# 164. 16-33.01.284. Западная пустошь, Викения, город Хийя - южная Викения, река Фиран

Аноним Токацин

Об эльфийском корабле, тревожных новостях и опасной переправе.

16.01.284 от Применения. Западная пустошь, Викения, река Фиран, город Хийя

Мелкий дождь провожал "Здоровяк", когда локо выезжали из Алькау; когда они подъехали ближе к "дождевой горе", та накрыла их "хвостом" спиральной тучи - над вершиной кружил циклон. Тут полило уже всерьёз - поезд даже встал на внеплановую стоянку.

- Весенние дожди! - Ицки с ухмылкой смотрел на тёмное небо. - А ведь мурты держат слово, Чёрная Скала. Даже без твоих проклятий.

Гедимин недовольно сощурился, но всё же кивнул. Спорить было не о чем - который день в степи вокруг Алькау - и на юге, по дороге к посёлку Хийя - было непривычно тихо. Где-то на севере между Емуртлой и Улфой ходили муртские караваны - и не сворачивали к югу. И охотники муртов стреляли дичь у Емуртлы и Улфы, не влезая на земли алькау.

- Странно, - буркнул сармат. Ицки ухмыльнулся.

- Да, мы к такому не привыкли. А спокойно в пустошах, когда никто не стреляет! Может, и на севере будет так же?

...С утренней стоянки локо послали в город гонцов; с ними поехали проводники-алькау. Вернулись нескоро, без тревожных криков, но с озадаченным видом.

- В Хийе - эльфийский корабль, - объявил столь же озадаченный Ицки, вернувшись на крышу. - Эльфы у них в гостях.

Гедимин изумлённо мигнул.

Из приземистых построек Хийи раньше всех на горизонте появлялись деревянные сторожевые вышки. Но ещё раньше сармат увидел тёмный жгут туго закрученного воздуха и услышал вой смерча, звуки ударов и радостные крики. На северной окраине, поодаль от строений и посевов, поселенцы играли в змеемяч.

Зрителей - на безопасном расстоянии, на склонах южных холмов - собралось много - весь посёлок вышел сюда. А игроков было только восемь, по четверо с двух сторон от смерча. Одну команду собрали алькау и кэми - у одного из полуголых игроков с битами волосы были тёмно-рыжие, у троих - чёрные. А по другую сторону смерча - так же, без рубашек, в одних штанах, с яркими повязками на светлых волосах - встали четверо эльфов.

"Здоровяк" остановился, открыл двери и "бойницы". Локо полезли на крышу. Кто уже был там - ошалело глазели на игроков. Тем было не до зевак. Закинутый мяч небесные змеи выбрасывали из вихря, не выбирая направление - и алькау метались, едва успевая отбивать. Так же часто мяч летел к эльфам. Вчетвером они встали на невидимой дуге - и, казалось, они еле движутся. Но на траектории мяча неизменно оказывался один из них, аккуратно подставивший биту. Двое "рефери" на холмах громко считали отбитые мячи. Вихрь выл, дерево трещало - и после очередного удара мяч с грохотом лопнул.

- Конец! - объявил вождь Хийи, спускаясь с холма. - Мяч третий. Пожалуй, хватит.

- Хэй! - вскинулся Ицки. - У локо есть мячи!

- Хэ-э! - выдохнул игрок-алькау; он весь блестел от пота, чёрные волосы слиплись, раскраска размазалась по мокрому лицу. - Пусть локо и играют. А я - всё. Ну вы сильны, микана!

Эльф - он тоже раскраснелся и тяжело дышал, хоть и старался держать лицо - едва заметно усмехнулся.

- Микана - новички в этой игре. А вот вы, хийкеу, не уступите даже наннам. Как так вышло, что вы с ними до сих пор не в крепкой дружбе? Если бы нанны увидели вашу игру, эхунну с детьми Макеги, - от них бы отбою не было в вашем городе!

Зеваки спустились с холмов. Рефери объявили счёт. Гедимин сильно удивился, но "вели" алькау - ненамного, на тройку мячей, но они обогнали эльфов. Сармат покосился на "ушастых" - те, собравшись поодаль, умывались и одевались. Их командир - он не играл и остался в вышитой куртке, с резным деревянным обручем на жёлтых волосах - между тем подошёл к поезду. Там уже собрались вожди локо и алькау, выбрался наружу старейшина Жесан. Эльф дружелюбно кивнул им.

- Эллуоко снова в южных землях? Слава о вас летит быстрее ветра. Степь гудит под лапами железного зверя эллуоко. Травы поют о людях, спасённых от участи хуже смерти...

Ицки смущённо хмыкнул. Все эльфы, пригладив волосы и приняв невозмутимый вид, собрались к командиру. Гедимин, спускаясь с крыши, увидел вдалеке, за глинобитными домами, мачту маленького эльфийского корабля; тёмно-синий парус был спущен, и судно встало у тростниковых мостков рядом с рыбацкими лодками.

- В Хийе сегодня много гостей! - усмехнулся вождь алькау и оглянулся на посёлок. - Садитесь к нашему костру. У "хийкева" хватит матлы на всех!

Командир эльфов со сдержанной улыбкой покосился на небо. Оно было от края до края затянуто тучами, уже основательно потемнело, и за горизонтом ворочался гром.

- Приглашение ко времени, о вождь. Небесная вода согласилась нас подождать, но не может же она ждать бесконечно...

...Едва последний эльф вошёл под навес, сверкнула молния, и ливень встал стеной. Гедимин был не так проворен, как микана. Когда он заполз на циновки у жировой печи, со скафандра вода стекала ручьями.

- Да, дождь долго нас дожидался, - покачал головой вождь алькау, поднимая чашку с подогретой матлой. - Хотел бы я знать, как вы, микана, это делаете!

Эльф из дома Кесвакаси - его обруч, вырезанный из кружевного дерева, был украшен мелкими зёрнами малахита - слегка приподнял угол губ.

- Много есть знаний, которыми хотелось бы обладать. И вы, хийкеу, проворны в погоне за ними. Вот вы за малый срок, едва коснувшись местной глины, узнали, как изменить её природу...

Гедимин покосился на тонкостенную чёрную чашку в его руках. Гостям дали украшенную посуду из "алькауской глины", - конечно, эльф сразу понял, что это не примитивная местная керамика. Сармат подозревал, что на корабле микана уже припрятаны образцы - и глина, и обломки алюмофрила, и, возможно, готовые сосуды.

- Ничего сложного, о микана, - ответил вождь алькау. - Раньше нашей печи не хватало жара. Но, спасибо улукку и вуутанцам...

Ицки повёл плечом.

- Печь печью, но смесь - ваша заслуга. И на юге, и на севере её будут называть алькайской глиной.

- И это справедливо, - вставил слово командир эльфов.

Остальные четверо молча тянули матлу из тонкостенных чашек. Один пил жидкость чистую, другой - подслащённую, третий - с пряными травами, а четвёртый - с солью и жиром. Иногда чашки меняли хозяев. Гедимин почти чувствовал, как между эльфами стремительно "перетекает" информация.

- Также и эта трава, эту-ма-тила-а, - медленно, по слогам, проговорил Кесвакаси. - Достойно восхищения, как вам удалось её сохранить. Есть зёрна, готовые спать годами и набираться сил - но эти семена не из таких...

- Это кевы, - отозвался вождь алькау. - Только их заслуга. У нас матла даже растёт по-другому. Кевская - чёрная, и она кислее. Интересно, какой она будет у вас?

Гедимин мигнул - и поймал на себе мимолётный, но острый взгляд командира эльфов.

- Дом Кесвакаси найдёт для неё лучшие участки, - пообещал микана. - Извлечёт всю кислоту и сладость. Каждая выращенная трава для нас драгоценна. Если ваши семена постигнет беда - обращайтесь, и мы пришлём.

"Всё-таки добрались до матлы," - сармат беззвучно ухмыльнулся в респиратор. "А туда же - "за каждой травой не набегаешься"... Чем хоть заплатили?"

Командир эльфов снова покосился на него и перевёл взгляд на вождя алькау.

- В Хийе хорошая пристань, о хийкеу. Кораблям микана было бы удобно тут останавливаться. По пути ли в верховья, за листами для письма, или на обратной дороге в Фиранкану...

Алькау довольно ухмыльнулся.

- Мы её достроим. Сделаем навес, поставим лебёдку. Мы рады торговать с соседями!

- И микана тоже, о хийкеу, - едва заметно улыбнулся эльф. - Что скажешь о привезённой пряже? Кто-то предпочитает многожальнику шерстяную нить, как нанны, живущие в степях - и красить её избегает...

- Нет, пряжа отличная, - быстро ответил алькау, и несколько человек под навесом одобрительно закивали. - Хорошо будет, если привезёте ещё. У нас на обмен есть шкуры с мехом и без, есть волос Ифи и ковкая руда.

- Князь Аэннари об этом узнает, - пообещал эльф. - Я рад, что корабль микана остановился у вашей пристани. Пусть пока у вас нет времени, чтоб её достроить...

- Это верно, - зашевелился в полумраке Мейцан. - У нас пятьдесят человек на борту. Останемся тут, поможем в строительстве, но дома нужны им всем, и быстро.

Алькау тронул ладонью подбородок.

- Дом, одежда, пища... Будь им нужно только это - всё было бы просто.


17.01.284 от Применения. Западная пустошь, Викения, река Фиран, город Хийя

Ночевал Гедимин в посёлке, под навесом у "дома вождей" - собирал данные дозиметрии. Утром обнаружил себя накрытым циновками с ног по плечи. В чём был смысл такого "одеяла", сармат не понял, но осторожность и старательность оценил. Теперь, на рассвете вернувшись к поезду, он проверял показания дозиметра и подозрительно щурился на экран. Ничего необычного не было - разве что вчера, во время вечерней беседы, четверо эльфов с чашками "фонили" в ЭСТ-диапазоне. Но общались они только между собой, и вряд ли излучение было направлено на поселенцев...

В вагоне с утра было шумно. "Улфы" сегодня готовились к переселению в наземные "отсеки" Хийи, так что никакого полезного дела им не дали - и они немедленно нашли себе другие занятия. В трёх отсеках ругались из-за подстилок, из-за травяной накидки успели подраться. Кто-то орал, чтоб не смели есть вперёд него, пока вопли не прервал, сердито рявкнув, локо из поездной бригады.

- Ну что за чушь! - взвизгнул третий - женщина, видно, побывавшая шалавой или выращенная в "верхнем" клане и привыкшая визжать, а не глухо рычать. - Жёны - это жёны. Шалавы - это шалавы. А робби - совсем другое! Как можно равнять их?! Жёны чистые и приказывают. Робби в грязи метут и моют. А ты что несёшь?!

На крыше зашуршало. Мейцан, тихо поднявшийся к Гедимину, покосился на вагон и тяжело вздохнул.

- Что за мозговая гниль?! Сначала они трясутся. Потом наглеют и кусаются. Не знаю, кто хуже - наглые или дрожащие. Ни тем, ни другим не доверишься.

- Справедливо, о вождь Мэитан, - отозвался командир эльфийского отряда. Он тоже стоял на крыше вагона и прислушивался к голосам, приподняв острый кончик уха.

- Эти женщины видели много злобы и много страха - и ничего кроме страха и злобы. Ими теперь они пропитаны насквозь. Уходит страх - просыпается злоба. Стихает злоба - поднимается страх. За нелёгкое дело взялись вы, эллуоко...

Мейцан вздохнул ещё громче и протяжнее.

- Нам не впервой. Но что делать - всё равно неясно. Не родились же они такими! Некоторые опомнились. Стали жить, как люди. Но... - он тяжело качнул головой. - Даже в них я не уверен. Если припугнуть чуть сильнее...

- Или пообещать кусок слаще... - закончил за него эльф. - Кто-то был твёрд. Кто-то помнил - бывает иначе. Кого-то можно отмыть до чистого ядра. Но сколько воды утечёт, - целые реки...

Мейцан мрачно кивнул.

- Дикарская шлюха! Никчёмная падаль! - заорали внизу на два голоса.

- Пока нас много, а их мало, что-то сделать можно, - пробормотал локо, болезненно морщась. - Следить, не отходя. Учить и поправлять. И всё равно... А когда их с нами будет вровень?!

Микана повёл острым ухом.

- Будь осторожен, о вождь Мэитан. Пустоши полны опасностей. Доверие между эллуоко защищает их, как незримая стена. Плохо, если в ней будут бреши.

Мейцан стиснул зубы.

- И всё же - людям не место в норах крыс. Кого сможем - вытащим, - мрачно пообещал он. - Должен быть какой-то способ...

- Клан Железа всегда был настойчив в достижении целей, - задумчиво проговорил микана, глядя куда-то на юг, сквозь холмы и стены. - Если бы немного разборчивости в их выборе... Твоя цель, о вождь Мэитан, несомненно благая. И, наверное, микана... дом Уэнкельви мог бы помочь вам.

Мейцан, вздрогнув, развернулся к нему.

- Священные травы этой земли... - эльф всё так же рассеянно смотрел за горизонт, и Гедимин с подозрением покосился на дозиметр, но стрелка-указатель не двигалась. - Они впитали её силу. Если верно применить их... Есть состав, проясняющий разум. Сквозь боль, злобу, страх и ложь он покажет истину - ту, что выше богов. Кто увидит её, сможет выбрать - то, что есть, или смертный морок. Вы идёте за древней истиной, эллуоко. А люди развалин о ней забыли. Кто не побоится - останется с вами.

Гедимин мигнул. Мейцан растерянно ухмыльнулся.

- У вас... есть штука, которая прочистит им мозги? И вы...

Микана слабо шевельнул ладонью.

- Клан Ртути поможет вам. На закате я пошлю весть по реке. Утром из Фиранканы придёт ответ. Слово за домом Уэнкельви. Но я думаю, что князь Аэннари со мной согласится, а Уэнкельви спорить с ним не будут...

...Ицки и Мейцан переглянулись, и оба выжидающе посмотрели на Гедимина. У костра на склоне холма - там, где встали новые "карантинные" шалаши - кто-то взвизгнул. Следом раздался хлопок и сердитый окрик.

- Ну и зачем?! - громко спросил невидимый в сумерках воин алькау. В ответ глухо заворчали.

- А чего она?!

- Да я вообще...

Мейцан тяжело вздохнул.

- Три раза всех по-разному переселили! И всё равно - опять перегрызлись. Не знаю, что там за снадобье у эльфов. Но если оно чистит мозги - так хоть плутоний!

- Плутоний мозги не чистит, - машинально отозвался Гедимин. - И вообще ядовит. А эльфы - спецы в полоскании мозгов. Думаю, капитан не врёт.

Ицки сдержанно хмыкнул.

- Что спецы - я не спорю. Вот насколько оно на пользу...

Мейцан хлопнул себя по колену.

- Им уже всё на пользу! Подождём утра. Может, они - князь или эти химики - ещё и откажутся...


18.01.284 от Применения. Западная пустошь, Викения, река Фиран, город Хийя

На рассвете Гедимина разбудил плеск волны и прохладный ветер. На крыше локомотива стоял эльф, а рядом с ним - сонные, взъерошенные вожди локо, не успевшие даже раскрасить лица.

- Князь Аэннари ждёт вас в Фиранкане, - услышал Гедимин. - И дом Уэнкельви рад приветствовать вас - и Древнего Странника Хеммина.

Мейцан радостно усмехнулся.

- Значит, повернём на восток. Печь на побережье подождёт ещё немного!

Ицки хмыкнул.

- А чем мы расплатимся с князем? Желудями?

Эльф слегка повёл плечом.

- Об этом не тревожьтесь. Все долги давно уплачены.

Мейцан пихнул Ицки в бок.

- Успеем доехать до печки! Пока что - князь... и надо бы навестить Ники. Ты, эль... микана, не знаешь, как она там?

- Ники... - эльф приопустил веки. - Её имя тоже принесла река. Да, вам надо найти её. Она живёт в Фиранкане, она родила дочь... и князь Аэннари беспокоится о ней.

- Что с Ники? - вскинулся Ицки. - Что у вас там творится?

- Я в точности не знаю, - ровным голосом ответил эльф. - Поговори с князем, о вождь Итики. Всё разрешится.

Он шагнул к краю крыши и словно в воздухе растаял. Гедимин успел заметить тень на склоне холма и порыв холодного ветра с реки.

- Родила... - помрачневший Ицки тяжело качнул головой. - Рано ей было рожать! Тем более - от нечеловека. Мало ли что у них и у нас...

- У эльфов хорошие медики, - сказал Гедимин. - Болезнь или травму они бы не пропустили.

- Погоди вставать на уши, - Мейцан крепко взял Ицки за плечо. - Приедем - разберёмся.


23.01.284 от Применения. Западная пустошь, Викения, река Фиран, город Хийя

Выехать собирались, едва рассветёт, но, разумеется, ничего из этого не вышло. Гедимин, проснувшись в утренних сумерках, не увидел ни Ицки, ни Мейцана, да и поезд был полупустым. Солнце уже встало, когда локо (и провожающие их поселенцы из Хийи) потянулись к вагону. Ицки вернулся было, но пошёл вытаскивать геолога Рищера с рудника - и сам забрёл к литейщикам и надолго у них застрял. Гедимин, поняв, что до полудня никто никуда не поедет, собрал дрон, спустился с крыши и ушёл на тренировку. И ещё час ему было не до локо и их неторопливых сборов.

Убрав защитное поле (дрон уже лежал по частям в нишах под бронёй), сармат услышал оживлённые голоса и громкий шорох. На крыше локомотива рядом с двумя "змеиными знамёнами" устанавливали третье - из небелёной травы, с вертикальной чёрной полосой. Гедимин, удивлённо мигнув, перевёл взгляд на посёлок - там, на холме, тоже было три знамени. Откуда взялось третье, сармат не помнил.

- Чёрная Скала! - усмехнулся Мейцан ему навстречу. - Ты вовремя. Почти все в сборе, припасы на борту, скоро едем.

Гедимин одобрительно хмыкнул.

- Ицки вернулся?

Мейцан кивнул на знамя.

- Чуть задержались, пока разобрали имя. Змеиные имена - это непросто. Зато теперь знаем третьего их вождя. Хранитель пастбищ и засеянных земель - Моцкайти!

Ветер взвыл над поездом, с треском качнулось зелёное знамя. Гедимин мигнул.

- И он, правда, хранит...

Мейцан махнул рукой в сторону столбов на границе засеянных земель. Сарка поднялась в человеческий рост, бобы цвели, бодро зеленела матла, но ни одно копытное к посевам не совалось - даже птицы облетали их стороной.

- Ещё как хранит! Не знаю, правда, защитит ли от крыс двуногих. У них всё-таки оружие...

Налетевший ветер столкнул гривастую шапку ему на лицо. Мейцан с усмешкой её поправил и помахал змеям, кружащим над поездом.

Между тем последние локо забирались в вагон, а провожающие выбирались наружу. Почти вся Хийя сошлась к поезду. Даже "улфы", выйдя из шалашей, глазели на него и растерянно переглядывались.

Мейцан хотел что-то сказать, но осёкся и шагнул к краю крыши. К вагону, обняв на прощание провожающих, вышла женщина с почётными воинскими знаками на лице. На тыльной стороне её ладоней Гедимин увидел яркие тройные полосы - узор в цветах знамён Кимикти.

- Сирла Уэн? Что-то случилось?

Ширла подняла на него хмурый взгляд и попыталась улыбнуться.

- Итики сказал - я могу ехать с улукку. Я еду.

Мейцан качнул головой.

- Не хочешь остаться со своими? Мы ведь уедем на север и вернёмся очень нескоро...

- Мои не спорят, - отозвалась Ширла. - Змеи...

Она кивнула на знамёна и показала Мейцану рисунок на руках.

- Они говорят - лучше ехать с вами. Там от меня будет больше проку.

Мейцан растерянно хмыкнул, сам покосился на знамёна и пожал плечами.

- Как знаешь, Сирла. Я только рад.

..."Мост" из защитного поля растаял. Гусеницы атомовоза коснулись твёрдой земли. Мейцан шумно выдохнул и помахал поселенцам, оставшимся на северном берегу. С неба уже капало, на горизонте громыхало, люди прикрылись травяными накидками, рыбацкие лодки вытащили на берег - а эльфийский корабль ещё позавчера ушёл к Фиранкане. Ему было проще, - так думал Гедимин, глядя на чёрное небо, бурную реку и раскисающую землю.


33.01.284 от Применения. Западная пустошь, южная Викения, река Фиран

Южное побережье тонуло в дождях. Тучи, не успев разомкнуться, вновь сходились. Небесные змеи, не выдержав, поднялись выше облаков, и локо убрали с крыши знамёна, раскисающие от воды. Раскисала и земля; то и дело поезд ложился на "подушку" защитного поля, чтоб не увязнуть по самые окна. Каждый ручей превратился в бурную реку, каждая низина стала озером. Разведчики локо подолгу выбирали место для стоянки, и каждый выбранный холм Гедимин на всякий случай сканировал - размокшая почва утратила всякую надёжность, да и камень под напором воды часто поддавался.

На размытые берега из вагона сердито ворчал геолог Рищер. Как он их чует, Гедимин не знал, но безглазое лицо всякий раз поворачивалось к особенно "привлекательным" каменным обнажениям.

Ворчали и вздыхали и другие локо. Едва на стоянке выглядывало солнце, все вываливались из вагона, вынося мишени, мячи и биты. Ицки, глядя на них, только хмыкал - редко им удавалось хоть раз сыграть в "перекид" до нового ливня.

Дожди смывали с камней последние метки улфов и муртов. В степи не было ни рейдеров, ни "диких" охотников-киеу или алькау. Стада копытных, спасаясь от наводнений, откочевали на север, туда за ними ушли и кочевые степняки. Однажды на стоянке в хвойном "орешнике" Гедимин увидел за деревом пёструю накидку и мохнатое ухо - но кимея, не отозвавшись на оклик, исчезла в тенях.

- Кошколюди? В такую погоду? - Ицки недоверчиво хмыкнул. - Не, Чёрная Скала. Кошки дождь не любят. Привиделось.

На переплывание разлившегося Фирана в дельте не хватило бы никакого защитного поля. Поезд повернул на север. Даже в отдалении был слышен рёв раздувшегося потока. Гедимин вспоминал каналы и мостки Фиранканы и думал о юго-восточных болотах. Выходило, что "Здоровяк" застрянет задолго до дебрей Высокого Леса...

В полдень поезд остановился напротив удобного спуска. Тучи ненадолго разомкнулись, но горизонт со всех сторон был затянут. В ярком солнечном свете бурлящая внизу вода казалась ещё чернее. Если бы не пена и остатки растений, уносимые течением, трудно было бы понять, река это или озеро, - даже Гедимин, выпрямившись во весь рост на крыше локомотива, не видел дальнего берега. Но луч сканера до него дотянулся, и сармат сдержанно хмыкнул - спуск, и правда, был удобным, а за рекой переходил в надёжный пологий подъём, подходящий для стоянки. Оставалось только пересечь реку...

Вождь Мейцан взглянул на чёрную воду, на сканер, снова на воду - и шумно вздохнул.

- Смотри - не смотри, а ехать надо. Чёрная Скала, мост выдержит?

- Поддержу своим генератором, - пообещал сармат. - Просядет, но до берега дотянем.

- Пять горшков с медовым жиром, не меньше, - пробормотал Мейцан, глядя на реку. Мимо проплыло вывороченное с корнями Дерево Ифи.

Гедимин сдвинул височные пластины, на ходу погладил обшивку локомотива ("Здоровяк" отозвался тёплым касанием) и шагнул в тёмную воду. Раскисшая земля у берега пружинила под широко расставленными пальцами. Что-то панцирное зацепило ногу жёстким хвостом и умчалось.

- Агва, вы здесь? - сармат сделал ещё шаг, погружаясь по колено. - Мы будем переправляться. Разгоните рыбу!

Его обдало с ног до головы невидимыми холодными брызгами. Кто-то хихикнул.

- И чего людям дома не сидится? - из чёрной воды и белой пены выглянула зеленоватая усатая морда. - Может, наоборот - вашу машину рыбами подпереть? Пока они все в низовьях?

- Не выдержат, - отозвался Гедимин. - Лучше отгоните их с дороги. А мы постараемся вас не тревожить.

Его снова осыпало колючими брызгами. Агва с плеском нырнул, но сармат ещё долго слышал со всех сторон беззлобный смех.

"Здоровяк", прикрытый с боков защитным полем, отъехал на пять километров для разгона - и влетел в реку, едва успев надуть "подушку". Вода поднялась двумя гребнями в сарматский рост. Защитное поле дрожало, покрываясь чёрной рябью и снова белея. Вода "кипела" за белесыми "стенами", перехлёстывая через края. Поезд проседал всё сильнее, и Гедимин наращивал бортовые барьеры. Краем глаза он видел, что глубина уменьшается - приближался берег.

Сармат уже видел вдали береговые можжевельники, когда поезд дрогнул. Гедимин пошатнулся. Его накрыло волной страха - не сразу он понял, что страх чужой. Он чувствовал, как поезд замедляет ход, но не мог шевельнуться. Всё залило чернотой, и только впереди вспыхивала и гасла огненная полоса, до боли обжигая глаза.

- Чёрная Скала! Поезд! - крикнул где-то в темноте Мейцан. Гедимин встряхнул головой. "Здоровяк" почти уже встал. С двух сторон плескалась чёрная вода.

- Едем! - выдохнул сармат, падая на крышу. Под ладонями дрожало что-то раскалённое и очень напуганное.

- Прорвёмся! - Гедимин сдёрнул с плеча сфалт, ошалело мотнул головой - никакой угрозы не было, кроме нависающей с двух сторон реки. Гусеницы коснулись дна. Боковое защитное поле "висело" только на ручном генераторе - ЛИЭГи больше его не поддерживали.

- Прорвёмся, я прикрою! - сармат ударил ладонью по обшивке. - Давай!

- Локо, самый полный! - крикнул Мейцан где-то за спиной. Заревел гудок. Медленно, в мелкой тряске, "Здоровяк" пополз вперёд.

- Локо тонут! - крикнул Гедимин, глядя на тающее поле. Река напирала, и водяная стена качалась, уже переливаясь через край. "Здоровяк" дёрнулся, гусеницы лязгнули. Поле вдоль бортов побелело, набирая прочность. В вагоне радостно взвыли.

- Полный ход! - заорал Мейцан. - Наддай!

...Река с рёвом рухнула в освобождённое русло. Гедимин не обернулся. Он лежал на крыше локомотива, прижав ладони к обшивке, и слушал затихающую дрожь.

- Хранитель напуган? - Ицки, Мейцан, механики и машинисты - все собрались вокруг сармата. С шапки Мейцана капала вода. Сверху громыхало, но над поездом растянули защитное поле - дождь поселенцев не тревожил.

- Что с ним, Чёрная Скала? - спросил Ицки. - Мы ничего не слышим.

- И тогда, в реке, не слышали, - добавил машинист. - Но "Здоровяк" будто на скалу налетел. Такое бывает? Мы раньше не видели.

- Похоже, никто из локо ничего не почувство... - Мейцан осёкся и перепрыгнул на крышу вагона. - Хэй! Райан Коллаз!

Из "бойницы" выглянул угрюмый медик Кьярки.

- В отключке Райан Коллаз. Только-только зашевелился. И сегодня явно уже никуда не пойдёт!

Вожди переглянулись.

- Давно он? - спросил Ицки.

- С переправы, - отозвался медик. - Пока все глазели, как мы тонем, он упал и лежал себе. Только на берегу хватились. Головой ударился, но вроде несильно. А чего отключился - неясно.

Гедимин отмотал показания дозиметра и мрачно кивнул собственным мыслям. Посреди экрана, как горный пик с мелкими зубцами скал, "торчал" мощный лучевой всплеск. ЭСТ-излучение выгнулось волной и резко обвалилось - и теперь уже затихло, вернувшись к привычной интенсивности. Сармат посмотрел на указатель. Вспышка развернула его на восток; сейчас он вяло покачивался между западом и югом.

- Значит, прибор это слышал, - Мейцан нахмурился. - Прибор, "Здоровяк" и Райан Коллаз - и больше никто. Может, ещё змеи, но они над тучами. Их не спросишь.

Гедимин оглянулся на реку.

- Может, Агва слышали?

...Чёрная вода дошла до пояса. Мимо проплывали кусты и травяные кочки, скользили невидимые панцирные рыбы. Река "молчала".

- Их нет, Чёрная Скала, - Ицки шагнул от воды. - Ни одной белой выдры. Все уплыли.

- Видимо, слышали, - пробормотал Гедимин, угрюмо щурясь на восток. "Лучевая вспышка. Первым среагировал хранитель. Может, это..." - сармат встряхнул головой, отгоняя неприятную мысль. "Нет. Скорее всего, нет. Но надо проверить."

- Станция "Ксиннон", приём!

... - Вспышка? - переспросил озадаченный связист - уже третий из опрошенных, со станции "Зинги". - Нет, у нас тихо. Думаешь, восточные станции? Сейчас свяжу тебя с "Ларатом".

... - Приём, - вызванный, наконец, связист со станции "Скорпион" был озадачен, но не напуган. - Вспышка? Да, кривая дёрнулась. "Эджин" и "Флан" тоже засекли. Где-то на западе. Опять твои опыты?

"На западе?" - Гедимин мигнул. "Значит, между нами и восточными станциями... Что-то в Гиблых Землях? Ну, там есть чему вспыхивать..."

Ицки едва заметно ухмылялся - но убрал ухмылку с лица, едва Гедимин на него посмотрел.

- Твои сородичи целы?

Сармат кивнул.

- Может, Гиблые Земли. Там вообще не пойми что творится...

Внизу перекликались локо - стоянка закончилась, и все возвращались на борт. Уже заработал двигатель - "Здоровяк" готовился к отъезду. Хранитель молчал.