# Октябрьская революция как возмездие еврейского народа за геноцид детей совершенный царем Николаем I

Орби Кенстут Урби

загадка истории

Урби Орби Кенстут

Октябрьская революция как возмездие еврейского народа за геноцид детей совершенный царем Николаем I

Origin: http://samlib.ru/u/urbi_o_k/genocid.shtml

Создан: 03/08/2008, изменен: 16/08/2008, 28k

Статья: История

Series: Истоки национализма

загадка истории

____________________________________________________________

Император Николай Павлович Романов взошёл на престол в 1825 году. Тридцать лет его правления стали одним из самых тяжёлых периодов в истории евреев Российской империи. Император не питал симпатий к вредным 'пиявцам' (так он называл евреев), которых необходимо было изменить (перевоспитать), а значит ассимилировать. Николай, прозванный Палкиным, знал лишь один действенный способ изменения - армию. В 1827 году евреев заставили отбывать личную воинскую повинность, так и не предоставив гражданские права. Выселение из деревень, ограничение числа браков, жёстки контроль издания книг, запрет традиционной одежды, ликвидация кагалов - лишь часть антиеврейского законодательства России, половина которого приходится на царствование Николая I. http://www.beljews.info/ru/article_altaras.php

В 1827 году появился указ Николая I о натуральной воинской повинности для евреев, которая до того заменялась денежным налогом (этот указ действовал до 1856 года, за это время в армии отслужили около 50 тысяч кантонистов). Для евреев квота призыва составляла 10 рекрутов с тысячи мужчин ежегодно, в то время как для христиан - 7 рекрутов с тысячи мужчин через год. От еврейских общин требовали также выделять "штрафное" число рекрутов за податные недоимки и побег призывников. Возраст для еврейских рекрутов был установлен с 12 до 25 лет, в то время как для других народов - с 18 лет. Совершеннолетних сразу же определяли на действительную службу, а малолетних, с 12 до 18 лет, направляли в батальоны и школы "для приготовления к военной службе". Еврейских рекрутов отправляли в кантонистские школы с наиболее суровым режимом, причем в места, максимально отдаленные от "черты оседлости" (Урал, Сибирь, Поволжье). Условия содержания, муштра в школах были ужасными. Не удивительно, что, по словам военного министра Аракчеева, "кантонисты таяли, как свечи". Но не только физические тяготы им приходилось выносить. Еврейским юношам запрещалось говорить на родном языке, их заставляли изучать Закон Божий, у них отбирали и сжигали священные для еврея атрибуты - тфиллин, цицит, молитвенники. Годы, проведенные в кантонистских школах, не засчитывались в срок военной службы, а он составлял для рекрутов 25 лет! Расчет был на то, что оторванные от своих корней, лишенные возможности соблюдать традиции и даже говорить на родном языке кантонисты будут готовы на все ради "веры, царя и отечества". И не случайно нижняя возрастная граница рекрутского набора составляла 12 лет - она лишала мальчика возможности пройти в 13 лет бар-мицву. http://bibliotekar.ru/rasputin/20.htm

Закалка еврейского духа происходила не только в пытках и в гетто. 7 сентября 1827 года Николай I издал указ, по которому еврейские мальчики могли быть призваны в армию с 12 лет (откуп от рекрутства запрещался). Почему с 12? Да чтобы не успели пройти обряд бар-мицва, укреплявший дух будущего еврейского мужчины. Брали детей и помладше - 8-9 лет и отсылали подальше от черты оседлости учиться в военных школах. Так появились кантонисты, будущие николаевские солдаты. Срок их службы был не 25 лет, а 31 год. Условия содержания, муштра в школах были ужасными. Неудивительно, что, по словам военного министра Аракчеева, "кантонисты таяли, как свечи". Но не только физические тяготы приходилось им выносить. Еврейским юношам запрещалось говорить на родном языке, их заставляли изучать Закон Божий, у них отбирали и сжигали священные для еврея атрибуты - тфиллин, цицит, молитвенники. Над "жиденятами" издевались из-за странной одежды, длинных прядей волос, характерной внешности, незнания русского языка. Их оскорбляли, бросали вслед камни, мазали губы салом, откровенно пытали. Горе матерей и целых общин было огромным. Опасность расколола евреев, в их среде появились те, кто мог "настучать" о спрятанных детях или поймать ребенка из другой общины, чтобы сдать его в рекруты вместо своего. Одним словом, цель усложнить жизнь евреев в черте оседлости была достигнута.

В "Уложении о наказаниях" еврейское вероисповедание - наравне с исламом и язычеством - официально признавалось лжеучением, и основной путь к "уменьшению евреев" видели в их массовом обращении в христианство. При Николае I через русскую армию прошли около 70 000 евреев, 50 000 из них были призваны в детском возрасте. Около 25 000 евреев-солдат крестились, и это притом, что за 30 лет правления Николая I перешли в христианство лишь около 5 000 евреев, не служивших в армии. Отметим, что те кантонисты, кто выдерживал пытки и не умирал в процессе обучения военному мастерству, становились великолепными солдатами. "Николаевские солдаты", как впоследствии их стали называть, были мужественными, преданными царю и выносливыми воинами. Великий русский хирург Н.И. Пирогов отмечал особенную стойкость, терпеливость солдат-евреев, раненых во время Крымской кампании 1853 - 1856 годов. Подробнее о судьбах кантонистов можно прочитать в книге Феликса Канделя "Очерки времен и событий из истории российских евреев".

из страницы Анны Школьник http://www.booknik.ru/colonnade/eweek/?id=12172

Партия еврейских ремесленников и промышленных рабочих, сформировалась на базе просветительских кружков и стачечных касс еврейских ремесленников и рабочих, возникших в начале 1890-х гг. в западных областях Российской империи. Лидеры еврейских марксистов (Т. М. Копельзон, А. И. Кремер, И. Миль (Джон), П. Берман, И. Л. Айзенштадт и др.) активно проводили агитационно-пропагандистскую работу, добиваясь пополнения своих кружков представителями радикальной интеллигенции, ремесленников и рабочих. Марксизм трактовался применительно к традиционным представлениям об особой миссии еврейского народа, была выдвинута идея о специфике еврейского пролетариата, крайне бесправного и гонимого, и о создании в связи с этим специальной еврейской рабочей организации. Политическое обоснование этим воззрениям дал Ю. О. Мартов - Cederbaum в речи, произнесённой на первомайском собрании в Вильно в 1895 г. под названием "Поворотный пункт в истории еврейского рабочего движения" (опубликовано в 1900 г. в Женеве).

25-27 сентября 1897 г. в Вильно состоялся Учредительный съезд представителей групп еврейских социал-демократов Вильно, Минска, Белостока, Варшавы, Витебска, который основал Бунд, избрал ЦК партии (Кремер, Л. Гольдман, М. Я. Левинсон (Косовский), Миль, Д. Кац и др.), редколлегию центральных печатных органов - газета "Арбейтер штимме" ("Рабочий голос") и журнал "Идишер арбейтер" ("Еврейский рабочий"). В 1898 г. Бунд участвовал в подготовке и проведении I съезде РСДРП, вошёл в РСДРП как организация, автономная в вопросах, касающихся еврейского пролетариата. Организации Бунда руководили экономической борьбой еврейских рабочих (в 1898-1900 гг. прошло 312 забастовок еврейского пролетариата в Северо-Западном крае и Царстве Польском), что расширило его влияние. К концу 1900 г. организации Бунда были в 9-ти городах.

Временный успех зубатовщины среди еврейских рабочих, телесные наказания, которым подверглись участники первомайской демонстрации в Вильно (1902 г.), породили кратковременное увлечение лидеров Бунда терроризмом. V конференция Бунда (сент. 1902 г., Бердичев) призвала отвечать на белый террор царизма "организованной местью". Эту резолюцию отменил V съезд Бунда (июнь-июль 1903 г., Цюрих). Одновременно лидеры Бунда начали пересмотр национальных требований. На III съезде партии (1899 г., Ковно) в повестку дня был поставлен вопрос о национальном равноправии. С докладом выступил представитель заграничной организации Миль, который предложил включить в национальную программу Бунда, помимо равных гражданских, равные национальные права для евреев: решено было открыть дискуссию по национальному вопросу в журнале "Идишер арбейтер".

IV съезд Бунда (май 1901 г.) вновь приступил к рассмотрению национального вопроса. Участники съезда были единодушны в оценке требований I съезда РСДРП о праве наций на самоопределение как слишком "туманного" и признали предпочтительность национальной программы социал-демократии Австрии (придерживались лозунга национально-культурной автономии). Разногласия на съезде возникли в связи с обсуждением вопроса о месте и роли национальной проблемы в пропаганде и агитации Бунда. После споров съезд принял компромиссную резолюцию, предложенную П. И. Розенталем. В ней признавалось, что будущим государственным устройством России должна стать федерация национальностей с полной национальной автономией каждой из них, независимо от занимаемой территории. В резолюции говорилось, что в нынешних условиях требование национальной автономии является преждевременным, целесообразно бороться за отмену всех исключительных законов, принятых в отношении евреев (с конца XVIII по начало ХХ вв.).

V съезд Бунда (июнь-июль 1903 г.) выдвинул в качестве ультимативного пункта требование признания Бунда "единственным представителем еврейского пролетариата". II съезд РСДРП отклонил это требование, и делегация Бунда покинула его, заявив о выходе Бунда из РСДРП. В дальнейшем национальная программа Бунда неоднократно обсуждалась и уточнялась на его съездах и конференциях (резолюция по национальному вопросу принятая на VI съезде Бунда в октябре 1905 г., решения X конференции (апрель 1917 г.)).

VI съезд Бунда в программе по национальному вопросу зафиксировал основные положение: полное гражданское и политическое, равноправие евреев; для еврейского населения употребления родного языка в сношениях с судом, государственные учреждениями и органами местного и областного самоуправления; национально-культурная автономия (изъятие из ведения государства и органов местного и областного самоуправления функций, связанных с вопросами культуры).

Х Всероссийская конференция Бунда приняла резолюции "К национальному вопросу в России", "О национально-культурной автономии", "Об осуществлении национально-культурной автономии", "Об отмене национальных ограничений", "О правах еврейского языка" завершила выработку национальной программы Бунда, подтвердив её преемственность в основных положениях (культурно-национальная автономия и пр.) призвала последовательно обсудить их на общееврейском съезде, еврейском Учредительном собрании и Всероссийском Учредительном собрании.

В период Революции 1905-07 гг. Бунд имел 274 организации, объединявшие около 34 тысячи членов. В тактических установках до ноября 1906 г. Бунд приближался к позиции большевиков (поддержал бойкот "Булыгинской думы" и 1-й Государственной Думы, тактику союза пролетариата с крестьянством, выступив против лозунга создания кадетского министерства. VII конференция Бунда (март 1906 г., Берн) высказалась за объединение с РСДРП и сняла требование признания Бунда "единственным представителем еврейского пролетариата".

На IV съезде РСДРП Бунд вошёл в общероссийскую социал-демократическую партию. Спад революционной волны вызвал поворот Бунда на меньшевистские позиции. Меньшевики считали, что бундовская концепция "культурно-национальной автономии" не противоречит национальной программе российской социал-демократии). Численность Бунда к октябрю 1910 г. составляла около 2 тысяч человек.

IX конференция Бунда (июль 1912 г., Вена) выдвинула лозунги образования "ответственного министерства", свободы коалиций, отмены "черты осёдлости", права празднования Шаббата. Бунд вновь поставил вопрос о сочетании классовых и национальных интересов, развернул пропаганду австро-марксизма, добивался от меньшевиков-ликвидаторов на Августовской конференции 1912 г. признания, что национально-культурная автономия не противоречит программе РСДРП.

В апреле 1919 г. ЦК Бунда объявил о мобилизации членов партии в Красную армию, призвал еврейский пролетариат выступить на защиту революции и Советской власти. Была организована еврейская военная секция (занималась отправкой бундовцев на фронт и изданием газеты "Красная армия").

Марек Эдельман (род. в 1922 году) - довоенный член Бунда, участник восстания в Варшавском геттоВ целях контроля за деятельностью бундовцев, большевики пошли на финансирование деятельности левого крыла партии, выделили дотации на издание и распространение их печатных органов, не препятствовали стремлению бундовцев сохранить некоторую самостоятельность организации.

В марте 1921 г. на территории России Бунд самоликвидировался, часть членов была принята в РКП(б).

из http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D1%83%D0%BD%D0%B4

A striking feature of Mr. Wilton's examination of the tumultuous 1917-1919 period in Russia is his frank treatment of the critically important Jewish role in establishing the Bolshevik regime.

The following lists of persons in the Bolshevik Party and Soviet administration during this period, which Wilton compiled on the basis of official reports and original documents, underscore the crucial Jewish role in these bodies. These lists first appeared in the rare French edition of Wilton's book, published in Paris in 1921 under the title Les Derniers Jours des Romanoffs. They did not appear in either the American or British editions of The Last Days of the Romanors published in 1920.

"I have done all in my power to act as an impartial chronicler," Wilton wrote in his foreword to Les Derniers Jours des Romanoffs. "In order not to leave myself open to any accusation of prejudice, I am giving the list of the members of the [Bolshevik Party' s] Central Committee, of the Extraordinary Commission [Cheka or secret police], and of the Council of Commissars functioning at the time of the assassination of the Imperial family.

"The 62 members of the [Central] Committee were composed of five Russians, one Ukrainian, six Letts [Latvians], two Germans, one Czech, two Armenians, three Georgians, one Karaim [Karaite] (a Jewish sect), and 41 Jews.

"The Extraordinary Commission [Cheka or Vecheka] of Moscow was composed of 36 members, including one German, one Pole, one Armenian, two Russians, eight Latvians, and 23 Jews.

"The Council of the People's Commissars [the Soviet .government] numbered two Armenians, three Russians, and 17 Jews.

"Ac.cording to data furnished by the Soviet press, out of 556 important functionaries of the Bolshevik state, including the above-mentioned, in 1918-1919 there were: 17 Russians, two Ukrainians, eleven Armenians, 35 Letts [Latvians], 15 Germans, one Hungarian, ten Georgians, three Poles, three Finns, one Czech, one Karaim, and 457 Jews."

"If the reader is astonished to find the Jewish hand everywhere in the affair of the assassination of the Russian Imperial family, he must bear in mind the formidable numerical preponderance of Jews in the Soviet administration," Wilton went on to write.

Effective governmental power, Wilton continued (on pages 136-138 of the same edition) is in the Central Committee of the Bolshevik party. In 1918, he reported, this body had twelve members, of whom nine were of Jewish origin, and three were of Russian ancestry. The nine Jews were: Bronstein (Trotsky), Apfelbaum (Zinoviev), Lurie (Larine), Uritsky, Volodarski, Rosenfeld (Kamenev), Smidovich, Sverdlov (Yankel), and Nakhamkes (Steklov). The three Russians were: Ulyanov (Lenin), Krylenko, and Lunacharsky.

"The other Russian Socialist parties are similar in composition," Wilton went on. "Their Central Committees are made up as follows:"

Mensheviks (Social Democrats): Eleven members, all of whom are Jewish.

Communists of the People: Six members, of whom five are Jews and one is a Russian.

Social Revolutionaries (Right Wing): Fifteen members, of whom 13 are Jews and two are Russians (Kerenski, who may be of Jewish origin, and Tchaikovski).

Social Revolutionaries (Left Wing): Twelve members, of whom ten are Jews and two are Russians.

Committee of the Anarchists of Moscow: Five members, of whom four are Jews and one is a Russian.

Polish Communist Party: Twelve members, all of whom are Jews, including Sobelson (Radek), Krokhenal (Zagonski), and Schwartz (Goltz).

"These parties," commented Wilton, "in appearance opposed to the Bolsheviks, play the Bolsheviks' game on the sly, more or less, by preventing the Russians from pulling themselves together. Out of 61 individuals at the head of these parties, there are six Russians and 55 Jews. No matter what may be the name adopted, a revolutionary government will be Jewish."

[Although the Bolsheviks permitted these leftist political groups to operate for a time under close supervision and narrow limits, even these pitiful remnants of organized opposition were thoroughly eliminated by the end of the 1921 .]

The Soviet government, or "Council of People's Commissars' (also known as the "Sovnarkom") was made up of the following, Wilton reported:

Peoples Commissariat (Ministry) Name Nationality

Chairman V.I. Ulyanov (Lenin) Russian

Foreign Affairs G.V. Chicherin Russian

Nationalities J. Dzhugashvili [Stalin] Georgian

Agriculture Protian Armenian

Economic Council Lourie (Larin) Jew

Food Supply A.G. Schlikhter Jew

Army and Navy [Military] L.D. Bronstein (Trotski) Jew

State Control K.I. Lander Jew

State Lands Kaufmann Jew

Works [Labor] V. Schmidt Jew

Social Relief E. Lilina (Knigissen) Jew

Education A. Lunacharsky Russian

Religion Spitzberg Jew

Interior Apfelbaum [Radomyslski] (Zinoviev) Jew

.Hygiene Anvelt Jew

Finance I. E. Gukovs [and G. Sokolnikov] Jew

Press Voldarski [Goldstein] Jew

Elections M.S. Uritsky Jew

Justice I.Z. Shteinberg Jew

Refugees Fenigstein Jew

Refugees Savitch (Assistant) Jew

Refugees Zaslovski (Assistant) Jew

Out of these 22 "Sovnarkom" members, Wilton summed'up, there were three Russians, one Georgian, one Armenian, and 17 Jews.

The Central Executive Committee, Wilton continues, was made up of the following members:

Y. M. Sverdlov [Solomon] (Chairman) Jew

Avanesov (Secretary) Armenian

Bruno Latvian

Breslau Latvian [?]

Babtchinski Jew

N. I. Bukharin Russian

Weinberg Jew

Gailiss Jew

Ganzberg [Ganzburg ] Jew

Danichevski Jew

Starck German

Sachs Jew

Scheinmann Jew

Erdling Jew

Landauer Jew

Linder Jew

Wolach Czech

S. Dimanshtein Jew

Encukidze Georgian

Ermann Jew

A. A. Ioffe Jew

Karkhline Jew

Knigissen Jew

Rosenfeld (Kamenev) Jew

Apfelbaum (Zinoviev) Jew

N. Krylenko Russian

Krassikov Jew

Kaprik Jew

Kaoul Latvian

Ulyanov (Lenin) Russian

Latsis Jew

Lander Jew

Lunacharsky Russian

Peterson Latvian

Peters Latvian

Roudzoutas Jew

Rosine Jew

Smidovitch Jew

Stoutchka Latvian

Nakhamkes (Steklov) Jew

Sosnovski Jew

Skrytnik Jew

L. Bronstein (Trotsky) Jew

Teodorovitch Jew [?]

Terian Armenian

Uritsky Jew

Telechkine Russian

Feldmann Jew

Fromkin Jew

Souriupa Ukrainian

Tchavtchevadze Georgian

Scheikmann Jew

Rosental Jew

Achkinazi Imeretian [?]

Karakhane Karaim [Karaite]

Rose Jew

Sobelson (Radek) Jew

Schlichter Jew

Schikolini Jew

Chklianski Jew

Levine-(Pravdine) Jew

Thus, concluded Wilton, out of 61 members, five were Russians, six were Latvians, one was a German, two were Armenians, one was a Czech, one was an Imeretian, two were Georgians, one was a Karaim, one. was a Ukrainian, and 41 were Jews.

The Extraordinary Commission of Moscow (Cheka) 'the Soviet secret police and predecessor of the GPU, the NKVD and the KGB was made up of the following:

F. Dzerzhinsky (Chairman) Pole

Y. Peters (Deputy Chairman) Latvian

Chklovski Jew

Kheifiss Jew

Zeistine Jew

Razmirovitch Jew

Kronberg Jew

Khaikina Jew

Karlson Latvian

Schaumann Latvian

Leontovitch Jew

Jacob Goldine Jew

Galperstein Jew

Kniggisen Jew

Katzis Latvian

Schillenkuss Jew

Janson Latvian

Rivkine Jew

Antonof Russian

Delafabre Jew

Tsitkine Jew

Roskirovitch Jew

G. Sverdlov (Brother of president of the Central Executive Committee) Jew

Biesenski Jew

J. Blumkin (Count Mirbach's assassin) Jew

Alexandrovitch (Blumkin's accomplice) Russian

I. Model Jew

Routenberg Jew

Pines Jew

Sachs Jew

Daybol Latvian

Saissoune Armenian

Deylkenen Latvian

Liebert Jew

Vogel German

Zakiss Latvian

Of these 36 Cheka officials, one was a Pole, one a German, one an Armenian, two were Russians, eight were Latvians, and 23 were Jews.

"Accordingly," Wilton sums up, "there is no reason to be surprised at the preponderant role of Jews in the assassination of the Imperial family. It is rather the opposite that would have been surprising."

--------------------------------------------------------------------------------

Bibliographic information Author: Weber, Mark

Title: The Jewish Role in the Bolshevik Revolution and Russia's Early Soviet Regime

Source: The Journal for Historical Review (http://www.ihr.org)

Date: January/February 1994

Issue: Volume 14 number 1

Location: Page 4

ISSN: 0195-6752

Attribution: "Reprinted from The Journal of Historical Review, PO Box 2739, Newport Beach, CA 92659, USA.

In the Communist seizure of power in Russia, the Jewish role was probably critical.

Two weeks prior to the Bolshevik "October Revolution" of 1917, Lenin convened a top secret meeting in St. Petersburg (Petrograd) at which the key leaders of the Bolshevik party's Central Committee made the fateful decision to seize power in a violent takeover. Of the twelve persons who took part in this decisive gathering, there were four Russians (including Lenin), one Georgian (Stalin), one Pole (Dzerzhinsky), and six Jews.

To direct the takeover, a seven-man "Political Bureau" was chosen. It consisted of two Russians (Lenin and Bubnov), one Georgian (Stalin), and four Jews (Trotsky, Sokolnikov, Zinoviev, and Kamenev).

There is no need to exaggerate the part played in the creation of Bolshevism and in the actual bringing about of the Russian Revolution by these international and for the most part atheistical Jews. It is certainly a very great one; it probably outweighs all others. With the notable exception of Lenin, the majority of the leading figures are Jews. Moreover, the principal inspiration and driving power comes from the Jewish leaders. Thus Tchitcherin, a pure Russian, is eclipsed by his nominal subordinate, Litvinoff, and the influence of Russians like Bukharin or Lunacharski cannot be compared with the power of Trotsky, or of Zinovieff, the Dictator of the Red Citadel (Petrograd), or of Krassin or Radek -- all Jews. In the Soviet institutions the predominance of Jews is even more astonishing. And the prominent, if not indeed the principal, part in the system of terrorism applied by the Extraordinary Commissions for Combatting Counter-Revolution [the Cheka] has been taken by Jews, and in some notable cases by Jewesses

Anyone who had the misfortune to fall into the hands of the Cheka," wrote Jewish historian Leonard Schapiro, "stood a very good chance of finding himself confronted with, and possibly shot by, a Jewish investigator." In Ukraine, "Jews made up nearly 80 percent of the rank-and-file Cheka agents," reports W. Bruce Lincoln, an American professor of Russian history. (Beginning as the Cheka, or Vecheka) the Soviet secret police was later known as the GPU, OGPU, NKVD, MVD and KGB.)

http://www.jewwatch.com/jew-occupiedgovernments-USSR-Jewish-Bolshevism-Jewish%20Role.html

Потомками кантонистов были советский партийный деятель Яков Свердлов...

В этом-то духе еврейскому народу и следует отвечать и за своих революционных головорезов, и за готовные шеренги, пошедшие к ним на службу. Не перед другими народами отвечать, а перед собой и перед своим сознанием, перед Богом. - Как и мы, русские, должны отвечать и за погромы, и за тех беспощадных крестьян-поджигателей, за тех обезумелых революционных солдат, и за зверей-матросов.

Александр Исаевич СОЛЖЕНИЦЫН 200 ЛЕТ ВМЕСТЕ

____________________________________________________________

© Урби Орби Кенстут. Октябрьская революция как возмездие еврейского народа за геноцид детей совершенный царем Николаем I

Origin: http://samlib.ru/u/urbi_o_k/genocid.shtml

Создан: 03/08/2008, изменен: 16/08/2008, 28k

Статья: История

Series: Истоки национализма