# Общая комната

Елизавета Величко

Пять отдельных жизней, в каждой из которых - своя усталость, своя боль, своё молчание. Их ничего не связывает, кроме одного: странного сборника медитаций с белой обложкой, без имени автора, без издательства, без пояснений. Они закрывают глаза и слушают один и тот же спокойный голос, который ведёт их через дыхание, через тело, через безопасные места и сострадание. И постепенно - медленно, незаметно - каждый начинает чувствовать: он не один. Кто-то дышит рядом. Кто-то расслабляет тело одновременно с ним. Кто-то стоит за спиной в его собственном безопасном месте. Тридцать одна медитация. Тридцать одна дверь. Последняя открывается не внутрь - а наружу

Общая комната

Медитация 7. Воздух

Аудиодорожка: мягкий гул, затем голос низкий, спокойный, без спешки.

Устройтесь удобно. Позвольте позвоночнику быть прямым. Руки лежат на коленях. Глаза закрыты или прикрыты

Марина услышала голос и сразу расслабила плечи. Она не знала, кто этот человек мужчина или женщина, голос был каким-то средним, подобно спокойной волне. Он не принадлежал никому и поэтому мог принадлежать каждому.

Квартира была пустая. Кот ушёл к соседям опять. На кухне немытая чашка, но это потом. Сейчас только голос.

Сделайте вдох. Медленный. Заполняйте лёгкие от низа вверх

Она вдохнула. Пахло лавандой она зажгла палочку перед тем, как нажать play. Или это пахло не лавандой? Что-то ещё. Что-то чужое, но знакомое. Марина отпустила мысль.

...И выдох. Отпускайте напряжение с воздухом

Я не могу перестать думать о нём. Мысль пришла сама собой, как приходит насморк зимой. Три года. Разговор. Дверь. Тишина после двери вот что самое тяжёлое. Не сам разговор, а эта тишина, которая заполняет квартиру, как вода заполняет трюм.

Если пришли мысли просто отметьте их. Не гоните. Позвольте им пройти, как облака

Облако. Хорошо. Она представила облако. Серое, тяжёлое. Оно плыло над ней, и она смотрела на него снизу, и оно двигалось, действительно двигалось медленно, но уходило.

Подождите. Я чувствую что-то.

Рядом. Не в квартире рядом внутри. Как будто кто-то тоже дышит. Не страшно. Скорее как будто в пустом кинозале кто-то сидит несколько рядов впереди. Ты не видишь, но знаешь.

Сделайте ещё один вдох

Она вдохнула и почувствовала, что вдохнул кто-то ещё.

Медитация 12. Тело

Аудиодорожка: тибетская чаша, долгий вибрирующий удар. Потом тишина десять секунд. Потом голос.

Сегодня мы работаем с телом. Не с мыслями о теле с самим телом

Андрей сидел на полу. Вернее на коврике для йоги, который купил два месяца назад и который до сих пор пах резиной. Офисная квартира, тридцать шестой этаж, город за окном весь в неоновых надписях и грязном снеге.

Он закрыл глаза.

Перенесите внимание на макушку. Почувствуйте её

Чушь. Он не чувствовал макушку. Чувствовал затылок там болело, как всегда после рабочего дня. Монитор. Экраны. Двенадцать часов. Числа, таблицы, письма, которые надо ответить ASAP (As Soon As Possible).

Если не чувствуете это нормально. Просто направьте внимание туда. Намерение достаточно

Намерение. Андрей попробовал. Послал намерение в макушку. И странное дело что-то откликнулось. Не физическое ощущение, а скорее тёплая точка. Как будто кто-то прикоснулся пальцем.

Теперь опустите внимание ниже. Лоб. Виски. Область вокруг глаз

Он опустил. Лоб был напряжён. Всегда напряжён. Он позволил ему быть напряжённым не боролся, просто заметил.

Зачем я это делаю?

Вопрос пришёл не как обвинение, а как искреннее недоумение. Тридцать четыре года. Квартира, которую он снимает за деньги, которые зарабатывает на работе, которая которая какая? Он не мог закончить мысль.

Челюсть. Расслабьте челюсть. Многие держат напряжение там и не замечают

Он расслабил челюсть. И тут снова. Это чувство. Что он не один. Не в мистическом смысле а буквально. Будто в комнате есть кто-то ещё. Он даже чуть не открыл глаза, но голос сказал:

Не открывайте глаза. Оставайтесь внутри

И Андрей остался.

А где-то в этом же пространстве он не мог этого объяснить кто-то другой тоже расслабил челюсть.

Медитация 19. Безопасное место

Аудиодорожка: звук воды. Небольшой ручей. Голос начинается почти шёпотом.

Представьте место, где вам абсолютно безопасно. Оно может быть реальным или выдуманным. Важно только одно вы там в безопасности

Лена сразу увидела.

Домик. Деревянный. Не большой и не маленький точно подходящий. Крыша покосилась чуть-чуть, но это не пугало, а умиляло. Около дома сад, и в саду яблони, и под яблонями трава, и на траве свет. Не солнечный, а какой-то ровный, утренний, как в шесть часов в июне.

Она была там.

Мама.

Мыль пришла, но не как боль как тепло. Мама стояла на крыльце этого домика и улыбалась. Не той улыбкой, которая была в последние месяцы когда она уже знала, но никому не говорила. А настоящей, из детства, когда она смеялась так, что у неё морщинки около глаз собирались лучиками.

Осмотрите это место. Что вы видите? Что слышите? Что чувствуете кожей?..

Лена слышала птиц. Чувствовала ветер тёплый, с запахом сена. Кожей ощущала солнце на лице.

И вдруг чужой запах. Не сена. Что-то другое. Что-то мужское? Парфюм? Нет. Мыло. Простое мыло.

Она не испугалась. Это было странно, но не страшно. Как будто кто-то стоит рядом, за спиной, и тоже смотрит на домик.

Если кто-то появился в вашем безопасном месте посмотрите на него. Это не чужак. Это часть вас

Нет, подумала Лена. Это не часть меня. Это кто-то другой.

Но голос продолжал:

...Или часть чего-то большего, чем вы

И Лена позволила этому присутствию остаться.

Медитация 24. Сострадание

Аудиодорожка: один удар колокола. Долгая пауза. Голос медленнее, чем обычно.

Сегодня мы направляем сострадание. Сначала себе. Потом тому, кого любим. Потом тому, с кем в конфликте. И наконец всем существам без исключения

Галина Петровна сидела в кресле. Ей семьдесят один. Колени болели, спина болела, левое плечо особенно. Она сидела в кресле, потому что на пол уже не могла ни сесть, ни встать без помощи.

Скажите себе: Пусть я буду свободна от страдания. Пусть я буду спокойна. Пусть я буду счастлива

Пусть я буду свободна от страдания. Она повторила про себя. И впервые за долгое время не почувствовала жалости к себе. Просто пожелание. Как будто поднесла к губам стакан воды и сказала: Пусть эта вода утолит жажду. Ничего больше.

Теперь представьте того, кого любите

Вася. Сын. Сорок три года. Он звонил вчера. Или позавчера? Дни шли вместе, как поезда в депо один за другим, без разницы. Он говорил что-то про работу. Она говорила что-то про давление. Оба не слушали друг друга, но оба радовались, что слышат голос.

Пошлите ему те же слова: Пусть ты будешь свободен от страдания

Пусть ты будешь свободен.

Она послала. И почувствовала как будто послала не в пустоту. Как будто кто-то принял. Не Вася кто-то ближе. Кто-то рядом.

Теперь тот, с кем в конфликте

Людмила Сергеевна. Соседка. Та самая. С которой они не разговаривают четыре года из-за трубы. Или из-за кошки. Или из-за того, что четырнадцать лет назад Людмила Сергеевна сказала Галина Петровна уже не помнила точно, что сказала. Помнила только обиду.

Пошлите и ей: Пусть ты будешь свободна от страдания

Нет.

...Это не значит, что вы согласны. Это значит, что вы отказываетесь нести ненависть

Галина Петровна помолчала. Потом сказала про себя:

Пусть ты будешь свободна.

И что-то сдвинулось. Не в соседке в ней. Как будто гайку, которую долго закручивали, наконец-то начали откручивать.

А рядом она теперь точно чувствовала рядом кто-то тоже это сделал.

Медитация 31. Пространство между

Аудиодорожка: тишина. Долгая. Потом голос, но он звучит иначе будто издалека, будто через воду.

Сегодня нет упражнения. Сегодня просто сидение. Вы и пространство

Дима не понял. Он перешёл к этой медитации, потому что все предыдущие закончились. Сборник назывался Тридцать одна дверь странное название для книги медитаций. Обложка просто белый квадрат. Ни имени автора, ни издательства. Он нашёл его в книжном на улице Пушкина просто лежал на полке между Рильке и Ошо. Взял из любопытства.

Теперь он сидел на кровати в своей студии двадцать квадратных метров, музыкальный инструмент в углу, гитара, которую он не брал три месяца.

Пространство между мыслями вот где мы сегодня

Какое пространство? Дима мысленно хмыкнул. Между мыслями у меня следующая мысль.

Подождите

И он подождал.

Мысль была: Это бессмысленно. Она пришла и ушла. И после неё ничего. Не пустота пространство. Широкое, открытое, как поле. И в этом поле не было его. Было только поле.

О.

Вы чувствуете?..

Да. Он чувствовал. И ещё он чувствовал других. Не одного, а нескольких. Они были в этом поле, как деревья. Каждое на своём месте, но корнями в одну землю. Он не видел их, не знал их, но знал, что они там.

Женщина уставшая, с болью в груди.

Мужчина напряжённый, как струна.

Молодая женщина с горем, которое она носила, как шаль.

Пожилая женщина с мудростью, которую она сама не замечала.

И ещё кто-то. И ещё.

Это не воображение

Голос. Тот же голос. Но он не шёл из наушников. Он шёл отсюда. Из этого пространства.

...Это соединение

Медитация 31. Продолжение

Аудиодорожка: тишина.

Марина открыла глаза.

Она сидела не в своей квартире.

Она сидела в комнате большой, светлой, с окнами в потолок. На полу коврики для йоги, разложенные кругом. На ковриках люди. Женщина лет семидесяти в кресле. Мужчина в рубашке с закатанными рукавами. Молодая девушка с красными глазами. Парень в футболке с надписью, которую она не рассмотрела.

В центре круга человек. Тихий. Неспешный. С микрофоном, который висел на шее, как у экскурсовода.

Он смотрел на неё и улыбался.

Вы все пришли сюда отдельно, сказал он. Каждый думал, что сидит один. Каждый слышал один и тот же голос мой голос и думал, что это запись.

Пауза.

Это не была запись.

Андрей открыл глаза. Посмотрел на свои руки. Потом на женщину напротив. Потом на парня слева. Потом на потолок, через который лился белый свет.

Как?

Лена смотрела на свой безопасный домик. Его не было была комната, люди, окна. Но чувство осталось. Тёплое. Как будто домик не исчез, а расширился вместил всех.

Галина Петровна открыла глаза последней. Она посмотрела на молодых, на среднего, на девушку. Она не удивилась. Она узнала их. Не лица что-то внутри. Тех, кто был рядом в пространстве между мыслями.

Какая медитация была последней? спросил Дима.

Тридцать первая, ответил человек в центре. Пространство между. Последняя в сборнике.

А что дальше?

Человек улыбнулся шире.

Дальше вы открываете глаза. И видите, что пространства между вами не было. Никогда не было.

Тишина.

Кто-то вздохнул. Кто-то Галина Петровна тихо засмеялась.

И в комнате, где ещё минуту назад каждый был абсолютно один, стало абсолютно тихо в тот особенный способ, когда тишина не пустая, а полная.

Полная людей, которые только что перестали быть одинокими.