# Башмак с крылышками

Сергей Васильевич Васильев

СМЕРШ- фронт в тылу.

-1-

Михаил сбавил ход и, прежде чем вывернуть из переулка на просторную родную улицу, остановился.

"Стоп. Спокойно, без спешки. Ну не был три года. Почти. Что ж теперь, вприпрыжку бежать?"

Закурил и не спеша, вразвалочку, пошёл по тротуару, присматриваясь к немногочисленной публике. Мужчины по большей части, как и он сам, были в "б/у"-шной военной форме без знаков отличия.

- Здорово, Николай, - обратился Михаил к поравнявшемуся с ним парню.

Тот приостановился, прищурился и узнал всё-таки под недельной щетиной приветливо улыбающееся лицо сверстника из соседнего двора.

- Мишка! Ну, ты... Хотя и здоровей видали.

Не забыл. А как забудешь? Сколько раз мутузили друг друга, когда двор на двор сходились.

И Николай теперь улыбнулся.

Пожали руки. Крепко пожали. А случилось это прямо напротив двери под вывеской "Пиво".

- Зайдём? По кружечке.

- Я две. Давно холодненького не пробовал.

Зашли, взяли пива, отошли к стойке у стены.

- С фронта, Миш? - Николай сдул пену.

- Угу.

Соскучившись, в один присест и вместе с пеной, почти полностью осушил свою кружку Михаил.

- А я всё-таки женюсь на твоей сестре. Понимаешь... - начал было Николай.

- Во! - показал кукиш Михаил.- Это я на твоей сестре женюсь.

Так уж тогда выходило, что влюблялись ребята в девчонок из соседнего двора. Из того, с которым воевали, что изрядно добавляло перца во все баталии.

Попрепираться не дал мужичок. Замусоленный весь какой-то.

- Пивка оставь чуток инвалиду-фронтовику, - обратился он к Михаилу.

Тот молча повернул полную кружку ручкой к просителю, допил первую и кивнул Николаю на выход.

Вышли. Быстрым шагом дошли до проходного двора, свернули.

- Миш, чего случилось?

- Этот дядя и рядом с фронтом никогда не был, а шёл он за тобой. Я видел.

- Ладно. Понятно. Спасибо, учтём, - отчеканил Николай и нахмурился. - А ты по какой причине такой бдительный?

- Служба. - Михаил показал красное удостоверение, на котором большими буквами значилось "СМЕРШ"*. - Нас интересует Меркур, дело которого ты сейчас ведёшь.

-Удостоверение открой, - Николай, контролируя условности в оформлении, пробежал глазами по строчкам, - старший лейтенант Михаил Петрович Чижов. Значит, не просто так, не случайно встретились?

- Угу. "Просто так" - это после войны.

- А чего не через начальство?

- Чем больше инстанций, тем больше вероятность утечки.

- Это понятно. Только... нельзя без разрешения. Не-по-ло-же-но.

- Кто спорит? Зайди напрямую к начальнику райотдела и в устной форме доложи, что СМЕРШ интересует Меркур. Думаю, он даст добро на сотрудничество, товарищ лейтенант Свиридов Николай Иванович.

- Он самый. Ты один или с группой?

- Не важно. Лучше о своих расскажи.


Не спеша пошли дальше. Семью Николая эвакуировали вместе с заводом за Урал. В коммуналке кроме него остался только дед Пантелей. Впрочем, и у Михаила всё было примерно также. Его родных вместе с фабрикой перевезли в Казахстан. По дороге их разбомбили. Отца ранило серьёзно. Сейчас поправился. В квартире из соседей остались баба Варя да дед Семён. Заходил он домой, переодеться в гражданское хотел. Не вышло. Раздался в плечах за три года. Отдал кое-что деду, тот усох совсем и портки латанные-перелатанные, да и рубаха в прорехах.

- Ничего, скоро все вернутся и всё наладится.

- Не все и не всё.

- Да, "не все". Я каждый месяц двадцать третьего числа рапорт об отправке на фронт подаю. Двадцать второго оперировали меня после ранения.

- Значит, толковый следователь, раз не отпускают. А я вот без дырок. Отец дал, на удачу, кусочек шинели Будённого**. Вот он меня на фронте берёг, а бате в тылу досталось.

- Чем Меркур вам интересен?

- Завтра. Дадут добро, всё и обсудим. - Чижов, прикуривая, повернулся от ветра, а после толкнул Николая в подъезд.

Чуть погодя мимо них прошёл тот мужичок из пивной.

- Ноготь на безымянном пальце правой руки у него сломан посередине, по всей длине. Странная травма. - Михаил выпустил почти круглое колечко дыма. - Лейтенант Свиридов, кто и почему за вами следит? Урки?

- Не-е, свои бдительные товарищи. Есть у нас один капитан... правильный. Тут молодой сотрудник пошутил неудачно на собрании и началось! Из комсомола гнать, из органов долой и, вообще, под суд таких нужно. Ну а я вступился. Вот теперь на меня материал собирают.

- А паренёк?

- Погиб в тот же вечер. Притон один мы проверяли, дошло до перестрелки.


-------

Из протокола собрания районного отдела милиции:

Капитан Лидаев: ...классовое чутьё у вас должно быть! За версту! По запаху!

Младший лейтенант Самохин: А если насморк?

-------


Вышли из подъезда и пошли в обратном направлении.

Вдруг Чижов резко остановился, будто вспомнил о чём-то.

- Николай, завтра я сам тебя найду.

Сам, так сам. Разошлись. У лейтенанта Свиридова тоже дел было в достатке. После злополучной череды краж соседей потерпевших, конечно, опросили, но вот живущие в подъездах напротив могли и видеть, и слышать гораздо больше.

Прошёлся, побеседовал.

Нет. И от них информации особо не прибавилось.

Никак не получалось найти хоть какую-нибудь зацепочку.

"Без зацепочки... то на месте топчемся, то по кругу ходим"


А погода была замечательная и репродуктор голосом Левитана обнадёживал улучшающейся обстановкой на фронтах. Весна 1944 года.

Ещё лейтенанту Свиридову следовало со своими сотрудниками прошерстить скупщиков краденого. Для ясности, так сказать. А то как-то совсем странно всё получалось: пять краж, а ни одной вещички из описей похищенного нигде не засветилось. Ни на малинах, ни в ломбардах, ни у подпольных умельцев. Вообще нигде и никак. Так не бывает.

"Чего-то не видим или не туда смотрим"

Лейтенант Свиридов вернулся в отдел. Опергруппа была в сборе.


Тем же вечером капитан Лидаев в своём кабинете читал докладную сотрудника службы внешнего наблюдения.

- Про этого... с кем Свиридов встречался, давай подробнее.

- С войны. Но не из окопа и не из штаба, - мужичок из пивной призадумался, - у тех дух у каждого свой.

- Дух у наших защитников у всех один - боевой.

- Так точно.

- Зачем совался? Думаешь, ты их срисовал, а они тебя нет?

- Зато рассмотрел.

- Тогда опишешь объект так, чтоб лучше, чем на фотографии получилось, и свободен.


В общем, каждый занимался своим делом.


-2-

Михаил, чисто выбритый и в цивильном, с тарелкой борща подсел к Николаю в столовой.

- Свободно?

Тот молча кивнул.

Усталым и мрачным был лейтенант Свиридов. Доел своё, встал и ушёл. Чуть повременив, Михаил последовал за ним. Приметил куда свернул Свиридов и по пути купил несколько пирожков в бумажном кульке.

Николай сидел на скамейке у подъезда в совершенно пустом дворе.

- Вот, для восстановления сил, - Михаил протянул ему раскрытый пакет с пирожками.

- Добро на сотрудничество начальник дал. Так зачем тебе Меркур?

- По нашей информации именно на него должен выйти немецкий агент. Они служили вместе у белых.

- Ясно. - Николай взял второй пирожок. - После милицейских курсов меня молодого, зелёного командировали за Урал опыта набираться. Там подряд несколько краж у местного начальства. И никто из тамошней уголовщины не в курсе. Рассказал, так между делом, следователю маститому Сенцову Александру Александровичу. Тот вечером встречается с Меркуром в ресторане и оба исчезают. Я в дураках.

- В ресторане, говоришь?

- Да, - потянулся за третьим пирожком лейтенант.

- Мне-то оставь.

- Там ещё один. Так вот, Меркур в то время был сотрудником столичного музея Иноковым Петром Петровичем. А изначально оба белогвардейцы. Меркур - капитан Зыбин Леонид Львович. Следователь -поручик Воронин Пётр Петрович. Из личного дела по месту работы фотография Меркура пропала. Есть он на общем снимке во втором ряду. Короче, ничего для опознания нет.

- А с чего ты взял, что там, за Уралом, грабил Меркур?

- Крал. Грабёж - это другое. По рисуночку. Башмачок с крылышками. Ты чего пирожок не будешь?

- Ладно, ешь. Вот почему Меркур. От Меркурия. Сандалии с крылышками. Взмахнёт и дрынь, как на мотоциклетке. Ищи-свищи.

- На мотоциклетке? - Николай замер с надкушенным пирожком. - Вот те...

- Так приметы какие-нибудь есть?

- Был блондин. Сейчас или седой, или крашеный. Может, и лысый. Глаза зелёные. Всё. Запрашивал архивы. Пусто.

- И на том спасибо. Значит, поищем не в архивах. Он же москвич?

- Пожалуйста. Москвич, москвич. Пакет в урну выбрось. Во-от. Такого большого числа краж в столице у него не было. Редко, единично, не в моём районе. А тут - бац! Пять подряд и все у меня.

- Значит, снова потребовалась большая сумма.

- Я рассказал, что он от меня один раз уже ушёл... и капитан меня сразу "на карандаш". Не возьму, значит, сообщники.

- Поручик Воронин Пётр Петрович? - переспросил старший лейтенант Михаил Чижов. - В исходных материалах по нашей операции такой не значился, но проверим. А фамилия капитана?

- Зыбин.

- Не Меркура, а того, что тебя...

- Лидаев. А тебе зачем?

- Для полноты картины.

Во двор, устав ждать, заглянул вчерашний мужичок. Увидел лейтенантов на лавочке и, сделав вид, что он из этого дома, проследовал в дальний подъезд.

- Какие ещё, товарищ лейтенант, грехи за вами имеются?

- Преступника отпустил.

- Вот те... ёрш за пазуху. Это как? - опешил Михаил.

- Митька Прохор на меня выскочил, а я растерялся.


-------

Из неприятных воспоминаний Николая Свиридова:

Треск выстрелов. Из окна второго этажа выпрыгивает человек и приземляется на четвереньки. Револьвер у Свиридова на изготовке, курок взведён.

- Встать! Руки за голову.

- Колёк? Ты чё в старого кореша пальнёшь? Это ж я, Митька.

Ствол непроизвольно опустился. А Митька, привставая, бросил горсть пыли с песком в глаза "старому корешу". Приёмчик старый, но верный. И всё. Нет его. Только крик на прощание: "А я тебя, Колёк, прирежу!". И упрёки выбежавших из подъезда: "Эх, лейтенант..."

-------


Помолчали каждый о своём.

- Грозился зарезать, - Николай осилил четвёртый пирожок и тяжело вздохнул.

- Значит, учебник за поясом носи, - вздохнул и Михаил.


-------

Из неприятных воспоминаний Михаила Чижова:

Обещал Мишка отцу, что на второй год не останется. Вот и ходил долги всякие отрабатывать. А то других дел нет. В общем, поздно из школы домой шёл. И на тебе, компания из соседнего двора...

- Получай! - резко и зло крикнул Митька.

Блеснул нож. Удар прямо в живот пришёлся.

И разбежалась вся компания. Только Николай остался. А Мишка больше был расстроен пробитыми курткой и книжкой. Матери и учителю что скажешь? Хорошо крови, считай, не было.

-------


- Тогда его Ёрш "на слабо" подначил.

- Угу. Только другие не подначились.

С того случая драки сами собой на нет сошли. Одно дело - носы квасить, другое - резать тех, с кем в одной школе учишься.

Ещё помолчали и к общей, сегодняшней, задаче вернулись.


- Меркуру зачем-то нужно много денег. Кому из уголовной среды по силам за короткий срок скупить столько драгоценностей? Скорее всего, за золото.

- По заявлениям украдено больше, чем могут взять местные барыги.

- А ювелиры?

- Они сейчас наперечёт и все под контролем. Но пройду сегодня с ребятами по основным. Побеседуем.

- Ордера на обыск без фамилий можешь сделать?

- Нет. Для ордера на обыск требуется основание.

- Бюрократ. Зачем я тебе два своих пирожка скормил?

- Не шути так. Закон следует соблюдать.

- Война!

- Война закончится, а законность не должна ни заканчиваться, ни прерываться, - нахмурился лейтенант Свиридов. - Не дадут ордер без оснований.

- Понял. Не набычивайся. В деле золотые червонцы фигурируют?

- Да. Ты всё к тому, что нужно искать персонажей с большими деньгами?

- Тебе? Да. Мне нужен тот, кто всё это взял - Меркур.

- Ладно. Будем считать обед оконченным. Я в отдел. Отработаем с ребятами ювелиров. Когда появишься?

- По потребности. Значит, говоришь, глаза зелёные, а основная примета - отсутствие всяких примет?

- Плюс возраст. Возраст особо не спрячешь.

Вышли из двора и разошлись в разные стороны.


Отработать всех намеченных ювелиров не получилось. На втором адресе дверь была нараспашку. Хозяин квартиры судорожно крутил диск телефона, пытаясь вызвать милицию. Ограбление. Убит престарелый отец самого хозяина. Пришлось вызывать всю опергруппу. Вскоре прибыла и прокуратура.

Свиридов послал сотрудников опрашивать соседей и за понятыми.

- Зачем они папу убили? Нет у нас дома ничего особенно ценного.

- А где есть?

- Нигде. Не те времена.

Подошёл эксперт. Отозвал Свиридова в сторону.

- Ножевое. Примерно пару часов назад. Сначала побили старика. Подробности позже. Ещё одет он не по-домашнему. Вроде как пришёл недавно. Костюмчик-тройка шикарный, правда, не новый. Что на туфлях перечислю завтра. Ещё за отворот брюк прицепилась белая нитка. Невеста...

- Брось ты эти свои... какая невеста у трупа.

- Ну, тогда он ещё жив был.

- Брось, я сказал! Отчёт завтра, а предварительные результаты через два часа.

- Так жена ругается, что я пропадаю вечерами неизвестно где!

- Дождёшься. Проинформируем её, где ты...

- Не-е. Лишитесь ценного сотрудника.

- Через два часа, - лейтенант обернулся, почувствовав взгляд.

В дверях стоял Чижов, форма на нём была отутюжена, над левым карманом ряд наградных плашек.

- Лейтенант Свиридов, разрешите вас на минутку.

Ушли на кухню и закрыли дверь.

- Меркур?

- Скорее, под него. Да, рисунок есть. Эксперт сверит. Но Меркур не убивал раньше никогда. И работает он один. А тут, похоже, двое. Правда Меркур и без мокрухи, считай, на три вышки набрал.

- Угу, не мелочится дядя, - старший лейтенант Чижов поскрипел сапогами. - Кстати, о ниточке. Портные и зубные высокого полёта вполне в состоянии заплатить золотом за мешочки от Меркура. Мне эти деды не интересны. Объект у них больше не появится. А ты сыскарь опытный. За какие-нибудь раствор-краску-побелку уцепишься. И ордера на обыск для такого дела выбьешь.

- Дельная мысль. Проверим, проработаем.

- Ладно, движемся дальше.

- Судя по внешнему виду, собрался в ресторан?

- Угу. Тоже прорабатываем разные варианты.


Чижов и почти вся его группа, действительно, разошлись по столичным ресторанам. Только этим вечером Меркур прогуливался с шахматной доской подмышкой по аллее парка Горького.

- Партию, Леонид Львович? - окликнули его со спины.

- Давайте, - Меркур обернулся и присмотрелся, опознавая окликнувшего, - Михаил Романович? Сколько лет, сколько лет...

Присели на лавочку и неспешно повели игру при неспешной же беседе.


-------

Из инструкции Абвера по вербовке агентов:

При отрицательном результате объект должен быть ликвидирован.

-------


За размеренной партией выяснилось, что бывший подпоручик Бурковский Михаил Романович довольно давно работает на немецкую разведку. В основном, по офицерскому составу бывшей Белой гвардии. Приходилось ему и знакомых сослуживцев встречать. Некоторые вот отчего-то во французское Сопротивление подались.

Меркур нахмурился, внимательно глядя на шахматную доску.

"Сволочь вы, подпоручик. Или какое там у вас сейчас звание. Одно дело - русскому с русским каждому за свою правоту биться, другое дело - братьев своих выдавать и иноземцев домой приводить. Обстоятельства, говорите, так сложились? Если не устраивает, как сложились, следует перекладывать самому"

- Вам шах, - завершил короткой фразой свои размышления Меркур.

Бурковский ухмыльнулся и через несколько ходов ухмыльнулся ещё раз.

- А вам мат!

- Хорошо, - кивнул Меркур, - так чем я могу быть полезен?

- Мне нужны прямые выходы на снабженцев среднего звена. У вас достаточно материала на них, - Бурковский пытался в движениях Меркура прочитать ход его мыслей. - И ещё организовать работу диверсионной группы.

Меркур не спеша складывал фигуры в доску.

- Как бывший инженер сапёрных войск? А группу наберёте из уголовников и дезертиров?

- Да. Кадровых военных не обещаю.

Меркур понимал, что отказываться нельзя, но и присягу один раз дают. "Его Императорскому Величеству Всероссийского престола..." Нет Императора, нет престола, но Россия-то, слава Богу, есть! И даст Бог, многое осилит.

- Мне нужно три дня, чтобы погасить все задолженности. Поднакопились и будут отвлекать.

- Двое суток. Послезавтра, примерно в это время, я вам представлю нашего человека.

- Хорошо, - чуть помедлив, кивнул Меркур. - Давайте в ресторане у...

- Ресторан выберу я, - Бурковский достал газету из кармана, - Какой прочитаете вот в этой газете, вот в этой колонке объявлений. И не вздумайте...

- Боже упаси. Слово офицера.


В это же время капитан Лидаев читал очередной отчёт своего доверенного агента. Мужичок тихо сидел на стуле у двери.

-Видок у тебя пропойный. Но сотрудник полезный.

Зазвонил телефон, капитан кивнул агенту, чтобы тот вышел и поднял трубку.

- Капитан Лидаев слушает.

...

- Так точно, товарищ полковник.

...

- Слушаюсь. Будет исполнено.

Капитану в нескольких словах объяснили, что человек, встречающийся с лейтенантом Свиридовым, офицер СМЕРШ. Про него следует забыть и даже не вспоминать никогда.


-3-

Утром до дежурного звонка будильника Николаю Свиридову поспать не дали.

- Хватит дрыхнуть, лейтенант, - потрепал его за плечо Михаил Чижов. - Чай у тебя есть?

- На кухне.


За чаем Михаил выложил на стол несколько фотографий.

- Вот тебе и Меркур.

- Откуда?

- От верблюда. Если он родился, значит, крестился.

- Ну?

- Лапти гну. Просыпайся, давай. Если крестился, значит, есть крёстная. Кстати, вполне приличная старушка. Из числа добросовестных совслужащих. Крестника любит, бережёт его фотографии. Ну, в годовалом возрасте он нас не заинтересовал, а вот карточки двадцатых и даже тридцатых годов нам понравились. Бери. Это твои экземпляры. Кстати, он её не забывает, навещает, помогает.

- В розыск? Или засаду?

- Ни в коем случае. Уйдёт. Это дедам предъявлять будешь. Наметил?

- Да, ювелир после нашего ухода обзвонил с десяток родственников. Адреса установлены.

- Считай, на целый день работы. Не заскучаешь. Только вложения эти планировались как долгосрочные. Потрошить шкафы и подушки смысла нет. Ищите свежие кладку и штукатурку.

- На месте разберёмся. За фотографии спасибо. Это большой плюс.

- А вот с продуктами у тебя минус. Утром одной "курятиной" питаешься? - Мишка кивнул на пачку папирос. - И как только на таком харче "внутренние органы" работают?

- Не шути. Сейчас, считай, все так. Кто своим трудом...


И ушёл было старший лейтенант в своём направлении, но вдруг вернулся.

- Николай, извини... - замялся он, - даже если будет повод, не волоки стариков в кутузку. Совет. Просто совет.

- И с чего такой совет?

- На лесоповале с них толку не будет, а дипломатическому корпусу, артистам, плюс э-э-э... тэ дэ... придётся щеголять в костюмчиках от ширпотреба и с плохими зубами. Ты с прослушки их телефонов больше узнаешь.

- Ладно, учту. - Николай кивнул.

Обходил его Мишка по всем статьям. Иной подход к решению похожих задач. Возможностей больше. Или шустрости?


Десять адресов, это вам не кабан чихнул. С какого начать?

А по порядку звонков ювелира.

Портной был в изрядном возрасте, но с ним проживал и его совсем древний отец.

- Аарон, это полиция? - полюбопытствовал он из инвалидной коляски.

- Мы из милиции. Народной милиции, - пояснил Свиридов.

- Полиция, дедуля, была за богатых, а милиция теперь за народ, - подключился пребывающий в хорошем настроении эксперт.

- Чем могу? - прервал политбеседу хозяин квартиры.


Далее, согласно установившемуся порядку, следовали предъявление фотографии Меркура опрашиваемым и их стандартные увиливания.

- Вижу, что юноша из хорошей семьи. Но зачем я буду засорять вам память тем, чего сам не помню?

Пригласили понятых. Начали тщательный осмотр всех комнат.

- Аарон, что такое? У нас двадцать пять лет не было обысков. Только околоточный пару раз заходил, - вновь пробудился старейший.

- Участковый, - поправил его проходящий мимо оперативник.

В дверном проёме появилась довольная физиономия эксперта-криминалиста. Нашлась краска, как на подошвах туфель убитого вчера престарелого отца ювелира.

Пришлось сходить в машину за монтировкой. Выковыряли пару кирпичей у основания печи. Извлекли пакет, перевязанный бечёвкой.

- Вы знаете, что здесь? - начал совсем уж официальную часть беседы лейтенант Свиридов.

- А, не знаю я, откуда это взялось. Здесь столько народа ходит.

Вскрыли пакет при понятых. Действительно драгоценности. Частично соответствующие описаниям по одному из заявлений.

- Может, это от прежних хозяев осталось? - предложил свою версию погрустневший портной.

- Нет. Драгоценности украдены недавно и газетка не дореволюционная, - лейтенант побарабанил пальцами по спинке стула. - Это срок. И большой срок, за хранение. А скорее всего, и за скупку краденого.

Разложенные ценности заняли почти весь раскроечный стол.

- Володя, - обратился лейтенант к эксперту, - всё отснять и переписать поштучно.

- Твою дивизию! - не сдержался тот, - да я столько букв не знаю! И плёнки тю-тю.

- Разговорчики!

- Слушаюсь.


То, что первая поклёвка дала такую увесистую рыбину, ещё не повод летать в облаках. Свиридов, оставив одного оперативника и эксперта, переместился далее по списку.

Ситуации и беседы повторялись с минимумом разнообразия.

...

- Тут всё время течёт крыша. Откуда я знаю, может, это от сырости, или те, кто чинил, забыли.

...

- Ко мне приходят за зубами. Вот покажите мне его зубы, и я скажу, что я его видел или ещё нет. Зубы - важное дело. Все родственники говорили Яшиному сыну. Хороший мальчик. Но он не стал делать зубы. Он стал делать детям книжки.***

...

- Почему сразу краденное? Юноша из приличной семьи предложил наследство. Трудные времена, нужно помогать друг другу. Откуда я знал, что это не его?

- Этот? - Свиридов снова показал фотографию Меркура.

- Я так плохо вижу... разволновался. Давление.

...

- У меня была свобода и хорошее дело. Дело принесло деньги. Деньги принесли ценности. Теперь вы забрали ценности. Оставьте хотя бы свободу делать, что я могу хорошо.

- В ограниченном варианте. До полного прояснения всех деталей место жительства не покидать.

...

На семи из десяти адресов были обнаружены одинаково упакованные ценности. Это при пяти заявлениях о кражах. Пришлось привлекать сотрудников из других опергрупп.


В отделе Свиридова, несмотря на поздний час, дожидался начальник.

- Хорошая работа, лейтенант. По всем заявлениям есть результат?

- На два больше. Кто-то не стал к нам обращаться.

- Н-да. Тут твоими успехами многие заинтересовались. Понимаешь?

- Знаю. Но не понимаю. - Свиридов чуть помолчал и пояснил, - телефоны в квартирах на контроле. Всех фигурантов пока оставил под подпиской о невыезде.

- И то дело. Бежать им не-ку-да. Ладно, отдыхай. Молодец.


Начальник ушёл, а Свиридову ещё предстояло проконтролировать прибытие и оформление изъятого, организовать смену наблюдения и прочее, прочее, прочее...

Дома на кухне его ждал Михаил в цветастом переднике уехавшей соседки.

- Предлагаю пюре картофельное с тушёнкой баночной. Деда Пантелея я покормил и спать уложил. Тебе, как герою дня, отдельно готовлю, ну и себе второй ужин. В заинтересованных и причастных кругах разговоры только о сегодняшних изъятиях. Всё нашёл?

- На два пакета больше.

- О! Занятно, но понятно. Заявлять не стали те, кому такие цацки не по чину. Постеснялись, в общем.

- Ещё все эти деды - братья. Двоюродные, троюродные...

- Таки они вообще все всех своих считают родственниками. Меркур по рекомендации от одного к другому перемещался. А убитый дедок, скорее всего, за эксперта-оценщика у них был. Был, был... И у меня новость. Меркур заходил к своей крёстной. Денежек оставил, карточки продовольственные. Сказал, что уезжает неизвестно на сколь долго. Никак нельзя пропустить его встречу с агентом.

- Может, она уже была.

- Предварительная? Вполне возможно. А вот передача местной агентуры должна быть обставлена приятным для Меркура образом, - Михаил щедро добавил к картошке тушёнку.

- В ресторане? - Николай достал вилки, подумал и заменил ложками.

- Угу.

Ели прямо из кастрюли.

- На складах проявлен интерес к взрывчатке. А Меркур... он же Зыбин Леонид Львович - сапёр с боевым опытом. Диверсии намечаются. И этого допустить нельзя, - Михаил облизал свою ложку. - Важный завтра день. А сегодня кастрюлю моешь ты.

Чаю попили, покурили.

- Коля, ко всем мелочам самое пристальное внимание. Дело к развязке идёт. Не промахнуться бы. Нам нужно сработать слаженно. По мере прояснения обстановки, я к тебе подойду. Отдыхай.

Ночь была тихой. Жаль, недолгой.


-4-

Бумаги, бумаги, бумаги...

Дело о кражах пухло, как хлеб в печи у хорошей хозяйки. Только лейтенанта Свиридова это не радовало. Выход на самого Меркура не вырисовывался. К крёстной он больше не появится. Мишка мог его там взять, но не взял. Мишке нужен не Меркур, Мишке нужен агент.

Почти весь день в чернилах. Несколько раз отвлекали свежей оперативной информацией. Ближе к пяти часам позвонил Михаил.

- Николай, выйди, прогуляемся.


В скверике старший лейтенант гонял с мальчишками мяч. Увидел Николая, подошёл.

- Ну, пацаны меня упарили. Что интересного, Николай?

- Трём бандам дали указание покружиться у трёх ресторанов.

- У меня информация по четырем. А в принципе, этой разношёрстной махновщиной может кто-то управлять?

- Сходка может прийти к соглашениям. Только сходок никаких не было.

- Ладно, давай сверим. - Свиридов достал из нагрудного кармана карту.

Присели на лавочку. Пару раз отфутболили мяч обратно ребятам. Совпадала только одна точка, а три ресторана вообще не упоминались.

- Похоже на дезу. Значит, нужно клюнуть.

- Почему?

- Чтобы нас за лопухов держали. Уголовников, скорее, в тёмную используют. Для отвлечения внимания и сил правоохранительных органов.

- "... в тёмную"? Пожалуй, да. Одно дело - уголовщина, другое - на немцев работать. Тут их и свои не поймут, - кивнул Николай.

- Тогда так. Вот в эти шесть точек к девятнадцати часам направляешь людей и в двадцать часов проводишь проверку документов. Ещё контролируем телефоны. Посмотрим, куда будут об этом шухере докладывать.

- Кутузов, у меня в группе четыре человека вместе с криминалистом. И районы не мои.

- Значит, организуй соседей и изыскивай резервы. Люди должны быть не наши, а ваши. Хорошо известные преступным элементам. Я буду вот здесь.

- Губа не дура.

- Угу. Вот как доложат, что везде идут проверки, агент и встретится с Меркуром. Его мы теперь опознаем. Если я всё правильно рассчитал. Здесь проверяем всех, вплоть до исподнего. Можно и подробнее.

- Миша! Кто? Милиция до утра с задержанными возиться будет. - Николай начинал злиться.

- Ну, так мы с тобой. Ты ж меня не бросишь? Управишься в своём общепите и подруливай к нашему. Только внутрь не суйся. Слишком знаменитый стал. Распугаешь злодеев грозным видом. Шучу. Это у меня нервное. У нас с тобой на всё про всё два часа. Шевелимся.

Михаил встал и быстрым шагом пошёл из сквера.

"Шевелимся? Тут и бегом не успеешь!"

Николай на ходу просчитывал порядок звонков в соседние отделы.


К семи вечера распределённые оперативники разошлись по ресторанам, а к восьми подтянулись, сменившиеся чуть раньше, сотрудники из нарядов и караулов.


Михаил, при полном параде, болтал о том о сём с очень привлекательной девушкой из артистических кругов. Ей, может, больше импонировали лётчики, но Михаил был молод и заразительно энергичен. Ну и что, что всего лишь старший лейтенант.

Меркур же, приятственно для себя, вкушал поданные блюда через столик от Михаила. Старший лейтенант видел его, только если девушка чуть отклонялась в сторону.

В дальнем углу, за эстрадой, находился ещё один интересный для наблюдения объект.

После восьми часов распорядитель зала несколько раз подходил к сидевшему там человеку.

В итоге располагавшийся за удалённым столом сухощавый мужчина встал и направился к Меркуру.

- Угу, - вырвалось у старшего лейтенанта.

- Миша, никаких "угу". Вдохновение должно снисходить...

Чижов изобразил согласие со своей собеседницей. А вот всё внимание старшего лейтенанта было там, через столик. Требовалось и не вспугнуть, и не упустить момент.


- Добрый вечер, Леонид Львович, - кивнул Бурковский.

Меркур кивнул в ответ, молча, поскольку только что начал жевать кусочек отбивной, и указал подошедшему на стул рядом с собой.

- Итак, вы согласны.

- Контингент покажите, тогда и приму окончательное решение.

Бурковский подозвал официанта. Это был условный сигнал. К столику Меркура подошёл мужчина крепкого телосложения. Раскланялся.

- Вы Меркур? Польщён личным знакомством. Как-то раз вы обчищали и моё жилище. Но дело прошлое.

Официант принёс графин водки, закуски. Меркур, прожевав очередной кусочек отбивной, вытер губы салфеткой.

- Кто у вас под началом, товарищ Потаев?

Тот извлёк золочёный карандашик из нагрудного кармашка и написал на салфетке три слова.

Меркур взял салфетку, прочёл, скомкал, поджёг и, прикурив, бросил в пепельницу.

- Слабовато. А третий номер занялся плагиатом.

- Милиция хорошо работает. Что до подражателей... подчерк ваш заразителен. Впрочем, сами им претензии и выскажете, - улыбнулся товарищ Потаев, беря графин.

Меркур шмыгнул носом... Извиняясь, чуть наклонил голову и потянулся в левый карман брюк.

Потаев замер с графином в руке.

Бурковский натянуто улыбнулся.

Меркур достал носовой платок, напряжение у собеседников спало.

Леонид Львович аккуратно промокнул нос и снова опустил руку под стол.

Раздались два приглушённых хлопка. Третий и четвёртый выстрелы Меркур сделал по люстрам для создания суматохи. Получилось. Визги дам, вскакивающие со своих мест офицеры. И тут погас свет. Ненадолго. В общем, Меркур снова исчез. За его столиком остались только два корчившихся враждебных элемента.

Чижов, отметив, что трое из его группы бросились в сторону кухни, выскочил на улицу.

Тёмная фигура бежала по коньку громыхающей железной крыши.

Винтовочный выстрел.

Мимо.

Ещё винтовочный выстрел.

Мимо.

Это Свиридов подоспел со взводом охраны.

Лейтенант чертыхнулся, взял винтовку у бойца, поставил локти на высокие перила.

Выстрел.

Фигура на коньке крыши взмахнула руками, рухнула и загромыхала, скатываясь в сторону двора.

Раздался крик падающего.

Пока добежали, во дворе никого уже не было.

На чердаке пусто. Перед слуховым окном лейтенант Свиридов замялся.

- Миш, это... на забор, на дерево... ещё могу, а тут.

- Угу, - кивнул старший лейтенант, выбираясь на крышу.

Вот почему после курсов стрелков в Осоавиахиме Николай не пошёл с Мишкой в парашютисты, а подался в мотогонщики.

"Высоты боится. Ну, да ладно"

На крыше было пусто.

Обход по квартирам тоже ничего не дал. Один момент запомнился Свиридову.

На верхнем этаже он позвонил в дверь. Открыла женщина в концертном платье. Играл рояль.

- Здравствуйте. Вы не слышали крик падающего во двор человека?

- Нет. У нас окна на улицу и идёт репетиция. Ночью уезжаем с концертами на фронт.

- Извините.

- Ничего, ничего.

Дверь закрылась.


За столиком Чижова ждала несколько раздражённая девушка.

- Миша, вы не заплатили.

- О! Уже "на Вы"? Сейчас всё исправим. - Чижов подозвал растерянного официанта.

Оплатил.

- Извини, проводить не могу. Тут вот видишь что.

Смягчившаяся было девушка, снова надула губки и ушла.

Сейчас Чижову было не до любезностей.


- Лихо он нам их сдал, - прохаживаясь вокруг столика, за которым сидел Меркур, рассуждал старший лейтенант, - пули, наверное, надпилены были. Жуткие ранения. Они за обезболивающее всё расскажут. Второй из начальства?

Раненых как раз выносили санитары. Крови было немного.

- Из начальства. Но не из большого. Втёрся гад.

- Встречаются... Кстати, из сотрудников не самого большого уровня можно выудить больше информации. Стоп. - Чижов аккуратненько разобрал осколки люстры под стулом Меркура. - Вот те! Цела салфеточка. А я своими глазами видел, как он её сжёг. Это, Николай, по твоей части. Скорее всего, список главарей, согласившихся на диверсии. Ну, артист!

- Артист, говоришь? - Свиридов отогнал появившиеся сомнения. -Ладно, позже проверим. Список сейчас отработаем. И ещё мотоциклист...

- Какой мотоциклист?

- Не-зна-ю. Но в нескольких эпизодах дела соседи слышали звук то ли отъезжающего, то ли подъезжающего мотоцикла. Сегодня вот тоже слышали. Свербит у меня одна мыслишка...

- Свербит- почеши.

- Опять ты. Я серьёзно.

Николая эти сведения беспокоили потому, что попадался ему на глаза несколько раз бывший знакомый по секции мотогонок - Паша. Никто его в то время обогнать не мог. С фронта Паша пришёл по ранению. Ступню ампутировали. Да. Отец у него из попов, но не верилось Николаю, что Паша взялся помогать Меркуру.

- Без ступни и на мотоцикле гоняет? - Чижов покачал головой.

- Маресьев без двух и на самолёте. Только никак не могу я к нему с подозрением...

- Всех подозревать - рехнёшься. Давай мобилизуй ещё кого сможешь и по списку.


"Вот те..."

Как мог промахнуться Николай, Михаил не понимал. После междворовых потасовок они вместе получили "Ворошиловских стрелков". Только Николай был лучшим на курсе. И здесь с упора стрелял. Практики не было?

"Отставить!" - скомандовал себе старший лейтенант.

Меж тем поставленная задача выполнена.


-------

Из представления к награждению:

...группа под командованием старшего лейтенанта Чижова М.П. в кратчайшие сроки выявила и нейтрализовала агента немецкой разведки, информатора в руководстве сов. органов. А также не допустила создание сети информаторов и предотвратила организацию диверсионной группы из числа уголовных элементов...

-------


Что, дело сделано? Пора обратно? Нет. Ещё кое-какие вопросы остались. Руководство пару суток "на отдых" даст... Часов тридцать точно даст.


-5-

Москва для приезжих большая. Для самих москвичей, вроде как, и не очень. Если знать, где покороче пройти, так и вовсе небольшая. Старший лейтенант проходными дворами повилял изрядно. Ясность была нужна. Иначе неудовлетворённость итогами работы омрачит дальнейший путь. Полковник так говорил. Может даже и не шутил.

В общем, набегался Чижов и сам, и двух, оставленных ему в помощь, сержантов запарил.


Вечером, когда Николай шёл домой, его догнал Михаил.

- Как дела?

- Как сажа бела. Получается, что Меркура снова я упустил.

- Получается. Кроме того, что?

- Катавасия с выдачей изъятого, - Свиридов махнул рукой.

- Это как?

- Приходят пострадавшие с жёнами. Мужики на взводе, у женщин глазки бегают. Признают только то, что заявляли, от большей части своего пакета отказываются. Вижу, как им жалко, но по бумагам отказываются. Моё "вижу" к делу не пришьёшь.

- Партийные билеты, пухлые удостоверения и правильные речи - не гарантия кристальной чистоты. Увы.

- А одна хотела всё взять. Сказала, что забыла указать конкретно. В заявлении, действительно, значится: "разные украшения". Муж глаза вытаращил: "Откуда?". А она: "Так людям кушать нужно. Мне Михал Михалыч твой паёк приносил". Он: "Я своё довольствие на фронте получал!". А она: "А Михал Михалыч сказал, что мне, как жене героя войны, положено". В общем, в Ленинграде дамочка драгоценности на продукты выменивала. Так он всю кучу мне подвинул, и своё обручальное кольцо сверху положил. Говорит: "Всё в Фонд обороны. Оформляй. Подпишу".

- Помирятся.

- Да ну?

- Угу. Герои войны, они на войне герои. А в домашних баталиях... У меня ещё интереснее. Пашу-мотогонщика мы просмотрели и проверили. Наш. Можешь не париться. Я сам с ним разговаривал. Во-о-т... Зачастил к его отцу-батюшке один прихожанин. Меркур, разумеется. Так он треском своего мотоцикла и не давал оному жить в мире и спокойствии. О слежке там речи не шло. Но дальше, ещё интереснее. Вы банды из списка взяли?

- Две залётные быстро окучили, а с одной местной повозились. Они же все норы знают. Ребята из военизированной охраны помогли на Товарной. Долго не продержим. Предъявить им особо нечего. Кстати, у двоих лопины на ногте, как у того мужичка.

- Вполне возможно, что это метка. Проверить нужно.

- Да, я ребятам сказал. Тут без шума требуется.

- Для верности я и своих извещу.

- Не помешает. Так зачем Меркур к попу ходил?

- А Меркур через этого попа-отца-батюшку передал вырученное золото в американское посольство. Сам со служителем беседовал. Я ему: "Гражданин Сиротин, вам передавались денежные средства?". Он мне: "Передавались". Я ему: "И где они?". А он мне: "Самолёт у американцев купили, уж на фронте". Проверил. Да. Истребитель прибыл в часть.

- Вот те... поворот. Так быстро? - даже приостановился Николай.

- Угу. Золото плюс родственные связи попа. Вот те и "вот те".

- Мы и без этих антисоциальных элементов победим. Чуждые они нам.

- Победим. Да. Чуждые. Только это наши "чуждые". Ты бы видел, как штрафбаты шли в атаку.

- Слышал: "За Родину, за Ста... вили". Хотя, может, и увижу. Мне дали добро на фронт.

- Не увидишь. Граница****. Значит, на фронт? Да... начальство тебя бережёт. На фронте оно, как получится, а тут капитан точно под статью подведёт. Может, и расстрельную. На войне... там не всех убивают.

Михаил достал из кармана кусочек шинельного сукна, ножичек из под манжета рукава гимнастёрки, разрезал оберег пополам.

- Держи вот. Меня берегла эта штука, может, и тебя побережёт. Родня будущая как-никак... со стороны жены.

Теперь Николай показал кукиш.

- Во!

- Ладно, понял. Тебя спрашивать не будем. Шучу. Удачи!

Пожали друг другу руки. Крепко. После подумали чуть и обнялись. Кто знает, то ли придётся ещё встретиться, то ли...

А Зыбин Леонид Львович, он же Меркур, под новым псевдонимом вместе с артистической бригадой тем временем приближался к резервным частям наступающего фронта.

Это эпизоды заканчиваются.... Жизнь продолжается.


*СМЕРШ - сокращение от "Смерть шпионам" в названии контрразведывательных организаций. Это, как финальный приговор, а изначально старались взять шпионов живыми.

** Будённый вспоминал, что бойцы Первой конной разрезали его шинель на амулеты. Пули сторонились Семёна Михайловича.

*** Можно углубиться в биографию Маршака.

**** За пределами территории СССР штрафные батальоны не использовались.


Начало - "Выбираемые обстоятельства".