# Рифленое стекло

Thule Ultima

Ultima Thule


Рифленое стекло

-

Ты уперся носом в запертую дверь. Дверь была с рифленым стеклом, и можно было только понять, что там, за дверью, темно.

Студенческий профилакторий МГУ, зона Е главного здания, вовсю использовался для тайных встреч, несмотря на яростное сопротивление администрации и оперотряда.

Это был тихий угол в главном здании, любой студент мог получить туда путевку на месяц, грамотно пожаловавшись врачу в университетской поликлинике. Там было трехразовое неплохое питание, витаминизация, какие-то процедуры, даже массаж и душ Шарко, но самое главное - отдельные комнаты у каждого. Собственно, так эта высотка и проектировалась: в блоке - две одноместные комнатки, душ, туалет и крохотная прихожая. Но реально студенты жили по одному в комнате лишь в первый год, в 1953-м. Затем стали заселять по двое: второго подселяли на раскладушку, которая уже полностью занимала всю свободную площадь комнаты. Поэтому в профилакторий рвались все.


Дверь в комнату должна была быть не заперта. Здесь тебя должны были ждать. Это была комната твоей подруги, твоей любимой женщины. Ты увидел эту милую девушку год назад и решил назначить ее своей спасительницей - просто подошел и взял ее. И честно любил. Но бэкграунд у нее оказался такой, что кто кого спасал - вопрос. А сейчас - вот еще и дверь.


Ты еще раз надавил на скрипучую ручку - заперто. Попытался в тусклом свете, проникающем из комнаты соседки через такую же дверь, определить, вставлен ли изнутри ключ.

Ключ вставлен. Все. Катастрофа. Значит, она внутри и заперлась. Вместо того чтобы ждать тебя. Стучать нельзя. Даже дышать здесь следовало осторожно. Нужно быстро уходить, решил ты, пока соседка - комсомольская активистка - не заинтересовалась и не выглянула. А уже потом обдумать, что все это значит.


Ты был в трениках, в домашних тапках и с пакетом молока в руке. Маскировка - все это вместо пропуска в профилакторий. Ты приходил к друзьям в зону Б, оставлял у них все вещи, переодевался и шел в профилакторий - как будто выходил в буфет. Когда шла толпа, легко можно было проскочить мимо вахтера. Но теперь возвращаться в зону Б было уже рискованно: с семи вечера там на вахте дежурил оперотряд. Значит, предстояло ехать к себе через всю зимнюю Москву, как есть - в тапках.


Но за что она тебя так жестко? У тебя было достаточно времени в метро, чтобы подумать. Это что, разрыв? Могла бы сказать - зачем запираться?.. Но вы не ссорились, даже близко ничего такого не было. Вчера еще ты ночевал у нее, и все было в порядке.


В порядке? Ты вспоминал поминутно - нет, все было хорошо. Ты проник в профилакторий с этим своим пакетом, тихо проскользнул в комнату. Катя сразу обняла тебя, вы не торопились. У вас был припрятан маленький кипятильник на 127 вольт, и вы заварили чай, было печенье, пригодилось и молоко. Вы говорили неслышным шепотом друг другу прямо в ухо - только так можно было остаться незамеченными: в общаге главного здания была полная звуковая прозрачность во все стороны. Ночью было хорошо слышно, например, как сосед за стеной листает тетрадку. Значит, заниматься любовью нужно было еще тише.


Но как быть с этой скрипучей кроватью? Уже которое поколение студентов пользовалось простым приемом: с кровати снимали диванные подушки и клали их прямо на пол, а сверху - матрас. Так ничего не скрипело. В случае доноса или подозрения в комнату могли ворваться гнусные коридорные тетки - сами или с оперотрядом. За незаконного гостя строго наказывали. Но и тут было целых несколько способов спрятаться в крохотной шестиметровой конурке, пока тетки стучат в дверь. Можно было встать на широкий подоконник и задрапироваться занавеской. Можно было выйти из окна и встать на карниз между комнатами - вполне достаточный карниз, если бы он был на первом этаже, а не на девятом, и не обледенелый. Там немало любовников погибло на этих карнизах. Можно было спрятаться, скрючившись на верхней полке стенного шкафа. Но самое крутое было просто лечь на кровать, накрыться матрасом и притвориться плоским. Этот способ оперотряд еще не знал.


Что же было вчера не так? Вы устроились как обычно - на подушках на полу. Конечно, необходимость не шуметь здорово напрягала, но вроде Катя к этому привыкла и не жаловалась? Или нет? У нее и в свободных условиях никогда не было привычки стонать при оргазме, а дыхание не в счет - может же человек глубоко вздохнуть во сне пару раз? Значит, проблемы сдерживаться не было. И ее это тихое "аххх" ты вчера услышал. Чего же еще?

А может, ей вдруг опротивела вся эта унизительная советская необходимость прятаться в этом пахнущем хлоркой профилактории?


А может, просто заснула? Ты так ничего и не придумал.


Утром поехал в универ, нашел Катю. Она плохо выглядела, увидев тебя, встала боком, нахохлившись, как больная птица, смотрела в сторону. Ты понял: она растеряна, она боится тебя сейчас. Ты постарался скорее забыть свою досаду за вчерашнее.

- Что вчера случилось? Я так за тебя испугался.

- Не знаю... Я сидела там... Прости... Не могла пошевелиться...


Она говорила полушепотом и уже почти плакала. Какую же кошмарную ночь она пережила...


Тут ты заметил, что она крепко сжимает в левой руке бумажку. Такие бумажки ты замечал и раньше. Ненужный автобусный билет или кассовый чек она могла крепко сжимать в руке часами, когда была в плохом настроении. Навязчивое явление? Когда-то ты попробовал забрать у нее такую бумажку, в которую она вцепилась, и увидел резкое молчаливое сопротивление и сильный испуг.


Тут ты понял, что все эти бумажки связаны со вчерашним. И испугался по-настоящему. Причина была внутри нее. И надо было что-то делать.


Для начала - вытащить ее из этого коридора, туда, где можно поговорить? И ты повел ее на чердак физфака - там, за курилкой, был сквозной коридор, обычно пустой. По дороге ты придумал первую помощь.


Первым делом ты попробовал обнять ее - и увидел, что она не против. Уже легче. Если ей что-то в жизни опротивело, то пока еще не ты. Потом ты целовал ее и гладил до тех пор, пока она не расслабилась, тогда у нее полились слезы. Ее сжатый кулачок с бумажкой ты долго целовал отдельно, понимая, что об этом говорить нельзя. Потом ты договорился с ней, что будешь обязательно приходить каждый вечер и гулять с ней в парке перед сном; после она будет спокойно отсыпаться одна, зная, что все у вас в порядке, что вы просто отдыхаете, вы переутомились. Ну разве если очень захочется, можно будет опять попартизанить с пакетом молока... Без обязаловки.


Так вы и сделали этим же вечером. А перед этим ты пошел на биофак и просидел полдня в читалке, читая о неврозах и реактивных состояниях.

Но твое ощущение этого темного рифленого стекла между вами - больше не проходило...