# Tel-Aviv

Влад Ривлин

Фотографии разного времени разных районов города

Израиль иногда называют страной эмигрантов, хотя это правда лишь отчасти. Люди начавшие стекаться сюда со всего света в середине восьмидесятых годов девятнадцатого века, привозили с собою вместе с мечтами и надеждами еще и частичку своей прежней жизни. И то, и другое они выращивали и лелеяли на новой земле мечтая о том, что когда-нибудь, благодаря их усилиям здесь появится новая жизнь- та, о которой они мечтали но все же хоть как-то похожая на прежнюю.

Те, у кого не было денег для обустройства в новой жизни, а таких было большинство, брали с собою что могли: сапожник свое сапожное хозяйство, портной и фотограф- свое.

Жизнь разных людей и складывалась здесь по-разному. Кто-то быстро пускал корни, будучи например сапожником в прежней жизни, становился им и в новой. Кому-то приходилось пробовать себя в разных новых качествах, а кому-то и вовсе себя ломать.

И каждый вносил свою лепту в строительство новой жизни. Кто-то весьма скромную, в конце-концов, и в новой жизни нужно то же, что и везде. Без человека труда нигде не обойтись, без него и жизни никакой не будет. Кто-то должен строить, обрабатывать землю, шить одежду и обувь.

Но наш народ все-таки особенный, потому что больше всего среди приехавших наверное было романтиков. Хотя может быть это сейчас так кажется из-за обилия идей и надежд, которые первые еврейские поселенцы привезли с собою?

Одни видели в крохотном еврейском анклаве Палестины(из двух с половиной миллионов евреев выехавших из России в период с 1881 по 1917 год, лишь двадцать пять тысяч приехали в Палестину, да и то, многие потом ее покинули, включая автора израильского гимна Хатиква) "светоч народов", другие- исполнение Божьей воли, третьи-возрождение древней империи царя Давида, четвертые- воплощение идей социальной справедливости....

Какими они были , эти люди?

В самой первой нашей арендованной в Израиле квартире, помимо прочей старой мебели , которую нам любезно предоставил ее хозяин, был книжный шкаф полный старых книг... На русском, среди которых было и собрание сочинений Маркса и Энгельса.

В ответ на наше изумление, хозяин квартиры, уже довольно пожилой человек коротко сказал: -Это осталось от моих родителей.

-Ваши родители были коммунистами? - Спросил я.

-Они были не просто коммунистами. Они были самыми большими коммунистами,- с гордостью, почти с благоговением сказал этот человек выглядевший как типичный израильтянин того времени, которого жизнь не слишком баловала- грузный с угрюмым взглядом, одутловатым лицом и косматой седой головой. Одет он был соответственно-по последнему слову израильской моды того времени- застиранная майка , шорты и что-то вроде шлепанцев на босу ногу.

-Они привезли эти книги для меня,- продолжал хозяин квартиры, но я не читаю по-русски. Я вообще не знаю русского. Книги достались мне от родителей вместе с этой квартирой. Это все, что у них было - квартира в доме, который они сами и строили, и книги. Ну вот они и пригодились,- сказал он после некоторого раздумья,- Читайте, если хотите.

А потом как-то, среди брошенных прямо в подъезде книг я нашел пропахшую подвалом или чуланом Библию на русском языке, изданную в Берлине в 1925 году. Обложка книги давно выцвела и страницы потемнели. Видимо наследники долго не знали что с нею делать, а потом просто выбросили не особенно раздумывая, как ненужную вещь.

Израиль в начале девяностых прошлого века конечно же совсем не то чем он был в конце века девятнадцатого.

Все здесь изменилось до неузнаваемости. Вот, например, древний Яффа и совсем недавно отпраздновавший свое столетие Тель-Авив.

Тысячи лет морскими воротами в Святую Землю был древний Яффа, который греки называли Иопия, а израильтяне зовут Яффо. Именно через эти ворота и входили в новую жизнь многие еврейские иммигранты.

Сегодня Яффо- это часть Тель-Авива, туристическая атракция мегаполиса и одновременно его незаживающая рана. A eще в начале прошлого века вряд ли кто мог предположить, что начинавшийся с пустырей и дюн за стенами цветущей и богатой Яффы еврейский квартал, через каких-нибудь сорок лет поглотит свою метрополию, а еще через сорок лет, станет одним из самых дорогих городов мира , где старенькая трехкомнатная развалюха будет стоить дороже двухэтажного дома где-нибудь в Штатах.

Но тем не менее это именно так и произошло.

Тель-Авив и Яффо срослись как сиамские близнецы, хотя от этого не стали больше похожи друг на друга. Один стал историей или скорее даже исторической экзотикой, прикрывающей как фиговый листок его раны и трагедии, а другой- современностью.

Тому, кто попал в Тель-Авив уже трудно, а может быть и невозможно расстаться с этим городом.

Что касается меня, то это именно так. За годы прожитые в Израиле, разные мысли были, в том числе и об отъезде, пока в один из дней я не осознал, что уже не смогу расстаться с этим городом, в котором прошла почти половина моей новой жизни.

Тель-Авив я люблю еще и потому, что здесь дышится свободно. Первое время после приезда в Израиль больше всего меня угнетали шабаты- суббота, когда по всей стране закрываются все магазины , кафе, рестораны прекращается движение транспорта и если у тебя нет машины, то тебе остается одна отрада- синагога или сидеть дома. Летом, которое здесь длится по пол-года, не особенно разгуляешься и куда-то пойдешь. Можно конечно же оплатить экскурсию и куда-нибудь съездить, если деньги есть, но я не люблю организованных групп, когда от кого-то зависишь и смотришь только то, что тебе показывают.

Тель-Авив прекрасен именно тем, что жизнь здесь никогда не останавливается поэтому его так и зовут городом без перерыва. И еще он устроен таким образом, что при желании здесь повсюду , по крайней мере в центре, можно добраться пешком. Весь город стоит на море и откуда бы ты ни шел, отовсюду придешь к морю. А море- это свобода. Кому нравится слушать проповеди в синагоге- пускай их слушает . А мне море и воздух свободы говорят гораздо больше, чем уважаемые раввины. В конце-концов это мой единственный свободный день и я хочу прожить его так, как хочется мне, а не какому-нибудь раввину. В центре города открыто все, что необходимо человеку для нормальной жизни- магазины, бары, кинотеатры есть и маршрутные такси, чтобы попасть туда, куда тебе нужно.

Многие годы у меня не было ни времени, ни возможности как следует разглядеть этот город, потому что нужно было выживать и проблем тоже было выше крыши.

Странно, но голову я поднял лишь тогда, когда получил удар по ногам и выбыл из гонки.

Хотя конечно же не все было так мрачно и до этого. Жизнь как руда из которой выплавляют драгоценные металлы: то там, то здесь, среди будней вдруг сверкнет какое-нибудь радостное событие.

Когда тебе тяжело, ты учишься радоваться всему и находить повод для веселья в простых и даже незначительных вещах, в первом дожде, после почти полугодовой невыносимой жары, в первых травинках после дождя, и конечно же в новых открытиях.

Кстати, это совершенно невероятно, но факт- уже больше двадцати лет я постоянно нахожу для себя что-то новое и интересное в этой крохотной стране.

Здесь Библия не просто священная книга- здесь она путеводитель, который не поймешь без знания языка пророков- иврита. Мне повезло- я знаю один из самых важных языков для тех, кто хочет проникнуть в тайны истории - иврит. Без иврита в Библии многое останется просто незамеченным.

Вот и Тель-Авив- с виду невзрачный, высокомерный и благополучный в северной части, страшный и убогий в южной, с ничем не примечательными старыми постройками в центре, за которыми расположились уютные спальные районы... Но это только так кажется непосвященному. Здесь почти у каждого дома недолгая но весьма интересная история.