# Исповедь - часть 1 -

Шая Натанович Вайсбух

Городской вокзал (даже в глухом захолустье), - это сила! Лицо общества. Эликсир жизни!.. Рог изобилия, который ни в коем случае не позволит своим обитателям умереть с голоду. А центральные вокзалы в мегаполисах?.. Совсем иной размах - страна внутри страны! Здесь свои ритуалы. Чётко сформированный этикет и проверенные временем устои и традиции. Сколько народу кормится от щедрот приезжих и отбывающих? Соображаешь? То-то!.. И кого здесь только нет! Майданщики, - на "три напёрстка" зазывают, карманники орлиным оком очередную жертву высматривают, да и публика рангом пожиже здесь же, на перроне кучкуется. Пенсионеры, забулдыги, профессиональные нищие, бомжи... месиво из человеческих судеб и заблудших душ опустившихся на дно всероссийской действительности. Кому-то чемодан помогут донести, или у кого-то на пиво выклянчат, а уж как минимум - сигареткой, будь добр, угости.


За что ж ты меня Господи невзлюбил?.. Я никого не убивал, не насиловал, не грабил!.. Сквернословил? ...Бывает. Выпиваю время от времени? ...Склонен. Так ведь за это не наказывают, не отторгают от жизни, не гнобят! Даже в скрижалях Моисея за эти проступки кара Всевышним не предусмотрена.


Моя профессия, - ретушёр, иногда фотографом работал. Специалист, - что надо! Ремесло изучил досконально ...с опытом. Но когда это было!?.. Давно, в прошлой жизни, я уж и вовсе позабыл свои бесшабашные годы в безмятежных буднях передового социализма.

Жил как у бога за пазухой, это когда в Иваново переехал, к дальним родственникам. Зарплата - так себе, мизер, но калым, или где-что урвать - непочатый край! Со стороны глянешь, то Иваново - это серое и нищее захолустье, но состоятельных людей, здесь с избытком, даже солнечному Кавказу есть чему поучиться. Про райкомовцев-обкомовцев я даже не упоминаю, - так, громогласное стадо, сотрясание воздуха, шушера! А те, кто куют здесь миллионы, живут тихо-мирно, в квартирах набитых последними достижениями советского и зарубежного уюта: мебель, ковры, кухонные гарнитуры...

Иные предпочитают тишину и природу в дачах за городом, на любителя; ведь человек существо капризное, непредсказуемое, ему за свои кровные подай что побагаче, качественнее, и с размахом.

Десятка два подпольных цеховиков (ни докторских степеней, ни красных дипломов), умудрялись весь город кормить. И милицию с прокуратурой и обком с райкомом... - они-то и были здесь полновластные хозяева города. Где там Александру Ивановичу Корейко, он им даже в подмётки не годился! Я не миллионер, не цеховик, но грех жаловаться, - и мне перепадало, дай бог на сегодня. Без дела не сидел: что ни день - свадьбы, юбилеи, дни рождения, семейные торжества..., ты у старожил спроси про Лёву-фотографа с Первомайской, тебе любой обыватель обо мне расскажет.


Специальность у меня серьёзная, ответственная, но и курьёзов связанных с "хлебом насущным", хватало, хоть мемуары пиши.


Заглянул ко мне в ателье зам-директор ткацкой фабрики. Человек уважаемый, солидный. Днём бумажки на столе перекладывал, а ночью подпольным цехом, здесь же, при фабрике руководил. С просьбой обратился..., да как вам сказать: скользкая просьба, нестандартная, граничит с осквернением религиозного культа. Я даже вначале хотел отказаться, но у человека такое горе...


У своей бабки он был единственным внуком, а она возьми, да внезапно богу душу отдала. Преставилась. С пелёнок его выкормила, тянула из последних сил, холила, пестовала, напрочь отвергая советы "социальных наставников" пристроить внучонка в школу-интернат.


Как я упоминал выше, просьба Степана Сергеевича была весьма эксцентричной, несуразной и попахивала анафемой Русской Православной Церкви. Помялся он, как бесхребетный интеллигент, но всё же удосужился мне свою просьбу выложить:


Дескать, не успел он семейную фотографию со своей любимой бабкой сделать (та в объектив - ни в какую! примета плохая), и вдруг на тебе, трагедия ...преждевременная, безвозвратная. Организацию по доставке тела безвременно преставившейся, Степан Сергеевич брал на себя, а мне предоставил полную свободу действий, аранжировку, и профессиональный полёт мысли. Как вам проект?.. А-а!? Недаром его фамилия - Пуляйка. Незвучная фамилия, странная, даже гангстерскими разборками загнивающего запада попахивает.


...Здорово мы с ним попотели, когда вдвоём на бабку чопорное платье с белым кружевным воротничком напяливали. Пришлось даже дать "клиентке" немного прийти в себя, уж больно тело в холодильнике задубело. Усадили мы бабку в кресло (было у меня такое для экстренных случаев: алый бархат - викторианский стиль), руки на ореховые подлокотники уложили... Скажу вам: работа не из приятных. По ателье даже душок от бабки пошёл, стелется. Но и здесь я догадался бутылку "Шипра" на неё вылить, вроде бы и помогло, терпимо. Лицо в синих пятнах пудрой отбелил, чтобы потусторонним миром не отдавало, а вот с глазами не знал, что и делать. Веки у неё опущены, а если вверх поднимешь и руку уберёшь, они вновь исходную перспективу принимают. Степан Сергеевич человек изворотливый, с опытом, вмиг быстродействующий клей организовал, и не простой по тем временам, заграничный, "Мэйдэ ин Джермани".


Он даже с собой куриную голову приволок, чтобы свою гипотезу опробовать. Вы и не поверите, продукт скажу я вам, хоть крылья к самолёту приклеивай, намертво! У бабки глаза на мир раскрылись, но вновь непорядок: потусторонне-удивлённые они, косые, смотрят в разные стороны. Здесь уж я блеснул мастерством опытного специалиста, даже судебный эксперт ничего бы не заподозрил. Наложил на снимок ретушь, косоглазие выправил и-и... пациент - живее всех живых! Вставил я бабку в старую семейную фотографию, переснял конечный результат и вуаля... Идиллия. Вне конкуренции!! Бабка посерёдке, а вокруг неё стена отпрысков с два десятка душ. Заново отретушировал свою "мозаику" и увеличил снимок до портретного варианта. Работа завершена, но-о-о... небольшое упущение. Бабку я сфотографировал на цветной плёнке (ошибся), но Степан Сергеевич заупрямился, и приказал так и оставить. Старейшина семьи в цвете на пурпурном бархате, а вокруг неё чёрно-белая плеяда генеалогического древа Пуляйка. Новаторская феерия! За труды мне Степан Сергеевич пять сотенных выложил и бесплатную путёвку в лучший пансионат Анапы. Во как!!.. это при моей-то зарплате в семьдесят рублей?.. Но строго-настрого предупредил: о "проекте", - молчок! и не дай бог по городу "сарафанное радио" заработает.


Так за что ты меня горькой судьбой одарил, Господи!? За благие дела? Я ведь человеку помог. Выручил! ...какое святотатство, за что анафема? тело-то земле предали, со всеми почестями. Ты о живой душе подумай, о Степан Сергеиче. Он бы всю оставшуюся жизнь страдал, мучился, руки бы на себя наложил, а я поди человека от верной гибели спас! За это жду от щедрот твоих Господи, а не бомжом на старости лет. Смилуйся Всемогущий, помоги, не буду твоё время понапрасно разбазаривать. Небось изо дня в день тебя народ своими просьбами тревожит, беспокоит, спокойно отдохнуть не даёт.