# История о том, чего не могло быть

Александр Иванович Украинский

ИСТОРИЯ О ТОМ, ЧЕГО НЕ МОГЛО БЫТЬ


(рассказ)


От автора


В 1965 году, через двадцать лет после победы в Великой Отечественной войне, мы спохватились, осознав, что это был не просто разгром напавшей на нас Германии, а Победа, какой ещё не знал мир. И Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1945 года об установлении праздника "День Победы" дополнился Указом того же органа власти от 26 апреля 1965 года об объявлении 9 мая нерабочим днём.1

Что тут началось! Традиционно, следуя широкой русской натуре, мы нарушили меру. Ударились из одной крайности - отношения к победе над немцами как к одной из многих наших побед - в другую - опошлению великого события частым напоминанием о нём2 к месту и не к месту. А особенно - поливанием елеем фронтовиков:

была выпущена юбилейная медаль "Двадцать лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг." и потом к очередным юбилеям выпускались аналогичные медали; этими медалями награждались все участники войны;

было установлено правило дарить фронтовикам подарки ко Дню Победы;

в 1985 году опять же всех их наградили "Орденом Отечественной войны". И если за время войны число получивших его составило 324903 (I степень) и свыше 1,2.миллиона (II степень) человек, то в 65-м оно выросло до более 2,5 и 5,4 миллионов соответственно. 3 Конечно, это была девальвация.

ПАМЯТЬ ТОЖЕ ДОЛЖНА ИМЕТЬ ДОСТОЙНЫЕ ФОРМЫ.

Мероприятия, посвящённые Победе, не обошли и школу. В частности, стали проводиться смотры художественной самодеятельности на военную тему. Будучи учеником выпускного 11-го класса, я в том самом 65-году участвовал в таком концерте с чтением стихотворения Симонова "Жди меня".


Для участия в районном смотре школьной художественной самодеятельности, посвящённом двадцатилетию Победы, его выбрала учительница литературы, считавшая, что он хорошо читает стихи. Она же и предложила стихотворение - пронзительное симоновское "Жди меня". Но во время разучивания текста ему в голову пришла мысль изменить номер. На неё навело увиденное по телевизору выступление артиста Алексея Покровского с программой, в которой тот читал стихи вперемежку с исполнением песен и романсов под аккомпанемент гитары. Получилось очень здорово, почему и запомнилось.

Он высказал своё соображение учительнице, ей понравилось. Вместе подобрали материал для декламационно-музыкальной композиции, ограничившись отрывками: выступление в концерте со многими участниками не могло быть длинным. Аккомпанировать на баяне согласился учитель пения. Готовый номер представили завучу и директору и получили их "добро".

Однако он показал им не всё, тайно решив прочесть на концерте ещё два фрагмента текстов, которые, как он понимал, ему исполнить не разрешат.

Что им двигало? Формально - желание сказать правду, фактически же стремление поразить, отличиться. Проклятое НРАВИТЬСЯ НРАВИТСЯ, сопровождавшее его всю жизнь. Сегодня, в конце неё, он думал об этом со жгучим стыдом.

Итак, одетый в гимнастёрку, солдатские сапоги и обычные брюки - обсуждая его концертный костюм, решили обойтись без мешковатых галифе - он вышел на сцену районного дома культуры, где проходил смотр, и начал своё выступление с некогда популярной песни, потом, правда, оттеснённой "шлягерами" нового времени:4

"В городском саду играет

Духовой оркестр.

На скамейке, где сидишь ты,

Нет свободных мест.

Оттого, что пахнут липы

И река блестит,

Мне от глаз твоих красивых

Взор не отвести.

Прошёл чуть не полмира я -

С такой, как ты, не встретился

И думать не додумался,

Что встречу я тебя...".

Затем, без всякой паузы:

"Граждане и гражданки Советского Союза!

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города...".5

И снова на одном дыхании:

"Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой

С фашистской силой темною,

С проклятою ордой!

Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна, -

Идет война народная,

Священная война!".

Тут он сделал, наконец, паузу, после чего тихо прочитал:

"Я убит подо Ржевом,

В безыменном болоте,

В пятой роте, на левом,

При жестоком налете.

Я не слышал разрыва,

Я не видел той вспышки, -

Точно в пропасть с обрыва -

И ни дна ни покрышки".6

И сразу, как продолжение горького стиха, смертная песня, последний привет жизни от человека, предчувствующего свою неизбежную скорую гибель:

"В этой роще березовой,

Вдалеке от страданий и бед,

Где колеблется розовый

Немигающий утренний свет,

Где прозрачной лавиною

Льются листья с высоких ветвей, -

Спой мне, иволга, песню пустынную,

Песню жизни моей.

...За великими реками

Встанет солнце, и в утренней мгле

С опаленными веками

Припаду я, убитый, к земле.

Крикнув бешеным вороном,

Весь дрожа, замолчит пулемет.

И тогда в моем сердце разорванном

Голос твой запоет".7

А дальше - первый из тайно подготовленных отрывков:

"Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв.

Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности.

...Паникёры и трусы должны истребляться на месте".8

Он смотрел в зал поверх голов зрителей, боясь сбиться, увидев их реакцию. Прочитав строчки из страшного приказа 227, продолжил "Священную войну":

"Гнилой фашистской нечисти

Загоним пулю в лоб,

Отребью человечества

Сколотим крепкий гроб!".

Гневными были эти слова. Но за ними последовали совсем уже невозможные спустя более двадцати лет, когда они впервые прозвучали на всю страну:

"Мы знаем все. Мы помним все. Мы поняли: немцы не люди. Отныне слово "немец" для нас самое страшное проклятье. Отныне слово "немец" разряжает ружье. Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем убивать. Если ты не убил за день хотя бы одного немца, твой день пропал. Если ты думаешь, что за тебя немца убьет твой сосед, ты не понял угрозы. Если ты не убьешь немца, немец убьет тебя. Он возьмет твоих близких и будет мучить их в своей окаянной Германии. Если ты не можешь убить немца пулей, убей немца штыком. Если на твоем участке затишье, если ты ждешь боя, убей немца до боя. Если ты оставишь немца жить, немец повесит русского человека и опозорит русскую женщину. Если ты убил одного немца, убей другого - нет для нас ничего веселее немецких трупов. Не считай дней. Не считай верст. Считай одно: убитых тобою немцев. Убей немца! - это просит старуха мать. Убей немца! - это молит тебя дитя. Убей немца! - это кричит родная земля. Не промахнись. Не пропусти. Убей!".9

И контрастом зазвучала дивная песня:

"Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат,

Пусть солдаты немного поспят,

Немного пусть поспят.

Пришла и к нам на фронт весна,

Солдатам стало не до сна -

Не потому, что пушки бьют,

А потому, что вновь поют,

Забыв, что здесь идут бои,

Поют шальные соловьи".10

Напряжение, превратившее его в натянутую струну, готовую вот-вот лопнуть, стало понемногу отпускать. Остался заключительный аккорд. До этого стоявший в середине сцены, он подошёл к самому её краю и, отыскав взглядом в третьем ряду свою девушку, начал читать ей одной, будто вокруг никого не было:

"Жди меня, и я вернусь,

Всем смертям назло...".

И публика почувствовала эту интимность. Потом его товарищ признался, что испытал неловкость, точно подслушивал чужой разговор.

Стихотворение Симонова он прочитал полностью. Собственно, изначально так и предполагалось.

Аплодисменты были, но какие-то растерянные. Руки сидевших в зале исполняли положенные движения словно сами по себе. Головы же, не отошедшие от пережитого шока после услышанного, в этом акте не участвовали. Хотя, абстрагируясь от содержания прочитанного и пропетого и оценивая чисто исполнение, аплодисменты он заслужил. Читал не "с выражением",11 т.е. не стремясь передавать чувства и эмоции, ЗАЛОЖЕННЫЕ в тексте, - так учили в школе уже с первого класса, - а как ощущал сам, пропустив через собственную душу. Что касается пения, то голос у него был от матери, которая в молодости хорошо пела. Не сильный, однако неплохой, хотя и хуже, чем у его младшего брата. Во всяком случае в классе пятом-шестом, на уроках пения учительница (между прочим, скрипачка, вот экзотика!) для школьного концерта разучила с ним неаполитанскую песню "Санта Лючия". С годами голос, конечно, потерял детскую прелесть, но тем не менее он вполне прилично исполнил музыкальную часть своей композиции.

Поклонившись, ушёл за кулисы и потом сразу домой. Сбежал, стремясь спастись от расспросов и необходимости объясняться "по горячим следам". Ему нужно было самому успокоиться и морально подготовиться к неизбежному расследованию учинённого им скандала. А в том, что его выступление будет расценено именно как скандал, сомневаться не приходилось.

На следующий день, как только он появился в школе, классный руководитель их класса сразу повела его к директору. В кабинете, кроме хозяина, находились завуч, секретарь партийной организации школы и бедная литераторша. Директор без всякого вступления заявил:

- Ты устроил провокацию и подставил нашу школу.

- Я просто напомнил то, что почему-то замалчивается. Ничего крамольного.

- Если бы это была крамола, с тобой разговаривали бы не мы, и не здесь. Ты не ребёнок и уже должен понимать, что отношение к прошлому может изменяться. Оценки происходящего в обществе имеют конкретно-исторический характер. Если после школы поступишь в институт, то в курсе философии это объяснят. Вот почему приказ Сталина "Ни шагу назад!" и тем более газетную заметку Эренбурга сегодня вспоминать не следует. Они сыграли свои роли...

- Ну да, "мавр сделал своё дело, мавр может уходить".

- Не паясничай. Где ты их взял?

Он молча открыл свой портфель и достал пожелтевшие от времени листок со слепым машинописным текстом и газету "Красная звезда". Положил их на стол и только потом ответил:

- Отец привёз с фронта и хранит вместе со своими медалями. Копию приказа 227 ему напечатал земляк, служивший писарем в штабе полка. А газету с заметкой Эренбурга отец купил, когда ездил в тыл за снарядами. Он шофёр, и в армии тоже был шофёром.

- Почему ты не сказал Людмиле Ивановне, что хочешь прочитать их на концерте? Не был уверен в правильности своего замысла?

Он не ответил.

- Ладно, иди в класс. Мы подумаем, что с тобой делать.

- Только потом мне верните... Я взял их без спросу.

- И тут ссамовольничал. Видно, зря мы считали тебя примерным. Ступай.

Но никакого наказания не последовало, даже родителей в школу не вызвали. А вот самому директору, как потом стало известно, райком объявил выговор. С литераторшей обошлись ещё суровее. В юбилейном году школе дали квоту на приём в партию двоих учителей,12 и Людмилу Ивановну приняли в кандидаты.13 Но из-за случившегося инцидента и по рекомендации райкома ей было отказано в приёме в партию после окончания кандидатского стажа.

Он же тогда понял, что партия, беря на вооружение те или иные идеи и приспосабливая их под реальные условия, обстоятельства и конкретные цели, относится к ним как к расходному материалу. Использованные просто выбрасывает. И когда ему, уже взрослому, предложили вступить в боевой "испытанный авангард советского народа",14 чтобы получить возможность для карьерного роста, он под благовидным предлогом отказался.

_____________________

1 См. "Советский энциклопедический словарь", Москва, "Советская энциклопедия", 1987

2 Впрочем, допускаю, что момент этой метаморфозы не случаен. Меньше чем за полгода до упомянутого Указа 1965 года, в октябре 64-го был снят со всех государственных и партийных постов Хрущёв, последний руководитель СССР из "сталинской гвардии". На фоне экономического кризиса - дело дошло до нехватки даже хлеба, и пришлось закупать пшеницу за рубежом (см. "Зерновой кризис 1963 года в СССР - Википедия") - новое руководство страны решило разыграть карту Победы - А.У.

3 См. Орден Отечественной войны. Большая Российская энциклопедия bigenc.ru'c/orden-otechestvennoi-voiny-f8224c

4 Как тут не вспомнить строчки Евтушенко: "Вальс оттеснён, / Без вины виноватый...". Хотя справедливости ради следует сказать, что позже песня Блантера на слова Фатьянова вновь стала звучать по радио и телевидению, правда в обидном разряде ретро.

И ещё. Я немного погрешил против истины, представив эту песню как довоенную, что можно предположить из контекста замысла композиции, с которой выступил герой рассказа. На самом деле, своё стихотворение Фатьянов написал в 1947 году. Однако по содержанию и духу оно вполне соответствует поэзии мирного предвоенного времени, "когда все ещё [были] живы" - А.У.

5 См. Выступление Молотова по радио 22 июня 1941 года...

ru.wikipedia.org Выступление Молотова по радио 22 июня 1941 года

6 См. Я убит подо Ржевом - Твардовский. Полный текст...

culture.ru Каталог стихотворений Александр Твардовский - стихи

7 Песня из кинофильма "Доживём до понедельника" (музыка Молчанова на стихи Заболоцкого), снятого в 1967-68 гг. (см. "Доживём до понедельника - Википедия"). Как видим, в рассказе, действие которого происходит в 1965 году, допущена некорректность, в которой я сам и признаюсь - А.У.

8 См. Приказ НКО СССР от 28.07.1942 ! 227 - Викитека

ru.wikisource.org wiki/Приказ_НКО_СССР_от_...

9 См. VIVOS VOCO: Илья Эренбург, "Убей!" (24.07.1942)

http://vivovoco.ibmh.msk.su VV/PAPERS/HISTORY/ERENBURG/...

10 Песня Соловьёва-Седого на слова Фатьянова - А.У.

11 Не могу удержаться и не привести пример речи "с выражением". Ведущая программы "60 минут" на телеканале "Россия-1" Скабеева педалирует интонации, что делает её речь раздражающе неестественной - А.У.

12 Партия строго следила за социальным составом своих рядов:

"Согласно классовой доктрине, основой партии считался пролетариат, поэтому в неё привлекали в основном промышленных рабочих. Концентрацию же лиц умственного труда в КПСС полагалось всемерно снижать, и для их приёма существовала жёсткая квота, которая время от времени снижалась (helpiks.org).

Однако некоторые авторы считают, что установление квот на приём интеллигенции привело к тому, что в 1990-1991 годах в партии не оказалось ярких лидеров, которые могли бы возглавить партию и страну (gazeta-pravda.ru)"

13 Новые члены [партии] принимаются из числа кандидатов, прошедших установленный кандидатский стаж.

См. Устав Коммунистической партии Советского Союза (1971)

ru.wikisource.org wiki/Устав_Коммунистической_...

14 См. там же