов не было видно.

"Это силовая игра", - сказал Бринден Талли со стороны короля. "Тот, кто прибудет первым, находится в более слабом положении. Как бы то ни было, она прибудет на своего дракона, чтобы запугать его с позиции силы".

"Что ты посоветуешь?"

"Я полагаю, переговоры не могут начаться, если кто-то из вас не пойдет первым", - прямо сказал Бринден. "Мы призвали к этому, поэтому мы идем, ваша светлость".

"Быть по сему." Приняв решение, Робб осторожно толкнул своего коня вперед и завел поезд.

Погода была ясной, но обещала грозу из-за хрупкости воздуха. Когда они подъехали ближе, Джон увидел некоторые сюртуки тех, кто ждал их.

- Осмелюсь сказать, сам Дорн-принц Доран, - сказал Королю Черная Рыба. "И этот человек - сир Бейлор Хайтауэр, наследник лорда Хайтауэра и рыцарь, которого я еще не победил на турнирах. По правде говоря, хороший человек".

"Это Тирион Ланнистер?" - спросил Робб.

Джон посмотрел на Сансу, которая каменно смотрела вперед.

"Да", - сказал Блэкфиш. "Она заставила его работать почти сразу после того, как схватила его".

Никто не упомянул тот факт, что формально он был мужем Сансы, даже если брак так и не состоялся. Присутствовали и другие дворяне со всех концов Королевских земель, Штормовых земель и Предела. Равно числом знамен, сопровождающих Робба.

Прямо через мост пронзительный вой вызвал изначальную дрожь по спине Джона. Тень прошла по ним, устремив все взоры ввысь.

"Клянусь богами", - прошептал Джон.

У дракона Темерара размах крыльев был больше, чем у большинства кораблей. Его тело было худощавым и длинным, но безмерно сильным. На голове была челюсть, которая могла сломать человека одним укусом, и когда дракон наклонился, они могли видеть, как он смотрит на них. На его плечах восседала сама королева, черные волосы развевались на ветру.

Она наклонила массивное существо перед тем, как повела его к открытой траве рядом с павильоном. Крылья вспыхнули, ветер раздвинул траву, когда дракон остановился с еще одним ревущим визгом. Существо опустило голову с поразительной нежностью и оставалось в таком положении, пока королева спешилась, а затем нежно потерла линию подбородка дракона.

"Это гребаный большой дракон", - сказал Грейтджон Амбер.

Глядя на то, где лютоволки Джона и Робба стояли с вздернутыми волосами, Джону пришлось согласиться.

Рядом с Роббом крякнула Черная Рыба. "Я дам ей это - она ??приедет одновременно. В знак уважения".

Действительно, королева достигла шатра почти одновременно с Роббом. Джон изучал ее, любопытствуя о королеве драконов, которая приехала со всего известного мира, чтобы занять Железный трон почти без конкуренции. По этому случаю она была одета в черные шелковые, странно свободные брюки, которые свисали как юбка, пока она не пошла, с эффектным золотым плащом поверх шелковой туники. Вместо короны она носила замысловато сделанный золотой головной убор с большим рубином на лбу. Золото пронизывало ее волосы, уберегая их от лица.

Как сказал Бран, она не обладала традиционной красотой, как это определил Вестерос. И все же Джон внезапно понял очарование Брана. На каждом шагу женщина излучала уверенность, силу и интеллект. Она была выше, чем большинство мужчин вокруг нее, и хотя у нее была стройность молодой женщины, ее руки не были настолько тонкими, чтобы не иметь мускулов. Внезапно Джон понял - Рейнис Таргариен не была хорошенькой. Но она была красива - и золотая вспышка звезд на фоне черных глаз делала эту красоту экзотической и опасной.

Два монарха стояли, изучая друг друга, пока королева не улыбнулась. Выражение ее лица полностью изменилось. "Знаешь, когда я предупреждал тебя о предательстве Фрея, я ожидал, что ты ускользнешь обратно на север. Вместо этого ты отшлепал Ланнистеров так сильно, что они почувствовали это всю дорогу в Королевской Гавани. Это была впечатляющая победа, и она помогла подготовить почву для моих собственных. Молодец, ваша светлость ".

"И вам тоже, ваша светлость", - сказал Робб, оправившись от нетрадиционного приветствия. Он не мог не ответить тем же. Джон знал из долгой практики, что лучший способ заставить Робба Старка улыбнуться - это просто улыбнуться ему. Мужчина никогда не мог нахмуриться перед лицом искренней улыбки. "Учитывая наш собственный предательский опыт с Железнорожденными, я с большим удовлетворением узнал о вашей победе".

Королева кивнула. "Итак, мы поцеловали друг друга в задницы. Пойдемте за работу?"

Это королева Вестероса?

Робб выглядел таким же сбитым с толку, как и Джон. "Да, я полагаю, мы будем".

"Отлично. Давай позавтракаем. Я только что прилетел из Королевской Гавани и голоден!"

Джон действительно почувствовал некоторое ослабление его напряжения. Если была еда, то это добавляло благословения гостевых обрядов к переговорам. Королева подвела их к центральному столу. По обеим сторонам стояли другие столы, но она подошла к южной стороне стола и стала ждать Робба. Ее непосредственные советники (включая гнома Ланнистера и огромную женщину-рыцаря всех людей) стояли, ожидая, пока люди Робба займут свои места. Только тогда сели два монарха.

Как только они сели, остальные последовали их примеру. И снова королева нарушила условность. "Санса, рада снова тебя видеть".

"А вы, ваша светлость. Как Эллиот?"

"Он растет, как сорняк, и считается отравой для свиноводов по всей стране. Темерер и Сапфира предпочитают овец, но по какой-то причине Эллиот любит бекон. Итак, знакомство. Для меня большая честь представить моего дядю, принца Дорана Мартелла. Дорна. Справа от него сир Бейлор Хайтауэр из Олдтауна, а справа от него лорд-министр сер Давос Сиворт, мой военно-морской министр. Слева от меня - лорд-министр Тирион Ланнистер, мой министр финансов. Слева от него - леди-командор Бриенна Тарта, командующего Королевскими полицейскими силами Королевской Гавани. Остальные мои товарищи - те верные вассалы, которые присягнули на Железный Трон и надеются увидеть мир в этот день ".

Робб кивнул. "Приятно всем. Сегодня справа от меня мой дорогой дядя, сир Бринден Талли, справа от него Великий Джон Амбер из Последнего Очага Амберс. Слева от меня мой брат Джон Сноу, брат Ночного Дозора, моя сестра, которую вы знаете, и мой брат Бран Старк, только что вернувшийся с севера Стены ".

Волосы у Джона взметнулись вверх, когда королева посмотрела мимо него и пристально посмотрела на Брана. "Я встретил вашего брата, ваша светлость. Он выплатил долг, который вы, Старк, должны были за мое предупреждение вам о Фреях, предупредив меня о предательстве Серсеи. Если бы не он, те пожары убили бы меня. Хотя я признаю, что Север не стал бы оплакивайте мою смерть - здесь, теперь, предупреждение вашего брата принимается близко к сердцу. Тем более, что я не буду обращать внимания на то, как он использовал свою силу, чтобы попытаться проникнуть в мои спальные помещения ".

Санса скромно прикрыла рот, но она, несомненно, видела, как щеки Брана светились, когда все в комнате смотрели на молодого человека. Бран склонил голову. "Мой хозяин поправил меня, ваша светлость. Это больше не повторится".

Королева кивнула, но не улыбнулась. "Я понимаю, что обстоятельства были уникальными, Бран Старк. На самом деле, у тебя, возможно, не было выбора. Но как человек, обладающий способностью сокрушить человеческий разум, я лучше других знаю, насколько священна человеческая душа. рождение, все души священны. Вы понимаете? "

И снова Джон почувствовал странную тревогу из-за предупреждения в голосе женщины и ее заявления. Более того, Бран кивнул. "Да, ваша светлость. Мой старый хозяин сказал то же самое".

"Хорошо. Ты могущественен, Бран. Больше, чем любой другой, кого я встречал в своих путешествиях. Если мы добьемся успеха сегодня, я могу даже исцелить твою спину. Но я скажу твое слово перед твоим королем и твоей семьей. , и перед самими богами, что ты никогда больше не будешь сражаться с другим человеком ".

Какие? Джон повернулся и в шоке уставился на своего младшего брата ... кузена ... Даже Робб выглядел обеспокоенным.

Бран прямо встретил взгляд королевы. "Даю слово, моя светлость. Но как вы...?"

"Трехглазый Ворон обратился ко мне", - сказала Королева. "В сфере разума секунда может длиться вечность. В тот последний момент своей жизни он попросил меня присмотреть за тобой. Возможно, даже завершить твою тренировку. Сила, подобная твоей, наиболее опасна, когда тренируется только наполовину".

Королева снова посмотрела на Робба. "У вас могущественная семья, король Робб. За этим столом три варга, включая вас. Санса могла бы стать одним из них, если бы не предательство Ланнистера. Я не сомневаюсь, что ваша младшая сестра такая же".

Прибыли слуги с едой. Джон был рад видеть фрукты, которые редко можно увидеть на севере. Кровавые апельсины и сладкие груши, инжир и финики. Всякая политика прекратилась, когда раздался обильный завтрак. Вместо вина им разливали роскошные фруктовые соки. Даже Грейтджон, который пил на завтрак эль, был доволен сладостью своего напитка.

Когда еда была наконец съедена и унесена, обе стороны снова оказались лицом друг к другу над столом. Проявив инициативу при их первой встрече, Королева склонила голову к Роббу.

"Хорошая еда", - сказал он. "Мы благодарим вас. Мы просили провести эти переговоры, чтобы обсудить способ положить конец конфликту между Севером и Югом. Мы делаем это не потому, что боимся поражения, а по более неотложной причине. Родной брат, Джон Сноу из Ночного Дозора, будет сопровождать нас. Джон? "

"Ваша светлость", - кивнул Джон. "Приближается зима. А с ней наступает Долгая ночь. Белые ходоки вернулись - я видел их собственными глазами. Почти триста братьев Ночного Дозора были убиты ходячими трупами. Даже сейчас сто тысяч одичалых. находятся к северу от стены, планируя пойти на юг, потому что Белые ходоки охотятся на них ".

Те, кто окружал королеву, и те из ее сторонников, кто слышал, сели в открытой тревоге или скептицизме. Все, то есть, кроме самой королевы. Она терпеливо выслушала, прежде чем кивнуть. "Я верю тебе, Джон Сноу. Могу я поделиться кое-чем о себе, ваша светлость?"

"Конечно, ваша светлость".

"Мне сказали, что я был тайно вывезен из Королевской Гавани вместе с моим братом людьми, у которых было особое видение моей судьбы. Мой брат должен был скрываться и пройти подготовку для королевского сана, в то время как меня отправили в Сумрачные земли Ассая, чтобы учиться магия и искусство восстановления драконов для Таргариенов. Мой брат умер от лихорадки, а мой опекун умер от воздействия теней. Я был воспитан в магии, но без ясного понимания своего происхождения. Барристан привел меня в Карт, чтобы я узнал правду о моем рождении ".

Джон заметил, что знаменосцы королевы слушали так же увлеченно, как и знаменосцы Севера. Неужели эту историю никто раньше не слышал?

"Я должен был присоединиться к моей тете, принцессе Дейенерис, в Карте. Вместо этого мы нашли ее казненной, а драконов захваченными. Но я также нашел Хранителя Теней с мощным и ясным видением будущего. Она сказала мне, что я Азор Ахай - Обещанная принцесса. Она увидела мои мечи синего огня и заявила, что я был избранным из богов, чтобы стоять между Долгой Ночью и царствами людей. Что еще более важно, сир Барристан сказал, что мой отец верил в то, что обещанным принцем был один из его детей, он думал, что это мой брат, но, похоже, это был я.

"Я королева Вестероса, Робб Старк, потому что сами боги установили это. И я здесь, сейчас, потому что я не хочу сражаться с твоими армиями. Я хочу, чтобы ты возглавил мою. Ты мог бы стать достойным королем, но вы необыкновенный генерал ".

Она встала, отступив от стола. "У севера была причина восстать против Джоффри Безымянного. Семья Ланнистеров причинила вам тяжкий вред и совершила самое гнусное предательство. За свое предательство они навсегда потеряли свои исконные земли и статус великого дома. смерть отца свершила правосудие. Так же, как он помог увидеть, что те, кто поступал плохо с его отцом до него, были привлечены к ответственности ".

Она прямо встретила взгляд Робба. "Согни колени, Робб Старк, и ты будешь не просто командовать северными войсками, ты будешь давать советы трону напрямую. Потому что я также буду сражаться на севере рядом с тобой. Помилование не требуется, я все равно дам его. любой мужчина, поднявший меч против притворщиков.

"Когда придут лед и снег, я буду собирать урожай со всего королевства, чтобы никто из ваших людей не умер от голода. Если на вас нападут, я обещаю вам всеми силами всего Королевства помочь в вашей защите. И когда мы будем отбросив эту угрозу и вернув мир в королевства, я сделаю так, чтобы у Севера всегда был голос в королевстве. Я создам парламент лордов, который будет собираться раз в два года, чтобы обсуждать здоровье королевства и давать советы Железный трон нужд народа ".

Джон начал видеть, как эта женщина так быстро пришла к власти. Ее голос звенел в их ушах и рвался в их сердцах. Он обнаружил, что сидит прямее, и знал, что другие позади него сделали то же самое.

И его брат, благослови его боги, был захвачен таким же успехом, как и все остальные. Несмотря на то, что он восхищался королевой за ее ораторские способности, он чувствовал разочарование от того, как быстро Робб поддался этому. Вместо того чтобы отстаивать права на преференциальную торговлю или снижение налогов, он встал, обошел стол и преклонил колени. Позади него лицо сира Бриндена было похоже на маску, но Робб держал свое сердце на сюртуке, чтобы все могли его увидеть.

Джон понял, что у нас не было шанса . Глава 30: Восстановление. Робб Старк был очарователен.

Быстрый на гнев, еще быстрее на прощение, и с сердцем, истекающим кровью через рукав. Он был прирожденным лидером мужчин и тактическим гением.

Политически он был идиотом.

Бринден Талли, с другой стороны, не был. Это объясняло, почему мужчина сердито сидел в большом зале замка Дерри, где только что объединившиеся лидеры Вестероса собрались, чтобы отпраздновать мир. Мужчины танцевали и пели под аккомпанемент волынщиков и лютней, которые волшебным образом появлялись из ниоткуда, чтобы обеспечить развлечение.

О еде, конечно же, Тейлор знал. Его привозили на телегах с ферм через Речные земли.

Она танцевала со всеми -- с Роббом Старком, его сводным братом Джоном; она даже кружилась с Сансой и маленькой Арьей. Все танцы были грубо поставлены по вековым традициям, но роли танцоров не имели значения. Цель состояла в том, чтобы раствориться в радости момента.

За главным столом, надувшись, сидела Черная Рыба. Во время второго танца с Роббом она сказала: "Ваш дядя выглядит довольно расстроенным с нами".

Несмотря на все свои шрамы, молодой дворянин покраснел, как двенадцатилетний мальчик. "Да, он думает, что, возможно, мне следовало больше настаивать на нашем деле".

Тейлор усмехнулся. "Твоя леди-жена - счастливая женщина, Робб Старк. Ты живешь со страстью. Но Черной Рыбе не о чем беспокоиться. Тот факт, что война окончена, не означает, что переговоры должны быть прекращены. Ты будешь возражать, если я поговорю с ним о его опасениях?" ?"

Вместо того чтобы обидеться, Старк вздохнул с облегчением. -- Это может успокоить его, ваша светлость.

"Хорошо. Иди потанцуй со своими сестрами. Я посмотрю, смогу ли я сломить хмурый взгляд Черной Рыбы".

-- Как прикажете, ваша милость!

Буйный молодой человек, всего на несколько лет моложе Тейлора, пронесся по залу, чтобы вовлечь свою младшую сестру в танец. Тейлор подошла к главному столу. К своему удивлению, она заметила, что Санса и Тирион тоже присоединились к Черной Рыбе.

Все трое встали, когда она подошла, хотя она жестом указала им на свои места и устроилась поудобнее. Каким-то образом рядом с ней появилась чаша с разбавленным вином и маленькая миска с нарезанными кубиками красными апельсинами. Хорошо быть королевой, подумала она.

Она поставила миску перед остальными и уселась на свое место. "Робб неплохой танцор", -- заметила она Сансе.

-- Да, ваша светлость, -- сказала Санса. "В седле или в зале он всегда был одним из лучших".

Тейлор ухмыльнулся. Она ничего не могла с собой поделать. Санса думала то же самое, что и она, о сильных и слабых сторонах своего брата. Черная Рыба действительно хрюкнула.

"Итак, сир Бринден, теперь, когда гражданская война, наконец, закончилась, давайте приступим к делу. Скажите мне, сир, если бы мы вернулись в павильон и вы выдвигали бы условия для того, чтобы Север преклонил колено, какие условия вы бы потребовали?"

-- Хватит садиться на наше судно, -- без малейшего колебания сказал Черная Рыба. Он грубо добавил: "Ваша милость".

Тейлор посмотрел на Тириона. Карлик кивнул. -- Уже сделано, ваша светлость. Ворон прилетел к сиру Давосу, как только мы добрались до замка сира Давоса.

Талли выглядел удивленным. -- А дополнительные налоги, взимаемые с наших купцов?

При этом Тирион выглядел немного менее восторженным. "По правде говоря, сир, нам нужны доходы".

"Какая ставка?" -- спросил Тейлор.

-- Половина, -- признал Тирион.

Тейлор постарался не фыркнуть. Она знала, что это не его решение. "Все, что это делает, -- это побуждает торговцев заниматься контрабандой. Я не хочу, чтобы сборы с торговцев превышали десять процентов. В будущем они могут снизиться, но я хочу больше торговли, а не контрабанды". Она посмотрела на Черную рыбу. -- Это развеет ваши опасения, сир?

-- Да, ваша светлость. Однако я удивлен вашим быстрым согласием.

"Людям трудно разбогатеть только на одной земле", -- сказал Тейлор. "Но хорошая торговля и производство могут создать богатство. Чем больше богатства создает королевство, тем больше все пользуются его преимуществами. Налоги -- необходимое зло, но они также разрушают богатство. Поэтому мы должны найти баланс, который дает больше. хорошо, чем вред. Это процесс".

Тирион уставился на нее, разинув челюсть. Он закрыл рот только для того, чтобы снова зевать. Когда он, наконец, обрел голос, он сказал: -- Это... это и есть философия Железного Трона, ваша милость?

"Можно надеяться, -- сказал Тейлор. "Как я уже сказал, это процесс. Потому что так же, как мы должны найти способ использовать налоги против богатства, не причиняя вреда, мы также должны найти способ использовать потребности и безопасность людей против необузданной погони за богатством. рассматривайте Железный Трон как слугу народа Королевства. Но поймите, дамы и господа, я включаю в это заявление всех граждан королевства, независимо от их статуса при рождении".

Сир Бринден посмотрел на нее с тщательно обученным выражением лица. Через мгновение он сказал: "Ваша светлость, сир Киван Ланнистер находится под моей защитой в Риверране. Что с ним будет?"

Вопрос не должен был удивить Тейлора. Она знала, что последний истребитель Ланнистеров искал убежища у своих бывших врагов после того, как она захватила Королевскую Гавань. Она взглянула на Тириона. -- Расскажи мне о своем дяде, Тирионе.

Ее министр финансов утопил чашу неразбавленного вина. -- Человек Ланнистеров насквозь. И, как и все мы, он страдал. Он потерял всех трех своих сыновей -- одного в Королевской Гавани, сражавшегося за Серсею, ??и двух -- от рук знаменосца Робба Старка, убившего оруженосцев в их клетка."

-- И за это преступление Робб приказал обезглавить Рикарда Карстарка и лишился Карстарков как знаменосцев, -- быстро заметила Санса.

"Да. Кровь за кровь". Подлетел слуга, и его бронзовая чаша снова наполнилась. На мгновение. "Сир Кевин был... добр ко мне, ваша светлость. Он и его дорогая жена леди Дорна были самыми близкими мне родителями в детстве. Он был яростно предан моему отцу, но он был благороден, ваша светлость".

Тейлор посмотрел на Blackfish. -- Что вы думаете об этом человеке?

-- Добрый рыцарь и благородный человек, который сражался на стороне проигравших, ваша светлость. Прежде чем я поехал на север, он получил известие, что его жена погибла от собственной руки, когда она получила известие о смерти их последнего сына. настолько, насколько это мог бы сделать любой мужчина".

В голосе мужчины она услышала уважение и жалость.

"Я считаю, что показал, что не держу зла на семьи, а только на тех людей, которые действуют против меня". Она кивнула Тириону. "Если он захочет преклонить колено и принести верность трону, он и его люди получат такое же прощение, как и остальные, которые поддержали лорда Старка и претендентов на Ланнистеров. Если его гордость не позволит этого, я уверен, что лорд-командующий Баратеон приветствовал бы его на Стене".

-- А не будет ли это странной встречей? -- сказал Тирион. Его голос стал хриплым, а глаза блестели. "Доброта, ваша светлость. Спасибо."

Танцы продолжались. Робб крутил каждую присутствовавшую даму.

-- А как насчет одичалых у стены, ваша милость?

Она снова посмотрела на Черную рыбу. "Мне кажется, что если мы будем сражаться с ними, нам придется сражаться с ними дважды. Один раз как одичалые, а второй раз как твари. Мне также кажется, что у нас на Севере много пустых земель".

"Они рейдеры и насильники", -- отметил Талли. "Грабители не будут относиться к ним любезно".

"Как и северяне во время войны", -- сказал Тейлор. -- И силы Ланнистеров тоже. Жил-был один философ из земель за Ассаем, который однажды сказал, что человек в своих лучших проявлениях -- самое благородное из существ, но в отрыве от закона и морали -- самое худшее. убедитесь, что одичалые знают законы страны".

************

************

На следующее утро Тейлор вылез из постели. Куэйт уже ушла по своим делам на день. На короткое мгновение она посмотрела на Миссандею или Барристана, прежде чем сдержать краткую волну сожаления. Боль ушла, но сожаление и потеря остались.

Вместо своих людей она увидела одну из девушек Дэрри (и разве у нее не было странного кольца), которая служила ее горничной в течение дня. После года на планете Тейлор смирился с отсутствием утреннего душа. Купание с полным погружением отнимало много времени. Вместо этого большинство северян использовали для мытья небольшие бочки и морские губки. Она так и сделала, смыв дневной пот со своей кожи. Она только что закончила, когда горничная проснулась, в ужасе от того, что не справилась со своими обязанностями.

"Не волнуйся, дорогая, у тебя была поздняя ночь. Я дал тебе поспать".

-- Благодарю вас, ваша милость, -- нервно присела девушка. -- Вашей милости что-нибудь нужно?

"Возможно, немного чая", -- сказал Тейлор. Учитывая отсутствие чистой питьевой воды, она не пила ничего, кроме кипяченого или алкогольного.

Девушка убежала, пока Тейлор одевался. Она взяла с собой в полет легкий багаж, но у нее было запасное постельное белье. Так что она снова была в своих полуформальных брюках-кюлотах, но с шерстяной туникой с золотыми парчами и рубиновыми вставками, по форме напоминающими доспехи.

Когда она спустилась по лестнице, она была рада видеть, что лорд Айронвуд наконец присоединился к ним. Лорд-регент Долины оказался в затруднительном положении. Он был хорошим другом отца Робба, но тетя Робба Лиза была по существу ответственна за развязывание гражданской войны и убийство отца Робба. Предложение Тейлора о нейтралитете дало лорду Айронвуду дверь, в которой он нуждался, чтобы избежать нарушения каких-либо других клятв, и в то же время нарушил тройственность Робба: Риверран, Долина и Север. Она подозревала, что нейтралитет Долины сыграл такую ??же роль в капитуляции Севера, как и угроза одичалых и Долгая ночь.

-- Ваша светлость, -- сказал лорд Айронвуд. Не колеблясь, он опустился на колени с опущенной головой.

"Вставай, лорд Айронвуд", -- сказал Тейлор, знакомый с ритуалом после наблюдения за сотнями других. -- И добро пожаловать в покой королевы. С вами лорд Аррен?

-- Да, ваша милость. Он... поправляется.

А разве это не история? Младший сын лорда Джона Аррена, Стража Долины, был избалован и отравлен собственной матерью почти до потери сознания. Лиза Аррен была очень беспокойной женщиной.

"Я рад, что вы смогли присоединиться к нам", -- сказал Тейлор. "Я запросил закрытый завтрак только с горсткой лордов. Буду рад, если вы присоединитесь к нам".

"Это будет честью для меня".

Столы в зале замка Дарри были переставлены по ее настоянию. Они были сложены вместе, образуя полусферу, обращенную к двум большим деревянным доскам. В одном из них была воссоздана древняя и хорошо известная гобеленовая карта севера, от Белой Гавани до Стены. Оригиналу было несколько веков, его зафрахтовали Таргариены и их создатели карт на драконах.

Этому было меньше месяца, и оно было заказано самой Тейлор.

Второй представлял собой деревянную раму, на которой лежал большой, тяжелый, но относительно тонкий лист темно-серого сланца, сглаженный щебнем, песком и большим количеством локтевой смазки.

Лорд Айронвуд стоял, изучая карту, когда она вошла, и после своей клятвы продолжал это делать. -- Если позволите, ваша милость, мне сказали, что вчера на переговорах присутствовал принц Доран. Он все еще здесь?

"К сожалению, он нужен мне, чтобы управлять Королевством, пока я в поле", -- сказал Тейлор. -- Мой дядя -- способный и уравновешенный человек. Его брат -- гад. Между ними я не сомневаюсь, что они смогут сохранить мир. И...

Тейлор остановилась на полуслове, когда увидела Сансу, идущую рядом с Тирионом, трахающим Ланнистера. Тирион выглядел несколько смущенным, а когда увидел, что его королева смотрит на него, откровенно встревожился. Санса, тем не менее, выглядела довольной. У нее хватило грации покраснеть, когда она увидела, что Тейлор пристально смотрит на нее.

-- Ваша милость, -- произнесла Санса в придворном реверансе.

"Леди..." Тейлор покачала головой. "Санса, у меня сложилось отчетливое впечатление, что ты собиралась добиваться аннулирования. Я точно знаю, что Тирион согласился предоставить его. Мне даже не пришлось угрожать отрезать ему яйца, чтобы он предложил это".

Тирион открыл рот, чтобы заговорить в свою защиту, но издал странный писк. Санса скромно изучала свои ноги. "Поговорив с ним прошлой ночью, моя королева, мой муж и я пришли к соглашению. Если ваша милость позволит, я вернусь с ним в Королевскую Гавань как леди Ланнистер".

Тирион наконец обрел голос. "Ваша светлость, я в таком же замешательстве, как и вы".

Потрясающая молодая женщина, едва старше Тейлора, когда она сработала, встретилась взглядом с королевой. "Я узнала, что сила характера и остроумие так же прекрасны, как и любая внешность, и сохраняются гораздо дольше. Мой муж был так же добр ко мне сейчас, как и тогда, и я, к своему удивлению, обнаруживаю, что мне нравится разговаривать с ним".

Среди прочего. Тейлор слышал о знаменитых приключениях лорда Тириона в публичном доме. Откровенно говоря, было чудом, что этот человек не был ходячей оспой. Она встретила лицо гнома. Однако он был погружен в смущенное изучение Сансы, как будто не мог до конца понять, что она сказала.

"Вы должны сообщить своему брату. Лорд Тирион возвращается в Королевскую Гавань после еды. Если вы собираетесь пойти с ним..."

-- Да, ваша светлость. Я привез все, что мне может понадобиться. И я поговорил с Роббом до того, как мы приехали.

Взгляд Тейлора снова переместился на Тириона. -- Лорд Тирион. Вы тоже довольны этим браком?

Он открыл рот, затем наклонил голову. -- По правде говоря, ваша светлость, я не чувствую себя достойным этого. Но я не могу быть недоволен этой свадьбой. Она красивая молодая женщина, но я нахожу, что девушка, которую я защищал от своего племянника, выросла в умная и яркая женщина. Какой мужчина может желать большего?"

"Вы же понимаете, что вам нужно сократить количество вина и больше никаких борделей".

"Все мужчины должны жертвовать собой ради своих семей", -- благочестиво сказал Тирион, сложив руки перед собой, словно в созерцательной молитве.

Тейлор фыркнул. "Будьте на корабле для высадки короля, когда мы закончим. Я хочу, чтобы это предложение для банка было готово к тому времени, когда все это уладится".

Тирион поклонился, а затем взглянул на Сансу. -- Я отдам его вам на следующий день после вашего возвращения, ваша милость.

Они заняли свои места. Пришли и другие -- Робб Старк и его дядя. Джон Сноу, представитель Ночного Дозора. Джон вкатил Брана Старка на примитивном, но искусно сделанном инвалидном кресле.

Из присутствовавших генералов она увидела недавно назначенного лорда Данстонбери, Ласуэлла Пика, входящего рядом с Режалом мо Жаеком. Со смертью сира Барристана и Уилиса Тойна она передала командование своей лошадью Пику. Режал продолжала командовать "Безупречными", а Серый Червь стал старшим капитаном отделения, но она назначила Бейлора Хайтауэра одним из своих генералов, учитывая, что он привел с собой еще десять тысяч и мог легко призвать еще десять тысяч.

Грейтджон Амбер и его сын Смоллджон стали самыми могущественными знаменосцами Старков после падения Дредфорта и ликвидации Болтонов.

Хайтауэр представлял Предел; Айронвуд Долина. Черная Рыба была Речными Землями, даже если его племянник официально был их лордом. Принц Оберин все еще уничтожал последних мятежников Ланнистеров и теперь по ее приказу подавлял различные маленькие очаги беззакония, выросшие во время войны. Он, без сомнения, присоединится к ним со временем.

Последней прибыла Куэйт. Она провела раннее утро, выполняя свою собственную миссию, тихо разыскивая Чернокнижника или другие магические воздействия. Под маской она кивнула Тейлору, что они в безопасности. С этими словами Тейлор встал и подошел к карте. "Милорды, спасибо, что присоединились ко мне этим утром. Я знаю, что это была длинная ночь для многих из вас, хотя я обещаю, что не буду комментировать пение Великого Джона".

Великий Джон смеялся громче всех, кто смеялся над ним. Как и Робб Старк, Грейтджон был грозным бойцом. Он также сделал Робба похожим на Макиавелли. Человек был туп, как бык. Его сыну стало немного лучше, если ненадолго.

"Я хочу, чтобы мы наелись досыта, а затем приступили к работе по защите Соединенного Королевства Вестероса. Для этого давайте вместе разговляемся".

Она заняла свое место в середине полушария столов, с Роббом с одной стороны и сиром Бейлором Хайтауэром с другой. Еда была простой, но обильной: каша, подслащенная медом и кристаллическим сахаром с Летних островов. Северяне были в восторге от угощения -- никто из них раньше не ел обработанного сахара.

Конечно, это была еда на севере, поэтому там также были толстые куски оленины, пироги с угрями и другие продукты, которые Тейлор никогда бы не подумал есть в Броктон-Бей. И когда еда была убрана и разлито обильно разбавленное вино, она кивнула Тириону, когда он встал, и, взяв за руку свою молодую жену, вышла из комнаты, чтобы сесть на корабль и отправиться в Королевскую Гавань. Куэйт кивнула.

Когда они ушли, двери закрыли и внесли новые фонари и фонари, чтобы обеспечить дополнительный свет.

"Милорды и леди. Теперь, когда наши животы сыты, пора приступить к работе. Как вы все знаете, мы столкнулись с двумя угрозами. Непосредственная угроза -- это сто тысяч одичалых, разбивших лагерь прямо у Черного Замка". Она взяла большой грубый кусок мела и написала "Одичалые" на левой стороне грифельной доски.

Когда она оглянулась, мужчины уставились на нее, как будто она только что сотворила магию. "Сланец и мел, друзья мои. Инструмент, о котором я узнал за пределами Ассаи. Итак, вернемся к делу. Это непосредственная угроза. Долгосрочная угроза -- это Белые Ходоки".

Она написала это справа.

К ее одобрению, никто не высмеивал идею Белых Ходоков. Северян уже познакомили с этой идеей, а те, кого она привела с Юга, научились верить ей на слово.

"Давайте рассмотрим самую непосредственную угрозу. Во-первых, саму проблему. Если мы решим сражаться с одичалыми, то нам придется сделать это дважды -- сначала как люди, а затем как твари. Дети и немощные не стали бы драться с нами в первый раз, они наверняка будут сражаться во второй раз. Мы также знаем, что Одичалые не живут по нашим законам и имеют историю набегов, убийств и изнасилований".

Пока она говорила, она писала свои очки. Закончив, она повернулась лицом к собравшимся лордам. "Итак, мы обсуждаем первую угрозу. На время этой встречи я хочу сказать, что приветствуются любые мысли, какими бы странными или глупыми они ни звучали. угроза?"

"Убей их всех и сожги тела!" Грейтджон восторженно заревел.

Тейлор послушно написал на доске "Убей и сожги их". -- У нас есть другие мысли?

-- Да, -- сказал Джон Сноу. "Впусти их. Дай им землю в Даре. И заставь их помогать нам защищать стену".

Тейлор написал на доске: "Примите их как союзников". Повернувшись, она столкнулась с лордами королевства. "Теперь мы должны выяснить, какой из этих двух подходов дает наилучший результат для наибольшего числа людей".

"Что это означает?" -- спросил Грейтджон.

Он не шутил. Она также поняла, что он понятия не имеет, как читать, но не упомянула об этом. "Моя цель как вашей королевы, джентльмены, -- спасти как можно больше жизней. Наступает Долгая ночь. Ваш собственный зеленопровидец предсказал ее. Сводный брат вашего лорда видел ее. какой из этих двух вариантов дает нам наилучшие шансы пережить Долгую ночь?"

"Я бы не хотел вступать в бой с ненадежными ножами за спиной", -- заметил Смоллджон.

-- Я тоже, -- согласился Тайор. "Но я также не хочу видеть эти ножи, приближающиеся ко мне в руках голубоглазых тварей, которыми командуют ледяные демоны. Что еще более важно, жизнь драгоценна. Мои лорды, жизнь -- это дар богов. Все мужчины, женщины и дети имеют право на жизнь. Только дурными поступками можно отнять у них это право. Да, среди одичалых есть рейдеры. Но, как может подтвердить Джон Сноу, есть также женщины и дети, которые никогда не совершали никаких преступлений. Вы не просто владыки королевства, вы его защитники! Это защитники. Итак, еще раз, я спрашиваю вас - какой из этих вариантов означает наибольшее количество защищенных жизней?"

Амберы выглядели сбитыми с толку. Сир Бринден оценивающе посмотрел на нее.

Робб выглядел вдохновленным. "Мы даруем им земли в Даре", -- заявил бывший король. "Мы позволяем им прийти и требуем их обещания укомплектовать стены людьми".

-- Заставить тогда присоединиться к Ночному Дозору? -- спросил лорд Айронвуд. -- А они?

-- Нет, -- сказал Джон. "Они слишком наслаждаются своими удовольствиями и не верят в клятвы".

"Нет, но нам не нужны воины-монахи", -- сказал Тейлор. "Нам просто нужны бойцы. Что вы скажете об этой идее? Новое братство для поддержки Ночного Дозора. Мы назовем эту новую организацию Стражами. Стражами Стены. лет предстоит определить. После того, как они отслужат свою службу, они станут гражданами Вестероса, как и все остальные".

-- Но они насильники и рейдеры! -- взревел Грейтджон. Похоже, это был его эквивалент "внутреннего" голоса.

"Потому что они считают вас своим врагом", -- сказал Тейлор. "Но если их собственные люди находятся в опасности за стеной, ты не думаешь, что они будут сражаться, чтобы защитить ее так же яростно, как и ты? Вы -- чемпион и защитник своих земель, лорд Амбер. Дайте им землю, и дайте им что-то достойное защиты, и они тоже будут чемпионами и защитниками".

-- А если нет?

В улыбке Тейлора не было юмора. "Тогда я прикажу своим драконам сжечь их дотла, как и всех своих врагов". Глава тридцать первая: Ученичество. -- Ты превратился в человека?

Брану было трудно смотреть в глаза своему брату (двоюродному брату). "В Ходора, да".

Джон поджал губы. Глядя на человека с довольно суровым лицом, Бран понял, что это хмурый взгляд. "Бьюсь об заклад, не один раз".

"Да. И это... и за это я убил Миру Рид". Ее крики все еще эхом отдавались в ушах Брана, даже спустя несколько недель. "Я не буду делать это снова."

Робб мягко сказал: "Я знаю, что не сделаешь, Бран. Ты обещал, и я знаю, что ты сдержишь свое слово. Ты Старк".

-- Ходор, -- сказал нежный великан. Его сильные руки легко укачивали Брана, пока они поднимались по лестнице к временному солярию королевы в замке Дарри.

За ними шли их дядя и младшая сестра. "Почему это плохо?" -- сказала Арья.

-- Что, если он вторгнется в тебя? Голос сира Бриндена звучал глубоко и хрипло. Он был не из любителей пустой болтовни. Он говорил, когда ему было что сказать. -- Если бы он забрал у тебя твое тело и заставил делать то, чего ты не хотел?

-- Я бы его убила, -- сказала она с пугающей убежденностью.

Черная Рыба фыркнула. "Как? Он будет контролировать твое тело. Теперь ты понимаешь, почему это темное дело? Но парень дал слово".

Когда они добрались до верхней части лестницы, то увидели, что их ждет хранительница теней королевы в темно-красном платье и странной чужеродной маске. Хотя она носила свободные платья, чтобы скрыть этот факт, в ясном утреннем свете они могли видеть, что она сильно беременна. -- Добро пожаловать, милорды, -- сказала она на ясном Общем, но с акцентом. "Ее милость ждет тебя".

Она провела их в личные покои королевы в замке. Внутри они нашли обожженный глиняный кувшин с водой, стеклянную бутыль с янтарной жидкостью и прочный деревянный стол с льняным одеялом. Сама королева была в той же одежде, что и на утренней встрече. Она посмотрела вверх с теплой улыбкой, которая изменила форму ее лица с суровой равнины на яркие перспективы.

Бран попытался скрыть свой румянец.

"Пожалуйста, входите. Надеюсь, вы не возражаете против неформальности".

-- Вовсе нет, -- сказал Робб. "Это освежает. По правде говоря, я все еще сомневаюсь в... решении Сансы".

Королева вздохнула. "Ты и я оба, мой друг. Тем не менее, Тирион -- один из самых умных и искренне добрых людей, которых я встречал. Он уже занимает один из самых высоких постов в королевстве, и я плачу ему очень щедрое жалованье. Санса ни в чем не будет нуждаться. И он никогда не будет плохо с ней обращаться. Это я вам обещаю.

"Она ненавидит холод", -- сказала Арья.

Королева рассмеялась. -- И она ненавидит холод. Она немного протрезвела, изучая Арью, но потом переключила внимание на братьев. "Лорд Старк, если вы желаете прийти сюда, мне нужно видеть вас. Остальные могут сесть, если хотите. Я взял на себя смелость принести немного сахарного вина Порт-Рояль. Так что будь осторожна. Арья, ты можешь выпить немного разбавленного вина.

"Почему бы не сахарное вино?"

"Потому что ты слишком молод для крепких спиртных напитков".

-- Кто сказал?

-- Говорит королева с огнедышащими драконами, девочка, -- раздраженно сказал сир Бринден. -- Тише, дитя.

Тем временем Ходор осторожно посадил Брана на стул, где он мог видеть, как королева качает головой в ответ на дерзость Арьи. Она всегда была дерзкой, но он знал, что события в Королевской Гавани изменили ее. Наблюдение за тем, как их мать терпит неудачу, сделало ее еще тяжелее. Он знал, что она запугивала других детей в Винтерфелле.

Сидя за столом, королева смотрела, как Робб снял повязку с глаза. Брана поразило то, что она была выше его брата, пусть и немного.

-- Хм, хорошо, -- сказала Королева. "Большая часть глаза остается. Да, я могу это вылечить. Не могли бы вы лечь?"

Когда Робб сделал, как было приказано, Связывающая Тень появилась рядом с королевой с дымящейся ванной. Королева окунула в него тряпку и наклонилась, чтобы тщательно вытереть лицо мужчины. Сир Бринден встал и подошел ближе, его рука очень крепко легла на плечо Арьи, чтобы она не подходила слишком близко.

-- Что вам потребуется, чтобы восстановить его? -- спросил сир Бринден.

-- Ничего, -- сказала королева. "Моя магия не основана на жертвоприношениях или колдовстве. Сама жизнь достаточно сильна". С этими словами она прижала руки к покрытому шрамом глазу Робба.

Бран чувствовал, как сквозь нее течет сила, почти как поток воды. Это казалось ему одновременно опьяняющим и ужасающим. Ему так хотелось встать рядом с ней и прикоснуться к этой чудесной силе, хотя мысль о ней в его руках заставила его подумать о крике Миры. О взгляде Короля Ночи сквозь пространство и время и разочарованном взгляде Трехглазого Ворона в конце. Он уже убил друга и подвел своего первого учителя своей силой -- кто еще погиб бы, если бы у него было больше?

Внезапно это закончилось восклицанием его двоюродного дяди. -- Во имя богов, это правда!

Робб Старк сел с двумя целыми, безупречными голубыми глазами и шокированной, довольной улыбкой. "Ваша светлость, нет... нет слов!"

Королева Рейнис добродушно улыбнулась. "Лорд Старк... Робб... вы выбрали мир войне. Вы спасли десятки тысяч жизней. Вы заслужили право ясно видеть своей мудростью".

Молодой Хранитель Севера встал и с удивлением оглядел комнату. "Это так странно. У меня голова болит от этого".

"Это должно исчезнуть через несколько часов", -- объяснила королева. "Ваш разум компенсировал наличие одного глаза, так что теперь ему придется заново учиться видеть обоими". Она повернулась к Брану. -- А теперь о другом Старке.

Она махнула рукой. Прежде чем Ходор смог поднять его, ее сила наполнила воздух вокруг него и осторожно подняла его. Остальные в молчаливом шоке попятились, когда Бран подплыл к столу. Она левитировала его лицом вниз, прежде чем осторожно опустить.

-- Мне придется обнажить поврежденные участки твоего позвоночника, Бран, -- сказала королева.

-- Я понимаю, ваша светлость.

Сильные, нежные руки подтянули его льняную тунику и пальто, а затем осторожно спустили вниз шерстяные брюки, обнажив спину чуть ниже лопаток и округлившийся зад. По его спине стекала теплая влажная ткань. Он мог сказать, что момент, когда он миновал его рану, внезапно стал приглушенным и далеким.

"Ваша милость, могу я узнать, как встретил свой конец сир Джейме Ланнистер?" -- спросил Бран. Он уже начал свой отчаянный путь назад от Ворона, когда это случилось, и поэтому не видел этого своей силой.

Она только что положила руки ему на позвоночник, когда он спросил. Он не был уверен, что она ответит. Когда она это сделала, это было с рассеянным видом. Ее магия распространилась вокруг него, струясь по его спине с такой силой, что у него перехватило дыхание.

-- Ты чувствуешь это, не так ли? -- мягко спросила она. "Мои собственные учителя называли это Силой. Силой жизни и самого существования, которая течет через все живые существа. Некоторые одаренные немногие чувствительны к ней. Еще меньше тех, кто может ею манипулировать и использовать.

"А что я?" -- вдруг сказала Арья.

Бран хотел сказать ей, чтобы она замолчала, что это был только он. Но он знал, к чему привело его высокомерие в прошлом, и держал рот на замке.

Однако ответ королевы удивил его, потому что он чувствовал, как сила текла и через Арью. "Извини, Арья, но я не смог бы тебя тренировать. Что касается твоего вопроса, Бран? Сестра сира Джейме убила его отца и их последнего сына, прежде чем сама выпила яд. Он бросился с башни Красного замка. Это было... уместно, я полагаю.

Бран не знал, что сказать. Что касается Ланнистеров, то он нашел это странно поэтичным. Но что беспокоило его, так это Арья. Королева солгала о ней. Он был в этом уверен. Потом он подумал о ее словах. Она не говорила, что Арья не может учиться, только то, что королева не может ее научить. Прежде чем он успел довести эту мысль до конца, волна почти невероятной боли почти ослепила его. Он задохнулся от этого, застонав против самого себя. Он чувствовал ее руки на своей спине и чувствовал, как сквозь него бушует сила.

"Боль -- это пробуждение твоих ног", -- сказала королева. -- Извини, это неизбежно. Куэйт?

Повелитель теней опустился на колени с обернутой кусачей палкой. Бран принял это, сильно прикусив, когда боль снова нахлынула. Затем снова и снова, одна волна за другой, от которых он задыхался. А потом все закончилось, вот так. Он почувствовал, как нежные руки сняли с него бесполезные сапоги, а затем погладили его ноги.

Он задохнулся от контакта. Он чувствовал, как ее пальцы впиваются в подошвы его босых ног, и жгучее ощущение, от которого пальцы ног словно горели. -- Я чувствую это, -- крикнул он."Боже, я чувствую это!"

-- Твой позвоночник сломан в двух местах, -- мягко сказала королева. "Вот почему было так больно. Но, Бран, пойми, что это самая легкая часть. Тебе придется заново учиться ходить".

"Что ты имеешь в виду?" -- спросил Робб.

"Мышцы, которые не используются, ослабевают", -- сказала королева, как будто это было общеизвестно. Насколько я понимаю, он годами не пользовался ногами. Я залечил его раны, но не могу восстановить утраченные мышцы. Ему придется заново учиться ходить самостоятельно. На это потребуется время. Он может это сделать, я не сомневаюсь. Я помогу ему. Это часть того, чему я буду учить его, на самом деле, когда я сделаю его своим учеником.

Все это она говорила, продолжая растирать ему ноги, оживляя их там, где раньше они были мертвыми, бесполезными дубинками. Бран понял, что плачет, но не смог сдержаться и поднялся.

Королева подошла к нему лицом. Ты понимаешь, почему я не могу учить Арью?

Ее голос отчетливо звучал в его сознании, вызванный ее чудесной, прекрасной силой. Подумав об этом, он взглянул на сестру. Она использовала бы его для темноты. Она была испорчена гневом и ненавистью.

Королева кивнула, затем улыбнулась. "Когда-нибудь ты станешь великим, Брэндон Старк. Я собираюсь отправить тебя в Королевскую Гавань с Куэйт. Ты даже можешь остаться с Сансой, если хочешь. Когда я вернусь, я начну твое обучение чему-то гораздо большему, чем Гринсиинг".

-- Ваша милость, -- мягко сказала Куэйт. "Возможно... его зрение яснее моего, и я не могу больше оставаться рядом с тобой с моим ребенком. Разве его зрение не яснее, чем твое?"

Это был первый раз, когда Бран видел, как Куэйт открыто допрашивала свою королеву. Что еще более удивительно, учитывая их недавний опыт общения с южными королевскими особами, она, похоже, задумалась над этим. "Он определенно бросил вызов твоей защите вокруг моей спальни".

Щеки Брана вспыхнули ярко-красным цветом. -- Простите, ваша светлость.

Королева рассмеялась. Это был свободный, открытый звук, не похожий ни на что, что он слышал от власть имущих. Отец редко, если вообще когда-либо, смеялся. "Я знаю, Бран. К сожалению, заставлять тебя краснеть слишком весело, так что тебе просто нужно привыкнуть к этому. Однако у меня есть к тебе серьезный вопрос".

Она пододвинула простой деревянный табурет, а сам Бран повернулся и полностью сел. Он попытался пошевелить ногами и был удивлен усилием, которое для этого потребовалось. "Да?"

-- Вы пришли ко мне в Королевскую Гавань. Прямо перед пожаром. Не могли бы вы прийти раньше?

Хотя она хорошо скрывала это, Бран услышал боль в ее голосе. Он вспомнил свои видения, в которых она оплакивала потерянных друзей. Особенно сир Барристан.

"Я... я мог видеть где угодно и когда угодно, -- сказал Трехглазый Ворон. -- Но только если я хотел посмотреть. Я уже начал свой путь на юг с Ходором и схватил чардрев, чтобы увидеть местность. меня на юг, поэтому я протиснулся мимо него и увидел, что происходит. Прости, что не посмотрел раньше".

"Чертов шанс", -- прошептала королева.

-- Можно сказать, судьба, -- сказал Куэйт. "Ваша милость, теперь я понимаю, что не моя сила разрушила иллюзии Чернокнижника. Это была его сила".

Королева лишь кивнула. -- Сколько тебе лет, Бран?

-- Десять и пять, ваша милость.

Она сидела, внимательно изучая его. Время от времени она бросала взгляд на Куэйта или Робба, но обычно ее взгляд возвращался к нему. Этим взглядом он снова ощутил ее силу, легкую, как перышко, на своем разуме и сердце. Он открылся ей без колебаний, хотя это означало, что он поделился даже теми неподобающими мыслями, которые у него были, когда он впервые обрел свою силу и увидел, как она плавает.

Вместо того, чтобы обидеться, она улыбнулась. Она выглядела удивленной, но не расстроенной. -- Я не собираюсь предупреждать тебя об опасности, -- наконец сказала она. "Ты знаешь лучше всех здесь. Завтра я лечу в Черный Замок. Он еще не знает, но я везу туда Джона Сноу. Это значит летать на драконе. Ходор не может прийти, и даже с обучением Пройдут недели или даже месяцы, прежде чем ты сможешь ходить. Но я должен признать, что твое зеленое зрение сильнее, чем мои собственные видения Силы. Ты хочешь отправиться на юг или остаться со мной?"

Разве ты не знаешь мой ответ? Бран сформировала мысль и легко отправила ее через эфир своей силы. Он надеялся удивить или произвести на нее впечатление.

Она просто кивнула. Я делаю. Но твой брат должен услышать это из твоих уст.

"Ваша светлость, я хочу остаться с вами, если вы меня примете".

-- Очень хорошо, Бран.

Бран повернулся к братьям, чтобы оценить их реакцию. Робб выглядел гордым; Джон выглядел точно так же, как в тот раз, когда отец поймал его и Робба в кладовой, когда они крали его ценный дорнийский красный. "Драконы?" -- спросил он вслух.

************

************

Застолье в тот вечер было более приглушенным. Армии распадались -- северяне шли домой в сопровождении пяти тысяч пехотинцев южан и еще тысячи рыцарей во главе с сиром Бейлором Хайтауэром. Их миссия состояла в том, чтобы начать трудную работу по восстановлению множества замков вдоль Стены.

Бран сел слева от королевы, а Робб сел справа от нее. Они тихо говорили о продовольственных складах, урожаях и землях в Даре, которые, по идее, должны были поддерживать гораздо более крепкий Ночной Дозор. Когда с едой было покончено, Бран удивился, когда королева приказала Ходору отнести его к ее соляру.

Великан положил его на ковер возле камина. Горничная, моложе Брана года на три, с удивлением уставилась на великана.

-- Ходор, ты можешь вернуться к лорду Старку, -- сказала королева. Она протянула руку и коснулась головы великана.

Он ухмыльнулся ей. -- Ходор. Хорошо.

Какие? "Он сказал..."

-- Ты знаешь, что с ним случилось?

-- Я, -- сказал Бран. "Я сделал."

-- Но ты разорвал петлю, -- сказала королева. "Ему суждено было умереть, удерживая эту дверь, пока ты не вмешалась. Его разум постепенно прояснится. Он всегда был немного поврежден, но со временем он придет, чтобы говорить лучше".

Королева опустилась, скрестив ноги, на пол напротив. Она ухмыльнулась сбитой с толку горничной. "Ты должна быть нашей сопровождающей, Сюзен".

Маленькая девочка сделала реверанс. -- Да, ваша светлость. Она говорила совершенно серьезно, а затем яростно посмотрела на Брана, как будто он был угрозой добродетели королевы.

Сама Рейнис усмехнулась. "Хорошо. Прошло несколько лет с тех пор, как я пытался тренировать новичка. Итак, мы собираемся начать с самого начала. Закройте глаза и представьте, что вы сидите на пляже..."

************

************

Эллиот продолжал обнюхивать Джона.

Человек Ночного Дозора стоял полупарализованный, когда огромный золото-белый дракон потерся о него своей массивной мордой, сбив его с ног. -- Я думаю, он хочет, чтобы ты его поцарапал, -- рискнул предположить Бран. "Видишь выступ его челюсти? Я видел, как ее милость поглаживала его там".

"Вы с ума сошли?"

"В моих видениях Санса стоял на голове, Джон. Он не причинит тебе вреда".

Ворча, Джон нерешительно сделал, как ему сказали. Эллиот сильнее толкнул в царапину, заставив Джона подняться на ноги. Королева напряженно разговаривала с Куэйт и несколькими другими людьми, прежде чем отправить их на юг. Сир Бринден был рядом с Роббом с тысячей людей Талли, чтобы усилить войска лорда Старка.

Королева помахала им на прощание и подошла к Брану, сидевшему на траве рядом с большим красно-черным Темерером. Так близко к самому большому из драконов королевы Бран чувствовал жар, мерцающий на его черной чешуе. Легкая снежная пыль вокруг них таяла там, где спали драконы. Теперь проснувшись, золотые глаза смотрели на Брана со странным, мощным интеллектом. Он чувствовал, как разум дракона каким-то образом давит на него, пытаясь его понять.

Я -- Рейнис, -- подумал Бран. Дракон не совсем понял. Поэтому вместо этого Бран представил себе так ясно, как только мог прошлой ночью. Сидеть с королевой Семи Королевств как единственным объектом ее внимания, слушать, как она говорит, и чувствовать силу, которую она описала. Он представил, как ее улыбка согревала его грудь и напоминала ему о тех редких, чудесных временах, когда отец улыбался ему или когда Мира обнимала его во время их долгого холодного пути.

Толчок сменился с вызова на принятие. Слов не было, только идея. Брат .

Он даже не слышал королеву, пока она не опустилась рядом с ним на колени. Она уставилась на него с открытым удивлением. "Уже?" спросила она.

Бран знал, что она имела в виду. "Я... они не используют слова, не так ли?"

"Нет. Мы для них как дети, когда общаемся. В моем обучении то, что они делают, называлось телепатией. Мышление. И... вау. Я впечатлен, Бран. Я впечатлен тем, что ты эта связь так быстро. Ты готов?"

Для своего полета королева облачилась в облегающий черный костюм, поверх которого накинула огромный зловещий черный плащ и черный шлем пришельца. Бран носил свои самые теплые меха. -- Думаю, да, ваша милость.

"Когда мы будем одни, Бран, пожалуйста, зови меня Тейлор. Это имя, с которым я вырос. Будучи моими учениками, мы собираемся проводить много времени вместе, так что ты можешь привыкнуть к этому. мы одни, я не твоя королева, я твой хозяин Бенду".

Бран понятия не имел, что имела в виду Бенду, но он знал, какую честь она ему оказывает. "Как пожелаешь, Тейлор". Имя показалось странным на его губах, но она одобрительно кивнула, прежде чем использовать свою магию, чтобы перенести его на шею огромного черно-красного дракона. Она усадила его между твердыми, как камень, щитками, спускавшимися по его шее, образуя на удивление удобное сиденье.

Она села позади него, так близко, что он мог чувствовать ее вес на своей спине. Удивительно сильные руки обвились вокруг него, и когда они это сделали, он увидел, что на ней был шарф."Мы собираемся лететь высоко, где ветер такой холодный, что можно обморозить. Укутайте этим свое лицо".

Он сделал, как он приказал. Рядом он ощутил прилив инопланетного веселья и, повернувшись, увидел, что Джон Сноу висит, как дохлый олень, на шее Эллиота. Дракон оставался совершенно неподвижным, даже мысленно смеясь над своим хвостом. В конце концов Сноу нашел свое место.

"Используй его рога как ручки, чтобы держаться за них", -- крикнула королева. -- Ты не причинишь ему вреда, я обещаю. Она надела шлем, затем накинула на них обоих огромный плащ.

-- Я не о нем беспокоюсь! Джон перезвонил, несмотря на то, что он сделал, как она приказала.

Бран почувствовал, как ее сила побуждает Темерэра лететь, и дракон так и сделал. Рядом с массивным взмахом крыльев в воздух взорвалась Сапфира. Наконец, когда Джон Сноу кричал, как маленькая девочка, Эллиот тоже убежал.

Самое удивительное в этом полете было не то, насколько маленьким выглядело все внизу, хотя и это было достаточно удивительно. И дело было не в том, что облака вовсе не были твердыми, а были просто большими клубами тумана, висевшими высоко в небе.

Нет, самым удивительным в этом полете был разум Тейлора, направлявший его в то, что она называла медитацией. Без слов она использовала свою силу, чтобы показать ему, как она исцелилась. Не только других, но и ее собственные раны. Более того, она помогла ему сделать то же самое. Ее сила мягко легла на его собственную, показывая ему, как направить ее в его иссохшие, слабые ноги.

Все это время летали драконы. Когда он не наслаждался сиянием силы своего нового хозяина, он наблюдал, как драконы сохраняют свою энергию. Они несколько раз взмахнули своими массивными крыльями, чтобы набрать высоту, а затем какое-то время парили. Часто они слегка меняли курс, чтобы поймать ветер, который поднимал их, не взмахивая крыльями. Если направление ветра менялось, они просто летели выше или ниже, пока ветер снова не менялся.

Бран не мог не огорчиться, когда в поле зрения появился Черный Замок. Он не хотел, чтобы полет заканчивался. Из-за ощущения ее силы; из-за ощущения дракона под ним и ее рук вокруг него Бран хотел, чтобы полет длился вечно.

Сквозь шарф он услышал ее голос вслух. "Твое путешествие только начинается, Бран. Ты только что сделал первые шаги в большой мир". Глава тридцать вторая: Стена льда и магии. Колени Джона подогнулись, когда он слез с шеи дракона. Массивное существо повернуло к нему один из своих золотых глаз, фыркнуло и издало глубокий урчание, от которого у Джона содрогнулись кишки.

-- Я в порядке, -- сказал Джон, каким-то образом зная, что дракон обеспокоен. "Просто холодно, вот и все. Я должен был носить шарф, как Бран.

Дракон мягко подталкивал его, пока он не встал на ноги и не подул на ледяные руки. Ему удалось завернуть их в свой плащ, иначе он не сомневался, что потеряет пальцы из-за обморожения. Он должен был смазать их еще и гусиным жиром, как это иногда делали рейнджеры в своих путешествиях к северу от стены.

Неподалеку он увидел, как Королева использовала свою магию, чтобы управлять Браном. Женщина все еще смущала его, и в то же время одно ее присутствие приносило ему чувство облегчения. С того момента, как Джон увидел своего первого Белого Ходока, он почувствовал экзистенциальный страх, что смотрит не только на свою смерть, но и на смерть всего мира. И как бы они ни старались, казалось, никто не хотел им верить, поскольку на юге бушевала война.

Но наутро после переговоров в Риверране, когда он представил полный отчет о том, что происходит к северу от Стены, королева не только выслушала его, но и без колебаний поверила ему. Настолько, что пришла сама.

Все еще дрожа после поездки на драконе, Джон присоединился к ней. "Прошло несколько лет с тех пор, как я играл с тобой в лошадь, Бран, но моя спина все еще сильна".

Щеки Брана ярко вспыхнули, когда королева посадила мальчика на спину Джона.

Джон уже мог видеть лорда-командующего Баратеона, идущего к ним из замка в сопровождении своих людей, а не знакомых Джону братьев. Хотя Джон не мог считать лорда Станниса другом, он уважал его силу и беспристрастность. У этого человека не было любимчиков -- он ненавидел их всех одинаково.

"Ваша светлость. Будут еще мужчины?" Ни приветствий, ни заискиваний. Просто небрежное приветствие и вопрос.

"Я могла бы отправить несколько по дороге на север", -- сказала королева. Десять тысяч было мало? Конечно, Джон увидел, как напрягся лорд-командующий, и понял, что она шутит с ним. Однако это были напрасные усилия. Некоторые мужчины были неспособны к юмору.

-- Десять тысяч, лорд-командующий, -- сказал Джон Сноу. "Мой брат преклонил колено -- королевства объединились".

"Они будут приветствоваться", -- сказал лорд-командующий. Он повернулся и зашагал обратно к замку. Джон последовал за королевой. Внутри Джон почувствовал прилив тревоги, когда увидел одетые в черное тела, выстроившиеся вдоль южных стен замка.

-- Атаки продолжались? -- спросил Джон.

"Они отправили альпинистов на восток и атаковали вершину стены", -- сказал Станнис. "Черт возьми, снова взяли замок. У нас осталось меньше сотни человек".

Джон подавил желание спросить о своих друзьях, но желание исчезло само собой, когда он увидел Сэмвелла Тарли и Эда, выбегающих из кладовой с корзиной старого зерна. Они оба замерли, пока он смотрел на них, игнорируя королеву и лорда-командующего, когда он бежал к своим друзьям.

"Джон! Ты... о".

Наконец Сэм заметил высокую женщину с черно-золотыми глазами, уставившуюся на него, и тихого молодого человека на его спине. Он немного запнулся, прежде чем склонить голову. -- Простите за вторжение, ваша милость, -- неловко сказал он, прежде чем неуклюже убежать.

"Растяпа", -- сказал Баратеон. "Позор для дома Тарли. Но он любимый помощник мейстера Эйемона. Я предполагаю, что вы пришли лично по какой-то причине, ваша милость. Что вы хотите от меня?"

-- Для начала доступ к вершине Стены, лорд-командующий, -- сказала королева.

Лебедке и тяговой системе потребовалось полчаса, чтобы поднять их тележку наверх. Когда они поднялись, королева сняла небольшой свиток пергамента. "От леди Баратеон".

Впервые с тех пор, как Джон встретил этого человека, он увидел, как треснул твердый гранит выражения лица Станниса. "Она хорошо?"

"Очень хорошо. Она одна из моих фрейлин. Она живет в квартире сира Давоса в Красном замке, когда ее нет со мной. Он хороший человек, лорд-командующий. Его забота о ней - знак его преданности вам. И Воля и разум Ширин -- лучшее наследие, которое вы могли бы ей оставить. Она далеко пойдет".

Лорд-командующий коротко ответил, прежде чем сунуть послание под свой тяжелый плащ для последующего прочтения. "Моя благодарность." На этом все закончилось.

Наконец, они достигли вершины. Джон усадил Брана на скамейку, чтобы дать отдохнуть его ноющей спине, затем присоединился к королеве и лорду-командующему, которые стояли, глядя вниз на усеянную телами тундру между стеной и Призрачным лесом. Насколько хватало глаз, дым от костров поднимался над деревьями.

"Джон, насколько Манс Рейдер контролирует своих людей?" -- спросила королева.

"Меньше, чем король, но больше, чем любой другой до него", -- сказал Сноу. "Он объединил племена, которые веками сражались друг против друга".

"Общий враг может сделать это. Я имею в виду, что если он соглашается жить по закону Королевы, может ли он применять его со своим народом?"

-- Он не преклонит перед тобой колено, если это твой вопрос.

Она отмахнулась от его беспокойства. "Преклонение колена что-то значит только в том случае, если это часть вашей культуры. Одичалый, преклонивший колено на конце меча, для меня значит не больше, чем плачущий квартинец. Но если они дадут слово, я должен знать, что они держи это. Роббу будет достаточно трудно продать эту идею своим людям. Я не хочу, чтобы наше дело было безвозвратно повреждено, потому что одичалых, которых я впустил, невозможно контролировать".

"Свободный народ, ваша милость. Они называют себя свободным народом".

Вместо того чтобы обидеться, королева кивнула. "Это приятно знать. И это говорит о них хорошо, что они ценят свою свободу".

Она продолжала стоять, глядя на них сверху вниз. Не оборачиваясь, она сказала: "Бран, что ты чувствуешь в Силе?"

Лорд-командующий в замешательстве переводил взгляд с королевы на ученика. Взгляд Брана стал отстраненным. "Я... чувствую страх, ваша светлость. От деревьев. Они напуганы. И злятся".

Королева, похоже, согласилась. "Подумайте об этом, лорд-командующий. Манс Налётчик собрал всех этих людей с обещанием. Перевести их по ту сторону Стены до того, как придут Белые Ходоки. Сколько недель он пытался победить Стену?"

-- Уже два месяца, ваша светлость, -- сказал лорд-командующий.

Королева кивнула. Пронизывающий холодный ветер сдул волосы с ее лица, отчего другие бледные щеки залились румянцем. Ее черные с золотом глаза пристально смотрели вниз. "Это была его авантюра. Его надежда. И, насколько ему известно, она провалилась. Его коалиция не может длиться вечно, если он не даст им победу. Вы на последнем издыхании, лорд Станнис. Но если что?" Мы с Браном чувствуем, что это правильно, и он тоже".

Она повернулась и улыбнулась Джону. "Готовы ли вы к еще одному быстрому полету?"

************

************

Летать во второй раз Джону стало легче. Оставив Брана с лордом-командующим, они сели на своих соответствующих драконов и через мгновение стали кружить, чтобы набрать достаточную высоту, чтобы взобраться на стены. Темерэр издал громкий пронзительный рев, который Сапфира и Эллиот подхватили, пока преодолевали стены.

Объявляя королеву , Джон не сомневался. Как только они миновали стены, драконы сложили крылья и начали спускаться вниз, пока не приземлились возле деревьев.

Ответный рев деревьев напугал всех трех дагонов и их королеву. Со спины Темерэра королева сняла шлем и широко раскрытыми глазами посмотрела на Джона. "Что это было?"

-- Мамонты, ваша милость, -- отозвался он.

Она смотрела на мгновение, прежде чем ухмыльнуться со странным детским ликованием. "Правда? Мамонты?"

"Ваша милость, вы на спине дракона", -- заметил Джон.

Женщина на мгновение задумалась над его словами, прежде чем рассмеяться. "Ты прав. К черту мамонтов. У меня есть драконы. Разве что мамонты дышат огнем или стреляют ледяными лазерами из своей задницы?"

-- Я... не думаю, ваша милость.

"Хорошо. Ледяные лучи в заднице сделают бой очень раздражающим".

У нее самый странный склад ума, который я когда-либо видел . Эллиот любезно опустил шею, позволяя Джону спешиться. В демонстрации Силы из-за деревьев появились три великана, ведущие своих гигантских скакунов. Драконы Королевы были крупнее, но их размер в основном состоял из крыльев и хвостов. Мамонты представляли собой компактные комки шерсти, бивней и мускулов. Двадцать футов ростом на бедре, он видел, как существа с легкостью выкорчевывали пятидесятифутовые железные леса.

Не менее впечатляющими были гиганты. Джон узнал Мэг Могучую посередине на высоте почти семнадцати футов. Королева небрежно подошла к Джону. "Знаете, было бы невероятно увидеть, как Темерэр сражается с мамонтом. Он бы съел его до костей. Но они не выглядят так, будто собираются нападать".

Джон мог только согласиться. Гигантские лица не выражали эмоций; на самом деле он не был уверен, сколько эмоций на самом деле испытывают гиганты. Но он знал, что существа обычно миролюбивы, если только на них не нападают. Против такой неизвестной угрозы, как драконы, они будут ждать, пока у них не останется выбора.

Из их среды, двигаясь между Мэг и следующим Мамонтом, вышел сам Манс Налетчик. Его бывший плащ Ночного Дозора сверкал красными пятнами, когда он двигался по снегу, обрамлявшему деревья. За ним шла горстка вождей различных племен.

Джон достаточно легко узнал Гремучую Рубашку. Так называемый Лорд Костей заработал репутацию худшего из налетчиков одичалых, его знали и разыскивали от Медвежьего острова до Последнего Очага.

Карси была вождем кланов Ледяной реки и одной из первых, кто присоединился к делу Манса. С ними шел еще один, но одного Джон не узнал. Они подошли осторожно, хотя Манс и не пытался скрыть чудесную улыбку, изучая трех драконов.

-- Ворона возвращается, -- позвал Манс. -- Думаешь, твои звери спасут тебя?

По какому-то негласному сигналу Темерэр поднялся на крыльях, словно они были руками, и выпустил огромную волну черно-желтого огня. Три мамонта взревели и в тревоге попятились, несмотря на то, что гиганты пытались их контролировать.

В эту сцену заговорила королева. Но каким-то могущественным колдовством ее голос разносился во все уши, несмотря на то, что он говорил нормальным тоном.

" Перед тобой стоит Рейнис Таргариен, королева Вестероса, повелительница драконов и волшебница Ассая. Возрожденный Азор Ахай. И если бы я хотел твоей смерти, Манс Налетчик, я бы сжег лес с воздуха".

Тревожные крики раздавались среди деревьев. Магия, которую она использовала, была столь же устрашающей, как и огонь, извергаемый ее драконами. В своем большом черном плаще и облегающей одежде она произвела ужасающий образ в сознании одичалых.

Это определенно привлекло внимание Манса. Джон не мог не восхищаться скоростью, с которой Король за Стеной пришел в себя. "Тогда вы должны хотеть нас живыми. Скажите свою часть, коленопреклоненная Королева".

-- Коленопреклоненная королева? -- прошептала Рейнис. Она усмехнулась. "О, разве дворяне с юга не рассердятся, если я приму это как титул?"

Джон просто не знал, что на это ответить. И снова странное остроумие женщины заставило его запутаться. Однако она достаточно быстро двинулась дальше. Несмотря на грозящую ей опасность, она шла вперед, словно перед дорогими друзьями. У Джона не было выбора, кроме как карабкаться вдогонку. Она остановилась почти в пределах досягаемости гигантов, задержавшись на мгновение, чтобы полюбоваться мамонтами.

-- Фантастические животные, -- сказала она вслух. "Давно вымерли в землях, где я вырос".

Манс уставился на нее, прежде чем проследить за ее взглядом до лошади Мэг. Сам великан в замешательстве уставился на нее, не зная, что делать с крошечным человеком, управляющим драконами. "Из их навоза получается хороший, хотя и вонючий, костер".

Королева хихикнула. "Могу себе представить. Итак, Манс Налетчик. Я пришел к вам из соображений добросовестности, чтобы договориться о выживании вашего народа. Могу ли я рассчитывать на то, что вы будете говорить с такой же верой?"

-- Убей эту пизду, -- сказал Гремучая Рубашка. Он говорил на языке Первого Человека. "Она приходит с ложью и угрозами. Убейте ее, и пусть великаны заберут ее зверей!"

Каким-то образом королева поняла. -- Это трус Гремучая Рубашка? Я слышал, этот человек такой трус, что осмеливается драться только с детьми и женщинами, иначе настоящий мужчина бросит его, поджав хвост, как собаку.

Гремучая рубашка не замедлила отреагировать. С ревом ярости он размахивал своим каменным цепом и бросался на королеву. Бой закончился, не успев начаться. Джон увидел странную вспышку голубого огня, тугую и прямую, как лезвие, а затем, к его ужасу, лидер клана одичалых развалился на части, разрубившись надвое от промежности до черепа.

Даже гиганты выглядели встревоженными.

Небрежно, как будто она только что не разрезала мужчину пополам, Королева повернулась к Джону. -- Гремучая рубашка была единственной, кого Робб не мог терпеть, верно?

Джону потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями, но когда он это сделал, то понял, что вопрос был как для Манса, так и для него самого. "Да. Если бы Гремучая Рубашка пришла на юг, знаменосец Старков заставил бы моего брата действовать".

Королева кивнула, прежде чем снова повернуться к Мансу. "Позвольте мне внести ясность, король за Стеной. Пока мы разговариваем, десять тысяч опытных солдат маршируют на север, и еще пятьдесят находятся в резерве. Гражданская война к югу от Стены окончена, и люди сплоченно стоят за моей спиной. Причина, по которой мы говорим, заключается в том, что я точно знаю, от чего вы бежите. У меня в Черном замке находится самый могущественный Зеленовидец в мире, и он видел Белых Ходоков и Короля Ночи".

Различные вожди Свободного Народа обменялись испуганными взглядами друг с другом, а затем с Мансом. Королева продолжала быстро.

"Вот что произойдет. Вы и двое ваших людей предстанете перед воротами на условиях перемирия. Вам будут давать еду и питье и проводить гостевые обряды, и мы достигнем соглашения, с которым мы все сможем жить. "Если ваши люди согласятся с тем, что мы обсуждаем, и будут соблюдать это соглашение, вам будет позволено пройти сквозь Стену. Если вы не согласны, у меня не будет другого выбора, кроме как сжечь вас всех дотла. У меня есть я не собираюсь, чтобы мои люди сражались со всеми вами до и после вашей смерти".

Она повернулась спиной к ошеломленному Мансу и пошла обратно к своим драконам. -- Будь у ворот в течение часа, -- добавила она через плечо.

Через несколько минут Джон и его королева были в воздухе. Пока они летели, королева склонилась над шеей Темерэра, потирая руками толстую черную чешую. Вскоре они приземлились к югу от стен замка.

Джон был на земле и приближался к ней еще до того, как она спешилась. Было похоже, что она спит. -- Ваша милость, вы здоровы?

Королева сняла свой инопланетный шлем и улыбнулась ему. "Просто устал, Джон. Есть много вещей, которые я предпочел бы делать, чем заставлять глупых мужчин видеть разум".

"Это кажется неблагодарной и бесконечной задачей".

Она улыбнулась ему, хотя улыбка дрогнула. "Джон, мне нужно, чтобы ты оказал мне личную услугу. Поговори с Браном о его... увлечении. видеть меня голой".

Джон подавился собственной слюной, и ему пришлось отвести взгляд, прежде чем он отдышался. -- Я обязательно поговорю с ним, ваша милость.

Женщина фыркнула самым неженственным образом. "Ты и Робб оба худшие лжецы в мире. Давай, пойдем убедимся, что Станнис не убьет Короля за Стеной, прежде чем у нас появится шанс закончить бой".

************

************

Трое оставшихся лидеров Свободного Народа прибыли в назначенное время. Манс Налетчик стоял между безымянным Тенном и Карси. По приказу королевы к ним присоединился последний лидер Свободного Народа.

Манс рассмеялся, радостно взяв за плечи измученного Тормунда Джантебейна. -- Ты далеко не так мертв, как я опасался, друг мой!

"Да, чтобы убить меня, нужно больше, чем эти Вороны", -- сказал гигантский рыжий. Только что освобожденный узник огляделся затуманенными глазами. -- Что за хрень?

-- Переговоры, -- объяснил Манс. Он посмотрел на Джона, который как представитель Королевы в Ночном Дозоре встретил их у ворот. "Вперед, Джон Сноу".

Джон повел группу из четырех одичалых в большой зал замка. Несмотря на название, это был решительно не большой зал. Столы были перемещены, пока один не остался в середине зала.Рядом стояла королева, все еще та, в странной облегающей черной одежде и большом плаще.

Лорд-командующий Баратеон стоял справа от нее, а Бран Старк уже сидел за столом слева от нее. Он пристально наблюдал за Свободным Народом с непроницаемым выражением лица.На столе их ждали четыре буханки хлеба, большая миска коричневого хлеба и жареная козья ножка. Королева взяла одну из буханок и разорвала ее пополам. Она предложила половину Мансу, прежде чем забрать часть себе и передать ее лорду-командующему.

Манс сделал то же самое, и все они съели хлеб в ритуальном согласии. Только тогда королева села. Джон подошел, чтобы сесть рядом с лордом-командующим как брат Ночного Дозора.

-- Манс Налетчик, -- начала королева. Она подошла к Брану. "Это Бран Старк, младший из ныне живущих сыновей лорда Эддарда Старка. Он путешествовал далеко за стену и был учеником Трехглазого Ворона. Он Зеленопровидец, как и Дети Древнего Леса".

Тенн, которого звали Лабода, удивленно моргнул. "Тенны знают о Трехглазом Вороне. Он предупредил нашу ведьму, чтобы она присоединилась к делу Манса или погибла. Где он сейчас?"

Бран прямо встретился взглядом с тенном. "Мертв от рук Короля Ночи. Теперь я ученик ее Светлости, но у меня все еще есть зрение. Король Ночи идет на юг. У него есть армия всех Свободных Народов, погибших на севере за последнее столетие. Его армия идет с мертвыми великанами, снежными медведями и призрачными котами. Он марширует с трупами мамонтов и ледяных пауков. Сотни тысяч мертвых приходят, пока мы говорим".

Слова брата заставили сердце Джона сжаться. Даже лорд Станнис выглядел встревоженным этой новостью. Королева сидела и смотрела на Манса, пока ее ученица говорила.

К его чести, Манс оглянулся. "Ты имеешь в виду, чтобы мы жили".

"Эта стена была построена для защиты владений людей", -- сказала королева. "Все мужчины. Но я не могу просто позволить вам пройти и притвориться, что ваши люди не совершали набеги, не убивали и не насиловали жителей Юга в течение нескольких поколений. Там Тормунд лично убил двадцать сельских жителей перед первой битвой за этот замок. ...Если вы хотите жить среди нас, вы должны жить, как мы. Или умереть.

Манс напрягся. "Мы не станем на колени".

"Ты избранный лидер всех людей к северу от стены", -- сказала королева. "Я не встречаюсь с вами как с вассалом. Вам не нужно становиться на колени, вы просто должны согласиться. И затем соблюдать это соглашение".

В этот момент дверь в холл открылась, и в комнату ворвался Сэмвелл Тарли с бутылочками чернил, несколькими перьями и рулонами пергамента. "Извини, что опоздал. Мне нужно было сделать больше чернил!"

Лорд Станнис вздохнул. Королева лишь улыбнулась. "Мы собираемся составить договор, Манс Налетчик. Договор между Свободными Народами Севера и Королевством Вестерос. Как королева, я предлагаю тебе землю для заселения твоих людей и определенную автономию для выбора собственного лидеры, чтобы говорить за них. Я также предоставлю вам десятилетнюю скидку на любые налоги, которые в противном случае подлежали бы уплате, с возможностью продления на неопределенный срок, как будет определено позднее".

-- А взамен?

"Взамен ваш народ соглашается защищать Стену вместе с нами. Каждый одичалый моложе двадцати пяти лет будет служить Стене пять лет. Не как братья из Ночного Дозора, а как Стражи Стены. Любой Свободный Народ несовершеннолетний сорок будут обязаны сражаться на стене в случае нападения".

"Ты хочешь, чтобы мы дрались рядом с гребаными Воронами?" -- спросил Тормунд.

-- Вообще-то я согласен с чертовым дикарем, боги меня спаси, -- пробормотал лорд Станнис.

Королева проигнорировала взрыв. "Твои дети будут за Стеной. Это ты им обещал, не так ли, Манс? Защита от Белых Ходоков? Проблема в том, что Белые Ходоки не собираются останавливаться у Стены. весь мир замерзнет. Он хочет, чтобы все люди умерли. Если ты не будешь сражаться у Стены, то умрешь, как и все остальные. Таким образом, на твоей стороне будут сражаться другие".

Они говорили в течение дня. Джон всегда питал уважение к Мансу. Однако в тот день его уважение переросло в благоговение. Даже лорд Станнис был впечатлен тем, как хорошо этот человек торговался за свой народ.

Королева не говорила с ним, как с необразованным дикарем. Скорее, она относилась к нему с таким же уважением, как к лорду. Карси сразу узнал его, как и Лабода Тенн. С другой стороны, Джон знал, что тенны гораздо более дисциплинированы и иерархичны, чем большинство Свободного Народа.

После первого часа даже Тормунд понял, что происходит что-то особенное.

Несмотря на свою физическую неуклюжесть, Сэмвелл оказался полезным. Он принес карты и исторические отчеты, пока они вели переговоры о том, какие земли могут принадлежать Свободному Народу. Однако они сделали больше, чем это.

Она описала эти земли как Свободное Государство Северного Вестероса, и вместе они изучали одну из карт Сэма. Земли должны были находиться в пределах первоначального "дара" земель, предназначенных для поддержки стены. "Ты возьмешь на себя эту роль", -- сказала она Мансу. "Через несколько поколений вы будете управлять им".

Она предложила, как народ может выбрать себе лордов, а затем почти час обсуждала, как им провести выборы. Минимальный возраст, значит проверить кто проголосовал.

"Потребуется образование", -- сказала королева. -- Но это пока может подождать.

-- Эду , черт возьми , что? -- сказал Тормунд.

-- Буквы и цифры, друг мой, -- сказал Манс. "Она хотела бы, чтобы мы все читали и писали, как южные лорды!"

"Я хочу, чтобы каждый ребенок в Вестеросе читал и писал, как южные лорды", -- сказала королева. "Всегда будет потребность в фермерах и пастухах. Но будущее будет строиться теми, кто держит перья, а не мечи". Она кивнула Сэмвеллу. "Этого человека будут помнить гораздо дольше, чем лорда-командующего. Потому что именно такие люди, как он, пишут истории, которые будут читать ваши дети. И я хочу убедиться, что у ваших детей есть такая же возможность писать свои истории".

Сэмвелл неловко покраснел, не понимая, что самый могущественный человек в королевстве выделяет его. Станнис подавил фырканье, но Джон понял. Лидеры принимали решения, да, но такие люди, как Сэмвелл, помогли сделать так, чтобы эти решения действительно работали.

Так оно и шло, час за часом. Законы и возможности. Предупреждения и соблазны. И когда это было сделано, у Сэмвелла было несколько заметок на пергаменте.

Тормунд крепко спал, храпя и пуская слюни на свою густую рыжую бороду. Карси выглядел странно бодрым и взволнованным, в то время как Лабода молчал, изучая королеву. А Манс?

Манс вздохнул с облегчением, словно с его плеч свалилось ужасное бремя. "Когда?" он спросил.

Королева сделала движение рукой, и снова предметы повиновались ей, как богу. К ней пришли чернила, перья и пергамент. "Сэмвелл, подойди, сядь рядом со мной. Давай доработаем эту хартию".

К вечному шоку Джона и даже открытому удивлению Станниса, королева сама помогла составить Хартию Свободного Государства Вестероса собственной рукой. Джона не должно было удивлять, что ее почерк был таким же красивым, как и у Сэма, с сильными, резкими петлями и завитками. Она взглянула на Джона с ухмылкой. "Нам понадобится больше перьев и чернил".

На то, чтобы Королева и Сэм писали, ушло еще два часа. Она написала первой, и он быстро скопировал то, что она написала, из своих заметок. Когда они закончили, Сэм начал переписывать третью, а королева читала вслух первую. Карси пнул Тормунда под столом, чтобы убедиться, что он проснулся.

Королева поставила подпись первой и поставила свою печать рядом со своим именем и титулами. Она передала свой личный черновик Мансу, где он расписался на линии, которую она провела рядом с ее именем. Когда он подписал, королева посмотрела на других Свободных Народов. "Вы пишете, или есть знак?"

Остальные были неграмотными, но у Карси была отметка, как и у Лабоды. Оба сделали эти метки под именем Манса, а затем их имена были написаны рядом с их метками. Затем она подписала лорда-командующего в качестве свидетеля и, наконец, Брана Старка в качестве сына лорда от имени своего брата.

Они сделали это еще два раза. "На данный момент одна копия будет храниться здесь, в Черном замке", -- сказала королева. "Одна из этих копий твоя. Моя копия полетит вместе со мной в Королевскую Гавань. Хочешь, чтобы твоя копия тоже осталась здесь?"

-- На данный момент да, -- сказал Манс. "Пока не устроимся".

-- Тогда добро пожаловать в Вестерос, дамы и господа, -- сказала королева. "К югу от стены не так много древесины, во всяком случае, не в даре. Я бы порекомендовал вам заготовить столько древесины, сколько сможете унести, собрать всех животных, которых, по вашему мнению, можно разводить и есть, и принести саженцы для новых деревьев. драконов, и я останусь, пока мои солдаты не прибудут, чтобы начать укреплять стену, или пока все ваши люди не будут внутри".

Манс встал, а затем очень нагло протянул руку так, как ни один южанин никогда не посмел бы своему королю или королеве.

Рейнис Таргариен даже не моргнула, когда взяла его. "Ни одно колено не было согнуто", -- пошутила она. "И все же история запомнит этот день, Манс".

-- Да, ваша светлость. Так и будет. Глава 33: Привет, там! " Гори ты днем ??и ночью, сквозь пространство и время, я повелеваю твоему пламени! Зажги! Зажги! Зажги!"

Слова Теневого языка обожгли заднюю часть горла Тейлор и заставили ее голову пульсировать, когда слова отразились как в ее черепе, так и в самой Силе. Перед ней маленькая стеклянная свеча, которую она позаимствовала у Чжан-Ли, вспыхнула актиничным белым светом. Сосредоточившись на Силе, Тейлор посмотрела на пламя.

Через секунду напротив нее сел архимейстер Марвин. На его половине комнаты она могла видеть колокольню и слышать щебетание птиц на рассвете, в то время как ее сторона комнаты оставалась темной и заплесневелой.

-- Ваша светлость, -- сказал мейстер. "Вороны уже вернулись с новостями о вашем триумфе. Люди поют и празднуют уже два дня подряд".

"Я рад это слышать", -- сказал Тейлор. "Архимейстер, я ждал Чжан Ли. Она в порядке?"

"Ваша жрица распространяет Евангелие ваших слов и дел", -- сказал мужчина. Для старика, который больше походил на английского бульдога, чем на человека, у него было удивительно эмоциональное лицо. Говоря это, он улыбался, но это выражение выражало некоторый дискомфорт по поводу того факта, что у королевы был ученик, который обращался с ней, по сути, как с богом.

"Понятно. Тирион или Куэйт вернулись?"

-- Нет, ваша светлость. Их и принца Дорана ждут на неделе.

К черту средневековые путешествия. Поездка Тейлора к стене заняла меньше времени, чем путешествие другого по реке в поисках корабля, чтобы вернуться в Королевскую Гавань.

"Тогда архимейстер, на вас ложится трудная задача. Насколько я понимаю, Тирион переместил Гильдию алхимиков и весь захваченный дикий огонь в Дрифтмарк. Мне нужно, чтобы вы передали адмиралу Давосу, что мне нужен каждый кусочек этого лесного огня на кораблях в Восточный Дозор. -море. И мне нужно, чтобы вы сообщили лорду Ласвеллу, что мне нужно возобновить производство бомб. И готовые бомбы, и сырой взрывчатый порох, которые также должны быть отправлены в Восточный Дозор.

Она должна была отдать должное архимейстеру. Его глаза расширились, когда он посмотрел на нее сквозь свечу. -- Значит, это правда? Наступает Долгая Ночь?

"Я взял в ученики последнего живого зеленовидца, Марвина. Видение мальчика просто поразительно. Он смог насчитать двести тысяч ходячих мертвецов, тысячу белых ходоков и их короля. великанов, мамонтов, медведей, призрачных котов и ледяных пауков, с которыми они маршируют. Вам также нужно будет передать эти слова принцу Дорану, когда он прибудет. Я знаю, что денег мало, но нам нужно найти способ Доставьте боеприпасы на север. Пока что это начинается с адмирала Давоса".

-- Я немедленно передам ваши слова, ваша светлость. Когда вы вернетесь?

"Нет, пока не прибудут солдаты. Вероятно, еще через неделю".

-- Что-нибудь еще, ваша светлость?

"Убедитесь, что Куэйт будет в безопасности, когда она вернется. Если у нее появятся какие-либо признаки неприятностей, свяжитесь со мной через свечу".

-- Буду, ваша светлость.

-- Тогда это все. Будь здоров, Марвин.

-- Вы тоже, ваша светлость.

Потребовалось физическое усилие, чтобы закрыть глаза. Это разрушило заклинание, и свеча погасла. Однако даже на ее веках оставалось остаточное изображение пламени.

"Говорят, что Провидцы Огня Древней Валирии потеряли все зрение, кроме того, что даровали им свечи", -- сказал древний тонкий голос из ее двери. "Тем, кто хотел не отрывать глаз от материального мира, настоятельно рекомендовалось использовать свечи экономно".

Тейлор моргнул и увидел старого, иссохшего мужчину, стоящего у двери ее комнаты. Лорд Станнис предоставил ей свое место в одной из старых башен замка, что означало, что ветер был намного холоднее.

Старый, белоснежный, слепой? "Вы, должно быть, мейстер Эйемон", -- предположила она.

"Меня так называли время от времени", -- сказал мужчина. Он вошел в ее покои без приглашения, его трость направляла его шаги, пока он не подошел к стулу возле ее обеденного стола.Он сжал его достаточно долго, чтобы поставить на место, а затем сел лицом к точке между ней и свечой.

"Вы часто угощаетесь в покоях королевы?"

-- Нет, с тех пор как я был ребенком, нет, -- сказал старик. "Я очень надеюсь, что вы сможете простить глупость старика. Потому что, когда я узнал, что моя пра-пра-племянница находится в замке, я должен был прийти и убедиться сам".

До его слов дошло не сразу. -- Что?

"Они не говорили тебе обо мне? Джоне Сноу и его друге Сэмвелле?" Старик улыбнулся. "Я Эйемон Таргариен. Моим отцом был король Мейкар Таргариен. Принц Рейгар был моим внучатым племянником".

Одинокая слеза покатилась по его морщинистой щеке. "Я слышал о ваших подвигах. Сэмвелл - добрая душа, и читает мне послания, когда прилетают вороны. Вы взяли Королевскую Гавань за один день. Вы исцеляете больных и объединяете землю. Гражданская война, а затем пришел сюда и предотвратил другую. Замечательная карьера для такого молодого человека".

"На моей стороне были хорошие люди, -- сказал Тейлор.

"Возможно. Все хорошие лидеры таковы. В конце концов, лидерство не работает без тех, кто ведет за собой. Я пришел, потому что хотел верить. Всем своим сердцем. Я знал, что юная Дейенерис выжила, но Рейнис и Эйгон мир считал мертвыми. Как ты жив, милый?"

В его словах была такая надежда; такая тоска, что все мысли об истине испарились из ее разума. Она встала и подошла к мужчине. Он был сморщенным, хрупким и маленьким, едва доходившим до ее плеч. Он ходил с тростью, и она чувствовала, как его смертность висит тяжелым плащом на его узких плечах.

-- Посиди со мной, дядя, -- тихо сказала она. Она взяла его кожистую, морщинистую руку в свою и подвела к первому из двух мягких кресел, стоявших у камина. Взяла вторую. И как только она села, она наклонилась, пока не смогла положить руку прямо перед катарактой, которая украла глаза мужчины.

Сила текла; она услышала, как у него перехватило дыхание, как он увидел впервые за много лет. Когда она откинулась назад, слезы потекли по его щекам из ошеломляющих фиолетовых глаз. -- Спасибо, дорогая, -- прошептал он, глядя на нее. Мерцание огня заставило его слегка вздрогнуть, но его улыбка загорелась гораздо ярче.

-- Но... -- добавил он секунду спустя. -- Ты не похож на Таргариена, не так ли?

"Мне сказали, что однажды я это сделал", - сказал Тейлор, достаточно легко впадая в ложь. Она рассказала ему официальную историю своего детства -- отчаянный побег с братом.Заговорщики, подменившие ими невинных детей, которых впоследствии постигла их участь. Она описала Асшая так, как его описала Куэйт, а затем заговорила о землях за Ассаем.

Ложь превратилась в правду, когда она описала свой первый взгляд на Дейенерис Таргариен и то, как она спасла драконов своей предполагаемой тети.

Когда она закончила, мужчина тихо кивнул сам себе с задумчивой улыбкой. -- Если бы только твой отец был таким сильным, -- прошептал старик. "Любой человек с мечом может победить силой. Любой Таргариен с драконами может сделать это даже легче. Но, мое дорогое дитя... ты побеждал и словами, и мечами, и хитростью, и огнем. радость старика снова, чтобы знать, что он не одинок".

Тейлор стоял, улыбаясь. Она еще раз предложила старику свою руку. "Тогда приходи, дядя. Приходи посмотреть на кое-что еще своими новыми глазами. Приходи посмотреть на драконов, которых Дейенерис привела в мир".

Они шли вместе холодным утром. Мужчины Ночного Дозора почтительно поклонились, увидев, что их королева держит руку своего древнего мейстера, ведя его через замок.

В поле за низкими южными воротами, в лощине вдоль Королевской дороги, три дракона сожгли себе гнездо. Они спали вместе, чтобы сохранить тепло от лютого холода. Когда он увидел их, у Эйемона снова перехватило дыхание, а глаза наполнились слезами. Тем не менее они продолжали идти, пока Темерэр не поднял глаза на их приближение.

Так близко, что старик мог дотронуться до них, голос Тейлора нарушил утреннюю тишину. "Дядя, это мой связанный дракон Темерэр. Вероятно, однажды он станет таким же большим, как Балерион Ужасный. С ним мои самые дорогие друзья, его брат Эллиот и их сестра Сапфира. Друзья мои, это последняя моя кровь. семья, мейстер Эймон".

С удивительной мягкостью Темерэр поднял голову настолько, что его морда оказалась в пределах досягаемости древнего человека. Он всхлипнул, а потом громко замурлыкал. Эйемон протянул руку и провел рукой по чешуе, по его лицу текли слезы.

"Последний дракон умер до того, как я родился", -- сказал мужчина. "И всегда мне казалось, что магия мира умерла вместе с ним. Дар моих глаз становится еще больше благодаря дару этого зрелища. Спасибо, моя дражайшая племянница".

Той ночью, после долгого дня подготовки к прибытию северных войск, Тейлор закончила день тренировкой для своей ученицы. Она должна была признать, что у мальчика дела идут хорошо, о чем свидетельствует тот факт, что недавно вылечившийся паралич нижних конечностей стоял в ее покоях без посторонней помощи.

Он зажмурил глаза, сосредоточившись не только на равновесии, но и на том, чтобы позволить Силе течь к его дрожащим, атрофированным мышцам.

-- Сейчас, -- прошептал Тейлор.

Бран нерешительно поднял старую перчатку и заставил ее вращаться вокруг себя. Он сделал всего два оборота, прежде чем упал на пол, а через мгновение за ним и сам Бран. Он рухнул, но не закричал. "Я это сделал!"

"Вы сделали", сказал Тейлор. "Это ваше новое ежедневное упражнение. Вы должны стоять и левитировать один объект не менее часа в день. Когда вы не медитируете, вам нужно стоять столько, сколько вы можете каждый день. Это будет больно, но вы должны. Как костыли помогает?"

-- Много, -- признал Бран.

"Хорошо, тогда мы закончили на ночь. Завтра нас ждет долгий день".

Бран кивнул, все еще довольный своим успехом. Он наклонился, чтобы схватить две деревянные костыли, которые Тейлор изготовил для него, и с трудом поднялся на ноги. Он не просил помощи, а она не предлагала. Как только он встал на костыли, он нервно взглянул на нее, в то время как его присутствие Силы выкрикнуло вопрос, который он боялся задать.

-- Давай, Бран.

Молодой человек криво улыбнулся. "Я просто... я знаю, кто ты. Я видел, как ты упал в этот мир в видении. Но я не понимаю. Ты сказал принцу Дорану правду, а мейстер Эймон -- ложь. является..."

"Лучший человек", -- сказал Тейлор. "У меня нет иллюзий относительно характера принца Дорана. Но обстоятельства сложились по-другому. У Дорана много лет впереди, и он уже догадался об истине. Рассказав ему свою настоящую историю, я смог опровергнуть его подозрения и вместо этого завербовать его в политических целях. А теперь Дорн номинально контролирует Предел. Во всяком случае, на данный момент".

-- А мейстер Эйемон?

"Мейстер Эйемон..." Она сделала паузу, когда поняла, как больно было это говорить. "Мейстер Эйемон, скорее всего, умрет в течение следующих шести месяцев. Он перенес так много потерь и лишений в своей жизни. Он заслужил некоторую долю счастья и надежды".

Молодой человек кивнул. "Это... Значит, это было любезно. Спасибо, что рассказал мне".

************

************

Современной девушке десять тысяч не кажутся такой уж большой цифрой. В конце концов, со всеми лицензиями на ее испарительную технологию после Губителей и Третьей мировой войны она зарабатывала десять тысяч долларов каждые полчаса только на лицензионных сборах.

Но в этом мире десять тысяч были огромным числом. Колонна солдат и всадников змеилась по Королевской дороге, насколько она могла видеть. Колонна слуг, кормовых животных, повозок и инфраструктуры, чтобы прокормить десять тысяч бойцов, была почти такой же длинной.

Тейлор почувствовал облегчение лорда Станниса, стоявшего рядом с ней у ворот замка. Во главе колонны ехал сам бывший король Севера Робб Старк. Рядом с ним ехал сир Бейелор Хайтауэр.

-- Ваша светлость, -- радостно позвал Робб. "Как прошли переговоры?"

-- Ну, -- сказала она, когда он спешился и небрежным жестом опустился перед ней на колени. Хайтауэр сделал то же самое. "Договоры подписаны, и теперь Манс Налетчик представляет их своим людям на утверждение. Только тем, кто согласен, будет позволено приехать. Вам также будет приятно узнать, лорд Старк, что Повелитель Костей мертв. "

Робб покраснел. "Ой, что произошло?"

"Он умер от хронической глупости", -- сказал Тейлор. "Это опасная и заразная болезнь".

Старк расхохотался. "Да, от которого мы все время от времени страдали, я не сомневаюсь! Амберы будут довольны!"

С десятью тысячами солдат-ветеранов, разбивших лагерь за замком, Тейлор почувствовал, что пришло время оставить проблему одичалых позади. Она выехала из ворот верхом в сопровождении лордов Старка, Хайтауэра и лорда-командующего, окруженная двадцатью людьми Робба, и поехала к лесу.

Манс появился в сопровождении Лабоды, Карси и Тормунда. Манс узнал Старка. -- Ваша светлость, -- сказал он в приветствии. -- И лорд Старк. Большая честь.

Робб царственно кивнул. -- Я много слышал о вас от моего брата, -- сказал Страж.

-- Ваши люди согласились на договор? -- спросил Тейлор.

Райдер выглядел разбитым. "Большинство, ваша светлость. Три банды рейдеров решили не соглашаться и ушли. Те, что останутся, будут соблюдать договор".

"Сколько осталось?"

-- Пять, может, шесть тысяч, -- признал Манс. "Они направились на северо-восток".

"Лучше, чем могло бы быть", -- наконец сказал Тейлор. - Вот как это будет тогда работать. Люди должны подойти к воротам в одну линию. Это займет время, так что нет необходимости приходить всем сразу. пол и их возраст. После того, как имя будет дано, им будет разрешено войти с любыми вещами, которые у них есть. Они должны будут расположиться лагерем на позиции к югу от стены, которую мы готовим для них, пока все не будут учтены. Как только все пройдут сквозь стену, вашим людям будет разрешено рассеяться по землям, предоставленным в договоре. У нас есть всадники и геодезисты, которые отмечают границы Дара. Это приемлемо?"

"Зачем брать наши имена?" -- спросил Карси.

"Чтобы у нас было справедливое соглашение о том, сколько из вас должны служить стене, когда придут Другие", -- сказал Тейлор. "Мы не хотим призывать детей или стариков. Никто старше тридцати вообще не должен служить, пока не придут Белые Ходоки. Таково было наше соглашение".

Карси нахмурился, но кивнул. "Да, это было."

"Когда?" -- сказал Манс.

-- Сейчас, -- сказал ему Тейлор. "Заставь своих людей двигаться, Манс. Твое будущее ждет тебя".

************

************

Двор Тейлора Блэка был заполнен столами. За каждым столом стоял один из стюардов мейстера Эймона или аналогичный представитель из числа ее солдат с бутылочками чернил, перьями и пергаментами.

Карси возглавила строй, держа на руках двух красивых молодых девушек, когда она вела свой клан через ворота. К спине у нее был привязан травуа, на котором лежало все имущество ее жизни.

Сама Тейлор встретила их. "Сюда", -- сказала она, ведя их к самому последнему столику, в то время как Джон Сноу вел тех, кто шел позади нее, к следующему столику. Сэмвелл Тарли сидел за столом со своим собственным маленьким сюрпризом -- одичалой женщиной, с которой он, очевидно, столкнулся и спас, пока ходил с ныне покойным бывшим лордом-командующим.

-- Здравствуйте, -- сказал Сэмвелл с дружелюбной улыбкой девушкам. -- Как вас зовут и сколько вам лет?

Карси ответил за всех троих. Сэм послушно написал их имена мелким почерком, помня, как и остальные, что им предстоит иметь дело с огромным количеством людей. Проведя перепись, Тейлор вывел вождя из замка на заснеженную землю за его пределами.

Неудивительно, что Карси остановилась у ворот, увидев ряды палаток. "Что...?"

"Я восстанавливаю укрепления стен", -- сказал Тейлор. "Помни, Карси. Эти люди больше не твои враги, они твои союзники. Иди сюда, твой лагерь здесь".

Там у Тейлор тоже были солдаты, но это были ее личные Безупречные, которых возглавлял не один из ее гискарских офицеров, а только что получивший повышение капитан Серый Червь.Она заставила его и несколько сотен Безупречных прийти, чтобы у нее были люди, не заинтересованные в старых обидах между Свободным Народом и северными лордами.

"Мама, а почему он черный?" -- спросила одна из девушек.

Вопрос поразил Тейлор, на мгновение заставив ее подумать о другом мире и другом времени.

Ответ Карси был в каком-то смысле хуже. "Я не знаю, любовь моя. Я никогда не видел мужчину такого цвета."

"Его зовут Серый Червь", -- ответил Тейлор, выдавив из себя улыбку. "Его люди происходят из далекой страны, называемой Летними островами. Это прекрасная земля, где обитают птицы, чьи перья переливаются всеми цветами радуги. сражайтесь вместе со своими людьми. Все те люди, которые помогут вам поселиться, пришли из-за Узкого Моря. Я выбрал их, потому что они никогда не подвергались набегам Свободного Народа. Если вы будете относиться к ним справедливо, они сделают то же самое с вами. Теперь, поскольку ты был первым, ты получишь первое место в палатке".

Линия не закончилась. Поскольку день тянулся без конца, Тейлор поднялся по лестнице на вершину стены и посмотрел вниз на линию, которая тянулась через тундру к деревьям. Она видела, что солнце скоро сядет.

Вернувшись на землю, она разыскала сира Бейелора.

"Ваша милость?" -- сказал мужчина, вставая с обеда. Остальные его рыцари сделали то же самое.

-- Сир Бейелор, джентльмен, -- кивнула она. "Вероятно, это займет несколько дней. Пожалуйста, пусть ваши люди выставят факелы через равнину к деревьям для Свободного Народа. Также поставьте охрану по периметру на случай, если к нам ночью придут нежелательные посетители. час -- будет очень холодно".

-- Мудро сказано, ваша светлость, -- заявил почти стереотипный галантный рыцарь. "Я позабочусь об этом сразу."

Стюарды работали посменно, переключаясь, чтобы дать отдохнуть затекшим рукам или согреть их. Они сжигали масло и факелы с невероятной скоростью, пока люди продолжали прибывать. Весь день и всю ночь они приходили, и еще день, и еще ночь.

Те, кто проводил перепись, быстро разработали свои собственные приемы, подсчитывая каждые десять имен, а затем подсчитывая числа внизу каждой страницы, спереди и сзади. На каждом листе пергамента было около двухсот имен, а они уже заполнили более трехсот таких листов.

Пришли не просто люди. Великаны пришли со своими мамонтами, которые едва могли протиснуться через туннель. Они пришли со стадами крепких арктических овец или лосей; клетки из густых арктических волос и собак. Скинчейнджеры пришли со своими животными (снежный медведь чуть не затеял драку). Это были не просто люди -- это была миграция целой цивилизации.

На третий день Тейлор вместе с Браном и горсткой охранников Робба выехал в богорощу прямо в лесу. Хотя зрение молодого человека было сильным, ему все же нужны были деревья, чтобы видеть идеально. Когда они выехали, она с некоторым удовлетворением увидела, что Манс, Тормунд и Лабода взяли на себя и их свиту воинов нести караул вместе с людьми сира Бейелора. Тейлор полностью одобрил.

Свободный Народ только кивнул ей, но уже одно это было для них жестом уважения. Богороща, когда они ее нашли, представляла собой полукруг из девяти древних чародейных лесов в полулиге от леса. Они прошли мимо тысяч Свободных Народов, которые все еще разбивали лагерь под прикрытием деревьев, ожидая своей очереди.

Тейлор спешился и с некоторой гордостью наблюдал, как Бран соскользнул с лошади и смягчил падение Силой. Используя костыли, он неуклюже прошел к первому из деревьев, прежде чем сесть. Дюжина мужчин из их эскорта оставались верхом и были бдительны.

"Только беглый взгляд, Бран", -- сказал Тейлор. -- Я просто хочу посмотреть, где они.

Молодой зеленовидец кивнул, прежде чем коснуться корня дерева. То, как его глаза затуманились мутной белизной, напомнило ей о том, как выглядели Куэйт или Чжан Ли, когда они использовали свечу из валирийского стекла. Разные среды, но одинаковая сила.

Не прошло и пяти секунд, как через Силу она почувствовала волну тревоги, когда он пришел в себя. "Они здесь!" он крикнул. "Всего в нескольких милях отсюда!"

-- Черт, -- пробормотал Тейлор. Она, не колеблясь, левитировала молодого человека на его лошадь. "Все вы возвращайтесь в замок и предупредите их. Соберите всех за ворота и соберите солдат для защиты горожан. Идите, сейчас же!"

Бран пошел, лучше на коне, чем пешком, и его солдаты последовали за ним. Тейлор тоже сел верхом, но поехал в лагеря. "Белые ходоки идут!" -- заорала она, используя Силу, чтобы усилить свой голос по всему лесу. "Собери только то, что можешь унести, и отправляйся к Стене сейчас же! Не жди, двигайся сейчас же!"

Свободный Народ не кричал. Они прожили тяжелую жизнь, и смерть была их вездесущим спутником. Но они не были дураками. Мужчины и женщины схватили все, что могли, и побежали к полю. Она могла слышать звуки рогов -- раз, два, три -- чтобы убедиться, что Ночной Дозор готов.

Температура внезапно упала так, как она никогда раньше не чувствовала. Сила не кричала -- она стонала в ее сознании, как будто она была разрушена без возможности восстановления.Она оглянулась через плечо и увидела маленькую девочку, стоящую на краю одного из недавно заброшенных лагерей. Ее глаза были ледяного синего цвета, но кожа была бледной.

Ее горло было разорвано, как будто свирепым зверем.

Мертвые ходят .

Девушка пришла в движение, двигаясь после смерти намного быстрее, чем когда-либо при жизни. Она бросилась прямо на Тейлора, но полетела в разные стороны, когда Тейлор расколол живой труп пополам световым мечом. Кровь ребенка состояла из красных кристаллов.

Из-за деревьев вылезли другие твари в разной степени разложения. Тейлор боролся с желанием искать камеры, и Джордж Ромеро кричал: " Действуй !"

Вместо этого она пришпорила свою лошадь вперед. "Поторопитесь", -- закричала она бродящему Свободному Народу. "Они здесь! Беги так, будто монстры вот-вот вырвут твои гребаные шипы!"

Они бежали. Тейлор видел, как одна женщина боролась с еще двумя детьми, которых она не могла вынести. Тейлор подъехал к ней. "Дай мне!"

Она взяла двух младших детей, чтобы мать могла бегать со старшими. Позади нее она чувствовала ужасный холод приближающихся тварей и их хозяев. Вместо того, чтобы медлить, она пришпорила свою лошадь вперед с двумя перепуганными детьми на руках, пока не миновала деревья. Она почувствовала одновременно и облегчение, и тревогу, когда увидела сира Бейлора, выстраивающего людей в линию обороны вокруг быстро собирающейся толпы перепуганного Свободного Народа. Ворота замедляли их всех.

Она передала детей первому солдату, которого увидела, прежде чем повернуть своего скакуна обратно сиру Бейелору. В глубине души она позвала на помощь и почувствовала облегчение, когда услышала ответ. Впереди последние из Свободного Народа бежали из-за леса. Сердце Тейлор болезненно забилось в груди, когда она увидела, что последовало за ними.

Вся линия деревьев, казалось, поползла, когда появились тысячи тварей. Каждые несколько сотен футов она видела, как что-то еще двигалось позади них. Существа с льдисто-голубой кожей и злобными светящимися голубыми глазами, которые ехали верхом на гниющих лошадиных плотях.

-- Во имя богов, -- прошептал сир Бейелор.

Твари атаковали, затемняя равнину, когда они бежали за гораздо более медленным, напуганным Свободным Народом. Это была бы настоящая бойня, если бы не три малышки по имени Темерэр, Сапфира и Эллиот. Три дракона взобрались на стену с яростным ревом, когда они спикировали на вторгшуюся линию тварей. Их огонь хлестал широкими полосами, и движущиеся мертвецы быстро сгорали.

Однако по мысленному указанию Тейлора драконы продолжали сжигать не только тех врагов на равнине. Постоянно поднимаясь и ныряя, они также набрасывались на лес, сжигая деревья и все, что в нем находилось, поскольку Свободный Народ отчаянно бежал в поисках защиты сира Бейелора и его людей.

Еще через пять проходов мертвецы перестали бежать из леса. Тейлор оставила свою лошадь с сиром Бейелором и вышла на равнину. Ее драконы кружили над ее головой, прежде чем приземлиться вокруг нее. Она взобралась на шею Темерэра. "Позвольте мне одолжить ваши глаза, любимый," прошептала она.

Дракон открыл свой разум. Белые Ходоки были полной противоположностью обычным людям -- их фигуры казались черными пятнами на фоне холодной земли в глазах дракона. Несмотря на огонь, десятки демонических существ выжили. Вместо того чтобы атаковать, они сели верхом на ходячих лошадей-трупов и наблюдали за ней сквозь горящие деревья. Непоколебимый, неумолимый и наполненный устойчивой ненавистью.

-- Сир Бейелор? - начал Тейлор.

-- Да, ваша светлость?

"Я хочу, чтобы вы работали с лордом-командующим Баратеоном, чтобы восстановить замки на стене -- все до одного. Пошлите ворона к вашему отцу, чтобы сообщить о том, что вы только что видели. Это был только вкус того, что грядет".

-- Да, ваша светлость, -- сказал мужчина приглушенным тоном. "Что я буду, и не сомневаюсь в этом." Глава 34: Еще один кирпич в стене. На третий день своего пребывания в Королевской Гавани, на следующий день после того, как маг королевы Куэйт родила Аджору Мормонт, Бран Старк сделал свои первые шаги без посторонней помощи через комнату в королевских покоях Красного замка.

О, он ходил раньше. В течение трех недель после того, как они заселили Свободный Народ и подверглись первому открытому нападению Белых Ходоков, он каждый день практиковался в ходьбе с Силой. Но на третий день после того, как он проехал на Сапфире рядом с королевой, он сделал шаг без помощи своих костылей или Силы.

Его бедра немного дрожали, а сухожилия на лодыжках и тыльной стороне коленей ужасно расшатались и расшатались, но даже при этом он осторожно шел по бордовому миришскому ковру, смягчавшему камни его покоев.

Каждый шаг поглощал всю его концентрацию, поэтому он не чувствовал незваного гостя, пока в поле зрения не показались кончики ее сандалий. Он удивленно посмотрел вверх, прежде чем отшатнуться. Он бы упал довольно эффектно, если бы его незваный гость не взвизгнул в тревоге и не прыгнул, чтобы помочь ему.

-- Лорд Бран, мне очень жаль! -- заявила тринадцатилетняя леди Баратеон, схватив его за руку и смягчив падение. "Я думал... обычно ты знаешь, когда я прихожу!"

Бран почувствовал, как его щеки горят от смущения, но, как и его братья, он никогда не позволял ему уклоняться от собственных глупостей, королева тоже. Он привык признавать свои слабости. "Я сосредоточился на том, чтобы просто ходить".

"Ой." Через мгновение глаза девушки расширились. -- О! Лорд Бран, вы... вы ходили без посторонней помощи?

Он кивнул. К его удивлению, Ширен рассмеялась и захлопала в ладоши от восторга. "О, это замечательно! Замечательные новости! Я так рада за вас. Могу я помочь вам подняться?"

И это была Ширин в двух словах. Она не была самой красивой девушкой в ??Красном Замке, но, без сомнения, была самой доброй и заботливой. И в своей неофициальной роли секретаря королевы она также развивала некоторую политическую власть. Буквально накануне один из мейстеров, которых королева бегала по Красному замку, пришел к Ширин с вопросом. Что еще более важно, это был вопрос, на который она могла ответить.

"Если бы вы согласились принести мои костыли, я был бы признателен", -- сказал ей Бран. Было странно вызывать его в своей руке перед ней. Он не хотел хвастаться.

"Конечно!" Она твердо зашагала через его комнату. Как часто делала королева, юная леди Баратеон не носила платья. Скорее, она носила темно-красные бархатные брюки-кюлоты, расцветавшие вокруг ее талии, как платье, но легко расступавшиеся при ее шагах. Поверх него она носила легкую шерстяную блузку и шелковое пальто соответствующего бордового цвета, но с искусно вплетенными в него золотыми оленями и аметистовыми драконами. Она вернулась и передала костыли Брану.

Он не использовал Силу, чтобы встать на ноги, поэтому это потребовало больше усилий, чем обычно, но это помогло ему еще больше нарастить мышцы. Дотянувшись своей магией ( "Нет, Сила", -- напомнил он себе), он почувствовал зов своей королевы. -- Она послала за нами? Он спросил ради Ширен.

Она кивнула. "Пойдем?"

"Конечно." Несмотря на слабость, он передвигался гораздо быстрее, чем раньше на костылях. Фактически, с каждым днем ??он зависел от них все меньше и меньше. Тем не менее, Красный замок был изобилует лестницами во всех направлениях, и он обнаружил, что костыли все еще помогают ему перемещаться по ним. Это был только вопрос времени, когда они ему не понадобятся.

Рейнис никогда не предлагала ему альтернативный способ передвижения по крепости; она ожидала, что он найдет способ. Но когда он это сделал, он почувствовал ее одобрение. Не столько испытание, рассудил он, сколько критерий его прогресса.

Когда они прибыли в залы Малого Совета, то обнаружили, что Королева занята просмотром пергаментов. Лорд Тирион сел на один стул справа от нее, оставив правое кресло пустым для самого Брана. Не поднимая глаз, королева сказала: "Присаживайся, Бран. Ширен".

Ширин сделала реверанс с идеальными придворными манерами и подошла к своему отдельному письменному столу рядом с королевой. Технически она не входила в состав Малого Совета, но как секретарь королевы оставалась рядом с ним.

Лорд-адмирал Сиворт быстрым шагом вошел в комнату, задержавшись лишь для небрежного поклона. -- Прошу прощения за опоздание, ваша светлость, -- сказал он.

Она отмахнулась от извинений, продолжая читать то, что дал ей лорд Тирион. "Ты в порядке, Давос. Присаживайся".

Итак, они пришли, мужчины и женщины, которые управляли королевством. Леди-командующая Бриенна вошла в комнату в полной броне, с ее золотым плащом, свисающим с плеч. Лорд Варис проскользнул внутрь, его разум был необычайно спокоен для восприятия Брана. С другой стороны, мужчина был непроницаем даже для королевы, если только она намеренно не нарушала его мысли.

Рядом с Ласвеллом Пайком прогуливался Режал Мо Жаек. Каждый мужчина поклонился, прежде чем занять свое место рядом с сиром Давосом.

Мейстер Марвин сидел там, где обычно сидела бы леди Куэйт, если бы она еще не поправлялась после рождения сына. Хотя мейстер специализировался на магии, по правде говоря, Бран считал этого человека весьма сведущим во многих областях науки. Больше, чем кто-либо за столом, он также путешествовал по миру.

Другим мейстером, которого королева назначила в совет, был невысокий, коренастый, лысеющий мужчина по имени Хэрвин. Он был архимейстером архитектуры.

Тот, кто вошел последним, заставил Брана запылать от того, как он искоса посмотрел на королеву. Принц Оберин Мартелл только что вернулся после усмирения Западных земель. Когда его брат принц Доран вернулся в Дорн, младший брат прибыл в Королевскую Гавань, чтобы представлять интересы Дорна.

Королева даже не оторвалась от пергаментов, когда дорнийский принц налил себе вина и занял дальнее место напротив. Наконец она закончила и вернула стопку Лорду Тириону.

"Отличная работа, Тирион", -- сказала она с искренней улыбкой. "Мы приближаемся очень близко. Однако нам, возможно, придется разделить его. Мы не хотим, чтобы казначейство давало деньги взаймы. Давайте сохраним королевский банк как официальное учреждение, а не как учреждение, подчиняющееся прямому королевскому указу. Корона по-прежнему потребует контрольный пакет акций, но я бы предпочел, чтобы профессионал управлял им на постоянной основе, с разделением государственных и коронных активов".

Тирион яростно делал записи, сосредоточенно высовывая язык. "Не в Железном банке, а в Золотом банке Волантиса недавно произошла смена персонала в связи с последними выборами. Возможно, нам удастся переманить несколько опытных рук".

"Хорошая мысль. Наведите справки, посмотрите, что мы можем обнаружить". С этими словами она окинула стол своими черно-золотыми глазами. "Друзья мои. Спасибо, что пришли. Леди Бриенна, не хотите ли начать с вашего доклада?"

Так оно и пошло. Ширен яростно строчила, пока один за другим члены королевского совета отчитывались за неделю о состоянии города и королевства. Доклады были краткими, но даже при этом королева часто задавала острые вопросы. Рейнис спросил Бриенну о новых рекрутах.

Другой мейстер за столом, мастер Хэрвин, подробно ответил на вопросы относительно предложения по канализации. Вопросы превратились в наброски, в которых королева хотела найти средства, гарантирующие, что штормы или приливы не смывают сточные воды обратно в город. Масштабы проекта лишили Брана дара речи, пока коренастый, лысый, пузатый мейстер не указал на туннели, которые уже прокладывали себе путь сквозь фундамент города.

"Просто укрепить их и построить акведук, чтобы вода текла туда, куда мы хотим, как это делали валирийцы. Формула жидкого камня, которую вы помогли нам разработать, изменит город, милостивый государь. Еще при моей жизни, ты увидишь."

-- Жидкий камень? Принц Оберин до этого момента не обращал на это внимания. "Что это?"

-- Бетон, -- сказала королева. "Густая суспензия, которая при высыхании превращается в камень. Вы можете придавать ей форму с помощью деревянных форм. Вы также можете знать ее как валирийский камень. Мои предки использовали тип пепла из вулканов Валирии, который делал бетон черным, будет работать почти так же хорошо. Используя существующие туннели, где мы можем, мы надеемся, что сможем построить канализацию с минимальными нарушениями для города. Как только мы это сделаем, я ожидаю, что количество болезней заметно снизится".

"И вы знаете, как это, моя племянница?" Принц сел в своем кресле, пока он баюкал свою чашу с вином. "Как последняя встреча. Вы говорите о вещах, которых не знают даже мейстеры, и говорите об этом так, как будто это общеизвестно. Откуда вы знаете эти вещи?"

"Земли за Ассаем используют бетон", -- сказала королева, небрежно пожав плечами. "Итак, когда я увидел это в Волантисе, я понял, что это было. Формула, однако, потребовала экспериментов, чтобы получить правильную. Сколько версий мы перепробовали, мейстер Хэрвин?"

-- Около ста пятидесяти, ваша милость, -- сказал мужчина. Вместо того, чтобы расстраиваться из-за этого, он казался взволнованным сложностью этого.

"И потребовалось больше попыток, чем для взрывчатого вещества", -- заметил Режал, потягивая свое разбавленное вино. "Дни и дни".

"Я знаю кое-что из того, что читала, дядя," сказала королева с устойчивым выражением лица. "Но я не знаю всего. Так что я учусь. Или я нанимаю других, чтобы они помогали мне учиться, пока мы не добьемся успеха. И все выиграют".

-- Именно так, -- сказал Оберин, кивнув. "Никто не может утверждать, что все выиграли от того, что ты на троне".

-- Спасибо, -- сказала королева с безрадостной улыбкой. Хотя Бран знал, что его королева испытывает некоторую привязанность к принцу Дорану, похоже, она не разделяла таких же чувств к Оберину. -- Лорд-адмирал, как дела у флота?

Сир Давос сцепил свои частично изуродованные руки -- кожа его перчаток слабо поскрипывала. -- Что ж, ваша светлость, -- сказал бывший контрабандист. "Мы поймали четырех работорговцев и десять контрабандистов, пытавшихся пройти через Ступени. Их команды были схвачены, а корабли конфискованы для продажи с аукциона. Рабы были в основном жителями Летних островов или лазарцами, и их отправили домой".

"Хорошо. А Гильдия Алхимиков?"

"Большинство уже перебралось в Белую Гавань, ваша милость", -- мрачно сообщил Давос. "Ничего особенного в этом нет. Но когда я объяснил им почему, они, похоже, справились достаточно хорошо. Я поручил двум шкиперам перевозить материалы, чтобы они продолжали работать".

"Отличная работа. Что-нибудь еще?"

-- Флотилия прибыла из залива Работорговцев, -- сказал адмирал. "Десять кораблей, семьсот человек. Они подняли военные флаги и атаковали Порт-Рояль".

Королева в тревоге вскочила. "Почему я только сейчас слышу об этом?"

Давос фыркнул. "Они даже не добрались до входа в гавань, ваша светлость. Те укрепления, которые вы построили? Все корабли утонули в течение десяти минут после поднятия их флагов. история. Залив Работорговцев горит. Города воюют друг с другом, а рабы восстают. Работорговцы винят тебя".

Королева откинулась на спинку сиденья. "Понятно. Когда вы получили известие?"

-- Вчера вечером, ваша милость. Если бы не утренняя встреча, я бы вам раньше сказал.

"Хорошо. Нападения со стороны иностранных городов или штатов? Давай, скажи мне как можно раньше. В конце концов, я вернусь и очистю Бухту Работорговцев. Как только я узнаю, что Вестерос в безопасности. Варис?"

-- Это слово Кварт, моя королева, -- сказал мастер шпионажа. "Безликие люди Бравоса получили от Кварта пять отдельных контрактов на ваше убийство, о которых нам известно. Скорее всего, больше, чем мы не знаем. Все в течение последних шести месяцев".

Королева не казалась ни встревоженной, ни удивленной. -- Морской лорд Бравоса, насколько я помню, очень разумный человек.

Варис ухмыльнулся. "Я всегда считал его таким. У Дома Черного и Белого много преданных последователей, и он предоставляет людям Браавоса услуги, которые другие не предоставляют. Морской Лорд объяснил лидерам этого дома, как сильно это причинит людям боль. если бы они обнаружили, что их храм сожжен дотла огнем дракона".

Режал через стол фыркнул. "Почему мы знаем об этих предложениях?"

Варис покачал головой. "Именно так."

"Колдуны предприняли еще несколько попыток", -- призналась королева. "К сожалению, это потребует столько же усилий, сколько и очистка залива Работорговцев. А пока, Варис, расскажи всем. Пять тысяч золотых драконов за голову любого чернокнижника Кварта".

Это подняло несколько бровей. -- Как вы думаете, кто-нибудь из них добьется успеха, ваша милость? -- спросила леди Бриенна.

"Вовсе нет. Они колдуны. У них есть магия. Но это даст им пищу для размышлений, пока я не смогу вернуть Темерэра туда, чтобы сжечь город дотла".

Королева откинулась на спинку стула. "Режал?"

"Наемники освобождены от своих контрактов, те, кто хочет уйти", -- сказал он. "Я обучаю новобранцев и тех воинов, которые решили остаться. Лорд Ласвелл занимался кавалерией".

"Новобранцы -- дерьмо", -- сказал Ласвелл. "Большинство едва умеют сидеть верхом на лошади, не говоря уже о том, чтобы ездить верхом".

"Я не сомневаюсь, что ты хорошо их научишь", -- сказала Королева. "Лорд-командующий Станнис сообщает о еще трех попытках вторжения со стороны Других. Это были незначительные попытки -- твари взобрались на Стену и напали на людей на вершине. У одного был ледяной паук размером с лошадь. каждый раз были отбиты. Король Ночи ищет слабые места".

"Есть огромное количество стен, которые нужно защищать, -- заметил Ласуэлл.

-- Я думала об этом, -- согласилась королева. "Именно поэтому я приказал построить рельсовую систему вдоль основания стены".

"Железнодорожная система?" -- спросил Оберин.

Мейстер Харвин ответил за королеву. "Черт возьми, это гениально. Возьмите йитские рельсы шахтной тележки, расширьте их и сделайте рельсы стальными вместо балок, и сделайте большие чертовы тележки, чтобы возить людей. большие шестерни и цепи, которые приводят в движение вещи! Люди сидят там и пинают ногами, и телега едет. Сотня человек может слететь с рельсов быстрее, чем самая быстрая лошадь ".

"Это будет много работы -- на самом деле, на годы", -- сказала королева. "Но к тому времени, когда это будет сделано, мы сможем гораздо быстрее перемещать людей вдоль основания стены, чтобы усилить атаки".

"Стоимость будет значительной", -- отметил Тирион. "Вместе с канализационными работами..."

"Цена потери стены будет выше", -- отметила королева. Когда никто больше ничего не добавил, королева кивнула и пошла дальше. "Кстати, Варис, ты что-нибудь слышал от нашего эмиссара на Летних островах?"

Мужчина просветлел. "Действительно, только прошлой ночью я получил ворона от магистра Мопатиса. Он счастлив сообщить, что его переговоры увенчались успехом. Морской лорд Бравоса. Принц Джалдабара Джон -- четвертый партнер. По словам ворона, первая партия сахара отправилась под конвоем в Порт-Рояль.

Принц Оберин немного поперхнулся, изо всех сил пытаясь не выплюнуть вино. -- Вы сотрудничали с жителями Летних островов?

"Моя цель, дядя, -- сделать так, чтобы расходы на Железный трон и королевскую семью были отдельными и независимыми от финансов королевства", -- сказала королева. "Я не хочу, чтобы народные налоги использовались для моей личной выгоды, за исключением случаев, когда это необходимо для работы правительства. И я не буду использовать монеты королевства для инвестиций в мою личную выгоду. Вместо этого я заставил Вариса работать с его другом из Пентоса, чтобы инвестировать мои собственные, личные средства. Я полностью владею винокурней в Порт-Ройяле, и моя личная марка рома будет продаваться через Узкое море. Это позволяет мне финансировать Красный Замок, позволяя налоги и сборы идти на улучшение королевство и военные действия".

-- Ее милость очень богата, -- мрачно заметил лорд Тирион. Бран подавил смешок -- голос мужчины звучал так, словно он восхвалял самих Семерых.

"Но вы владеете городом, зачем вам вкладывать деньги в жителей Летних островов?"

Тирион прочистил горло. "Если вам угодно, принц Оберин, сегодня вечером я поделюсь с вами ромом Royal Crown. Возможно, тогда вы поймете лучше".

Королева твердо кивнула, отмахиваясь от него. "Теперь пришло время обсудить предстоящую первую сессию парламента, и где ее провести..."

************

************

" Бран, иди! Иди! Ходор, бери его и иди!"

Бран проснулся. Испуганные крики Миры эхом отдавались в его ушах, затихая лишь в звуках насекомых, исходящих из богорощи под окнами его покоев. Глубоко вздохнув, Бран призвал Силу замедлить его бушующее сердце и остановить волну слез, которая всегда грозила ему, когда он думал о Мире.

Когда у него появилось подобие контроля, он сел с кровати и посмотрел на толстый шерстяной халат, свисавший с изножья его головы. С жестом, он пришел к нему. Он сомневался, что магия, которую он называл Силой, когда-либо будет течь через него так же мощно, как через королеву, но то, что он мог использовать, казалось удивительным. Он почти без усилий встал и натянул халат.

От лестницы у него дрожали ноги, но он не останавливался, спускаясь к богороще Красного замка. Леди Куэйт по указанию королевы посадила деревце чардрева посреди сада над телом собаки, которую зарезала сама Повелительница теней. Чародеи пустили корни только в почве, запятнанной кровью жертвы.

Спустившись, он увидел черные листья в полумраке луны. Саженец был молодым и мало чем отличался от других растений. На самом деле листья были еще зелеными, а кора коричневой.Не пройдет и трех лет, как листья станут красными. Тем не менее, Бран почувствовал в нем искру магии. Оно было еще слишком маленьким, чтобы видеть , но со временем он смог использовать дерево, чтобы видеть мир.

Он сел на траву возле дерева, подтянул ноги, как показала ему королева, и попытался медитировать.

Только для того, чтобы его снова прервала леди Ширин Баратеон.

-- О, я не... что ты здесь делаешь?

Бран повернулся и увидел, что щеки юной леди блестят в лунном свете. -- Я мог бы спросить то же самое. Вы в порядке, миледи?

Она фыркнула. -- Я в порядке, милорд. Извините за беспокойство, я...

"Тебе не обязательно уходить. Мне просто приснился плохой сон, вот и все".

Леди Ширен шмыгнула носом и вытерла нос платочком из красного шелка. "Плохой сон? Я думал, что тебе и королеве не снились плохие сны из-за твоей магии".

Бран подумал об этом, затем пожал плечами. "Ее милости тоже снятся кошмары, миледи. Я точно знаю, что ей часто снится день, когда погиб сир Селми Барристан, или другие ее друзья, погибшие в Расстреле. Она любила его и скучала по нему даже месяцы. позже."

-- А по кому вы скучаете, милорд? Вопрос прозвучал как бы в шутку, явно не ожидая ответа.

Он все равно ответил. "Ее звали Мира Рид из дома Рид, одного из вассальных домов моего отца. Она кричала, чтобы я уходил, когда за мной пришел Король Ночи. Я... часто слышу ее крики во сне".

Долгое время она стояла, глядя на него сверху вниз, ее широко раскрытые и темные глаза освещали бесцветный лунный свет. В конце концов, однако, она отодвинулась и чопорно села на одну из каменных скамеек, которые королева поставила вокруг молодого деревца.

-- Она была... особенной для тебя?

Впервые после возвращения на юг Бран обнаружил, что история выливается наружу. О предательстве и нападении Болтона; о побеге из Винтерфелла и путешествии на север. Леди Ширен говорила только для того, чтобы задать уточняющие вопросы, и то очень редко.

Бран рассказал ей о видениях Жойена Рида и о том, как Мира обеспечивала их питанием и безопасностью во время путешествия. И когда настал тот ужасный день, когда его собственное высокомерие и глупость разрушили их безопасность, поток слов замедлился до болезненной, но постоянной струйки.

"Я мог бы отправить Ходора обратно или заставить его придержать дверь. Но я боялся, что Мира недостаточно сильна, чтобы нести меня. , крича на нас, чтобы мы ушли и... и..."

Влага на его щеке удивила его. Бран поднял глаза, чтобы посмотреть, идет ли дождь, и только когда звезды слились, он понял, что плачет. Он не плакал с тех пор, как был очень молод, в конце концов, люди Старка не плачут. Даже когда он проснулся и обнаружил, что у него украли ноги, Бран не плакал.

И, к его еще большему удивлению, леди Ширин опустилась перед ним на колени, держа его за руку с выражением согласия и горя. Ни суда, ни осуждения за его грехи. Просто поделиться горем о его потере и сожалением о тех, кого больше нет.

В разгар этого до Брана дошло, что она сама плакала, когда кончила. Итак, все еще держа ее за руку, он сказал: "А кого вы потеряли, миледи?"

Так Бран узнал о самоубийстве матери Ширен и о том, как злобная красная женщина сожгла заживо ее дядей. Как она была уверена, что ее отец умрет, если бы не безграничное милосердие королевы. Когда она закончила, она тоже плакала. Тем не менее они держались за руки, пока слова не остановились, и оба почувствовали себя опустошенными и измученными от освобождения.

Вот почему, когда королева села между ними, обе встревоженно закричали. "Ваша... Ваша светлость!" Ширин фыркнула.

В ответ королева вручила чашу юной леди, а затем еще одну Брану, прежде чем показать кувшин для заваривания. Она налила двоим пахнущий медом чай, прежде чем налить себе треть.-- Ромашка, -- с улыбкой сказала королева. "Это хорошо для беспокойных ночей".

-- Ты... не расстроен из-за нас? -- спросила Ширин.

Вопрос, казалось, удивил королеву. "Расстроена? Ширен, садись обратно, милая".

Юная леди подчинилась, посадив ее слева от королевы, а Брана справа от нее. Несколько долгих минут они пили чай. Бран должен был признать, что ему это нравилось. После столь открытого плача его тепло успокаивало горло.

Наверху они могли видеть далекое красное пятно в небе; Око богов.

-- Это туманность, -- сказала королева, проследив за его взглядом.

-- Туманность? Бран не удивился, что она уловила его мысли.

"Солнце, которое согревает нас, -- это звезда. Оно не особенное и не уникальное -- каждая звезда на небе -- это либо подобное солнце, либо их скопление. На самом деле их неисчислимые миллионы. Как и мы, звезды стареют и умирают. Понимаешь, это пожары. Как огромный костер в небе, который может гореть миллиарды лет. Но даже эти миллиарды лет закончатся, у них кончается топливо, как у огня кончаются дрова. Меньшие просто остывают и темные. Но действительно большие? Они могут взрываться, а иногда просто так образовывать туманность".

-- Боги, -- прошептала Ширен. -- Откуда... откуда ты знаешь?

Бран ожидал, что королева даст нормальный магический ответ. Вместо этого она удивила их обоих, положив свой странный черный шлем на землю перед собой. Рядом с ним она положила что-то похожее на наручи.

Ширен издала завороженный звук, когда наруч осветился волшебным, инопланетным светом. А затем, к их взаимному шоку, воздух над ним замерцал диорамой. Он представлял собой большую бурлящую массу желто-золотого огня, вокруг которой вращались меньшие круги.

-- Это наша звездная система, -- тихо сказала королева. -- Это твое солнце. Та планета, шестая от звезды? Это мы. Наша планета. Кроме того, гигантская планета, состоящая только из газа.

-- Я не понимаю, -- призналась Ширин.

Бран знал больше, но не более того. Он никогда не видел ничего подобного.

"Я не из этого мира, Ширин. Я зовусь Рейнис Таргариен только потому, что человек, любивший Вестерос больше, чем свою жизнь, увидел во мне способ положить конец войне и спасти свою землю. Я , однако, принц, который было обещано. Мой приход в этот мир был предсказан вашими предками тысячелетия назад. Я пришел спасти мир от Иных".

-- Но... зачем мне это говорить? -- спросила Ширин.

"Потому что ее милость не останется, когда это будет сделано". В тот момент, когда он заговорил, он понял, насколько правдивы его слова. "Потому что это не твой дом. Мы не твои люди, на самом деле".

Вместо того, чтобы спорить, королева опустила свой инопланетный наруч и тихо взяла их за руки. "Как и ваш, мой мир пострадал от ужасных войн. У меня была уникальная возможность помочь им восстановиться. Не как королева, а как лидер. Я должен вернуться к своей семье и направить их к звездам. Я также обязан тебе, и Барристану Селми, и Миссандее, и Серому Червю, и всем остальным направить тебя на лучший путь. Я не был уверен, как я это сделаю, пока не встретил тебя, Бран. И ты , Ширин".

У него перехватило дыхание. -- Я недостоин, -- прошептал он.

-- Я тоже, -- криво усмехнулась королева. "И все же мы здесь. Никто никогда не достоин, Бран. Это самый суровый урок, который я усвоил. Достоинство - это не состояние бытия. Это путешествие. Мне пришлось сильно страдать, прежде чем я, наконец, понял это. Сила, я поставил вас на путь, чтобы вы отправились в это путешествие. Я не собираюсь учить вас всем своим наукам или технологиям. Но я собираюсь научить вас всему, что смогу, о Силе.

"Ширин, я не собираюсь учить тебя всем своим знаниям, но я сделаю все возможное, чтобы дать тебе инструменты для достижения твоих собственных. И когда мне пора идти домой, вы двое возьмете на себя Железный трон короля и королевы".

"Королева...?" Ширин пропищала это слово.

Королева усмехнулась и обняла их обоих. "Вы двое очаровательны. Это единственный раз в моей жизни, когда я рад вашим обручальным традициям. Если вы примете, я намерен официально усыновить Брана своим наследником. А вас, Ширин, я бы очень хотел обручить с Пройдет еще несколько лет, прежде чем я смогу даже подумать об уходе, так что не беспокойтесь о том, что вас поторопят выйти замуж, прежде чем вы будете готовы".

"Я... ваша милость, я польщен. Но почему я? Я понимаю, что у лорда Брана есть дар магии, но..."

Только тогда, когда королева действовала как проводник, Бран понял, что Ширин тоже обладает Силой. Возможно, оно было не так сильно настроено, как его собственное. И по сравнению с пылающей силой королевы это казалось почти несущественным, но оно было.

-- Леди Ширен? -- тихо спросил Бран.

Она наклонилась, чтобы увидеть его рядом с королевой.

"Да?"

"Со своей стороны, я... думаю, я бы приветствовал такую ??помолвку. Я думаю, что вы, больше, чем кто-либо другой, кроме ее милости, стали бы выдающейся королевой".

Щеки юной леди покраснели. -- Я... благодарю вас, мой лорд.

"Мое происхождение пока должно оставаться в секрете, Ширен", -- мягко сказала королева. "Моя миссия по спасению Вестероса слишком важна, чтобы рисковать внутренними ссорами. Но завтра я попрошу Верховного септона оформить мое усыновление Брана как Брэндона Старка Таргариена из Дома Таргариенов. И, поскольку ваш отец уже дал свое благословение, я объявлю твоя помолвка".

-- Я... спасибо, ваша светлость, -- мягко сказала Ширен.

"Добро пожаловать. Завтра вечером приходи ко мне в кабинет. Ты присоединишься к Брану и мне в наших занятиях. А пока иди немного поспи. У нас много дел, у нас троих". Глава 35: Лебедь на летнем море. Сир Давос Сиворт, лорд-адмирал Соединенного Королевства Вестероса, стоял в кормовом замке новейшего корабля ее величества, " Порт-Рояля". Корабль был зверем -- четырехмачтовым монстром с квадратным вооружением, больше, чем любой из сир Давос когда-либо слышал, не говоря уже о плавании.

Корабль, построенный на верфях Blackwater Rush, имел фонарное продольное вооружение на задних мачтах и ??был построен по модели каравеллы, только большего размера. Королева работала с дюжиной корабельных мастеров, чтобы спроектировать новый штырь и песковый руль, чтобы лучше управлять судном, и ряд новых пушек, которые оружейные кузнецы королевы разработали для использования первоначально на стене, вдоль высокой линии корпуса с обеих сторон. .

Имея флот всего из пяти таких кораблей, королева вошла в Залив Работорговцев и выбросила из воды весь флот работорговцев. Это был такой ошеломляющий поворот событий, что ей пришлось летать со своим драконом только дважды. Даже сейчас принц Доран в качестве посла королевы наблюдал за переговорами о ликвидации работорговли раз и навсегда.

Именно поэтому Давос был удивлен отсутствием самой королевы. Вместо этого королева стояла на носу его корабля, когда они плыли по Летнему морю. Он задавался вопросом, собираются ли они в Кварт, чтобы сжечь Чернокнижников, как она часто говорила.

Вместо этого, по прошествии, казалось бы, бесконечного времени, королева подняла руку. "Адмирал, это место".

Давос кивнул, затем кивнул своему капитану. Оргари проревел: "Убрать паруса, бросить якорь".

Призыв эхом разнесся по всему кораблю, пока они не убрали многочисленные паруса и не бросили якорь. В тот день королева была одета в свое странное черное боди, которое полностью закрывало ее, но при этом так плотно облегало ее тело, что мало что оставляло воображению ее форму. Она держала свой странный шлем в руке, а на спине у нее было странное приспособление из металла и трубок, которые были соединены с задней частью ее шлема.

"Держи позицию, пока я не вернусь", -- приказала она.

Она натянула шлем и ко всеобщему шоку нырнула в воду.

В течение следующих двух часов она вернулась на поверхность, используя свою замечательную магию, чтобы принести массивные, покрытые ракушками предметы из таинственных глубин.Некоторые были размером с ладонь; другие были такими большими, если бы не ее магия, они бы не добрались до палубы. Дерево стонало под их тяжестью. Когда последний предмет был удержан, она сама вылетела из воды, удерживаемая одной лишь магией.

Экипаж, состоящий из ветеранов и Безупречных, принял демонстрацию силы, как и ожидалось, правильно и справедливо. Королева сняла шлем, когда они бросили якорь. Удовлетворенно кивнув, она направилась к кормовому замку, где стоял Давос. -- Отправляйся обратно в Вестерос, -- небрежно приказала она. "Я не знаю, что отвлекло Белых Ходоков, но я не хочу отсутствовать дольше, чем это необходимо. У нас с Темерером есть еще одна встреча, которую мы должны провести".

-- Что это, ваша милость?

"Мы так близко к Кварту, было бы жаль, если бы мы не заскочили и не отдали дань уважения Колдунам", -- сказала она с кривой улыбкой.

"Будут ли они пользоваться этим уважением, ваша милость?"

-- Вероятно, нет, лорд-адмирал. Вероятно, нет.

************

************

-- Что за хрень? -- спросил Тормунд Гибель Великанов.

Лабода, Магнар из Тенов, провел рукой по своей густой черной бороде, созерцая странные металлические перила, которые, казалось, вечно тянулись вдоль основания Стены. Вдалеке виднелись рабочие, укладывавшие пути. Там, где земля опускалась, они выравнивали ее. Там, где он поднялся, они его прорыли. И все, что они оставили после себя, это рельсы.

-- Не знаю, -- наконец признался Лабода.

Двое мужчин приняли задания в Вудсвотч-у-бассейна вместе с сотней своих товарищей. Через шесть месяцев после первой зимы, которую они видели за восемь лет, снег падал сильно и быстро. Если бы не поставки еды от коленопреклоненной королевы с юга, они бы уже умерли от голода. Вместо этого у них была еда, кров и оружие, чтобы отбиваться от маленьких щупалец нежити, которые, казалось, вечно проверяли оборону стены. Женщина Лабоды была толстой с ребенком, а также одна из дочерей Тормонда.

А в замке Вудсуотч-у-Пруда была тысяча человек, охранявших свою часть стены. Два Свободных Народа возвращались со своего трона один раз в четверть отпуска.

Их ответ на вопрос о рельсах пришел менее чем через полчаса в виде самой странной, самой проклятой Богом вещи, которую они когда-либо видели. Это была толстая деревянная тележка на четырех стальных колесах. На нем сидели десять человек, все в ряд, но вместо того, чтобы сидеть, как разумные люди, они двигали ногами по странным металлическим колесам. Колеса зацепились за длинную цепь, которая проходила под ними и каким-то образом вращала и стальные колеса.

За ней стояла вторая тележка, набитая высокими деревянными балками и длинными стальными поручнями. Несмотря на свой размер, маленькая тележка пролетела мимо двух мужчин со скоростью лошади галопом, двигаясь к рабочим на восток.

"Эти коленопреклоненные ебутся в головы", -- сказал Тормунд.

"Да."

************

************

Архимейстер Эброуз подавил слезы.

За свои пятьдесят лет учебы и жизни в Цитадели Староместа он спас так много жизней. Он потерял гораздо больше. Но никогда за все это время ни один король или королева не бросали вызов его роли, как это сделала королева Рейнис.

И все же, хотя она медленно разрушала все, что он любил, она построила что-то удивительно новое.

Человек, которого послала Королева, не был ни мейстером, ни даже полноправным мужчиной. Лорд Тирион был министром финансов королевства. Но он был ученым человеком, хотя и бессистемно. И когда королева приказала построить дом исцеления в Королевской Гавани, она подкупила Эброуза за его умение обращаться с устройством, разработанным лордом Тирионом.

Крошечный человек сам наблюдал за этим. Это было большое странное приспособление размером с камеру в Цитадели. Новшества заключались не в самой печати -- архимейстер Марвин сообщил, что у Йи Тиш была гравюра на дереве, с помощью которой можно было сделать сотню свитков за время, необходимое писцу, чтобы сделать один.

Нет, нововведение лорда Тириона и (подозревал Эброуз) королевы касалось всего остального. Маленькие металлические черепицы, на каждой из которых вырезана отдельная буква, можно было вставить в большую металлическую пластину, чтобы сформировать листы слов или изображений, которые можно было наносить чернилами. Вместо пергамента в устройстве использовалась бумага из измельченной древесины. Это само по себе было поразительным нововведением.

Наконец, все было установлено на толстый слой прочной шкуры, закрепленной на роликах, что позволяло быстро вставлять новый лист бумаги в первый. Пластину опускали в лоток с чернилами, а затем прижимали к листу бумаги, быстро перенося чернила в форме букв. Поворачивали рукоятку, перемещали новый лист, и рабочий нажимал другой. И другой.

Другой человек собирал листы, а третий наклеивал еще несколько букв на палочки для следующей страницы. Ведь при достаточном количестве машин и чернил они могли бы напечатать сто экземпляров всего свитка или книги всего за день!

И мысль об этом вызвала слезы на глазах старого целителя. -- Да, -- сказал он, прохрипывая слово.

Рядом с ним королева Рейнис кивнула. "У мужчин есть дети, и эти дети растут. Если мужчине повезет, его дети превзойдут его. Время Цитадели проходит, архимейстер, но ваши дети достигнут таких высот, о которых слагают легенды. И это начинается сейчас. Я закажу десять таких станков для Цитадели. Взамен Королевские библиотеки здесь, в Дорне и в Белой Харбере получат по экземпляру каждой книги. А вы, мой друг, станете новым главным врачом Королевского госпиталя. Это будет чудо света, Эброуз. Вот увидишь.

-- В этом я не сомневаюсь, ваша светлость, -- сказал Эброуз, насухо вытирая щеки.

************

************

Оберин рыскал по Красному замку в поисках своей предполагаемой племянницы. Однако именно его возлюбленная нашла королеву.

Стройная и царственная, Эллария была всем, чего Оберин когда-либо хотел от женщины. Какая нужда была у обоих в одобрении бога в браке, когда их любовь пылала так яростно снаружи? В своем зелено-золотом шелковом платье она скользнула к нему в страстном поцелуе.

-- Она тренируется, -- сказала ему Эллария. "С ее" сыном "".

Презрение в этом слове подтвердило, что ее мысли были такими же, как и у него.

После нескольких месяцев тайных перешептываний о Красном замке королева подтвердила перед новым Парламентом лордов, что усыновила искалеченного Старка своим сыном и назвала его Брэндоном Старком Таргариеном, наследным принцем Вестероса. В то же время она объявила о помолвке мальчика Старка с уродливой девочкой несостоявшегося самозванца Баратеона.

С северянами и штормовцами она, по сути, отдала королевство врагам Дорна!

Звук тренировочных мечей потянул их в частный двор, расположенный под королевскими покоями крепости. Двор когда-то был выложен каменными плитами, но их заменила коротко подстриженная лужайка из травы. На этой лужайке Оберин остановился, увидев королеву.

Она была чертовски неприлична, на ней был легкий кожаный жилет поверх блузки и пара свободных хлопчатобумажных брюк. Мальчик, которого она тренировала, был одет в такие же панталоны без верха и был бледным, липидным образцом человечности. Еще более шокирующим было то, что девушка Баратеон была одета точно так же, как королева, и, казалось,... тренировалась... прямо как...

Мысли Оберина замедлились, когда королева ударила чем-то вроде утяжеленной палки, двигаясь почти быстрее, чем Оберин мог следовать за ней. Еще более поразительным было то, как быстро отреагировал меньший по размеру молодой человек. Он поднял свою палку почти так же быстро, а затем легонько повернулся, словно танцуя в воде. В разгар вращения он набросился на ферзя, но его удар был заблокирован.

"Хорошо!" позвала королева. "Ширин, твоя очередь!"

Гораздо меньшая девочка не была ни такой быстрой, ни такой сильной, но даже при этом она показала на удивление хороший результат своим немного меньшим клинком.

-- Очень хорошо, -- сказала королева. "К сожалению, у вас не будет таких мечей, как у меня, поэтому некоторые из этих ударов будут работать только против безоружных противников. Доспехи будут представлять различные проблемы, которые мы обсудим позже. Однако ни один из вас никогда не будет самым сильным или самым большим на поле боя. Это тем более верно для тебя, Ширен. Однако скорость может превзойти силу, если ее правильно использовать. Не так ли, дядя?

Поставленный на место, Оберин снова сел в то, что было удобно. Бравада . "Я обнаружил, что это так, моя племянница," сказал мужчина. -- Это ты их учишь танцам на воде?

"Что-то похожее, мой собственный стиль", -- сказала королева. Она кивнула своим подопечным. -- На сегодня достаточно. Пожалуйста, приберись, а потом приходи к мейстеру Марвину и мейстеру Дуниту за уроками.

Два юноши поклонились и ушли, оживленно разговаривая, как старые друзья. Когда они ушли, королева подошла к стойке с палками для спарринга, схватила одну и бросила ее Оберину.

-- О, ты хочешь испытать себя против настоящего воина?

Королева фыркнула. -- Ты хочешь ударить меня прямо сейчас, дядя. Я вижу, ты только что узнал о помолвке. Так что дерзай. Выплесни гнев, и тогда мы сможем поговорить.

-- А я потеряю голову, если нанесу удар?

-- И настроил против меня всех этих твоих ублюдков? Королева в ужасе вздрогнула. "Никогда."

Они спарринговали. Оберин атаковал жестко и быстро, накладывая мускулы на каждый удар, против которого обычная женщина никогда бы не смогла устоять.

Королева парировала первые несколько ударов, но по дрожи в ее руках он понял, что он сильнее. После этого она начала отклоняться. Она двигалась умело, быстро и уверенно, и он должен был признать, что она превосходный боец.

Он был лучше. "Я так много слышал о твоей доблести", -- сказал он после того, как нанес еще один удар, от которого на ее обнаженной руке образовался синяк. "Племянница, я разочарован".

Вместо того чтобы обидеться, королева рассмеялась. "Дядя, я сражаюсь с тобой без моей силы. Я не думал, что будет справедливо, если я побью тебя так быстро".

Рядом возмущенно заикалась Эллария. Однако Оберин чувствовал себя расслабленным и отдохнувшим. Он был удивлен, глядя под углом солнца, что они сражались уже почти час. Он не обиделся на ее заявление -- скорее, он был заинтригован. Подняв клинок, он встретился с ее черно-золотыми глазами. "Покажите мне."

Она показала ему. Она расплылась в движении, и через секунду он оказался на спине. Он сбросил, и она сделала это снова и снова. В четвертый раз она протянула руку, и ему показалось, что в него врезался огромный таран. В шестой раз его учебный клинок вылетел из его руки. К седьмому он понял и поднял обе руки, сдаваясь.

-- Я уступаю, -- сказал он.

Королева кивнула. "Давайте выпьем. Эллария, не могли бы вы присоединиться к нам? У меня есть немного рома и сока из красных апельсинов. Они очень хорошо смешиваются".

Хотя Эллария не была рада видеть поражение своего мужа, она не была дурой. От "приглашения" королевы никто не отказывался.

-- У мальчика есть твоя сила, -- сказала Эллария.

Вместо того, чтобы отрицать это, королева улыбнулась. "Конечно. Как ты думаешь, почему я сделал его своим наследником? У него также есть своя уникальная сила. Когда он займет трон, у него будет широта видения, чтобы защитить королевство, а также мудрость и нравственность, чтобы сделать это. хорошо. Вот почему он мой наследник.

-- А девушка?

"Не такой могущественный, но сильнее, чем кто-либо другой, кроме Брана. И хотя у Брана есть видение, Ширин -- удивительно мудрый человек. Сколько бы я ни сделал для Вестероса, они превзойдут меня". Она провела их в покои.

Отсутствие слуг показалось Оберину странным. В отличие от любой другой дворянской или королевской семьи, о которой он когда-либо слышал, королева предпочитала меньше слуг, чем больше. Ее уборщики не оставались рядом, а приходили и убирали только по утрам. Ее горничная служила скорее пажом, чем пажом, помогая королеве одеваться для ее повседневных дел. Итак, в ее каюту вошли только трое.

Единственной экстравагантностью королевы было ведерко со льдом, в котором находилась бутылка с красно-оранжевой жидкостью. Она вручила каждому из них по стакану и налила вместе рома и сока, прежде чем пригласить их сесть вокруг незажженной жаровни. Хотя в королевстве наступила зима, она едва достигла Королевской Гавани. Это был комфортный день.

"Итак, дядя, ты уже несколько месяцев бродишь по крепости. Скажи свое слово. Благодаря поддержке твоего брата Дорн всегда может свободно говорить со мной".

Напиток был на вкус как рай, но с небольшим адским жжением на пути вниз. Ему понравилось. -- Мы все знаем, что ты мне не племянница.

-- Верно, -- признала королева. Она откинулась на спинку стула, обнаженная кожа ее плоского живота и рук блестела. Она скрестила ноги и села почти как мужчина, пристально изучая его."Но твой брат знал это до того, как поддержал меня, так что я не понимаю, почему это что-то меняет".

"Вы посадили на трон северянина!" Эллария взорвалась. "И Баратеон! Это Баратеон помог уничтожить мою добрую племянницу Элию и ее детей!"

"Все, кто приложил руку к этому разгрому, мертвы", -- заявила королева. "Сейчас цепляние за него не приносит ничего, кроме боли. Вестерос не сможет расти, если мы не сможем победить своих призраков".

Она наклонилась вперед, и вдруг Оберин почувствовал странное осознание того, как кожаный жилет наклонился вперед, обнажая под ним бледную кожу. "Кроме того, Дорн был щедро вознагражден за поддержку принцем Дораном моего требования. Вы полностью контролируете Ступени, и Дорн удерживает десятую часть всех налоговых поступлений как часть расходов на содержание Порт-Рояля и флота. Дом Мартеллов и ее у союзников сейчас больше денег, чем было у Ланнистеров в период их расцвета".

Оберин хотел возразить, но она просто подтверждала то, что сказал ему брат, прежде чем отправить его на север. -- Верно. Но зачем усыновлять ребенка? Вы молоды и сильны. Почему бы не взять мужчину в мужья и не родить собственного наследника?

"Две причины", -- сказала королева, осушая свой стакан и наливая другой. Она взглянула на Элларию и внезапно улыбнулась, когда любовница Оберина осушила ее, чтобы сделать второй глоток. С такими примерами, как Оберин мог поступить иначе?

"Во-первых, в Вестеросе никогда не было королевы. Если я выйду замуж, каждый дворянин будет ожидать, что я буду подчиняться моему мужу как королю. Я не собираюсь этого делать. Это означает, что любой ребенок, которого я родила, будет рожден вне брака".

-- А вторая причина?

-- Во-вторых? Зачем мне одобрение богов, чтобы любить мужчину?

Оберин нахмурился, когда королева, казалось, повторила его мысли. Он посмотрел на Элларию, которая со странным выражением смотрела на королеву, как будто увидела что-то, чего раньше не осознавала. Внезапно его возлюбленная ухмыльнулась. Ни улыбки, ни ухмылки, только ухмылка.

"Прежде чем мы прибыли в Королевскую Гавань, я говорила с сиром Дезиэлем Далтом, -- сказала Эллария.

Оберин посмотрел на нее, потом на королеву. "Лемонвуд? Что...?"

Королева очень прямо встретила взгляд Элларии, ее щеки покраснели. -- Он был очень хорош собой, -- согласилась королева.

-- Оберин мой, -- сказала Эллария.

Королева кивнула. "И ты его. Я вижу связь между вами. Любовь, которая горит сильнее, чем любой обет. От этого ты еще красивее".

Ухмылка наконец превратилась в улыбку -- голодную улыбку. Эллария встала и прошла по каменным плитам, пока не опустилась на колени прямо перед гораздо более высокой и крепко сложенной женщиной. А затем, к шоку Оберина, она поцеловала королеву, даже когда та потянулась вперед, чтобы расстегнуть кожаные шнурки, стягивающие жилет крупной женщины.

Когда поцелуй прекратился, обе женщины повернулись к Оберину, который только тогда понял, что происходит.

"Ты, дорнийка, чертовски хорошенькая", -- сказала королева.

************

************

Флот был самым большим с тех пор, как валирийцы уничтожили ройнийцев. Вокруг острова Лис собралось более двух тысяч кораблей.

Асталискианатиус Хоройсториус стоял на палубе своего корабля "Месть Кварта" и упивался силой, собравшейся вокруг него. Он видел флаги из своего Кварта, Каркаша и Порт-Йоса. Но Картинцы были не одиноки в этом великом стремлении восстановить мир таким, каким он должен быть.

Были корабли из Нью-Гиса, Мерина, Астапора, Юнкая, Толоса, Элирии и Волантиса. Каждый город, пострадавший от жестокого нападения королевы Вестероса на Залив Работорговцев, ответил силой. А теперь к ним присоединились еще сотни кораблей из Лиса, Тироша и Мира. Казалось, весь мир собрался вместе, чтобы свергнуть эту суку-шлюху, называвшую себя королевой Вестероса, и восстановить рабство как естественный порядок вещей.

На палубе к Асталискиантатиусу присоединился древний иссохший мужчина. Малако Мейгир не был воином, но он лично финансировал сотню дромундов из Волантиса после самого жестокого и ужасного восстания рабов в этом городе. Он тоже, казалось, был доволен количеством людей и кораблей, собравшихся, чтобы сбросить сучью королеву Вестероса.

Конечно, хотя у них было общее дело, у них были совершенно разные причины. Для Асталискиантатиуса он никогда не мог простить королеве кражу его золота или сожжение Пути Чернокнижника. Для Малако, тем не менее, его ярость была рождена новым "рениадским" подразделением Красных Храмов, которое заставляло всех рабов по всему Эссосу верить, что они имеют право быть свободными. После номинального завоевания Королевой залива Работорговцев такую ??чепуху пришлось жестко пресекать. С этим согласились оба мужчины.

"Известие еще о флоте шлюхи?" -- спросил старик.

-- Пока нет, -- признал Асталискиантатиус. Солнце садилось; они поплывут к Ступеням и рассвету, и, сокрушив вражеский флот, они сожгут Королевскую Гавань дотла. "Они не будут искать битвы ночью. Пойдем, мой друг. Давайте искать удовольствий Лиса. Я много слышал об их рабах-подушках".

Старик отмахнулся от предложения. "В моем возрасте рабыни-подушки мало что делают. Но я все равно буду сопровождать вас. Я устаю от... что это за звук?"

Сквозь постоянный шум волн и ветра Асталискиантатиус тоже услышал то, что насторожило Малако. Далекий визг, не похожий ни на одну птицу или зверя в мире, кроме одного.

-- Драконы, -- прошептал он. Волна ужаса сменилась возбуждением. Наконец-то месть! "Драконы!" он крикнул. "Драконы! Готовьте скорпионов!"

Конечно, королева придет со своими драконами. Асталискиантатиус не сомневался, что они потеряют корабли. Но у них была тысяча, чтобы проиграть, в то время как у королевы суки-шлюхи было только три дракона! Достаточно было трех удачных выстрелов, и лучшее оружие Вестероса исчезло бы в глубинах!

Зов разнесся по воде, быстро распространившись по всему флоту, пока люди готовили массивных скорпионов, которые построили для них оружейники Волантиса. Каждый выстрелил болтом из стали и дерева длиной с человека, а при испытании одним выстрелом убил слона.

Глядя в небо, он отчаянно искал врага. То, что он увидел, быстро погружалось во тьму и клуб облаков. "Где они?"

-- Ей придется сбить их, чтобы они открыли огонь по кораблям, -- сказал Малако со спокойствием тяжелого опыта. "В тот момент, когда они откроют рот, чтобы вдохнуть свой огонь, они умрут".

Он был прав, конечно. Асталискиантатиус вынужден был признать, что совет старика был мудрым и справедливым. Но он все еще не мог не почувствовать прилив страха, когда вспомнил, как королева и ее дракон сожгли Путь Чернокнижника в пепел, оставив Кварт широко открытым для Красных Жрецов и их новых рениадских ересей.

Внезапно корабль вдалеке вспыхнул пламенем. Однако это не было похоже на красно-золотой огонь, который сжег Путь Чернокнижника. Это была вспышка зеленого пламени, которая поднялась над обреченным кораблем странным цветом демонического цвета. Через несколько секунд взорвался еще один корабль, а затем и третий.

Крики привлекли его внимание к другой стороне "Мести Кварта", когда в этом демоническом зеленом пламени вспыхнуло еще больше кораблей.

Малако выругался. "Взрыв! Она использует дикий огонь! Спасатели сказали мне, что ее укрепления использовали алхимический дикий огонь и те взорванные бомбасты, чтобы уничтожить их первый флот! Отрывайтесь!

Корабли вокруг них начали вспыхивать зеленым пламенем. Асталискиантатиус выкрикнул приказ поднять паруса и бросить якорь. Другие капитаны сделали то же самое, но только когда они попытались вырваться на свободу, Асталискиантатиус понял, что размещение демонического зеленого огня не было случайным. Нет, их окружили горящие корабли.

"Таранить! Весла!"

Это было последнее, что он выкрикнул перед тем, как мельком увидел дракона. Огромный зверь прошел сквозь дым горящего корабля, открыл свою пасть и заревел огнем.

************

************

Принц Доран наблюдал за хаосом, когда его люди вторглись на остров Лис. Вторжение было сделано не только для того, чтобы удержать рабов от убийства своих бывших хозяев, но и для всего остального. Воды, окружавшие остров, были настолько полны горящими разбитыми корпусами, что залив был недоступен, и людей приходилось переправлять на берег.

План королевы, конечно же, сработал. Обычно он соглашался с ее планами. Она и ее наследники ездили на драконах, несущих маленькие огненные бомбы с бойками на концах и плавниками у основания, чтобы они летели хорошо и прямо. Забастовщики зажгли "Дикий огонь", и даже кувшина "Дикого огня" было достаточно, чтобы уничтожить корабль, пусть и не весь сразу. Каждый из них нес по тридцать бомб и использовал их с поразительной точностью, чтобы уничтожить корабли, вооруженные огромными скорпионами. Только тогда, под прикрытием огня и ночи, драконы обрушились на большой флот своим ужасным огнем. К тому времени, когда адмирал Сиворт поразил их флотом Дорн-Вестероса, огромные боевые галеоны этого человека безнаказанно прошли сквозь вражеский флот.

Уничтожено более тысячи вражеских кораблей, а мы потеряли всего сто двенадцать, подумал принц Доран, покачав головой.

Его брат не спеша поднялся на палубу после короткого отдыха после битвы. Несмотря на то, насколько однобоко это было, принц Оберин нашел врагов, которых нужно было убить, и выглядел освеженным для этого испытания. "Где наша злющая маленькая племянница?" Он спросил.

Доран фыркнул. -- Не думай, что я не слышал, чем ты занимался, пока был в Королевской Гавани с нашей племянницей.

Оберин усмехнулся. "Возможно, она не имеет дорнийской внешности, но у нее есть дорнийская страсть! Где она сейчас, брат?"

"На острове ведутся переговоры о сдаче Вольных Городов".

"Победить, без сомнения".

"Не так. Королева не хочет завоевывать, только чтобы покончить с рабством".

Оберин покачал головой. "Она должна захватить все это! Мы только что уничтожили все корабли в мире!"

Доран фыркнул. "В этом я согласен с нашей племянницей. Да, мы могли бы завоевать мир, но мы не смогли бы его удержать. Каждый месяц приходит известие о новых вторжениях вдоль Стены на Севере. Туда посылают больше солдат, чтобы защитить ее. лучше, и позволит нашим войскам быть там, где они нужны. Она заключает торговые сделки для наших купцов. Она настаивает на общих морских законах для всех, кто плывет. Они будут ненавидеть ее за победу над ними, но гораздо меньше, чем если бы она пытался завоевать их. Там есть Браавос и Пентос. Вестерос далеко не одинок в этом".

-- И все же упущенная возможность, говорю я, -- сказал Оберин. "Ну, тогда я снова в постели. Скажи мне, если что-то изменится, брат".

Доран не стал смотреть, как уходит его брат. Вместо этого он уставился на обломки последнего вздоха Эссоса. "Больше всего изменилось, что даже я могу понять, брат, -- сказал себе Доран. "Слава богам, я был здесь, чтобы увидеть это". 36

____________________________________________________________

© Darth Marrs. Квинтэссенция королевы. Червь / Звездные войны / Игра престолов

Origin: http://samlib.ru/t/terminatrow_d_k/worm_quintessence_of_queen.shtml

Создан: 20/07/2021, изменен: 22/02/2022, 947k

Роман: Фанфик