# Артур Понсонби и его "Ложь во время войны". Глава 26. "Лицемерное возмущение"

Владислав Вячеславович Трушников

Воздушные налеты, газовые атаки и атаки подводных лодок. Разве их применяла только Германия?

Артур Понсонби


Ложь во время войны


## Глава 26


Лицемерное возмущение


Применение отравляющих газов и подводных лодок послужило ярким примером

бурных вспышек негодования со стороны прессы, которые, как показали дальнейшие события, являлись вопиющим лицемерием. Возможно, это точнее будет назвать даже не выражением лжи, а своего рода жизненной позицией.


Мы должны быть готовы к тому, что немцы станут сражаться как дикари со знаниями в области химии.

Daily Express, 27 апреля 1915 года.


Этот жесточайший метод ведения войны... это дьявольское изобретение... Систематические попытки задушить и отравить наших солдат могут иметь только одно воздействие на британский народ и на все негерманские народы Земли. Это усилит наш гнев и нашу решимость, и это наполнит все человечество ужасом перед немецким именем.

Times, 29 апреля 1915 года.


Как вскоре выяснилось, не Германия первой применила отравляющий газ. Открытия М. Терпена в области ядовитых веществ были опубликованы во французской прессе еще раньше, а официальные инструкции Военного министерства Франции относительно использования ручных гранат, начиненных отравляющим газом, были изданы осенью 1914 года.

В мае 1915 года полковник Мод писал в Land and Water:


При взрыве снаряда или мины, а также в результате всех пожаров выделяются газы, обладающие удушающим действием. Дым от разорвавшегося снаряда также ядовит. Использование соответствующих веществ обсуждалось в течение многих лет, потому что боеприпасы, выделяющие смертоносный газ, по оценкам специалистов, обладают

необычайной разрушительной силой; но причина, по которой многие из них не были приняты на вооружение, заключалась в том, что они считались слишком опасными для транспортировки и обращения с ними наших артиллеристов, а не в том, что, взорвавшись, могли отравить противника. В то время высокое качество смертоносности защищалось на

почве гуманности, поскольку смерть абсолютно во всех случаях оказывалась бы неминуемой и безболезненной, что, в свою очередь, исключало наличие раненых. В любом случае, в начале этой войны во всех французских газетах заявлялось, что трудности обращения с этими снарядами преодолены и что они использовались на определенных участках французского фронта с замечательными результатами. Когда придет время защищать их

использование, действительно ли у нас хватит наглости заявить в отношении наших

снарядов, что они отравляют, но не удушают? И кроме того, разве отравление, помимо удушения, не подпадает под действие Гаагской конвенции? По духу это, несомненно, так; но поскольку у меня нет под рукой текста, на который можно было бы сослаться, сложившаяся ситуация, возможно, оставляет в этом вопросе лазейку для наших юристов-международников.


Впоследствии, конечно, мы переняли и усовершенствовали принципы ведения газовой войны.


Мистер Биллинг: Разве это не факт... что у нас есть лучший

газ и лучшая защита от него, чем у визжащих варваров?

Бонар Лоу: Хотел бы я быть в этом так же уверен, как достопочтенный член Палаты.

Палата общин, 25 февраля 1918 года.


Их (британские и французские) противогазы сегодня более эффективны, чем немецкие; их газ лучше и его лучше используют.

Daily Mail, 25 февраля 1918 года.


Союзники соперничали друг с другом в производстве отравляющего газа, и следующая статья американца Эд. Бервика показывает, до каких пределов все это докатилось.


До окончания войны использовалось шестьдесят три различных вида отравляющих газов, и в ноябре 1918 года наша военная химическая служба (созданная в июне того же года) занималась шестьюдесятью пятью "крупными исследовательскими проблемами", включая разработку восьми газовых смесей, более смертоносных, чем все, что использовалось ранее... Один вид сделал почву бесплодной на семь лет, а несколько капель на ствол дерева привели к тому, что оно "засохло в течение часа". Из нашего арсенала в Эджвуде, штат Мэриленд, и его филиалов выходило по 810 тонн в неделю против 385 тонн во Франции, 410 тонн в Великобритании и только 210 тонн в Германии.

Компания была почти готова увеличить объем производства до 3000 тонн в

неделю... Конгресс выделил на производство химического оружия 100 000 000 долларов

и выделил для этой цели 48 000 сотрудников. Перемирие сделало ассигнования ненужными в таких масштабах.

Министерство иностранных дел, июль 1922 года.


Ядовитый газ невероятной вредоносности, от которого могла спасти только так называемая секретная маска (которую немцы не смогли вовремя получить), подавил бы всякое сопротивление и парализовал всю жизнь на вражеском фронте в ходе нашего наступления.

"Что означала бы война в 1919 году", Уинстон Черчилль, Nash`s Pall Mall Magazine, сентябрь 1924 года.


После войны исследования и эксперименты продолжались, и теперь говорят, что Великобритания лидирует в этом "зверином методе ведения войны", "дьявольском

изобретении" и вообще в области вооружения "дикарей".

Подводная война произвела тот же эффект.


Германии нельзя позволить принять систему открытого пиратства и убийств.

Уинстон Черчилль, Палата общин, 15 февраля 1915 года.


Сегодня впервые в истории одна из великих держав Европы предлагает систематически вести войну на море средствами, которые до сих пор осуждались всеми странами как пиратские.

Times, 18 февраля 1915 года.


Нет необходимости приводить множество случаев праведного гнева со стороны прессы и отдельных лиц. Но задолго до этого события тему поднял Перси Скотт в ответе лорду Сиденхэму в Times от 16 июля 1914 года, то есть еще до начала войны. Приведем цитату из письма, написанного иностранным морским офицером, и соответствующий комментарий:


Если бы мы вступили в войну с островной державой, зависящей от поставок продовольствия из-за рубежа, нашим делом стало бы остановить эти поставки. При объявлении войны мы должны уведомить противника, чтобы он имел возможность предупредить экипажи своих торговых судов о блокаде минами и угрозе со стороны субмарин.

Точно так же мы должны уведомить все нейтральные страны о том, что такая блокада установлена, и что если какое-либо из судов приблизится к острову, то оно будет уничтожено либо миной, либо подводной лодкой. То есть, если торговое судно продолжит следовать прежним курсом, то экипаж в таком случае будет действовать исключительно на свой страх и риск.


Комментарий, предоставленный Перси Скоттом:


Такое заявление, на мой взгляд, было бы совершенно уместным, и как только оно было бы сделано, если бы какие-либо британские суда или суда нейтральных стран оставили его без внимания, они не могли бы считаться занятыми мирными делами, о которых упоминал лорд Сиденхэм, и, если бы они были потоплены при такой попытке, это не следовало бы интерпретировать как рецидив дикости или пиратства в его самой черной форме. Если лорд Сиденхэм просмотрит отчеты о том, что обычно случалось с нарушителями блокады в Чарльстоне во время гражданской войны в Америке, то я думаю, он

обнаружит, что экипажи блокирующих крейсеров редко испытывали какие-либо угрызения

совести, стреляя по судам во время погони, вынуждая пристать к берегу или даже обстреливая, когда те оказывались на мели. Мина и торпеда, выпущенная из подводной лодки, станут сдерживающими факторами.


В одном из своих характерно остроумных писем (адресованном адмиралу Тирпицу по поводу его отставки, 29 марта 1916 года) лорд Фишер писал:


Я не виню вас за ваши дела с подводными лодками. Я бы и сам сделал то же самое, только наши идиоты в Англии не стали бы меня слушать.


Воздушные налеты вызвали все то же самое. У нас сложилось впечатление, будто именно варвары впервые обрушили с неба смертоносный дождь, однако, на просветительских лекциях, прочитанных в 1918 году в пропагандистских целях Национальным комитетом по вооруженным силам, были показаны слайды, иллюстрирующие сбрасывание бомб на немецкие города. Краткий обзор одного из этих слайдов содержал следующую информацию:


Налеты R.N.A.S. явились первыми примерами бомбардировок с воздуха. Очень жаль, что в начале войны у нас не было достаточного количества самолетов*.


Примечание переводчика: R.N.A.S. - Royal Naval Air Service - Королевская военно-морская авиационная служба.


В июле 1917 года лорд Монтегю заявил в Палате лордов:


Разговоры о том, что Лондон - незащищенный город, - полнейшая чушь. Немцы имели полное право совершать налеты на Лондон. Лондон защищался пушками и самолетами

и был главным центром производства боеприпасов. Следовательно, мы всего лишь обманывали себя, говоря о том, что Лондон является незащищенным городом, а немцы, напавшие на него, виновны в акте, недостойном цивилизованной нации. Возможно, в определенный момент говорить об этом стало не совсем уместно, но ситуация сложилась именно такая. Правильной линией поведения для правительства было обратиться к гражданскому населению: "Это война народов, а не только армий, и вы должны быть готовы пожертвовать собой, точно так же, как гражданское население Франции и Бельгии несет потери, связанные с такого рода боевыми действиями.


Когда союзники предприняли налеты на немецкие города, такие как Карлсруэ, все разговоры о бесчеловечности разом прекратились.


Кто не помнит яростного британского негодования при известии о том, что немцы, опустившись до невыразимых глубин порока и подлости, стали использовать ядовитые газы?

Британские цензоры с радостью пропустили самые ужасающие подробности о страданиях, причиняемых этим новым методом пыток, однако, вскоре лондонская цензура запретила дальнейшие упоминания об использовании газа. Это могло указывать лишь на то, что теперь Англия сама собиралась использовать газовые атаки. Сегодня использование газа британцами приветствуется не только без стыда, но и с радостным удовлетворением. По мере

того, как союзники убивали с воздуха невинных женщин и детей в немецких городах, становилось все более очевидно, насколько быстро во время войны идеалы гуманизма отходят на второй план.

New York Evening Post, 30 июня 1916 года.


Перевод Владислава Трушникова


Продолжение следует...