# Добрый человек из космоса

Павел Виноградов

Статья вышла в сборнике "Достоверно: Биография", в газете "Секретные материалы XX века" N22, октябрь 2017, а также в сетевом журнале <a href="https://astra-nova.org/issues/horisont/n004/%D0%BF%D0%B0%D0%B2%D0%B5%D0%BB-%D0%B2%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D0%B4%D0%BE%D0%B2-%D0%BF%D0%B0%D0%BC%D1%8F%D1%82%D0%B8-%D1%81%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%8F-%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B1%D0%BB/"_blank">"Горизонт" N2 за 2020 год. Второе место в номинации "Очерки" конкурса Реалистической прозы "Русская Тройка-2019".

Виноградов Павел

Добрый человек из космоса

Origin: http://samlib.ru/w/winogradow_p_w/steblin.shtml

Создан: 15/10/2017, изменен: 22/01/2022, 21k

Очерк: Мемуары, Публицистика

Series: @Исторические очерки

Статья вышла в сборнике "Достоверно: Биография", в газете "Секретные материалы XX века" N22, октябрь 2017, а также в сетевом журнале "Горизонт" N2 за 2020 год. Второе место в номинации "Очерки" конкурса Реалистической прозы "Русская Тройка-2019".

============================================================

22 октября 2017 года исполнилось бы 60 лет художнику и поэту Сергею Стеблину. Совершенно не медийное, малоизвестное широкой публике, имя. Он почти всю свою короткую - всего 41 год - жизнь прожил в Сибири, в Абакане и Красноярске. Он поздно начал творить - когда иные гении уже заканчивают. И он мало прожил - слишком мало. Но переживи он смутные 90-е хотя бы на несколько лет, уверен, его знали бы и в стране, и в мире. Надеюсь, рано или поздно так оно и будет. Только самому Сергею это уже безразлично.

Но не безразлично мне и другим - тем, кто знал его или только видел его картины. Время стирает всё - при помощи забвения. Но есть и способ бороться с ним. Это - слово. Словом Бог сотворил мир, и словом можно возродить память обо всём, что есть в мире. Значит, надо сказать слово о Стеблине. И я его говорю.

Художник

Хотя, конечно, сам бы он над моим пафосом, скорее всего, посмеялся бы. Его и при жизни слава интересовала не очень - он и так был счастлив. Жил через край, сильно - творил, гулял, дружил, любил. В основном творил - "картинки красил", как сам иронично говаривал. Хотя специалисты его творчество знают, конечно. Как-то к моей питерской квартирной хозяйке зашел эксперт из антикварного - оценить старинный буфет. Посмотрев на принадлежащую мне картину, ахнул: "Стеблин!"

Кажется, я был первым журналистом, написавшим о нем в краевой прессе. Был 1993 год - переломный и для страны, и для меня. В стране начинался мутный беспредел, а во мне - личный кризис, закончившийся побегом в Питер. Но пока я работал в красноярской "молодежке" и фотограф, уже знакомый со Стеблиным по уфологическому кружку, предложил мне написать про его персональную выставку - то ли первую, то ли вторую.

В ту тревожную от предчувствия грозных перемен пору его картины вошли в идеальный резонанс с моим настроением. Невероятные космические пейзажи, исполненные глубокого мистического смысла, заворожили. Грандиозные фантастические структуры нависали над одинокими - почти всегда одинокими - фигурками людей. Невероятные астральные потоки стремились по вселенной, перехлестывались, завивались в радужные спирали. Я словно сам проходил сквозь воронки пространства-времени, умирая и возрождаясь в торжественной симфонии глубоких насыщенных цветов.

- Сергей, - подал мне широкую, словно каменную ладонь коренастый улыбчивый парень с открытым лицом.

...Я до сих пор не могу осознать его смерть - для меня он жив, хоть и живет где-то очень далеко. Я часто говорю с ним, и иногда кажется, что слышу ответ. Он стал крестным моего сына, значит, я с ним связан и через него. И я твердо знаю, что мы еще увидимся.

Я писал о нем еще не раз, писали и другие - много и восторженно. Мы вели с ним разговоры о Боге, о мире и об искусстве, порой выпивали и буянили. Через два года после знакомства морозным январским утром он провожал меня и жену в аэропорт - мы улетали в Петербург, насовсем. Больше я его в этой жизни не видел.

Он был старше меня на шесть лет, но мы принадлежали к одному поколению - рожденные в недрах обессиленного левиафана, сознающие, что данные нам от Бога способности в реальной советской жизни практически неприложимы. Отсюда трагизм, тоска, горькая ирония и некоторая антисоциальность. Но пути наши были разными. Сергей был художником - всегда им был, а я - лишь восхищенным ценителем живописи. Я же всегда хотел работать со словом, и знал, что умею это. Но это умел и Сергей.

...Мы разгорячены горячительным. Серега берет бумагу и ручку - желает писать стихи. "Художник, рисуй!" - призываю я его, как Дали. Но он продолжает вязать слова...

Жизнь - это просто пикник на падающем мосту

За секунду до удара о холодное зеркало времени.

Безумец в смертельном коконе, брошенный в пустоту

Из вечно идущего и странного племени.

Он часто сопровождал выставки своих картин стихотворными подписями под ними - принадлежавшими его друзьям в основном. Увы, не успел я поучаствовать в такой совместной художественной акции - а он предлагал, мои стихи ему, кажется, нравились.

Земную жизнь пройдя до половины...

Но живопись была для него во главе угла и, наверное, она сама выбрала его. Из Запорожья, где он родился, его занесло в Иркутск, в художественное училище. Это прекрасный, очень культурный город, но вряд ли выпускники этого училища рассчитывали стать известными живописцами - особенно в те годы. В основном, это были художники-оформители - сейчас они называются дизайнерами. Сергей закончил училище до 18-ти - родители отправили его в школу в четыре, будто знали, как мало ему отпущено... А потом - дизайнер спортивных товаров, художник по интерьеру... Жил в Абакане, столице Хакасии. Жена, маленькая дочка, безденежье советского творческого интеллигента. Напряжение в семье нарастает и, в конце концов, она рушится.

- Я благодарен этой женщине за то, что она разрушила наш дом, - говорил он о своей бывшей жене.

...Холодные плиты пола - похоже на морг. Из-под белой простыни пристально и мертво глядит женщина. По простыне сползает гадюка. Зеленовато-голубые тона. "Зеленоглазая" - не типичная картина для Стеблина. У женщины лицо его бывшей жены...

- После развода у меня словно отросли крылья, - говорил он.

Да, похоже, художник Стеблин начинается с этого момента - когда ему было 33 (именно). Отсюда и до самой смерти он писал картины - много и исступленно.

- Картины хлынули сразу, будто кто-то убрал плотину, отгораживающую меня от них. Перед глазами шла как бы кинолента, где каждый кадр - законченная вещь. Я писал жадно, ненасытно, взахлеб, но то, что успел - капля в море, сотая часть того, что видел.

Но он страдал - я знаю. И ревновал жену, и по дочке скучал смертельно. Ее портрет всегда висел в его комнате в золотистой раме - как самое удачное произведение художника.

После развода переехал в Красноярск, где открывалось гораздо больше возможностей.

- Я зацепился за этот город, себя в нем нашел. Тут произошло второе мое рождение.

Нашлись люди, разглядевшие его дар и, что более важно, имевшие возможность его продвигать. Он органично вписался в довольно узкий круг тамошней богемы - художники, актеры, писатели, барды, журналисты. Конечно, это была неформальная страта творческой элиты - официально живописцем он не считался. Но пошли выставки - сначала коллективные, потом персональные, даже в Москве. Публикации, поклонники и поклонницы, известность - пока на региональном уровне. А потом в голове проросла опухоль...

Извне

Художник и болезнь - тема глубокая и страшная, не хочется тут много рассуждать об этом. Я не знаю, какими художниками были бы Ван Гог или Врубель без своей душевной болезни. Или Стеблин - без своей опухоли, которая до поры до времени пряталась в голове... Все равно писали бы прекрасные картины, и этого достаточно. Но в этом мире физическое и духовное неразделимы. И кто знает, какие "астральные каналы" открывает повреждение мозга...

- Влияние высших сил я почувствовал рано, - говорил Сергей. - Вернее сказать, чувствовал всегда.

Мистика сопровождала его еще до рождения. Он рассказывал про чудесное спасение его дедушки и бабушки, которые во время оккупации Украины ждали в сарае расстрела. Их спас некто в форме советского офицера - в битком набитом немцами селе... Просто открыл двери сарая и приказал уходить. Потом спаситель исчез неизвестно куда.

Сибирь - тоже волшебное место, сильно повлиявшее на его творчество (кто знает грандиозность тамошней природы, легко ощутит ее в стеблинских работах). Говорил, что в юности "по глупости" оскорбил в Иркутске бурятское божество Бурхана и тот его наказал - Сергей разбился на мотоцикле и всю жизнь мучился с больным коленом. В конце 80-х - начале 90-х страну накрыло плотное одеяло мистицизма, и Стеблин не был исключением. Вступил в уфологическое общество (сокрушался, что, несмотря на это, никогда сам не видел НЛО), полагал, что картины приходят к нему через те самые астральные каналы.

Сначала его творчество действительно больше было "психографией" - когда человек творит автоматически, словно бы получая подсказку из неких потусторонних областей. Подсознательная, эзотерическая живопись.

- Я иногда чувствую себя, будто со стороны, совершенно непричастным к своим картинам - они возникают в мозгу, я переношу их в реальность, и они становятся частичкой мироздания. А я - лишь передатчик...

Но между картинами сотен других "психографов" и стеблинскими разница глубочайшая и очевидная. Как между произведениями бездарей и гения. Однако феномен, без сомнения, существует и имеет отношение к духовному миру. Духовная насыщенность его картин ощущается почти физически. Его работы словно бы форматируют зрителя, сами внушая, как ему их воспринимать. Моя пятилетняя дочка, впервые увидев одну стеблинскую картину - как и все, загадочную и полуабстрактную, радостно закричала: "Двери!" А картина так и называется, только изображает двери в мир иной... В древнеиндийском искусстве это называлось "раса" - невидимая аура вокруг произведения искусства, воздействующая на человека.

"Мы - дети, смотрящие во вселенную Стеблина через окошки величиной с картинную раму, а он Сталкер, проводящий экскурсию перед началом пути", - определила это чувство журналистка Елена Киселева.

Были и более явственные проявления некой силы: в залах с его картинами постоянно сам собой отключался свет, отказывали диктофоны журналистов, непонятно от чего включалась сигнализация. Но Сергей еще в пору нашего знакомства стал отходить от оккультизма. Вспоминая о нескольких случаях своего контакта с "космическими сущностями", говорил: "Это бесы". Постепенно оставил и свою "психографию", стал ясно понимать, что он делает в живописи и как это надо делать. Клал мазки туда, куда нужно, без "подсказок извне". И писал уже не с такой бешеной скоростью - раньше ему, чтобы закончить полотно, иногда хватало несколько часов. Но теперь трудился без лихорадочной спешки, вдумчиво, днями и неделями.

- Образы не пропали, но стали появляться с такой скоростью, которая необходима, - говорил он. - Заканчиваю, приходит следующая картинка. Словно кто-то понял, что я не успеваю фиксировать, и замедлил скорость.

Он опасался, что так угасает талант. Но он просто созрел. Поздние работы Стеблина ярче, они тщательно выписаны, с композицией более свободной и выверенной, чем в ранних. Приходил профессионализм.

Но откуда бы Сергей ни брал свои картины, зла в них нет. "Если ночью небо черное, это совсем не значит, что оно не доброе... Настоящий художник - человек добрый", - говаривал он. Настоящий, да. И тот, кто реализовал себя как художник. В Абакане он занимался в кружке карате, и туда же ходил Сергей Тороп, ныне известный как Виссарион, объявивший себя Богом глава тоталитарной секты "Последний завет". Иной раз будущему "богу" сильно доставалось на тренировках от будущего художника. Тороп тоже балуется живописью - помимо основной деятельности.

- Как ему удается: идет и зовет людей в свою веру. И ведь за ним идут... - удивлялся Стеблин.

- Это потому, что он плохой художник. Тебе не надо обращать людей, они видят твои картины, - отвечал я ему.

Именно в этом вся разница: через проповеди Виссариона с людьми говорит сатана, а через картины Стеблина - и всех истинных художников - Бог. Потому что такой талант - только от Бога.

- Бог ведет меня - помогает и наказывает, причем так, чтобы я знал, за что. И я заметил, что начинаю жить по Заповедям Божьим, хотя пока не на все сто процентов. В Бога же верю абсолютно, - говорил Стеблин.

Черный паук - Арлекин,

Цветом убога палитра,

Буду, как прежде, один.

Что мне осталось?

Молитва.

Путь воина

Карате, кстати, тоже имеет отношение к этой теме. Не знаю, какого уровня мастерства достиг в нем Стеблин, но в драке он был хорош. Вообще, он представлял из себя почти вымерший тип художника-воина. Хоть и говорил, что ударить человека ему трудно - как-то преодолевал. В Красноярске он жил в "гостинке", которая была ему и домом, и мастерской. На запад от Урала мало кто знает, что такое "комната гостиничного типа". А это крошечная квартирка без ванны и кухни в панельном доме с длинными грязными коридорами. Скопление таких домов в сибирских городах - всегда район трущоб, где процветает криминал.

"Гостинка" Стеблина была на улице Королева - Королевке, имевшей самую дурную репутацию. Раз Стеблина обокрали - взломали в его отсутствие хлипкую дверь, вынесли музыкальную аппаратуру, еще что-то ценное, а главное - картины. Доброжелатели помогли Сергею установить место обитания воров, и он пошел требовать свои вещи назад. Действовал просто: вышибал плечом двери, а потом бил руками и ногами все, что шевелится. Большую часть украденного ему отдали. С тех пор имя Сереги-каратиста стало на Королевке нарицательным.

...Зависаем в стеблинской "гостинке" уже двое суток. Ночью закончилось спиртное. Выходим на улицу - тогда с ночными ларьками проблем не было. Вдруг Сергей поднимает камень и запускает в чье-то окно, которое со звоном разлетается. Идем дальше. Объясняет мне, что там живут некие его недруги. Позади раздается топот - за нами бегут четыре джигита. Нащупываю в кармане "выкидуху" - а куда без нее: 90-е, Красноярск, Королевка... Серега спокойно разворачивается, даже в стойку не становится, благожелательно смотрит на преследователей.

Те молча и пристально вглядываются в него.

- Ты Стеблин? - наконец, спрашивает старший.

- Ага, - кивает Сергей.

Преследователи поспешно удаляются.

Вернувшись в "гостинку", продолжаем посиделки. Стук в дверь. Сергей открывает и возвращается с бутылкой шампанского - комплимент от давешних джигитов...

Сокрушает не дождь, моросящий весь день,

Не портвейн в недопитой поллитре,

А мозги затопившая серая тень -

Многодневная пыль на палитре.

Буен он во хмелю бывал и знал за собой это. Писал мне в Питер, что бил каких-то "металлистов", дико при этом хохоча, а потом ему было стыдно. Вскоре бросил пить - совсем, как отрезало. Настолько, что один красноярский врач, с которым он познакомился уже после моего отъезда, восхищался его благонравием, не типичным для представителя богемы.

Перед дальней дорогой

Он продолжал работать и выставляться. Оставался столь же предан друзьям. По-прежнему жил в "гостинке" - хотя была уже и известность, и заказы, и работы продавались (с московской выставки раскупили половину картин). Почему-то его охотно покупали коммерсанты для украшения офисов - вот уж поистине контрастность... И все равно он щедро раздаривал свои работы - невозможно было похвалить какое-то полотно, оно тут же оказывалось в руках похвалившего. Стеблин стал популярен, его осаждали жаждущие внимания поклонницы, от которых он частенько просто бегал. Сознавал, что Красноярск стал для него тесноват, думал о переезде. Скорее всего, в Питер - Москву не любил, а за границу не хотел. Но иногда мечтал о хижине отшельника где-нибудь в диких Саянах.

Ловлю дыханье теплых дней.

Всегда живу в преддверье лета.

Без багажа и без билета

Я уплыву в страну теней

Мне жалко, что меня не было рядом с ним в это время - я бы хотел посмотреть на Сережу в зените жизни, перед уходом в неведомое.

У него обнаружили рак мозга, о чем долгое время не подозревали даже самые близкие. Сделали операцию, но болезнь прогрессировала. Парализовало правую сторону тела, были ужасные боли, но он отказывался от наркотиков - хотел до конца оставаться в здравом уме. И все время работал - писал левой рукой. Эти картины больше напоминали эскизы. "Скоро научусь вырисовывать левой рукой мелкие детали и закончу их", - говорил он. Но не успел.

Я узнал о его смерти спустя долгое время, от общих питерских знакомых. До сих пор не верю в это. Мне кажется, что он жив, просто где-то очень далеко. Наверное, так оно и есть.

Я смотрю сквозь прозрачную глубокую тень,

Расправляя в падении по перышку намокшие крылья.

Этот день... Так похож был на ночь этот день!

И следы наших ног замело черной пылью.

После его ухода о нем стали забывать. Правильно - выставок нет, газеты не пишут... Со стен офисов картины перекочевывали в подвалы и сараи. Сейчас группа друзей Сергея и увлеченных его искусством энтузиастов собирает сведения о его картинах, написанных за восемь лет активной творческой жизни. Из 250 работ, обозначенных в прижизненном каталоге, пока найдено около 170. То есть, есть визуальное представление о них, а не одни названия. Но известно местонахождение лишь 60 подлинников. На личные средства друзей мизерным тиражом издан альбом с репродукциями, стихами, фотографиями и статьями о Стеблине. К его юбилею в Красноярске готовится выставка. Но всего этого так мало...

- Сергей Стеблин - это явление в живописи? - спросил я его как-то.

- Коварный вопрос! Это уж пусть кто-то другой решает... - ответил он.

Но кто? И как? Его наследие требует серьезного профессионального искусствоведческого исследования. Однако музеи его работы не приобретали - он ведь не был членом Союза художников. Все, что есть - в частных коллекциях, а изучать работы в них тяжело. Неясно с судьбой его архива - почему-то родственники к нему никого не подпускают. Вообще-то, ближайшая его родственница - дочь Ирина, которую он так любил. Она помнит и чтит отца, но живет в США и мало чем может помочь.

Но без осмысления творчество Стеблина так и останется ярким и странным сибирским феноменом, вырванным из культурного контекста страны и эпохи. А ведь это не так. Его называют "художником-фантастом", и он сам говорил, что на него оказал влияние "космист" от живописи Андрей Соколов. И он декларировал свою приверженность сюрреализму, называя имена Ива Танги, Рене Магритта и, конечно, Сальвадора Дали, по которому тогда все с ума сходили. Но и это не точный его адрес в искусстве. Кажется, прижилось пущенное мною словечко "стеблинизм", хотя и это тоже лишь журналистский ярлык, а не искусствоведческое определение. В общем, художник умер, а творчество его живет и требует к себе внимания.

Но это дело, наверное, предназначено тем, для кого Сергей Стеблин - лишь потрясающие картины. А мы, те, кто знал его, кому он щедро дарил себя, и так прекрасно понимаем, кто жил рядом с нами и кого мы лишились.

...Я вижу одинокую маленькую фигурку, сквозь грандиозный пылающий портал входящую в неведомое - где вращаются палящие звездные шары, где бушуют космические вихри невероятных цветов, где на безбрежных равнинах душа предается тысячелетней медитации. Сережа где-то там.

...Обретая безбрежный мир

Океан без земных границ

С островами из теплых солнц.

Там, где время - вечный прибой -

Омывает звездный песок...

...Вскоре после смерти Сергея Стеблина моя мама увидела его во сне. Он вышел к ней из моря в бухте среди скал. "Что же ты, сынок? - спросила мама. - Зачем ты ушел? Ведь Паша тебя так любил..." Вместо ответа он показал ей часы на своей руке. У них был зеленый циферблат без стрелок. Понятия не имею, что это значит...

Здесь некоторые картины С. Стеблина.