# Глава 1. Маркелл. Король

Олдрик Вайт

## Глава 1. Маркелл. Король


Полуденное солнце медленно плыло по чистому небу.

Нынешний король Лэссонии Маркелл, сын обросшего легендами и байками Федорика Рисата, накинув поглубже капюшон и завернувшись в выцветший плащ, тронул поводья коня.

- Если особняки Старого града не покидать, то всё у нас хорошо, - горько подытожил спутник короля с таким же скромным плащом поверх одежды, но без капюшона. Это был немолодой мужчина, среднего роста, чуть сутулившийся и довольно худощавый. Тёмные, не длинные волосы были заметно тронуты сединой, а осунувшееся, острое лицо дополнительно украшали короткие усы. - Народ радуется, враги страшатся, казна полнеет. Благодать.

- Не сыпь мне соль на раны, Владимир, - мрачно произнёс Маркелл. - Господин Висент только вчера передо мной руки заламывал, жалуясь, как всё плохо, а у него в особняке подают перепелиные яйца под мёдом, куропатку в соусе и всё это в золотой посуде.

- Да, - согласился Владимир, - ваш визит он не ожидал.

- Надо ещё по ближайшим советникам без предупреждения заехать. Глядишь, начну понимать, почему казна пуста, а мы в долгах.

- И ко мне? - спросил спутник.

- И к тебе, - подтвердил король и криво ухмыльнулся. - Погляжу, что ты за двадцать лет службы нажил.

Первоцвет жил своей жизнью, глубоко дышал, его сердце ритмично билось неповторимым ритмом. Ремесленники вовсю трудились в цехах, купцы и торговцы сновали на площади, чиновники уже были в местах службы. Только Старый град, и то не весь, лениво дремал обеденным сном.

- Куда далее держим путь, мой король?

- В Нищий град. Богатство Первоцвета увидели, теперь посмотрим и на его обратную сторону. Своими глазами погляжу на то, что так стараются скрасить в отчётах мои верные служащие.

Раньше объединённый из соседних к столице селений район носил гордое и официальное название "Терновник". Теперь же неформальное название прилипло намертво.

Два путника миновали площадь, где со всей скоростью и упорством велись работы по сооружению подмостков и трибун, готовясь к долгожданному приезду известного театра, а так же главную рыночную точку Первоцвета, место, где можно было купить и продать всё. Главное налог не забыть уплатить.

Городская застройка потихоньку менялась: вместо роскошных особняков, вилл и коттеджей теперь были скромные, но всё равно добротные дома, часто в несколько этажей, имеющие небольшой сад или придомовую территорию. Новый град.

- Здесь меня ничто не интересует, - проговорил Маркелл. - Проедем без остановок.

Владимир кивнул.

- А что вы, собственно, желаете увидеть в "Терновнике", Ваше Величество? - спросил Владимир.

Молодой Рисат пожал плечами:

- Сам не знаю. Гляну, как всё плохо.

- Боюсь, зрелище будет под стать вашему желанию.

Где-то через полчаса спокойной езды два всадника миновали высокую стелу из чёрного камня, которая знаменовала очередную границу между районами города. Дальше вид будет только хуже.

Потихоньку вокруг становилось всё больше и больше людей. Улочки делались уже, мостовая грязнее, а кое-где она была так разбита, что дорога представляла собой вереницу ям и ухабов. Дома всё теснее жались друг к другу и всё чаще они были из четырёх-пяти этажей: общежития, где семьи ютились в одной небольшой комнатушке. В одном из окон, где вместо стекла была грязная, откинутая в сторону ткань, Маркелл поймал взгляд женщины, которая привычными движениями что-то ловила в волосах ребёнка, сидящего на коленях, и тут же давила ногтями. Король, словно устыдившись, отвёл взгляд, но глаза сами зацепились за проулок, в котором сразу несколько людей справляли малую нужду.

Маркелл сгоряча сплюнул.

- Столица зачастую лишь ломает и выбрасывает в грязь всех тех, кто наивно мечтает её покорить, - заметив реакцию короля, прокомментировал советник Элисон.

- Хоть бери и насильно всех выселяй по сёлам, - произнёс Маркелл. - А сам район сносить подчистую.

- Я думаю, это выльется в массовые беспорядки, - Владимир косо посмотрел на группу молодых людей, которые сидели под разбитым и разваленным домом и как-то странно посматривали на проезжающих всадников.

-Замечу, что посещение этого района по регламенту необходимо совершать с вооружённым эскортом, - тихо добавил Элисон.

- Я уже разочарован одним фактом того, что средь белого дня не безопасно ехать по своему же городу. Куда смотрит городская стража?!

- Городская стража в "Терновнике" слишком часто смотрит туда, куда ей выгодно в этот момент.

- "Честь превыше золота", - процедил Маркелл. - Как легко это забывается.

Сердце Нищего града встретило их без прикрас: улицы стали донельзя узкими и грязными, старые, покосившиеся дома нависли как будто над головой, о брусчатке нечего было и говорить, а в тёмных переулках виднелись силуэты людей, сидящих прямо в грязи. Где-то вдалеке звучали монотонные удары чего-то тупого по железу, с соседних домов доносились крики и ругань. В этом квартале жизнь текла так, словно бежать ей было некуда и незачем.

Мимо путников пробежала свора босоногих сорванцов, одетых в затасканные и не по размеру большие рубахи. Дети окружили их, наперебой что-то трескоча, и кони начали пугаться и недовольно ржать, и, чтобы и не задавить мелюзгу, Владимир кинул медяк. Свора с довольным визгом бросилась за монетой.

- И кем они вырастут? - тихо спросил король. - Очередными разбойниками или попрошайками?

- Вы сами знаете, что мы не можем всех устроить ни в мануфактуры, ни в училища стражи, ни отдать в церкви.

- Знаю, Владимир, хорошо знаю. Но всё равно не могу это знание принять.

Дорогу, на которой зачастую вширь могли поместиться только два всадника, король выбирал интуитивно, скача по наитию и без какой-либо конкретной цели что-то посетить. Они пересек-ли место, где на небольшом пяточке собралось с десяток торговцев, продававших скудный товар и расстелив замасленные тряпки прямо на дороге.

- Ни одного патруля мы так и не встретили, - заметил Маркелл.

Тут теперь советнику Элисону не нашлось, что ответить.

Их путь привлёк один проулок, в тупике которого возле пошло разрисованной яркими красками участка стены, среди мусора и грязи ползал на коленях мужчина средних лет, одетый в неопрятные, дырявые лохмотья и что-то искал. Король, остановившись, с шагов двадцати наблюдал за этим зрелищем.

Как "лунный порошок" продавали в Первоцвете - знал, наверное, и годовалый ребёнок.

- Мой отец лечил прикосновением, - произнёс король. - Но мне в наследство оставил народ, сидящий под дурью и ищущий его в дерьме.

Рисат стал разворачивать коня.

- Мой господин, - раздался поспешный голос Владимира. - Это не наше дело встревать в такое, пусть стража...

- Я прекрасно знаю, как стражу Первоцвета заботит вопрос об этой дряни, - ответил Маркелл и ударил коня каблуками.

- И куда эти суки дурь заныкали!? Чтобы член у них усох... безмозглые ублюдки! - тихо ругаясь, продолжал свои искания мужчина, и лишь когда Маркелл подошёл довольно близко, то человек обратил на последнего внимание, бросив быстрый и раздражённый взгляд:

- Чего тебе? Проваливай, это моё место, я его купил!

- Что-то потеряли, почтённый? - с холодной вежливостью поинтересовался Рисат.

- Не твоё собачье дело! - мужчина раздражённо сплюнул и вернулся к поиску. - Вали подобру-поздорову. Ходят здесь всякие, суют свой нос куда попало... Уф! Нашёл, наконец!

От волнения у мужчины задрожали руки, когда он среди мусора достал перепачканный крошечный свёрток из тёмного пергамента.

- А по чём взял-то? - поинтересовался Маркелл.

- Половина морды, - ответил мужчина и тут же сжал свёрток в кулаке, срываясь на крик: - Но я тебе не продам! И не думай! Самому очень, очень надо, - на последних словах тон человека сменился на предвкушающий, словно он уже мысленно принял дурман.

Король спрыгнул с лошади.

- Лунный порошок запрещён к продаже и покупке! - жёстким тоном произнёс Рисат, кладя руку на пояс с длинным мечом.

- В задницу засунь себе эти запреты! - огрызнулся торчок, отступая на шаг к стене и пряча свёрток за пазухой.

- Говори, у кого купил! - потребовал Маркелл. Король услышал, как сзади раздались стук подков, быстро обернулся и увидел, что к нему приближался Владимир. Только вот советник предпочитал оружие при себе не носить.

- Ишь чего! Сам ищи, кто продаёт! - торчок ещё дальше отступил, но позади был тупик, что пугало мужчину, как и то, что он был один, а пришлых - двое.

- Я вижу, ты крайне много знаешь и не мало сможешь поведать городской страже, - сурово произнёс Рисат и повернул голову к советнику: - Владимир, мы его забираем.

- Мой господин, - тихим голосом ответил Элисон, - мы создаём много шума. Специфика данного района такова, что...

- Ишь чего надумал! Ты здесь - никто! - язвительно воскликнул наркоман и, шумно втянув воздух, с силой плюнул в лицо королю.

Маркелл замер, остолбенев от неожиданности и дерзости.

- Пшли вон, кому сказал! - взвизгнул мужчина и бросился рывком вперёд.

Человек легко проскочил мимо застывшего короля, на его пути был только Владимир, но Элисон даже и не попытался как-то помешать побегу торчка, что Маркелл не мог не заметить.

- Убивают! Разбой! Караул! - истошно крича, мужчина бежал к выходу с проулка. - Стража! Стража, мать вашу!

Маркелл медленно вытер перчаткой слюну с лица. Король чувствовал, как в нём просыпается гнев.

- Проклятье! - воскликнул Рисат. - Я, чёрт раздери, король или бесполезный кусок дерьма!? Я заставлю при входе в город каждого до исподнего раздевать, каждый тюфяк пересыпать, чтобы найти, кто и как провозит эту дрянь! Я их сожгу вместе с порошком прямо на площади! В жопу им его запихают! - неистовствовал король, забираясь на лошадь. - Почему, чёрт подери, ты дал ему уйти, Владимир!?

- Потому что он не скажет ничего, что мы не знаем, мой господин, - усталым тоном проговорил Элисон. - Это "Терновник", здесь живут другими, своими устоями и правилами.

Рассказ советника прервал командирский, поставленный голос со стороны улицы:

- Что же, что же, господа! Что за разбой в этом тихом, славном месте!? Как вам не совестно!?

Владимир и Маркелл одновременно глянули в сторону выхода с проулка: к ним вальяжно шёл стражник, демонстративно выпятив грудь с нашивками городского патруля и держа ладонь на рукояти дубинки с оббитым железом наконечником. С боку от него шагал мужчина, одетый в грубый камзол, налысо обстриженный и лыбящийся кривой ухмылкой. В руке он тоже держал дубинку. Замыкающим испуганно семенил недавний горе-искатель порошка.

- Вот этот! Высокий и черноволосый! - затараторил последний. - Схватить меня хотел против воли!

- Что же, что же. Что за безобразие!? - нарочито важно заговорил стражник. - Как это понимать, господа!? Разбой среди белого дня. Нарушение покоя и мира славного града Первоцвета!

Рисат смерил стражника уничтожающим взглядом:

- Патрульный, этот человек уличен в покупке лунного порошка! - процедил Рисат.

Маркелл краем глаза заметил, как Владимир поморщился, словно он, король, сказал что-то глупое и неуместное.

- Ещё и наговариваете на достопочтенного гражданина, - стражник остановился в шагах десяти от короля и советника, коих он совсем не узнавал. - Боюсь, за нарушение порядка вынужден вас задержать, господа любезные. Сами понимаете, разбой - проступок серьёзный. А ну-ка быстро спешиться! - грозно повелел патрульный.

- Ты даже не представляешь, с кем говоришь, - ледяным голосом произнёс Маркелл.

- Да срать я на это хотел, это моя улица, - улыбнулся стражник, демонстративно достав дубинку и постукивая ей по ладони.

- Имя, звание, отряд! - приказал король.

- Ишь как раскудахтался, - ехидно протянул стражник. - Ты, наверное, не совсем понимаешь, куда забрёл? Думаешь, что крепко сложен, сопляк? - патрульный оценивающе взглянул на Маркелла. - Здесь вопросы задаю я. А мне отвечают. Ясно и без шушуканья. А то я могу и по-другому спросить. Всё понятно, господа? - последнее слово стражник произнёс так, что было понятно и глухому, что уважением от него и не пахнет.

- Да что ты с ним лаешься? - смачно сплюнув, произнёс спутник патрульного. - Делать не хрен?

- Баста! - отрезал стражник своего напарника. - Харэ мне указывать! - патрульный повернулся обратно к королю и его тон резко стал другим: - Слышь ты, величавый, гони кошель да вали отсюдова, пока я добрый!

- Господа-господа, давайте не будем раздувать конфликт! - подал слово Владимир, но король жестом руки остановил своего советника.

- Прежде чем я "свалю", - Маркелл смотрел на стражника, стараясь запомнить каждую деталь его лица. - Я тебе обещаю, что при нашей следующей встрече, а она непременно состоится, ты будешь сидеть в камере в собственном дерьме и молить о пощаде.

- Ух как я испугался! - с издёвкой произнёс стражник. - В дерьме я свой мундир не замараю, не переживай. Гони кошель, иначе будешь не на коне красоваться, а ползать, как червяк будешь!

- А ты попробуй забрать, - произнёс Маркелл.

Вместо ответа патрульный кинулся вперёд, целясь дубинкой по ноге короля.

Маркелл с силой ударил лошадь каблуками, направляя её прямо на стражника. Тот, не успев отскочить, как соломенный тюфяк отлетел в сторону. Его напарник и торчок оказались юрче. Сзади заржал конь советника, пущенный галопом.

Выскочив на улицу, король пустил лошадь в сторону Нового града, не обращая внимания на крики позади. Владимир следовал за ним, отставая всего на десяток шагов. Пришлось сильно сбавить темп из-за узких, переполненных людьми, улочек, благо многие, увидав несущих всадников, сами прижимались к домам.

Через минут десять быстрой скачки Маркелл резко осадил лошадь, поворачиваясь к Владимиру. Снова провёл рукой по лицу, словно оно всё ещё было в слюне, хотя это было не так.

Где-то внутри него рядом с гневом зарождался стыд, который ранил не меньше ярости. Он такого не простит.

- Найди его! Сегодня же! К вечеру он должен сидеть в темнице, связанный и в обосранных штанах. Лично, Владимир, лично ты за этим проследишь! Он у меня в своём дерьме будет долго сидеть! - Король гневно сжимал и разжимал кулаки. - И я правильно понял - городская стража закрывает глаза на лунный порошок!?

- Боюсь, но так оно и есть...

- Тогда как мы можем бороться с наркотиком, если наши люди сами же его и покрывают! Что за абсурд, Владимир!?

Советник промолчал.

Внезапная догадка молнией вспыхнула в голове короля.

- И ты ведь знал это!? Знал, что городская стража замешана в расхождении дури по городу!? Ведь так, Владимир!?

- Да, - нехотя признался Элисон, - я даже склонен думать, что куплены не только патрульные, но и многие офицерские чины. И на сколько высоко поднимается эта лестница - мне страшно представлять.

- И почему я узнаю об этом только сейчас?! - возмутился король. - Почему это, чёрт подери, покрывается? Почему нам не провести рейд по Нищему граду?! Почему мы держим в рядах стражи пособников и сторонников, если и не самих участников картелей!?

- Чтобы не утопить "Терновник" в крови, - с тяжёлым вздохом ответил Элисон. - Чтобы не нарушить хрупкий баланс, в котором стражники, несмотря на коррупцию, шантаж и разбой, всё же служат короне и хоть как-то поддерживают порядок. Да, их остерегаются, их не уважают и мало кто ценит. Но если половину из них сейчас кинуть в темницу руками другой половины, то мы начнём междоусобную войну. Первоцвет запылает.

- Ты предлагаешь, просто закрыть глаза и ничего не делать!?

- Мы пытаемся найти источник, откуда берётся наркотик, - пояснил Владимир. - Структура особого назначения накрывает торговцев, когда те слишком громко заявляют о себе. И время от времени они показательно кого-то ловят из городской стражи, дабы остальным напомнить, что они не неприкасаемые. Но осторожно. Конфликт между С.О.Н. и городской стражей даже страшно представить.

Король недовольно сжал кулаки.

- И что я ещё не знаю, господин Первый советник?

Владимир развёл руками.

- Я стараюсь быть честным с вами, мой господин, и я сожалею, что скрыл такие неутешительные сведения о ваших подданных.

- Более не рушь мою веру в твою преданность, Владимир! Ты очень близко подошёл к этому! - голос короля дрожал от гнева и возмущения.

Советник вздрогнул. Словно его ударили. Он хотел что-то сказать, но открыл рот и запнулся. И только кивнул - коротко, устало.

- Ты верно служил моему отцу, ты, надеюсь, так же верно служишь мне, - продолжил король. - Я закрыл глаза на то, что твоя дочь служит Академии, что жена была верна ей до самой смерти. Не заставляй меня думать, что я ошибся в тебе!

При упоминании семьи Элисон напрягся, словно обвинения били не по нему, а почему-то более важному.

И потерянному.

- Я любил Сильвию... да, она была всей душой за Академию, но она верила в идеалы, которые ныне забыты в Белой школе, - холодным тоном ответил Владимир. - Раньше всё было по-другому.

- Вот именно! В прошлом! Сейчас Академия - что волк, готовый вгрызться в глотку Первоцвета! Не забывай об этом!

- Я не забываю, мой король. И я потерял семью, - голос Владимира резко потерял силу. Советник словно обмяк и стал выглядеть старым и измотанным. - Моя дочь не хочет меня видеть. Она так и не простила меня.

Король, смутившись, развернул коня и продолжил обратный путь.

- Раз мы заговорили за это, новых сведений за волшебницу не поступало? - нахмурившись, спросил Маркелл.

- Нет, Ваше Величество.

- Она слишком близко к Академии, - с неудовольствием проговорил Маркелл.

- Они два года назад её изгнали, - ответил Элисон. - У неё нет причин возвращаться.

- Может для того, чтобы увидеть твою дочь?

- Нет, - ответил Владимир. - Эланор прекрасно понимает, какие чувства питает к ней Катрин.

- Академия, я уверен, прознает за неё. У них больше влияния на Белый Камень. Как бы они не успели раньше нас.

- Меня уверили, что отряд С.О.Н. уже пущен по её следу. Они её выследят и догонят.

- Словно дикого зверя? - Рисат испытывающе посмотрел на своего советника.

- Нет, Ваше величество, Эланор не дикая. Она маленький, зашуганный, отринутыми всеми зверёк.

- Зря мой отец отпустил её тогда. Волшебницу нужно было держать при себе.

- Академия оправдала её. Ваш отец поступил так же. Эланор была...

- Владимир, - перебил его король. - Не важно кем она была. Важно то, что Первоцвет не может допустить даже шанса, чтобы последний маг перешёл на сторону Академии. Ни при каких обстоятельствах.

- То есть? - мрачно спросил Владимир.

Король посмотрел на Первого советника долгим, тяжёлым взглядом:

- Либо она присягнёт мне в верности, либо умрёт. Владимир ничего не ответил. Маркелл, ударив каблуком, ускорил шаг лошади.