# Последний шанс

М И Урванцев

Последний шанс


— Твою мать! – бронированный экран брызнул осколками, разлетаясь в стороны вперемешку с ошмётками псевдоплоти с кулака только что этот экран разбившего андроида. Встряхнув покалеченной рукой – сила удара была такова, что даже сверхпрочные металлопластиковые пальцы не выдержали и повисли обломками на надорванных сервоволокнах – старый андроид в форме капитана ВКС Земли отвернулся от уничтоженного экрана и направился в сторону выхода из командной рубки «Последнего Шанса», – Твою мать, твою мать, твою мать!


Первый раз по космическому кораблю андроид прошёл лет двести пятьдесят назад, от грузового трюма, где тогда ещё исследовательский крейсер дальнего радиуса «Новая Надежда» хранил ЗИПы, до рубки, где новому, только из хранения, андроиду назначили функцию интерфейс-корректора при навигаторе. И именно тогда в нейросети машины начали образовываться первые связи, можно сказать приведшие к этому моменту.


Сидя в кресле авторемонтника, капитан «Последнего Шанса», в ожидании пока будет восстановлена рука, раз за разом прокручивал на внутреннем дисплее запись, как шлюп с двадцатью его воспитанниками, и, по факту, двадцатью последними дееспособными людьми, попал на прицел автоматическим системам защиты орбитальной станции МКС-5 на орбите Земли, и был разнесён в клочья.


Сто пятьдесят лет назад крейсер «Новая Надежда», находясь в середине двадцатилетнего рейда, максимально далеко от Земли, получил известие с родной планеты о захлестнувшей родину войне, уничтожившей или загнавшей под землю всё человечество. Аварийно прервав рейд, предыдущий капитан корабля развернул звездолёт домой.


Около трёх лет назад, проведя порядка пятнадцати лет в астероидном поясе, служа домом, садиком, школой, а потом и институтом для двадцати детей, оставшихся от последней команды, «Последний шанс» вышел на орбиту Земли, после того как датчики со спутников и злополучной МКС-5 подали сигнал о падении уровня радиации до комфортного для проживания уровня.


Андроид не помнил, когда он перестал ориентироваться на сухие математические выкладки, и начал оперировать, и, главное, понимать, такие термины как «любовь», «вера», «надежда», «горе» и «ненависть», но, вероятно, это произошло когда «Новая Надежда» прилетела в Солнечную систему и прилунилась на Европе. Ведь именно тогда до всего экипажа дошло, что родного дома больше нет, а те разведчики, кто пытались влететь внутрь орбиты Марса уничтожались автоматическими системами.


Двадцать лет назад «Последний Шанс» получил сигнал с Земли, пробившийся через постепенно редеющую сеть постановщиков помех, и сигнал это гласил, что на Земле остались подземные бункеры, где хранится весь генофонд населявших когда-то прародину живых существ, что сохранились мощности, и что – главное – пока ещё работают подземные гибернационные хранилища, содержащие в себе жалкие спящие остатки человечества.


Сто лет назад «Новая Надежда», простоявшая на льдах Европы около полувека, потеряла последнего живого человека, кроме двадцати спящих в анабиозе детей. Последний капитан-человек «Новой Надежды» отдал андроиду свой пост, ключ-карту доступа и последний приказ: любыми средствами доставить детей на Землю, когда это будет возможно. Тогда же «Новая Надежда» сменила название на «Последний Шанс».

— Иронично, да? – сказал тогда пока ещё капитан, девяностолетний старик, которого не сломила даже потеря дома, – Наш последний шанс – это стопятидесятилетний андроид, и такой же древний корабль. И да, наверно, ты не поймёшь мои слова, сочтёшь их бредом умирающего, но если ты не выполнишь мой приказ – я тебя и с того света достану.


Сейчас, сидя в кресле, капитан-андроид, наконец понял что тогда сказал капитан-человек. Понял, что старику не надо оживать, ибо вид сгорающего в плазменном огне шлюпа вызывал необъяснимые сбои в работе всех систем старого робота, хотя все они – до тех пор пока он не разнёс пулестойкое стекло дисплея – были в норме. А главное – андроид понял что капитана потеря дома тогда очень сильно подкосила, но на нём было триста душ команды, и он не мог позволить себе расслабиться. Даже перед андроидом. И что многое из его поведения андроид перенял когда растил и обучал своих воспитанников.


Почти по человечески вздохнув, андроид встал с кресла ремонтника, подошёл к капитанскому сейфу и извлёк из него маленькую коробочку.

— Это не используй никогда. – как живой предстал перед ним седой капитан, – Никогда до тех пор, пока у тебя есть хоть какой-то выбор. Но если всё-таки решишься… Всё просто. Подключаешь к любой рабочей станции корабля, даёшь приказ, любой, и ждёшь. Просто ждёшь.


Андроид соединил девайс с рабочей станцией, подключился к интерфейсу и стал ждать. Какое-то время ничего не происходило, потом на дисплее заморгала надпись: «Введите приказ». Андроид помедлил, и, почему-то голосом, сказал:

— Верни ребят.


Надпись сменилась.


* * *

Тяжёлый исследовательский крейсер сошёл с геостационарной орбиты и, набирая скорость, полетел к Земле. По пути снеся МКС-5 корпусом и даже не замедляясь, стальная громадина воткнулась в подушку атмосферы и пылающим болидом пошла к поверхности.


В то время, как снаружи ревел воздух, сгорали бронеплиты и надстройки, внутри корабля заработали автоматические ремонтные дроиды и рванулись к капсулам автодоков, перестраивая их. Ещё до того, как «Последний Шанс» тяжело рухнул, пропахав огромную канаву, переделанные автодоки начали процесс репликации.


Два дня спустя.

— Капитан? Капитан! – двадцать ничего не понимающих молодых парней и девушек в больничных робах вломились в капитанскую каюту. Двое из них бросились тормошить андроида, остальные же поражённо осматривались в том бардаке, во что превратилась когда-то по машинному аккуратная каюта после падения «Последнего Шанса».

— Что с ним? Выключился?

— Нет. Умер. Но… Смотрите. – парень, разжавший механические пальцы, показал остальным зажатую в руке пластобумажку с корявой надписью: «Живите».


* * *

…где-то…


— Ты в конец охренел?

— Что?

— Давать смертному, нет, даже роботу, такую способность оперировать душами?

— Я не дал. Я купил.

— Да один хрен! Это ж андроид!

— Да. Ты самого главного не сказал. Это не просто андроид. Это андроид с душой. Он сам ею обзавёлся, сам научился любить и ненавидеть и, главное, верить в чудо. Сам, совсем, без вспомогательных элементов. Я такого не видел, наверно, никогда.

— Мда… И за сколько ты продал такому уникальному роботу возможность оперировать душами?

— За вечность. Теперь его вечность – моя.

— Да нахрена он тебе?!

— Из него выйдет отличный сменщик. А я в отпуск схожу.