# Был ли покойный нравственным человеком?

Z Павел Виноградов

Миниатюра на конкурс "Плач и срач по покойному", созданная в ходе литературной игры, посвящённой моему исчезновению из интернета:) Взяла третье место в основной номинации и первое - в альтернативном списке победителей от Макса "Гульки" Эханика:))

...Был ли покойный нравственным человеком? Нет, он не был нравственным человеком. Он и вовсе не был человеком - в том высоком смысле, в каком им являются титаны и светочи: Луций Лициний Лукулл, Анри де Тулуз-Лотрек, Ли Чаньфань, Профессор Лебединский, Макс Эханик. Покойный променял свою человечность на горсть дешевых определений и пустых титулов, на мегабайты бессмысленных слов, которыми он тщетно пытался заполнить как собственную нутряную пустоту, так и безнадежную пустоту окружающего его мира.

Но был ли он писателем? Нет, он не был и писателем, каковыми являются Луций Лициний Лукулл, Анри де Тулуз-Лотрек, Ли Чаньфань, Профессор Лебединский, Макс Эханик. Покойный же был лишь призраком, симулякром писателя, чья жизнедеятельность схожа с дефекацией, о чем недвусмысленно свидетельствует помещенная на его странице цитата: "Писательства не обязательно надо стыдиться. Занимайтесь им за закрытыми дверями - и вымойте потом руки". Ибо воистину все рожденные покойным слова стали лишь исторгнутой из его нутра субстанцией, бесследно и бесплодно растворившейся в великой Пустоте.

Пустота тут ключевое слово. Да, покойный был пуст, как пуст был и его мир. И потому возникает вопрос: БЫЛ ли покойный вообще? Ответ на него: нет, не был, его как бы и вовсе не существовало. Мы видели его, общались с ним, терпели его псевдо-поношения и псевдо-расположение, но все это оставалось лишь фикцией, злокачественной кажимостью. Мы же пребывали в плену иллюзии бытия покойного, и в этом наше поражение и его великая победа.

Потому его уход не есть значимое событие. Он вообще не есть событие, поскольку пустота ушла в пустоту и пустотой прикрылась. Оставив нам пустоту же в наследство.

И вновь повторяю: нет, покойный не был и не мог быть нравственным человеком - таким, как Луций Лициний Лукулл, Анри де Тулуз-Лотрек, Ли Чаньфань, Профессор Лебединский, Макс Эханик. Он холоднокровно и цинично воспользовался нашей избирательной слепотой и наивностью, уверив нас в своем существовании и своем писательском статусе, а уходя, разразился поистине демоническим хохотом пополам с зубовным скрежетом при виде нашей растерянности.

И лишь один философ среди нас возрадовался опустевшему месту, покинутому пустотой. Лишь он единый из нас узрел наконец взгляд бездны, в которую мы так долго вглядывались, презрел и призрел ее.

Так выпьем же за кибернетику!