# Развитие компетентности при переводе выразительно-изобразительных средств

Юлия Андреевна Старшова

Выпускная квалификационная работа магистра "РАЗВИТИЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ ПРИ ПЕРЕВОДЕ ВЫРАЗИТЕЛЬНО-ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫХ СРЕДСТВ В ОРИГИНАЛЕ И ПЕРЕВОДЕ СТИХОТВОРЕНИЙ С.А.ЕСЕНИНА И А.А.БЛОКА"

Старшова Юлия АндреевнаРазвитие компетентности при переводе выразительно-изобразительных средствOrigin: http://samlib.ru/w/wagapow_a_s/masterdissertation.shtmlСоздан: 11/06/2014, изменен: 11/06/2014, 271kМонография: ПрозаВыпускная квалификационная работа магистра "РАЗВИТИЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ ПРИ ПЕРЕВОДЕ ВЫРАЗИТЕЛЬНО-ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫХ СРЕДСТВ В ОРИГИНАЛЕ И ПЕРЕВОДЕ СТИХОТВОРЕНИЙ С.А.ЕСЕНИНА И А.А.БЛОКА"============================================================

Министерство науки и образования РФ

ФГБОУ ВПО "Красноярский государственный педагогический университет им. В.П.Астафьева"

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

Кафедра иностранных языков

Выпускная квалификационная работа магистра

РАЗВИТИЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ ПРИ ПЕРЕВОДЕ ВЫРАЗИТЕЛЬНО-ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫХ СРЕДСТВ В ОРИГИНАЛЕ И ПЕРЕВОДЕ СТИХОТВОРЕНИЙ С.А.ЕСЕНИНА И А.А.БЛОКА

Выполнила:

студентка 2 курса магистратуры

направление "Сопоставительное изучение образовательных систем и межкультурная коммуникация"

Старшова Юлия Андреевна Научный руководитель:

Барканова Ольга Владимировна,

к. психол.наук, доцент кафедры иностранных языков

Красноярск 2013

Содержание

Введение.......................................................................................3

Глава I. Теоретическое обоснование проблемы переводческой компетенции в области художественного перевода ..................................................8

Выводы по Главе I........................................................................55

Глава II. Развитие компетентности студентов при переводе выразительно-изобразительных средств на материале стихотворений С.А. Есенина и А.А. Блока .......................................................................................59

Выводы по Главе II........................................................................

Заключение..................................................................................

Список литературы........................................................................

Введение

Английскому поэту Самюэлю Тэйлору Кольриджу принадлежит одно из самых емких определений поэзии: "Лучшие слова в лучшем порядке". Целью любого стихотворного произведения является создание яркой и насыщенной образами поэтической картины мира, близкой мировоззрению писателя. И каждый поэт достигает этой цели характерными только для него способами и приемами: тематикой произведений, их логическим подбором в циклы, особенностью стиля, то есть своеобразием употребления лексических, синтаксических и стилистических средств выразительности. Каждое из этих средств в отдельности не может служить для создания особого поэтического мира, и, лишь складываясь в определенную систему, они представляют собой особый стиль, которым и созданы эти произведения. Выразительность речи, ее воздействующая сила увеличивается, если поэт использует разнообразные выразительно-изобразительные средства. Важно, чтобы поэт умел использовать богатства родного языка, знал тончайшие оттенки речи.

Одним из неповторимых в своем творчестве мастеров поэтического слова является С.А. Есенин. А.А. Блок также является поэтом, заслуживающим нашего внимания. Несмотря на то, что круг тем и проблем, затрагиваемых Блоком, крайне разнообразен, его лирика является гармоничным единым произведением, занимающим временной отрезок длиной во всю жизнь. Работа посвящена способам развития компетентности при переводе выразительно-изобразительных средств в переводах стихотворений А.С. Есенина и А.А. Блока.

Актуальность работы определяется повышенным вниманием к изучению художественных текстов с точки зрения переводных вариантов, использования в них средств выразительности, а также методике обучения студентов переводам с использованием вышеупомянутых средств. Для того чтобы переводы были понятны читателю, необходимо обратиться к их стилистической составляющей, а именно к средствам, формирующим образность переводного текста. Для этого следует изучать средства выразительности как оригинала, так и переводного варианта. Только полное понимание стилистики стихотворного текста позволит сделать его правильный художественный перевод. Обучение такому небуквальному переводу, учитывающему все стилистические составляющие, является проблемой на сегодняшний день. Особенно сложным является развитие переводческой компетенции у студентов неязыковых факультетов, для которых перевод не является основной дисциплиной, но без которого не обходится не одно занятие. Поскольку перевод "прозы" не вызывает у студентов положительных эмоций, мы решили обратиться к переводу поэзии. Кроме того, данная проблема является малоизученной.

Объект исследования - переводческая компетенция.

Предмет исследования - развитие переводческой компетенции при переводе выразительно-изобразительных средств.

Материал для исследования - стихотворения С.А. Есенина и А.А. Блока в оригинале и английском переводе, выполненном А.С. Вагаповым. Для изучения были выбраны следующие стихотворные тексты С.А. Есенина: "Отговорила роща золотая" ("The golden birch-tree grove has fallen silent"), "Не гляди на меня с упреком" ("Don't you look at me so reproachfully"), "Что прошло - не вернуть" ("What is gone cannot be retrieved"), "Не жалею, не зову, не плачу" ("I do not regret, and I do not shed tears"), "Может, поздно, может, слишком рано" ("Maybe it's too late or maybe early"), "Устал я жить в родном краю" ("I'm tired of living in my land"), "Письмо к матери" ("A letter to mother"), "Ночь" ("The Night"), "Заметался пожар голубой" ("Azure space is aflame up above"), "Да! Теперь решено..." ("Yes! It's settled"), "Эта улица мне знакома" ("Both this street and this little house..."), Цветы мне говорят - прощай" ("The flowers say good-bye to me"), "Этой грусти теперь не рассыпать..." ("Now my grief won't be split b the ringing..."), "Я снова здесь, в семье родной" ("I'm back at home"), "Низкий дом с голубыми ставнями" ("Little house with light blue shutters"). И следующие стихотворения А.А. Блока: "Мы встречались с тобою на закате" ("I recall, we would date at sundown"), "Под шум и звон однообразный" ("To boring, tedious noise and ringing"), "Ты так светла, как снег невинный" ("You are as bright as snow, my dear"), "Усталый от дневных блужданий" ("Run-down and worn from daily rambles"), "И вновь - порывы юных лет" ("There is impulsive youth again"), "О доблестях, о подвигах, о славе" ("I would forget about courage, winning"), "Я знал ее еще тогда" ("I knew her as far back..."), "Благословляю всё, что было" ("I bless my lucky stars above"), "Твое лицо мне так знакомо" ("I know your face so well, my fair"), "Покраснели и гаснут ступени" ("Turning red, temple stars are fading"), "Мы были вместе, помню я" ("We were together, I recall"), "Прошедших дней немеркнущим сияньем" ("The way it used to be, my soul is lighted"), "Земное сердце стынет вновь" ("My earthly heart gets cold and all"), "Я вижу блеск, забытый мной" ("I see the long forgotten blaze").

Для анализа были выбраны наиболее интересные тексты с точки зрения использования средств выразительности в оригинале и переводе.

Цель работы - разработать условия и способы развития компетентности при переводе выразительно-изобразительных средств в стихотворениях С.А. Есенина и А.А. Блока.

Задачи работы:

Методы и приемы исследования: сравнительно-сопоставительный метод, описательный метод, терминологический анализ, контент-анализ, прием случайной выборки.

Теоретико-методологическую базу исследования составили труды по теории и обучению перевода А.С. Вагапова, исследования стилистики русского языка И.Б. Голуб, М.Н. Кожиной, труды в области переводоведения В.Н. Комиссарова, А.Д. Швейцера, труды исследователей компетентностного подхода в обучении - И.А.Зимней, А.В.Хуторского и др.

Научной новизной работы является исследование английских переводов А. Вагапова стихотворений русских поэтов серебряного века А.А. Блока и С.А. Есенина с точки зрения использования в них средств выразительности. Выделены способы и приемы перевода средств выразительности

Практическая значимость. Результаты работы могут быть использованы при обучении студентов небуквальному переводу, при изучении поэзии С.А. Есенина и А.А. Блока в средней школе на уроках русского языка, литературы, на элективных курсах по сравнительному литературоведению, на факультативных занятиях по английскому языку, в качестве иллюстративного материала в вузовском курсе лексики, синтаксиса, стилистики, основ теории перевода, английской филологии для студентов филологических факультетов.

Апробация работы. Материалы исследования были представлены на международной научно-практической конференции, посвященной 210-летию В.И.Даля в 2011г., на I и II Международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых "Социализация и межкультурная коммуникация в современном мире" (по итогам II конференции - диплом I степени), по теме работы имеются три публикации [Ефименко 2011: 97-103, 2011: 33-38, 2012: 239-244].

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав (теоретической и практической), выводов по главе I и главе II, заключения, списка литературы (53 наименования) и трех приложений. Глава I. Теоретическое обоснование проблемы переводческой компетенции в области художественного перевода

В настоящее время в условиях развития новой экономики, в которой основным ресурсом становится мобильный и высококвалифицированный человеческий капитал, в России идет становление новой системы образования. Происходящие в конце ХХ и начале XXI вв. существенные изменения направленности целей, содержания образования, все более явно, согласно ст. 2 Закона РФ "Об образовании", что они ориентируют на "свободное развитие человека", на творческую инициативу, самостоятельность, конкурентоспособность, мобильность будущего специалиста, что подчеркнуто в Концепции модернизации российского образования на период до 2010 года [http://www.edu.ru/db/mo/Data/d_02/393.html].

В качестве главного результата образования рассматривается готовность и способность молодых людей, заканчивающих школу, нести личную ответственность как за собственное благополучие, так и за благополучие общества.

Важными целями образования должны стать развитие у учащихся способности действовать и быть успешными, формирование таких качеств, как профессиональный универсализм, способность менять сферы деятельности, способы деятельности на достаточно высоком уровне. Востребованными становятся такие качества личности, как мобильность, решительность, ответственность, способность усваивать и применять знания в незнакомых ситуациях, способность выстраивать коммуникацию с другими людьми.

Основным результатом деятельности образовательного учреждения должна стать не система знаний, умений и навыков, а способность человека действовать в конкретной жизненной ситуации. Таким образом, компетентностный подход проявляется как обновление содержания образования в ответ на изменяющуюся социально-экономическую реальность. Идеи компетентностного подхода как принципа образования рассматриваются в работах А.М.Аронова, А.Г. Бермуса, В.А.Болотова, И.А.Зимней, Г.Б. Голуба, В.В. Краевского, О.Е.Лебедева, М.В. Рыжакова, Ю.Г.Татура, И.Д.Фрумина, А.В.Хуторского, О. В. Чураковой, М.А. Чошанова, П.Г.Щедровицкого  и др.

Внутри компетентностного подхода выделяются два базовых понятия: "компетенция" и "компетентность".

Прежде всего отметим, что ориентированное на компетенции образование (competence-based education - CBE) формировалось в 70-х годах в Америке. Таким образом, в 60-х годах прошлого века уже было заложено понимание различий между понятиями "компетенция" и "компетентность" [Зимняя 2006: 35].

В научной литературе актуальным остается вопрос о соотношении понятий "компетентность" и "компетенция". Одни авторы употребляют их как слова - синонимы, обозначающие действенность системы знаний. Другие авторы разводят эти понятия по разным основаниям.

При теоретическом анализе представленных в литературе определений, нельзя не обратить внимание на тот факт, что, несмотря на такое разнообразие, одной из важнейших характеристик элементов компетентности и компетенций, подчеркивается именно активность, действенность имеющихся знаний и опыта, наличие потенциальной (потребность, мотив, цель, инструментальная основа) и реализованной структуры (внутренняя и внешняя деятельность) в компетентности [Ильязова 2008: 38].

Частичное совпадение внешней формы, похожее звучание порождают ошибочную подмену понятий и искажение дефиниций слов. С этимологической точки зрения оба слова уходят своими корнями к латыни. Компетенция от competentia - надлежащий, способный; компетентность - competo - добиваюсь, соответствую, подхожу. Заимствование из английского языка, в котором слово competence имеет ряд значений, первое - способность, данные, знания, компетентность; второе - компетенция, правомочность. На лицо полисемия, компетенция и компетентность являются разными значениями одного многозначного слова competence. В великом русском языке данные понятия закрепились как совершенно разные лингвистические единицы, близкие друг другу по звучанию, но имеющие абсолютно разную семантику [Хлызова 2008: 56].

Компетенция в переводе с латинского "competentia" означает круг вопросов, где человек хорошо осведомлен, обладает познаниями и опытом. В этой области человек обладает соответствующими способностями, позволяющими ему обоснованно судить об этой сфере, действовать в ней [Сергеев 2006: 9]. Образовательные компетенции обусловлены личностным подходом к образованию, проявляются, а также проверяются только в процессе выполнения определенных действий.

Компетентность - это уже сформировавшаяся совокупность качеств личности. То есть компетентный специалист - это человек, обладающий необходимыми знаниями, умениями и опытом, а компетентность - черта личности, обладающей этим необходимым набором компетенций [Сергеев 2006: 9].

А.В.Хуторской, различая понятия "компетенция" и "компетентность", предлагает следующие определения:

"Компетенция - включает совокупность взаимосвязанных качеств личности (знаний, умений, навыков, способов деятельности), задаваемых по отношению к определенному кругу предметов и процессов, и необходимых для качественной продуктивной деятельности по отношению к ним.

Компетентность - владение, обладание человеком соответствующей компетенцией, включающей его личностное отношение к ней и предмету деятельности" [Хуторской 2002].

Компетентностный подход в образовании означает выбор новых стратегий обучения и предполагает осознание и реализацию тесной связи образовательного процесса, содержания и результата.

Компетенции - обобщенные способы действий, обеспечивающие продуктивное выполнение профессиональной деятельности. Это способности человека реализовывать на практике свою компетентность. Компетенции в широком смысле относятся к способности, умению, возможностям, навыкам и пониманию. Компетентный человек - это человек, обладающий достаточными навыками, знаниями и возможностями в определенной области. Компетенция представляет собой открытую систему процедурных, ценностно-смысловых и декларативных знаний, включающую взаимодействующие между собой компоненты (связанные с познанием, личностные и социальные), которые актуализируются и обогащаются в деятельности по мере возникновения реальных жизненно важных проблем, с которыми сталкивается носитель компетенции.

Компетентность - ситуативная категория, поскольку выражается в готовности к осуществлению какой-либо деятельности в конкретных профессиональных (проблемных) ситуациях. Компетентность характеризует способность человека (специалиста) реализовывать свой человеческий потенциал для профессиональной деятельности. Под компетентностью понимается интегрированная характеристика качеств личности, результат подготовки выпускника вуза для выполнения деятельности в определенных областях (компетенциях).

Г. М. Коджаспирова подчеркивает, что "педагог должен овладеть определёнными педагогическими умениями, чтобы быть компетентным педагогом" и к существенным признакам компетентности относит уровень, определяемый комбинацией следующих критериев:

-- уровень усвоения знаний и умений (качество знаний и умений);

-- диапазон и широта знаний и умений;

-- способность выполнять специальные задания;

-- способность рационально организовывать и планировать свою работу;

-- способность использования знания в нестандартных ситуациях (быстро адаптироваться при изменении техники, технологии, организации и условий труда) [Коджаспирова 2004: 367].

Профессиональная компетентность является результатом профессионального образования. В качестве критериев профессиональной компетентности выступают общественная значимость результатов труда специалиста, его авторитет, социально-трудовой статус в конкретной отрасли знаний (деятельности) [Сергеев 2006: 13].

Компетенции - это "кирпичики", из которых формируется компетентность специалиста.

В толковом словаре под редакцией Д.И. Ушакова видны различия между понятиями компетентность и компетенция: "компетентность - осведомлённость, авторитетность; компетенция - круг вопросов, явлений, в которых данное лицо обладает авторитетностью, познанием, опытом, кругом полномочий".

Следовательно, можно сделать вывод, что компетенция - это параметр социальной роли, который в личностном плане проявляется как компетентность, соответствие лица занимаемому месту, "времени"; это способность осуществлять деятельность в соответствии с социальными требованиями и ожиданиями. Компетенцию можно рассматривать как возможность установления связи между знанием и ситуацией или, в более широком смысле, как способность найти, обнаружить процедуру (знание, действие), подходящую для решения проблемы [Харитонова 2007: 68].

Обобщая мнения исследователей по вопросу специфики терминов компетентность/компетенция, подчеркнем обобщенный интегральный характер этих понятий по отношению к "знаниям", "умениям" и "навыкам" (не противоположный им, а включающий в себя все их конструктивное содержание.) В понятие компетенции в качестве структурных компонентов входят знания, умения, навыки, а также личностные качества (инициативность, целеустремленность, способность к целеполаганию, ответственность, толерантность и пр.), социальная адаптация (умение работать в команде и вне ее), критическое мышление, а также опыт профессиональной деятельности в избранной сфере. Лишь в совокупности эти компоненты формируют поведенческие модели, а соответственно компетентность человека в решении поставленных перед ним задач.

Развитие переводческой компетенции - процесс сложный. Для этого нужны определенные способы и условия.

Компетенция не сводится только к знаниям или только к умениям. Компетенция является сферой отношений, существующих между знанием и действием на практике.

Компетенциям (компетентности) невозможно научить, их можно только сформировать у обучающихся на основе приобретения ими знаний, умений, навыков и развития личностных качеств. Переход к компетентностно-ориентированному обучению требует создания соответствующей образовательной среды вуза, включающей, прежде всего, новое формулирование целей и результатов обучения, новых технологий обучения, преподавания, оценивания, а также новых способов взаимодействия между преподавателем и студентом и между самими студентами, стимулирующих их личностное развитие.

В начальном периоде обучения следует изучать дисциплины, в которых формируются универсальные компетенции. При формировании профессиональных компетенций планировать в учебном процессе (где это возможно) и дальнейшее развитие универсальных.

Объектом наших интересов выступает перевод. Одной из компетенций, которые определены в качестве целей обучения иностранному языку в высшей школе, названа переводческая компетенция. Проблема обучения переводу студентов нефилологического профиля была поставлена в современных методических исследованиях не так давно. Такие исследователи как В.Н.Комиссаров, И.И.Халеева, Е.Е.Аксенова посвятили немало работ этой проблеме.

Переводческая компетенция включает способность понимания исходного текста и способность создания текста на языке оригинала. При этом жизненный опыт переводчика фигурирует в качестве фонового знания. Среди компонентов переводческой компетенции большое значение имеет идиоматическое владение языком перевода. Кроме того, переводческая компетенция включает и элементы двух соприкасающихся в процессе перевода культур. Четко ориентируясь на исходный текст, переводчик включается в процесс поиска и принятия решения, который завершается "перевыражением" оригинала на языке перевода.

Ее дифференциация существует в двух измерениях: 1) по жанру (научно-технический текст, художественный текст, и др.) и 2) по направлению (с родного языка на иностранный и с иностранного на родной) [Нелюбин 2008: 342].

Каждая из этих компетенций охватывает в свою очередь две субкомпетенции (рецептивную в сфере исходного языка и продуктивную в сфере языка перевода). Обе субкомпетенции взаимно дополняют друг друга и образуют основу компетенции, необходимой переводчику для передачи сложных в содержательном и стилистическом отношении текстов с необходимой степенью коммуникативной эквивалентности. Именно этот текстуальный характер переводческой компетенции объясняет тот факт, что лица, свободно владеющие двумя языками отнюдь не обязательно становятся хорошими переводчиками.

Как переводчик осмысляет переводимый текст, как он строит и перестраивает стратегию перевода, какую он, смотря по обстоятельствам, избирает функциональную перспективу высказывания, как он на основе оригинала воссоздает текст -- все это составляет его переводческую компетенцию, как языковую, так и внеязыковую, как рецептивную, так и репродуктивную. Все эти виды компетенции органически связаны друг с другом и в своей сумме образуют компетенцию переноса, лежащую в основе процесса перевода и обеспечивающую адекватную передачу коммуникативного намерения и достаточную степень коммуникативной эффективности.

Переводческая компетенция представляет собой сложную многомерную категорию, включающую те квалификационные характеристики, которые позволяют переводчику осуществлять акт межъязыковой и межкультурной коммуникации: особое "переводческое" владение двумя языками (как минимум рецептивное владение исходным языком и репродуктивное -- языком перевода), при котором языки проецируются друг на друга; способность к "переводческой" интерпретации исходного текста; владение технологией перевода; знание норм данного стиля и жанра текста; знание переводческих норм, определяющих стратегии языка перевода; определенный минимум фоновых знаний, необходимых для адекватной интерпретации исходного текста, и в частности то, что называется "знанием предмета" для успешного перевода в рамках специализации переводчика [Нелюбин 2008: 343].

Понятие переводческой компетенции может быть конкретизировано применительно к тем или иным разновидностям перевода и включать, например, творческие способности, необходимые для художественного и, в частности, поэтического перевода.

Совершенно очевидно, что уровень владения иностранным языком, достижение которого является целью обучения не только в вузе, но и в полной общеобразовательной школе, предполагает овладение умениями перевода. Современные исследования представляют переводческую компетенцию как совокупность коммуникативной, языковой (лингвистической) и технической (технологической) компетенций. Последнюю из названных можно назвать собственно переводческой (в узком смысле этого термина). Структуру компетенции переводчика можно представить как комплекс умений и навыков, направленный на информативный анализ текста на одном языке и передачу извлеченной информации путем создания текста на другом языке. Содержание собственно переводческой компетенции многократно подвергалось анализу в различного рода исследованиях. Было выявлено, что в ее содержании, представленном как комплекс умений, обнаруживается множество составляющих, которые одновременно входят в другие формируемые на данном этапе компетенции. Учет этих межкомпетентностных связей и параллелей может существенно оптимизировать работу преподавателя по обучению переводу студентов нефилологического профиля [http://www.nop-dipo.ru/node/271].

Традиционное содержание практического курса перевода связывается с исследованием и изучением определенных теоретических сведений (о роли перевода в межкультурной коммуникации; о переводимости, эквивалентности и адекватности в переводе; о переводческих соответствиях и переводческих трансформациях, о видах перевода и т.д.) и приобретением собственно технологических умений, направленных, прежде всего, на овладение синонимическими средствами языка. Приводимый перечень знаний неразрывно связан с определенных комплексом умений, составляющих переводческую компетенцию.

Важнейшей составляющей переводческой компетенции и одновременно необходимым условием ее формирования является коммуникативная компетенция определенного уровня владения иностранным языком, позволяющего воспринимать и передавать когнитивную, эмоциональную и эстетическую информацию на родном и иностранном языке, а также и лингвистическая компетенция, связанная с умениями анализировать и интерпретировать единицы языка и речи. Переводческая компетенция также довольно тесно связана с социолингвистической, социокультурной, дискурсивной и межкультурной компетенциями, которые в совокупности позволяют выстраивать стратегии и тактики перевода на каждом его этапе.  Необходимо отметить, что, хотя переводческая компетенция существенным образом отличается от коммуникативной и представляет собой набор специфических умений и навыков, следует обратить внимание на ее определенную связь с коммуникативной компетенцией, и охарактеризовать данную связь как двустороннюю. Безусловно, уровень коммуникативной компетенции носит определяющий характер по отношению к компетенции переводческой, но и содержание последней существенным образом дополняет коммуникативную компетенцию, повышая ее уровень.

Еще одной составляющей переводческой компетенции является умение определять тип, жанр, тематические и функционально-стилистические параметры текста. Названные умения лежат в основе дискурсивной компетенции, формирование которой применительно к письменному дискурсу относится к высшим уровням владения языком и проявляется также в способности адекватно передавать коммуникативно-функциональное содержание исходного материала равноценными средствами переводящего языка.

Таким образом, умения, лежащие в основе переводческой компетенции, составляют центральное звено и других формируемых в процессе преподавания иностранного языка в вузе компетенций, прежде всего коммуникативной и дискурсивной, что, несомненно, облегчает решение задач обучения переводу. Перечисленные умения могут быть использованы  как определенный фундамент для постановки и решения конкретных задач, связанных с формированием переводческих умений студента-гуманитария.

Формирование переводческой компетенции способствует всестороннему развитию личности будущих переводчиков в сфере профессиональной коммуникации, развивает внимательность и чувство ответственности, умение пользоваться справочниками и дополнительными источниками информации, делать выбор, быстро принимать правильные решения, обнаруживать и сопоставлять лингвистические и экстралингвистические данные.

Что касается студентов языковых факультетов, для них перевод является одной из основных дисциплин. Во всех учебных заведениях, готовящих переводчиков, обучаемым предлагаются занятия по теории и практике перевода. Занятия переводом побуждают учащихся обращать внимание на тончайшие нюансы семантики языковых единиц, раскрывают своеобразие системной организации и функционирования языков, особенности "картины мира", создаваемой каждым языком, общее и особенное в культуре и мышлении представителей разных языковых коллективов. Формирование переводческой компетенции способствует всестороннему развитию личности будущих переводчиков: формирует у них внимательность и чувство ответственности, умение пользоваться справочниками и дополнительными источниками информации, делать выбор, быстро принимать правильные решения, обнаруживать и сопоставлять многочисленные лингвистические и экстралингвистнческие данные. Профессиональная подготовка переводчика предполагает высокую культуру, широкую энциклопедическую эрудицию, коммуникабельность, такт, постоянное пополнение знаний, многообразие интересов. Все эти качества проявляются в двух языках и двух культурах.

Значительная часть курса посвящается развитию профессиональных переводческих умений и навыков, овладению элементами переводческой стратегии и техники, накоплению опыта перевода текстов различной степени сложности.

В процессе создания профессиональной переводческой компетенции формируется своеобразная языковая личность, которая обладает рядом отличий от непереводческой личности. Эти отличия выявляются во всех главных аспектах речевой коммуникации: языковом, текстообразующем, коммуникативном, личностном и профессионально-техническом [Комиссаров 2002: 326].

Решающую роль в профессиональной технике переводчика играет владение специальными умениями. Не все умения, обеспечивающие успешный процесс перевода, можно выделить и описать. Часть из них носит комплексный характер и плохо поддается анализу. Среди переводческих умений наиболее важными представляются следующие:

1. Умение выполнять параллельные действия на двух языках, переключаться с одного языка на другой. Это умение частично возникает спонтанно с развитием двуязычия, но его необходимо довести до профессионального уровня, что достигается изучением переводческих соответствий и приемов перевода, а главное -- через постоянные двуязычные действия -- осуществление переводов как целых текстов, так и их фрагментов.

2. Умение понимать текст "по-переводчески". Хотя на первом этапе переводческого процесса переводчик выступает в роли Рецептора оригинала, его понимание текста отличается от обычного глубиной и окончательностью. При переводе на английский язык переводчику придется сделать окончательный выбор между возможными интерпретациями, поскольку ему надо решить, какое из английских слов (brilliant, impressive, graphic, moving, extraordinary) можно использовать в качестве соответствия. Понимание переводчиком текста оригинала в определенной степени обусловлено и особенностями языка перевода.

3. Выполнение параллельных действий на двух языках в процессе перевода предполагает умение переходить в высказываниях на каждом из языков от поверхностной структуры к глубинной и обратно. Затем переводчик решает следующую проблему: какими способами этот глубинный смысл может быть выражен на переводящем языке? Это связано также с умением выстраивать синонимические поверхностные структуры и слова-синонимы в переводящем языке и делать выбор между ними.

4. Особую важность для переводчика имеет особое умение, которое можно охарактеризовать как умение "отходить, не удаляясь". При невозможности применить прямое соответствие переводчик вынужден отходить от оригинала, но при этом он стремится остаться как можно ближе к исходному смыслу. Такая стратегия "наименьших потерь" достигается, прежде всего, путем варьирования языковой формы, а также путем использования наиболее близких синонимов.

5. Переводческая компетенция включает умение выбирать и правильно использовать технические приемы перевода и преодолевать трудности, связанные с лексическими, фразеологическими, грамматическими и стилистическими особенностями исходного языка. Такое умение основывается на описании этих приемов и трудностей перевода, полученном в рамках соответствующей частной теории перевода.

6. Основные переводческие умения сводятся к умению анализировать текст оригинала, выявлять стандартные и нестандартные переводческие проблемы и выбирать способы их решения, наиболее соответствующие каждому конкретному акту перевода. С этим связано и умение редактировать свои и чужие переводы, обнаруживать и устранять семантические и стилистические погрешности, доказательно критиковать и оценивать предлагаемые варианты [Комиссаров 2002: 337].

В условиях недостаточного владения студентами иностранным языком обучение переводу осуществляется параллельно с изучением этого языка. В этом случае приходится учитывать отсутствие у обучаемых достаточной языковой подготовки и предварять (или дополнять) собственно

переводческое обучение изучением особенностей иностранного языка, знание которого необходимо для решения переводческих задач.

Взаимосвязанное обучение иностранному языку и переводу предполагает одновременное, параллельное развитие речевых навыков и умений в основных видах речевой деятельности и формирование собственно переводческой компетенции. Так, обучение письменному переводу совмещается с обучением информативному чтению и письму, обучение устному переводу - с обучением говорению и аудированию. При этом отмечается, что сопреподавание языка и перевода приобретает более рациональный характер, если оно реализуется на корреляционной основе. Обучение различным видам чтения (просмотровому, поисковому, ознакомительному, изучающему) рационально совмещается с формированием умения осуществлять различные виды перевода (собственно перевод, упрощенный перевод, реферативный перевод, перевод-пересказ, аннотация и т.д.).

Собственно переводческие умения реализуются на основе всего комплекса речевых умений, составляющих владение языками, участвующими в процессе перевода. Часть умений может быть превращена в полуавтоматические или автоматические навыки и применяться переводчиками интуитивно. Все компоненты профессиональной компетенции переводчика развиваются в процессе обучения переводу или в ходе практической переводческой деятельности.

Овладев переводческой компетентностью в совершенстве, человек считается "компетентным" специалистом в области перевода. Уровень владения профессиональной компетентностью напрямую зависит от степени развитости умений и компетенций, ее составляющих. Но добиться компетентности в сфере перевода крайне сложно.

Компетентность обучаемого предполагает проявление целого спектра его личностных качеств. "Понятие компетентности включает не только когнитивную и операционально-технологическую составляющие, но и мотивационную, этическую, социальную и поведенческую. То есть компетентность всегда наполнена качествами конкретного человека от смысловых и связанных с целеполаганием (зачем ему необходима данная компетенция) до рефлексивно-оценочных (насколько успешно он применяет данную компетенцию в жизни)" [Сергеев 2010: 26].

Практика профессионального образования на основе компетентного подхода показывает, что подготовка "знающего" специалиста связана с обращением к его профессиональной области (знаний, умений, навыков) и к когнитивно-личностной составляющей (памяти, восприятия, мышления). Подготовка же "компетентного" специалиста дополнительно требует развития у него личностно-психологических качеств (мотивации, заинтересованности в результатах учебной и профессиональной деятельности, профессионального самосознания, организованности и др.).

Компетентность специалиста формируется на всех этапах его жизненного цикла, начиная со школьной скамьи, включая требования заказчика (работодателя), а также государства и социума [Сергеев 2010: 34].

В сферу компетентности специалиста должны входить вопросы, связанные с преодолением производственных и межличностных конфликтных ситуаций. Способность личности устанавливать и эффективно реализовывать межличностные контакты представляется важным условием достижения успеха в профессиональной деятельности и адаптации в рабочем коллективе.

В структуре такой компетентности можно выделить три основных уровня, каждый из которых включает в себя компоненты:

1) когнитивный уровень (знаниевый и креативный компоненты);

2) мотивационный уровень (мотивационно-потребностный компо-

нент и компонент личностных характеристик);

3) регулятивный уровень (эмоциональный, волевой и коммуника-

тивный компоненты) [Сергеев 2010: 38].

Говоря о компетентности в области перевода, мы имеем в виду высокую степень сформированности у переводчика таких компетенций как переводческой, коммуникативной, лингвистической, страноведческой, социокультурной и др.

Переводчик должен обладать по меньшей мере языковой и речевой (коммуникативной) компетенциями, а также навыками и умениями письменного и устного перевода, ораторской речи и, наконец, литературным талантом [Миньяр-Белоручев 1999: 8]. Языковая компетенция предполагает знание самого языка, его устройства и функционирования, языковых норм, в том числе орфографических и пунктуационных, а также способность использовать эти знания, чтобы понимать чужие мысли и выражать собственные в устной и письменной форме. Языковую компетенцию некоторые исследователи (в частности, А.И. Щукин) называют также социолингвистической. Этим они подчеркивают умение переводчика выбрать необходимые лингвистическую форму и способ выражения мысли в зависимости от условий коммуникации (сферы, обстановки общения, коммуникативных целей и намерения коммуникантов).

В настоящее время начинает ощущаться необходимость формирования билингвальной (билингвизм - от лат. Bi - два, двойной, и Linqua - язык) коммуникативной компетенции, в том числе у людей, которые не являются профессиональными переводчиками. Что касается переводчиков как "медиаторов культур" [Елизарова 2005: 97], то их коммуникативная компетенция, безусловно, является билингвальной. Для успешного осуществления вербальной коммуникации коммуникант должен владеть языковыми средствами, нормами и правилами языка, на котором он разговаривает. Переводчику, участвующему в билингвальной коммуникации, для понимания текста оригинала и создания текста перевода необходимо знание всех аспектов двух языков. Поэтому уровень владения языковой компетенцией как в родном, так и в иностранном языках должен быть высоким. С позиции социокультурного подхода изучать и формировать коммуникативную компетенцию переводчика необходимо на основе сопоставления культур и особенностей языка. Диалог культур обладает большим педагогическим потенциалом для формирования любой коммуникативной компетенции, особенно билингвальной.

Еще одной особенностью языковой компетенции переводчика является способность быстро перестраиваться с одного языка на другой, реагировать на смену стиля речи, типа лексики, переходить от речевосприятия к речевоспроизводству.

Очень важное место в профессиональной компетентности переводчика отводится коммуникативной компетенции. А.Н. Щукин определяет ее как способность средствами языка "осуществлять речевую деятельность в соответствии с целями и ситуацией общения в рамках той или иной деятельности" [Щукин 2004: 140].

Кроме того, по мнению В.Н. Комисарова, коммуникативную компетенцию переводчика составляет "способность человека к инференции - формированию правильных выводов из речевых высказываний о их полном содержании или "смысле" на основе фоновых знаний" [Комиссаров 2002: 326]. То есть переводчик должен обращать внимание на то, правильно ли рецепторы перевода его воспринимают ввиду владения разным объемом фоновых знаний. В случае необходимости переводчик может сообщить дополнительную фоновую информацию с целью облегчить понимание текста перевода.

Компетентность переводчика не ограничивается языковой и речевой компетенциями. Перевод будет полноценным, если переводчику удалось познать глубины культуры того народа, на знание языка которого он претендует. Язык отражает национальное видение окружающего мира, его своеобразие, связанное с географическим положением страны, ее историей, религией, традициями и обычаями.

Одним из условий профессионализма переводчика является владение текстообразующей компетенцией. Наличие у переводчика текстообразующей компетенции предполагает развитую способность выбирать переводческую стратегию в отношении текста, определять тип исходного текста, тип реципиента перевода и цель переводческого акта, грамотно интерпретировать смысл сообщения, учитывая намерение отправителя, приблизить лексико-грамматическую структуру текста перевода к тексту оригинала, оценить место и соотношение отдельных частей текста, обеспечить когерентность, целостность текста и воспринимать текст как "единицу коммуникации".

В основе общей стратегии лежит желание переводчика как можно точнее понять и донести до реципиента смысл исходного текста. Ему всегда стоит критически относиться к своим действиям. Даже если текст перевода представляется непонятным или лишенным смысла, следует прежде всего усомниться в недостаточности собственных знаний или опыта и стараться устранить пробелы. Для нахождения наилучшего варианта перевода переводчик прилагает максимум усилий, учитывает цели перевода, сроки выполнения, а также иные условия работы, например возможность использовать технические средства (диктофон, компьютер).

При формировании профессиональной компетентности переводчика происходит развитие особого типа личности, соответствующей морально-этическим особенностям этой профессии.

Требования, предъявляемые к переводчику:

-- Переводчик должен обладать профессионально поставленным голосом и уметь им владеть, а также знать способы восстановления голоса в случае его перенапряжения.

-- Непременным профессиональным требованием является чистая дикция, отсутствие дефектов речи.

-- Обязательно владение техническими приемами перевода. К ним относятся: мнемотехника, навык переключения на разные типы кодирования, навык речевой компрессии и речевого развертывания, навык применения комплексных видов трансформаций описательного перевода, генерализации, антонимического перевода, компенсации.

-- Переводчику необходимо умение пользоваться словарями и другими источниками информации.

-- Желательно владение переводческой нотацией, или сокращенной записью.

-- Переводчик должен обладать знанием иностранного языка на уровне, близком к билингвизму, а также знанием культуры народа, говорящего на этом языке.

-- Не менее важным условием успешности его профессиональной деятельности является активное владение основными речевыми жанрами и основными типами текста как на родном, так и на иностранном языке.

-- Переводчик обязан постоянно пополнять активный словарный запас на обоих языках [http://www.transneed.com/philology/art10.html].

Согласно государственному образовательному стандарту высшего профессионального образования, к переводчику в сфере профессиональной коммуникации предъявляются следующие требования:

"2.1. Общие требования к профессиональной компетенции переводчика в профессиональной сфере:

в области теории общего и частного языкознания

-- знать цели и задачи науки о языке, иметь представление о месте языка в ряду культурно значимых средств коммуникации и особых чертах вербальной коммуникации;

-- иметь представление о языке как системе знаков, уровнях языковой системы и их единицах;

-- быть знакомым с основными понятиями теории текста;

-- владеть методами коммуникативного анализа единиц языковой системы, интерпретации текста;

-- иметь представление о специфике устной и письменной речи;

-- владеть основными способами номинации в языке, иметь представление о значении и смысловой структуре слова, полисемии слова, значении и употреблении слова, омонимии и ее источниках;

-- понимать национально-культурную специфику смысловой структуры соотносительных слов в смежных языках;

-- знать специфику словообразования, морфологическое и деривационное строение слова, способы словообразования в языке, понимать специфику сочетаемости лексических единиц, иметь представление о фразеологических единицах;

-- иметь представление об основных разделах грамматики - морфологии и синтаксисе;

-- знать основные единицы морфологического уровня, а также части речи, грамматические категории частей речи;

-- знать основные единицы синтаксического уровня -"словосочетание, предложение, текст, их основные категории;

-- иметь представление о тексте, его единицах, семантической, структурной и коммуникативной целостности текста;

-- иметь представление о понятии стиля, стилистической классификации словарного состава языка, функциональных стилях современного изучаемого языка;

-- иметь представление о стиле научной прозы"стиле документов;

-- владеть орфографической, орфоэпической, лексической и грамматической нормами изучаемого языка в пределах программных требований;

-- знать нормы русского литературного языка, владеть навыками нормативного и стилистически целесообразного использования языковых средств.

В области теории перевода;

-- иметь представление о классификации переводов, понятиях межъязыковой и межкультурной коммуникации, адекватности и эквивалентности перевода;

-- иметь представление о прагматических аспектах перевода;

-- знать основные модели перевода и переводческие трансформации и уметь использовать их при анализе процесса перевода и его результатов;

-- знать основные виды переводческих соответствий и уметь использовать их при выборе варианта перевода;

-- иметь представление об основных принципах перевода связного текста, а также свободных и фразеологических словосочетаний в его составе;

-- иметь представление о грамматических и стилистических аспектах перевода.

В области практического курса перевода;

-- уметь осуществлять предпереводческий анализ текста, определять цель перевода, характер его рецепторов и тип переводимого текста;

-- уметь выбирать общую стратегию перевода с учетом его цели и типа оригинала, уметь осуществлять письменный / в ограниченном объеме - устный / перевод текстов, относящихся к сфере основной профессиональной деятельности;

-- уметь использовать основные способы и приемы достижения смысловой, стилистической адекватности;

-- уметь правильно оформлять текст перевода в соответствии с нормами и узусом, типологией текстов на языке перевода;

-- уметь профессионально пользоваться словарями, справочниками, базами данных и другими источниками дополнительной информации" [Государственный образовательный стандарт

высшего профессионального образования, 1997]

Основная идея, лежащая в основании риторического учения об изобразительности, состоит в том, что привлечь внимание и оказать воздействие может только та речь, которая представляет собой отклонение от нейтрального стандарта. Нейтральная, необразная речь также способна оказывать воздействие, хотя оно и будет ограничиваться только содержательной стороной. Речь образная не только доставляет эстетическое наслаждение, но и привлекает внимание своей необычностью.

Исследователи по-разному определяют содержание понятия "образность". По мнению И.Б. Голуб, образность в широком смысле этого слова - как живость, наглядность, красочность изображения - неотъемлемый признак всякого вида искусства, форма осознания действительности с позиций какого-то эстетического идеала, образность речи - частное ее проявление.

Более узкое понимание образности речи основано на использовании слов в переносном значении, с измененной семантикой. При этом слова, получающие образное значение, в художественном контексте в какой-то степени теряют свою номинативную функцию и приобретают экспрессивную окраску [Голуб 2001: 100].

М.Н. Кожина определяет образность как сложную и многогранную категорию стилистики, имеющую различные интерпретации в связи с различными осмыслениями понятия и термина "образ" [Кожина 2003: 255].

Слова, употребляемые с целью создания образа, относятся к выразительным средствам языка. Средства выразительности, основанные на особых приемах употребления слова, многочисленны и разнообразны. Они делятся на тропы и стилистические фигуры. Тропы и фигуры - основные средства усиления изобразительности.

Тропы (греч. tropos -- поворот, оборот речи) - слова или обороты речи в переносном, иносказательном значении. Тропы - важный элемент художественного мышления. Тропы придают наглядность изображению тех или иных предметов, явлений. Выступая как тропы, обыкновенные слова могут приобрести большую выразительную силу [http://rifma.com.ru/AZ-TROP.htm].

Виды тропов: метафора, метонимия, синекдоха, гипербола, литота, перифраза, эпитет, сравнение, олицетворение, аллегория, ирония и др. Эти изобразительно-выразительные средства носят авторский характер и определяют самобытность писателя или поэта, помогают ему обрести индивидуальность стиля. В них прямое значение слов стирается, а иногда и утрачивается совсем. Их употребление в речи не рождает в нашем представлении художественного образа. Троп может перерасти в речевой штамп, если употребляется слишком часто: "белое золото" (хлопок), "черное золото" (нефть), "мягкое золото" (пушнина) и т.д.

Метафора. Существует множество определений метафоры. Традиционное определение метафоры связано с этимологическим объяснением самого термина. Метафора (гр. metaphorА - перенос) - это перенос названия с одного предмета на другой на основании их сходства. Однако лингвисты определяют метафору как семантическое явление, вызванное наложением на прямое значение слова добавочного смысла, который у этого слова становится главным в контексте художественного произведения. При этом прямое значение слова служит только основой для ассоциаций автора [Голуб 2001: 134]. М. Петровский понимает метафору как вид тропа, в основе которого лежит ассоциация по сходству или по аналогии [Петровский, 1925: 199].

Основы научного изучения метафоры были заложены еще Аристотелем ("Поэтика", "Риторика", "Топика"), который рассматривал метафору как способ переноса имени. Аристотель дал классическое определение метафоры и выделил 4 типа, характерных для метафорического переноса (с рода на вид, с вида на род, с вида на вид и перенос по принципу пропорциональной аналогии). Сравнительные теории, исследующие процедуры переноса или сравнения в относительно замкнутых смысловых полях, правила метафорического замещения, нормы понимания метафоры, в основном разрабатываются в рамках традиционной поэтики [Гогоненкова 2004: http://credonew.ru/content/view/409/56/].

Метафору изучали Д. Лакофф, М. Джонс, М. Блэк и другие.

Метафора возникает при сопоставлении объектов, принадлежащих разным классам. В основе метафоры лежит сравнение. Метафору традиционно называют сокращенным сравнением - без предикатов подобия (похож, напоминает) и компаративных союзов (как, будто). Метафора лаконична, она сокращает речь, сравнение же ее распространяет. Формальным изменениям соответствуют смысловые. Сравнение выявляет любое - постоянное или преходящее - сходство (или его отсутствие). Метафора - устойчивое подобие.

В основе метафорического переноса лежит сходство предметов, явлений в широком смысле этого слова; следовательно, метафорический перенос связан с сопоставлением и сравнением явлений, а новое значение у слова является результатом ассоциативных связей. Такой перенос может быть осуществлен на основе сходства внешних признаков: по форме, месторасположению предметов, цвету, вкусу, а также по сходству функций предметов и др. Различают метафоры:

- по форме (нос корабля);

- по месторасположению (глазное дно);

- по сходству качества, признака, свойства (золотой человек);

- по сходству структуры действия (опираюсь на факты);

- по сходству цвета (золотые волосы);

- по сходству выполняемых функций (дворники в машине);

- по размеру, количеству (море слез, гора вещей);

- по степени плотности (стена дождя, кисель дорог);

- по степени подвижности (быстрый ум);

- по характеру звучания (дождь барабанит, скрипучий голос) [Литневская 2006: 74].

Среди других тропов метафора занимает главное место, она позволяет создать емкий образ, основанный на ярких, зачастую неожиданных, смелых ассоциациях. Например: Горит восток зарею новой (П.) - слово "горит", выступая как метафора, рисует яркие краски неба, озаренного лучами восходящего солнца. Эта метафора основана на сходстве цвета зари и огня, в контексте она получает особый символический смысл: перед Полтавской битвой красная заря воспринимается как предзнаменование кровопролитного сражения.

В метафоре есть три элемента: информация о том, что сравнивается; информация о том, с чем сравнивается; информация об основании сравнения, т. е. о признаке, общем в сравниваемых предметах (явлениях).

Н.Д. Арутюнова пишет: "Тезис о том, что метафора соотнесена с позицией предиката, не предполагает, что всякое фигуральное по своему смыслу сказуемое является метафорой. Метафора в сказуемом сталкивается с ограничениями, обусловленными морфологическими и лексико-семантическими факторами" [Арутюнова 1988: 5]. Вопрос о синтаксическом оформлении метафор также считается нерешенным. Обычно метафоризируются глаголы и прилагательные, потому что они чаще других частей речи оказываются в позиции сказуемого.

Метафора как языковая единица, употребляясь в речи, несет свою языковую нагрузку. Следовательно, целесообразно выделить основные функции метафоры, для того чтобы определить ее роль в языке. В.К. Харченко выявляет следующие функции метафоры: номинативную, информативную, мнемоническую, текстообразующую, жанрообразующую, объяснительную, эмоционально-оценочную, конспирирующую, игровую, ритуальную [Харченко 1992: 19].

Со времён античности существуют описания некоторых традиционных видов метафоры.

Резкая метафора представляет собой метафору, сводящую далеко стоящие друг от друга понятия. Модель: начинка высказывания.

Стёртая (генетическая) метафора есть общепринятая метафора, фигуральный характер которой уже не ощущается. Модель: ножка стула.

Метафора-формула близка к стёртой метафоре, но отличается от неё ещё большей стереотипностью и иногда невозможностью преобразования в нефигуральную конструкцию. Модель: червь сомнения.

Развёрнутая метафора -- это метафора, последовательно осуществляемая на протяжении большого фрагмента сообщения или всего сообщения в целом. Модель: Книжный голод не проходит: продукты с книжного рынка всё чаще оказываются несвежими -- их приходится выбрасывать, даже не попробовав.

Реализованная метафора предполагает оперирование метафорическим выражением без учёта его фигурального характера, то есть так, как если бы метафора имела прямое значение. Результат реализации метафоры часто бывает комическим. Модель: Я вышел из себя и вошёл в автобус [http://en.wikipedia.org/wiki/Metaphor].

Существует и другое деление метафор - на метафоры языка и речи. Первым, кто противопоставил их, был Ш. Балли, показавший всеобщую метафоричность языка.

Метафора языка - это вторичная косвенная номинация при обязательном сохранении семантической двуплановости и образного элемента: загорелся спор, железная дисциплина и др. Языковая метафора заложена в самой природе языка, является готовой лексической единицей.

Метафору речи (художественную метафору) впервые описал Аристотель в своей "Поэтике". Художественные и языковые метафоры объединены общим для них свойством перенесения наименования с одного предмета на другой на основании сходства. В отличие от языковой метафоры, художественная метафора внесистемна и субъективна (она отражает индивидуальный взгляд автора на мир), неповторима и выполняет эстетическую функцию [Иванов 2003: 325].

Вариантом художественной метафоры является риторическая метафора, выделенная и описанная А.В. Бельским. Риторическими называются метафоры, употребляемые многими авторами и ставшие литературными штампами, клише с ослабленным образным элементом и эстетическим потенциалом: паутина лжи, закат жизни [Иванов 2003: 326].

Метонимия. Это троп, в основе которого лежит перенос значения по принципу смежности понятий, то есть причинной или иной субъективной связи между ними [Иванов 2003: 327]. Например: Фарфор и бронза на столе - названия материалов использованы для обозначения сделанных из них предметов. Смысл метонимии состоит в том, что она выделяет в явлении свойство, которое по своему характеру может замещать остальные. Таким образом, метонимия по существу отличается от метафоры, с одной стороны, большей реальной взаимосвязью замещающих членов, а с другой - большей ограничительностью, устранением тех черт, которые не заметны в данном явлении непосредственно. Выделяются следующие виды метонимии.

6.Признак - носители признака: летит обжорливая младость (А.С. Пушкин) [Иванов 2003: 327].

Особый вид метонимии - антономасия (гр. antonomasia - переименование) - троп, состоящий в употреблении собственного имени в значении нарицательного [Голуб 2001: 120]. Нарицательное значение получают также имена известных общественных и политических деятелей, ученых, писателей: Мы все глядим в Наполеоны... (П.).

Разновидностью метонимии является синекдоха (гр. synecdoch? - соподразумевание, соотнесение). Этот троп состоит в замене множественного числа единственным, в употреблении названия части вместо целого, частного вместо общего и наоборот [Голуб 2001: 127]. Можно выделить несколько разновидностей синекдохи. Чаще всего используется синекдоха, состоящая в употреблении формы единственного числа вместо множественного, что придает существительным собирательное значение: С берез неслышен, невесом слетает желтый лист. Название части предмета может заменять слово, обозначающее весь предмет: Поэт, задумчивый мечтатель, убит приятельской рукой! Наименование отвлеченного понятия нередко употребляется вместо названия конкретного: Свободная мысль и научная дерзость ломали свои крылья о невежество и косность политического строя.

Олицетворение. Олицетворением называется наделение неодушевленных предметов признаками и свойствами человека [Голуб 2001: 135]: [...Звезда с звездою говорит (Л.); Спит земля в сиянье голубом... (Л.)]. Олицетворение - один из самых распространенных тропов. Художники слова сделали олицетворение важнейшим средством образной речи. Олицетворения используются при описании явлений природы, окружающих человека вещей, которые наделяются способностью чувствовать, мыслить, действовать: Парк качался и стонал (Пауст.).

Особым видом олицетворения является персонификация (из лат. persona - лицо, facere - делать) - полное уподобление неодушевленного предмета человеку [Голуб 2001:136]. В этом случае предметы наделяются не частными признаками человека (как при олицетворении), а обретают реальный человеческий облик:

Вопреки ожиданьям развала, какой мы видим повсеместно, тут сохранилось нормальное хозяйственное кровообращение. Трудности - как везде, но жирок поднакоплен тут был... А Пуща уже зябнет от легких ночных морозов, от долгих туманов.

Эпитет. "Эпитетом (от гр. epitheton - приложение) называется образное определение предмета или действия" [Голуб 2001: 140]. Эпитеты - это чаще всего красочные определения, выраженные прилагательными.

Эпитет как разновидность тропа изучали многие выдающиеся филологи: Ф.И. Буслаев, А.Н. Веселовский, А.А. Потебня, В.М. Жирмунский, Б.В. Томашевский. Однако до сих пор наука не располагает разработанной теорией эпитета, нет единой терминологии, необходимой для характеристики различных видов эпитетов. Понятие "эпитет" иногда неоправданно расширяют, относя к нему любое прилагательное, выступающее в функции определения. Однако к эпитетам не следует причислять прилагательные, указывающие на отличительные признаки предметов и не дающие их образной характеристики.

Создание образных эпитетов обычно связано с употреблением слов в переносном значении: лимонный сок - лимонный свет луны; седой старик - седой туман и др.

Яркую изобразительность часто придают речи цветовые эпитеты: розовые тучки, бледно-ясная лазурь, бледно-золотые пятна света. Еще А.Н. Веселовский отметил народную символику цветов, когда физиологическое восприятие цвета и света связывается с психическими ощущениями (зеленый - свежий, ясный, молодой; белый - желанный, светлый, радостный).

Эпитеты исследуют с разных позиций, предлагая при этом различные их классификации. С генетической точки зрения, эпитеты можно разделить на общеязыковые (гробовое молчание, молниеносное решение), индивидуально-авторские (холодный ужас, изнеженная небрежность, леденящая вежливость), народно-поэтические (красна девица, добрый молодец). Последние называют еще постоянными, так как словосочетания с ними приобрели в языке устойчивый характер.

Стилистический подход к изучению эпитетов дает возможность выделить в их составе три группы.

3. Контрастные эпитеты, образующие с определяемыми существительными сочетания противоположных по смыслу слов - оксюмороны: живой труп, радостная печаль [Голуб 2001: 144].

Сравнение. К лексическим образным средствам примыкает сравнение. "Сравнением называется сопоставление одного предмета с другим с целью художественного описания первого" [Голуб 2001: 147].

Сравнение представляет собой простейшую форму образной речи. Почти всякое образное выражение можно свести к сравнению. В отличие от других тропов сравнение всегда двучленно: в нем называются оба сопоставляемых предмета (явления, качества, действия).

При сопоставлении с другими тропами сравнения выделяются и благодаря структурному разнообразию. Обычно они выступают в форме сравнительного оборота, присоединяемого с помощью союзов как, точно, словно, будто, как будто.

Иногда для сравнения используются сразу два образа, связанных разделительным союзом: автор как бы предоставляет право читателю выбрать наиболее точное сравнение : Хандра ждала его на страже, и бегала за ним она, как тень иль верная жена.

Гипербола. "Гиперболой (от гр. gyperbol? - преувеличение, излишек) называется образное выражение, состоящее в преувеличении размеров, силы, красоты, значения описываемого" [Голуб 2001: 150]. Средствами гиперболы автор усиливает нужное впечатление или подчеркивает, что он прославляет, а что высмеивает.

Литота. Литотой (от гр. litСt?s - простота) называется образное выражение, преуменьшающее размеры, силу, значение описываемого: Ваш шпиц, прелестный шпиц, не более наперстка. Литоту называют еще обратной гиперболой [Голуб 2001: 152].

Гипербола и литота имеют общую основу - отклонение от объективной количественной оценки предмета, явления, качества, - поэтому могут в речи совмещаться.

Как и другие тропы, гипербола и литота бывают общеязыковыми и индивидуально-авторскими. К общеязыковым относятся гиперболы: ожидать целую вечность, задушить в объятиях, море слез, любить до безумия и т.п.; литоты: осиная талия, от горшка два вершка, море по колено, капля в море, близко - рукой подать, выпить глоток воды и т.п. Эти тропы включаются в эмоционально-экспрессивные средства фразеологии.

Перифраза (перифраз). Как составная речевая единица тяготеет к фразеологии. "Перифразой (от periphrasis - пересказ) называется описательный оборот, употребляемый вместо какого-либо слова или словосочетания" [Голуб 2001: 160].

Не все перифразы носят метафорический характер, есть и такие, в которых сохраняется прямое значение образующих их слов: город на Неве. Такие перифразы, в отличие от образных, можно определить как необразные. К тропам принадлежат лишь образные перифразы, так как только в них слова употребляются в переносном значении. Необразные перифразы представляют собой лишь переименования предметов, качеств, действий.

Перифразы могут быть общеязыковыми и индивидуально-авторскими. Общеязыковые перифразы получают устойчивый характер, фразеологизируются или находятся на пути к фразеологизации: наши меньшие братья, зеленый друг, страна голубых озер. Такие перифразы обычно экспрессивно окрашены.

Стилистические фигуры речи

Стилистические фигуры - обороты речи, применяемые для усиления экспрессивности (выразительности) высказывания: анафора, эпифора, эллипсис, антитеза, параллелизм, градация, инверсия, умолчание, хиазм и др. [http://rifma.com.ru/AZ-TROP.htm]. Синтаксические средства создания экспрессии разнообразны. К ним относятся обращения, вводные и вставные конструкции, прямая, несобственно-прямая речь, инверсия и другие.

Повтор. Стилистический прием, состоящий в повторении слова, выражения, песенной или стихотворной строки с целью привлечь к ним особое внимание [Горшков 2000: 167]. Лексические повторы различного вида широко используются для придания экспрессивности художественному тексту. Видами повтора являются анафора и эпифора.

Анафора (единоначатие). От греч. аnaphora - "восхождение, подъем". Это стилистическая фигура, заключающаяся в повторении тождественных элементов (звуков, сочетаний звуков, морфем, слов, словосочетаний) в начале нескольких отрезков речи (фраз, предложений, абзацев, строк, стихотворных строф) [Иванов 2003: 63 ]. Встречается не только словесная ("Клянусь я первым днем творенья, // Клянусь его последним днем..."), но и звуковая анафора с повторением отдельных созвучий ("Рдяны краски, // Воздух чист, // Вьется в пляске // Красный лист, - // Это осень, // Далей просинь, // Гулы сосен, // Веток свист...."), а также анафора синтаксическая ("Ветки, темным балдахином свешивающиеся, // Шумы речки, с дальней песней смешивающиеся, // Звезды, в ясном небе слабо вздрагивающие, // Штампы роз, свои цветы протягивающие..."). В основе анафоры, как и любого повтора, лежит взволнованность, эмоциональность.

Эпифора. Стилистическая фигура, противоположная анафоре: повторение конечных частей (звуков, слов, грамматических форм) смежных отрезков речи (строк, фраз)[ http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc3p/337270]. Эпифору часто использовал С.А. Есенин.

Асиндетон (бессоюзие). Стилистическая фигура, состоящая в намеренном (стилистически мотивированном) опущении союзов в синтаксических конструкциях сочинительного типа (при сочинении, в частности - перечислении членов предложения или частей сложного предложения) [Иванов 2003: 84]. Придаёт высказыванию стремительность, динамичность, помогает передать быструю смену картин, впечатлений, действий. Пример: "Мелькают мимо будки, бабы, мальчишки, лавки, фонари, дворцы, сады, монастыри...".

Полисиндетон (многосоюзие). Такое построение предложения, когда все или почти все однородные члены связаны между собой одним и тем же союзом (чаще "и"), тогда как обычно в этом случае соединяются лишь два последних однородных члена предложения. Многосоюзие - средство усилить впечатление общности перечисляемого [Иванов 2003: 433].

Инверсия (от лат. inversion - перестановка, переворачивание) - стилистический прием, состоящий в такой перестановке членов предложения, которая нарушает их обычное расположение [Иванов 2003: 211].

Оксюморон. В традиционном понимании - стилистическая фигура, состоящая в соединении двух не просто контрастных, но противоречащих друг другу по смыслу слов, связанных определительными ( в широком смысле) отношениями [Иванов 2003: 386]. Оксюморон часто относят к тропам. Для оксюморона характерно намеренное использование противоречия для создания стилистического эффекта. В результате соединения несовместимых с логической точки зрения понятий рождается новое сложное понятие или представление. Например: живой труп, горячий снег.

Риторические восклицания. Поэтический синтаксис отличают риторические восклицания, которые "заключают в себе особую экспрессию, усиливая напряженность речи" [Голуб 2001: 426]. Риторическое восклицание служит не только для названия адресата речи, но и для того, чтобы выразить отношение к тому или иному объекту, дать его характеристику, усилить выразительность речи. Нередко сочетаются с риторическими вопросами: Тройка! Кто тебя выдумал?

Риторический вопрос. "Риторический вопрос - одна из самых распространенных стилистических фигур, характеризующаяся замечательной яркостью и разнообразием эмоционально-экспессивных оттенков" [Голуб 2001: 426]. Риторические вопросы содержат утверждение (или отрицание), оформленное в виде вопроса, не требующего ответа.

Параллельные синтаксические конструкции. Они нередко строятся по принципу анафоры (единоначатия) Это риторическая фигура, состоящая в повторении с особым ударением какого-нибудь слова или даже нескольких слов в начале непосредственно следующих друг за другом предложений [Голуб 2001: 440]. Обычно параллельные синтаксические конструкции образуются придаточными предложениями и обособленными оборотами.

Парцелляция (от фр. parcelle - частица) - стилистический прием, заключающийся в расчленении единой синтаксической структуры - предложения - на несколько интонационно-смысловых единиц - фраз [Иванов 2003: 454]. Структурно господствующую часть принято называть базовой частью, структурно зависимую часть называют парцеллятом. Например: "Он... тоже пошёл. В магазин. Сигарет купить".

Градация. Нанизывание однотипных синтаксических единиц часто создает градацию - "то есть такое расположение слов (словосочетаний, частей сложного предложения), при котором каждое последующее усиливает (реже ослабляет) значение предыдущего, благодаря чему создается нарастание интонации и эмоционального напряжения речи" [Голуб 2001: 429]. Выделяют восходящую и нисходящую градацию.

Восходящая градация - расположение слов и выражений по возрастающей значимости: Я звал тебя, но ты не оглянулась, я слёзы лил, но ты не снизошла (А.Блок).

Нисходящая градация - расположение слов и выражений по убывающей значимости: Ему обещает полмира, а Францию только себе (М. Лермонтов) [Горшков 2000: 161].

Умолчание. Фигура, предоставляющая слушателю или читателю возможность догадываться и размышлять, о чем могла пойти речь во внезапно прерванном высказывании: Поедешь скоро ты домой: Смотри ж... Да что?... [Горшков 2000: 170]. Умолчание в качестве стилистического приема широко используется в русской поэзии XIX-XX веков.

Эллипсис. Фигура, с помощью которой достигается особая выразительность, пропуск тех или иных компонентов высказывания [Горшков 2000: 171]. Опускается чаще всего глагол, что придает тексту особую динамичность. Например: "Ему он говорит одно, а мне -- другое".

Использование стилистических фигур, разнообразных синтаксических средств создания эмфатической интонации у большинства поэтов сочетается с употреблением тропов, оценочной лексики, ярких приемов усиления эмоциональности, образности речи.

Использование в речи стилистических фигур (как и тропов) -- частный аспект проблемы мастерства писателя.

"Художественный перевод - это перевод всей площади листа... В этом случае он выступает как тип искусства...распознавания образов" [Сагратян 2001: 42].

Основное различие в стратегических возможностях автора и переводчика говорит как в пользу переводчика, так и против него. "Переводчик одновременно и меньше, и больше, чем писатель" [Попович 1980: 54]. Меньше потому, что его искусство - вторично. Больше потому, что он должен быть на уровне писателей, которых переводит, познать то, что познали они, уметь соединять аналитическое мышление с творческими способностями. Переводчик не может проявить свою творческую индивидуальность непосредственно в изображении действительности так, как это доступно автору оригинала.

Искусство переводчика - это важный вклад в сокровищницу национальной и всей мировой литературы. Конечно, ни один, даже самый замечательный перевод не сможет в полной мере заменить оригинальный текст произведения [Леденев 2005: 6].

Коммуникативное функционирование перевода порождает много специфических признаков, связанных с читательским восприятием. "Наличие этих признаков порождает мнения, что перевод - это якобы самостоятельный жанр, что стиль перевода или его язык нужно считать автономным явлением" [Попович 1980: 61]. Перевод - это попытка нового воплощения оригинала, его трактовки. Этот аспект и сводят обычно к характеристике перевода как "экспериментального" текста или жанра. К представлению, что перевод - это жанр, приводит факт воздействия оригинала на перевод, а именно давление языковой и стилистической структуры одного текста при создании второго текста ("гипноз подлинника") [Попович 1980: 61]. Стилистические трудности всегда были одними из основных при переводе. Но как гласит одно из требований, предъявляемых к переводу: "Переводной текст должен точно и целостно передавать содержание подлинника, сохраняя его стилистические особенности" [Клишин 2003: 18]. Критерий точности подразумевает тождество информации, излагаемой на исходном языке и языке перевода, а критерий целостности означает передачу информации равноценными средствами языка перевода.

Цель перевода - как можно ближе познакомить читателя переводного языка с текстом на исходном языке, которого он не знает. "..Перевести - значит выразить верно и полно средствами одного языка то, что уже выражено ранее средствами другого языка" [Черняховская 1976: 76].

При переводе существует преграда - культурологический аспект. Существуют символы культуры, которые сложно передать переводчику в поэзии, так как существует рифма и размер, не позволяющие прибегнуть к подробному описанию единицы и определению дефиниции в тексте стихотворного произведения [Казакова 2004: 27].

Бывает трудным передать непереводимые элементы на тематическом уровне: кальки, литературную ономастику, реалии, окказионализмы. Эти элементы указывают на то, что перед нами перевод. Читатель понимает, что перед ним переводной текст еще и по избытку в нем экзотических элементов, если текст слишком близок подлиннику в языковых конструкциях, если переводчик смешивает в своем переводе элементы двух культур. Существует много признаков, которые также дают возможность характеризовать текст перевода как текст, имеющий две родины. Например, когда в поэзии появляются необычные стиховая или строфическая организация, композиция стихотворения, выбор языковых средств. Как известно, при переводе поэзии трудно сохранить рифму, ритм, количество строф, как в тексте оригинала.

Поэтический перевод как и всякая разновидность перевода есть прежде всего событие (акт) межъязыковой и межкультурной коммуникации. По определению Г.В. Колшанского, коммуникация есть не что иное, как перенос информации в человеческом коллективе [Колшанский 1984: 89]. Хорошее знание языка также является гарантом успешной коммуникации. Язык рассматривается как продукт культуры. Классик теории межкультурной коммуникации Э. Холл утверждает, что культура сама по себе является коммуникацией, а коммуникация - культурой [Hall 1959: 169].

Обычно самым трудоемким считается перевод поэзии, так как процесс перевода занимает очень много времени, и бывает нелегко перевести реалии, безэквивалентную лексику и т.д. При этом поэтический перевод осуществляет передачу поэтической информации с помощью исключительно и только завершенного текста, каждая составная часть которого обретает истинное содержание именно и только в составе этого целостного текста и никогда сама по себе не имеет самодовлеющего смысла, то есть заведомо синсемантична. В этой связи действенная теория поэтической речи вообще и поэтического перевода в частности по необходимости должна быть теорией коммуникативной и текстовой. С одной стороны, в поэтическом тексте, казалось бы, используются те же слова и выражения, что и в практической речи, но благодаря специфической организации стихотворения здесь кардинально меняется сам механизм смыслообразования, перестраиваются и парадигматика, и синтагматика речи, а также ее коммуникативная ориентация и функция.

В зависимости от того вида информации, который переводчик желает с максимальной точностью воспроизвести (а это, разумеется, зависит от той коммуникативной функции, какую он избирает для своего творения), возможны три принципиально разных метода перевода одного и того же поэтического подлинника.

1. Поэтический перевод как таковой. Это единственный способ перевода поэзии, предназначенный для собственно поэтической коммуникации, концепт которой, видимо, требует более четкого определения. Итак, поэтическая коммуникация есть такой вид общения между автором и реципиентом, при котором посредством стихотворного текста осуществляется одновременная передача двухъярусной смысловой (фактуальной и концептуальной) и многослойной эстетической информации.

Поэтическая коммуникация должна удовлетворять, по меньшей мере, двум условиям: во-первых, ее носителем должен быть стихотворный текст, а во-вторых, этот текст должен быть организован таким образом, чтобы оказаться в силах осуществить передачу лаконичными вербальными средствами сложнейшего информационного комплекса. Информационная же плотность поэтического текста столь велика, что интерпретации одного сонета порою посвящаются многотомные исследования десятков ученых.

Итак, поэтический перевод - это перевод поэтического текста, созданного на одном языке, с помощью поэтического текста на языке перевода. Сказанное означает, что переводчик должен создать новый поэтический текст, эквивалентный оригиналу по его концептуальной и эстетической информации, но использующий по необходимости совсем иные языковые, а порой и стиховые формы. Поэтический перевод предполагает включение переводного текста в живой литературный процесс, в культурную традицию и память литературы того языка, на который он осуществлен. Именно поэтические переводы порою способствуют полному стиранию граней между оригинальным и переводческим творчеством.

2. Стихотворный перевод - это такой метод перевода поэзии, при котором фактуальная информация оригинала передается на языке перевода не поэтической, а лишь стихотворной речью. Этот вид перевода очень близок к оригиналу в отношении слов и выражений, а равно и в стилистическом отношении. К сожалению, этот вид перевода искажает концептуальную информацию и практически не воспроизводит информации эстетической. В этом случае речь, конечно же, идет лишь о стихотворной, но не поэтической речи. Именно желание максимально приблизиться к оригиналу в вербальном и стилистическом отношении блокирует все попытки преобразовать стихотворный текст перевода в "пространственный" и подлинно поэтический текст.

3. Филологический перевод поэтического текста выполняется прозой и нацелен на максимально полную (почти дословную) передачу фактуальной информации подлинника. Это открыто вспомогательный вид перевода, как правило, сопровождающийся параллельным текстом подлинника или обширными комментариями. Значение его - и научное, и практическое - может быть весьма важным. Данный вид перевода и не претендует на функцию поэтической коммуникации, но зато с максимальной точностью передает каждую фактологическую деталь оригинала [Гончаренко 1999: 25].

Выделяют следующие принципы стихотворного перевода.

1. Стихи должны, как правило, переводиться стихами и, следовательно, труд переводчика сродни труду оригинального поэта.

2. В деле стихотворного перевода словесная точность не только не является критерием достоинства, но напротив - в большинстве случаев она умерщвляет перевод как произведение искусства и потому решительно ему противопоказана.

3. В разных языках одна и та же форма может иметь различное прагматическое значение, поэтому желание во что бы то ни стало воспроизвести все формальные особенности подлинника (стилистический буквализм) вредит адекватности восприятия (прагматической адекватности). Между тем, при переводе лирики чаще всего задача переводчика и состоит в том, чтобы воспроизвести впечатление, оставляемое подлинником.

4. Дословный, равно как и "формалистический" перевод поэзии имеет право на существование только в чисто утилитарных целях либо при узкоспециальном назначении.

5. Адекватность (верность, точность) надо понимать диалектически, а не с позиций буквализма. Кроме того, в зависимости от целеустановки переводчика соотношение адекватности смысловой, стилистической и прагматической может варьироваться.

6. При поэтическом переводе неизбежны существенные преобразования многих аспектов подлинника [Швейцер 1971: 19].

В. Алексеев выделяет следующие принципы стихотворного перевода:

1) принцип стилистической ассимиляции (стилистическое вмешательство в образную ткань оригинала);

2) принцип реконструкции (дает ответ на вопрос, каким образом иноязычное воплощение смысла оригинала порождает текст, отличный от исходного по форме, но тождественный ему по сущности);

3) принцип максимальности (при переводе стихов стихами формально-смысловые трансформации неизбежны);

4) принцип вариантности (переводческая практика свидетельствует, что одно и то же стихотворение может переводиться повторно до тех пор, пока не появится версия, достигающая объективного предела переводимости, причем максимальный перевод может оказаться синтезированным, коллективным) [Алексеев 1990: 106].

Перспективным направлением в развитии науки о переводе, которое могло бы способствовать преодолению ее односторонности, представляется обращение к теории "концепта", оперирующей на стыке лингвистики, литературоведения, культурологии, этнопсихологии и многих других наук.

Под "концептом" понимается некая "универсалия", "общая идея", закрепленная в ментальности, психике, языке и воспроизводящая картину мира и стереотипы поведения представителей того или иного этноса. Е.Н. Белая определяет концепт как "синоним смысла" [Белая 2008: 77]. Слово или действие становятся "концептом" только в процессе коммуникации, поскольку коммуникация приводит в движение "пучок" представлений, ассоциаций, переживаний, который сопровождает данное "ключевое" слово или действие.

Всякий этнос имеет в своем распоряжении огромное число концептов, сложившихся за период его существования, а следовательно, и "ключевых слов" для их выражения. Среди ключевых для английской культуры можно назвать такие концепты как "fair play" (честная игра), "gentleman" (джентльмен), "home" (дом), "freedom" (свобода), "sence of humour" (чувство юмора). В то время как для русской культуры - это "воля", "душа", "судьба", "тоска", "беспредельность", "удаль", "соборность" и др.

Задача переводчика художественного текста, таким образом, состоит в том, чтобы проникнуть в суть "ключевых слов" культуры оригинала и суметь донести их смысл до своих читателей, сохранив, с одной стороны, национальный колорит оригинала, а с другой стороны, сделав восприятие перевода доступным для носителей совершенно иной национальной концептосферы.

Таким образом, перевод поэзии - трудоемкий процесс. Эвалд Озерс в своей статье, посвященной проблеме перевода русской поэзии на английский язык, рассуждает о различиях между русским и английским языком. Поэтому существует много трудностей при переводе. Русская поэзия очень специфична. Язык русской поэзии значительно отличается от языка прозы, причем отличие это прослеживается на четырех уровнях. Русская поэзия вплоть до сегодняшнего дня характеризуется регулярной рифмой и размером. На синтаксическом уровне мы сталкиваемся с определенными конструкциями, которые не присущи современной русской прозе: например, постпозиция прилагательных и местоимений: жизнь моя. На морфологическом уровне это "поэтические" формы, как полный инструментатив (полная форма творительного падежа): волею, рукою и т. На лексическом, уровне - слова старославянского языка или принадлежащие к так называемому высокому стилю: внемли, или старославянские дублеты: брег, падшим. Обычно при переводе выбираются свободный порядок слов и грамматические дублеты, их использование определяется согласно требованиям размера и рифмы. Они не несут смысловой нагрузки, и переводчику не нужно заниматься ими - за исключением тех инверсий и транспозиций (перестановок), которые предоставляет русский язык, и которые английский переводчик не сможет передать на своем языке.

Но с двумя проблемами переводчик столкнется неизбежно: ритмизованная рифмованная строфа и особая поэтическая лексика. Английская и американская поэзия очень давно, приблизительно после первой мировой войны, отказалась от правильного размера и рифмы. Важно подчеркнуть, что произошло это не постепенно, а резко, демонстративно, это был протест.

Итак, рифма чаще встречается в русском языке, где флективность способствует наличию множества открытых слогов, а потому рифма более естественна для русского языка, чем для английского. Избегая фактического копирования рифмической системы оригинала, нужно показать, что она существует. И, не следуя ритму оригинала, нужно дать представление о нем, сохраняя примерную длину и плавность строки.

-- Переводчики русской поэзии на английский язык достигли необходимой степени формализованности: поэтический уровень их перевода вполне соответствует оригиналу. Это относится и к переводчику стихотворений Сергея Есенина и Александра Блока - Алику Вагапову (1944 г.р.), переводчику из Пскова, занимающемуся переводом русской поэзии на английский язык с 16 лет. Впервые Алик перевел на английский язык стихотворения В.В. Маяковского, которые прочитал перед государственной экзаменационной комиссией в Институте Иностранных языков имени Мориса Тореза (теперь это Московский Лингвистический Университет), где председателем был известный лингвист, переводчик и преподаватель А. Д. Швейцер. Кроме этого, А.С. Вагапов перевел стихотворения А.Вознесенского, Е.Евтушенко.

-- Переводы выполнены на высоком профессиональном уровне, так как текст перевода вызывает эмоции и реакции, эквивалентные тем, которые выражены в оригинальном тексте, другими словами, в переводе отражен прагматический аспект. По В.Н. Комиссарову, прагматическим аспектом или прагматикой перевода называется влияние на ход и результат переводческого процесса необходимости воспроизвести прагматический потенциал оригинала и стремления обеспечить желаемое воздействие на рецептора перевода [Комиссаров 1973: 95].

Перевод поэзии, несомненно, носит творческий характер, хотя это отнюдь не ставит под сомнение принципиальную возможность и необходимость теоретического анализа и научного описания переводческого процесса. Теория перевода на основе многолетней переводческой практики разработала переводческие методы, подходы, приемы, которые успешно применяются профессиональными переводчиками и специалистами, владеющими английским языком, авторами публикаций.

Помимо знания двух языков и знакомства с предметом (знакомство с творчеством поэта), перевод требует подготовленности в области теории перевода и владение практическими переводческими навыками. Выбор приемлемого варианта перевода определяется наличием или отсутствием эквивалента в языке перевода. При его наличии процедура сводится к простой подстановке выбранного варианта, а при отсутствии такового - к тщательному подбору одного из вариантных соответствий с учетом целого ряда лингвистических и экстралингвистических факторов. К таким факторам теория перевода относит в частности: а) референциальное и денотативное значение потенциальных соответствий; б) их стилистическую принадлежность; в) контекстуальное окружение; г) языковые нормы; д) сочетаемость слов и некоторые другие.

Что касается метода описательного перевода, калькирования и транслитерации, то к ним следует прибегать, лишь убедившись, что в русском языке действительно отсутствуют эквивалентные или вариантные соответствия для данной английской лексической единицы и нельзя использовать другие методы перевода. Главное, при выборе наиболее приемлемых соответствий следует подходить к проблеме творчески и профессионально, с учетом переводческих традиций и исходя из общепринятых норм, дающих основание для выбора именно этого варианта перевода. Выводы по Главе I

В первой главе были проанализированы теоретические положения, касающиеся проблемы переводческой компетенции; разнообразия выразительно-изобразительных средств языка; трудностей при переводе, в частности, при переводе поэзии.

Профессиональная подготовка в вузе должна быть ориентирована не только на усвоение специалистом профессионально необходимых знаний и навыков, но и на становление и развитие профессионально значимых личностных качеств. Социокультурную подготовку специалистов в вузе во многом определяет компетентностный подход. С позиций компетентностного подхода основным непосредственным результатом образовательной деятельности становится формирование ключевых компетенций. Выпускники вуза должны обладать надпрофесиональными ключевыми компетенциями, общепрофессиональными и профессиональными.

Одной из компетенций, которые определены в качестве целей обучения иностранному языку в высшей школе, названа переводческая компетенция. Она и выступает объектом наших интересов. Переводческой компетенцией должны обладать не только студенты языковых факультетов (будущие лингвисты-переводчики, филологи), но и студенты других факультетов - неязыковых, так как преподавание иностранного языка на таких факультетах включает в себя перевод (в частности, перевод текстов по специальности). Переводческая компетенция включает способность понимания исходного текста и способность создания текста на языке оригинала.

Переводческой компетенции нельзя научить, ее можно только сформировать. Однако проблема формирования переводческой компетенции у студентов неязыковых факультетов является актуальной на сегодняшний день, так как у таких студентов отсутствует мотивация, интерес как к переводу, так и к иностранному языку в целом. Повысить мотивацию к переводу можно посредством использования игровых технологий, информационно-коммуникативных технологий, а также использованием материала, интересного студентам, в частности стихотворений известных поэтов.

Для формирования переводческой компетенции педагогу нужно создать определенные условия на своих занятиях и следовать им. В частности, сюда следует отнести формирование всех компонентов переводческой компетенций: коммуникативную, текстообразующую компетенции и др. Это значит обучать как теории перевода, так и практике, которая включает умение не только адекватно переводить, но и умение определять тип, жанр, тематические и функционально-стилистические параметры текста. Наша работа посвящена стилистическим составляющим текста, которые могут помочь преодолеть ряд трудностей при переводе и сформировать компетентность при переводе, то есть сформировать компетентного переводчика.

Перевод является своего рода искусством, а переводчик - медиатором культур. На сегодняшний день существует ряд требований, предъявляемых к переводчику. В частности, переводчик должен владеть фоновыми знаниями, необходимыми при переводе, уметь переводить недословно, сохранять общий смысл информации, подбирать адекватные замены непереводимым единицам, знать тонкости культуры страны переводимого языка, обладать высоким уровнем билингвальной коммуникативной компетенции и др.. Определяющим фактором сформированности билингвальной коммуникации является не просто степень владения иностранным языком, а результативность его использования. Все данные требования сводятся к одному правилу перевода: "Переводить не только то, что выражено подлинником, но и то, как это выражено".

У студентов языковых факультетов обычно не возникает проблем с переводом разных видов текстов. Что касается студентов неязыковых факультетов, то данный контингент сталкивается с трудностями при переводе текстов с большим количеством безэквивалентной лексики, неологизмов, авторских слов, образных выражений. Таким образом, низкий уровень владения стилистической составляющей языка ведет к неумению переводить текст небуквально.

Говоря о стилистических параметрах текста, мы имеем в виду стилистические фигуры речи (элементы, усиливающие экспрессивность речи) и тропы (слова и обороты в иносказательном значении). Незнание данных стилистических составляющих и неумение их правильно переводить могут привести к искажению смысла текста при переводе. Переводя дословно выразительно-изобразительные средства, переводчик может не понять или исказить смысл оригинального текста, что недопустимо при переводе. Важно понять переносный или образный смысл текста, уметь заменить стилистическую фигуру или троп эквивалентом языка перевода, то есть найти адекватную замену. Особенные трудности при поисках адекватной замены встречаются при переводе поэзии, так как переводчик старается сохранить рифму и ритм стихотворения, забывая о сохранении его смысла в переведенном варианте. Таким образом, поэзия выступает наиболее интересным и эффективным способом формирования переводческой компетенции, так как в ней встречается весь набор трудностей, отсутствующих при переводе прозы. А это и сохранение смысла, не потеряв рифму, и разнообразные выразительно-изобразительные средства (метафоры, эпитеты, оксюмороны, параллелизмы), которые делают нашу речь богаче, и, наконец, специфическая лексика (окказионализмы, безэквивалентная лексика и др.). Без сомнений, мы не встречаем весь вышеперечисленный набор трудностей при переводе прозы, обычных текстов, которые, в связи с этим, не вызывают большого интереса у переводчиков.

Итак, проанализировав и описав вышеперечисленные категории, мы пришли к выводу, что, действительно, перевод поэзии - процесс интересный и в то же время трудный. И сформировать компетентного специалиста, сумеющего адекватно перевести стихотворные тексты - задача крайне сложная, но необходимая, так как, научившись делать это правильно (переводить поэзию), и преодолев все трудности перевода, переводчику будет не страшно идти дальше - переводить более сложные тексты. Глава II. Обучение студентов навыкам небуквального перевода

2.1. Выразительно-изобразительные средства в поэтической речи С.А.Есенина и А.А.Блока (на примере отдельных стихотворений

Сергей Есенин и Александр Блок - поэты серебряного века. Их творчество - это целая поэтическая эпоха, эпоха недавнего прошлого, оказавшая огромное влияние на всю современную поэзию.

Начало XX века -- время борьбы между старым и новым, время крупных поворотов в истории России. И конечно, Сергей Есенин и Александр Блок не могли остаться равнодушными к судьбе своей страны. В творчестве Блока и Есенина, несмотря на индивидуальные стиль и литературные традиции каждого, есть много общего. Оба они сходятся в понимании Родины, России, которая для них всегда была самым дорогим, любимым, что только может быть у человека, ей были посвящены самые заветные мечты и устремления поэтов. Уже в ранних стихотворениях этих поэтов мы видим, насколько сильна их любовь к русской природе, к родному краю. Эти поэты всегда были предельно искренни в своих стихотворениях, все их размышления и переживания нашли отражение в творчестве.

А. Блок и С. Есенин подняли русскую поэзию на качественно новую ступень, открыли новые пути ее развития. Их произведения находят отклик и в душах наших современников, поскольку несут в себе бесконечную любовь к Родине, природе, своему народу и, конечно, к женщине.

Лирическая поэзия С.А.Есенина богата и многогранна по своему душевному выражению, искренности, человечности, лаконичности, живописности образов. "В стихах моих - писал поэт в 1924 году, - читатель должен главным образом обращать внимание на лирическое чувствование и ту образность, которая указала пути многим и многим молодым поэтам и беллетристам. Не я выдумал этот образ, он был и есть основа русского духа и глаза, но я первый развил его и положил основным камнем в своих стихах..." [цит. по: Прокушев 1986: 376]. В стихах Есенина природа находится в вечном движении, в бесконечном развитии и изменении. Подобно человеку, она рождается и умирает, поет и шепчет, грустит и радуется.

С.А. Есенин использует всевозможные тропы и стилистические фигуры в своих стихотворениях. Рассмотрим самые распространенные из них.

Тропы в поэтической речи С.А. Есенина

Поэт часто прибегает к приему олицетворения. У Есенина окружающий мир наделен человеческими чувствами и качествами. Может олицетворяться природа. Например, деревья, кустарники - "...о всех ушедших грезит коноплянник..." ("Не жалею, не зову, не плачу"), "...и темный лес, склоняясь, дремлет..." (Ночь"), "седые вербы у плетня нежнее головы наклонят" ("Устал я жить в родном краю"); река - "...ласкаясь, шепчется река..." ("Ночь"); луна - "...плывет задумчиво луна..." ("Ночь"); сумрак - "...сумрак...рукою машет" ("Я снова здесь, в семье родной").

Олицетворяются промежутки времени - "Усталый день..." ("Ночь"), "...унеслася та ночка весенняя..." ("Что прошло - не вернуть"); названия месяцев - "...тихо август прилег ко плетню..." ("Эта улица мне знакома").

Олицетворяются отвлеченные понятия - "...пролетели и радости милые..." ("Что прошло - не вернуть"), "...чтобы вечно счастье улыбалось..." ("Может, поздно, может, слишком рано").

Олицетворяется дом, деревня - "...низкий дом без меня ссутулится..." ("Да, теперь решено...").

Эпитеты, сравнения, метафоры в лирике Есенина существуют для того, чтобы полнее и глубже выразить чувства поэта. Реальность, конкретность, осязаемость характерны для образного строя поэта. Стремление к овеществлению образа - один из важных моментов своеобразия его реалистического стиля.

Функция эпитета - образного поэтического определения - многообразна. Практически в каждом стихотворении С.А. Есенин использует эпитет, который помогает читателю лучше увидеть изображаемый предмет, выразительней сделать ассоциацию. Часто поэт употребляет цветовые эпитеты, тем самым красочнее изображает увиденное. В стихотворении "Отговорила роща золотая..." используются следующие цветовые определения: "роща золотая", "над голубым прудом", "рябиновые кисти" - они передают краски уходящей осени. В стихотворении "Не жалею, не зову, не плачу..." - "утраченная свежесть", "гулкой ранью", "Я снова здесь, в семье родной" - "грусть вечерняя". В стихотворениях "Заметался пожар голубой" - "пожар голубой", "Эта улица мне знакома" - "деревенская синь", "Письмо к матери" - "вечерний несказанный свет", "Устал я жить..." - "желтая дорога". Среди цветов в лирике С.А. Есенина преобладают золотые, розовые и голубые тона. Именно так воспринимается мир поэтом, именно так видит он свою родину - милую Русь. Эпитеты в поэтических произведениях С.А. Есенина настраивают читателя на определенное восприятие стихотворения, передают переживания, чувства, мысли лирического героя, создают определенную музыкальную тональность, передают цветовые пристрастия поэта, являясь, таким образом, необходимым художественным средством в лирике С.А. Есенина.

Тяготение не к отвлеченностям, намекам, туманным символам многозначности, а к вещности и конкретности отличает поэтику Есенина. Поэт создает свои эпитеты, метафоры, сравнения и образы по фольклорному принципу: берет для образа материал из деревенского мира и из мира природы и стремится охарактеризовать одно явление другим. Поэтому один из основных законов мира Есенина - это всеобщий метафоризм. Люди, животные, растения, стихии и предметы - все это, по Есенину, дети одной матери-природы. Например, в стихотворении "Не жалею, не зову, не плачу" рядом с поэтическими деталями земного мира ("белых яблонь дым", "страна березового ситца", "весенней гулкой ранью") - образ мифологический, символический - образ розового коня. Розовый конь - символ восхода, весны, радости жизни. Но и реальный белый крестьянский конь на заре становится розовым в лучах восходящего солнца. Суть этого стихотворения - благодарственная песня, благословение всего живого.

В стихотворениях Есенина в самом большом количестве представлена метафора:

Употребление одной метафоры часто влечет за собой нанизывание новых метафор, связанных по смыслу с первой. В результате этого возникает развернутая метафора ("Отговорила роща золотая березовым, веселым языком...").

Сравнение как средство художественной выразительности встречается в стихотворениях поэта. Представлено в трех видах.

Роль гиперболы - преувеличение отдельных вещей, событий для придания выразительности ("бесконечные льются дожди", "чтобы вечно счастье улыбалось", "я б навеки пошел за тобой", "но, наверно, навеки имею", "я б навеки забыл").

Встречается и перифраза ("страна березового ситца", "город вязевый", "и волос твоих цветом в осень", "сон цветущей поры", "седины пасмурного дня", "покину хижину мою", "и под этим дешевеньким ситцем", "в логове жутком"). Этот прием используется с целью создания образности. Есенин использует красивые выражения вместо привычных слов (осень у него - "цветущая пора").

Метонимия (сравнение по смежности) встречается как связь между местом и находящимися в нем людьми: "И Русь всё так же будет жить, плясать и плакать у забора", "Золотая дремотная Азия опочила на куполах".

Синекдоха, как разновидность метонимии, представлена в стихотворениях "Да! Теперь решено...": "не будут звенеть тополя" (на самом деле звенят не тополя, а листва), то есть наблюдаем замену части целым, и в стихотворении "Эта улица мне знакома" - "держат липы в зеленых лапах птичий гомон и щебетню", то есть происходит замена на уровне "субъект - то, что ему принадлежит".

Кроме представленных выше тропов, в данных стихотворениях Сергея Есенина представлены и стилистические фигуры.

Поэт прибегает к такой фигуре, как градации. В частности, использует восходящую градацию для того, чтобы подчеркнуть возрастающую значимость определенных действий ("Не жалею, не зову, не плачу", "Устал я жить... Покину хижину мою... Уйду бродягою и вором").

Для сопоставления несопоставимого используется оксюморон ("холодное кипенье").

В стихотворениях находим риторическое обращение ("Дух бродяжий!", "Принимай же вызов, Дон-Жуан!", "Удержи меня, мое презренье..."), риторический вопрос ("Что случилось? Что со мною сталось?"), риторическое восклицание ("Буйство глаз и половодье чувств!");

Лексический повтор используется, чтобы подчеркнуть значимость определенных (повторяющихся) слов ("ты всё реже, реже", "а месяц будет плыть и плыть", "Привет тебе, привет!", "всё чаще и чаще", "ну, что ж! Ну, что ж!");

Антитеза противопоставляет предметы и явления, создает контраст ("что пришло процвесть и умереть", "если б не было ада и рая", "Может, поздно, может, слишком рано", "плясать и плакать у забора", "как о ком-то погибшем, живом", "нежное слово горьким плодом...", "хоть в свои, хоть в чужие дали");

Анафора : Не жаль мне лет, растраченных напрасно,

Не жаль души сиреневую цветь...

Каждый день я у других колен.

Каждый день к себе теряю жалость.

Ты одна мне помощь и отрада

Ты одна мне несказанный свет.

В первый раз я запел про любовь,

В первый раз отрекаюсь скандалить.

Как умеет любить хулиган,

Как умеет он быть покорным.

Вспомнил я деревенское детство,

Вспомнил я деревенскую синь.

Мир тебе - полевая солома,

Мир тебе - деревянный дом!

Это всё, что зовем мы родиной,

Это всё, отчего на ней...

Для акцентирования внимания на предикате, а не на субъекте, используется инверсия ("Устал я жить...", "Отцвела моя белая липа, отзвенел соловьиный рассвет");

Встречается парцелляция. При помощи данного приема поэт выделяет каждый объект действительности ("Буераки...пеньки...косогоры").

Для придания динамики действию используется асиндетон ("Нездоровое, хилое, низкое, водянистая, серая гладь"). Прием, обратный асиндетону - полисиндетон (многосоюзие) - "Только видели березь да цветь, да ракитник...Да разбойные слышали свисты...".

Авторская пунктуация также встречается в текстах ("Сгребет их все в один ненужный ком... Скажите так...что роща золотая отговорила милым языком").Сергей Есенин использует данный прием, чтобы выделить ход своих мыслей, подчеркнуть важное. В предложении используется многоточие. Основная функция этого знака - фиксировать факт структурной и смысловой незаконченности предложения. Незаконченность одной мысли и переход к другой, заминки и затруднения в речи обозначают многоточия, находящиеся внутри предложения стихотворения поэта. Многоточие указывает на перерывы в речи, неожиданный переход от одной мысли к другой.

Синтаксический параллелизм используется в стихотворениях поэта с целью подчеркнуть особо значимые слова в конструкциях, построенных по одинаковой схеме:

Отцвела моя белая липа,

Отзвенел соловьиный рассвет. (Vf N1)

Не буди того что отмечталось,

Не волнуй того, что не сбылось... (Не Vf Part)

Не грусти так шибко обо мне.

Не ходи так часто на дорогу... (Не Vf Adv).

Нельзя не сказать о специфическом языке стихотворений Есенина: наличие окказионализмов ("...У которой глаза - голубень", "в одно с непогодиной", "видели березь да цветь", "цветень мая", "тягостная бредь"), разговорной лексики ("...не заманит шляться босиком...", "черт знает как!", "пусть обрюзг он и пусть одрях"), просторечных слов ("загрустила шибко обо мне"), диалектизмов ("родимая выть").

Перейдем к лирике А.А.Блока, который также является поэтом серебряного века. Александр Блок был романтическим поэтом не только по системе отображения жизни, но и по духу ее восприятия. Он творил в порыве вдохновения, и эта способность осталась у него на всю жизнь. В качестве стихотворений для анализа мы выбрали любовную лирику Блока (примерно 1900-1912гг.), и это неслучайно, ведь именно в этих стихотворениях чувства, переживания, эмоции выражены стилистически: это различные метафоры, параллелизмы, эпитеты, инверсии, оксюмороны, сравнения.

Среди тропов встречается употребление метафор ("Язвы страданий", "Встревожить мечты", "Дохнуть ей в душу...счастьем", "Нестись душою", "...душе, давно усталой", "весной наградишь", "нить сознанья", "распутница ночная", "утонченность мечты", "восторга чаша", "приют гордыне"). Метафора у Блока играется очень важную роль - она дозволяет и показать отношение автора к описываемому предмету (явлению), и обрисовать с помощью метафоры образ, и даже сопоставить несколько образов на базе метафор. Без метафор Блоку пришлось бы передавать в нескольких строчках (либо даже строфах) то, что он говорит в двух-трех словах, и основное - потерялась бы та колоритная образность, которую так ценят любящие и понимающие поэзию Блока.

В стихах Блока мало олицетворений, в отличие от стихотворений Есенина. Так, например, олицетворение встречается в стихотворении "Благословляю всё, что было" - "Пускай и счастие и муки свой горький положили след...", в стихотворении "Мы были вместе, помню я..." - "ночь волновалась", и также в стихотворении "Прошедших дней немеркнущим сияньем" - "...осень ранняя, задумчиво грустна". Небольшое количество олицетворений можно объяснить любовной тематикой выбранных стихотворений, в то время как стихотворения Есенина, в большинстве своем, содержали в себе описание природы.

Сравнения представлены в следующих видах:

1.Сравнение с союзом как: "Ты так светла, как снег невинный", "Ты так бела, как дальний храм" (из стихотворения "Ты так светла, как снег невинный"), "Звал тебя, как молодость свою" ("О доблестях, о подвигах, о славе");

2. Сравнение без союза: "Ты... путеводительный маяк" (из стихотворения "Под шум и звон однообразный...").

Б.Соловьев отмечает, что у Блока "эпитет словно бы взрывает обычное представление о предмете повествования, поэт неожиданным образом сталкивает прилагательное с обозначаемым им явлением, переводя понятия духовного и морального порядка на сложную цветовую гамму [Соловьев 1968: 125].

Белый цвет характерен для мира Блока. С этим цветом встречаются следующие эпитеты: "белый стан", "белое платье", "бледная краса". Сема чистоты уже заложена в белом цвете.

Исследователи поэтического наследия А.Блока не раз отмечали, что особое место в его поэтике принадлежит синему цвету. Синий передает не столько цвет, сколько эмоциональное осмысление контекста. Традиционно синий и его оттенки - символ гармонии и покоя, для Блока - символ непорочности и первозданности. Так, у Блока встречается "синий плащ" в стихотворении "О доблестях, о подвигах, о славе". Лазурный у Блока преимущественно связан с обозначением небесного пространства как стихии: "лазурная тишь", "лазурная мгла".

Эпитет "красный" сочетается со множеством слов. В данном случае мы встречаем эпитет "красное пламя" в стихотворении "Покраснели и гаснут ступени". Также красный цвет употреблен и в самом названии стихотворения.

Стилистические фигуры представлены в стихотворениях Блока во всем своем многообразии. Среди них наиболее ярко представлена антитеза. И это неспроста, ведь принцип контраста является излюбленным художественным принципом поэтики Блока. Мы видим антитезу во многих стихотворениях поэта: "ты всё та жа: строга, прекрасна... А я -...высокий, сгорбленный старик", "счастие и муки", "Я подошел - ты отошла", "мои грехи в твоих святых молитвах", "впереди - огни и мрак". В основном поэт противопоставляет себя, свои черты, качества своей возлюбленной.

Еще одна стилистическая фигура - оксюморон - встречается в стихотворении "Земное сердце стынет вновь": "храню я к людям на безлюдьи".

В стихотворениях Блока можно встретить и такие стилистические фигуры, как асиндетон и полисиндетон. Асиндетон (или бессоюзие) характерно для динамики действия: "Кругом - снега, трамваи, зданья", "Всё померкло, прошло, отошло"; тогда как полисиндетон (многосоюзие) обозначает некую размеренность, перечисление - "Ни тоски, ни любви, ни обиды", "над лесом и над пашней, и на земле, и на воде", "И через годы, через воды, и на кресте, и во хмелю".

Параллелизм также встречается у поэта.

Я звал тебя, но ты не оглянулась,

Я слезы лил, но ты не снизошла. Их светлый пепел - в длинной урне.Наш светлый дух - в лазурной мгле. Я приближался - ты сидела,Я подошел - ты отошла. Важна роль риторических вопросов и восклицаний в поэзии Блока. "О, сердце, сколько ты любило! О, разум, сколько ты пылал!", "Забудь, поэт!... Нет! Лучше сгинуть в стуже лютой!", "Чтобы распутница ночная от родины не увела?".

Нельзя не сказать об употреблении Блоком инверсии. Она встречается там, где делается акцент не на деятеле, а на действии: "плакал я", "близка разлука", "просились в сердце звуки скрипки", "прошли года", "расцветает пламя" и т.д.

Поэт нередко употреблял такой прием как умолчание, давая возможность читателю самому додумать, вообразить конец происходящего: "И робко ждал...", "Платок мелькает за горой...", "Ты с каждым часом хорошела...", "Те баснословные года..." и т.д.

2.2. Приемы и способы перевода средств выразительности стихотворений на английский язык

Как известно, процесс перевода не является простой заменой единиц одного языка единицами другого языка. Напротив, это сложный процесс, включающий ряд трудностей, которые необходимо преодолевать переводчику. Одним из приёмов, которые помогают переводчику, являются трансформации. "Трансформации при переводе - модификация языка, темы стиля, оригинала при переводе; реализация инвариантного ядра оригинала в условиях создания перевода. Трансформация в переводе создает определенную степень эквивалентности, то есть степень приближения перевода к оригиналу" [Попович 1980: 195]. Переводческие трансформации (замены) происходят по причине неполной общности или различия английского и русского языков. Общность между грамматическими свойствами русского и английского языков задается их общей принадлежностью к индоевропейской семье и проявляется в наличии общих грамматических значений, категорий и функций, например: категорий числа у существительных, категорий степеней сравнения у прилагательных, категории времени у глагола, функциональной значимости порядка слов и другие. Интерес к проблеме переводческих трансформаций и их всестороннее изучение являются в курсе теории и практики перевода уже традиционными. Такие известные лингвисты, как А. Д. Швейцер, Я.И. Рецкер, Л.С. Бархударов, В.Н. Комиссаров, А.В. Федоров, Е.В. Бреус и многие другие посвятили исследованию переводческих трансформаций свои многочисленные статьи и монографии. Тем не менее, проблема межъязыковых преобразований продолжает оставаться актуальной. Трансформации являются неотъемлемой частью переводческой деятельности. Любой профессионально выполненный перевод включает в себя те или иные виды трансформаций. Выделяют лексические, грамматические и синтаксические трансформации.

-- Лексические трансформации

-- К ним относятся следующие приемы.

-- Прием лексических опущений - прием лексического опущения предполагает игнорирование в процессе перевода некоторых семантически избыточных слов, которые не несут важной смысловой нагрузки, а их значение зачастую комплексно восстанавливается в переводе). В стихотворениях С. Есенина находим следующие примеры: "Не жалею, не зову, не плачу": "I do not regret, and I don't shed tears", что переводится как "Я не сожалею и я не лью слёз". В данном случае опущен элемент "не зову". И в английском переводе, таким образом, не сохранена восходящая градация. В стихотворении "Этой грусти теперь не рассыпать" находим следующие примеры: "И знакомые взору просторы уж не так под луной хороши" переведено как "The familiar expanses of valleys aren't as nice as they were before", то есть опущен элемент "под луной", конкретизирующий ситуацию ("знакомые просторы долин не так хороши, как раньше").

В стихотворении А. Блока "Я вижу блеск, забытый мною" есть также пример опущения - "Тот голос низкий и грудной" - "The chesty voice that filled the space", что переводится как "грудной голос, что наполняет пространство". В данном случае опущен элемент "низкий", который не несет в себе смысловой нагрузки, и его опущение не лишает стихотворение смысла.

У А.Блока в стихотворении "Под шум и звон однообразный" перевод фразы "Вернусь домой уничиженный" следующий: "Come home disgraced and broken-hearted" ("Приду домой бесчестный и с разбитым сердцем"). В стихотворении "Везде - над лесом и над пашней" встречаем следующий пример: строка "Твой стан, закутанный в меха" - "Your waist, wrapped up in fur, I praise", то есть в переводе добавлена фраза "Я восхваляю". В стихотворении "Я вижу блеск, забытый мною" находим пример лексических добавлений: "...Каким ответила подруга на первую любовь мою" - "That's how she answered all my pledges, my love and passion, first and last" - "Как она ответила на все мои клятвы, мою любовь и страсть, первую и последнюю". В данном случае добавлены лексические единицы, конкретизирующие ситуацию. В этом же стихотворении можно увидеть еще один пример добавления: "...напоминают мне о счастье" - "Reminds me somehow, with good grace, of happiness and exultation", что переводим, как "Напоминают мне мягко, каким-то образом, о счастье и ликовании". В стихотворении "Покраснели и гаснут ступени" первая строка переведена как "Turning red, temple stairs are fading" - "Краснея, ступени храма гаснут", добавление лексической единицы "храм" обосновано, так как далее речь идет именно о храме ("в сумрак молений", "над храмом, над нами...").

В стихотворении А.Блока "Под шум и звон однообразный" фраза "от родины меня не увела" переведена как "might not seclude me from my home" ("не смогла увести меня из дома"). Также конкретизацию можно встретить в стихотворении "Благословляю всё, что было": конкретизировано слово "облик" в строке "Узнал я в облике твоем" - "I have discovered in your face" ("Я открыл в твоем лице").

-- Грамматические трансформации -- Перевод с одного языка на другой невозможен без грамматических трансформаций. Грамматические трансформации - это перестройка предложения (изменение его структуры) и всевозможные замены -- как синтаксического, так и морфологического порядка. Грамматические трансформации обусловлены различными причинами -- как грамматического, так и лексического характера, хотя основную роль играют грамматические факторы, т.е. различия в строе языков.

При сопоставлении грамматических категорий и форм английского и русского языков обычно обнаруживаются следующие явления: 1) отсутствие той или иной категории в одном из языков; 2) частичное совпадение; 3) полное совпадение. Необходимость в грамматических трансформациях возникает лишь в первом и втором случаях. В русском языке, по сравнению с английским, отсутствуют такие грамматические категории, как артикль или герундий, а также инфинитивные и причастные комплексы и абсолютная номинативная конструкция. Частичное совпадение или несовпадение в значении и употреблении соответствующих форм и конструкций тоже требует грамматических трансформаций. Сюда можно отнести такие явления, как частичное несовпадение категории числа, частичное несовпадение в формах пассивной конструкции, неполное совпадение форм инфинитива и причастия, некоторые различия в выражении модальности и так далее. Грамматические трансформации заключаются в преобразовании структуры предложения в процессе перевода в соответствии с нормами переводного языка. Трансформация может быть полной или частичной в зависимости от того, изменяется ли структура предложения полностью или частично. Обычно, когда заменяются главные члены предложения, происходит полная трансформация, если же заменяются лишь второстепенные - частичная. Кроме замен членов предложения могут заменяться и части речи. Чаще всего это происходит одновременно.

В настоящее время существует много подходов к разделению переводческих трансформаций на виды и много классификаций, предложенных различными авторами.

А.Д. Швейцер предложил следующую классификацию грамматических трансформаций.

1. Объединение предложений - способ перевода, при котором синтаксическая структура предложения в оригинале преобразуется путём соединения двух простых предложений в одно сложное. В стихотворении "Не гляди на меня с упреком" простые предложения объединены в одно сложное: "Не тебя я люблю, дорогая, ты лишь отзвук, лишь только тень. Мне в лице твоем снится другая, у которой глаза - голубень" - "It's not you that I love, my dearie, you're only an echo, a shade, I imagine a different girlie, oh so beautiful blue-eyed maid!".

2. Членение предложения - способ перевода, при котором синтаксическая структура предложения в оригинале преобразуется в две или более предикативные структуры переводящего языка. В стихотворении "Не жалею, не зову, не плачу" присутствует данный вид грамматической трансформации: "О моя утраченная свежесть, буйство глаз и половодье чувств!" - "Oh my freshness, that begins to soften! Oh my lost emotions, vehement gaze!". Предложение оригинала с риторическим восклицанием при переводе было заменено на два предложения, но риторическое обращение сохранено. В стихотворении "Ночь" находим данный прием: "Усталый день склонился к ночи, затихла шумная волна, погасло солнце..." - "The tired day droops, slowly waning, the noisy waves are now tranquil. // The sun has set...". В стихотворении "Цветы мне говорят - прощай" сложное предложение "Не всё ль равно - придет другой, печаль ушедшего не сгложет, оставленной и дорогой пришедший лучше песню сложит" членится на два простых предложения: "Well, some one else will come along, no grief will sooth the past. // The new one...".

3. Добавление грамматикализированных единиц, например, союзов, местоимений, междометий. Например, "Не жалею, не зову, не плачу" - "I do not regret, and I don't shed tears". В данном случае добавлен союз and (и), которого нет в оригинале. Строчка "Я не буду больше молодым" переведена с появлением междометия alas: "I will not be young again, alas" ("Я не стану опять молодым, увы"). В стихотворении "Да! Теперь решено..." строчка "...умереть, знать, судил мне бог" переводится с добавлением местоимения me в начале предложения - "Me, I'm fated to die..." ("А я, мне суждено умереть...").

4. Опущение грамматикализированных элементов. "Буйство глаз и половодье чувств" - "Oh my lost emotions, vehement gaze!" [Швейцер 1973: 180].

Данные явления в переводе можно объяснить желанием переводчика сохранить рифму, смысл и передать черты, характерные для английской поэзии и английского языка.

Преобразования на уровне частей речи именуются категориально-морфологическими трансформациями, поскольку части речи - одна из основных категорий морфологии. Этот тип трансформаций широко применяется в переводе. Их особенность в том, что они в минимальной степени отражаются на передаваемом содержании - не влекут за собой существенных содержательных потерь или модификаций. Преобразования на морфологическом уровне делятся на следующие виды.

1. Замены частей речи:

" преобразование местоимения: в стихотворении "Не жалею, не зову, не плачу" личное местоимение 1 лица единственного числа (я) заменено личным местоимением 2 лица единственного числа (you), в результате чего происходит замена всего предложения и изменение смысла: "Жизнь моя? Иль ты приснилась мне," - "Oh, my life? Have I been sleeping fast?" - "О, моя жизнь! Я сплю крепко?";

" замена прилагательного существительным или наречием (например, в стихотворении "Отговорила роща золотая": "Не жаль души сиреневую цветь" - "I don't feel sorry for the lilac of my soul", то есть "Я не чувствую сожаления к сирени моей души"); в стихотворении "Эта улица мне знакома" отглагольное существительное "завывание" заменено словосочетанием "howling rain" (завывающий дождь);

" замена личной формы глагола причастием, отглагольным существительным и наоборот: в стихотворении "Отговорила роща золотая" причастие "растраченных" заменено оборотом с глаголом 1 лица, единственного числа, прошедшего времени "отверг": "Не жаль мне лет, растраченных напрасно" - "I don't regret the days that I discarded", то есть "Я не жалею дней, которые я отверг"); В стихотворении "Да! Теперь решено..." глагол в конструкции "сердце бьется" заменен отглагольным существительным "the beat of my heart" ("биение сердца").

2. Замена грамматического времени. В стихотворении "Отговорила роща золотая" - "The golden birch-tree has fallen silent" - глагол прошедшего времени совершенного вида заменен глаголом в Present Perfect Tense. На русский язык данный глагол переводится как "молчит", то есть это глагол настоящего времени несовершенного вида; "Эта улица мне знакома": "Наша печь как-то странно и дико завывала в дождливую ночь" - "Our stove would let out strange howls..." ("наша печь издаст странное завывание...") - замена глагола в прошедшем времени английским глаголом будущего времени. "Вспомнил я..." переведено как "I remember..." ("я помню").

Грамматическое время изменено в стихотворении А.Блока "Мы встречались с тобой на закате". В оригинале время прошедшее, поэт пишет о своих воспоминаниях (встречались, были встречи, загорались свечи, всё прошло...). В переводе использовано время Future-in-the-Past. Воспоминания заменены мечтами: we would meet ("мы бы встретились"), our dates would be silent (наши свидания бы были безмолвны), you would cut...(ты бы рассекала). В стихотворении "Покраснели и гаснут ступени" наблюдаем замену грамматического времени: "Жду" - "I will wait" ("Я буду ждать"). В данном случае, в переводном варианте подчеркивается некая обобщенность (то есть "жду" не в данный момент, а "буду ждать" вообще).

3. Словообразовательные трансформации. В стихотворении "Не жалею, не зову, не плачу" присутствуют такие трансформации: "Расшевеливаешь пламень уст" - "Stir the fire of my lips these days", что переводится как "шевелишь пламя моих губ в эти дни", так как глагол Stir не имеет значения "расшевеливать", его значения следующие: 1. Шевелить(ся). 2. Мешать, помешивать, размешивать, взбалтывать. 3. Волновать, возбуждать. 4. Двигаться и др. [Мюллер 2008: 623]. Синтаксические трансформации 1. Переход от обратного порядка слов к прямому. Эта синтаксическая трансформация особенно необходима при переводе с языков синтетических на языки аналитические. Она и имеет место при переводе с русского языка на английский. Например, в стихотворении "Что прошло - не вернуть" инверсии заменены предложениями с прямым порядком слов: "Наступила погода осенняя" - "Autumn weather has now set in locally", то есть "осенняя погода наступила". В стихотворении "Эта улица мне знакома" предложения с обратным порядком слов заменены предложениями с прямым порядком слов: "Вспомнил я деревенское детство..." - "I remember my village, my infancy..." ("Я помню мою деревню, мое детство..."); в стихотворении "Ночь": "Плывет задумчиво луна" - "The moon is sailing" ("луна плывет"). В стихотворении "Может, поздно, может, слишком рано" предложения с инверсионным порядком слов заменены предложениями с прямым порядком слов: "Походить я стал на Дон-Жуана" - "I resemble now Don Juan" ("я похож теперь на Дон-Жуана"); "Вижу я..." - "I can see" ("я могу видеть").

В стихотворении А.А. Блока "Мы были вместе, помню я..." встречаем перевод инверсии "помню я" предложением с прямым порядком слов - "I recall" ("я помню"), что не нарушает ни рифмы стихотворения, ни грамматических правил английского языка.

2.Перестановка объекта речи на первое место в переводе, что объясняется желанием подчеркнуть то, о чем говорится. Например, в стихотворении "Что прошло - не вернуть": "Не вернуть мне ту ночку прохладную" - "Lovely night, I will never retrieve it" ("Прекрасная ночь, я ее никогда не верну").

В переводе стихотворений Блока можно встретить много примеров данной трансформации. Например, в стихотворении "Под шум и звон однообразный": "Я забываю, что и как..." - "My whereabouts, I forget" ("Мое местонахождение, я забываю...").

3.Нередко при переводе с русского языка на английский переводчику приходится прибегать к преобразованиям активных конструкций русских предложений в пассивные конструкции английских предложений. Чаще всего заменой русского активного глагола английским пассивом сопровождается преобразование формы косвенного падежа в подлежащее. Например, "Что прошло - не вернуть" переведено как "What is gone cannot be retrieved". Конструкция "to be+Ved" (в данном случае be retrieved) передает пассивное значение и переводится "что прошло - не может быть возвращено". В стихотворении "Этой грусти теперь не рассыпать" глагол "рассыпать" переведен как "my grief won't be split..." (не будет рассыпана).

4.Отсутствие авторской пунктуации при переводе. Переводчик не передает авторскую пунктуацию, что объясняется тем фактом, что в английском языке, в отличие от русского, несвободный порядок слов. В стихотворении "Отговорила роща золотая" предложение "...сгребет их все в один ненужный ком...Скажите так...что роща золотая отговорила милым языком" переведено так: "...to rake them all up in a useless roll... You ought to say: the golden grove has ended its lovely chatter in the prime of fall".

5. Замена односоставных и двусоставных неполных предложений предложениями с подлежащим и сказуемым (двусоставными). Данный прием наблюдаем в стихотворении "Может, поздно, может, слишком рано": "Каждый день к себе теряю жалость" (отсутствие предиката; предложение односоставно-личное) - "And I lose self-pity" (двусоставное предложение). Эллиптическое предложение "На душе - лимонный свет заката" также заменено двусоставным предложением "In my heart I have a lemon sunset".

Итак, проанализировав приемы трансформаций, представленные в текстах переводов стихотворений С.А.Есенина и А.А.Блока, мы пришли к выводу, что реализация данного приема при переводе необходима, так как, учитывая специфический язык стихотворений поэтов, невозможно дословно передать все единицы, встречающиеся в его текстах (а это и диалектизмы, и просторечные слова, разговорный язык, окказионализмы, безэквивалентная лексика). Поэтому переводчик вынужден прибегать к приему трансформаций единиц на уровне лексики, грамматики, синтаксиса. Однако это не является преградой в понимании текста англоязычным читателем. Содержание оригинала передано верно, но встречается ряд несоответствий при переводе. Например, в стихотворении Есенина "Да! Теперь решено..." строчка "Я иду, головою свесясь, переулком в знакомый кабак" переведена следующим образом: "I walk down the alley, dejected, to the pub for a drink, maybe, two" ("Я иду по аллее, подавленный, в паб, выпить рюмочку, может, две"). Данный перевод является современной версией того, что, возможно, хотел сказать С.А. Есенин. Об этом мы можем догадываться, апеллируя к фактам его биографии ("слабость к спиртному", как замечает Ю.Л. Прокушев [Прокушев 1986: 101]). Учитывая этот факт, переводчик позволяет себе использовать данную фразу в переводе.

Аналогичный случай происходит и в стихотворении "Может, поздно, может, слишком рано": строчка "Каждый день я у других колен" переводится "Every day I have some other chick" ("Каждый день у меня новая цыпочка"). Использован английский сленг, так как слово chick в данном случае выступает именно в таком своем значении (chick - цыпочка, девица, девка) [Фоломкина 2000: 169]. Данный перевод немного меняет смысл стихотворения: если поэт пишет о себе с жалостью ( у колен, то есть в ногах), то переводчик представляет его гордым собой (гордится, что каждый день у него "новая цыпочка").

В стихотворении "Устал я жить в родном краю" происходит замена реалий. С.А.Есенин пишет: "И Русь всё так же будет жить, плясать и плакать у забора", говоря тем самым о деревне. Переводчик, учитывая культуру Англии, использует английские реалии: "...dance and weep in every quarter", где "quarter" - квартал города.

Данный перевод является небуквальным, так как невозможно дословно перевести на английский язык некоторые фразы, которые достаточно активны в русском языке, в их числе и фразы из стихотворений С.А. Есенина. Читая такие версии стихотворений, англоязычный читатель, который не может познакомиться с творчеством Есенина в оригинале, видит его творчество другими глазами, так как некоторые фразы переведены с точки зрения современного английского языка (использование сленга, данных биографии), о чем сам поэт не писал напрямую в своих стихотворениях.

Способы перевода средств выразительности в английских текстах стихотворений

В переводах в той или иной мере присутствуют тропы, эквивалентные или отличающиеся от тропов оригинала.

Так как бывает сложно передать дословно единицу одного языка на другой язык (использовать эквивалентные дублеты), переводчики прибегают к адекватной замене - при переводе меняются некоторые слова, появляются новые. Можно выделить 4 способа перевода выразительных средств оригинала:

"Эта улица мне знакома" ("Both this street and this little house...")

В данном стихотворении мы встречаем эквивалентные средства выразительности. Одним из них является метафора: "the blue straws of wires" (голубая солома проводов), "clutches of limes" (лапы лип), "howling rain" (завывающий дождь), "mason's camel" ("верблюд кирпичный"). Она создается за счет сходства внешних признаков предметов, сходства звучания.

Переведены эквивалентными средствами олицетворения - "August sleeps" (август спит), "our stove would let out strange howls" (наша печь издаст странное завывание), перифраза: "blooming phase" (цветущая пора).

Анафора:

Peace to you, grasses scattered about,

Peace to you, wooden parents' home!

(Мир тебе, разбросанная трава,

Мир тебе, деревянный родительский дом!)

Кроме эквивалентных средств, встречаем замену средств выразительности перевода. Например, замена метафоры эпитетом: "стеклянную хмарь" (метафора) - "translucent haze" (прозрачный туман) (эпитет), замена эпитета метафорой: "нежная дрема" (эпитет) - "golden slumbers" (золотой сон) (метафора).

Но наблюдаем и отсутствие средств выразительности оригинала в переводе. Так, например, отсутствует анафора:

I remember my village, my infancy

And the countryside heaven of blue.

Отсутствуют эпитеты: "деревенское детство" - "infancy" (детство), "деревенская синь" - "heaven of blue" (голубое небо); метафоры: "золотые пески" - "sandy grounds" (песчаные земли); антитезы: "Как о ком-то погибшем, живом" - "mourning and suffering pain" (скорбь и страдание от боли). Отсутствует синекдоха "держат липы в зеленых лапах птичий гомон и щебетню" - "birds...repose in the clutches of limes" (птицы отдыхают в лапах лип).

Появление новых средств выразительности в переводе является еще одним способом передачи средств выразительности на другой язык: появляется сравнение: "It was wailing loud like funnel" (это был вопль громкий, как из дымовой трубы), "all has vanished in haze like foam" (всё исчезло в дыму, как пена); перифраза: "travelling man" ("путешествующий человек" вместо "traveler"-путешественник).

"Не жалею, не зову, не плачу" ("I do not regret, and I do not shed tears")

Эквивалентные средства выразительности: сравнение: "All, like haze off apple-trees, must pass" (всё, как туман с яблонь, должно пройти); метафорическое сравнение "Well, it feels like early in the morning on a rosy horse I've galloped past" (так, как будто рано утром я проскакал на розовом коне); метафоры : "Turning gold, I'm fading" (становясь золотым, я увядаю); "the fire of my lips" (пламя моих губ), "on a rosy horse" (на розовом коне); риторическое восклицание: "Oh my goodness!" (о, моя добродетель); "Oh, my lost emotions, vehement gaze!" (о, мои потерянные эмоции, неистовый взгляд!); риторический вопрос: "Have I been sleeping fast?" (я сплю крепко?); риторическое обращение "Vagrant's spirit!" (Дух бродяжий!); антитеза: "...bloom and pass away" (расцвести и умереть); перифраза "the land of birch trees" (земля берез).

В переводе происходит замена некоторых тропов и фигур оригинала. Например, метафора "сердце, тронутое холодком" заменена олицетворением "having got to know the touch of coolness" (познав прикосновение холода), то есть "холод прикасается".

Некоторые выразительно-изобразительные средства отсутствуют в переводе. Отсутствует повтор "все мы, все мы..." - "we are all to perish" (все мы умрем).

"Не гляди на меня с упреком" ("Don't you look at me so reproachfully")

Эквивалентные средства выразительности: метафора: "my heart that waned" (мое охлажденное сердце); эпитет: "majestic manner of walking" (величавая походка); сравнение: "You're only an echo, a shade" (ты только эхо, тень); гипербола: "the depth of my soul" (глубина моей души); антитеза: "hell and heaven" (ад и рай).

Появляется новое средство выразительности в переводе - сравнение ("...catches crows like you want to catch me" - ловит ворон, как ты хочешь поймать меня).

"Отговорила роща золотая" ("The golden birch-tree grove has fallen silent"):

Эквивалентные средства выразительности: эпитеты: "the golden birch-tree grove" (золотая роща); "lovely chatter" (милый разговор); олицетворения: "the golden birch-tree has fallen silent" (золотая березовая роща молчит); "the moon and hempen bush above the water remember all those perished..." (луна и кусты конопляника над водой помнят всех умерших); метафора: "flying over, sullen" (печально пролетая); "lilac of my soul" (сирень моей души); "the purple rowan burning in the garden" (багровая рябина, горя в саду...); сравнение: "I drop my words of sorrow and vexation the way a tree drops quietly its leaves" (я роняю слова печали и досады так, как и дерево роняет тихо свои листья); антитеза "the purple rowan burning in the garden can't warm and comfort anyone at all" (багровая рябина, горя в саду, не может никого согреть и утешить); анафора "I don't regret... I don't feel..." (Я не жалею... Я не чувствую...).

В переводе отсутствует авторская пунктуация. Предложение "...сгребет их все в один ненужный ком...Скажите так...что роща золотая отговорила милым языком" переведено так: "...to rake them all up in a useless roll... You ought to say: the golden grove has ended its lovely chatter in the prime of fall".

"Что прошло - не вернуть" ("What is gone cannot be retrieved")

Эквивалентные средства выразительности: эпитеты: "lovely night" (прекрасная (милая) ночь); "chilly night" (холодная ночка); олицетворения: "That sweet night is now gone" (та ночка милая сейчас унеслась); "You can't tell it (night): please come back and wait" (ты не можешь ей сказать (ночке): пожалуйста, вернись и подожди); гипербола: "perpetual rains" (бесконечные дожди); инверсия: "gone and lost are the joyous emotions" (улетели и исчезли радостные эмоции).

Эпитет "чувства остылые" заменяется метафорой "chill in my conscience" (холод в моей совести).

"Ночь" ("The Night")

Эквивалентные средства выразительности: олицетворения: "the tired day" (усталый день); "absorbed and still moon" (задумчивая и тихая луна); "the forest...slumbers" (лес...дремлет); "the river, listening in and fondling, talks with the banks..." (речка, слушая и ласкаясь, разговаривает с берегами); эпитеты: "the noisy waves" (шумные волны); "peaceful river" (мирная речка); метафора: "the merry rustle of the rush" (веселый шелест тростника).

"Заметался пожар голубой" ("Azure space is aflame up above")

Эквивалентные средства выразительности: анафора:

For the first time I'm singing of love,

For the first time I give up contention.

Сравнение: "I was all like a desolate grove" (я был как запущенный сад); эпитеты: "gentle step" (мягкий шаг); "graceful waist" (изящная талия); перифраза: "the colour of autumn" (цвет осени); антитеза: "distant or close destination" (отдаленные или близкие места).

Некоторые средства выразительности подвергаются замене: метафора заменяется эпитетом: "глаз злато-карий омут" (метафора) - "gold-brown eyes" (золотисто-карие глаза) (эпитет).

Некоторые средства выразительности оригинала отсутствуют в переводе: гипербола: "я б навеки..." - "I would never..." (я бы никогда); анафора:

How a bully can really love,

And how he can be timid and humble !

"Цветы мне говорят - прощай" ("The flowers say good-bye to me")

Эквивалентные средства выразительности: олицетворение: "the flowers say good-bye to me" (цветы говорят мне - прощай"; оксюморон: "deathly trepidation" (мертвая дрожь); метафора: "no grief will sooth the past"; сравнение: "remember me as a flower" (вспомнит обо мне, как о цветке); эпитет: "unique and cherished flower" (уникальном и нежном цветке).

Встречаются случаи отсутствия средств выразительности оригинала в переводе. Например, нет гиперболы: "я навеки не увижу" - "I will never see" (я никогда не увижу).

"Этой грусти теперь не рассыпать" ("Now my grief won't be split...")

Эквивалентные средства выразительности: метафоры: "my grief won't be split..." (грусть не будет рассыпана); "happy laugh of the bygone last" (счастливым смехом ушедшего прошлого); "emotions filled my heart to the brim" (эмоции наполняли мое сердце до краев); "every word...tastes as..." (каждое слово...на вкус как...); "ditches, slopes, stumps...have disheartened my land" (канавы, холмы, пни...привели в уныние мою землю); антитеза: "word, kind and cautious...as a bitter fruit" (слово, доброе и осторожное...как горький фрукт).

Происходит замена средств выразительности перевода: метафора заменена эпитетом: "улыбчивых дней" - "a cheerful day" (веселый день).

Отсутствие средств выразительности оригинала в переводе наблюдаем в следующих примерах: отсутствие инверсии: "Отцвела моя белая липа" - "Lime-tree is fading" (липа отцветает); отсутствие парцелляции: "буераки...пеньки...косогоры" - ""ditches, slopes, stumps"; отсутствие асиндетона: "Нездоровое, хилое, низкое, водянистая, серая гладь" - "all is wretched, decrepit and dread".

Появление новых средств выразительности в переводе трактуется как желание переводчика сделать свой текст эмоциональнее: градация: "all is wretched, decrepit and dread" (Всё жалкое, дряхлое и унылое); плеоназм: "the bygone last" (ушедшее прошлое).

"Я снова здесь, в семье родной" ("I'm back at home")

Эквивалентные средства выразительности: олицетворения: "land is pensive" (край задумчивый); "the twilight waves" (сумрак машет рукой); метафора: "the mill-house yonder" (мельница крылатая); перифраза: "the grizzle of the gloomy day" (седины пасмурного дня).

Отсутствие средств выразительности оригинала в переводе: отсутствие метафоры: "Кудрявый сумрак" - "the twilight" (сумрак).

В переводе появляются и новые средства выразительности: сравнения: "the years have flown like a whirl" (года пролетели, как вихрь), "the evening fills me with dismal like insurmountable torment" (вечер наполняет меня тревогой, как непреодолимое мучение); эпитет: "insurmountable torment" (непреодолимое мучение).

"Может, поздно, может, слишком рано" ("Maybe it's too late, maybe early...")

Эквивалентные средства выразительности: антитеза: "maybe, it's too late or maybe, early" (может, слишком поздно, может, рано); риторическое обращение: "restrain me, scornful feeling" (удержите меня, презрительные чувства); "well, Don Juan, take the challenge, eh?" (итак, Дон-Жуан, принимай вызов?); оксюморон: "chilly steaming" (холодное кипение); метафора: "a lemon sunset" (лимонный закат).

Отсутствуют следующие средства выразительности оригинала в переводе: анафора:

Every day I have some other chick.

And I lose self-pity, willy-nilly...

Отсутствует метафора: "с горечью измен" - "unfaithfulness and trick" (измене и обману); "чтоб сердце меньше вилось в чувствах..." - "I have always kept my heart from...feelings" (я всегда берег мое сердце от...чувств); олицетворение: "счастье улыбалось" - "I might... smile" (я мог улыбаться); гипербола: "чтоб вечно счастье улыбалось" - "I might always smile" (я мог всегда улыбаться).

Появление перифразы в переводе: "man of verse" (человек стиха); blooming season (цветущий сезон).

"Низкий дом с голубыми ставнями" ("Little house with light blue shutters")

Эквивалентные средства выразительности: метафора: "all these years that have gone with shadows" (года, которые прошли с тенью); "clouds...under cover of grey cotton shroud" (облака, накрытые серым хлопковым покровом); "oldnorthern sky" (бедного северного неба); "warmth of the Russian soul" (тепло русской души); "bygone years, they still hover to-day" (...ушедших лет, они всё еще парят); эпитет: "brittle willows, all curved and bare" (хрупкие ивы, изогнутые и голые); оксюморон: "dismal warmth" (мрачное тепло);

Отсутствие средств выразительности оригинала в переводе: отсутствует гипербола "навеки имею" - "I've got now and for ever" (у меня есть сейчас и навсегда); полисиндетон "березь да цветь, да ракитник..., да разбойные слышали свисты". В переводе это предложение построено следующим образом: "the blossom of trees, brittle willows, they have heard the whistles of thieves".

Появление сравнения в переводе: "thus appearing like recent shadows" (появление как недавняя тень).

"Да! Теперь решено..." ("Yes! It's settled!")

Эквивалентными являются метафоры: "winged leaves" (крылатая листва); "crooked streets" (изогнутые улицы); перифраза: "city of elm-trees" (город вязевый); "логово" (вместо "помещение") переведено эквивалентным "den" ("притон); эпитет "a sinister den" (зловещий притон).

Замена синекдохи метафорой встречается в следующем примере: в оригинале синекдоха "звенят тополя" заменена в переводе метафорой по сходству звучания "the winged leaves will never ring" (...листва...не звенит).

В переводе отсутствуют некоторые средства выразительности. Например, отсутствует олицетворение "дом ссутулится" - эта фраза переведена как "our house will sag" (дом покосится) и олицетворение "город обрюзг и одрях". Отсутствует метонимия "Золотая дремотная Азия опочила на куполах" (в переводе "Золотые азиатские существа..."). Нет метафоры "жарю спирт", вместо нее фраза "carouse" (пью). Наблюдаем отсутствие повтора "всё чаще и чаще". Вместо этого употребляется прилагательное "частое".

В переводе есть новые средства выразительности, не представленные в оригинале. Например, сравнение "shines...like hell" (сияет...как ад) и "just like you, I'm..." (как и ты, я...); синекдоха "for a drink, maybe, two" (выпить рюмочку, может, две); перифраза "girls that go whoring" (девушки, занимающиеся проституцией).

"Письмо к матери" ("A Letter To Mother")

Эквивалентными средствами выразительности являются повтор "Hello! Hello!" (Привет! Привет!); эпитеты "shabby overcoat" (поношенное пальто), "evening darkness" (вечерняя темнота), "painful fiction" (мучительная выдумка), "dismal boredom" (гнетущая скука); метафора "my dreams that now have flown" (мои мечты, которые уже пролетели); параллельные синтаксические конструкции "Don't disturb my dreams... Don't perturb my strife" (Не волнуй мои мечты... Не волнуй мою борьбу), "Don't worry over me a lot... Don't go out to the roadside..." (Не беспокойся обо мне... Не выходи на дорогу).

В тексте перевода присутствуют адекватные замены: замена эпитета метафорой: "тот вечерний несказанный свет" (эпитет) - "the amazing stream of evening glow" (удивительный поток вечернего света) (метафора).

В тексте перевода есть тропы и фигуры, которых нет в оригинале. Среди них метафора, которая в тексте оригинала звучит как "раскинет ветви по-весеннему наш белый сад" - "the garden blossoms" (сад цветет). В переводе нет анафоры:

You're my only joy, support and praise

And my only flare shining on.

Перевод имеет и свои средства выразительности. Например, сравнение "the garden...white as snow" (сад белый как снег).

"Устал я жить в родном краю" ("I'm tired of living in my land")

Эквивалентны восходящая градация: "I'm tired... I'll leave my home... Begin the life..." (Я устал жить...Я покину мой дом... Начну жизнь...); сравнение "begin the life of thief and vagrant" (начну жизнь вора и бродяги); метафоры "silver curls of life" (серебряные кудри жизни), "green evening" (зеленый вечер), "the silky willows" (шелковистые ивы), "the moon will float" (луна будет плыть); эпитеты "miserable dwelling" (убогое жилище), "yellow road" (желтая дорога); олицетворение "the moon will float up the sky dropping the oars into the water" (луна будет плыть по небу, роняя весла в воду); метонимия "Russia will get by" (Россия будет жить); антитеза "dance and weep" (танцевать и плакать).

В переводе отсутствуют инверсия ввиду строго фиксированного порядка слов в английском языке: "Устал я жить" - "I'm tired" (я устал); перифраза "хижину мою" - "my home" (мой дом); эпитет "отчий дом" - "back home" (в дом); олицетворение "седые вербы у плетня нежнее головы наклонят" - "will bend their tops" (склонят верхушки); повтор "а месяц будет плыть и плыть" - "will float" (будет плыть).

Перевод располагает и своими средствами выразительности. В их числе асиндетон "and dance and weep" (и танцевать и плакать).

Итак, различия в выразительных средствах оригинала и перевода объясняются различиями между русским и английским языками, желанием переводчика отразить особенности английского языка и культуры Англии с целью дать возможность англоязычному читателю познакомиться с творчеством известного русского поэта.  Выводы по главе II

Заключение

Список литературы

Режим доступа:

http://credonew.ru/content/view/409/56/

77