# Упырь

Михаил Уханов

Два мира и два перехода между ними, в одном случае - смерть, а в другом - любовь. конкурсная работа на весеннюю Грелку 2026

***

Фрол Кузьмич тяжело вздохнул и спустил свои короткие, кряжистые ноги с кровати на дубовый пол. Звонкий щелчок и зажглись свечи в бронзовых канделябрах и липовых плошках, вспыхнули березовые дрова в камине, а на столе развернулась расписная скатерть-самобранка, зарумянившись свежим ароматным хлебом, маня гречневой кашей с белыми грибами и горячими веснушками оладушек с красными пятнами малинового варенья. Скатерть была аккуратно расписана и прошита вкусными рецептами от любимой младшей внучки - Ариадны Прокопьевны, круглолицой щекастой хохотушки, регулярно наводящей свой беспорядок в старинном лесном доме Фрола Кузьмича. В центре стола загудел и засвистел от весело булькающего кипятка, начищенный до неприличного зеркального блеска прошлогодним Васильевским мхом, раздутый двухведерный самовар. Сонная кукушка из шотландских вересковых болот, подаренная Дуремором на 200-летний юбилей хозяину дома вместе с бронзовыми часами, где вместо гирь ездили вверх и вниз два веселых лесных гнома, а маятник был сделан в виде точной копии "Летучего Голландца", как всегда проспала, и теперь спешно накидывала лишние часы к нахально вломившимся в горницу прытким лучам нового лунного дня. Черная кошка выскользнула из остатков сумрака, пересекла наискосок горницу и снова растворилась в непроглядной темноте.

Фрол Кузьмич еще раз вздохнул и окончательно проснулся. Искривленные от длительных походов по дремучим лесам и болотам ступни нащупали в жестком ворсе шкуры кантабрийского медведя на полу ивовые башмаки-кломпы, проложенные внутри для мягкости вымоченной в яблочном уксусе берестой. Гномы жили большими семьями, но слишком требовательный характер Фрола Кузьмича привёл к тому, что жил он бобылём. Второй щелчок и глиняный горшочек с древними рунами на боках покачиваясь из стороны в сторону подлетел к самовару, подставив под струю кипятка свое резное отверстие, тарелки и приборы заняли свои столы на столе и сами наполнились незамысловатой едой для раннего завтрака. Магия гномов простая и надежная, не надо заучивать наизусть бесконечные извращенные рецепты ведьминых зелий или нудные повторы заклятий колдунов с витиеватыми взмахами волшебных палочек. Здесь в подлунном мире на Земле гномам и другой нечисти жилось спокойно, в отличие от беспокойного Солнечного мира.

Давным-давно в Землю ударилась планета Тейя из антиматерии. Об этом шептались в пабах и тавернах после пятой кружки кислого овсяного эля с солодом, бодрящего и пробирающего насквозь усталого путника, и писали корявыми буквами в старых рукописных манускриптах самые древние из ныне живущих. Катастрофа была настолько сильной, что от Земли не только откололась Луна, но и раздвоилось время. Драконы вымерли, а Землю заполонили люди в том мире, где Луна получилась крошечной. В лунном мире Луна получилась большой и висела рядом с Землей, заслоняя собой Солнце, так что утром и вечером планету освещал только отраженный лунный свет. Кто-то, но не люди, мог находить переходы между двумя мирами. Ведьмы и колдуны научились только заглядывать в лунный мир. Вот, когда в солнечной Европе запылали костры инквизиции, а "Молот ведьм" стал настольной книгой ретивых пасторов и градоначальников, все ежегодные шабаши стали посвящены поиску средства для полного перехода в лунный мир. И оно было найдено. С его помощью люди стали активно заселять этот параллельный и более спокойный лунный мир. Да, здесь полно странных и древних существ, типа драконов, гномов и троллей, но они намного более миролюбивы, чем самый опасный хищник - человек. Ведьм и колдунов перешло сюда несколько тысяч за сотни лет. Они основали небольшие поселения в европейских лесных чащобах и дружно жили с веселыми ярмарками, обучающими шабашами и спортивными Олимпиадами. Но были и случайные переселенцы. Просто воры, убийцы или насильники, желающие избежать, заслуженной или нет, смерти, и случайно сбежавшие в лунный мир. Такие беженцы не находили себя в непривычном и странном для них мире, превращаясь в упырей. Вооруженные до зубов, упыри одиноко бродили по нехоженым лесным тропинкам, по берегам рек и болот, бормоча себе под нос и безуспешно накручивая волшебной палкой круги по воде, ведь заклинание для перехода обратно из лунного в солнечный мир, так и не было придумано. Черная кошка снова вынырнула на свет около огромных дубовых книжных шкафов, занимавших две стенки горницы от пола до потолка, до верху забитых книгами, тетрадями и журналами, сверкнула зелеными глазами и исчезла.

- Н-да-а-а... ептыть... - Фрол Кузьмич сделал длинный затяг свежего обжигающего бруснично-можжевелового чая из сине-белого фарфорового блюдца. Начинал он свою службу сотню лет назад с должности младшего писаря, и вот уже тридцать лет, как обычный лесной гном стал главным судьёй Германики - волшебного европейского королевства. В его личном архиве были собраны сведения о всех судебных делах, фактически с момента появления суда после перехода первой сотни переселенцев в 15 веке от Рождества Христова в солнечном мире, и сегодняшнее дело было самым скандальным за всю историю. Весьма известная и привлекательная ведьма Анна Мария Швегелин в 1775 году сбежала в лунный мир из заточения в тюрьме аббатства Кемптена, где её приговорили к смерти отсечением головы за занятия колдовством. С собой белокурая фройляйн прихватила тюремного стражника, по уши влюбившегося в неё. И вот спустя три года безмятежной семейной жизни в лунном мире Ганс Креймер, муж ведьмы Анны Марии, подает в суд на свою жену и королевство Германика, требует развода и возврата в солнечный мир.

Фрол Кузьмич вздохнул, и отложил в сторону сапоги-скороходы. Сегодня нужно было сберечь силы для долгого судебного заседания. По щелчку из дальнего чулана на лунный свет выплыла старинная ведьмина ступа с расписной, но покрытой паутиной метлой. Фрол Кузьмич ловко оседлал ступу и умело размашисто повел метлой, всего через полчаса он уже входил в темные готические своды замка Эльц, где в третьей из восьми башен проходили самые важные суды. Ещё час ждали пока публика заполнит все места внутри и всё пространство снаружи башни, включая крыши и кроны деревьев, никто не хотел пропустить такое интересное событие, и началось.

***

Яростный баритон Ганса Креймера сотрясал словно звуковым молотом, привыкшие к благостной тишине, своды судебного зала.

- Посмотрите на эту беззубую седую оборванку в лохмотьях, - Ганс негодующе указал дрожащей ладонью на свою жену, благородная публика в зале, в основном состоящая из подружек ведьмы Анны Марии, одновременно охнула и протестующе заголосила, но Креймера было не остановить.

- Я женился на прекрасной светловолосой юной фройляйн с светлыми, как осенний лён, кудрявыми волосами, голубыми, как полевые васильки глазами и гладкой, как свежая слива, кожей!

- Посмотрите, уважаемый судья, а также присутствующие на этом позорном судилище, где все эти прелести, из-за которых я решился покинуть свою Родину и родных?!? - Ганс не унимался, а его жена только гневно сверкала большими глазами в треть старушечьего лица и нервно стучала метлой в пол.

- Ради любви я убил твоего палача! Да, он жестоко пытал тебя, но он тоже был человеком! - голос Креймера звенел эхом в высоких сводах зала суда.

- Ты обещала мне богатство, высокое положение в обществе и отсутствие недостатка в еде и питье! А в итоге мы живем в избе в лесной глуши, из золота только зрачки полярной совы на печке, а вместо свиных отбивных и пива скользкие зеленые лягушки и кислый перебродивший эль! - Ганс густым баритоном сотрясал зал.

- Любовь моя, они же такие милые!?! - Анна Мария срыгнула квакающую зеленую лягушку и протянула её на ладони мужу. Противная тварь не стала дожидаться, когда её снова заглотнут, и совершив неимоверный по силе и траектории прыжок с ладони ведьмы исчезла где-то в глубине зала.

Фрол Кузьмич сурово осмотрел волнующийся многоголосый зал и приложив большой палец к горлу прогудел словно в охотничий рог: - "Тихо!" Затем Фрол Кузьмич спустился с судейского кресла и жестом подозвал Ганса к себе, а когда Ганс наклонился вниз прошептал: - "У меня младшая правнучка на выданье, Ариадна Прокопьевна. Хотите посмотреть?"

- Нет! Гномы и карлики меня не интересуют! - нервно ответил Ганс.

- Ну что ж. тогда предлагаю обвинителю пройти процедуру проверки памяти с нашим основным следственным существом медузой Горгоной! - теперь уже громко и четко на весь зал продекламировал Фрол Кузьмич. Неожиданная зловещая тишина повисла в главном зале готического замка, такая громкая, что было слышно, как бьется муха, только что влетевшая в сеть паука, как комар звонко пищит, кружа над высокой и длинной шляпой колдуна с Северного Рейна, и не понимая, куда вонзить своё жало, как громко падает и разбивается о каменный пол капля пота с кончика длинного носа, мгновенно вспотевшего насквозь Креймера.

Четыре гнома-помощника аккуратно сняли тяжелую чугунную крышку с большого дубового чана, стоявшего между публикой и судейским постаментом. Из глубины темной морской воды на поверхность всплыла огромная бело-розовая прозрачная медуза с красными, зелеными и синими прожилками в многочисленных щупальцах. Креймер потерял и дар речи и способность сопротивляться. Гномы буквально подтащили дрожащего бывшего тюремщика к чану, а Фрол Кузьмич, заранее поднявшийся по лесенке к краю следственного сосуда двумя руками наклонил голову трепыхающегося и мычащего, словно корова Креймера, к всплывающим из воды щупальцам со множеством присосок, спеленавших его голову и бесцеремонно лезущих под одежду своей жертвы. Медуза, словно толстую пыльную книгу, листала назад память Креймера: всё что он видел и чувствовал возникало в виде цветных картинок в облаке пара над белым телом Горгоны, усыпанном десятками черных немигающих глаз.

- Вот оно! Записывай! - скомандовал Фрол Кузьмич гному-помощнику. Корреспондент местной газеты, допущенный к следственному эксперименту, пыхнул густым и терпким табачным кольцом из своей ореховой трубки, и тоже застрочил в блокнот. Публика замерла и затихла.

Минуту спустя чан был закрыт, Креймер был усажен на свой стул, и лениво отмахивался от Анны Марии, которая сначала пыталась вытереть его взмокшую от испытаний голову, а потом достала буквально из воздуха и гордо поставила перед ним кружку терпкого овсяного эля. Фрол Кузьмич снова сурово оглядел зал, прокашлялся и поднял вверх руку, призывая к тишине.

- Судебное следствие установило, что месяц назад на весенней ярмарке в таверне "Дохлая лошадь" в кружку с элем Ганса Креймера было незаметно подсыпано сильнейшее зелье, которое напрочь развеяло любовные чары, наведённые Анной Марией! Зелье было сварено и подлито Агнес Ольманс! - разоблачил перед всеми подлую разлучницу Фрол Кузьмич.

- Ах, стерва - моя лучшая подруга! - зашипела беззубым ртом Анна Мария.

Агнес, ранее ходившая только с осиновой клюкой, прихрамывая на обе ноги, и выглядевшая намного старше Анны Марии, дерзко вскочила с места в середине зала и оказалась юной двухметровой брюнеткой с неприлично выпирающим и открытым декольте: "Думаешь одной тебе нужен молодой муж! Подумаешь!" Публика ахнула, и несомненно очарованная Агнес просто наблюдала, как она взмыла на метле под потолок и, мгновенно сдувшись в размерах, юркнула в открытую форточку окна. Анна Мария не выдержала такой наглости, и оседлав метлу тоже молнией вылетела в окно. Еще десяток её подружек устремились на своих метлах за ней вслед, чтобы не пропустить эпические разборки между двумя знаменитыми ведьмами.

Креймер, оставшись один, заглотил остатки эля, осмелел и решил оказать давление на суд: "Эй, уважаемый Кузьмич, Фрол-Прол! Ну не могу я здесь жить! Одна меня травит своим зельем, её подруга подливает мне другое зелье, а вокруг одни старухи, и свинины, вот этих ребрышек, этих поросячьих ножек нигде нет!"

Фрол Кузьмич усмехнулся и ответил: "В лунном мире не удалось приручить вепря. И дураков, желающих поохотиться на стадо вепрей тоже нет, потому что они потом начнут охотиться на нас."

- Уважаемая публика, суд в ходе расследования обнаружил еще некоторые обстоятельства, которые должен раскрыть и вынести своё окончательное решение, - теперь Фрол Кузьмич обратился к оставшейся публике.

- За последний год Верховный суд Германики получил тринадцать заявлений о краже драгоценностей от уважаемых колдунов и ведьм нашего королевства. Были вскрыты ранее надежные сундуки, закрытые самыми сложными замками, похищено золото и ювелирные украшения. - Фрол Кузьмич поднял и показал всем внушительную стопку пергаментов с заявлениями.

- И вот сегодня под одеждой Ганса Креймера была обнаружена большая часть похищенного, а также связка весьма искусных алмазных отмычек, на которые не действуют колдовские чары! - теперь Фрол Кузьмич показал всем те самые отмычки, когда испуганный обвинением в воровстве Креймер хлопал себя по карманам.

- Учитывая все обстоятельства, Верховный суд Германики постановил! - теперь Фрол Кузьмич был суров и деловит, а в зале снова стал слышен писк заблудившегося комара.

- Объявить развод между честной девицей Анной Марией Швегелин и горожанином Гансом Креймером, и с этой минуты не считать их мужем и женой. - Креймер заметно приуныл, но еще надеялся, что его смогут вернуть обратно.

- Ганса Креймера признать виновным в воровстве, заставить его вернуть всё похищенное и лишить звания горожанина Германики. Теперь Ганс Креймер может жить только за городской чертой и ему запрещается посещать города Германики по любому поводу.

- Как Вы знаете для перехода между солнечным и лунным миром человек должен выпить определенное зелье, прочитать заклинание и совершить убийство другого человека одновременно. Однако, способ обратного перехода для человека до сих пор не обнаружен. Только черные кошки, гномы и призраки могут переходить между мирами в определенных точках пространства. Суд выдает Гансу Креймеру манускрипт с копией рецепта зелья, копию заклинания для совершения перехода, стандартную ивовую волшебную палочку для самостоятельного поиска, и отдельно предупреждает Ганса Креймера, что убийство человека или любого другого существа не помогает совершить обратный переход. Это было уже не один раз проверено! - Фрол Кузьмич был и суров, и справедлив.

- На этом заседание Верховного суда Германики объявляется закрытым! - зал аплодировал, вверх взлетали шляпы, шляпки и колпаки, аплодисменты застучали и по всей площади перед третьей башней. Фрол Кузьмич встал со своего кресла и поклонился публике. Сложное дело было успешно закрыто.

***

Ранним утром следующего лунного дня теперь уже настоящий упырь Ганс Креймер, потерявший навсегда и свою любовь, и уважение горожан, был изгнан в лес из запасных городских ворот в дремучий лес с бесконечными зеркалами болот.

Фрол Кузьмич тоже присутствовал при изгнании, и затем в скрипучей ведьминой ступе, крадучись, погреб метлой по лесной тропинке за упырём. Фрола Кузьмича не оставляла мысль выдать замуж младшую правнучку, Ариадну Прокопьевну: "Пусть вор, убийца и упырь, зато какой рост! А гномы и так живут только в лесу!" Так размышлял Фрол Кузьмич, неслышно скользя среди столетних ёлок в густом тумане, и невольно стал свидетелем последующего происшествия, о чем потом много раз рассказывал в тавернах и пабах, угощаясь бесплатной выпивкой от благодарных слушателей.

Итак, Фрол Кузьмич на старой ступе уже почти догнал Ганса Креймера, когда он подошёл к первому большому болоту рядом с тропинкой, глотнул зелье, прошептал заклинание, и начертил волшебной палочкой прямо на зеленой ряске болота профиль сердца, тот самый, что рисуют влюбленные на валентинках в феврале. Ряска задрожала и в центре сердца всплыла огромная ярко-зеленая жаба. Фрол Кузьмич клялся, что даже издалека он видел, как лягушка улыбалась, а вместо обычного кваканья сказала: "Привет!" Ганс Креймер неожиданно опустился на колени и наклонился к жабе. Фрол Кузьмич был уже совсем рядом и ясно видел, как зеленая тварь вытянула вверх губы и поцеловала безутешного Креймера в губы. Тут же пространство вокруг этой необычной пары завертелось и схлопнулось, а Креймер и любвеобильная жаба в лунном мире навсегда исчезли.

С тех пор количество упырей в Германике значительно уменьшилась. Кроме того, выяснилось, что для перехода можно целовать не только жабу, но желание должно быть обоюдным. Фрол Кузьмич успешно решил еще много запутанных дел, но это уже совсем другая история.