# Не тот случай

Екатерина Ветер

Когда всё понятно - обычно уже поздно.

Начальник вызвал Бориса Ильича.


- Возможно, до тебя донеслись слухи о субботе.

- Нет, не особо.

- Тогда хорошо. Меньше разговоров. Организуй оркестр.

- Эдгар Иванович, какой формат?

- С движением. Издали. Постепенно.

- Понял. Репертуар какой?

- Ну... Сам понимаешь. Чтобы соответствовало.

- Адрес записал?

- Да.

- Время не перепутай. Ты что погрустнел? У тебя кто-то умер, что ли?


Борис Ильич уважал начальника за выдержку и чувство юмора.


Оркестр подъезжал медленно. Темп держали заунылый, как положено.


Борис Ильич шёл рядом с машиной, держа в руках платок. Получалось даже лучше, чем на репетиции. Тяжело, проникновенно. Думал, как красиво Эдгар Иванович не принял деньги на лечение жены, сказав, что "взятка от собственного коллектива - это инцест в коррупционном мире".


- Нормально идём, - сказал трубач, не поднимая глаз от нот.


У входа уже стояли люди. Кто-то держал цветы. Кто-то телефоны. Никто не плакал.

Борис Ильич отметил это и решил: держатся.


Музыка приближалась. Кто-то начал улыбаться.


Подъехали ближе.

Атласные ленты на стойках вились от ветра.

Шары бились друг о друга. Всё белое.


- Странно, - сказал скрипач.

- Первый раз такое вижу, - ответил Борис Ильич, - по-своему переживают.


Третью мелодию оборвали.


- Стоп, стоп, парни, вы кого провожаете?


Музыканты подняли головы.


- У нас регистрация через десять минут. Музыку смените. Невесту напугаете.


Борис Ильич одну розу убрал в карман. Венок "С глубокой скорбью" прикрыл пиджаком.