# Философская лирика

Наталья Патрацкая

Наталья Патрацкая

Философская лирика


Гранатовые чувства


Когда любовь становится скучна,

А чувства все уходят по канатам,

Невольно ты становишься скромна,

И прячешься надолго ты в пенатах.


Ой, только ой, и скука не весна,

Она подобна горю и канавам,

А коль канава станет вдруг тесна,

Отдаст приоритет одним гранатам.


Конечно нет, пройдет еще волна

И чувства появляются вдруг в латах,

Душа от чувств становится полна,

Но сердце от любви уже в заплатах.


Куда идти, на боль обречена,

Зачем любовь? Придет опять расплата.

Но ты еще, еще его жена,

Ума же на двоих у вас палата.


Вот резюме. Любовь еще нужна.

И дома не ходите по канатам,

Жена для мужа все-таки важна,

И лучше вам поужинать гранатом.

11 ноября 2023


Лыжники


Вот по пятам идут норвежцы,

Вперед уходит Большунов,

И на него одна надежда,

Что будет чемпионом вновь.


Он возродил былую славу

И чемпионские места,

На лыжах гонки к пьедесталу

Его приводят в гонках ста.


Ребята, это ли не чудо,

Юстюгов гонится за ним!

И у него медалей груда,

Давно на лыжах, он и спринт.


А там, Непряева Наташа,

Силища в не по годам,

Она бежит в лесные чащи,

И ей бог лидерство отдал.


Вновь Большунов идет по следу

Прошедших, будущих побед.

Российских лыжников так с лету,

Не обогнать. А снег так бел...

09 ноября 2023


Кто где


Кто в храм, кто в поликлинику,

А я иду на фитнес.

Кто хром, а кто есть блинчики,

А я люблю лишь Windows.

Когда сидишь на пенсии,

В работу не пускают,

То хобби станут пенками,

И в этом я покаюсь.


Что можно делать тихонько?

Лишь править мило прозу,

Или вещь вязать нестильную,

Согнувшись только в позу.


Вот так живу мой миленький,

Который год подряд,

А позвонить, осмелиться...

Ну это точно взгляд.

Я спряталась за темами,

Я вся ушла в стихи,

И мой портрет за ветками,

И все слова тихи.

05 ноября 2023


Безжалостность


В пургу стреляли пулеметы,

Пуляли в небо, как в снега,

Бежали жалостно подметки,

Пути отрезав на века.

Куда бежали эти люди,

Зачем бежали навсегда?

Они совсем себя не любят,

Или там теплые снега?


Бездарно часто жизнь проходит,

Безжалостна она тогда,

Когда не те пути находит

Подметок длинных борода.

Какая явная поспешность

Уйти в пургу, где нет пути,

Возможно, были в чем-то грешны,

В пургу от пули не уйти.

05 ноября 2023


Клуша


По странице на границе

Сквозь ресницы и десницы

По крупице мимо спицы,

Вновь читаем мы страницы,

А идем через станицу

в Ниццу.


Светофоры, светофоры

Нам дают конечно форы,

Мы меняем свои формы,

Ходим грустно в униформе

в норме.


А прекрасная Елена

нам сегодня всем велела,

до того, как в лужу села,

и тихонечко в ней млела,

и стонала так несмело,

что пора идти нам

в дело.


Я сама прошла сквозь стужу,

Я давно не верю мужу,

Стала, в общем, неуклюжа,

И с фигурою, как груша,

Я еще стою под душем,

Клуша.

28 октября 2023


Поздравляю!


Поздравляю, поздравляю!

Вам спасибо Александр!

С благодарностью взираю,

Я на Ваше мастерство

Делать новое в природе,

В постоянной быть заботе!

И спасибо Вам за все!

Вот и все.

25 октября 2023

Пушкин сквозь рекламу


Пушкин. Стихи еле видно в рекламе,

каждая строчка заведомо бег.

Вид бутылей, довезут хоть на ламе,

рушит поэзию вспыльчивый век.


Мне прочитать стих почти невозможно,

вновь от рекламы слетают стихи.

Да, с телефона читать очень сложно,

строчки рекламы быстры и лихи.


Пушкин задумчив в своем постаменте,

тихо, спокойно взирает на мир.

Рядом читают на память, кто смелы,

в душах людей много пушкинских лир.


Звуки романса пронзают пространство

громко, прекрасен заученный текст.

Только немного звучит романс странно,

слышится в звуках забытый уж век.


Вновь пролистала стихи сквозь рекламу,

'Тучи' немного читаются вслух.

Кончен концерт и прочитаны главы.

Я промолчала. Ведущий был глух.

6 июня 2023


Славутич


Прошу не забыть санаторий,

который приветливо встретит,

легко путь к здоровью проторит,

Славутич в историю метит.


В какую историю спросишь?

Пройдите 'Озон' или 'Вихри',

и сразу лет двадцать ты сбросишь,

в массажном мы кресле притихли.


Еще я хочу вам заметить:

в столовой все бело и классно.

Бассейны нельзя не отметить:

в них плавать совсем не опасно.


Ох, как не отметить дорожки

из мягкого, чистого камня,

бег сумок по ним словно дрожки

выводят прощальные гаммы.


А небо опять изменилось,

и тучки темнеют угрюмо,

еще чуть, ну чуть - прояснилось.

Поднять за Славутич всем рюмки!

13 апреля 2023


Одухотворение


Больше нечего сказать, за душою пусто,

и исчезла благодать, вслед одна капуста...

Видно нет душе борща, щи и те исчезли.

В сердце вынула клеща, погрустнели мысли.


Что-то все пошло вот так или так и было.

Вот и вспомнился верстак, а потом кадило.

Вырвать надо пустоту, да как ухватиться?

К чистому иду листу, надо помолиться.


А потом уж не скулить, не искать дороги,

надо что-то отмолить, но Господь-то строгий.

Может, он меня простит, даст мне вдохновенья?

Или кто-то просто мстит? Одухотворенье!

20 января 2023


Фасон


Черная Пятница в Лимпопо живет,

Робинзона любит, ананас жует.

Бегает быстро, говорит хитро,

очень понятно, как бульканье ситро.


Птице так жарко, что гнезда не вьет.

Как-то гортанно здесь Пятница поет.

Очень красивая Пятница была,

но с Робинзоном она уплыла.


Крокодилы тут же навострили нос,

но Робинзон деву мимо пронес.

Он построил домик дальше от реки,

чтобы крокодилам было не с руки.


Народились детки милые совсем,

просто кудрявые, глазки светят всем.

В Лимпопо смеются - голубы глаза,

мальчики не черные, просто чудеса.


Но не в понедельник их мама родила,

календарь был в доме - видно со двора.

Пятница и детки, рядом Робинзон,

Пятница при платье - славненький фасон.

15 января 2023


Чудо-гусли


Гусли, Новгород - в веках

древних изб блестят пороги,

здесь - Садко, наверняка,

гнал телегу: лошадь, ноги.


С кем он дрался и за что,

где летал звон колоколен?

Бересту читал почто?

Был судьбой всегда доволен.


Колоколен славных звон

оттеняли чудо-гусли.

На Руси любили трон,

а мечами щит лишь грызли.


Крепкий парень был - Садко,

сквозь века прошли и гусли.

Не пробил тот щит никто,

о нем шли сказанья устно.


Царь морской его топил,

танцевал под гусли с толком.

Парень лишь вино отпил,

и купцом стал ненадолго.


В теплый день или зимой

древних стен белеют своды.

Все привиделось самой

сквозь века и непогоды.

15 октября 2022


Пансионат


Игуменка, дендрарий, Волга,

пансионат среди полей,

что поймою зовутся, полно,

водичку местную налей.


В ней только польза для желудка,

или привет от докторов.

Среди истории голубка

с грачом гуляет средь котов.


Прекрасно мирное соседство,

животный мир среди листвы.

Здесь лечат все и даже сердце

забьется лучше в день весны.


И легкие вздохнут свободно,

расправив крылья. Воздух - плен.

А ингаляции упорно

здесь лечат бронхи, был в них тлен.


А можно полечить колени,

ладони в воске завернуть,

исчезнут в миг остатки лени,

а полечившись, снова в путь.

*

Рыбалка для мужчин,

для женщин танцы,

так уровнялись чьи-то шансы.

23 мая 2022


***

Перевернуть, перечитать

и передумать,

в мозги чужие не влезать,

в чужие думы.


Порой невзрачно на душе,

и очень скверно,

а надо бы зайти еще

в красоты сквера.


Короче, жизнь забьет ключом,

зайди с мороза,

здоровье медленно пищит,

любви угроза.


Прекрасно просто подышать

на фоне снега,

пройти немножечко пешком,

забыв телеги.


Вздохнуть всей грудью, отпустить

любые тени,

и солнце в душу запустить,

в златые сени.

23 марта 2022


Мой ковид


Болезнь подкралась как змея

тяжелой нечестью,

когда совсем не встала я,

жизнь стала вечностью.

И кислород в носу моем

шумел не медленно,

в реанимации не ной,

жизнь стала бледною.


КТ - четыре у меня,

от легких только шум,

и всю исследуют меня,

у медицины - ум.

Я вся подключена была

к приборам, трубочкам.

Порой в воде своей плыла

гусем иль курочкой.


Лежать все время на боку,

дышать сквозь усики,

я в Боксе ела на духу,

подгузник - трусики.

Какой-то дикий маскарад,

и новогодний плен,

но доктор вдруг сказал, что рад,

я победила тлен.


И на девятый только день

лежу в палате я.

И кислород в носу как тень,

но слабость знатная.

Еще почти я не хожу,

дыханье звонкое,

но я в палате, я лежу.

А иглы тонкие.


Короче, что тут говорить,

недели три прошло,

когда я вышла из ворот,

И я пошла, пошла...

Прививки были у меня,

и даже целых две,

но заболела, не кляня,

и так шла по судьбе.


Не так все радужно пошло,

на МРТ мой путь,

ковид в мозги мои вошел,

и это просто жуть.

Мозги и сердце берегу,

и пью таблетки я,

я от себя не убегу,

хожу как в клетке я.

22 января 2022


Событиям 41 года


Разрезав карту на две части,

бойцы стояли под Москвой,

Восточной не было в ней масти,

лишь канонады слышен вой.


'И не сдавать фашистам Истру!'

Приказ был Жукова: 'Стоять!'

План Рокоссовского неистов,

но Клин пока не удержать.


Еще осталась им на сдачу

всего лишь несколько шагов,

'Рубеж армейский' шел сквозь дачи,

и Истра вмерзла от врагов.


'Тайфун' панфиловцев тревожил,

загнал их насмерть, жизнь-табу.

Штаб Рокоссовского в миг ожил,

приказ: Все танки на судьбу!


И Катуков пришел на помощь,

он танки в Крюково прислал,

два дня боев, и вражья немощь,

на минном поле был аврал.


Бои шли в Каменке глухие

сквозь минометные огни,

и пулеметы здесь лихие,

стрелки сражались не одни.


У Малино остались танки,

все искорежены судьбой.

Боев неделя, прах, останки,

был выигран самый важный бой!

4 декабря 2021


Шахтер


Едва все снега отошли незаметно,

трава зеленела вдали,

и солнце слепило глаза несусветно,

шахтер про себя говорил.


Красавец шахтер ехал рядом в вагоне,

модерный попался вагон,

и шторки серели из саржи в погоне,

чтоб спрятать шинель и погон.


Любил Воркуту, жену, шахту, поездки -

мужчина напротив сидел.

Жена у него была явно прелестна.

Уехал. На все есть предел.


Не кашлял, не злился, улыбка сияла,

довольный шахтер был вполне.

Жене все звонил, чтобы не забывала.

Он ехал к холодной волне.


Откуда он ехал? Что в тундре оставил?

Он третьи был сутки в пути.

Закрыл за собой воркутинские ставни,

где уголь всегда мог найти.


Он четверть от века углем умывался,

по штольне туда и сюда,

однако красивым и бодрым остался,

он сам был как будто слюда.

19 июля 2021


Октавы о бальных


1.Ча-ча-ча


Блестят тела от масла или пота,

Юлят фигуры юрко на паркете,

От ласточки мужчины взяли что-то,

А женщины застыли в пируэте.

Как будто идет дивная охота,

Но что-то им мешает в этикете.

И только в ча-ча-ча все гармонично,

Движенья вместе вовсе не критичны.


2.Самба


Веретеном мужчина отдыхает,

Когда танцует женщина его,

Мужчина как-то вкрадчиво шагает,

И смотрятся они почти легко.

И женщина вдруг бабочкой порхает,

И оба улетают высоко.

Закручивают парную дилемму,

Как будто подключают к солнцу клемму.


3.Румба


Друг перед другом, рьяно изгибаясь,

Танцуют пары резко и легко,

Лишь иногда отчаянно вращаясь,

Они из танца делают кино.

Руками и телами совмещаясь,

Как арлекин они в одном трико.

Слегка любовь показывают люду,

Критиковать за это я не буду.

29 июня 2021


Коротко ДР


Где-то там, где мать училась,

и родился Алексей,

она многого добилась,

и ребенок был лишь с ней.

Вот отец окончил вуз,

что физтехом назывался,

он уехал в город Туз,

там и Алекс жить остался.


И семья тройною стала:

мать, отец и Алексей.

В детский сад его послали,

и ходил он без соплей.

Он не ныл и не был плаксой,

он спокойно мир встречал,

чистил обувь нужной ваксой,

и готовил свой причал.


Так случилось-получилось

школу лихо он прошел,

Алексея жизнь лучилась,

но до армии дошел.

На учебе был на Волге,

заграницу полетел.

А потом учился долго,

и о прошлом не жалел.


Жизнь текла вполне пристойно

и родился малый сын.

Паренек учил достойно,

и физтех им снова был.

Все немного повторилось,

но не все еще открылось.

6 мая 2021


***

С днем Рожденья, вожделенья!

С днем великим для людей,

С днем прощенья и смущенья

От житейских новостей.


Поздравляю и желаю

Счастья, радости, забот.

Просто мысли посылаю

Под любимый сердцу свод.


Полсотни - это много-мало,

Судьба прошедшая устало

Передает свою мечту

На сторону другую ту,

Где ты взрослей, где ты свободней,

А жить всегда в любви удобно.

5 мая 2021


Седой Икар


Если вам исполнилось 6-5,

стать должны вы в жизни невидимкой,

под запрет попал театр опять,

и свобода стала легкой дымкой.


Украшение улиц не для вас,

старым нет в метро святого места,

в опере услышать могут бас,

только те, кто в возрасте невесты.


Льготы все закрыты до поры,

когда птицы будут плыть по морю,

словно вы забыли суть игры,

в возрасте, когда болеют корью.


Вот такие тяготы пошли,

типа: не ходи куда хотели.

Стали проповедники грешны,

словно прихожанки из борделя.


Дома все сидите те, кто стар,

дома, словно вы примерзли к стулу,

так диктует сам седой Икар,

и Москва уменьшилась до Тулы.

9 октября 2020


Седой Икар


Если вам исполнилось 6-5,

стать должны вы в жизни невидимкой,

под запрет попал театр опять,

и свобода стала легкой дымкой.


Украшение улиц не для вас,

старым нет в метро святого места,

в опере услышать могут бас,

только те, кто в возрасте невесты.


Льготы все закрыты до поры,

когда птицы будут плыть по морю,

словно вы забыли суть игры,

в возрасте, когда болеют корью.


Вот такие тяготы пошли,

типа: не ходи куда хотели.

Стали проповедники грешны,

словно прихожанки из борделя.


Дома все сидите те, кто стар,

дома, словно вы примерзли к стулу,

так диктует сам седой Икар,

и Москва уменьшилась до Тулы.

9 октября 2020


***

Мне нравилось продумывать приборы,

не лестницы, не платья, только их,

из электроники на плате, как наборы,

не спит мой разум, и во сне ретив.


Всю жизнь была 'конструктором от Бога',

а в '6 и 5' сказали тихо: 'Нет'.

Теперь мечусь во сне, ищу пороги,

ищу себя на склоне женских лет.


Ищу, хожу, по фирмам, коридорам,

пытаюсь отыскать свой прежний быт,

я прохожу вдоль кульманов и компов,

никто меня не знает, труд забыт.


Я столько в этом мире начертила!

Но все труды остались за чертой

подписок, мол, не знаю, не юлила.

Научный труд без чертежей? Постой,


коль спишь, так спи, пришла святая старость,

не смеешь даже выйти со двора.

О, Боже мой! В своем уме? Так, малость.

Еще могла придумать. Жизнь добра.

22 октября 2020


***

Я благодушно почиваю

без славы, почестей, похвал,

я меньше все себя читаю,

и не пишу за валом вал.


Ушел мой вал девятый, суя

осталась с мыслями одна,

я зеленею словно туя,

слегка колюча, как сосна.


Короче ель пред вами, люди,

мой ствол уходит в небеса,

мои стихи никто не судит,

из прозы выросли леса.


Я благонравна, бесконечно

сама себя я не хвалю,

все мной написано сердечно,

я не писала во хмелю.


Я - беспробудно трезвый гений,

поскольку я люблю КД,

конструктор я была без лени,

а стала старой, я - нигде.

23 октября 2020


Бриллиантовый век


Десять лет мне в Самиздате ставили колы.

Те, кто пышно расцветали - сгинули они.

Только я без одобрений, зелена трава,

я расту без сожалений, потому права.


Меня сильно унижали, но ведь я - трава,

ниже с возрастом я стала, потому - права.

Из Серебряного века не забыт никто,

бриллиантового века не было. А, что?


Если век из бриллиантов - я поэт Руси,

Интернет поднял атлантов, всяк поэт - пиши.

Бриллиантовые люди - интернета век,

так поэт стал знаменитым, вечен человек.

23 октября 2020


***

Мы ходим в масках стройными рядами,

в перчатках появляемся всегда,

вот так бы, да и в прошлое рядами,

мы меньше бы болели и тогда.


Во времена болезней, злоключений,

когда туда нельзя, сюда нельзя,

познали мы без масок приключенья,

и стала ограниченной стезя.


Немного в масках мудрого знаменья,

коль интернет разоблачает нас,

так маски вносят легкое затменье,

и кто-то не узнает в масках нас.

23 октября 2020


***

Кто про что, да все о старом,

я о том, да ни о чем.

Просто все меня достало,

я здесь вовсе не причем.


Все при деле, при работе,

я на пенсии сижу.

Я сама себе в заботе,

что я автор всем твержу.


Кто я буду, да откуда?

Там давно я не была,

не родилась от верблюда,

дочкой папиной слыла.


Все давно-давно исчезло,

ни при ком и не причем.

Мало что мне интересно,

том за томом кирпичом.

20 января 2019


***

Клен и береза, рябина, сирень и хоста,

где-то внизу между ними растет. Все просто.

Просто кому-то идти по двору с ребенком,

я молчаливо с балкона смотрю совенком.


Старая бабка хожу от двери до двери,

как же мне боли мои все мне - надоели.

А ведь полвека прошло лишь с тех пор, любили.

Чувства и мысли давно на запор, забыли.

25 июня 2019


***

Скамейка, семейка, жалейка и пень,

бордюры, светильник, аллея, сирень.

Прекрасный асфальт и надежная плитка.

Таежная грязь возле входа в калитку.

Проспекты, бордюры, асфальт, вензеля,

узнает читатель, где бродит семья.


ТВ, СТС, ТВЦ , ТНТ,

на клавиши жмет одиноко Мегрэ.

Он долго бы жал и терпел его пульт,

но в это мгновенье - источник всех пуль

увидел он молча. А, то НТВ,

где вечно стреляют и есть из чего,

а люди играют его самого.


Метро, МКЦ, электричка, забор,

концерт эстакады и новый собор.

Вот ФОК, садик, школа и умный лицей,

где каждый талантлив иль ум - лицедей.

Вам Тройка в награду. Пятерочка? Нет.

Магнит с вами рядом. А, впрочем, Привет.

22 ноября 2019


***

Пиво из холодного стакана

выпью с воблой я наедине.

Время ощущаю чистоганом,

вижу твой портрет я на стене.


Здравствуй, мы не виделись три года,

облик твой как пиво на столе.

Знаешь - вновь прекрасная погода.

Память как картошка вся в золе.


'Горько' кто бы нам сегодня крикнул,

теплым вновь становится стекло.

Помнишь - наш костер и в небо искры,

время очень быстро утекло.


Годы пролетают как столетья,

пиво вновь нетронутым стоит.

Воблу ты любил сквозь лихолетья,

облик твой с портрета улетит.


Пиво из холодного стакана

стало теплым в солнечных лучах.

Вобла пролежала без изъяна,

где-то без меня и ты зачах...

27 мая 2018


Шествие


На фоне зеленой весенней листвы

воздвигнуты новые зданья,

а в воздух направлены только стволы

орудий сквозь память сознанья.


Потоки людские идут по земле,

сменились давно поколенья.

И в каждой российской хорошей семье

войной были вырваны звенья.


И вот, словно память, портреты людей,

которых забрало в мир время,

портреты как отзвук былых новостей,

ведь выросло новое племя.


Идут и идут миллионы людей,

несут своих предков портреты.

Погибшие вышли из замка теней

и в мир выдают нам советы.


Чтоб были, чтоб жили, и чтобы росли

среди первозданной природы,

а память о прошлом в сердцах пронесли

сквозь время и веру в свободу.

10 мая 2018


***

Стихи коварные создания,

порой идут сплошной рекой,

а то - сплошное увядание,

как будто встали на покой.


Им все равно на снег и иней,

им нет ведь дела до судьбы.

А мир вечерний очень синий,

и мысли - золушки грибы.


Но нет былых течений мысли,

они уснули навсегда.

Но я жива. В снегах зависли

деревья, ветви, провода.


Мне некому сказать - спасибо,

мне некому писать - люблю.

Уже другие все красивы,

а я одни бока кормлю.


Пошла на спорт, согнула ногу,

забыла талию согнуть.

Но я жива. Спасибо Богу.

Я мир по-прежнему люблю.

06 января 2018


***

Магнит для народа - брусчатка Москвы,

а Красная площадь - магнит для толпы.


Здесь ходят, здесь бродят и смотрят вокруг,

любой все снимает - истории друг.


И щелкают тихо, и в кадрах растут

соборы столицы и странный сей пруд,


что вырос под боком Охотного ряда,

скульптуры собрав, а фотографы рады.


Прекрасен истории сказочный круг:

и парк, и военный, и вечный салют.

28 июля 2015


***

Сквозь обиды и тревоги,

Сквозь любовь и тишину

Шли по твердой вы дороге

Зная истину одну,

Что дошли вдвоем до свадьбы,

До взаимности в семье,

Появились мамы - сватьи,

Значит быть отцу в судьбе,


И родни вдруг стало больше.

Не теряйте и друзей,

Пусть кричат вам: Горько! Горько!

Станет сердцу веселей.

Свадьба ладной получилась,

Бело - синие цвета,

Счастьем парочка светилась,

Но судьба увы, не та.


Захотели вдруг мамаши

Денежки свои забрать,

Видно ели много каши...

Мир распался. Подлость. Ять...

Деву милую обидели...

Бог и ангел это видели...

23 октября 2015


***

Если вам поставили "четверку",

улыбайся школьник и студент!

От четверки будет больше толку,

может, она стойкости патент.


От четверки есть путь до вершины,

гениальность, где-то за горой.

Значит, вы не все еще свершили,

просто человек вы, не герой.

4 февраля 2014


***

Иду на запах ванилина,

а ем корицу.

Я в чай кладу одну малину,

и вновь за пиццу.


Потом увижу я гвоздику,

хмели - сунели,

В пельмени - перец - это лихо.

А вы не ели?


Еще люблю я вкус имбиря,

но только с кофе.

И вес отличный. Только гиря

под ребра колет.

5 февраля 2014


***

Кто-то что-то перепутал,

или что не доглядел.

И в умах сермяжных путы,

БТР был не у дел.


Горизонт покрылся пеплом,

темной копотью от шин.

И сирены грустно пели

от погибших без машин.


Жизнь опять перевернулась,

вне политики не жизнь.

Вновь солдаты подтянулись,

им хотелось очень жить.


Гарнизоны у границы,

ощетинились стволы.

Грустно пели тихо птицы.

И пусты были столы.


Господи, яви в мир чудо,

всех и вся ты вразуми!

Мир верни! Пусть будет людно,

Пусть народ еще поспит.

25 апреля 2014


***

Улыбнулось солнце мило,

ты проснись моя, Альбина.

Улыбнулась осень льстиво,

посмотри на мир, Альбина.


Облака едва явились,

здравствуй, милая Альбина.

И друзья все проявились.

Ой, привет! Идем, Альбина!


Золотой, красивый клен

шлет привет тебе, Альбина!

И качает хобот слон,

жизнь хорошая судьбина.


Альбина, с днем Рождения, Альбина!

С лучшим днем твоим, Альбина!

Ты хорошая моя.

26 сентября 2014


***

В шоке, в ладе, в шоколаде,

или утром - шоколад.

Иль в раю, иль в диком аде,

или летом - водопад.


По лыжне иду на лыжах,

зимний вид и снежный блеск.

Дети, старые, кто выжил,

мне навстречу. Дети - треск.


Без падений в снежном мире

те, кто медленно - ползут,

кто змея в любом эфире,

кто надели цвет - мазут.


В шоколадном страстном цвете

мало ходят на лыжне.

Тут и куртки как конфеты,

словно фантик - малышне.


Иней ели покрывает,

ветви движутся кругом.

Снег лежит, как порывало.

Я на лыжах. Я бегом...

02 января 2013


***

Изменилась девушка немножко,

и сама садится вновь за руль.

Она любит, но себя лишь крошку,

не нашелся для нее король.


Девушка спокойными ночами,

что- то переводит на планшет.

И сверкает солнечно очами.

Парни без нее пьют свой фуршет.


Меньше и ее зовут смартфоны,

телефон ее забыт давно.

Телефоны стали граммофоны,

по планшету смотрит и кино.


Что-то о любви исчезли речи,

и забылись дивные уста.

Девушка одна, забыты встречи,

Мексика, каникулы. Устал.


Кто устал? Устал какой-то парень,

что смотрел дом-2, теперь один.

Смотрит мексиканский сериал он.

Нет любви, любовный карантин.

25 марта 2013


***

Вновь отдыхают парты,

дети уснули, их нет.

Двадцать шестое марта:

ветер, мороз и снег.


Длятся каникулы просто:

дома, где комп, ТиВи.

Улица: снег, наросты

льда. Веришь? Так не смотри.


Скоро ли будет лето?

Дивный в сердцах вопрос.

Но еще дремлет веко,

школьник вопрос перерос.


Он почитает книгу,

умно мне скажет:

- О. Кей.

Зная футбольную лигу,

смотрит лишь часть новостей.


Каждый живет, как может,

по трое смотрят сквозь комп,

Сзади их дом. Прохожий -

кто-то домашний, как кот...

26 марта 2013


***

Девочка, девушка, женщина, бабушка

годы идут. Не узнаешь, когда

вдруг появляется: милая, лапушка,

девочка, солнышка, зорька звезда.


Если ты девушка - мир просто сказочный,

всеми любима и всем ты нужна.

Ты и невеста, да просто ты - ласточка.

Ты и красива, в семье ты важна.


Стала ты женщиной. Жизнь. Озабоченность.

Только успеть бы все сделать и то.

Вечно бежишь ты и вечно всклокочена.

Кто пожалеет? И часто - никто.


Годы промчались - ты бабушка старая,

и не нужна ты теперь никому,

вечно идешь под небесною карою.

Эх, обслужить бы себя бы саму!


Горькие хлопоты. Мудрая истина.

Чтобы прожить в этом мире порой,

лучше молчать, жить в семейной все пристани.

Тяготы, радость считать лишь игрой.

06 июля 2013


***

Не везет. Не везет. Повезет.

Исчезает реальность простая,

что-то долго везение ползет,

когда осень листочки листает.


Снова странный случился расклад,

и финансы ушли по этапу,

не осталось на скромный оклад,

и осталась медведю лишь лапа.


И нечаянно вздрогнул каскад,

и прошли по душе суеверья,

хоть пиши про везение доклад,

и слагай вновь стихи о доверье.


Замолчать, задышать, заморгать,

где каскад, где есть сад, где есть клад.

Все простить, не просить, укусить

этот склад, где оклад, где шел град.

17 октября 2013


***

Ох, эти розы на окне,

они цветут в угоду моде,

когда душа лежит на дне,

цветы цветут не по погоде.


К тебе летит моя душа,

но зацепилась за колючки.

Все возражения круша,

мечта летит, минуя кочки.


Ох, эти розы на окне,

на них бушуют вновь бутоны.

Но мысли тянутся к тебе,

они свежи как хлеб, батоны.


Ты разлюбил, но не забыл,

ты далеко, не выше неба.

Про розы чайные забыл,

и мы не ели вместе хлеба.


Ох, эти розы на окне,

они в горшке стоят, не в вазе.

Но отражаются в стекле,

в простом стекле, а не в алмазе.

12 ноября 2013


***

Дата приближается земная,

от нее волнение идет.

То была ты женщина простая,

стала ты на пенсии. И вот,


вроде бы как жизнь перевернулась,

словно по торту прошли ножом.

Ты померкла, но вдруг встрепенулась,

годы ощетинились ежом.


Ты еще совсем ведь молодая,

статная, красивая мадам.

А тебя на пенсию. Златая

осень пробежала по листам.


Бабье лето жизни улыбнулось,

пенсия по старости - не грех.

Увядают листья, жизнь запнулась,

знания - расколотый орех.


Все умеешь, знаешь и все можешь,

но немного в возрасте, и, что?

Ты еще дела все приумножишь,

ты еще красивая. Вот что!!!

18 ноября 2013


***

Скромные защитники отечества...

Где-то окунулись в глубину,

где-то поднимались в синь небесную,

затаились тихо, ни гу-гу.


Ратный подвиг в самодисциплине,

в исполнении долга каждый день,

чтобы корабли по морю плыли,

чтобы горе не бросало тень.


Чтобы места не было насилию,

чтобы люди верили словам!

Ценим осторожных, храбрых, сильных,

умных и умелых. Счастья вам!

22 февраля 2012


***

Верность - работе и долгу.

Верность - семье и себе.

Все, что он делает - с толком.

Честность - всегда и везде.


Качество в каждой работе:

в модуле, схеме и плате.

Жизнь остается субботе,

пять дней идет он к зарплате.


Где-нибудь он в воскресенье

может летать или плыть.

Вот ведь какое везение:

может он разным ведь быть!


Годы идут. Не стареет.

Умный умнеет всегда.

Графики мудрости реют,

Тихо витают года.

19 марта 2012


***

Когда исчезли все мечты

беспрецедентно.

Когда совсем не нужен ты

эквивалентно.


На редкость грубые мазки

снуют по небу,

то бело - серые мостки,

и пруд без нерпы.


Болото в жизни часто вот,

когда все пусто.

Когда пустыня из забот,

но очень грустно.


Придумать надо что-то мне,

чтоб кровь струилась,

чтобы не думали: "А мнит,

всего добилась".


Совсем не так, иду вперед,

очки на вынос.

И что-то новое грядет,

в строке - невинность.

20 августа 2012


***

В судьбе вся кончилась недвижимость,

остались только лоха троны.

Осталась только чья-то видимость.

Звонки. Звонки. Тишь. Телефоны.


Кому поверить? Вроде некому.

Куда пойти? Увы, не знаю,

и промолчать, как - будто некогда,

и позабыть о чем мечтаю.


Потом все ищут, кто под поездом,

а кто слетел с домов вершины.

Самоубийцы - это пайщики,

иль те, кого в обман втащили.


Отдали люди свои денежки,

а их смертельно обманули,

и нервы просто разрываются.

И тут звонят. Нет. Потонули.


Внимание, чудо - лохов гонщики,

на вас нет судий, нет полиции.

И вы, как ассы велогонщики,

несетесь перед горем - лицами.

12 октября 2012


***

Эх, какие дороги, развилки,

переходы внизу и вверху!

Опоздал? Не доехал до вилки?

Так худей в пробках и ни гу-гу.


Город пробок и видеокамер.

Шаг проехал - плати - не хочу.

Город едет. И вдруг, будто замер.

Опоздал? Тесен мир лихачу.


А когда все машины столпились,

рядом пусто, дорога пуста.

Застолбили, заедешь - заплатишь,

кто-то держит себе полосу.


Дом огромный, а рядом дом больше,

дом на дом наезжают порой.

А народ по машинам все тоньше,

им не кажется - мир сей игрой.


Трудно выспаться. Некогда. Позже.

Надо ехать. Дороги пусты.

А вот камера, кто-то стал толще,

у кого-то карманы пусты.

14 ноября 2012


***

Как много красивых, прекрасных, пригожих,

но все одиночки.

Они все различны, совсем не похожи,

но их пусты ночки.


Я вас насмотрелась, скрещу сама пары.

И, что получилось?

Самсонов и Лера - чудесная пара,

а к ним подключились:


Клубничка и Лера, Майями и Варя,

Задойнов и Яна,

Оксана и Боев. Катюша, юрист

и все без изъяна.

Проект! Так! Держись.

20 ноября 2012


***

Я знаю, кто построил пирамиды!

Их мамонты построили, друзья.

Не надо на меня пустой обиды,

давно все было, но все помню я.


Четырнадцать мгновений пролетело,

и каждое мгновенье - толща лет.

Семь метров было и людское тело,

и каждый человек наш был - атлет.


Да, мамонты гуляли, носороги,

деревья ускользали в толщу лет.

Цвели пески, и делали дороги,

и блоки поднимали как букет.


Не верите? Проверите. Погода

тогда была совсем, совсем иной.

И кислород гулял, нагуливал породу.

Трава в песках огромная росла.


И не была песка. Нил разливался,

как море или больше. Тишина

плыла средь пирамид. Век обрывался.

Ушли те великаны навсегда.

27 декабря 2012


***

Балка над дорогой, рельса на земле,

где же те строители, что так спят во тьме?

Надо так построить мостик на рассвет,

чтобы все стояли в пробках по пять лет?


Кто бы эту рельсу поднял над землей,

чтобы уложили балку всю на ней?

Это торопились мэру угодить,

балка и прогнулась, рельсу - позабыть.


Чудаки, однако, строят переход,

быстро, очень быстро все за месяц - грот.

А погода - чудо, падает лишь снег,

ускоряют люди утренний свой бег.

27 декабря 2012


***

Год зайца - год запутанных следов,

когда не знаешь, где враги, где люди.

Кто ищет прозу, авторов, стихи,

кто ищет, как романы обесточить.


Мне надоело прятаться от всех,

мне надоело сбрасывать все строки.

Боюсь падений, хуже лишь - успех,

как будто бы у автора пороки.


Все лучшее подальше от людей,

все о себе - на дно существования.

Не быть бы мне источником статей,

без всякого на то обоснования.


Лишь высунешься - сразу весь Интернет,

любуется собой, тобой и кем-то.

И не спасет вас пригоршня монет,

чтоб бросить их в преследователей слепо.

21 февраля 2011


***

С днем защитника отечества.

С днем защитника квартир.

И приборы все отчетливей

нам покажут чей-то мир.


Все охранные системы,

засверкали тихо в ряд.

Милицейские сирены

сразу выслали отряд.


Все спокойно, отдыхайте

ведь на службе снова Блиц,

GSM, FGSM, их покупайте,

Блиц, так Блиц для разных лиц.

22 февраля 2011


***

Я поздравляю всех своих мужчин,

что выжили еще на этом свете.

Для смерти у них множество причин,

для жизни - я, и то, что было летом.


Еще сковали землю холода,

но солнце чаще светит над землею.

И, значит, поздравлять мужчин пора,

хвалить их врозь иль вместе всей семьей.

22 февраля 2011


***

Волнует, лишь юбилей меня волнует,

а сердце екает, токует.

Мой юбилей меня волнует.


Бывает, что мозг все прошлое итожит,

и только старое тревожит,

как будто жизнь на жизнь помножит.


Уходят, уходят в прошлое свиданья,

любовь, мечты, очарование,

затем выходят тихо знания.


И остается все, что есть, скорее честь.

2 марта 2011


***

Я умею читать между строк,

я могу все порою домыслить.

Я сама себе часто пророк,

я хитрее, чем хитрые лисы.


Ухожу иногда и бегу,

оставляя знакомые лица.

Имидж свой я еще стерегу,

заставляя словами излиться.


А кого же? Конечно, себя.

Я пройду сквозь века незаметно,

свою ауру только любя,

козыряя архивом несметным.

6 апреля 2011


***

Что делать, если пусто на душе?

Что делать, если денег нет в кармане?

Что делать, если мрак напал уже?

Что делать, если вы не в ресторане?


Никого не трогать и не ждать,

и никто вам нынче не поможет.

Надо в своих мыслях полетать,

и свои все навыки умножить.


Вознестись поближе к чудесам,

вспомнить все любимые успехи.

Смотришь уже лучше в небеса?

Надевай-ка лучшие доспехи.

6 апреля 2011


***

Кинули. Сегодня все меня покинули.

Подруга лучшая вдруг сгинула,

словами дружбу мне заклинила.


Кинули. Начальник не за мной охотится,

а мой компьютер ею светится,

а мне зарплата не предвидится.


Кинули. Мой бывший муж с чужой балуется,

Моими ласками даруется.

Она в его руках ликует вся.


Кинули. А я одна вдруг и осталась - я,

Такая вот судьба моя.

Такая вот судьба моя.

25 июля 2011


***

Человек творит себе подобных,

только неудачно иногда,

а то вдруг - родится преподобный,

а то вдруг - ученая среда.


Гены в нем заложены веками,

в них все есть про цвет и про глаза,

что бывают рядом с небесами,

или кареглазая слеза.


Видите, меняют жизнь дороги,

как растут огромные дома.

Вот автомобильные потоки,

там садов безудержных волна.


Солнца луч бежит по стеклам окон,

а за ними новенький уют.

Электронный мир закутан в кокон,

сотовый, компьютер в мир ведут.


Космоса дороги нам подвластны,

и глубины можно все достать.

Можно жить сто лет, нам век подвластен,

можно из мартена выжить сталь.

30 сентября 2011


***

Ваши ногти, как листья березы,

золотисты и нежно - ровны.

Ваши волосы - солнышка слезы,

распустились как гребни волны.


А ресницы висят надо мною

прикрывая пылающий взгляд.

Побелеют они лишь зимою,

когда осени меркнет наряд.

14 октября 2011


***

Если долго бегать по дорожкам,

можно растрясти весь антураж.

Если никому не ставить рожки,

можно не уйти совсем в тираж.


Если вам за тридцать - не рожала,

значит, пустоцвет опять в цене.

Только б ваша лошадь не заржала,

на семейной, тихой целине.

25 ноября 2011


***

Спасибо за подъезды, спасибо за дороги,

И можно Вам трудиться еще так много лет.

Работайте, работайте, накопятся итоги.

И вновь дома одетые уходят в свой полет.

Но только Вы проехали, все в мусоре уже,

и дворник отдыхает, свернувшимся ужом.

25 ноября 2011


***

Поехали ко мне, - сказал герой, не поперхнувшись сигаретным дымом.

Другой герой, он пригласил гулять, но он ей был почти что сыном.

Как старомодно дама выбирала среди двоих прекрасных чудаков.

Любовь, однако, нет, не выбирала, и предпочла себя одну в альков.

2011


***

От компьютера к телевизору,

без экрана звонит телефон.

И таблетки бескрайнею фишкою,

изменяют движения волн.


Волн души, что давление экранное,

на себя примеряют порой.

И пропустим мы нечто и бранное,

но посмотрим модели раскрой.


Мы живем все почти в телевизоре,

нам экран заменяет любовь.

Там расскажут готовку провизии,

там откроют всю старь и всю новь.

30 января 2010


***

Спасибо всем российским офицерам,

что уважают женщин в нужный миг.

Когда они меняют круто цели,

цветами, украшая дамский мир.


Спасибо за простое вдохновенье,

когда мужчины поздравляют нас.

Они тогда в виньетках сновиденья.

Они прекрасны в мартовский наш час.


В тяжелый миг они нас защищают,

они верны стране, семье и просто нам.

В войну они нам мир обычный предвещают,

Отечеству так служат на века.

6 марта 2010


***

Корзина роз в ногах моих

тебя лицом напоминает.

Нам счастья мало на двоих.

И наша дочь об этом знает.


И сын давно тебя плечистей.

И внучка взрослая почти.

И внука два тебя лучистей.

Не видел их. Ты так молчи.

8 марта 2010


***

Дракон солнца собирает ниц поклоны,

Только он хорош, а остальные все никто.

И цветами уж завалены все склоны,

И дары несут и теплое манто.


Придержали языки, цветы завяли,

Оскудела судьбоносная тропа.

Трактора пройдут, цветы все в ямы свалят,

Чтоб могли добраться вновь к тому Папа.

24 марта 2010


***

Центральный дом литературы,

точнее ЦДЛ,

Он ловчий слов и пик культуры,

в нем много лик и дел.


Издательство - предвестник славы,

точильный инструмент,

его забрасывают лавой

синопсисов, анонсов лент.


Есть Самиздат - парник поэтов,

ростков миниатюр.

И конкурсы - Богов приветы,

как мода от Кутюр.


А вот сам Автор многогранный,

раздвоен он в делах.

Он - словом лечит сердца раны,

с фантастикой в мечтах.


Куда потом ему податься

с огромной кипой слов?

Да в Самиздат, конечно, сдаться,

тут каждый двух голов...


Любимцы здесь идут по курсу,

их издают везде,

а все не проданное - мусор,

что рубят в решете.


Центральный дом литературы

мне вовсе не понять,

полезный мир макулатуры

нам надо покупать.


Но захожу волнуясь

в тот самый ЦДЛ.

Я фотами любуюсь.

Здесь мир поэтов цел.

24 мая 2010


***

Природа просит позабыть

про войны и победы.

Пора бы современней быть,

и в климате есть беды.


Ау, кто космос потревожил

над Ржевом и Москвой?

А кто над Тулой расположил

пробел и атмосферы вой?


И почему так падки люди

на всякую беду?

Ведь если в космосе убудет,

сквозь дым дорогу не найду.

3 августа 2010


***

Тревожно шуршала листва по утрам,

идти в лесу жутко, ужасно.

Какой-то помятый мужик в лес удрал,

и взгляд его в спину ужалил.


Иду осторожно, потом вдруг побегу.

Куда, от кого? Шорох листьев.

Мужик прошел быстро, сверкнул, ни гу-гу.

И трески ветвей, словно выстрел.


Ой, страх пробежал. Я вдруг встала. Стою.

Смотрю на него. Он проходит.

И липа сверкнула листвой. Я молю,

а там за листвой солнце всходит.


Он сам вздрогнул быстро, как листья осин,

а я замерла, словно липа.

Стоим среди елей, огромных верзил,

а взгляд его яростный слепит?


Он вдруг пошатнулся и быстро пошел,

а я побрела, где люднее.

В лесу одиночество - шорохов шок,

здесь ходят одни, кто беднее.

19 сентября 2010


***

Летят чиновники, как листья листопада.

И льют дожди, как слезы. Иль так надо?


Набрав в казне огромные себе запасы,

Летят на Запад, покупают остров, вазы,


чтобы украсить дом, или мощный интерьер,

и прятаться за евро и в долларах портьер.

28 сентября 2010


***

Вонзилась боль в больное сердце лихо.

И обреченно вскрикнула душа,

как будто бы за нею ни гроша.

И смерть взглянула ниоткуда тихо.


Я содрогнулась, словно от позора.

В больном мозгу запрыгали слова,

что будто бы всесильная молва,

вдруг докатилась с тягостным укором.


Все. Жизнь прошла и некуда деваться.

Пришел конец с косою на шесте.

И вдруг кричат: 'Пора, друг рассмеяться!'


Не поняла зачем. Жизнь во Христе.

Да полноте, не надо усмехаться.

Ведь все нормально в нашей суете...

11 октября 2010


***

Вся жизнь - борьба существования,

и недалекие мечты,

и чувства бывшего предания,

и виртуальные листы.


А за окном мороз иль ветер,

или туман и пустота,

а до тебя два километра,

а я до боли вновь одна.


Я не зову и не страдаю,

ведь отчужденность на века,

любви страницы не листаю,

не жду забытого звонка.

2 декабря 2010


***

Попала под раздачу на раздаче,

наверное, не яркою была.

На мне не прочитались шуба, дача.

Я по столовой с вилкой проплыла.


Никто мне никогда не прекословил,

рассольником в четверг не упрекал,

никто и не пытался мне злословить.

А ты жевал морковку и икал.


Решила я собою вновь заняться,

быть бледною капустой ни к чему.

А лучше бы с тобою помириться.

Зачем? А чтобы было - почему...

29 декабря 2010


***

Сюда нельзя, туда нельзя, а надо.

Здесь речь о пробке до и после МКАДа.

Мосты построить легче, чем дороги,

За них идут сквозь многие пороги.


Леса не трогать, - это интересно.

Но как же быть, коль нет иного места,


Чтобы построить нужные дороги?

Всех рассудите люди, словно Боги,

И дайте повернуть, куда всем можно,

Стоять по пробкам, - просто невозможно.

20 января 2009


Рысь и Мурка


'Космические дали,

космическая высь,

там люди не витали?' -

спросила тихо Рысь.


'Какие уж там люди,

скажи, что муравьи,

они бы не летали,

так пели соловьи', -


сказала тихо Мурка,

лизнув свой ноготок.

В нее летела куртка,

и с нитками клубок.


'Вы кошки разболтались,

сбежали с чердака.

Коль Рысью ты назвалась,

так и сиди пока', -


сказала Степанида,

она несла носок.

Клубок весь раскатился,

увяз в нем коготок,


одной почтенной Мурки,

что с Рысью у стола,

играла снова в жмурки,

потом клубок дала.

4 июня 2009


***

Маленький поселок придорожный

видел много на своем веку.

Он смотрел из окон осторожно,

чтобы не навлечь себе беду.


Проезжали царские утехи,

проезжали мимо господа,

проезжала утром как-то Пьеха,

но для них не пела никогда.


Бушевали ливни, грозы, бури,

проходили грозные года.

Много было разной сельской дури,

только не ленились никогда.


Может здесь проедет Стасик Пьеха,

может песню - бренд свою споет,

для поселка будет не помеха,

пусть немного радости прольет.

6 июля 2009


***

Зачем на бампере ажур?

Ведь это же не абажур!


Машина врезалась в машину.

Так обвернуть машину шиной!


Ау, конструкторы авто!

Вы что-то сделали ни то!

06 июля 2009


***

Приятен Славянский базар,

своим утонченным концертом,

с годами он стал не базар,

калачиком несколько тертым.


Люблю этот дивный вояж

из стран либерального солнца,

здесь песен несметный багаж,

поются и страстно, и сольно.

11 июля 2009


***

На детской площадке двенадцать собак.

Их лай голосистый и злобный

собой говорит, что их жизнь не табак.

Они, как отряд здесь особый.


Бродячие стаи огромных собак

удел городских завихрений.

Они отгоняют пришедших на брак,

и мстят домовым сновидениям.


И лают собаки с утра до утра.

Свободная стая удачи.

Их лай достает всех котов до нутра.

Дома здесь как соты, не дачи.


Собачек не ловят, не кормят порой.

Они давно сами с усами.

И дети боятся забыться игрой.

На детской площадке вновь стаи...


Но кто-то собак всех убрал со двора.

Коты давно сами исчезли.

Мышата свободно снуют по утрам,

собачью еду крысы сгрызли.

16 сентября 2009


***

Женщина под шестьдесят,

а глаза еще блестят.

В юбке теплой не до пят,

все же выглядит на пять!

18 ноября 2009


Поздравление к 23 февраля


Поздравляем самых сильных,

самых умных и красивых.

И желаем вам терпенья,

тихих фраз, подобных пенью.


Чтобы дома вас любили,

и случайно не забыли,

приходите каждый день,

чтобы не думали - вы тень.


Уважайте тех, кто старше,

и цените тех, кто младше.

И любите, не юлите,

если жить для всех хотите.


Защищайте отчий дом,

и страну, и личный сон.

06 февраля 2008


***

Тринадцатого марта,

тринадцатого года,

поэт родился стойкий

для вечного восхода.


То в моде были пьесы,

то детские стихи,

теперь один компьютер,

в нем строчки не ищи.


Детей влекут игрушки,

собаки, пауки.

Но вы прошли на стойкость

всеядные бои.


Вы вечный детский профи!

Живи, поэт, Живи!

13 марта 2008


***

Сюжет у автора страшнее - ада,

она наводит ужас на людей.

Ее - читай, но в отблесках лишь света,

она вбирает страсти всех мастей.


И в книгах, если любят, то насильно,

а убивают мистикой в упор.

Каратели - любимый или милый,

об ужасах не начинайте спор.

20 марта 2008


***

Композитор, композитор,

солнца блики, белый свитер.


Он играет джаз лучами,

переигрывая с нами,


наши судьбы, наши жизни.

Коль нужны стихи - так свистни.

26 марта 2008


***

На жизнь смотрю всегда упрямо,

немного с юмором простым.

Бывает, падаю я в яму:

здоровья, чувств, где есть мечты.

Но я очнусь и встану прямо,

И напишу стих на листы.

Я выстою, я выжму боль,

пройдя - всех тренажеров соль.

10 марта 2008


***

Король ироничных улыбок,

блистательный, милый всегда.

Не делает юмором скидок,

бегут неуклонно года

Все дальше и дальше от зыбок,

Но он безупречен всегда.

Да он - молодец! Подытожим:

он роль обаянием множит!

31 марта 2008


***

Привет, привет! И солнце светит,

и жизнь идет за кругом круг,

не обойти вокруг мне света,

не хочется любовных мук.

Коль он не даст мне вдруг ответа,

Когда в судьбе так много скук.

Но друг на пару переписок

мог бы украсить жизни список.

3 апреля 2008


***

Редкий дар доброты, элегантности

и осанки, и слов редкий слог.

Она вся из шелков жизни соткана,

в ее гордости скрыт миру долг.

А еще не откажешь ей в статности

Да за ней бы пошел целый полк.

Никому ничего не обязана,

Красотою и вечностью связана.

04 апреля 2008


***

Вы себя в стихах боитесь

иль смелее остальных?

Вы от юмора таитесь,

нервы крепче труб стальных?

Я тут льщу и поздравляю,

а в ответ бранят и лают...

Джеки Чан авось не трус,

и не скажет мне: 'Боюсь'.

7 апреля 2008


***

В час дня, в день пионерии,

две тысяч восьмого года,

есть отблеск от истории,

и жизни Риммы срока.


Мы с Казаковой Риммой,

конечно, не встречались,

назначенная встреча,

совсем не состоялась.


Я с ней вполне согласна:

Поэзия - есть хобби,

И за свой счет негласно,

Доносим до народа.


Спасибо Интернету!

Как Богу поэтесс.

Но Риммы больше нет ведь.

Стихи ее? О, ЕСТЬ!

19 мая 2008


***

Овощи, фрукты и злаки,

творог, кефир, пастила, -

это диетные знаки,

к ним подключилась халва.

Лук, сельдерей и петрушка,

мясо, фасоль и икра.

Сон загрузили в подушку,

в нем все диеты - игра.

13 августа 2008


***

Кто едет на север, кто едет на юг,

кому нужна слава, кому-то уют.

А мне нужны деньги, но их что-то нет,

и видно не будет, так пусть будет свет.


Кому-то морковка, кому-то ботва,

кому осетрина, а мне вновь плотва.

Я знатная дама, я дама никто,

и я затеряться могу так легко.


Но кто-то отыщет и скажет: 'Она!

Да эта же дама в Стихире видна!'

А я приглушу тихо, тихо свой взор,

а кто-то напишет огромный обзор.


Да, я вот такая, да, я есть везде.

О, Господи, Боже, вся жизнь в суете.

13 августа 2008


***

Волшебников так много, что не счесть,

они не отдадут судьбу и честь.

Они играют, думают в экране,

компьютерные феи на диване.


И клавиши под пальцами шуршат,

и пальцы давят мягко на мышат.


Весь мир, как на ладони - Интернет,

в нем знания и любовь, и целый свет.

Волшебная страна, страна утех,

в ней много интересного для всех.

13 августа 2008


***

День учителя желтой осенью,

он листвой мир жжет и не спросит их,

как горит звезда, как дарить цветы,

как любить людей, словно я и ты.


В день учителя, листья красные,

а глаза у них знанием ясные.

Ты спроси у них теоремы звон.

Песню спой свою в школьный микрофон.


В день учителя, в солнечный денек,

посади в тени тонкий тополек,

когда год пройдет, этот школьный год,

тополь зацветет, знаниям всем итог.

3 октября 2008


***

С новым годом! Новый год вселенной!

Будь для всех людей не так суров,

унеси несчастья и сомненья,

принеси всем пищу, новый кров.


Старый год под знаком увольнений,

медленно, но движется к концу.

Чтобы жить, добавить бы стремлений,

новых целей новому гонцу.


Дай всем людям ласку и заботу,

солнечные лучики добра.

Кому надо дай любовь, работу,

много света, денег, серебра.


Дай здоровья, счастья и успеха!

Новый год, для всех людей прошу.

Ну а мне? Желанья мне помеха,

общие слова лишь ворошу.

28 декабря 2008


***

Возьму костыль, пройду по тротуару,

глотая пыль несбыточных надежд,

пройду тропой знакомого бульвара,

среди людей и тополей невежд.


Меня ты бросил, только захромала,

я с болью в сердце это говорю,

тебе любви хромой недоставало,

и я в душе бессилием горю.


Оно понятно, есть меня моложе,

они идут, качая каблуки,

а ты ведь мне стал и ближе, и дороже,

но это уже видно от Луки.


Я поняла, хромаю одиноко,

я не достойна твоего словца.

Зачем тебе внимание трехногой,

а в прочем, есть четвероногая овца.


Возьму костыль, пройду по тротуару,

глотая пыль несбыточных надежд,

пройду тропой знакомого бульвара,

среди людей и тополей невежд.

19 июня 2007


***

Хорошее чувство единства,

признания, о дружбе - просты.

Но годы слетают как листья,

и встречи мои как посты...


Одно отторжение от дружбы,

не радуют встречи обид,

и жизнь превращается в службу,

на чувства наброшен лимит.


Сложнее найти мне задачу

для собственных, в общем, мозгов,

не видя любви и отдачи,

как будто я вся из долгов.


Должна и обязана, все же

взорваться желает душа,

и рано мне жизнь - то итожить,

свои междометия верша.


Такая я вся и сякая,

тружусь я с утра до утра.

Живу, никого не лаская.

Я вся из труда до труда...

19 июня 2007


***

Я смотрю за старением людей,

как они убывают с годами,

мне их боли с годами видней,

их проблемы в больницах томами.


Все, как было иль так, как сейчас.

Ноги тащат, идут, изменяясь,

уплывает их радости час,

и живут они, боли стесняясь.


Очень горько в себе замечать,

изменения, старения и боли.

Остается лишь только мечтать,

что я встану, а боль не уколет.

19 июня 2007


***

Трын - трава моя болезнь,

трын - трава.

Это вовсе не болезнь,

а игра.

Черти пляшут на ноге,

вот и все.

Не пройду я налегке,

что еще?

Раз и два ее согну,

дикий миг.

Я сама себе солгу,

боли пик.

Не боли моя нога,

не боли.

Я не бабушка яга,

не лети.

Нет метлы, не улечу,

но хочу,

Я пойду и подскачу...

Я шучу...

19 июня 2007


***

Переросла сама себя,

остыл фонтан душевных струй,

иссякла, видимо любя,

а жизнь сказала тихо: "Тпру".


Что это значит, не пойму,

но пустота необъяснима,

коль надоело же уму,

слова писать издательств мимо.


Мой вертолет упал с небес,

а я присела на рессорах,

и это видимо венец

моей мечты в столбцах позора.


На самом деле - пустота

Само записанной натуры,

каких-то мыслей чехарда

идет, бредет весьма понуро.


Не перепрыгнуть мне себя,

и пересказ любой не вечен.

Вчера я вспомнила тебя,

а ты живи, ты будь беспечен.

1 июля 2007


***

Алмазная дама, алмазная дама

сегодня и всюду, всегда и везде.

Алмазная дама, алмазная дама

в прекрасной столице живет в суете.


Она так красива, она так прелестна,

что любят ее и рабочий и шах,

она и ведущему телик известна,

и где-то на пленке ее виден Мах...


Она извлекает алмазы из дуба,

а вы только желуди, так оно так.

Она в антресолях как мусор из зуба,

алмазы достает и это пустяк.


Алмазы на люстре, алмазы из ножки

обычной скамейки, где спит стадион.

Алмазы, как пшенка в шкатулке, где ножки.

Роман распустился, как милый пион.

02 июля 2007


Зеленоградская звезда


Хорошо ли жить в Зеленограде?

Я об этом знаю и пою,

здесь любой в тени живет, в прохладе,

я об этом прямо говорю.


Солнечные тропки всем известны,

солнце до краев наполнит вас.

Это разве очень интересно?

И наука здесь не про запас.


Я люблю проспекты, водоемы,

блики на воде в подлунный час.

Я люблю приборные разъемы

те, что лишь припаяны сейчас.


Капелька росы, припой отличный,

платы зеленеют, как листва.

Господи, да все у нас отлично!

Разве в этом мудрость не права?


Знаете МИЭТ? О, это чудо?

Переходы в зданьях микросхем,

в нем всегда прекрасно, тихо, людно,

а потом Зенит или Ангстрем.


Компонент помашет звездной елью,

запоет тихонько Элион,

а за ними Элма станет тенью,

и баском откликнется Протон.


Припев:

Зеленоградская звезда,

взошла над миром и сияет.

Зеленоградская звезда,

своими знаньями мерцает.

Зеленоградская звезда. Звезда.

02 июля 2007


Отзвук песни


Это был бухгалтер,

в душу влез бухгалтер,

он сказал, что любит невзначай!

Узелок связался,

быстро развязался,

полюбила - было невзначай.

Ксюша, Ксюша, Ксюша,

юбочка из плюша,

родилась та Ксюша невзначай!

Ваша лишь Алена,

умная Алена,

стала лишь певицей невзначай!

23 августа 2007


***

Ваша светлость, маг, профессор,

микро чипов, микросхем,

очень много он профессий

осветил лишь только тем,


что собою он озвучил

электроники шаги.

И студентов он не мучил,

знанья с ним всегда легки.


Лектор он - весьма прекрасный,

весь в работе мудрый маг.

Взор его был светлый, ясный,

всех учил он только так.


Мы с ним звезды открывали

первых чипов словарей.

Пусть звезду мы не достали,

перевод с ним шел быстрей.

4 сентября 2007


***

Великий мастер песнопения,

великий труженик судьбы,

великий гений - без сомненья,

великий он, как те столбы,

что есть еще в степях Эллады,

о нем давно идут баллады.

11 сентября 2007


***

Жила была девушка Неля,

и стригла и прямо, и вкось,

внимала словам сальмонеллой,

потом разносила. Авось

вовсе с ней не проходит,

услышав, расскажет тому,

кто вас потом больно уколет,

словами. И быть посему.

Она по домам проходила,

укладки и стрижки и фен,

и в вашем дому вам вредила.

Она была стрижек всех бренд.

03 октября 2007


Сын генерала


Где-то в жарком регионе

среди ветра и песка,

среди танков полигона,

он родился для броска

в новый век иных идей

среди пары лебедей.

Ездил с папою и мамой

по прекраснейшей стране.


Гарнизоны были домом,

рос на танковой броне.

И однажды он подрос,

в голове возник вопрос:

'Кем же быть на этом свете?

Быть как папа генералом?

Быть ли летчиком как ветер?

Или схем всех адмиралом?'


И однажды он решил,

что достигнет он вершин.

Он поехал в город - лес,

где МИЭТ краснел боками

среди лиственных чудес.

Он был принят в мир Богами.

Он учился, он учил,

и диплом он получил,


где почти не пахло пудрой,

изучал науки мудро.

И однажды он на танцах

Встретил девушку одну,

и она женою стала.

Полюбил ее. Да ну?

Да, любил. Родились дети.

Он чертил из схем все сети,


что на платах, словно карты,

для диодов, микросхем.

И с женою вместе парой

создал фирму из дилемм.

Год от года жизнь все круче,

он идет всегда на кручи

новых фирменных проблем.

В мировой системе Блиц


создавая свой раздел,

охраняемых им лиц.

Фирму создал, свой удел,

в ней всегда так много дел!

Где-то в лучшем регионе

среди леса и домов,

на зеленом стадионе

плат, как вестников веков.


Дифирамб ему писала,

но пошло все вкривь и вкось.

Умер он и кончен сказ,

жизни был он не указ...

7 ноября 2007


Сто метров


Сто метров. Тормоз. Ехать.

Сто метров. Тормоз. Путь.


Москва стоит рядами авто пробок.

Водители несутся по кольцу,

машины едут и стоят бок об бок,

и на венчанье не успеть к венцу.

Стоит Москва, столица автостопа!

Стоит Москва под снегом и потопом!


"А я не поеду, не поеду в Москву!

А я не хочу, не хочу стоять в пробках.

Я лучше у леса примну всю траву.

Я лучше пешком пройду тихо и робко.

Стоит Москва, столица автостопа!

Стоит Москва под снегом и потопом!


А я не хочу тормозить по сто метров.

А я не хочу ехать тихо и метко,

Всегда у кого-то стоять за спиной.

О, Господи, Боже! Да, что ж ты, не стой!

Ну, дай мне проехать, дай выйти на волю,

Давно я не ела, терплю я до боли.


Москва стоит, стоит моя столица,

уж лучше бы ты ехала на спицах.

Велосипеды меньше места занимают.

Велосипедисты меж собой не лают".

- Так пела сидя девушка в авто.


А тут один, устал стоять по пробкам,

из пистолета стрельнул и не робко.

Стрелял он в тех, кто ехать так мешал,

и с кровью свою нервность он смешал.

"А я пойду пешком без автостопа,

Нырну в метро, где нет машин потопа",

- Мечтала девчонка, сидя в пробке.


Для столицы нужны новые машины,

Надо в них удобства все вместить.

Люди - роботы столичные мужчины,

"Тормоз - ехать" - две команды в них внедрить.

Очень трудно быть в столице на колесах,

не уснуть бы за рулем в забвенье грезах.


Дружные потоки столицу покрывают,

целые потоки мучаются зря,

нервы и здоровье за рулем срывают,

и за руль садятся, чуть взойдет заря.

Стоит Москва, столица автостопа!

Стоит Москва под снегом и потопом!


Вот она - столица, странная девица,

косы распустила, словно шлейф дорог,

и сидит девица за рулем, как львица,

и давно сомкнула от молчанья рот.

Нет, не успевает, венчанною не быть,

на алтарь упала солнечная пыль.


Сто метров. Тормоз. Ехать.

Сто метров. Тормоз. Путь.

9 ноября 2007


***

Подросткам трудно в жизнь вливаться,

они все в детстве, они тут.

А где? Порой не разобраться,

они еще, еще растут!


Они идут сквозь нигилизм,

сквозь непонятные преграды,

и каждый сам себе солист,

и каждый ждет любви, награды.


И отвергает все подряд,

пытаясь быть ребенком в деле,

не всякий им идет наряд,

и странности порой на теле.


О, эта детства полоса!

О, эти взрослые рассветы!

И их взрывные голоса!

И их богемные приветы.

2 декабря 2007


Супруга


Супруга милая была,

честолюбивая, красива.

Она в любовь всегда плыла

своей невиданною силой.


Она всегда была верна

неугасимою любовью,

в душе ее идет борьба,

но без запалов с лютой солью.


Она спокойна и горда,

всегда права в своих поступках.

Супруги пусть идут года.

Они вдвоем на всех уступах:


своей любви, своей семьи,

своих детей ведут по жизни.

В работе вместе, тихий мир,

и скромность - главное в их жизни.


Пройти по жизни как она!

Такое - многим не под силу.

Супруга все еще сильна,

она красива, рядом - милый.


Как много чистой похвалы,

но как она его ругала!

Кило мы съели с ней халвы,

людей спокойно увольняла.


Я говорю: 'Он за рулем,

ругать его совсем не надо'.

Она ответила рублем,

уволила меня. Досада.


Любовь их все-таки прошла,

муж не дожил совсем немного,

с больным всегда была она,

но он ушел. И жизнь - полога.

12 декабря 2007


***

Москвич, работай, где живешь!

Учись, куда пешком дойдешь!

Ходи пешком и брось свой руль!

Пойми, ты человек не нуль!

27 декабря 2007


***

С новым годом крысы поздравляю!

Счастья и любви я всем желаю!

Солнца и добра в грядущем лете!

Светлых чувств на старенькой планете!

Снежные кручины пусть увянут,

С вами пусть друзья все рядом встанут!

28 декабря 2007


Ода компьютеру


Программа копирует файлы,

конструктор остался без дел,

не посланы в пропасть все мейлы,

и грифель вновь пишет, как мел.

Давно ли жизнь вся - мой компьютер?

А надо же, как прикипел!

И мысли тихонечко вьются,

компьютер еще не запел.


Меняются платы сегодня,

идут изменения всегда,

начало собачьего года

тихонько меняет года.

Зачем мне уныние лихое?

Напишем стихи на века,

мне выпало счастье простое

жить с рифмой, а жизнь с ней легка.


Вот ты заглянул на секунду:

'На месте ли я или где?'

На месте сегодня я буду,

пишу я рукой на листе.

В руках покручу микросхему,

на выводы ей посмотрю,

и как же ввести ее в схему?

Как жизнь схему я рассмотрю.


Потом все поставлю как надо,

читается схема моя.

Меняются платы для склада,

заказчиков тихо маня.

Завял мой компьютер, синеет

его голубой лишь экран,

и строчка стоит, файлы реют.

Мой нужный компьютер, мой пан.


Смеются ребята, что в ссылке

сижу за чужим я столом,

разбросано все, нет лишь вилки,

в порядке тут страшный облом.

Здесь умный сидит разработчик,

придет он еще не сейчас.

Строчит карандашик наводчик,

ведь есть на поэзию час.


Мой плоттер завис молчаливо,

он слушает стрелки часов,

программы меняют лениво,

компьютер закрыт на засов.

Мой стол вновь свободен и что же?

Желтеет загрузки строка,

компьютер - великий вельможа,

и жизнь без него так строга!


О кульмане вспомним мы всуе,

был кульман из дерева весь,

и рама железная, всунут

в нее был еще дикий вес.

Чертили на ватмане люди,

чертила и я много лет,

никто труд такой не осудит,

наброшен истории плед.


Сменилась работа, другая

система оценки труда.

Немного она дорогая,

но меньше в процентах руда.

Все мысли идут на компьютер,

исчез копировщиков труд,

и плоттер работает круто,

чертеж на компьютере мудр.


Как в книге выходит чертежик,

как в книге прекрасны СП,

конструктор уже не чертежник,

а как разработчик СБ.

Программа копирует файлы,

желтеет полоска труда,

пять лет не меняли, устали

мозги электронные, да!


Вновь будет умнее компьютер,

и память усилят ему.

Мне станет немного уютней.

Еще много дел я сверну.

А так без него - без работы,

и нет кульманов, циркулей,

с компьютером жизнь беззаботней.

Чайку за компьютер налей!

12 января 2006


***

Что я знаю о Сахалине?

Там был брат мой очень давно,

там сверкал он в матроске линий,

там с девчонкой ходил в кино.


Я держала большого краба,

или только его клешню.

Брат его нашел как-то в робе,

я в стихах его вам верну.


Затуманена память годами,

нет и брата давно-давно.

Все равно, Сахалин, я с вами.

Память - годы летят все равно.

17 февраля 2006


***

'Если б я была царица',

иль хотя бы мэр столицы,

Запретила бы я портить

мир Садового кольца.

Там в земле одни лишь ниши,

Пусть там, в скверах пишут вирши.

Новый дом в кольце Садовом,

Это нонсенс, и готов он

провалиться в небеса,

Лучше б зелени краса,

Освежала рай земной,

Там и так, дома стеной.

24 марта 2006


Маг Интернета


Максим Мошков - маг Интернета,

он рыжеватый, славный черт.

Летает, словно он комета,

и самиздат - его чертог.


Пять лет ему, себе служила,

мои он правки принимал.

Я первых мест не заслужила,

но он меня не доставал.


Раз в год бывают эти сбои,

когда летишь ко всем чертям.

Сменить страницу как обои?

Ведь год прошел и есть счет дням?


Максим то сбросит, то поднимет.

А, что, друзья? Его права!

Он между нами ведь не сгинет,

он выплывет! Ведь я права!


Спасибо, Макс Мошков, любимый,

для интернета ты - единый.

С тобою Павел Петриенко,

его программы вставишь метко.

06 июня 2006


***

Рифма, рифма, погоди,

От меня не уходи,

Надоело без тебя,

Жить, одну себя любя!

6 сентября 2006


***

Хочу сказать спасибо Интернету,

он мой товарищ, друг и композитор.

Он мой певец. Подброшу я монету.

Хочу предугадать того визиты,

кого все нет.

6 сентября 2006


Шоу Дом 2 от 2.11.06


Заревели короли и королевы,

Накричались, изругались, как могли,

Подрались Алена с Маем, как умели,

И глаза у них горели, как угли.


Только стыдно все смотреть без перерыва,

Олю Моцак истерзала всю Дашко,

Не хватало им бурлящего обрыва,

Поделили все вершки и корешки.


Лейла бегает и плачет, и боится,

Так сидела бы у мамы за спиной,

То к Антону она кошечкой прельститься,

То его ругает некой сатаной.


Солнце тянется к Димону, словно зелень,

Словно вьюн ползет по телу мужика,

Каждый день свои права на шоу мелет,

А живет уже, как верткая жена.


Боня умница, богатая невеста,

Степа тоже в общем славный, не дурак,

Он не бьет ее как палочка оркестра,

И у них весьма приятный шоу - брак.


Тори с Рассолом дерутся, словно тигры,

А потом сидят, как суслики в ночи,

Это тоже называют шоу - игры,

Где костер пылает пламенем свечи.


У Собчак весьма приятные манеры,

Она знает, как извлечь людскую страсть,

Совершает все словесные маневры,

Доводя до безрассудства свою власть!

3 ноября 2006


***

Живу в стране, которой нет

на общей карте Самиздата,

среди людей несущих свет

одним себе и в полкарата.


Не верю им я никому,

поскольку нет людей на свете,

есть человечество, ему

привет сухой, сухой галеты.


Есть кара странная людей,

она прикрыта маркой фарса,

из них бежит толпа судей,

как толпы мышек к шкуре барса.


Есть блеск коротких, мудрых фраз,

под ними тонны вязкой глины.

Подобен фэнтези блеф-сказ,

но фэнтези - потоки ила.

6 декабря 2006


***

Морозные окна, морозная жизнь,

судьба приморозила сердце.

И серою кажется звездная высь,

и где-то совсем нет ей солнца.


Тревоги, прощанья, борьба за судьбу,

чужие проблемы, печали.

На все бы на это наложить табу,

и радости жизнь чтоб венчали.


Но так не бывает, все будто не так,

устала быть мертвой, по сути.

А сердце убить может малый пустяк,

и больно тогда все до жути.


И в сердце вонзилась ужасная боль,

с поэтом сегодня простилась.

Стихи лишь остались, как звездная соль,

а жизнь с сердцем вся завершилась.

9 февраля 2005


***

В день защитника отечества,

в год златого петуха,

вспомним каждого мы отчество,

вынем всех с под лопуха.


Проводки без проволочки,

микросхемы, сборки плат,

а на отдыхе цветочки,

и рюмашки милой блат.


Шашлыки на шампурах,

и костер в лесу дремучем,

будто мы в иных мирах,

каждый мясо здесь получит.


На работе все паяют

и чего-то проверяют,

добывают и считают,

с плат пылинки все сдувают.


В праздник каждый - день главбуха.

А потом подушка пухом.

Эй, друзья, ку-ка-ре-ку!

Царствуй лежа на боку!

22 февраля 2005


***

Слон не мартышка,

шустрым быть не может.

Слон и не мышка,

корочки не гложет.


Слон не собака,

в спину не залает.

Слон он без брака,

в небе не летает.


Слон он велик и

гордый от природы.

Слон - счастья лик,

он из большой породы.

28 февраля 2005


***

Облака идут от Москвы,

в них азот завис в миллиграммах,

от дождя все деревья мокры,

удобренье кругом в миллиграммах.


Чудо - небо стоит за окном,

все прогулки в тревожной постели.

А ребенок, хороший, как гном,

будет спать у себя в колыбели.


Может, выйдут с собакой гулять,

чтоб облезла она ненароком.

Под зонтом в магазин посылать

неохота, судьба станет роком.


Но на площади будет парад,

ведь туда весь азот распылили.

То-то будет внучек чей-то рад,

что вдруг дед не дойдет до постели.


Он посыпан в парад над Москвой.

Он осыпан речами, деньгами,

а потом скорой помощи вой,

так погоду творили веками.


А азот, удобренье и все,

а азот в герметичной посуде.

Будет, будет погода еще,

кто за солнце кого-то осудит.

9 мая 2005


***

В поймах рек дома не строят,

кто построил - отвечай,

будут жить вне дома стоя,

пить речной, заморский чай.


И людей не посылайте

в поймы, в топкие места,

а собаки лайте, лайте,

у собаки нет креста.


Трудно сделать всем отметки,

где речные берега?

Стонут бедные соседки,

жизнь весною нелегка.


Но опять дома на поймах

строят, строят без конца.

А потом с экрана ноют,

словно реки без лица.


Уважайте реки, люди,

их порыв не без греха.

Мстят на поймах реки люто,

И весной река лиха.

13 мая 2005


***

Очень грустно? Вполне безмятежно.

Жизнь прошла по земле колесом.

И живу я как можно прилежней,

капли счастья - их вес невесом.


Мне осталось: не есть до обеда,

мне осталось: прожить без любви,

мне осталось: не видеть соседа,

не ходить, где поют соловьи.


Все нельзя и все меньше, что можно.

Тонус клуб по здоровью лишь мне.

Можно мало ходить осторожно,

Оттянуться? Так это во сне.

6 июля 2005


***

Бывает хорошая осень,

бывает хорошая жизнь,

бывает закрашена проседь,

бывают одни: воздержись.


Бывает - везет ненадолго,

бывает какая-то мгла,

бывает счастливая доля,

бывает, что колет игла.


А знаете, жизнь бесконечна,

пока ты еще на земле,

пока ты немного беспечна,

пока ты вся служишь семье.

5 ноября 2005


***

Счастливый дедушка Мороз

морозит за окном,

и окна белые от роз.

С ним рядом малый гном.


На Рождество зажглись огни,

и елочка стоит.

Но ветки елок не одни,

в них мишура блестит.


Вот гномик к елке подошел,

взял в ручку огонек.

А по гирлянде ток прошел.

У гнома сердце ЁК.


Смеется гному дед Мороз.

И гномик деду рад.

Подарок гному очень прост,

огни и блеск гирлянд.

25 декабря 2005


***

Я так устала быть собой,

Сама себе порой изгой,

И стала я Аллигате,

На Альтаировой звезде.

*

Сегодня чистый светлый день,

А у меня на прошлом тень,

Так выпьем, друг, 'алиготе',

В день по стишку Аллигате.

2005


Новогоднее


Третий день на столе ананасы

там и тут, там и здесь, там, где лесть.

Вокруг елки снуют папуасы,

разнося новогоднюю весть.


От шампанского волей - не волей

появляется гибкость в ногах,

и любое пространство им поле,

его топчут в туфлях, сапогах.


С рюмкой водки дичают с глотками,

обезьяньи ужимки, прыжки.

Лихо машут руками, платками

и съедают банана вершки.


Апельсин рядом с винною бочкой,

топот слышен как стадо коней,

новогодняя ставится точка,

под мигание ярких огней.


Обезьянки, гориллы уныло

оседают устало на стул,

выпивают, съедают, остыло...

еще часик и ветер спать сдул.


Ананасы опять все не съели,

оливье горкой снежной лежит.

За окном завывают метели,

и салют за салютом летит.

5 января 2004


Рождество


Вновь Рождество вошло в мои края

без лишнего помпезного сиянья,

гирлянды в мини звездочках даря

для нового в их жизни созидания.


Мне нужен ты, мой лучший, верный друг,

ты в Рождество неистово пригожий.

Нужна поддержка добрых, честных рук,

Люблю твой голос - сильный и хороший.


Как хочется уткнуться вновь в плечо,

почувствовать твое благословенье.

Мне одиноко, в мыслях тяжело

перебирать лишь прожитые звенья.


Но ты - мираж, как праздников парад,

почти забыт, не чувствую ладоней.

Ты рад был мне. А кто судьбе не рад?

Друг далеко, не слышу сердца стоны.


Вновь Рождество осталось за окном,

холодный воздух звездного сиянья,

и каждый человек немного гном

перед величием звездного послания.

8 января 2004


Блаженный вид


Есть что-то общее в поэтах:

тревожный взгляд, блаженный вид.

Они - мудрейшие на свете,

В стихах хороших - каждый гид.


В них суета спокойных опций,

меланхоличность светлых дней,

и мысли их неровных порций,

порой в загадках и видней.


Такими сделала природа.

И летописцы всех вождей

всегда бывают из народа,

они как жрицы новостей.


Когда все вместе, то нередко

от них идет ионный пыл,

и каждый что-то скажет метко,

потом поникнет. Все. Остыл.


Такие странные создания.

Поэты - славные умы,

все - летописцы мироздания,

что выжимают луч из тьмы.

11 января 2004


Гимн АКАДУ


Пролетели строчки как года,

линии зеленого на черном,

так доска нам стала навсегда,

под АКАД в компьютер занесенной.


Было ли: доска и ватман друг,

циркуль, карандаш еще линейки,

и графит творил за кругом круг,

рисовал как ветер занавески.


А сейчас компьютер, мышка - прыг,

стали для конструктора как кульман.

В дисководе слышен дикий рык,

а программы стали нашим культом.


Голуби из цифр и редких слов

зеленеют, бегая по полю.

Точки забелели, словно корм,

я себя сегодня не неволю.


Тридцать два я года с чертежом,

несколько он тоже изменился,

а АКАД мне стал теперь пажом,

скорости хорошей он добился.


Плоттер встретит все мои дела,

и чертеж в нем словно бы из книги.

Я себя всю делу отдала.

А стихи? Они мои вериги.

13 января 2004


Стихи-грехи


С годами я люблю все больше:

люблю стихи.

А книга, книга жизни толще,

легки грехи.


И становлюсь я бестелесной,

всегда одна.

Я беззащитна, я из леса,

твоя пята.


Живу, терплю судьбу и боли

без суеты.

И только нервы как мозоли,

и в мыслях быт.


Какой мой вид? Его не трогай,

все в нем запрет.

Я неизвестна за порогом,

там тет-а-тет.


Моя судьба, семьи проблемы

среди родных.

Я лишь в стихах бываю смелой,

простор страны.


А на просторе тесной кухни,

где шаг и стол,

где мебель новую не купим...

Квартира - стол...

13 января 2004


Не халва


От борта, от винта, от прически,

от вселенной покинутых фраз,

от певучей и модной Глюкозы,

от Виагры, триумфа, экстаз...


От тебя, от меня, от природы,

просто так по велению слов,

невод жизни приносит нам воды,

и вполне подходящий улов.


Мы никто, мы ничто, мы проблема,

мы всесильные люди судьбы.

Мы давно позабыли колено,

от еще обезьяньей ходьбы.


Сколько было людей, сколько будет,

сколько бед, вездесущих забот!

Все равно, мы, как первые, будто,

это нас покидало за борт.


Это мы выплываем из жизни,

и стремимся услышать, понять.

Наловили чего-то нежирно,

от чужого успеха мы ять...


Так уйдешь, и никто не заметит,

только вздрогнет печально молва,

кто-нибудь погорюет над сметой,

а земля она вам не халва.

13 января 2004


Модерный гений


Обложек глянцевых музеи,

стоят на полках тут и там...

Максим Мошков без бумазеи...

Он Самиздат и создал нам!!!


Максим Мошков - модерный гений,

из глубины пришел веков,

отец его - да, да - Евгений...

Максим - жизнь вырвал из оков...


Простых оков из невезенья,

когда прозаик и поэт,

не знали счастья вожделенья,

когда вокруг одни лишь нет!!!


-Ты современник? Нам не надо! -

так говорят везде и все.

-У нас и так забиты склады!

Такое слышишь из бесед.


А почему забиты склады?

Кто там лежит? Картонный мрак?

Все дорогие, как в помаде,

народ - то беден и чудак,


который в лирике жизнь видит,

не может корочки купить,

и дорогих обложек виды,

на гроши вовсе и не купить!!!!!

25 января 2004


Ларисе Рубальской


Луна любви, луна печали,

без вас мы б просто одичали.

Приятен свет одной улыбки,

и руки к книгам тянем липко.


Синеет блузка, словно море,

и губы - розовые зори.

Певцу вы где - то по колено...

Он виноват...в словах из плена.


Вы прима, в нашем книжном море,

в словах любви... и в них - опора...

1 февраля 2004


Валентину Гафту


Глаза огромные, с улыбкой,

схватили суть людей великих.

И эпиграммы, словно глыбы,

запечатлели суть, как лики.

5 февраля 2004


Сказка о трех стрелах


Царь устал кормить весь двор,

люд ленивый, полный вздор.

Надоело хлеб им печь,

захотелось просто лечь.

Трех сынов своих зовет,

наставление дает:

'Сыновья, берите стрелы

и стреляйте! Вот прицелы.


Каждый вмиг найдет жену!

Быть сказал я посему!'

Братья лук, стрелу берут,

поклонившись, прочь идут.

Первый тянет тетиву,

он проснулся наяву.

Полетела прочь стрела,

до невесты довела.


А она толста, красива,

улыбается всем льстиво.

Но доволен старший брат,

есть купеческий уклад!

Средний брат по свету ходит,

натянул, стрела уходит

прямо к княжеской постели.

Фу ты ну ты как успели!


Средний рад: невеста ропщет,

строгая, сухие мощи.

Но по нраву братцу та,

то ль невеста, то ль жена.

Третий взял свою стрелу,

прислонил ее к углу,

и лениво стрельнул в воздух.

И стрела упала к возу.


У телеги на беду -

была лужа, ту, ту, ту.

А невеста - то лягушка.

Нет, стрелял бы у опушки,

может, в лисоньку попал,

лиса больше, чем карман.

Брат поднял жену в ладошку,

положил в карман как блошку.


'Господь, смилуйся!' - сказал,

братьям чудо показал.

Братья в смех, царевны то же,

улыбнулись все вельможи.

Да, напутал младший брат,

но как люд честной был рад!

Смех идет, бредет по царству,

все довольны в государстве.


Царь сказал, стоя у чана:

'Я доволен, но венчание -

будет позже. Должен я -

угадать: годна ль жена?

Дам я каждой три задачи,

коль решат, всем терем - дачу'.

Сыновья невест приводят,

и они к царю подходят.


Одна очень уж толста,

а вторая - то худа,

третью вовсе не видать.

Да и где лягушку взять?

Царь сказал: 'Всем хлеб испечь,

на него ладошкой лечь!

Коль хлеб встанет, как и был,

весь красивый, жар чтоб плыл'.


Разошлись все со двора,

ребятишкам спать пора.

Утро встало из-за туч,

Взгляд царя уже колюч.

Принесла пирог толстушка,

а он мягкий как подушка.


Царь пирог слегка нажал,

а он вмялся, как кинжал.

Засмеялся добрый царь,

у второй - то тортик цап.

Руки вымазал в узоре,

и сказал: 'Я не в дозоре,

где здесь хлеб? Однако вкусно.

Ладно, пусть, не все капуста'.


Третья девица подходит,

Царь глаза уж не отводит:

'Кто ты есть? Ведь ты лягушка?

У тебя с собою плюшка?'

А девица не смеется,

лишь луною улыбнется,

и подносит каравай.

Царь кричит: 'Давай, давай!'


Смял он хлеб что было сил,

хлеб же стал таким как был.

Царь доволен: 'Хорошо!

Победила'. Что еще...

Царь опять дает задачу:

'Шаль связать как шелк, чтоб значит.

Жду всех завтра ко двору!

Всех втроем, а не одну'.


Утро вскоре наступает,

царь с крыльца в народ шагает.

Все дивятся: рад старик,

он стал молод, хоть на миг.

Три невесты в дом идут,

все с собой в руках несут:

у одной платок как скатерть,

у второй из петель каша,


третья вовсе без всего.

Царь сказал: 'А ты, того,

что лягушка без платка?

Очень ноша уж легка?'

А девица вдруг взмахнула,

словно крыльями порхнула,

подает царю платок -

очень тонкий как листок,


кружевом в кольцо прошел,

видно, тонкий словно шелк.

Счастлив царь: 'Вот красота!

А лягушка еще та!'

Третью царь дает задачу:

'Всем жениться, не заплачу.

Сжечь одежду у лягушки,

и лишить ее кормушки.


Быть лягушкой во дворе?

Не бывать так при дворце!'

И сожгли одежду жабы,

так решили в доме бабы.

Вдруг исчезла та девица.

А народ стоит, дивится.

Младший брат пошел искать,

да пропал, не тещин зять.


Долго он плутал в лесах,

шел в болотах, на холмах.

Но однажды появился,

он нашел жену, женился.

То - то радость и царю!

Я все правду говорю.

Медовуху там пила,

сказку вам я подала.

8 февраля 2004


Свое плечо


Прислоню я голову

к своему плечу,

не заплачу голосом,

в облаках лечу.


Жизнь не остановится

без твоей любви,

будет счастье новое,

облачко, лови!


Брошу тебе пригоршню

стареньких грехов,

было много горького

в счастье облаков.


Нет ведь моей мамочки

и отца уж нет,

нет и мужа милого,

весь остыл их след.


Горе, горе горькое,

на моем плече,

голова - то гордая,

улыбнусь свече.

10 февраля 2004


Коротко

**

Чудеса в решете,

острота сонных птиц,

словно кошка в мешке,

вся таинственность лиц.

Словно птица поет,

словно кошка скребет,

словно гномик идет.

**

Туман покрыл все эстакады,

а в голове одни блокады,

сегодня были без блокады,

но в звуках чистой канонады,

звучали нежно нам каскады.

Да, в чувствах все не без бравады.

**

Нельзя быть умным,

нельзя быть глупым,

нельзя быть острым,

лишь осторожным.

**

Люби красиво,

живи счастливо,

будь совестлива,

все в жизни мило.

**

Забудь несчастья,

забудь проблемы,

забудь ты будку,

ты королева.

16 февраля 2004


Дуэт и соло


Мы завоевываем мир

без орудийных залпов.

Мы просто огненный сапфир

великий свет на запад.


Мы дышим воздухом весны

и исцеляем души.

Приманкой светимся блесны.

На постаментах - Пушкин.


Мы многоликой красотой

спускаемся с туманом.

Мы расстаемся с высотой,

мы жизни - талисманы.


Без нас нельзя, мы - эликсир,

мы вечный пламень жизни.

Без нас не выживет кумир,

без нас не едут шины.


Мы - человечество земли,

мы - вечные изгои,

мы - ласки теплые семьи,

интриги и погони.


Мы все, что нам дает земля.

Мы все, чем светит космос.

Мы просто звуки: ля, ля, ля.

Мы даже листьев косы.


Мы - океаны и моря,

мы - горы, степи, солнце.

Пока мы живы: ты и я,

пока дуэт и соло.

23 февраля 2004


***

Все в детстве были мушкетеры,

все были в юности, но кто?

Стихи, как жизни визитеры,

перо на шляпе, ну и что?


Нам не нужна порой бумага,

забыта шпага и камзол.

Забыта прошлого отвага?

Пиши в компьютер, коль не зол.

24 февраля 2004


***

Стрекоза взяла цветок,

лапками случайно,

оторвался лепесток,

гордо и печально.

Легче стало стрекозе,

Как осе.

1 марта 2004


***

Белка прыгнула на ветку,

Покрутилась. Хороша!

Улыбнулась мило Светка:

Ой, я белочку нашла!

1 марта 2004


***

Проворонила ворона

Все четыре телефона.

И сказала галка:

Ну, ты прямо палка.

Возьми сотовый, ворона,

он венчает как корона.

Будешь с дерева звонить,

и о жизни мне трубить.

1 марта 2004


Мимо звезд


У меня есть тропка мимо звезд,

млечный путь сияет озарением,

белые светила - капли слез,

осыпают тропку вдохновением.


Книги - вдохновение реклам,

и в неоне звезд сверкают ярко.

Фильм из звезд как будто великан

небо достает, ему не жарко.


Птицами рассыпались мечты

и летят они к судьбе красивой,

но вернулись мне сказать, что ты

среди звезд летишь, что ты счастливый.


Ты - есть ты, ты больше, чем звезда,

для меня - ты искры вдохновения.

Я с тобой согласна иногда,

в книжном небе мы - стихотворение.


Тысячи моих заветных строк

буквами рассыпались по небу,

в них словесный буду я пророк,

получу я томик звездный слепок.


Прохожу опять я мимо звезд,

Промолчу и не скажу ни слова,

съем я винограда лучше гроздь,

а свеча осветит путь сурово.

3 марта 2004


***

Мне надоели откровенья,

мне надоела чехарда,

а завтра снова воскресенье,

за ним два дня и вновь среда.


Любовь любая скачет так же,

сегодня ты потом - она,

сегодня - чисто, завтра в саже,

так и подснежник - белена.

**

Грусть навеяли стихи.

Помолиться что ли?

Я отбросила грехи

и ушла на волю.

6 марта 2004


Пробок сеть


Зачем нужны в Москве машины,

когда кругом одни "нельзя"?

Поток машин достиг вершины,

и без стоянок все скользят.


Стоят дома, архитектура.

сносить - нельзя они ценны.

Остановись - и ты скульптура,

отдай зарплату в полцены.


Какое жуткое движенье

царит везде, где тишина

была когда-то воскресеньем,

где миром правил старшина.


Теперь авто все на экранах,

и смотрят, где есть пробок сеть.

А сколько слов в машинах бранных!

Все за века не перечесть.


Прости, Москва, но ты не манишь.

Шуршит, шуршит со всех сторон,

нужны огромнейшие "мани"! -

кричит с деревьев часть ворон.


А выход есть, коль без стоянок,

пойдут машины по кольцу?

А может быть спросить селянок:

'Нужна корова к их дворцу?'

23 марта 2004


Озон


Не мы, не мы, немые

озоновые дыры.

А мы ли, мы ли, мыли

все дырочки у сыра?


А ты ли, ты ли, в пыли

ловил миры чужие.

А мы ли в пыли были

и в древности все жили?


Давно, давно, давно ли

сквозь дыру видно землю?

Да, ты не знаешь, что ли,

что я веками внемлю.


Всегда была та дырка,

вонзалась в Антарктиду.

Всегда любили пылко,

как пуля цели в тире.


Не мы, не мы, немые

озоновые дыры.

А мы ли, мы ли, мыли

все дырочки у сыра?

2 апреля 2004


Гриль


Я изнывала от тоски,

мне подарили...

Уныло дергались виски

в тоске у гриля.


Бежало время просто так,

а я ни с места.

Но постучал ко мне чудак,

сказал: "Невеста".


Я улыбнулась тем словам

и снова к плитке.

Сказала: "Что Вы, будет, Вам!

женись на Лидке.


Она без гриля у плиты

готовит куры,

она и к Вам всегда на 'ты',

скромней амуры".


Я изнывала от тоски,

мне подарили...

Уныло дергались виски

в тоске у гриля.

2 апреля 2004


***

Запрещена мне проза, вот и все,

опять рифмуй, коль разрешили это,

кому-то в прозе очень уж везет,

а для меня лишь рифма - жизни кредо.


Но на унынье - время нет совсем.

И нет, так нет, пойду своей дорогой,

ведь кто-то знает мысли из систем,

и проверяет словеса все строго.

2 апреля 2004


***

Конфеты, конфеты, конфеты,

В коробках, в пакетах, брикетах,

Они, словно лучик привета,

Они как слова из куплета.

2 апреля 2004


Зарисовки

**

Две глупости в одном флаконе,

довольно трудно пережить.

Пусть новый сайт уже в законе,

но стих куда-то тихо вжик....


И кто-то что-то мне вдруг впишет,

все в мой раздел и без меня.

Одни нули, никто не слышит.

Программы кто не поменял?

**

Пусть расцветает дружба пышно,

пусть лепят строчки как котят.

Столкну своих друзей я бывших,

пусть тоже дружат, коль хотят.


А я от них слегка устала,

мне нужен кто-то. А они.

Пусть смотрят в оба, как снег тает,

как в нем купаются огни.


Пустите, братцы на свободу,

отдайте душу, хватит вам.

А я пройду сквозь снег и воду.

Огни достанутся словам.

**

Какие умные слова роняются с панелей...

обычно есть в них слова два,

их хватит на неделю.

Какой богатый лексикон,

как он немногословен!

Им дать пол - литра и бекон,

и враг словесный сломлен.

Осталось слово на века:

вторая буква буду я.

9 апреля 2004


Цивилизация


Цивилизация идет вперед проблем,

но люди телефонам верят мало,

не надо доказательств, теорем,

и разговоры словно с неба манна.


Мне хочется с тобою говорить,

мне хочется звонить, но я не буду.

Вдруг ты опять сегодня не побрит,

и выглядишь с утра как после блуда.


Весть сообщить, а долгий разговор,

нет, лучше мне с компьютером общаться.

А телефонный милый договор,

как сотовый, сказал и попрощался.


Я не хочу проблемы создавать.

Я отмолчусь. Поверь, так будет лучше.

Не надо одевать и раздевать,

и лучше пропустить подобный случай.


Мне хочется немного сохранить

все то, что было даже не убого.

Не хочется мне раны бередить,

Не хочется тревожить и пороги.


Я не прощу прощенья, жизнь простит.

Но отпусти меня, в сердцах не мучай.

Цивилизация и дома, и на стрит,

но хочется любви оставить случай.

10 апреля 2004


Мини мысли

**

Так вышло. Знаешь, жизнь прекрасна,

у женщин все порой неясно.

Что б выжить в этом мире славном,

им верность не бывает главной.

**

Красота вся создана для мира,

без нее все хмуро и постыло.

* *

Она была лихой артисткой,

играла с ним по мере сил,

тянула трепет, как монисты,

без денег он ее бесил.

27 мая 2004


***

Мода не вечна, но вечны ее изменения,

есть парадокс этих ярких, открытых одежд.

Ткань и меха часто ищут свое сочленение,

позже влекут знатоков или полных невежд.


Подиум мод - совершенство, подобно арене.

Бал - маскарад неизменно бредет среди глаз.

Может быть, все существо наше тихое бренно,

Зрелище моды - ничем не прикрытый алмаз.

2 июня 2004


***

Мои мысли в космосе летают

в оболочке, где мудрейший чип.

Обо мне, кто в космосе - не знают,

только цифры щелкают как блик.


Так-то, неизвестна я планете,

неизвестна орбитальным, нет!

Больше я знакома по сонетам,

но КД порою видит свет!


Господи, с тобою мысли рядом,

видишь, пролетают над землей!

Я - конструктор! Лучшего не надо...

Я смогу придумать... Мне самой...

2 июня 2004


***

Суборбитальный полет самолета,

грезит конструктор уйти в небеса.

Летчик летит и не вдаль вертолетом,

он вертикально летит в чудеса,


где невесомость почти безгранична,

где самолет - для других НЛО,

словно Венера, он маленькой птичкой

к солнцу подходит, где счастья полно.


Чудо творят на Земле бесконечно,

мысль человека нельзя удержать,

и улетает он в небо беспечно,

только от страха нельзя ни визжать.

10 июня 2004


***

Жизнь моя вполне разнообразна:

надо - побелила потолок.

Надо - написала нечто связно.

А потом обои. Двери впрок,

чем-то я липучим облепила.

Нищете бойкот я объявила.


Надоело лазить в интернете,

стала я вокруг смотреть и вот,

что-то не понравилось в буфете,

что-то закапризничал мой кот.

Значит, пора пищу приготовить,

чтоб в еде себе не прекословить.


Кто-то говорит, что я бабуля,

и давно не помню про любовь.

Мужики летят как пчелы в улей,

словно я в любви открыла новь,

И дают любовью - насладится,

чтобы сладострастием утолиться.


Знаете, люблю свою работу:

чертежи, компьютер, интеллект.

Я черчу, как будто славлю оду,

словно жизнь прославленный объект.

Я в работу быстро окунулась,

от проблем других тогда очнулась.

3 июня 2004


***

По потолку бродила кисточка,

иль валик весело катил,

встречал неровности и точечки,

как поднебесный крокодил.


Нырял в раствор в красивой плошке,

и вновь стремился высоко,

уничтожал любые крошки,

и потолок менял лицо.


Другая кисточка ныряла,

в какой-то клей, словно кисель,

и на обои доставляла,

свою добычу как на мель.


Хватали руки длинный свиток,

несли его до потолка.

Стена, обои, словно слиты,

по ним бежит ее рука.


Какая прелесть в оппозиции,

иль хитрый взгляд со стороны,

она меняла лишь позиции,

и белокаменные сны.

14 июня 2004


Временный упадок


Жили - были разработчики

и еще конструктора,

они в технике наводчики,

но не все ведь из ребра.


Помертвели кабинеты,

установки стали хлам.

Десять лет прошли куплетом,

был научных лет бедлам.


Просто в жизни все стареет

от науки до людей,

коль финансы их не греют,

то растет лишь сельдерей.


Помертвела часть заводов,

и затихла часть НИИ,

и заводов этих своды

у станков стоят одни.


Очень жутко, когда в цехе

нет станочников, одни

лишь станки ржавеют, цену

не дают себе они.


А когда-то все в работе

были цехи и НИИ.

Только в технике как в спорте,

только сильные сильны.


Стали сильные сильнее,

частный сектор силу дал.

Задышали все вольнее,

и завод из тьмы восстал.


Изменились и НИИ,

их структура стала новой.

Люди все - таки сильны,

задышали цехи снова.

15 июня 2004


***

В научном мире рестораны -

одни леса, да их поляны.


В научном мире их квартиры,

размером в ванну у кумира.


В научном мире их машины,

одни автобусы кручины.

15 июня 2004


Умные дети


Компьютерное детство, кассеты и дискеты,

а вот идут кадеты, шагают по стране.

Вот детвора в кроссовках, забыты предков кеды,

спортивные занятия на детской стороне.


А за окном просторы, поляны, реки, горы,

а под окном - цветочки, качели, стадион.

И детвора играет, ей не нужны раздоры,

она пропеть готова: "Россия чемпион!"


Компьютерные фильмы, экраны - мониторы,

и детвора взрослеет, умнея на глазах.

Про Родины красоты и про ее просторы

пропеть она готова на разных голосах.


Поможет репетитор, вне школы - много знаний,

и в школе много нового, попробуй все успеть!

А детвора успеет, с улыбкой сядет в сани,

спокойно катит с горки, и в детстве славно петь!


Мы дети России, мы умные дети,

мы дети великих, больших городов,

мы дети поселков, где так тепло летом,

мы дети морских, голубых берегов.

16 июня 2004


***

Букашка, букашка, букашка - таракашка,

веселая букашечка травы.

Она ползет по травке, она ползет по ветке,

на голубом газоне, с цветами - васильками,

с цветами незабудками, и просто так травой.

Цветут еще цветочки, стоят пионы с почками,

качая, качая зеленою листвой.

16 июня 2004


Медвежонок


Жил медведь в лесу дремучем,

он бродил по краю тучи,

он умел в лесу колючем


отыскать пчелиный рой.

'Мед в дупле найди, открой.

Улей ты потом закрой', -


и медведица медведю,

не давала пообедать.

Говорила: 'Мед не светит?


Знаешь, милый, есть малина,

горьковатая калина,

а пройти всего долину'.


Медвежонок улыбнулся

и калачиком свернулся.

Он уснул. Потом проснулся.


А медведица с медведем

все мечтали о победе,

все хотели пообедать.


И подумал медвежонок,

что бы съел здесь лягушонок,

или рослый верблюжонок?


Медвежонок встал на лапы,

уколол когтями папу,

в улей сунул быстро лапу.


Медвежонок, медвежонок,

милый, чудный медвежонок

вырос быстро без пеленок.

22 июня 2004


Как хорошо...


Как хорошо смешить людей

хоть чем попало,

потоком бурных новостей

с любого зала.


Как хорошо играть в любовь

пускай смешную,

а говорить: "Не прекословь,

одна тоскую".


Как хорошо чертить чертеж,

играя мышкой,

а линий много, словно рожь,

но ты в них лишний.


Как хорошо, что не смешно

бывает дома,

но быть одной ведь не грешно,

нет в горле кома.


Как хорошо включить ТВ

Е. Петросяна,

и думать тихо о тебе,

мир без изъяна.

30 июня 2004


Мистика


Возник в могиле дикий вой,

и разбудил земные лики,

для мертвых голос этот свой,

а для живых он смерти блики.


Мне ужас сковывал шаги,

но ноги скорость набирали,

для призраков шаги легки,

живые просто обмирали.


Луна светила над крестом,

стоял повсюду трупный запах.

И звезды тихо над леском

смотрели в памятники. Запах.


Здесь город мраморный стоял,

блистали стройно обелиски,

и призрак медленно витал,

смотрел на фото очень близко.


Все лица, словно образа,

кому-то дороги и святы,

их резчик в камне вырезал,

они на фото были сняты.


И дикий вой опять затих,

Мне стало страшно и тоскливо,

На той могиле спрятан лик,

он в рай теперь ушел. Счастливо.

26 августа 2004


***

Эх, люблю поплавать я в голубой стихии!

Очень чистая вода и гребки лихие.


Я плыву туда - сюда, мало отдыхаю,

доплываю до борта, а потом вздыхаю.


Поверну и поплыву, как родня лягушки,

над водой всегда видна лишь моя макушка.

**

Из бассейна путь в парилку,

сауна по - нашему,

и лежу я словно милка,

мысли стали кашею.

Вся я стала как в капели,

так пора опять в купели.

5 сентября 2004


Тренировка


Тренажерный длинный зал,

все открыты окна,

тренер в зал меня позвал,

чтоб от пота мокла.

Все отлично, без проблем

я прошла все трюки,

мне приятен в мышцах плен,

нет кромешной скуки.


Я десятки, сотни раз

гири отжимаю,

словно жму их на показ,

но все понимаю:

мои мышцы - молодцы,

я вдыхаю воздух.

Тренажеры - хитрецы,

кожа стала с воском.


Распрямились складки губ,

на лице улыбка.

Кто сказал, что тренер груб?

Он от пота липкий.

Он все смотрит, как я жму.

Я скучаю по нему.

5 сентября 2004


Богатырь


Русский, местный богатырь.

Чем он занят, где бывает,

где его сегодня тыл,

где он груши оббивает?


Он идет среди гантелей,

среди штанг и тренажеров,

гордо носит ноги, тело.

Богатырь, он словно джокер.


Кто не справится - поможет,

штанги двигает спокойно.

Кто-то скажет: "Ну и что же?

Рядом с ним все так достойно!'


Слух еще был, что бывает

он волшебником всех саун,

кто уже и в них взвывает,

а при нем молчит про аут.


Он зашел, подлил водицы,

голова под потолком.

Пар готовил для девицы,

и махал одним платком.


Все тепло перемешалось,

пот полил из всяких мест,

люди еле помещались,

помолились, был бы крест.


Вот зашла: худа, красива,

и на полку улеглась.

Он взял веник, но чуть льстиво,

и пустил свой веник в пляс.


А жара такая стала,

что все дальше - без меня!

Я с той сауны сбежала,

будто бы как от огня!

13 сентября 2004


***

Неземная верность Стихи.ру,

лидер поэтических пристрастий,

молод, лицо моет лишь 'Doru',

и в своих стихах безумно - страстный.


Все в него немножко влюблены,

женщины в стихи слетают стаей,

его сайты словно бы слоны,

а другие, стало быть, отстали.


Молодец, однако, пройду мимо,

улыбнусь тебе улыбкой Мима.

14 сентября 2004


Рекс


Однажды Рекс залез в бутылку,

понюхал вкусно или нет.

Лег, почесав район затылка,

и выпил всю бутылку пылко,

так на исходе лучших лет.


Бутылка засмеялась грустно,

сверкнула блеском на стекле,

слегка взгрустнула, что в ней пусто,

с деньгами, видимо, не густо,

жизнь с Рексом, словно на осле.


Ну что сказать? Блестя боками,

сверкая нежной синевой,

коснулась горлышком - губами,

и, разбудив его хлопками,

она слилась с ночной листвой.


Залаял Рекс, проснувшись дико,

завыл, что кончилось питье,

лениво взял с салата вилку,

и вспомнил, видимо, бутылку,

сказал чуть с грустью: "Все мое"


Простите, если это грубо,

но то про Рекса все сугубо.

17 сентября 2004


***

Вчера ревела, нынче не смеюсь,

тупик прошла, и из него я вышла.

Решила я: подарками прольюсь,

и сразу повернулось лихо дышло.


Пошла туда и что-то отдала,

пошла сюда и что-то подарила,

потом немного слов иных нашла,

и вскоре рассмеялась, как горилла!

21 сентября 2004


Не хочу...


Я не хочу быть депутатом:

народу много и шумят.

Я не хочу быть адвокатом,

какого вдруг не защитят.


Я не хочу быть адмиралом:

весь в золоте его мундир.

Я не хочу быть генералом,

порою он, как бригадир.


Я не хочу быть: гл. редактор,

я не люблю судить стихи.

Я не хочу водить и трактор,

моторы наши не тихи.


Я не хочу быть космонавтом,

я лучше что-то начерчу.

Я не могу быть аргонавтом,

я в те века не долечу.


Прошли года, чего хочу я?

Остались проза и стихи.

Осталась пряжа. Что же чту я?

Желаний нет, и спят грехи.

21 сентября 2004


Деревенские мысли


Задышу я осенью золотой,

сразу и улучшится мой удой.


Зашуршу я листьями по стихам,

да задую ветрами по лесам.


Будет урожайным високосный год,

будет у коровушек славный мой уход.


Я пройду дороженькой: стук, стук, стук.

А за мной коровушки: тук, тук, тук.


Подою я козочек и коров,

будут они дойными на покров.


Будет урожайным високосный год,

будет у коровушек славный мой уход.


Полушалком красочным утеплюсь,

под его прикрытием помолюсь.


Да зайду к коровушкам я на миг,

и затихнет в душеньке моей крик.


Будет урожайным високосный год,

будет у коровушек славный мой уход.


Я пройду хозяюшкой по двору,

мусор и все лишнее уберу.


Я поглажу козочку и кота,

будет все ухожено у скота.


Будет урожайным високосный год,

будет у коровушек славный мой уход.

29 сентября 2004


***

Чужие игры, чужие жизни,

чужие щеки, чужой покой,

чужие ласки, чужие виски,

и неба шторы плывут рекой.


Подмостки сцены, подмостки счастья,

подмостки где-то вблизи воды,

подмостки счастья совсем не часты,

от них так близко лишь до беды.


Крутые игры, крутые люди,

крутые гривы небесных сфер,

крутые люди так лихо судят,

вблизи преграды сквозных афер.

5 октября 2004


***

Не испортит Пенкин настроенье,

даже опозданье не всерьез,

напишу ему стихотворенье,

чтобы ухватил он больше звезд.


Пусть сияют блестками в одежде,

пусть искрятся искрами в глазах,

голос утонул его в надежде,

что он лучший в чьих-то голосах.


Голос так усилен микрофоном,

что звенит, похоже, в небесах,

и летит по залу чистым звоном,

вдруг застыл он стрелкой на часах.

04 декабря 2004


***

Бело-черная картина,

бело-черная судьба,

смотрим сотый день Ундину,

и забыта жизнь, ходьба.


Все сидишь и смотришь, смотришь,

на экран - тревожный взгляд,

у кого-то жизнь там меркнет,

кто-то выпил верный яд.


Все в тревоге и сомненье,

все в проблемах и борьбе,

даст ли Бог им день везенья?

и еще чуть-чуть себе.

11 декабря 2004


***

Позвольте вас поздравить с Новым годом!

Позвольте пожелать вам много лет!

И с каждым новым солнцем и восходом!

И пусть всегда вам в радость будет свет!


Не увлекайтесь горем и несчастьем,

не лейте на мозги свои печаль,

и пусть мгновенья счастья так не часты,

но их всегда немного все же жаль.

29 декабря 2004


Лиса и ее друзья


Лис - лисица рыжей масти.

Ох, хитрющая она!

Ей без зайца света мало,

ей без зайца жизнь скучна.


Шел к ней заяц длинноухий,

он прекрасен словно снег.

Прибежал к лисе без стука,

крикнул тихо ей: 'Привет!'


Лис - лисица рыжей масти.

Ох, хитрющая она!

Без медведя света мало,

Вот кричит ему она:


- Эй, медведь, идешь ты в гору,

ношу тяжкую несешь,

не уйдешь без разговора,

и меня с собой возьмешь.

Зайца мы с собой прихватим,

будешь кумом, заяц - сватом.


Лис - лисица рыжей масти.

Ох, хитрющая она!

Петушка для счастья мало,

но зовет к себе она:


- Петушок, родной, любимый,

подойди ко мне дружок.

Голосок услышь мой льстивый.

Съешь вершок иль корешок.


Хочешь зернышко простое?

Так пойдем ко мне быстрей,

будешь жить ты на постое,

и беги ко мне скорей.


Лис - лисица рыжей масти.

Ох, хитрющая она.

Без собаки света мало,

Не зовет ее она.


Лает верная собака,

и лисе она не брат.

Ведь собака, как бродяга,

много лает - толку нет.


Лис - лисица рыжей масти.

Ох, хитрющая она!

Ей без кошки света мало,

и без кошки тишина.


Кошка, лапочка родная,

ты с лисой одной красы,

от проделок не страдая,

знаешь хитрости лисы.


Вот и все лисы друзья:

вместо волка - друг собака,

заяц, кошка и медведь.

петушок им будет петь.

2004


***

Новый год наливается силой,

задышал, закричал, что он есть!

Но тотчас был откинут на сито:

он в истории новая весть.


Чувство есть, проезжаешь вершину,

на вершине бессонная ночь.

Старый год - въезд в историю шины.

Мы проехали. Дальше что? Прочь.


Так в любви побеждает новинка

из эмоций, прелюдий, страстей.

Старый год стал забытою вилкой

на бифштексе из лучших частей.


Старый стих, старый фильм, старый номер.

Стало прошлым безумство любви.

Новый год, он во всем еще молод,

ты его, как флюиды лови.


И бегут в круговерти каникул:

сказки, песни, улыбки и смех.

Вот, вот, вот и восторги все сникнут,

жизнь войдет в прежний ритм из помех.


Но пока все немного затихло.

Суеверие в людях не зря.

Две недели божественно, лихо,

полыхают, как года заря.

5 января 2003


***

Земля меняет поколения,

земля меняет день и ночь.

Кто знает прошлого колена?

В седьмом колене был точь-в-точь.


Клонировать самой природой...

В развитии идешь вперед,

и в прошлом цепь живого рода,

ты удлиняешь свой же род.


Пересечения разных кланов

усилят кровь одной родни.

Родятся новые уланы,

они грядущего родник.


Бывают родственные связи,

они несут болезнь крови.

А можно в прошлом всем увязнуть?

Клонироваться без любви.


Стоят коровы клон на клоне,

как стадо ровное телят.

Березы разные на склоне.

На склоне вновь стада ягнят.

6 января 2003


***

Что с тобой, гитарный Цесаревич,

бард давно известный, тем родной?

В старых джинсах, признанный царевич,

ты поешь над зрительной страной.


Параллельны чувственные годы,

струнами натянута судьба,

пальцы гитариста - скороходы,

на тебя смотрю почти любя.


Подпеваю я, конечно, молча.

В памяти всплывают лишь слова.

Пой, Царевич, пой, скажу короче:

среди бардов ты ведь голова!


Нравится давно твой дивный профиль,

за тобой - твой преданный ансамбль.

Среди бардов ты - чудесны профи...

Но, родной, на кухне - готовь сам!


Что еще? Хозяин магазина.

Что еще? Немножечко дельфин.

Жизнь солиста, словно бы резина,

тянется, шуршит как тот овин.


Пой, гитара, пой с гитарой,

пой, родной мой, пой.

Без тебя весь мир наш странный,

пой, любимый мой!

8 января 2003


***

Человек не так силен,

коль кумир не весел.

Это шерсть? Нет, это лен.

Он гребет без весел.

Поразительный итог

в жизни есть у многих:

сам к себе поэт так строг,

что закрыты ноги,

как закрытая душа.

Он, мол, не развратный.

Может, нет. Слова крушат

память безвозвратно.

Скучно все. Переключу.

Вот актриса стонет.

Стережет свой дом, ключом

сердцем пишет оды.

Петросян, Аншлаг, Шифрин,

Степаненко, Клара.

На столе уснул графин,

выключаю рано.

13 января 2003


***

Духи и книги, стол и стулья,

букетик лилий и комод,

ТВ, компьютер, вазы дуло,

какие-то предметы мод.


Слегка разбросаны предметы,

слегка раскиданы слова,

а в голове остатки сметы,

не спит, не дремлет голова.


В ней рассуждения о прозе,

в ней что-то грустно без прикрас.

Светодиоды, словно росы,

в ночи высвечивают нас.


И тик, и так, и шум машины,

и тени темные в углах.

Лекарство с медом как вершина,

надежд движенья на ногах.


Ночные мысли - отголоски

дневных забот, точнее дел.

От лепестков цветов - полоски,

точнее тени белых тел.


Как эти лилии надменны!

Бессмертник спрятан в лепестках

на фоне стен, белее мела,

как проза мыслей на устах.

20 февраля 2003


***

Обрамление волос,

обрамление взгляда,

контур черный глаз, не слез,

что для взгляда надо.


Словно новый парапет

на речном вокзале.

Так и новый кавалер

Вас закружит в зале.


Обрамление волос,

обрамление воли,

Ваша внешность мыслям лоск,

если взгляд без боли.


Если речка без бревна,

и сомы не бревна,

значит, близится весна,

и зима царевна.


Обрамление волос,

обрамление веток,

лес зимою не подрос,

рост весь будет лишь летом.


Это темные снега

вокруг рек и пруда.

Пред весной зима легка.

О красе - не буду.

27 февраля 2003


***

Бывает в жизни лишь один доход,

его едва хватает на компот,

налог с него всегда у всех снимают,

доходом этим вряд ли одевают.


И совесть так чиста, как пуст карман,

и потому разломан весь диван.

Но кто-то деньги на диван дает,

и вот он возникает, как комод.


Огромный, неуклюжий словно слон,

и ровный, незнакомый как уклон.

И на диване можно выпить сок,

он не компот, он сам проводит ток.

27 февраля 2003


***

Солярий солнечной системы

светил в десятки светлых труб.

После загара засвистели

сигналы, мол, плати свой рубль.


И весь загар в стеклянной колбе

теплом и светом был наполнен.

Спокойно потемнела кожа,

все для тебя, все для тебя.


Сказать собой: "Люблю". Ты тоже

на мне осмотришь все любя.

Не трудно быть твоей богиней,

но трудно быть, как светит иней.


Для похудения съем таблетки,

лекарства больше, чем еды,

чтоб ощущать себя кокеткой,

чтоб говорить, что лучший ты.


Не трудно жить в свои-то годы,

но трудно быть милей на годы.

2 марта 2003


***

А я умею: молчать, как рыба.

А я умею: не улыбаться.

Я не умею: кричать у гриба.

Я не умею: в ногах валяться.


Я не прошу, не умоляю,

и улыбаюсь, в ответ на шутку.,

Я даже в детстве, была не Ляля,

и не касалась зверей и уток.


Всегда упряма, всегда сильна я,

и пусть, бывает, совсем слегла я,

но и тогда, сжимая зубы,

я говорю: 'Я буду, буду!!!'

6 марта 2003


10.03.1951

Родилась на Южном я Урале,

а потом жила на Иртыше.

В первый раз: " Люблю тебя" - сказали,

где-то в Криворожском камыше.

Пролетают годы в Подмосковье,

где деревья машут в изголовье.

6 марта 2003


***

Надо выслушать заданье,

и обдумать, молча, все,

прочертить все мысли знаний,

обсудить что-то еще.


На компьютере чертить

и на плоттер выводить.

А затем - работа цеха.

Чертежам - железный вид,


и для полного успеха,

электронику всю - в них.

На приборах жизнь проверить,

и тогда в мечту поверить.

13 марта 2003


***

Забыла код сказать подруге,

а сотовый - не наш удел,

хожу у дома круг за кругом,

как будто нет особых дел.


Смотрю в окно и жду подругу,

в конец замерзла и ушла.

Вид из окна: под шляпкой кругом,

она неспешно подошла.

13 марта 2003


***

Стиральной машинке - тридцать лет,

и в Копейске про нее забыли,

Чайка мне стирает столько лет,

а ее на праздник заменили.

И Самсунг пожаловал на кухню,

и на два часа он в стирку ухнул.

13 марта 2003


***

Был телевизор - Аэлита,

был телевизор - Горизонт,

другой пришел, он как элита,

с экраном плоским - сладкий сон.

13 марта 2003


***

Люблю автобус с турникетом,

коль едет он, немного пуст,

когда в руках нет и пакета,

когда компостер - зубы уст.

13 марта 2003


***

Не обижайте, утонувший Мир,

его так вдохновенно создавали,

среди КД или поющих Лир,

что от любви в работе утопали...

13 марта 2003


***

Компьютер - чудо высшей лиги,

чертеж любой с ним, как из книги.

**

Остров - это одиночество

и отрезанность от мира.

Сам зови себя по отчеству.

Слушай тексты из эфира.

**

Модельная обувь - кусает и давит,

тонкий каблук вне машин, убывает,

очень высокий каблук он для бара,

высокая шпилька с работой - не пара.

**

Весенней грязью облил автобус,

как - будто матом наполнил глобус,

как - будто вновь я среди поэтов,

где критикуют за то и это.

16 марта 2003


***

Спасенье ищут в неизвестности.

А если стало все известным,

не изменяя больше местности,

вдруг закрываешь мыслей вести.


Закрылся мир, закрылись горести.

Здоровье копишь одиноко.

А может просто дело в гордости?

Боишься грубости? Однако.


Не хочется встречаться с обществом:

все улыбнутся, кто-то клюнет,

пусть интересы были общие,

но не люблю чужие слюни.


Они как зависть очень липкие,

чем выше мысль, тем больше колют.

Уж лучше вновь сидеть под липами,

кленовый лист, иглой не колет.


Когда одна побудешь с мыслями,

И соберешь строкой, что гложет,

готова новь сказать со смыслом ли:

спасенье - стих - всегда поможет.

30 марта 2003


***

Столкну своих друзей я бывших,

пусть тоже дружат, коль хотят,

пусть расцветает дружба пышно,

пусть лепят строчки, как котят.


А я от них слегка устала,

мне нужен кто-то. А они...

Пусть смотрят в оба, как снег тает,

как в нем купаются огни.


Пустите, братцы на свободу,

отдайте душу, хватит вам...

Котенок выпил снег и воду.

Огни достанутся словам.

9 апреля 2003


***

Две глупости в одном флаконе,

довольно трудно пережить,

пусть новый сайт уже в законе,

но стих куда-то тихо вжик....


И кто-то что-то мне вдруг впишет,

все в мой раздел и без меня.

Одни нули, никто не слышит.

Программы кто не поменял?

9 апреля 2003


***

Какие умные слова роняются с панелей...

Обычно есть в них слова два,

их хватит на неделю.

Какой богатый лексикон,

как он немногословен!

Им дать пол - литра и бекон,

и враг словесный сломлен.

Осталось слово на века: вторая буква...явно я.

9 апреля 2003


***

Хожу, брожу по чьим-то сайтам,

там напишу, а тут скажу.

Кругом свои там правят байки,

но я друзей не нахожу.


Бывает кто-то на два слова,

бывает кто-то на рецу,

и нет нигде совсем улова,

опять иду сюда, к крыльцу.


Я без улыбки, потеряла

слова по весям чуждым мне,

кого-то зря я укоряла...

И в голубом осталась сне.

11 апреля 2003


***

Как трудно быть судьбой гонимой,

как трудно просто первой быть,

как хочется неутолимо,

кого-то просто полюбить.


Но кто же даст? Да, нет, конечно.

Меня оставят в пустоте,

меня опять хотят безгрешной,

все только видеть в суете.


Я не нужна ни тем, ни этим.

Должна я быть всегда одна

под зонтиком, пусть солнце светит.

И, чтоб никем я не видна.


Хожу, брожу по чьим-то сайтам,

там напишу, а тут скажу.

Кругом свои там правят байки,

а я друзей не нахожу.


Бывает кто-то на два слова,

бывает кто-то на пыльцу,

и нет нигде совсем улова,

опять иду, сюда, к крыльцу.


Я без улыбки, потеряла

ее по весям чуждым мне.

Кого-то зря я укоряла,

и в голубом осталась сне.

11 апреля 2003


***

Пелена лекарств, держит мозг в тумане,

словно, сумма кар, есть у вас в кармане,

словно пара штор - закрывают солнце,

вечный штиль, не шторм, есть на дне колодца.


Пелена всегда не дает нам думать,

мысли - не беда, есть плохие думы.

Выйду из лекарств и раздвину шторы.

Пусть вороны: кар... да шумят моторы.


Я открою кран, зашумит водица,

хватит в сердце ран, мне пора умыться.

16 апреля 2003


***

А женщины на свете есть без вас,

и нежные, красивые при этом,

но двойники... Они не контрабас.

Никто не тиражируется светом.


Клинок чужой строки, чужой молвы,

клинок из двойников потусторонних,

стихи и строки, словно из толпы,

и псевдоним, двойник не посторонний.

16 апреля 2003


***

Квадратик кнопки, полоска строчки,

удар по кнопкам и слово есть.

Ну, кто-то смотрит с улыбкой робко,

не трону, милый я Вашу честь.


Квадратик неба, полоски - лампы,

ко мне вопрос Ваш: "Так, как дела?"

От прозы к прозе, но лучше строчки,

когда есть рифма, она мила.


Дела - квадратом, овал улыбки,

и беспредельный зевок судьбы.

Сосед сегодня не вяжет лыка,

ему сегодня все хоть бы хны.


Квадрат экрана и глазки скрепки,

и скучно что-то не в первый раз.

И чай не пью я, он слишком терпкий,

а легкий кофе - он в самый раз.


Квадрат работы, совсем зеленый,

зелено - белый чертеж готов,

а цифры, словно листочки клена,

и черно - белый поток листов.

21 апреля 2003


***

Какие слабые мужчины, стареют раньше седины,

К тому же броды не бреют, и очень полной толщины,

Туда же лезут... им под тридцать, а сами долго не живут,

Все девочек помладше ищут, не зная секса глубины,

Все на машинах - ножки тощи, зато огромны животы,

Скажу одно - слабее женщин по всем статьям людской судьбы.

12 мая 2003


Иосифу Кобзону


А у нас во дворе у подруги,

я впервые увидела Вас,

над экраном висели дуги,

из ветвей зеленеющих раз.


Новый год, огонек и Иосиф,

очень мил молодой человек.

И любви той мгновенной ионы,

я несу с переходом навек.


Вы эпоха рождения песен,

благонравный, спортивно хорош.

Сколько нужно поставить лестниц,

чтобы ель успокоила рожь?

19 мая 2003


Михаилу Шуфутинскому


Михаил, в сверканье дам,

мир за ним блестит огнями.

Он поет и тут, и там,

Океаны, как цунами.


Выбор песен неплохой,

выбор женщин - где-то рядом,

он с колючей бородой...

Бородатый, нет, не рядом...


Не люблю я целовать

сквозь огромные преграды.

Мне его не миловать...

Воздвигаю баррикады.

19 мая 2003


Александру Буйнову


Ох, он этот буйный Саша,

самый лучший из мужчин.

Нет, его милей и краше,

он хороший, без причин.


Просто мужество на сцене,

просто песни - лучше нет.

Он всегда поет без лени,

и ему подвластен свет,


что сияет из приборов,

а конструктор - просто я.

В свете встретиться нам впору,

но встречаться нам нельзя.

19 мая 2003


Борису Березовскому


Бизнес - Бог - то Боря Березовский.

Это что-то, честно всем скажу,

мы с ним две совсем, различных зоны.

Я его во сне не разбужу...


Мой словарь был англо-русский.

Я его чертила день-деньской,

В это время Боря, то же русский,

стал сибирско-нефтяной главой".


В Англию уплыл он сквозь богатства.

Я же там осталась, где была.

У него финансовое царство.

Мимо только роза проплыла.

19 мая 2003


Бари Алибасову


Пока чертила я детали для литья,

над миром нашим пела все "На-На",

потом у нас сменился президент,

и для "На-На" пришел другой момент.

НАИНА и "На-На" слегка похожи,

Людмила же в "На-На" уже не вхожа.

19 мая 2003


Александру Абдулову


Алферов дядя Вася - мне родня,

Алферова Ирина - вам жена,

ты с Муравьевой где-то танцевал,

а это что ли был ваш "Карнавал"?


Ты с ней потом за кульманом стоял,

резинку ей моченую отдал...

Ирины от тебя потом ушли,

с тобой, наверно счастья не нашли.

19 мая 2003


Олегу Газманову


Генерал эстрадной песни,

а прыгучий, словно мяч.

Перед Вами лечь бы лестью,

да уж больно Вы горяч.


Оседлать бы Вам коня,

прыгнуть прямо из окна...

Ведь у Вас второй этаж...

На коня, потом в гараж...


По концертам прокатиться

и успехом насладиться.

19 мая 2003


***

Тибетский чай из русских трав,

немного горьковатый.

Я пью его, смолкает нрав,

сегодня толстоватый.


Мой вес опять за горизонт

от стрелки оторвался,

меня вполне закроет зонт,

коль он не оборвался.


Диеты все мне не к лицу,

они почти без вкуса.

Дополню кекс я к огурцу,

и сразу станет лучше.


Мой вкус диет он вне диет.

Я съем и то, и это.

И всем худым скажу: "Привет!

Не с вами в это лето.


Не вами я кто уж за сто,

сегодня перебрался".

Я съем таблеток этак сто,

но весь мой вес остался.

28 мая 2003


***

Есть опыт счастья небольшого,

и для поэта он бальзам,

не надо мужа мне чужого,

и своего вам мужа дам...


Но лишь в стихах, но только в мыслях,

порой для красного словца,

чтобы душа была умытой

любви обильного ловца.


Фантазий много, через меру,

но ровно столько, что б самой,

мне не впадать в тоску, химеру,

стихи казались бы игрой.


Так вот в чем счастье: в развлеченье,

в самом массаже слов и дел,

в любви самой или влеченье,

и без касанья рук и тел.


Еще есть счастье в созерцанье:

что б пред глазами было то,

что вам приятно в мирозданье,

и что б тепло, хотя б в пальто.

5 июня 2003


***

Арбузный запах голубых флаконов

исходит из нежнейшего создания.

Мадам бы покорила фараонов,

но едет в институт добавить знаний.


Такой же запах девушек лукавых.

Как отличить студентку от гарема?

Такой же запах будет у легавых.

Но запах разный у ворот эдема.

6 июня 2003


***

Ладья скиталась по волнам,

ладья ходила по полям,

по белым, черным островам,

и не боялась волн и ям.


Береза белая не плачет,

и не тоскует уж тем паче.

Дыши одной, пиши другой,

не будешь в жизни ты изгой.

13 июля 2003


Андрею Дементьеву


Сандаловый облик Андрея,

весь высвечен яркостью глаз,

стихами над миром алеет,

и вводит словами в экстаз.

16 июля 2003


Евгению Евтушенко


Плыла жара по станции Зима,

она встречала вечного Поэта,

и в сердце его плавилась сама.

На станции Зима царило Лето.

16 июля 2003


***

Час пик в моих графских развалинах.

Час пик пустоты в небесах.

Час пик на забытых всем валенках.

Час пик в среднерусских лесах.

Час пик интернет перегруженный.

Час пик поздравительный день.

Час пик слава чем-то всем нужная.

Час пик на компьютере тень.

Час пик на улыбке божественной.

Час пик очень грустных речей.

Час пик, когда скажут все жестами.

Час пик слава все горячей.

Час пик я останусь за кульманом.

Час пик жизнь идет без утех.

Час пик вы сегодня весь культовый.

Час пик как велик человек!

18 июля 2003


***

По пляжу шел поэт хороший.

Лежала группа из парней.

Один сказал: 'Поэт, похоже'.

Лежащим, шедший был видней.


А я стояла, руки в боки,

глаза, прищурив от лучей.

О, где вы были, чувства Боги!

Все стало сразу горячей.


Поэт прошел, главу склоняя,

не повернув ко мне глаза.

Я вслед бежала, догоняя,

не сдвинув с места. Чудеса.


Прошел поэт. Прошел хороший.

Его я знаю много лет.

Он не узнал? Узнал? И что же?

До счастья с ним - не мой билет.


Он меня предал между делом,

он заменил меня другой,

не для меня изгибы тела.

Спина в одежде лишь дугой.

20 июля 2003


***

Поговори со мной, Олег!

Тебя я старше на полгода,

поговори со мной, Олег,

поговори судьбе в угоду.

Твой голос знаю наизусть:

все интонации крутые.

Я не актриса, ну и пусть!

И знаю мускулы литые.

Поговори со мной, Олег,

пусть просто так. Я не болтаю.

Не говори со мной, Олег,

я не о чем не разболтаю.

22 июля 2003


Ирина Мирошниченко


Мы с Вами однажды встречались,

с тех пор Вы еще красивей,

красивы в любви и печали,

Вы видно из бризовых фей.

Волной Вас выносит на берег,

где зритель и рад Вам и нет.

И только мужчина, как беркут,

несет вам красивый букет.

23 июля 2003


Андрею Харитонову


Ваше лицо для меня как подарок,

Овод смотрела, смотрела на Вас,

в Мистере Х Вас еще увидала,

очень красив у Вас профиль и фас.

Вы для меня - красота неземная,

Вы для меня как подарок судьбы.

Годы идут, мы живем, увядая,

ходим спокойно, не видя толпы.

25 июля 2003


Игорю Крутому


Фантастическая музыка

увлекает вглубь души.

Фантастическая музыка,

ты ее не заглуши.

В ней есть лирика любовная,

в ней есть лирика мечты,

в ней стихи с оркестром сводные,

в ней родился видно ты.

28 июля 2003


***

Ивар, Ивар, Ивар, мой любимый тип,

Тип мужчины в жизни. Он со мной не спит.

Он живет актером, он актер кино.

Ивар, Ивар, Ивар, Вас люблю давно.

1 августа 2003


Валентине Леонтьевой


Популярность тети Вали,

выше всех любых похвал,

К ней народ поздравить валит,

хоть никто ведь их не звал.

Но пришли все к тете Вале.

Валя, Валя, любим Вас,

мы все хором поздравляем,

поздравляем в добрый час!

1 августа 2003


***

Откроем эру неба, солнца

и просто трепета души.

Уйдем из бочки, из засолки,

откроем крышку, словно щит.


Мы помидоры, если в банке.

Мы огурцы. Хорош засол?

Танкисты мы, коль едем в танке.

Душа закрыта, так посол.


В капусте стонут бриллианты,

они опасны навсегда.

В коробке сок? В нем спят атланты.

Проспят там год или года.


Вот джем вкуснее сладкой ночи,

легко ложится на кусок.

Так и девица без сорочки

легла куда? Он что брусок?


Морской капусте путь к диете

всегда открыт или закрыт.

А волк морской летит по свету,

ветрам и солнцу он открыт.


Морковь прекрасна с подземелья

всегда, везде, во всем она,

во все закуски лезет смело,

и где видна, и где одна.

3 августа 2003


В.И. Федосееву


Как сложен симфонический оркестр!

Какой простор для музыкальных прерий!

Не выучишь все ноты за семестр,

и не получишь всех великих премий.

Но можно долго радовать людей,

ввергая в мир звучащих новостей.

5 августа 2003


Н.Д. Ковалеву


Нет, мы с Вами незнакомы,

птичку ставила за Вас.

Центр научный и горкомы.

Рядом я было подчас.


Генерал, как много званий,

есть у Вас и вокруг Вас.

И, похоже, много знаний,

вы вбираете за час.


В волейбол сыграем, ладно?

Перекинемся мячом.

Или ближе Вам доклады?

День рожденье? Не причем.

6 августа 2003


***

Чувствую, иду по западне

в мареве небес без откровений.

Опускаюсь, мысленно на дне

в мистике пера и вдохновения.


Глазом ухватила красоту:

тихая вода течет устало,

ехала машина по мосту,

в воздухе прохладность зависала.


Не скажу, что каждый из мужчин

тех, что по дороге повстречались,

все имели много величин,

ощущение: шла как вдоль причала.


Не свернуть и мне не повернуть,

чувствую от них настороженность.

Так же было, как бы здесь ввернуть,

в день Олимпиады - напряженность.


Шла с Олимпиады по Москве,

по пустым проспектам - тихий улей.

В это время умер весь в тоске,

бард и чародей российских улиц.

08 августа 2003


***

Физики живут весьма непрочно,

головы забиты их с лихвой,

в институтах учат, как нарочно

то, что не ухватишь головой.


Учат языки, да еще пару.

Мозг студента, словно на века,

им еще работать до угара,

и до пенсий жизнь их не легка.


Тянут, тянут лямочку всезнайки,

а она не в силах им помочь,

нервы свои вывернут с изнанки,

и уходят с этой жизни прочь.


Убегают в лес или на дачу,

убегают в детство, где теплей,

упускают бывшую удачу,

их не в силах выдержать дисплей.


Физики, довольно специфичны,

гонор в них сменяет пустота.

Их проблемы с нервами типичны,

старость у них с первого листа.

11 августа 2003


***

Картонный муж красивый, без изъяна

в руках очаровательной жены.

Она, как негритянская Диана,

он холоден, как отклики страны.


И космонавты снова на орбите:

орбите славы, почестей молвы.

Да, женихов из космоса берите,

Жизнь без любви, а в роли лишь вдовы.


Пусть живы - будут, будет встреча чудом,

картонный муж ей видим, не живой.

Надолго ли та свадьба, словно с другом?

Невеста ведь обвенчана с молвой.

12 августа 2003


Стив Мартин


Стив, спасибо, что ты есть,

ты такой смешной,

ироничный, словно лесть,

и слегка грешной.

Стив, а Стив, скажи ты мне,

как такой же быть?

Волос твой - белее мел.

Сам ты, словно пыл.

14 августа 2003


***

Скучно было до безумия,

и с утра стоял туман.

Целый день я как беззубая,

пока в воздухе дурман.


Пушкин, Пастернак, Патрацкая,

интернет всего не понял.

Солнце тоже радиация,

а под ним и кони - пони.


Разлетелась мысли веером,

будто конские хвосты.

Из стихов своих намеренно

раскроила я холсты,


В них писала отголосками

своих бешеных невзгод,

и рецензии полосками

усмехались целый год.


Пастернак в вишневой корочке,

Пушкин в золоте тесьмы,

и Патрацкой стихи колосом

вышли будто бы из тьмы.

15 августа 2003


Владимиру Вишневскому


Восхищена я Вашей наглостью

в изданье странных очень книг,

в которых, все так сбито накрепко,

в которых нет лишь только - игл.

Вас в интернете не заметила.

Вы что? Живете в суете?

Вас я давно в себе отметила,

Вы будто пятнышко в звезде.

19 августа 2003


Борис Пастернак


Длинное лицо, глаза простые,

свет в окне, как пламя из огня.

Ветры бродят горькие, сквозные,

ямбы ему с ветрами летят.


Пастернак поэт мне не встречался,

знаю его фото наизусть:

он стоит у форточки печальный,

и слова застыли в кромке уст.


Ногти. Пальцы. Спрятаны манжеты.

Белая рубашка и пиджак.

Нос прямой у рамы. Шпингалеты.

Словно он в пространство сделал шаг.


Взгляд его уходит за мечтами,

волосы взлохмачены рукой,

манят его строчки, манят - дали,

и душа, не знавшая покой.


Ухо. Шея. Впадина на горле.

Полнота красивых очень губ.

Главное - стоит он очень гордый,

этим бесконечно многим люб.

20 августа 2003


***

Генка, Генка съешь гематоген - то,

будешь ты хорошим добряком.

Перестанешь злиться, будешь веселиться,

а потом ты станешь моряком.

Женщину полюбишь, сладкую пригубишь,

станешь ей поэмы ты писать.

А потом детишки, смелые врунишки

будут сквозь любовь твою визжать.

Генка, Генка съешь гематоген-то.

21 августа 2003


***

Ночной интернет приглушенно стрекочет,

колени холодные и дисковод.

Читаю стихи, в них любовь кто-то хочет,

а кто-то в машине прошел через борт.


И Петр Давыдов всех давит любовью,

он как программатор машину ведет,

он, секс и любовь, а панель в изголовье,

он всеми читаем, он пламя и лед.


А Толя Попов все сканирует чувства,

он трепетно ласков в своих чудесах,

в его же строках все рождается чудо,

и женщины с ним все парят в небеса.


А я тут замерзла, читая их вирши,

колени мои не согрел дисковод.

Я все выключаю, стихи с души свергнув,

пойду просто лягу, где сонный есть свод.

22 августа 2003


Поворот


Обойду я взглядом грусть земную,

скорость надо правильно сбавлять,

поворот дороги я миную,

и увижу ровную я гладь.


Затаи дыханье - неприятность,

неумытый, грязный небосвод.

Неприятность - с нею лучше в прятки,

и не видеть неприкрытость вод.


Пусть течет вода серее неба,

рябь души клубиться над водой,

кто бы ты ушедший в небо не был,

станешь словно памятник литой.


Граждане, шоферы, руки в брюки!

Едите: опасно! Поворот.

Не в воде, ни щуки, ни севрюги,

не пройдете вы дорогу вброд.


Медленней поэты и шоферы,

вы творите чудо на земле,

не впадайте в разные аферы,

берегите жизнь и чудо лет.

25 августа 2003


Пена слов


Морская пена грустных слов

Легла мне на душу, пьянея.

Я ем их, словно это плов,

но я одна. Я леденею.


А волны жизни бьют в причал,

в словах любых играет шалость,

когда-то ты любил, кричал,

теперь осталась только жалость.


Теперь осталась пустота,

остались мелкие желанья,

осталась жизнь и красота

под пеной слов любви послания.

26 августа 2003


***

Кто не знает его профиль соколиный?

Кто не знает его дерзкие черты?

И в Москве его я встретила. Былина?

Это правда, как столкнулись Я и Ты.


Еще в школе пели песни Окуджавы,

мы с подругой знали все их наизусть,

и мальчишек с этой песней провожали.

Годы канули, осталась в сердце грусть.


Мы столкнулись в магазине. Центр вселенной.

Рядом муж, а рядом с ним была она.

Да, блондинка. То ли Ольга, то ли Лена.

Но она очарованием полна.


А Булат обтянут джинсами лихими.

Он крутился предо мною просто так.

Он товар смотрел. Шли девяностые лихие,

когда в джинсах не ходили просто так.


День был теплый. Он обтянут, словно тополь,

иль береза. Да, он в белом был друзья!

Разошлись они и мы. И стих наш топот.

А куда мы шли, давно забыла я.

28 августа 2003


Александр Розенбаум


Александр, великий, сильный бард,

на брегах Нивы красивый странник,

не было у Вас тех бакенбард,

от которых, были бы Вы странным.


Но я тоже Саша, Натали,

как бы нам страданья утолить.

И поверить, жизнь прекрасна та,

что проходит около моста.

13 сентября 2003


На потом


Прошлое сидело за столом,

местные поэты на распеве.

За последним, скругленным углом,

говорил поэт об их отсеве.


Осень замурлыкала котом,

надоели грустные рассказы,

и оставив грусть всю на потом,

полетела в осени показы.

13 сентября 2003


Кириллу Лаврову


Как главный конструктор -

Генеральному конструктору:

Спасибо за бессмертную роль!!!

15 сентября 2003


Осциллограф


Осциллограф случайных погрешностей,

ты омметр напряженья в сети,

амперметр наших фото и внешности,

в Интернет быстрых связей лети!

16 сентября 2003


Связистки


Связистки сотовой сети

везде и всюду с телефоном.

А мне не стало в них вести,

живу по интернет законам.


И все же были те года,

когда от писем мир резвился,

и были голуби тогда,

и к связи каждый так стремился.


И появился телеграф,

где телеграммы - часть вселенной.

Кто с телеграфом, тот и граф,

и даже там, где речка Лена.


На Иртыше был телефон,

и мне звонки междугородной.

Любовь звонкам беспечный фон,

и от звонков мир очень гордый.


Теперь есть сотовый, но мне

он, в общем, как-то и не нужен.

Есть интернет, любимых нет,

а без любимых мир, как стужа.

28 сентября 2003


Пассаж


Какой пассаж на белом свете:

мужчин для танцев снова нет,

ушли в спецназы на рассвете,

до балерины дела нет.


Балетной примы не приемлют.

Не могут, что ли танцевать?

Мужчины снова всуе дремлют,

и не танцуют старый вальс.


Но есть танцоры в белом свете:

на румбу силы отдают,

они танцоры в высшем свете.

В театре только и поют.


В балет, красивые ребята!

В балет, пора всем танцевать!

И подрасти до дивы надо,

что б весь балет не потерять.


Лишь танцы мира не исправить,

не пересмотришь древних па.

Какой бы не был ей красавец,

не будет новых - па-де-па.


Но будут новыми костюмы,

и будет в танце новый стиль...

Мужчины сели все по трюмам,

на корабле без женщин - штиль.

30 сентября 2003


Дать сдачи


Борьба за жизнь, борьба за правду,

борьба за лучик за окном.

А можно жить и думать славно,

а вся борьба потом, потом.


И накопилась куча грязи,

налипла тяжба на словах,

и в словесах, так просто вязко

от огорчений на правах.


Права на жизнь, права на совесть.

И не перечить, не скулить,

живешь вот так, немного сонно,

а надо, надо отлупить.


Дать сдачи этому, другому,

того послать ко всем чертям.

Нельзя, нельзя мне по - иному.

Послала всех по новостям.


Теперь спокойна. Отомстила.

Пишу, потом придет молва,

со мной шутить нельзя до ила,

есть в мире всякие слова.

01 октября 2003


Виртуальность


Виртуальная жизнь привлекает, влечет

в свои тайны, слова и поступки.

Все мощнее она в нашей жизни течет,

мы с ней легче прощаем проступки.


Смесь фантазий людей в мемуарных сетях

разливается морем идейным.

В интернете мы дома и словно в гостях,

и партнер исчезает в нем тенью.


Без фантазии - грусть, без партнера - тоска,

руки тянуться вновь к интернету,

из компьютера к сети дорога пуста,

но в лесу порой волка и нету.

4 октября 2003


Сольные чувства


Сольная жизнь на путях интернета,

арии песен, не спетых ни кем,

прыгает в вечность златая монета,

сыгран еще замечательный гейм.


Новые ракурсы нам приоткрыты,

можно опять уловить теплый миг,

можно забросить дела без корыта,

и улыбнуться тому, кто так мил.


В солнечной страсти есть искры столетий,

в каждом оттенке есть таинство лет,

в каждой любви есть картинка для сплетен,

или до счастья мгновенный билет.


Шепот мгновений любви лучезарной

грезится вновь, как предвестник стихов.

Мы покоряемся счастью азартно.

Мы преуспели. Мы - чадо веков.


Сольные чувства исчезнут незримо,

мы улыбнемся такой пустоте,

были и не были только что примой,

снова в любви мы на белом листе.

10 октября 2003


Кнопочки


Кнопочка - открыты шторы,

кнопочка - открыта дверь,

все экраны - мониторы,

и главенствует лишь лень.


Полюбить - включили фильмы.

Поцелуй - экрана миг.

Книжку на экране видим

и того, кто сердцу мил.


Зритель - бог телеэкрана,

все друзья нам - интернет,

а работаем мы рьяно

на экране много лет.


Где движенья? Где же встречи?

Интернетом поросли.

Вот опять настал мой вечер,

где еще цветы цвели...


Застрочили мы по буквам,

так тепла нам не узнать,

так потомства не прибудет,

если буквы нам лобзать.

12 октября 2003


Друг


Лучший друг собака - в кресле

смотрит фильмы про собак.

Черепахи с нею вместе

танцевали в ритм - гопак.


В водной собственной стихии,

глаза высунув едва,

лапками танцуют или

смотрят просто как сова.


И собака, понимая,

что экран другая жизнь,

к черепахам поднимает

кверху лапу: "Ну, держись!"


Черепашки испугались

и нырнули глубоко,

зашуршали вместо галек,

но вздохнув уже легко.


Пес улегся снова в кресло,

где прослушивал он песни.

14 октября 2003


Чих


Не люблю я конкурсы и не жду удачу.

Я пишу, что хочется без любви подачек.


Долго, очень долго неизвестность тянется,

я привыкла к этому, этим мир мой славится.


Надоело с вордом спорить из-за слов,

очень он не русский, ворд - он кто таков?


Надоело двойки ставить просто так,

не люблю оценки, я в них не мастак.


Остаюсь в сторонке, там пишу с душой,

но к моей колонке интерес большой.


После же общения - исчезает стих,

будто бы простуда и стишок мой: чих.


Брошу я микробы из рецензий ком,

от переговоров станешь словно гном.

19 октября 2003


***

Садовое кольцо - загадка всех времен.

Кто выдумал его, тот был весьма умен.


Ломала в детстве я всю голову ни раз:

как дернуть за кольцо, в каком саду сейчас?


Понятно мне теперь речь о Москве родной,

Урал в то время был мне садом и страной.

20 октября 2003


Рифмы


Пойду опять своей дорогой,

мне в ней уютно и тепло,

не оббиваю я пороги,

люблю я тихий стиха слог.


Забуду музу сольных песен,

забуду все, что не со мной,

забуду критику из лести,

забуду холод я зимой.


Ты мне как друг, ты мне как радость,

ты воды мощные морей.

Мой милый слог, такая сладость,

что я лечу к нему скорей.


Пройду дорогой рифм свободной,

без всех уступов дум сердец,

иначе будет сердцу больно,

иначе чувствам всем конец.


Влетаю с рифмами я к небу,

я с ними по лесу брожу,

мне с ними видим - мир неведом,

Я в них сама себе скажу.

23 октября 2003


Без вести


Пропавших без вести так много,

что нет надежды их найти,

их дни закончились убого,

иль перестало им вести.


Они по жизни напылили,

иль напоследок развелись,

иль не по той реке уплыли.

Не знаешь, где ушедших жизнь.


Смятение чувств о них годами,

и тяжесть страшная в груди.

Мы не живем, а все гадаем,

а как следы нам их найти?

7 ноября 2003


В грусти


Жить в грусти так трудно,

лекарство пить нужно,

и никнуть лишь нудно,

и мир станет чуждым.


Пройти это надо,

ожить и спокойно

увидеть - все ладно,

а, в общем, пристойно.


Что делать, проходят

года, чьи-то веси,

живут и уходят,

молчат о них вести.


Сжимается сердце,

сникают сосуды,

закрыта в жизнь дверца.

Куда ты? Откуда?


Поставим здесь точку.

Замолкнут салюты.

Оставили кочку,

где холодно, люто.

8 ноября 2003


Букет


Лилии увяли

и засохли розы,

высохли и стали,

словно лист в морозы.


С ними настроение

блекнет исчезая,

съемка я печенье,

коль и нет уж саек.


От еды недолго

радость мельтешила,

в мыслях больше толку,

и стихи - вершина.


Напишу вновь стих я,

погрущу на строчке,

смотришь, дрема стихла,

я сижу в сорочке.


Все. Букет на выброс,

настроение тоже.

Стих тихонько вырос,

мир цветов итожа.

11 ноября 2003


НЛО


Следил мужик за облаками,

искал средь них он НЛО.

Он был седой, а не с висками,

не стрижен был он наголо.

Знавала Толю почтальонка,

шалаш стоял, где сеновал.

Она была почти девчонка,

Он людям лекции читал.


Он собирал людей поляны

среди уральской красоты,

и на заброшенной делянке

мышам закручивал хвосты.

Они его там донимали,

от гнуса пухла голова,

он слеп с подземным поддувалом,

и людям нес одни слова.


Его снабжали лишь картошкой,

туристы сбрасывали хлам,

он жизнь свою в лесу итожил,

но не был он по жизни мал.

Проходят годы чередою,

исчез мужик в рассветной мгле,

на сенокосе нет удоя,

и все растаяло во тьме.


Он в землю врос? Иль все же выжил?

О том молва не говорит,

Деревни слепок сердцем выжег,

и гордой памятью горит.

Не верю я, что он бессмертен,

не верю я, что он живой,

растет его земная смена.

А может он лежит больной?

В уральском странном треугольнике,

где красота земной коры,

не скажут правду о покойнике,

где не сносил он головы.

13 ноября 2003


***

Весельчаки трудолюбивы,

живут подольше всех мужчин,

на них несчастья прут лавиной,

у них проблем нет, нет причин


жить, унывать, и нет им дела

до всех проблем. Работа - все.

Вот это истины дилемма.

У них вся жизнь, как в теннис - сет.


От легких мыслей - жить легко,

А от тяжелых - тяжело.

14 ноября 2003


Чуточку


Рок, судьба или предвзятость,

или мистика, она

правит миром, но без взяток,

только взглядом не видна.


Но любой судьбы анализ

скажет вам без лишних слов

кто-то все же правит нами,

кто-то наш качает плот.


Все предвидеть невозможно,

что-то можно просчитать,

что-то высчитать несложно,

в мыслях лучше не летать.


Надо быть спокойней, строже,

в дифирамбы не вникать,

лучше быть нам осторожней

и не стоит ликовать.


И судьбу поправить трудно,

можно чуточку чудить,

независимость - при людях,

но людей нам не судить.


Обойди проблемы просто,

но решай всегда свои.

Будь среди людей как остров,

мысли чуточку таи.

16 ноября 2003


Колыбельная - баю


Мальчик хороший, очень пригожий.

Баю, баю, бай.

Солнышко наше, лапочка наша.

Баю, баю, бай.

Внучек любимый, спи - усни милый.

Баю, баю, бай.

Спи - усни, слышишь? Ровно ты дышишь.

Баю, баю, бай.

Снег за окошком, тихо спит кошка.

Баю, баю, бай.

Соска уснула, тихо вздохнула.

Баю, баю, бай.

Спи - усни мальчик, спи - усни зайчик.

Баю, баю, бай.

Плакать не надо, Солнышко, ладно.

Баю, баю, бай.

Глазки прикрылись, тихо закрылись.

Баю, баю, бай.

Мальчик заплакал, слезки закапал.

Баю, баю, бай.

А на прогулке дремлет он в люльке.

Тихо так баю - баю - бай.

18 ноября 2003


***

Нет слов, нет букв, одни движенья,

среди проблем - судьбы скольженье.

Гоненья старших: в доме младший.

Настал в судьбе косой разрез,

для них теперь не все так ладно,

на старших в доме давит пресс.


Бегут они из дома дальше,

коль непригодны стали вдруг,

в душе с какой-то долей фальши,

тем, удлиняя век разлук.

Нет слов, нет букв, одни движенья,

среди проблем - судьбы скольженье.

20 ноября 2003


Дикобраз


Жизнь требует: Лис, стань ты дикобразом,

добавь иголок, страсти и проблем.

И повезет, возможно, пусть ни сразу,

но непременно жди ты перемен.


Лес притаился в снежном зазеркалье,

стоит скульптурой жизни на земле.

Лиса опять в лесу тебя искала,

где ели как соборы, как в Кремле.


Но тянутся тянучки прочных буден,

проблемы ускоряют дикий бег.

Лис вновь в лесу плутает, мишек будет,

то ловит извороты прошлых лет.


Лис ходит бесконечно по вселенной,

Лиса для всех вполне понятный друг.

Снега в лесу, как шубы счастья, плена,

и лес лишь замыкает встречи круг.


В лесу зимой не стать ведь дикобразом,

не остановит Лис обычный бег,

а остановит, коль Лисица лазит

с ним по сугробам, а вокруг лишь снег.

20 ноября 2003


***

Кому нужны твои стихи?

Тебе самой.

Кому нужны твои звонки?

Тебе самой.


Кому нужна твоя любовь?

Себе самой.

Кому опять ты портишь кровь?

Себе самой.


А так ли уж? Совсем ни так.

Все для других.

И жизнь как ломаный пятак.

Все для других.

24 ноября 2003


Поэтесса


Поэтесса из Москвы,

значит из России.

Темы солнца и судьбы,

и любви красивой.


Поэтесса тупиков,

городских проспектов,

баскетбольных игроков

цветового спектра.


Поэтесса пылких чувств

на ступеньках лестниц,

где она ждала чуть-чуть,

от свиданий лести.


Поэтесса из Москвы -

нежное создание,

обращается на " Вы"

к вам из состраданья.


Пишет нежные стихи

в толчее поэтов,

но ее стихи тихи.

Что сказать на это?


Первой быть в Москве нельзя,

первой быть непросто,

поэтессе не везет

с баскетбольным ростом.

26 ноября 2003


Милый день


Заботы, быт с утра до ночи,

и плач, и крики малыша.

Ребенок маленький, короче

он ростом в три карандаша.


Еще малютка мал, но месяц

ему сегодня. Милый день.

И в ползунках весь мир не тесен,

а он кричит, где свет, где тень.


Все рядом с ним, все только с малым.

Малышка в крик - все на ушах.

Прогулки с ним, он спит как шалый,

и каждый день в других вещах.


Звук погремушки тает в звуках,

и ванна малая воды,

и мама в мыслях о науках,

около месячной среды.


И памперсы великолепны,

без них нам было бы трудней.

А мальчик, словно папы слепок.

Со стороны все в нем видней.

30 ноября 2003


Лидер


Лидер продажи - Стихи - в книжном мире,

лидер продаж на лотках и в киосках,

лидер продажи ... стихи. Что сатира?

Лидер продажи на солнечных косах.


Эта мечта или это реальность?

Где она - правда? Читателей нет?

Загнаны строчки. Ни это ли крайность?

Строчки поэтов не встретили свет.


Все киоскеры - журнальные Боги,

Все магазины - любовь, детектив.

Кто пожинает продажи итоги?

Что ли читатель убог и ленив?

10 декабря 2003


Бим


Сожаления оставь при себе,

все надежды - пустое сомненье,

если хочешь пройти сотню бед,

нарисуй это правило мелом.


Жизнь проста, все с тобой, что в тебе,

а другие, как небо и волны.

То бывает счастливый прибой,

то бывает, как ветер привольный.


То идешь сквозь людскую волну,

то нахлынет она, то отпустит,

то на гребне приносит молву:

ты свободный, а рядом все пусто.


То все дома и всеми любим,

то тебя ненавидят внезапно.

Человек, как потерянный Бим,

и чего-то, как правило, жалко.

11 декабря 2003


***

Радость детям - детские копилки:

из фарфора - девочка с косой,

в нее бросят доллара опилки,

и ребенок станет вдруг лисой.


Ему надо, чтобы в ней - гремело,

ему нужен - свой велосипед.

Он в глаза посмотрит маме смело.

Свои деньги - берегут от бед.


Поросята, страшные страшилки,

копят для детей одни мечты,

и детишки напрягают жилки:

положи хотя бы рублик ты.

2002


***

Нарастают страсти на закате,

на рассвете ветер и мороз.

От лопаты, снег скребут, раскаты.

Подоконник снегом весь зарос.


А вчера - провал в температуре

не было мороза и ветров.

И девчонки подняли вдруг бурю,

доставая лыжи. Свитеров...


Он один под курткой. Лыжи в руки.

Теплый день, снег-иней на ветвях,

как рукой прогнали с сердца скуку,

шапочки девчонок на бровях.


Бег на лыжах по лесным угодьям,

где давно проторена лыжня.

Лес чудесный, снежная погода,

две девчонки около меня.


Да, на лыжах семьи и подружки.

Розовое утро и закат.

На лыжне и дети, и старушки,

парни и мужчины, стар и млад.

2002


***

Эстафеты происходят часто:

в биатлоне, лыжах и судьбе.

Можно передать свой финиш классно,

можно не бежать, сиди себе.


Эстафета - словно жизнь земная,

жизнь друг другу все передают,

и в науке ум - умы сменяет,

и в быту, и весь его уют.


Подойдет ведь все для эстафеты:

урожай сменяет урожай.

Посмотрите: разные конфеты,

а какой сейчас в продаже чай!


Звезды только светят в отдаление,

знания лишь о них передают.

Войны - чье-то горе-повеление,

и в морях есть смена у кают.


Все идет, меняется в движенье:

и стихи, и музыка, и клип;

транспорта любое продвижение;

и деревья, и цветение лип.


Даже муж ушел по эстафете,

и мой друг нашел друзей других.

Снова песни новые в кассете,

а удар судьбы как львиный рык.

2002


***

Легкая морозная прохлада

стелется строптивым ветерком,

все в природе солнечно и складно:

сердце, боли, ночь и в горле ком.


Сколько одиночек в ночь печальных

бродят, ходят, ездят по стране?

Сердце их лишь в счастье не причалит,

у свободы совесть в стороне.


Потеряли, снова потеряли,

что-то неприметное в душе.

Вновь исчезли друга-мужа пряди,

и глотали ночку всю драже?


Хорошо, лекарств - для сердца много,

на потерю - несколько лекарств,

для леченья внутреннего смога,

чтоб не слышать, как ворона: 'Кар'.


Не сказав, ни с кем не перемолвись,

все внутри себя, похоронив,

пережили все печали, молча,

а теперь - прогулка мимо ив.

2002


***

Остановилось чувство бытия,

закончились сердечные этапы,

и скучное мне стало: Ты и Я.

Завершено. Зачем? Затем, чтоб дабы

нам избежать совместного питья.


У неба свой белесый, хладный свет.

Часы бегут. Остановилось чувство.

Я не хочу ни праздника, ни бед,

и не влечет победное искусство.

Мне безразличен возраст, давность лет.


Глаза летят в иные города,

они следят за темой на экране.

В тех городах событий борода,

там пьют, жуют и действуют без брани,

там нация спокойна и горда.


Они хранят дома и старый быт,

столетия пролетают незаметно.

А я опять: "Мне быть или не быть?

И как мне всю энергию замедлить?

И как мне укрощать свою же прыть?"


И укротила, но исчез весь пыл.

Поникли лампы. Сумрачно и тихо.

Ты где-то рядом. Был или не был?

Мне и самой все в мире стало дико.

Лишь свет экрана яркостью слепил.

29 января 2002


Фианит


Вновь фианит стал бриллиантом.

Скорее нет, ни тот размах.

Не скажешь ведь пельмени - манты,

хотя похожий в чем-то смак.

Быть незаметным дипломатом?

Наверно, кто-то больший маг.


Когда живешь в далеком граде,

не зная стольной суеты,

для счастья нет в душе преграды.

Везде похожие цветы,

везде тебе немного рады,

везде немного нужен ты.


Но, окунувшись в атмосферу

цивилизации иной,

невольно сравниваешь веру,

невольно встанешь за спиной

того, кто даст сегодня фору,

но обойдет всех стороной.


И вскоре Моцарт и Сальери

возникнут в образе любом,

пусть то не в музыке, так в лире,

в стихах, записанных в альбом.

Есть бриллиант в подлунном мире.

А фианит? Всегда потом.

2002


***

Подземные дороги тайных чувств,

найдете вы в нехоженых глубинах,

и в них прогон просторный тих и пуст,

и весь заполнен, если вы любимы.


Наземная дорога как печаль,

уводит вас по грусти как по рельсам,

где будет остановка, там причал.

Зачем грустить? В слезах дождливых ели.


Морские волны укачают вас,

и ветер освежит воспоминания,

в бассейне вы проверите свой брасс.

Мечты, мечты о чуде заклинания.


И взлет мечты не избежать вовек,

она бежит, бежит и поднимаясь,

взлетает и качается у век,

пройдет сквозь мысли, нежно приземляясь.

2002


Чудо-женщина


Чудо-женщина нашей эпохи

в этот солнечный, ветреный день,

где она? Как относятся Боги

к этой женщине, где ее тень?


С увлеченьем поет чудо-песни,

гривой дикой пленяя людей,

рассыпаются розы из лести,

от улыбок, приветов, вестей.


Просто чудо, экранная дива,

я не знаю ее наяву.

Кто-то видел ее, ее деву.

Я не зритель из зала. Зову


ее образ всегда на экране,

перебрав все каналы программ,

с ней любовь моя связана, раны,

увлеченья. О, жизнь, ты - экран!


Чудо-женщина вышла за принца,

он ей замок построил, забор.

Она в замке закрытом томится,

только видит забор или бор.


Больше я на экране не вижу

чудо-женщины, песен ее,

не увижу уже, не услышу,

на экранах лишь принц, но ее.

2002


***

Когда душа витает на свободе

среди программ, дискеток и кассет,

когда она запрятана в кроссворды,

тогда певцы, актеры икс и зет.


И вдруг удар, удача, остановка.

Среди других есть явный рекордсмен!

Певец красивый - сердцу установка,

он очень модный, очень, тем и смел.


Смотрю других, красы не замечая,

певца же волос, будто бы в руке.

Я знаю о нем мало и не чаю,

увидеть его снова налегке:


волнующим, пленительным, поющим,

и новых песен слышать нежный тон.

Аристократ изнеженный и южный,

а из души мерцает милый стон.


Но он исчез, исчез и он с экрана,

другие есть, а этот никогда...

И нет любви и нет его дурмана.

Эй, появись, дай счастья иногда.

2002


Аквариум


Журчит вода. Аквариум мерцает.

В нем черепашки. Замок. Камни. Блеск.

Растения изображают цаплю,

и постоянно водный слышен всплеск.


Блестит красиво, солнечно под лампой,

там пузырьки жемчужные бегут,

качаются листочки нежно, плавно,

а камушки цветные - водный пруд.


Вот черепашки как домохозяйки,

их замок словно древний бастион.

Две черепашки, в драках забияки,

однако это пара. Шустрый - он.


Берут свой корм лишь лапками, кусают.

Потом плывут спокойно налегке.

Их панцирь словный дом, а может сани,

Простор, конечно, меньше, чем в реке.


Аквариум. Все в нем предельно просто.

Стекло, вода, растения, насос,

и галька там лежит, и камни с просо.

И только лишь насос воркует: "SOS!"

2002


Холодильник


Сжимаются мышцы от грустных мелодий,

сжимается сердце от жгучей тоски,

а все потому, что вся жизнь из пародий,

и что-то противно стучится в виски.


А то холодильник клокочет угрюмо,

компрессор устал и ему невдомек,

зачем надо бегать по внутренним трюмам.

Лет 20 - работал, а этот год нет.


Устал холодильник, трясется противно,

грохочет, щекочет, но холод идет.

И шум отдается как песнею дивной,

что больше не хочет он делать свой лед.


Купили другой. Его нам подарили,

он очень большой, в нем застыла вода.

Но ручку его через день уж отбили,

такая случилась вдруг с ним ерунда.


В нем камеры две, есть мороз или холод.

Конечно, спасибо, с таким хорошо.

А ручку совсем оторвали, стал молод.

Так что мне сказать. Он стал гладким еще.

24 мая 2002


***

Кожа в солнечных лучах

раскалилась, стала красной.

Окуну ее я в воду,

проплыву в ней, охлаждая.

А потом опять песок,

кожа высохнет как маска.

Снова в воду, вновь на сушу,

кожа стянута, блистая.

Воду просит организм,

подбодрить бы кожу надо.

А душа, что в ней витает,

то сникает, то вздыхает.

Оглушает солнца яркость,

в жаркий день не до парада.

Легкость в коже нарастает,

словно крыльями махает.

15 июля 2002


Портрет


Портрет прекрасной Натали,

работы Алова,

в нем тени ровные легли,

одежда алая.

Сияет белый воротник

ажурною каймой,

как белый к алому привык...

Сказал, что стиль такой.

Глаза с прозрачной бирюзой,

судьбой отмечены,

а брови: молния с грозой,

характер - женщины.

Еще что? Губ простой излом,

грустнее некуда,

они встречаются со злом,

а молвить некому.

И нос, как нос, слегка похож.

Ноздря с ноздрей идет.

Он рисовал карандашом,

как будто мазал йод.

А волос, волос! Как кошма!

Как будто бы парик.

Художник Бог, художник Маг,

хотя давно старик.

16 июля 2002


***

Момент инерции исчез,

душа упала, раздвоилась.

Из тьмы возник какой-то крест,

и поднялся над тиной ила.


Взошла заря, разогнала

всю эту дикую картину.

Она одна, она мала,

и день настал, где солнце дену?


Оно светило из-за туч,

оно вонзалось во все окна,

оно не знало диких круч,

оно всегда на крышах доков.


А где-то к вечеру луна

упала светом с полным ликом

на потемневшие луга,

где тени трав качались дико.


И сон окутал как туман,

и темнота, и грусть манили

в еще один ночной обман.

Вдруг лампа, вздрогнув, засветила.

2002


Спрут футбола


Футбол как спрут, флегматиков не любит,

не победит техничный в нем игрок,

и нации спокойных - часто люди,

их поражение свыше - просто рок.


И бег, сноровка, даже тренировка,

не победят холериков никак,

быть надо африканцем рядом с бровкой,

и чтобы была ловкая нога.


Себя в футболе трудно перепрыгнуть,

и обведут спокойно ни за что.

Футбол не кенгуру, чтоб с сумкой прыгать,

мгновенье и сангвиник - часто то,


что надо для игры такой красивой.

Мгновение прошло, а он стоит.

Холерик же бежит всегда ретивый

и спрута в своей сущности таит.

2002


Вернись, Лина!


Менять все достижения в мире, выси

на бездорожье жутких прошлых дней,

мы можем мысленно, случайно, быстро.

Через мгновенье мозгу все видней,


что не хотим, и мы давно не можем

вернуться в прежний, злободневный низ.

На нас повисло слово, имя: 'Лина!'

И зов: "Куда же ты? Вернись! Вернись!"


Ты там была, судьба тебе знакома,

тебе в разлуке будет тяжело,

и для тебя, то царство - просто кома.

Ты выше их, поверь, ведь все прошло.


Пусть там, вдали есть неба горизонты,

но не твои они, не для тебя.

Расчерчены миры земли на зоны.

'Вернись, вернись!' - зовут тебя любя!


Вот так. На место. Дом. Судьба другая

давно идет. Даль, знаешь, не с тобой.

Иди вперед, ты умная такая,

а от метаний мелких просто сбой.

26 августа 2002


Пир


Десятки сумок вышли из машины,

их взяли в руки. Двери. Лифт. Этаж.

Для входа в дом для них бы двери шире,

похоже, кто - то входит в дикий раж.

Бутылки вин, воды, консервы, водка.

Свекла, морковь и зелень, и икра.

Торты и хлеб, естественно, селедка,

и мясо, рыба, курицы сестра.


Все это моют, варят, заправляют,

и майонез везде заветный гость,

шампанским оживленно так стреляют.

Пока готовят, соли ухнут горсть.

И все готово. Сдвинуты все стулья.

Стоят столы под пледом скатертей.

Но вот давно, совсем не варят студень,

салаты, вина, рыба - для гостей.


Хрусталь бокалов искренно сияет,

хрусталь салатниц - солнечный магнит,

и на столе, в салатах скрыты яйца,

салфеток ряд под вилками вдруг сник.

Приходят гости. Радость оживленья.

И каждый гость - подарок для судьбы.

Хозяева за день не знали лени,

теперь награда в их заветный быт.


Пришли цветы и роза в сарафане.

Пришел альбом, огромный, как портфель.

Пришла цепочка, крестик - эти званы.

Пришла игра, и в детских ручках зверь.

Собрались гости, сели очень чинно,

и первый тост, за крестик на цепи.

И крестный - это все - таки мужчина,

и крестная в семейной есть цепи.


Туда - сюда. Все скромно и спокойно.

Еще часок - и громче голоса,

и вот уже фужер один расколот,

и над столом из рук одни леса.

Все пили, ели. С рокотом - курили.

Смеялись гости. Мусор возрастал.

От чистоты остались лишь руины.

'За крестницу!' - последний тост настал.

26 сентября 2002


***

Люблю идти не по течению,

всегда я там, где нет других.

Люблю я кофе и печенье,

и свой спокойный строгий лик.


Я одиночка по природе,

обои клею я - одна,

я не могу быть при народе,

там очень бурная волна.


Опять ремонт. И вновь все чисто.

Опять работа и чертеж.

Я все придумала, я быстро.

Опять одна я. Ну и что?

8 октября 2002


***

На Земле прекрасные условия,

разные места есть для труда,

грустные проблемы, счастье, словно,

разделен весь мир на 'Нет' и 'Да'.


Сложно угадать, где больше счастье,

в каждом крае что-то есть свое.

Если светит солнце, очень часто

там всегда отсутствует вода.


Если есть морозы, нет там фруктов.

Там, где фрукты, газ там не растет.

Где дано обилие продуктов,

не всегда зарплата вверх идет.


Там, где уголь, нет месторождений,

чтоб варить свою, родную сталь.

А зачем вам в горы восхождение?

Там нет ничего, так было встарь.


На равнине лес поля съедает,

море есть - исчезли все леса.

Что-то есть, чего-то не хватает.

Ах, Земля, сплошные чудеса.

21 ноября 2002


***

На меня слетела - скука,

надоело все и вся,

съела я стихи как Кука,

а они везде висят.

Переполнены все сайты,

и насыщены мозги.

Да, поэзия не сахар,

не писать бы все могли.

Да куда там пишут, пишут.

О себе я говорю,

я сама себя не слышу,

и в душе горю, горю.

В общем, я перегорела

и устала. Вот и все.

На груди змею пригрела

и поэзию еще.

Знаю я, что эта скука

наступила без тебя.

Не пришел, а это мука,

говорю тебе любя.

22 ноября 2002


***

Я не серая лошадка,

я не пони и не тигр.

Но себя мне стало жалко

от хороших, в общем, игр.

А пишу я так давно,

что все выросли в поэты,

кто родится тогда смог,

когда я писала это.

И не надо занижать

возраст мой неповторимый,

юности уже не жаль,

старость больше, чаще зрима.

22 ноября 2002


Философия


Наслажденье духа так глобально,

словно птица, что взлетает вверх,

или независимо глубинно,

словно рыба с плавниками век.


Философия - общение с собою,

с сутью Я, в житейской суете.

Мир внутри работает без сбоя,

словно жизнь на собственной звезде.


Философский флаг, как вдохновенье,

синева спасательных небес.

Он спасает в хаосе волнений,

он спасает, словно птицу лес.


Прошлое подобно мед аптечке,

в нем набор огромнейший цитат.

Жизненная мудрость - человечна.

Мудрость, как наука, но без дат.


И духовность в мудрости - бесценна.

Опыт, знанья в выплеске наук.

Вечность воли, разума - вот цели.

Книга жизни, как спасенья круг.

26 ноября 2002


***

Поземка вновь летает под ногами,

морозный ветер просится в лицо,

так медленно зима идет, шагами

мир замыкая в некое кольцо.


Кольцо еще зовется горизонтом.

Деревья принимают первый бой,

они остыли и не знают толком,

какой мороз назначен им судьбой.


Метет поземка розами асфальта,

мельчайший снег вихрится и шалит.

Сегодня ему выпали все фанты,

сегодня он с морозом словно слит.


Голубизна небесного мороза

сияет солнцем в ледяных лучах.

Так седина волос меняет роли,

как и забвение вечное на час.


Замерзла память, нет воспоминаний,

твоя звезда ушла сквозь синеву.

На боль мою ложится только наледь,

а слезы все замерзли наяву.


Исчезли ласки, руки для массажа,

а ласки - просто летнее тепло.

Массажи, как морозные пассажи.

Массаж похож на ласку сквозь стекло.

1 декабря 2002


***

Сегодня день рожденья брата,

об этом вспомнят дамы две.

Под сорок лет ушел сквозь врата,

ушел мой брат в созвездье дев.


Один был брат и я не тетка,

есть только дальняя родня,

и память в давности потонет,

и буду помнить только я,


что был мой брат спокойный парень,

укус собаки на ноге,

что был ведь он, когда-то в паре,

теперь те дамы налегке.


Привет он мне прислал, наверно.

И дамы, дамы вам - привет!

Он каждой был до смерти верен,

в мгновенье он покинул свет.


Он не страдал и не томился,

он перестал существовать.

Он дома шел, потом свалился,

и сердца стук. Ему не встать.

9 декабря 2002


***

День рожденья, день серьезный,

он дан раз и навсегда.

Быть красивой Вам не поздно.

А Ваш возраст как среда.


Вы прекрасны и спокойны,

год за годом тик да тик.

Счастья Вы всегда достойны,

возраст мудрости настиг.

15 декабря 2002


***

Гирлянды, как хвосты кометы

на звездном небе, украшают

все новогодние предметы,

вся мишура и есть приметы,

что всех невольно приглашают

на новогодние секреты.


Зимы вся магия волшебна,

она людей приводит в сказки,

где миром правит Дед - волшебник,

касаясь палочкой волшебной,

садясь как встарь в одни салазки,

и навещая мир волшебный.


Забавы, игры, вдохновение,

дед раздает в сверкание снега,

как новогоднее везение,

и все подарки - сказок звенья.

И жизнь так призрачна легка,

как санок быстрое скольжение.

26 декабря 2002


Посвящения

*

Человек на редкость проницательный,

молчаливый, даже обаятельный,

чтит моральный кодекс и прогресс,

на работу давит словно пресс.

*

О ней сказать на диво просто:

она красива и добра,

трудолюбива и честна,

но прячет локон серебра.

*

Он исчезает очень часто

и знает много, но молчит.

К работам многих он причастен,

Но вот ушел. Компьютер чист.

*

Очень легкий и подвижный,

мысли, ноги на ходу,

он метро сквозь землю видит,

звук хватает на лету.

*

А он, как кладезь умных мыслей,

спокоен и неутомим.

Мозг в микросхемах славно мыслит,

за платы все, спокойно с ним.

*

Красавец, умница, хитер,

он знает, где и как.

В сигнализации актер,

в продаже - свет, маяк.

*

Ой, какая женщина,

точно ювелир,

выточил красивую,

взглядам эликсир.

*

Добродушный и трудолюбивый

знает все в работе хорошо,

в байках жизнь расскажет, незлобиво.

Молодец по жизни, что еще?

*

Ювелир в приборах сложных,

и на редкость тонок ум.

Все ему доверить можно,

он железу сват и кум.

*

Что сказать? Ведь он неординарный!

Правда, в нем характер с другом парный,

но умельцем стал наверняка.

Молодой, задорный он слегка.

*

Спокойно паяет, паяет, паяет.

Все больше о деле он знает и знает.

А если он вдруг заболел - наверстает.

*

Редкий, меткий ум и глаз,

средь машин и мозг алмаз,

но он едет, жмет на газ.

*

Хватка мертвая в делах,

мозг жесток всегда в работе,

он с компьютером в ладах,

очень мягок он на взводе.

*

Всегда, везде и всюду

успеет, скажет: 'Буду'.

Он знает где, какой станок,

в каких приборах дышит ток.

26 декабря 2002


***

Надрыв струны чарует мысли,

и одевает в краски чувств,

взвивает звуки в неба выси,

без звука крепко сжатых уст.


Уступы в звучных переборах

бегут на горку и с нее,

недолговечны звуков споры,

но все отлично, не гнетет.


И в бесконечность улетают

мечтания в звуках. Не спеша

к тебе с небес слетают стаи

хороших чувств. Твоя душа,


как будто вымылась в раздолье

гитарных вод и в плеске рук.

В надрывах струн была недолго,

заботы брали в новый круг.


Надрыв струны чарует мысли,

но забывается без уст.

Проходит час и это мы ли?

Мир без надрыва чист и пуст.

14 января 2001


В квартире художницы


В переплетение цвета, теней

так замысла бугриста нить,

что пряжа, словно берег синий,

в ней можно судьбы перевить.


Картины: масло, пряжа, ткани,

сатир запрятался в тиши.

Все так прекрасно, что на грани.

О, гений, буйствуй и верши!


Все сочетания - прекрасны,

есть плен из мыслей и идей.

Портрет увидишь, станет ясно,

что мысль исходит от людей.


Портрет, пейзаж и колли лежа

невольно смотрит в натюрморт.

И стулья зрителей, их скрежет.

Художник рад и даже горд!


И остается впечатление,

что много пряжи вокруг нас,

ее прямое назначение -

быть лишь картиной в тихий час.

14 января 2001


***

Жизнь висит на волоске и не в первый раз,

чувства бренные в тоске, смерть почти экстаз.

Снимок где-то на листке, как обрывок фраз.


И с компьютера на мир смотрит мой же лик,

покидаю этот мир. Инструментов блик.

И укол как выстрел. Тир. Исчезает "Миг".


И лечу, лечу, лечу в розоватый рай,

я на веки замолчу, посещая рай.

Я от боли не кричу - здесь у жизни край.


Но судьба еще добра, приоткрыв глаза,

вижу снега серебро, призрачны леса.

Надо мной белеет бра - отошла гроза.

31 января 2001


***

Летят снежинки в свете фонаря.

Кровать, пружинки гнутся как-то зря.


Больница, койка, темное окно.

Девчонка Зойка смотрит все кино.


Больные люди, сестры и врачи.

'Все живы будем. Зойка, не ворчи'.


Снег за окошком, тихий вечерок.

'Мы все, как кошки, а леченье впрок?'


'Кому поможет, а кому и нет'.

Но горечь гложет. И фонарный свет.

31 января 2001


***

Свет ночует в окнах коридоров

и больные спят среди огней,

замолкают просьбы и раздоры.

Ночью, что болит, еще больней.


Тихо происходит воскрешение,

безысходность движется волной.

Утро. На уколы приглашение,

и по телу пробегает зной.


Великолепна ветка хризантемы,

цвета: сирень и белая кайма,

но о болезнях слышит она темы,

как будто заболела и сама.


Стояли рядом красные гвоздики,

они покорны участи больных,

и говорят: "Ты посмотри, смотри-ка,

как будто кровь застыла наша в них".

4 февраля 2001


***

Кого тревожит просто взгляд,

кого прелестнейший наряд.


кого волнуют лишь духи,

а кто-то чувствует стихи.


А я люблю его стихами,

во мне все лишнее стихает.


Но вот беда, с ним тоже так,

его не вижу я никак.


Меня он любит лишь стихами,

и в нем все лишнее стихает.

23 марта 2001


***

Высокие, породистые розы

в высокой вазе плыли у окна.

Прелестные с достоинством их позы

уютно украшали кромку сна.


Смотрю на них, смотрю заворожено,

и сила этих роз идет ко мне.

Недели две вставала пораженной

роз красотой, как будто бы во сне.


А что потом? Проснулась я здоровой.

Увяли розы. Это было так.

Действительность для роз была суровой.

Болезнью обменялись мы. Вот так.

01 мая 2001


***

Темперамент - значит, что?

Призрачное счастье.

Кто вас любит и за что?

Кто над вами властен?


Темы женские порой

надоели многим.

И скажите, где герой,

что не видит ноги?


Все наскучит и пройдет,

но пока ревнуйте.

Кто полюбит, тот поймет,

а пока - воркуйте.


Темпераментно перо?

А стихи забыты?

Публицисты не ребро,

двери душ прикрыты.


Темперамент - хорошо,

с ним все в жизни лихо,

с темпераментом - грешно,

но зато не тихо.

5 мая 2001


***

Кого тревожит просто взгляд,

кого прелестнейший наряд.


кого волнуют лишь духи,

а кто-то чувствует стихи.


А я люблю его стихами,

во мне все лишнее стихает.


Но вот беда, с ним тоже так,

его не вижу я никак.


Меня он любит лишь стихами,

и в нем все лишнее стихает.

23 марта 2001


***

Высокие, породистые розы

в высокой вазе плыли у окна.

Прелестные с достоинством их позы

уютно украшали кромку сна.


Смотрю на них, смотрю заворожено,

и сила этих роз идет ко мне.

Недели две вставала пораженной

роз красотой, как будто бы во сне.


А что потом? Проснулась я здоровой.

Увяли розы. Это было так.

Действительность для роз была суровой.

Болезнью обменялись мы. Вот так.

01 мая 2001


***

Темперамент - значит, что?

Призрачное счастье.

Кто вас любит и за что?

Кто над вами властен?


Темы женские порой

надоели многим.

И скажите, где герой,

что не видит ноги?


Все наскучит и пройдет,

но пока ревнуйте.

Кто полюбит, тот поймет,

а пока - воркуйте.


Темпераментно перо?

А стихи забыты?

Публицисты не ребро,

двери душ прикрыты.


Темперамент - хорошо,

с ним все в жизни лихо,

с темпераментом - грешно,

но зато не тихо.

5 мая 2001


***

Он человек, любимец нежных муз,

он сам любил, не ждал чужих ответов.

Цилиндр он носил, а не картуз,

и принят был, конечно, в высшем свете.


Его стихи, поэмы, сказки - свет.

Да, свет, что излучает солнце.

Прозаик и мыслитель, и поэт,

и он всегда непонятый до донца.


Он мыслил, тоже, видимо, в стихах,

он непонятен призрачным натурам,

и потому остался он в веках,

в застывших и прекраснейших скульптурах.


Так можно необъятное объять?

На это лишь способен чистый гений,

он музой в высшей степени объят.

Он монастырь из стихотворных келий!


Он человек, а может быть, и нет,

порой мне не понять объем великий,

что выдал в лучший мир один поэт,

а может в том объеме чьи-то блики?

6 июня 2001


Упрямая


Остановись, не мчись, замедли ход.

Уйди, упрямая, тернистая дорога.

И так идет за годом новый год,

а ты грехи все пишешь, горести, пороки.


Тебе опять показывают жизнь,

но осень кончилась. Листва пожухла, пала.

Тебе кричат, кричат: "Остановись!"

Волна проблем, невзгод вблизи восьмого балла.


Еще чуть-чуть, приблизится волна,

не выдержишь, и сердце - вспыхнет сильной болью,

но если сдашься, новою виной

тебе напомнят: слабость - просто рана с солью.


Не выдержишь, не вымолвишь и тишь.

А соль - скопление бед в одном простом мгновенье.

Так что? Уже не пишешь и молчишь?

Так просят твоего еще повиновения!


Нельзя сдаваться, час еще ни тот,

нельзя сойти с пути, пусть боль невыносима.

Чем старше в море брошенный вельбот,

тем больше надо тратить разума и силы.

2001


***

Компьютер - просто хорошо.

Он весь в своих секретах.

Ты только чертишь? А еще?

Передаешь ответы.

Скорее нет, а вдруг потом

тебе отключат сайты?

Поскольку вирус...

И еще... тебя читают с Мальты.

23 августа 2001


***

Склонилась лампа надо мной,

металл светился золотисто,

и с деревянной темнотой

стекло соседствовало чисто.


Рука держала предо мной

страницы мудрого поэта,

и чем поэт писал сильней,

тем больше загоралось света.


Не удержалась вдруг рука:

взяла тетрадь, взяла чернила,

но мысль о лампе так легка,

что лампа вовсе не светила.


Мне привезли перо жар птицы,

оно над зеркалом царит,

в нем отражаюсь я царицей,

когда та лампа не горит.


Вдруг загорелась: лоб, как мрамор,

сиял величественно взгляд,

перо служило вместо рамы.

Да, с лампой все пошло на лад.


Склонилась лампа надо мной,

металл светился золотисто,

и с деревянной темнотой

стекло соседствовало чисто.

23 сентября 2001


Голубая неизвестность


Я не буду актрисой на сцене,

этот дар видно отдан другим.

Не дано в магазине мне цены

назначать, продавать дорогим.


Я не буду летать в самолетах,

налетала я время давно.

Не могу отвечать часто с лета,

а ответ при народе - кино.


Не найти меня в зале, на сцене,

не найти меня даже в кино,

не найти на трибуне, арене.

Я без карт и игры в домино.


Где же я? Я исчезла в тумане?

Заблудилась средь сосен, осин?

Не коплю я ни деньги, ни марки.

И в лесу не ищу весен, зим.


Казино, рестораны и бары -

я совсем обошла стороной.

Не танцую, где давки и пары,

но горжусь я своею страной:


где есть то, что другим незнакомо,

где есть все, но чего-то и нет.

Я люблю, что мое и знакомо,

я живу в неизвестности лет.

26 ноября 2001


***

Солнце засветило ярко, броско,

серебрятся снежные пласты,

золушка невидимого роста

разучить решила все тосты.


Родилась красивая девчушка,

выросла, играла как дитя.

Музыка, английский, серьги в ушко,

бальные освоила шутя.


Превосходно успевала в знаниях.

Превосходно смотрится она.

Парою - неделю был незнайка.

Увлечениями она полна.


Вот идет официанткой в бары.

Бары, рестораны, чья-то речь.

Там мужчины или просто пары.

Как же ту девчоночку сберечь?


Девятнадцать лет - она прекрасна.

Так изящна: статуя, портрет.

Все при ней и только лишь неясно:

чем же вдохновляет всех вертеп?

25 января 2000


***

Зима морозит с ветерком,

прекрасный вид из окон,

мне холод зимний незнаком,

его окину оком.


Что вам сказать? Сын мой с женой,

все дальше он от дома,

так быть должно, жизнь за стеной.

Лишь дочь со мной без стона.


Мой муж давно не знаю где,

мужчины мне не в помощь.

Так кто же в истинной беде?

Мы не семья. Так кто мы?


Все в отдаление. Далеко.

Нет помощи, нет жалоб,

пусть мне живется нелегко,

но злость давно без жала.


Распалась бывшая семья

на составные части.

Но мы живем: дочь, внучка, я.

Из окон вид? А, бросьте.

26 января 2000


***

Закружилась метель над землею,

холодов развернулся запас,

рой снежинок летит за тобою,

удивителен снежный анфас.


Расцветали пружинисто вишни,

на всех яблонях были цветы,

да вот что-то с погодой не вышло,

но твои так прекрасны черты!


Вдруг обрушилось облако градом,

ты спокойно стоял у стола.

Я была уже внутренне рада,

что с другой стороны мы стекла.


Дуновение ветра так мощно

принесло майский холод в окно.

Утром, днем и кромешною ночью

чувство в мыслях с тобою одно.


Наши мысли сдружились метелью,

наши чувства, прекрасны как май.

Не хочу быть с тобою раздельно,

ты как снег, только ты не растай.

13 мая 2000


***

Легко и безмолвно летит облаками

огромное небо, взирая на мир.

Под небом поля пролетают платками.

В душе намечается новый кумир.


О чем интересно узнаю сегодня?

О городе тихом из редких домов?

Он где? Далеко? Или рядом на Сходне?

Кумир мой влечет притяжением слов.


От слов закачается спелая вишня,

над ней преспокойно пройдут облака.

Быть может дожди на сегодня и вышли,

но жизнь без поэтов совсем нелегка.


В ЛИТО обсуждают и справа, и слева,

с любого спокойно слетает весь блеск.

Мне можно писать, даже выглядеть смело,

но только в душе от всей критики треск.


Легко почему? Это новая правка,

находим неточность любого из нас.

Быть могут стихи небольшие как травка,

но именно в них притаился алмаз.

24 мая 2000


***

Главное, чтоб был для поклонения

кто-то в центре вашей головы,

не было б душевного метания,

не было б хождения на "Вы".


Если примостились Ваши мысли

рядом с тем, с кем Вам так хорошо,

Вы как будто на вершине мыса,

океанский лайнер Вы еще.


Очень важно, чтобы состояние

Ваших чувств и мысленных побед

не боялось внешних расстояний,

не боялось, что романс ваш спет.


Любит иль не любит, все неважно.

Важно - Ваши мысли там, где он.

В мыслях Вы на мысе Горн отважны,

пусть судьба поставлена на кон.


Океан судьбы волнует чувства,

в нем девятый вал сильнее всех.

Почитайте книги об искусстве,

окунитесь лучше в прошлый век.

11 июня 2000


***

Проходят юности года

с порогом института.

Девица все же молода,

пусть тренировки с пуда.


Гантели, камни, штанги вес -

она прекрасно знала,

еще дремал любовный бес -

любовь ведь не познала.


Нагрузки, тренинг для ума,

для тренировки тела.

Всегда без помощи, сама

училась жизни, делу.


Но парни, парни средь подруг

мелькают чаще, чаще.

Но для нее и парень - друг,

их тренировки часты.


Когда у юности конец,

у зрелости начало,

готовь супружества венец

семейному причалу.

19 июня 2000


***

Общение с людьми - переменно,

в нем много извилистых рек.

Идут все друг другу на смену,

заходит один человек.


Какое-то буйство смещений,

Так много задач в голове,

идет полушарий вращение,

когда мозг плывет по волне


каких-то других совсем знаний,

каких-то новейших идей.

Понятно, свои воды знаю,

границы полны новостей.


Идет изо дня в день - общение,

обычных работ - полынья.

Морозы - микробам крещение,

тарелки в обеды звенят.


Решаю с тобою задачу,

решаем ее день за днем,

тогда от работы - отдача,

потом новых тем лишь прием.

2000


***

Интересны моменты рожденья семьи,

интересны сюжеты распада.

Я сажусь часто летом на кончик скамьи,

словно видов других мне не надо.


Так удобней, спокойней, сидим тихо в ряд.

Вроде дома, а вроде на воле.

Только в зимнюю стужу спокойствие яд

увлекает в дремотное поле.


Ведь иначе нельзя, труд и отдых, и все.

В личной жизни другие законы.

Только в сердце спокойно любовь пронесешь,

не нужны в нем страстные уклоны.


От страданий своих не спасешься никак,

помогают соседские соты.

Мне томления чувств - постоянный пустяк,

словно просто забытые боты.


Есть скамейка моя, а точнее мой стул,

карандаш, мой блокнот и ряд мыслей.

Пролетают флюиды, их кто-то забыл,

но от них стихотворные выси.

2000


Вдохновенье


Природа, влюбленность - всегда вдохновенье,

мужские улыбки, их вид...

Они так прекрасны своим дуновеньем,

снимая усталость обид.


Любое вниманье, любое влеченье

на импульсах тайных флюид,

находит свое отраженье, свеченье,

и строчками в вечность летит.


Бываю влюбленной в природу мгновенно,

явленья - частички души.

И если встречаю тебя, непременно

душа мне воскликнет: 'Пиши!'


Пока ненадолго, на час или годы,

ловить тебя буду в мечтах.

Немного волненья, немного погоды,

возможно, сверкнешь ты в речах!


Идет вдохновенье до кончиков пальцев,

когда я кого-то люблю,

потом вышиваю стихи, как на пяльцах.

Узоры: люблю - не люблю.

1999


Первое марта


Мелькает снежок за окошком,

снежинки стучатся в дома.

Стряхнула я шапку как кошку,

весна в марте - это зима.


Снимаю я все верхние вещи,

надев свой рабочий халат.

Работа сжимает как клещи,

со мною чертежный мой клад.


Спокойно у кульмана сяду,

возьму желтый свой карандаш,

так двадцать шесть лет скоро кряду

невольно железу отдашь.


Смешно, но работе я рада,

пусть много волнений, забот.

Финансы в работе награда,

они не придут без хлопот.


Слегка рыжеватые блестки

здоровых, красивых волос.

Сережки блестят, словно слезки.

К работе готова я, босс.

1 марта 1999


***

Три ели при входе подобны ракетам,

войдешь - проходная своих и гостей.

Портреты висят озаренные светом,

висят объявления наград, почестей.


На улице здание чернеет квадратом,

как космос далекий, что манит в ночи.

Зайти в это здание так многие рады,

здесь любят работу. Пройди, помолчи.


Рабочих увидишь, что так виртуозно

творят на станках и в цехах волшебство.

Они очень мало общаются устно.

Похоже, в работе молчит большинство.


Люблю я станки, этот запах станочный,

набор инструментов и стружки металл.

В работе заказ то новейший, то срочный,

где каждый станочник над сталью восстал.


Три ели при входе подобны ракетам,

и лавочка рядом для редких гостей,

где можно в обед похрустеть лишь галетой,

легко вспоминая ракеты и степь.

1999


***

Поэзия - таинственная сила

наполнена вся чувствами сполна,

в лихой момент она ответ дарила,

победой наполняет жизнь она.


Сильна она. Не в этом ли причина

мудрейших и коротких древних слов?

От слов таких повеяло лучиной,

ведь в лукоморье множество основ.


Поэзия, где ты не обитаешь?

Больных строфой спасая исподволь,

ты, иногда похожая на байки,

вытаскиваешь группы, будто вол.


Что есть в тебе того, что нет в природе?

Вы разные по сути всех проблем.

О том, о чем не думается сходу,

к поэзии подключат сотни клемм:


то человек, то действие, то зори,

закаты, облака и смена лет,

мгновенья счастья и остатки ссоры,

забытый в кресле, на диване плед

1999


***

Эти скалы обдувают ветры

Совещанья разной силы, тембра, красоты.

Чаще здесь проходят пару метров,

секретарь наводит всем мосты.

Вот она: цветы и телефоны.

Двери ходят здесь туда - сюда.

, блицы, перезвоны,

но они - истории слюда.

1999


***

Плохо и плохо, и небо сереет,

серая лента дорог,

где-то внутри все ж сомнение зреет:

'Может уйти за порог?'

Несправедливость чудовищна очень,

надо ее пережить,

мысленно часто мы счастье пророчим.

Платье что ль новое сшить?

1999


***

Ладошки желтых листьев

в зелено-темном клене...

Художник, где же кисти?

Вид просится в салоны.

Вот так же у кого-то

мелькает седина,

но в молодой когорте

особо не видна.

1999


***

Я не верю в ударенья

на конце и в центре слов,

что такое наши пренья,

если нет любви основ?

Безысходность как критерий

взглядов, встреч, сердечных мук.

Обойдусь я без истерик -

впереди - полно разлук.

1999


***

Привлекает красота,

но пленит тепло эмоций,

Ваших линий чистота

не дается мне без лоций.

В каждом взоре и кивке,

в каждой фразе слов и жестов,

все купаешься в вине,

ощущая холод жести.

1999


***

О, ты верлибр моей души,

ты - ревностью коварен,

все отношения крушишь,

хотя ты сам не ранен.

Без импульсов волшебных чувств,

что почивают нежно,

ты не создашь семейных уз,

ведь ты - любви подснежник.

1999


***

У него есть жена.

Да, у всех она есть!

А стихи - письмена,

у поэта есть честь!

Не беру я мужей!

Я пишу их портрет.

Из семейных вожжей,

Ревность только и бред.

17 ноябрь 1999


***

Новый, старый Новый год.

Снег. Деревья. Серость.

В жизни следует итог:

всем желаньям мера.


Позвонить? Не позвоню.

Написать? Не буду.

Мысли Ваши отгоню,

чувства - позабуду.


Если сам ко мне придешь,

буду очень рада,

если ты меня ждешь -

ничего не надо.


А на деле все ни так,

нет случайной фразы,

чтобы умный и простак

знали сердца фазы.


Если я не позвоню,

то никто не вспомнит,

если я не позову,

дверь моя не вздрогнет.

13 января 1998


***

Бегу, бегу и добежала,

дела все сделала едва,

себя сегодня убеждала,

что дважды два бывает два.


Сумбур, конечно, но усталость

бывает хуже грязи, дыр.

Душа немедленно восстала

против заброшенных квартир.


Сегодня горе - дань Федоры,

но улыбнулась чистота,

исчезли мрачные раздоры,

их укротила красота.


В квартире солнышко царило,

сверкая нежно в хрустале,

и это лучшее мерило

красивой жизни на столе.


И дважды два уже четыре,

но дважды два возможно - шесть.

Но лучше там, где лишь четыре,

а там, где шесть - возможна месть.

25 января 1998


***

Глобальность жизненных истоков

скользит приватно.

Везенье, счастье и пороки

витают складно.


Но без прекрасных слов и жестов -

пустые залы,

как без тепла одежной шерсти -

худые малы.


А что такое меркантильность?

Металла звуки.

В своих стихах встречаю стильность -

любви и муки.


Виденья чудные рождают

красоты века,

но чувства искренние тают -

прикрыты веки.


С любовью в небо уплывают -

красавцы строки,

азарт невольно я сбиваю,

где есть пороки.

1998


***

Что-то спать мне не дает,

что-то в воздухе чужое,

что-то перцем отдает,

что-то чудится большое.


Бывший что ли старый черт,

будто волк зубами щелк,

и закрыт любовный грот,

не медведь он ныне, волк.


Что-то где-то да ни так,

все ни так или ни эдак.

Одиночество пустяк?

Это что-то вроде бреда.


Ночь без сна и все на нет,

что-то где-то происходит,

я включаю верхний свет,

в голове же мысль приходит:


"Я не правильно живу,

что-то мне не по карману,

кем я в обществе слыву?

Не слыву, так слыть я стану".

1998


***

Что-то новое в судьбе,

что-то снежное в пространстве,

все прекрасное в тебе

отболело в ритме странствий.


Просто, мило и легко

выбрать чувствам направление,

только это никого

не изменит в повеление.


Но отвесный снегопад

чувства чуточку отбелит.

В творчестве без чувства - спад,

цвет один - какой-то белый.


Чувств порой такая цепь,

не окинуть просто взглядом,

всех мужчин поставить в степь,

будет лес, возросший сразу.


Это шутка, только в ней

нет единого пленения,

нет снежинок, просто снег,

Стих для всех одно творение.

1998


***

Опустошенность. Важное решение

я приняла. И хода нет назад,

и на щеках покалывание, жжение.

Подарен дом, оставлен лишь фасад.


Эх, люди, люди, годы и свершения!

Уходят люди часто в мир иной,

и им прощают массу огорчений,

не многое им ставится виной.


Просторы неба трепетно строптивы,

и перемен в природе весь набор,

и бегали мы в юности ретиво,

и хвостики скакали на пробор.


А вот теперь мы ходим, но не быстро,

спешим идти, немного подбежав,

течет без нас не свергнутая Истра,

идем спокойно, губы лишь зажав.


Или кто как, я чаще в лес ходила.

Наследство проплывает мимо нас.

Другие дети сделают удила,

а бабушкам для жизни нужен шанс.

8 апреля 1997


***

Судьба для всех течет бесповоротно,

вот новый день: туманная среда.

И взгляды женщин вежливо и кротко,

летят к мужчинам в сером, иногда.


Да, где-то в сером чудные мужчины,

прекрасные и в светлом хороши.

На женщин смотрят и не без причины,

то взглядом падишаха, то паши.


Для женщин они счастье, а намеки,

вполне заменят солнце и тепло,

не хочется в любви малейшей склоки,

хотя от цвета серого - светло.


И небо, небо в сером - благородно,

и этот цвет любим так много лет,

одежда сероватая так модно,

собою надевала высший свет.


Мужчины в сером на работе - сказка,

мужчины в сером часто эгоизм,

мужчины в сером - так одежда маска,

а может быть, какой-нибудь центризм.

1997


***

Вы правы люди, я давно устала,

но все надеюсь молодость вернуть,

и не по мне концерты, люди, залы,

и трудно мне с дороженьки свернуть.


Условности, вас проклинать порою

я устаю, но мысленно за вас.

И с каждым годом, этого не скрою,

я реже из общения даю пас.


Уединяюсь я в любой общине,

и на курорте вовсе не была,

и улыбаюсь поднебесной сини,

для взлета не хватает мне крыла.


'Я Вас люблю' - мне говорили много,

в молчанье было больше этих слов,

но от любви ушла моя дорога,

исчезла, к сожалению, прелесть, новь.


Еще взлететь, еще любви кусочек,

но нет, о нет, дозволенности нет.

А под ноги упал еще листочек,

и благонравия беспробудный свет.


Условности, усталость, удрученность,

и молодость. Последние витки.

Обиды так быстры, нерв утонченность,

как тонких волосинок завитки.

1996


***

Июльское солнце светило прохладно.

А лето сегодня гуляло не здесь,

и все хорошо, да вот что-то накладно

мне слушать при солнце нелепую весть.


Что ты вновь далеко и где-то сердито

дела завершаешь, а может, и нет.

Как часто бывает, что истина скрыта,

и я не дождусь ни тебя, ни привет.


Но я не одна, ни так молоды годы,

я долго живу на прекрасной земле,

потомкам своим изменяюсь в угоду,

живу вся в проблемах в своей же семье.


Пусть я одинока и дом без мужчины.

Что делать, прошли времена, когда был,

но это не повод для женской кручины,

мой опыт любви весь с тобой не уплыл.


Не выйду я замуж в любовь, кто моложе.

Не выйду я замуж за старых мужчин.

Устану с одними в неверности клеток.

У старых так много болезней, кручин.


Я буду одна, а любовь - часто благо,

она, все, возможно, сойдет на меня,

И дело в не возрасте некого мага,

и все же любовь не идет семеня.

26 июля 1996


Словарь-переводчик


Из года в год величина

он для меня один,

и если мысли не тщета,

тогда витает нимб.


Он для меня моя страна,

над ним склоняюсь я,

звучит задумчиво струна,

и, молча, каюсь я.


Опять ни так! Опять ни то!

А здесь все вроде так.

Не отвлечет меня никто,

и в мыслях я мастак.


Люблю его, люблю чертить,

когда его часы,

без друга нам уже не жить -

контакт его усы.


На кнопках буквы, много букв,

из них бегут слова.

А вот сейчас чертежный лук

и клонится глава.


Я улыбнулась: вот он, есть!

Новинка. Это мысль!

Эх, переводчик, это весть!

Конструктор, мысль, держись!

1994


***

Поездки по стране такое чудо!

А цены на них быстро лезут вверх.

Вопрос отпал, где утром завтра буду,

а то от пожеланий свет мой мерк.


"Я к бабушке сегодня же поеду!"

А уйму тысяч, где теперь найдешь?

Не раскатаешься пешком с мешком по свету,

а, может, свои прихоти уймешь?


Не нужно людям ездить очень много,

совсем не надо климат им менять.

Здоровье нам предсказывает строго,

вменяет свои просьбы - усмирять!


Своей квартире уделите время,

помойте окна, вытрите полы.

Свою природу, почву любит семя,

зачем чужие обтирать столы?


А чем стол хуже? Разве, что привычен.

Зато родной, знакомый только вам.

Вам хорошо здесь, просто без кавычки.

Ваш дом и есть ваш дорогой вигвам.

18 января 1994


***

Привыкли все давно к своим маршрутам,

к своим дорогам, к мыслям по пути.

И редко, кто меняет в жизни круто,

и друг от друга трудно нам уйти.


Но рвутся очень часто нити дружбы,

любви, семьи, работы и долгов.

Болезненно меняют место службы,

уходят от друзей как от врагов.


В автобусах их сталкивают снова.

Куда уйдешь ты в жизни от дорог?

А нет врагов, долгов - судьба готова

вновь помирить и дать любви залог.


С тобой столкнулась. Ласково и мило

вдруг засветились ясные глаза.

Ведь только что сидела я уныло!

Ура судьбе! Есть в жизни чудеса!

24 января 1994


Абрикосы


В район вокзала в разгар июля

идти зачем?

Здесь все в тюках: ковры и тюли,

все с кое-чем.

Все ерунда, но вы, как чудо,

в стране лесов.

Хочу сказать: 'У вас я буду,

но жизнь - засов'.

Я не приду к вам, вы не ждите,

все ерунда.

Челнок я ныне, вы идите,

нужна еда.

И вот я еду за посылкой.

Вокзал. Перрон.

Воз абрикос, моя косынка.

Вновь Электрон.

Люблю я мысленно, заочно,

мне так верней,

а абрикосы, сливы сочно...

Я черт бы с ней...

Тебя не встречу, не отвечу

твоим глазам,

и не пойду я больше в Вече,

не верь слезам.

Прости мне дружное семейство -

мои стихи,

могу писать, мечтам не смейтесь,

люблю грехи.

Но лишь в стихах, статьях и фото,

хоть на столбе,

сама в сторонке я, ну что ты,

я вся в себе.

Меня не надо рвать на части,

ведь я одна,

мне все равно, какой вы масти,

мне жизнь видна.

Со всеми можно поработать

в течение дня,

но через мерные заботы

не для меня.

И потому сегодня любо -

ведь я одна,

а все сотрудники могли бы

уйти со дна.

Я отдохну в своей работе

без лишних слов,

не умываясь в глупом поте,

чертеж - улов.

1993


Моя пучина


Изображать студентов не пристало,

а жаль, так что ж, другие есть лета,

я возраст бабушек уже рукой достала,

но старостью еще я не взята.


Работать в институте мне непросто,

на кафедре я в НИЧ, почти никто,

конструктор пусть не маленького роста,

работать, если честно, мне легко.


Все суета, все суета. В покое

для мыслей благодарнейшая даль,

но от нее когда-нибудь я взвою,

я двадцать лет уже рисую сталь!


Конструктор и поэт - моя пучина,

с годами, что с годами, навсегда!

Моя пучина и моя лучина,

всегда в работе, этим и горда.


Молчать мне надо обо всем на свете,

но есть язык, и он берет покой,

и есть любовь. В молчании обеты

я не даю - в них поворот крутой.


Взлететь бы надо, но железо тянет,

я вся 'конструкций будущего плен'.

Головушка у розочки увянет,

а волосы пусть мне взлохматит фен.

1993


Конструктор


Родился, учился, женился,

а дни протекали как жизнь,

когда-то однажды влюбился,

потом до конца воздержись.


Подруги, друзья, сослуживцы,

семья, не семья, не родня,

со всеми непросто ужиться

порой и в течения дня.


И знаете, сложно, да, сложно

искать изо дня в день удел,

бывает совсем невозможно,

и часто терпенью предел.


Доска, чертежи, цех, технолог -

так замкнут конструктора круг,

его беззаветности полог

всегда помогает как друг.


И вот из мученья, терпенья,

из всех разработок - чертеж

идет потихоньку в изделие,

когда уж в СП есть крепеж.


Потом беготня по заводу,

курировать вечный процесс.

И цеха огромные своды

всегда на вас давят, как пресс.

1990


Долото


Люди думают стихи писать легко,

будто стружку сбросить с долото.

Да, но где теперь перо?

Шарик пишет нам давно.

Долото, ты долото,

с тобой встречусь лишь в кино.

С детства помню я лото и долото.


В детстве бегала к сараям,

где отец водил рубанок.

Бегал пес и бодро лаял,

стружку мне бросал в подарок.

В вещи я была одета,

мама шила их рукой,

гордость в детстве не задета.

Детство - друг мой непростой.


Ну, а гордость и сквозь шмотки,

смотрит зоркими глазами,

В стружках есть игрушек сотни,

только надо быть с очами.

Да, с очами, как у папы,

сероглазых с древних пор,

а бюджетные заплаты -

это есть наследие гор.


Папа, милый, добрый папа,

битый сотнями врагов.

С ним готовилась расплата на войне,

но он таков,

что за жизнь держался крепко,

был и снайпером он метким,

выжил вопреки войне,

в стружках счастье выдал мне.


Года прошли. Есть сожаление

о том, что порваны стихи,

в них папины ушли волнения,

и письма от него тихи.

Их просто нет, а те, что были,

лежат еще в его дому,

глотают то, что есть от пыли,

лежат с историей в ладу.


Когда-то мама очень рано

вставала и пекла блины,

теперь же клип с телеэкрана

поет будильником, а мы?

А мы уж не печем блины.

Игра, игра кругом игра,

телеэкран играет с нами,

там стружек пленочных гора

играет певчими глазами.


В них хвалят всех, слегка лелея,

меня, тебя и белый свет,

а славу пьют уже седея.

Поэтому даю совет:

'Не подвергайтесь в жизни грусти,

у славы съемные плоды:

снимают листья у капусты

до кочерыжки - вы пусты.


И лучше бросить рассуждения -

они, как дутые шары,

и сушат радости сомненья,

спуская лишние пары'.

Долото, ты долото,

С тобой встречусь лишь в кино.

11 января 1988


***

Ох, разозлиться может добрый,

и бушевать как море Бурь,

он вылетит из дома пробкой,

а щеки красные - пурпур.


Все на него, а он ведь добрый,

везет нагрузки, хмур и зол.

А для страдальцев высшей пробы,

он всем известный хлебосол.


Как он раним, наш милый Добрый!

Как он чувствителен к словам!

И вот к нему все жмутся Кобры,

как к очень теплым островам.


А добрый, чтобы обесточить

свои усталые мозги,

на всех несчастьях ставит точки,

бросая бремя из тоски.


И жизнь с нелепой чередою,

чужих проблем из жалоб, стона,

его становится средою

и добротой сердечных тонов.


Так есть, вообще, подобный Добрый?

Зачем ему себя терзать?

Напились кровушки все кобры,

пора бы просто полежать.

11 января 1988


***

Вишневые розы на Вашем столе,

вишневая шаль - дань романсу,

а все это чувства на чьей-то золе,

и розы, как стиль ренессанса.


Вишневые розы - цветы, как цветы,

но редкой, прекрасной породы,

слегка отвернули надменно листы

и ждут стихотворные оды.

1988


***

В прихожей место есть одно,

в нем уместилось кресло,

не просто кресло, а оно

стихов рожденья место.


Бежали грустные часы,

нигде меня не ждали

и каплю маленькой слезы

за счастье осуждали.


За дверью комнаты - кино,

муж, крики на экране,

а в другой комнате давно

дочурка на диване.


На кухне - сын. В прихожей - я,

где я стихи писала,

так разбрелась моя семья,

а я повествовала.


Зачем пишу? Чтоб обесточить

свои усталые мозги,

чтоб на несчастьях ставить точки,

и сбросить бремя из тоски.


Счастливый год, все были вместе,

как это можно не понять?

Пройдут года, другие вести

придут иное рассказать.

13 января 1988


***

Не ищу одобренья людского,

и проходит оно стороной,

я ищу состоянье такое,

когда сердце не просится в бой.


И спокойно, порой деловито,

я иду по полям своих дел,

и нет мысли, чтоб быть знаменитой.

Муж меня ненароком задел.


А муж мой - он на всем экономный:

на себе, на других, на делах,

внешне он, очевидно, что скромный.

Но вот в мыслях частенько есть крах.


Преклоняюсь пред знаньями века,

а муж ими пропитан до дна,

видно мне повезло с человеком,

не бываю я дома одна.


Мы и рядом, но вечно не вместе,

до сих пор искры часто летят.

Мы вдвоем, мы как строчка из песни,

нам разлуки - века не простят.


Отчим, мачеха - это пустое,

без обиды для всех говорю.

Для детей - счастье очень простое,

быть с отцом, я его не корю.

27 января 1988


***

Нету силушки побороть печаль,

нет возможности оглянуться мне.

Снег лежит кругом, и замерз причал,

радость с холодом улеглась на дне.


То ли снится мне в темном дне лазурь,

то ли снег летит, то ль слеза блестит.

Грусть - тоска моя, забери всю муть,

оживи меня, сердце вылечи.


Эх, и грустно мне на белом снегу

с горем - горюшком целоваться - то,

то ль сама умру, то ль его сгублю,

а вдвоем - то нам не остаться-то.


Знать моя беда бредет подо льдом,

пузырьками-то знать балуется,

а бровей твоих дорогой излом,

надо мной уже не любуется.


То ли в небе я, то ль на дне реки,

то ли в облаке, то ль на льдине я.

Но найти меня людям не с руки,

и растаяла вся до жилочки.


А потом пришло озарение,

и лазурь небес воскрешения.

На меня нашло вдруг смирение,

и пришли ко мне вновь свершения.

28 января 1988


***

Писатели технических познаний

спокойно пишут умные тома,

не ждут экранного признанья,

порой их повышают в званьях,


и вновь берет их в плен среда,

и сердцу милые дома.

Но в поисках новейших знаний,

они все средства применяют.


Их путь по знаньям очень дальний,

дорогой кто-нибудь и крайний.

Преграды их не забывают -

потомкам вехи оставляют.

15 января 1988


***

Пришла вдруг мысль, что гениев и нет,

есть просто люди, с кучей недостатков,

и зря при жизни их ругает свет,

а после смерти лижет их останки.


И в памяти вдруг остается тот,

кто умер лихо, иль прожил нелепо,

их творчества сильней ток

становится питаньем века.

15 января 1988


***

Можно быть самой богатой

и не иметь ничего,

взятки взимать лопатой,

будто бы дерн с кой - кого.


И в своей малой квартире,

где очень тесно в сердцах,

думать о сказочном мире,

в золоте и в зеркалах.


Пусть отражается в стеклах

добрый, загадочный взгляд.

Он, только он мои зерна,

он - ненасытный мой клад.


Где - то дороги в машинах,

там суета из сует

рвется на собственных шинах

алчущих, жадных сердец.


Видят в машинах реванши

то ли за рост, то ль за вид,

бегают длинные марши

с видом вальяжным как гид!


Все - то и знают, и видят,

мнят себя барской средой,

только бедняги не видят,

что смерть бежит под рукой.


Сколько вас копят деньжата,

чтобы скорее за руль.

То ли душа маловата,

то ли на счастье - то нуль.


Я ухожу по тропинке

от суеты городской,

в сердце по шинам поминки,

и по квартире с тоской.

15 января 1988


***

Усталость навалилась на меня,

на угнетение тающего дня,

так давит бело-влажная среда -

всегда.

Я тороплюсь порой ответить нет,

в расцвете и на склоне мудрых лет,

я тороплюсь к своей звезде -

везде.

Прохлада неба ляжет на ладонь,

по ней стремглав промчится черный конь,

мечты тогда смеются иногда -

всегда.

По буквам белых клавиш я стучу,

себя, других чему-то я учу,

и что-то пробуждается в душе -

уже.

Несите кони красных русских букв,

под равномерный, мерный, верный стук

в печатный мир белеющих бумаг.

Я - маг.

16 января 1988


***

Медленно уходит напряженье

и приходит внутренний комфорт,

отдает судьбе распоряженье

о приуменьшении забот.


Суета и нервные страданья

улеглись под снежною зимой,

приумолкли все исповеданья

в жизни очень тесной и простой.


Нет иллюзий о моем признанье,

нет надежды на любой успех,

есть одной судьбы существованье,


тихое конструктора призванье,

замолчавший твой нелепый смех

о мое спокойное молчанье.

20 января 1988


***

Уложить мне мысли часто надо,

вьются мысли стаей у виска,

будто в дверь стучаться мыслей склада,

а она немножечко низка.


Так бывает после сдачи темы,

после всех значительных работ.

Затихаю, я от мыслей смены,

пусть посмотрят множество дорог.


Надо выбрать новые стремленья,

подкопить и знанья для рывка,

и в ячейках мозга столкновенья

стихнут у подножия витка.

20 января 1988


***

От наслажденья в звуках застываю

и в музыке Чайковского тону,

под переливы звуков точно знаю:

перехожу я в классиков страну.


На стороне классических звучаний

углублена я в мудрость наших дней,

Шекспира лучезарное признанье

предпочитаю логике страстей.


Есть в звуках музыки природа

и красота лесных ветвей,

застывших, в серебристых сводах,

и в музыкальности людей.


И сила страсти вечной темы

сквозит сквозь нотные листы,

но заглушают их системы,

и электронные хвосты.

24 января 1988


***

Спрятаться под куржаком,

отойти от пересудов,

слава точно наждаком

бьет паломников посуду.


Ошалевшая толпа

смотрит, пишет, рядит, судит.

Слухи, страсти с потолка

долго разум не пробудят.


Я смотрю за суетой,

нет ни зависти, ни лести,

будто каменной плитой

перемолоты все мести.

25 января 1988


***

Заманчивы - космические дали,

но красота зеленого кольца

прекрасней падишаха дани,

дороже королевского венца.

1988


***

Ты - моя любовь - моя природа,

нет прекрасней в мире ничего.

Ты - красива только недотрогой.

Что еще сказать? Нет, ничего.

28 января 1988


***

Счастливый сон приснился ночью

и олимпийские огни.

И твои губы впились сочно,

в такой момент, ты не звони.


Как ты красив, великолепен!

Я не ждала тебя совсем.

Твой взгляд божественен и светел,

а вместе с тем, а вместе с тем.


С тобой болезни все вернулись

и горести пошли рекой.

А в жизни? В жизни разминулись.

Разлука нам дает покой.


Ты на дороге карты бросил.

Твоя любовь и на снегу.

Забыл ты только бросить восемь,

боялся, что я не могу.

13 февраля 1988


***

Я вдруг поняла, что волненья напрасны,

что все хорошо, пусть мне плохо кругом,

мы часто в душе своей просто несчастны,

но вдруг улыбнемся и счастье волчком.


Казнить мне себя за язык мой болтливый,

совсем ни к чему я такой родилась,

с душою, чрезмерно порой совестливой,

я в адовы муки сама забралась.


И мне отомстить за крамолу так просто,

стихи написать, сбросить чей-то указ,

иначе меня поразит чья-то косность,

иначе закончится женский мой сказ.

1988


***

Мысли мои очнитесь, глупость уйди с тоски,

как все нелепы лики, если слова горьки.

Как надоело спорить и угнетенной быть,

Мне надоело горе, - не в чем его топить.


Если смотреть снаружи - вроде, все ерунда.

Так почему, почему же жизнь-то моя горька?

Может, сама себе я горе сие ищу,

Часто, порой напрасно, я в пустяках грущу.


И... вдруг, внезапно вижу зеркало перед собой:

Женщина очень суровая тихо идет в бой.

Как все меня удручает! В холоде есть немота.

Зеркало это не знает. В зеркале - я не та.

29 апреля 1988


***

Усталость кончилась, прошла,

как в полдень тень.

Я улыбнулась и ушла

к деревьям в сень.

Над головою чудом жизни -

сияет синь.

А на ветвях сережки висли -

попробуй, скинь.

А вечером от утомленья -

спасет пень,

на нем сидишь в пылу забвенья,

а встать уж лень.

13 мая 1988


***

Если б можно было укрощать себя,

и спокойно делать, то, что скучно,

я жила бы долго, не скорбя,

и не лезла б в неизвестность кручи!


Редкий пух слетает с тополей,

отмечает годовщину знаний,

влезла я на кручу всех быстрей -

стало скучно от своих познаний.


Вновь сижу, грущу без суеты,

думаю: 'Ну, где теперь вершина?'

Мне скучны всегда мои следы,

и не интересно, что свершила.


Да, с такой натурой двадцать лет

трудно просидеть на тихом месте.

Новеньких квартир чудесный свет,

не проникнет в старые подъезды.

1988


***

Вырастаю на каблуках

в росте, чувствах и даже в осанке,

потому что без них на бобах

я катаю лишь будние санки.


А сегодня и солнце, и май

приподняли меня над собою.

Вспоминаю я прошлое, знай,

каблуки - они были с тобою.


Здравствуй, май человеческих чувств,

светлых, ясных, нетронутых красок.

Я с тобой никогда не уймусь,

с каблуками из собственных сказок.

11 мая 1988


***

В моей голове возникает эфир,

я слышу случайные фразы.

Бывает, что ночью врывается мир -

и в мыслях - чужие рассказы.


Порой мне мешают чужие слова:

сбивают настрой мой на радость,

иль в мысли мои забегает молва,

и сразу горчит жизни сладость.


Живу в проводах и в эфирных волнах,

и чувствую импульсы с теми,

кто радостен, в горе иль ввергнут в свой страх -

все шлют свои импульсы, темы.

18 мая 1988


***

Выдумывать можно мученья,

а повод - простое кино,

и спрятать себя в заточенье,

спугнуть даже легкое чтенье

и думать, что зло нам дано.


Смешно и нелепо, но все же

один у нас враг на земле:

ассоциативный вельможа,

он знает, на что - что похоже,

и прочно сидит он в седле.

1988


***

В мозгах возникла перегрузка:

обиды всплыли, чей-то вздор,

немой укор, своя нагрузка

и, где я шла наперекор.

Закрыта я в своих мозгах.

Усталость спряталась в ногах.


Хочу увидеть я просторы

земли, вселенной. Но мираж...

Он будто страж, иль в окнах шторы,

иль без машин пустой гараж.

Закрыта я в своих мозгах.

Усталость спряталась в ногах.

1988


***

Потерялось чувство ритма,

сжались в критике слова,

проиграла в жизни битву,

отошла стихов лафа.


Раздражение - гасит солнце

своим сказочным теплом.

Глаз зажмуришь - видишь кольца,

и играешь как с котом.


Не могу восстать из мрака,

утро спит в туманной мгле.

Жизнь, обсыпанная маком,

как листочки в снежной тле.


Соловей споет и сразу,

ты взлетаешь к небесам,

быстро чистым станет разум,

и счастливым станешь сам.


Сон окутал - сон души,

безразличия снегового.

'Спи, спи, спи и не дыши', -

вот мечта городового.


Ну, а если травы рядом,

и зеленые листки,

то в душе прекрасным садом

зацветают все цветы.

23 декабря 1988


***

С новыми друзьями, будьте осторожней,

с новыми врагами, будьте посильней,

и к себе с годами относитесь строже,

и свободу чувствуйте, вольного вольней.


В новую любовь, верьте как в затмение,

нет у новой пассии времени в веках,

человек проверится при пересечении

всех путей дорожек прямо на глазах.


И уйдут иллюзии в вечность, без сомненья,

даже взмаха подлости им не пережить.

А сердечко бьется, ждет повиновения,

бедненькое, бедное жаждет потужить.


Призовите разум, призовите волю,

объясните сердцу, что не та любовь,

что не надо бедному уходить в неволю,

невозможно подлости стать любовью вновь.


Годы, годы тянутся, утихает жажда,

ностальгия кончилась, отошла любовь.

Все, что было в юности, очень, очень важно.

Никогда не кончится юности любовь.


Родились и выросли из нее ребята,

или дети - деточки, кто как назовет,

и совсем не важны климат и зарплаты,

главное - от юности уходить в полет.

26 декабря 1988


***

Белые сугробы, тающего снега,

утро тепло - темное с проблеском зари,

в небе нет ни звездочки, нет любимой Веги.

Утро, утро сонное свет мне подари.


Что-то очень грустно и немного тяжко,

или все невзгоды прошлого легли,

и на эти плечи, и на горла связки,

да и силы, силушки от меня ушли.


Снег осел немного на исходе года,

снежные сугробы липнут к сапогам.

Странно, очень странно, но дает погода

свежие, бодрящие силы по годам.


Главное без злобы, без воспоминаний,

налегке о будущем с мыслями идти.

Утро нежно - розовым одарит сияньем,

и стихи рождаются прямо по пути.


А когда сижу я дома и с вязанием,

то усталость медленно с пряжею идет,

кофта только вяжется в дремоте мечтания,

а обои светлые как на речке лед.


То предел усталости. Телевизор ярко

в жизнь мою вторгается, а я все вяжу.

Хорошо, что техника заменила прялку,

я у телевизора только и вижу.

30 декабря 1988


***

Приснился сон: стою на сцене,

сплошной металл и лестниц нет,

и сцена эта как арена,

и я вверху, а спуска нет.

Хожу по краю: нет, не прыгнуть,

внизу глаза людей блестят.

Как мне о помощи им крикнуть?

Они же зрелища хотят.

1987


8 марта


С днем 8 марта, мама!

Долгих тебе лет!

В спорте будь всегда упряма,

пусть бежит твой след.

Не горюй и не кручинься,

улыбайся, не грусти,

на диванчике подвинься

и подругу в дом пусти.


Вы вдвоем за самоваром.

Побежит ваш разговор,

время не проходит даром

с ним у вас есть договор.

Вспомните добром вы папу.

Молча, с вами посидит,

и меня, и нашу бабу.

Вам хороший аппетит.


Шлю привет твоей подруге,

и желаю счастья вам.

Ну, а брату, жизни другу,

быть удачливей в делах.

Не грустите, дорогие,

в мыслях с вами я всегда.

Пусть минуют дни плохие,

вас увидеть рада я.

27 февраля 1987


Орган


Густой, бодрящий звук органа

летит по воздуху к ушам,

легко залечивает раны,

всех москвичей или рижан.


Органа звуки не стареют,

он молод таинствами нот,

они столетия в залах, верит

в них музыкальнейший народ.


Орган, он соткан из свирелей,

красивых звуков, тайны душ,

а звуки грусти как капели,

облагораживают ум.


Во власти музыки и счастья

парю над залом: счастья - ком.

Возможно, истинно, несчастье,

кто с чудом этим незнаком.


Ведь он орган, орган столетий,

он время жизни ворошит,

он, как старейшина под пледом,

который вовсе не грешит.

1987


***

Органично сливаясь с душою,

Баха музыка с сердцем звучит,

и своей задушевной красою,

затихая, спокойно летит.


В ней бескрайность души человека,

и звучит она плавно, светло,

к нам идет из далекого века,

и сливается с жизнью легко.


Звуки страсти и терзаний,

звуки вечные любви,

с нотных строк воспоминаний,

не вмещаются в груди.


Они мощною волною

шевелят органа плоть,

открывают мир собою,

разрывая строчки нот.

1987


Черемухи цвет


Детство, отрочество, юность -

белой черемухи цвет.

Беды, разлуки, заботы -

их еще нет, нет, нет.

В детские пухлые годы

в пышных волосиках бант,

только и было заботы,

где разместить кукол стан.


Где раскачались качели,

где появился песок -

новости эти летели

быстро в девичий висок.

Стоило чуть подрасти ей,

руки белы от мелков.

Вей ветер мой, вей, вей

ноги стройней от прыжков.


Прыгалки, куклы. Подружки...

Белой черемухи цвет

падал на детства подушки.

Брезжил отрочества свет.

Бантик растаял бесследно,

зеркало манит их в плен.

Страсти: что модно, что бедно,

кто что одел, кто же смел.


Лишь телефонная трубка

прыгает часто к ушам.

Тают в расспросах минутки,

трудно вернуться к делам.

Что-то меняется в детях.

Белой черемухи цвет

ветер в девчонке приметил

в темной косе место лент.

17 мая 1987


Любовь к земле


Любовь к земле, она всегда цветная,

несет в себе все краски и тона.

Любовь к себе - она совсем иная,

бесцветные одни полутона.


Любовь к земле - живительная сила,

несет и вдохновение, и мечты,

она в душе не терпит тины, ила

все проявления ее - просты.


Любовь к земле - бескрайна и безбрежна,

она разлита по сердцам людей,

а в одном сердце так она безгрешна,

как жизнь в тайге и чаще без вестей.


Любовь к земле звала людей на подвиг

во все века, тяжелые года.

И только не рождалась там, где подлость,

а храбростью спасала города.


Любовь к земле, любовь к родной отчизне,

как неразрывна жизненная связь!

Любовь в любом наречии так чиста,

в ней не найдешь проблемы, ссоры, грязь.

1987


***

Незабудки и ромашки

детства раннего цветы -

эти милые монашки,

словно чистые листы.


И в шальные наши годы

незабудок благодать,

словно дар была природы,

помогая доброй стать.


А поляны из ромашек,

в белых листиках ковры-

это счастье было наше,

солнца летнего дары.


От тебя в подарок розы

получала иногда,

или желтые мимозы

приносил мне в те года.


Были веточки жасмина,

яблонь первые цветы

и черемухи седины,

и сирень вручал мне ты.

1987


Свадебное


Тополиный пух клубился,

быть должно, как у людей.

Ты меня один добился,

вышел милым из теней.


Ты решил на мне жениться,

но до свадьбы за два дня.

Надоело шевелиться,

ты решил дойти до дна.


Сдал экзамены досрочно,

на ракете прикатил.

Я училась тогда очно.

Паспорта ты прихватил.


Я лишь в розовом костюме.

Ты в рубашке, без носок,

так ходить лишь можно в трюме,

в ЗАГС ты сунул свой носок.


Ты зовешь меня нежданно.

Вижу, женщина стоит,

как-то стало все туманно,

Она томно говорит...

25 июня1987


***

Травы росные, небо броское

и дымок росы над землей,

слышен с дерева щебет ласковый.

Эх, пройти бы здесь всей семьей.

Но пройти тропой, не сбивая, рос,

не пугая птиц своим топотом.

Комары все спят, нет мельканья ос,

но вдруг слышу речь тихим шепотом.


Травы росные, небо броское,

а навстречу мне пара в розовом.

'Выпускной' прошел, платье ноское.

А где белое? Оно злостное?

Эх, пройти бы вам, не сбивая рос,

не теряя честь, не срезая кос.

Вы так молоды и так загнаны,

а слова-то все вами сказаны.

27 июня 1987


***

Всю жизнь изображал он Дурачка,

и потому он преуспел в делах,

и если люди были катера,

то он шел ледоколом, как во льдах.

27 июня 1987


***

Журнал мод и книга песен

на ходу тридцатый год.

Много лет, да тридцать весен

вечной юности итог.


Может так держаться сцены

лишь ее красивый труд.

Жизни знала она цены,

глаз встречала целый пруд!


И звучали ее песни

с детской, трепетной поры.

Ей несли цветы из лести,

как признания дары.

1987


***

Вы взлетели вверх салютом

с фейерверком юных глаз,

но какой-то друг малютка

стал несчастием для Вас.

Жизнь Вас била, не щадила,

но Вы выжили в аду,

Вы уверенность взрастили,

стали с ангелом в ладу!


И когда другие листья

разлетались по садам,

Вы вдруг зрелостью воскресли,

Вам не страшен сам Адам.

Вы - властительница сцены,

Ваши платья - фейерверк!

Пенье Ваше свергло беды,

Кто же Вас когда-то сверг?

1987


***

Среди растительного мира,

Богиней ласковой мечты,

идете Вы в прямом эфире,

но без излишней суеты.

Лаская травы и деревья,

сгибаясь к сухонькой траве,

ее касаетесь в волненье -

и поднимаетесь в заре.

1987


***

Ваш голос елейный над сценой звучит,

и раненой птицей, внезапно молчит.

Вы вверх дерзновенно бросали слова,

их в мир разносила спокойно молва.

Кто Вы, белоснежная птица Москвы?

Вы очень известны, стихами сильны.

1987


***

Ты обладаешь дивным даром:

волшебным светом ясных глаз,

смущаешь женщин редким жаром,

прекрасно высказанных фраз.


Собою почту украшаешь,

ты бесконечно многолик,

в воскресный день ты вызываешь

у многих женщин сердца крик.


Тот крик, жестокими словами,

с улыбкой отдаешь ты в свет,

и раздираешь в кровь зубами,

ты чувства самых разных лет.

1987


***

Тучи серо-черные, зелен горизонт,

над домами мечется вездесущий гром.

Страшно всем на улице - не спасает зонт,

было бы здесь морюшко - был бы сильный шторм.


За стеклом я спряталась от стихии бед,

сердцу успокоиться я дала обет.

Закачались веточки - листьям первый дождь.

Наклонились листики - винограда гроздь.


Застучали в окна мне капли дивных роз.

На березах слышится шевеление кос.

С неба воды падают, поливают лист,

горизонт умылся и стал снова чист.

1987


***

А ты - красив был иногда.

Тебя искала я всегда.

Всегда.

Увидев твой чудесный лик,

я исчезала в тот же миг.

В тот же миг.

Хранила я алмазы встреч,

любовь хотела уберечь.

Уберечь.

Боялась длительных речей.

Боялась гаснущих свечей.

Свечей.

А берегла все на беду,

имея счастье лишь в виду.

В виду.

А надо было жизнь испить,

себя от взглядов не таить.

Не таить.

Все бриллианты легли в клад.

В душе настал сплошной разлад.

Разлад.

Теперь одна без красоты

смотрю на дивные цветы.

Цветы.

31 июля 1987


****

Ты похож на Рублева,

ты художник в крови,

ждешь у женщины клева,

ты - художник любви.


Ты из женщины тихой

и забытой судьбой,

неназойливо, лихо

высек пламя собой.


И она засветилась

от любви и пера.

И немедленно скрылась,

знать, другая пора.

1987


Лабиринт


Немилосердно тяжелы -

памяти виденья,

Ходит тень твоя живая

в мозговых владеньях.

Лабиринты, лабиринты,

ты в них заблудился.

Мозговые лабиринты,

в них любви добился.


Господи, немилосердно,

это наказанье:

жить и в смерть твою не верить -

горькое признание.

Наказанье, наказанье

за немые речи,

Нелюбезное изгнанье -

слов плохих картечи.


Как же так? За что мученья

в яркий, светлый день?

Неприятностей стеченье,

увлекают в тень.

Люди, люди не умолкнут -

память в них живет,

а пока они не стихнут -

счастье не придет.


Ладно. Все. Утихли страсти.

На осине пляшет лист.

Кто был редко в жизни счастлив,

тот и слышит жуткий свист.

26 августа 1987


Память


Память помнит каждую подробность

встреч, разлук и горечь от досад.

Помнит, как выбрасывала скромность

и бросалась, без сомнений в ад.

Долгих дней немую отчужденность,

каждый миг, заполненный тобой.

Свет из глаз, двоих - завороженность,

а затем преследований боль.


На весы поставь две разных чаши:

положи любовь мою в одну,

на вторую - все несчастья наши,

я их молчаливо перегну.

Что же пересилит в чашах этих?

Беды? Что бросались все на нас?

Нет, любовь, она прекрасно светит

и она светила каждый час.


До сих пор кидает кто-то камни,

хоть давно в святые перешла,

были бы какие-нибудь ставни,

чтоб сквозь них беда к нам не прошла.

От любви идут седые нити

памяти, прошедшей сквозь беду.

Говорят, танцуют на Гаити,

я же не танцую, а бреду.


Помню хохот, словно волны Дона,

демон в них резвился молодой,

сердце разрывалось уж от стонов,

не могло кричать оно: "Постой!'

Нет, мне не забыть рожденья ада,

пересказ не может раскрыть все,

как рождались звери зоосада

и молчала трубка. Вот и все.


Все схлестнулось: правды и неправды,

расплескались за моей спиной,

разгадать бы кто же в этом главный,

Да и бросить в омут: жизнь. Не ной.

Но вода его отвергнет сразу,

пусть живет от скверны чуть живой.

Господи, да дай же ты рассказу

стать спокойным, он же все же свой.


Нет веселых, добрых песнопений,

только боль и только стон души.

Было бы иначе? Без сомненья.

Было бы? О, бог мой, не скажи.

Все как есть, душа жила в смятение.

А теперь? Есть боль прошедших дней.

Ропот и людей недоумение

смотрят и преследуют: " Не смей!"


Шепот за спиной, косые взгляды.

'Слышали?' 'Да, слышали'. 'Она'.

Стали шире рамки зоосада.

Но как прежде я в нем не видна.

1987


Заоблачное послание


Дорогой мой человек,

ты был мил мне интеллектом,

от тебя шел знаний свет,

он и был ко мне твой вектор.

Я любила твои очи

с умным заревом огня,

и набор словесных строчек -

в них вилась порой змея.


Не читал мои стихи,

и не знал, кто я такая,

наши редкие звонки,

слушал ты, слегка зевая.

И наивен был порой,

и счастливый, как младенец.

На мне видел цвет и крой,

Знал всегда, что надо делать.


Знаю я - твой ум могучий

редко веял надо мной,

он не мог нигде наскучить.

Да, ума был мощный слой.

Вот и все. А без тебя

Очень грустно в нашем мире.

Глупый стих. Тебя любя,

им стреляла, словно в тире.

27 августа 1987


***

Элегантна и прекрасна

фешенебельная мода,

над сердцами она властна,

с ней не чувствуешь свободу.


Как божественно красивы:

платье, линии и ткани!

Сколько вкуса и усилий!

А какие это "мани"?


И жар-птица - небылица,

красотой своей блистая,

осветила женщин лица,

белых птиц небесной стаи.


Это мода для эстрады,

для торжественных приемов,

на нее косятся барды:

она легкая для съема?


Вновь цветное завихренье

заглянуло вдруг с экрана,

в мозг врывается сомненье:

что в одежде постоянно?

1987


Качели


Так случалось, что попала я в обманы,

и связали они жизнь тройным узлом.

Постоянно я залечиваю раны,

но скрутились раны каменным клубком.


Полюбила я нечаянно, нежданно,

полюбила я на страшную беду,

смерть его была отчаянной, туманной,

помутилась голова моя в бреду.


Раскачалась на качелях, раскачалась,

без опоры, без веревок, без страстей.

Будто чувствам моим не было причала,

словно не было хороших новостей.


Не прощу себе я страсти настоящей,

свою гордость, что любви была сильней.

Светит солнце. Мир становится блестящим.

Я качаюсь на качелях, мне вольней.


Никаких, возможно, не было обманов,

не хотела верить в смерть любви своей.

Правду слухов я совала по карманам.

В правде, спрятанной, бывает жизнь вольней.

1987


К 70-летию Октября


Семьдесят лет стране Октября.

Долгий и правильный путь,

и революция мира заря

нашей страны - не забудь.

Столетья страной управляли цари -

бесправный и нищий народ.

О счастье народа забыли они

и не смотрели вперед.


Февраль семнадцатого года -

был свергнут царь,

но временная власть не для народа,

все шло, как встарь.

О народе думал Ленин,

партия большевиков,

думали о наступленье

на его врагов.


В октябре, двадцать пятого,

залп с 'Авроры' гремит

по царизму проклятому,

а тот в 'Зимнем' сидит.

Луч прожектора с 'Авроры'

первым светом был в стране,

и защелкали затворы

на винтовках во дворе.


И рабочие, солдаты

на штурм 'Зимнего' идут,

безработные матросы

с ними рядом там и тут.

Юнкеров они разбили,

свергли временную власть,

путь в историю пробили,

чтоб народной стала власть.

Декреты 'о мире' и 'о земле'

народ всколыхнули.


Революция шла по стране,

люди свободней вздохнули.

Советская власть не далась без борьбы -

ее интервенты душили.

И белая армия, черной судьбы,

против народа служила.

Лишь только утихнут бои на местах,

флаг красный отметит победу,

и новые речи у всех на устах,

и забыты прежние беды.


Партийные ячейки, комсомольские

Колхозы поднимали по стране,

и редки были трактора заморские,

и чаще все пахали на коне.

Электростанций первые плотины

светили в доме 'лампой Ильича',

крутились первые Советские турбины,

и сталь лилась, как магма, горяча.


Росли дома, вставали города,

дымились трубами заводы -

трудом дышала мирная страна,

и славные ее были заботы.

На самолетах - первые рекорды,

стахановцев движенье по стране.

И люди были от успехов горды,

и беды были где-то в стороне.


Июнь, двадцать второе -

черный, трагический день.

Каждый стал старше втрое.

Война. Миллионы потерь.

Сорок первый - сорок пятый,

страна борется за жизнь,

отбивает войной - взятый,

каждый город, людей жизнь.


Дни блокады Ленинграда -

горе, мужество людей.

Уносила жизнь блокада,

но народ - смертей сильней.

Победил народ фашистов,

выгнал фрицев из страны.

Возвращали машинисты

на стальном своем коне.


День Победы - ликованье,

счастья день и день утрат,

день фашистов всех изгнанья

и невиданных затрат.

Из руин города возрождались

и над пеплом вставали дома,

к мирной жизни сердца возвращались,

не забыть им страданий года.


Хорошела земля, все поля засевались,

но их мало для нашей страны.

И решили тогда, чтоб поля разрастались,

распахать земли всей целины.

Снежные бураны, пыльные дожди,

вовсе не пугали - люди все смогли.

В космосе спутник первый,

первый летит человек,

людям открыт путь светлый

к тайнам чужих планет.


Космос людьми изучен,

сотни летят ракет.

В космосе жить привычно,

наш космонавт иль нет.

Самолетов серебристых стаи

летают в мирном небе над страной,

и корабли в тумане дальнем тают,

и белые 'ракеты' над водой.


Железные дороги на земле

людей и грузы перевозят,

и каждый день они в труде,

и людям жизнь все возят, возят.

Машины пестрой вереницей

дороги заняли страны,

велосипед сверкает спицей,

посты ГАИ везде видны.


Наука тайны познавала,

глубины океана и морей,

и тайны недр она узнала,

и думает о будущем полей.

Биологи и физики в работе,

болезни испугались все врачей,

учителя о будущем в заботе,

строители работают быстрей.


А химики все отрасли забрали,

везде они нужны, везде мудры,

и сталевары лучше варят стали,

а в метрострое станции новы.

А информация? Газеты и журналы

потоками идут по всей стране,

и телевизоры людей умы забрали,

и радио примолкла в тишине.


Страна живет и в ритме мирном

работой заняты умы

над обороной нашей сильной,

и люди партии верны.

7 ноября 1987


Дети


Солнцем залитое небо,

в чистых росах каждый лист,

каждый знает свое кредо,

светлым утром разум чист.

Вспомнить бы года былые,

чем и жила и чем дышала,

и какие дни лихие

я, чуть дрогнув, провожала.


Очень сильно я болела

за два месяца до сына.

Сорок градусов терпела,

а болезнь страданьем крыла.

Ждали к маю, вышел в мае,

сын на мир наш посмотреть,

он родился в степном крае,

где арбузам сладко спеть.


Были в окнах: муж и розы,

мать, отец и круг друзей.

Мы доились словно козы,

и стремились в дом быстрей.

Тронуть я боялась сына -

страх пред ним меня сводил.

Появились следы клина -

муж их в жизнь нашу вонзил.


Воспитанье. Воспитанье

по журналам и по книге.

Бабок страшное молчанье:

'Мол, от книги только сдвиги'.

В восемь месяцев сын ходит,

в десять месяцев бежит,

ложку с кашей в рот заносит

и что надо говорит.


Рос малыш наш крепышом,

загорал он голышом,

с папой змей пускал на даче,

в жизни было все удачно.

Дед души не чаял в внуке,

бабушки его голубят.

Папа строго учит в письмах,

Мама вся в заботах чистых.


Год промчался добрым эхом,

едим жить в Зеленоград.

Наш отъезд был чьим-то крахом,

кто-то был ему не рад.

Помню, бабушка металась

по квартире, спрятав стон,

она в сборах разрыдалась,

это был последний стон...


Жаркий день Зеленоградский

встретил в солнечных лучах,

встретил ласково, по-братски,

город был в младых годах.

Сын знакомился с друзьями,

знал, где детский городок,

нас снабжали все вестями,

что он крепок и здоров.


Развивалась речь ребенка

по наукам и без них,

в зоопарке видел львенка,

с 'краном' 'Р' свою постиг.

Говорил он хорошо,

буквы все учил исправно.

Хорошо - то, хорошо -

папа был учитель главный.


Сколько слез в то воспитанье

проливала я порой,

не давалось мне молчанье

и за сына я горой.

Папа, папа, в нем есть сила,

он для сына - власть и Бог,

я удила закусила,

да какой уж в этом прок.


Родилась у нас дочурка -

Леся - девочка - цветок,

много кукол, а не чурок

ей дарили, будто впрок.

Дочь росла совсем иначе,

и трудней стали задачи.

Норов в ней... родился с ней.

Да, природе жизнь видней.


Сын и в сад ходил с добром.

Дочь росла с другим нутром.

Подрастали оба дружно,

брат с сестрой всегда в ладах,

было все у них, что нужно,

ноги крепли их в лесах.

По грибы, по ягоды

с двух ходили лет.

Ягоды, вы ягоды

добрых детских лет.

1987


***

Я люблю свою, семью

и разрушить не могу.

Я люблю своего мужа

и другой совсем не нужен,


Я люблю своих детей:

нет любимей и родней.

Разлучать с отцом нельзя -

это ведь моя семья.

1987


***

Мой муж - был просто гениальный,

сломался на борьбе со злом,

и путь его всегда реальный,

и мудрость дум виновна в том.

Как он работал поначалу,

работал полный от забот.

Всегда под чьим-то был началом,

и от того весь путь не тот.

9 ноября 1987


***

На блестящем снегу

раскачалась сухая травинка.

Я тебе не скажу,

что в глазах моих плачет слезинка.


Не тону я в снегу,

лишь ногами слегка приминаю.

А тебе я скажу...

Только где ты? Тебя вспоминаю.


Помню очи твои,

что распахнуты были с любовью,

как объятья любви,

быстрый взгляд под широкою бровью.


Видно, кожа твоя

и шагреневой кожи дорожи,

вся истлела скорбя,

да в огонь. О, прости ее Боже!


Оживляю тебя.

Поднимаю из пепла живого.

Я сама не своя.

Да и нет больше в мире такого.

14 ноября 1987


***

Братец мой из русской сказки:

чуть наивен, добрый, тих,

не менял он в жизни маски,

то, что смог, то и постиг.


А быть может все как надо,

если надо так, как есть,

у него прекрасна Лада,

ей хвала моя и честь.


Но вот братец реже с мамой,

с каждым днем тоскливей ей.

Не тоскуй, мамуля-мама,

встречи час бежит быстрей.


У вас холод ходит, бродит,

заморожено стекло.

Пар из форточки выходит:

"От Сергея вам письмо!"

9 декабря 1987


***

Бабушка, прости меня родная,

потревожила сегодня я твой прах,

в жарких спорах, с речью выступая,

о тебе сказала впопыхах.

Ты ко мне явилась этой ночью,

лет пятнадцать нет тебя со мной.

Говорить и с кем, о жизни прочной

я пыталась, только не с тобой.


Ты жила, где грамоту не знали -

в прошлом веке, чаще без врагов.

А лечить могла - о, это все признали.

Жаль, на свете нет твоих шагов.

Добротой и тактом понимала,

ты все то, что многим не понять,

а ученость ты не занимала,

ты душой могла весь мир объять.

19 декабря 1987


***

Зациклились люди, зациклилась я,

заботы забрали все время.

А в мыслях? А в мыслях семья,

добра, чуть проросшее семя.


Бегу я по кругу обычных забот,

едва различая красоты природы,

но круг тех забот, он зациклен, не тот,

что может родить к жизни оды.


Не жду я добра, не надеюсь на радость,

живу напряженным трудом,

и только бывает случайная слабость,

меня вдруг качнет ветерком.

29 декабря 1987


***

Я должна кого-то в мыслях

и лелеять, и хвалить,

и в стихах, подобно в письмах,

о любви все говорить.

Мой избранник, все быть может,

и не знает обо мне,

но зато он ум тревожит,

залетая лишь во сне.


От него мне очень нужно,

чтоб хоть только иногда

ненароком, неуклюже

он встречался мне всегда.

И не надо очных ставок,

не любовник, а герой

он моих стихов и сказок,

а пристрастие - долой.


Я совсем неравнодушна

к человеческой красе,

к умным людям, их душе,

к их небесной чистоте.

Красота и совершенство -

их приятно созерцать,

право, лучшее блаженство,

коль о них смогу писать.

1986


***

Поэзию держала в стороне,

я лиру пробудить боялась,

замуровала чувства я в стене,

и молча не писать старалась.

Круговорот событий и борьбы,

обрушился суровой лавой.

Какая школа страшной кабалы,

бредет ко мне далекой славой!


Как исхитрялось множество людей,

обрушивать все муки ада,

вокруг ходили маски всех зверей,

и жизнь - как в клетке зоосада.

А надо было браться за перо,

не унывать от горькой встречи,

и все проблемы быстро унесло,

от быстрой на бумаге речи.

1986


***

Жизнь моя по плечу не любому,

охватить ее разом нельзя,

может, шла бы она по-другому,

но была бы уже не моя.


Постоянно во всем сомневаюсь,

я не знаю: люблю - не люблю.

Ну чего я еще добиваюсь?

Почему свою душу гублю?


Я в опасность летела стрелою,

пусть весь город шумит, говорит,

лишь бы был бы он рядом со мною,

быть одной мне судьба не велит.


Отрешенно страдая, с мечтами

я ходила, не видя толпы,

так же слухи бродили домами,

огибая неверия столбы.


Я металась, не зная порою,

где, куда же беда завела?

Почему над моей головою

постоянно летела стрела?

1986


***

Миллиарды звезд на свете,

а нужна одна звезда.

Солнце нам нужно на небе,

пешеходам - поезда.


На большом, огромном шаре

миллиарды человек.

Но для счастья жизни в паре,

нужен лишь один навек.


Миллиарды дел на свете

и профессий всех не счесть.

Но в душе у человека,

лишь одно призвание есть.


Миллиарды звезд.

Миллиарды дел.

Миллиарды человек.

А нужна звезда,

нужен человек,

И одна профессия

1986


***

В горшке цветочном без цветка

купался воробей,

работа радостна, легка.

И счастлив воробей.

Он набросал земли вокруг.

Он разметал крупинки.

И весел маленький наш друг

посеял он смешинки.

1986


***

В воздухе повисли звуки песен,

грустные и нежные слова,

кто-то был печален или весел,

чья-то из судьбы прошла глава.


Что-то и тревожно и зовущее,

и без фальши девичьих интриг,

действовало нервно и гнетуще,

вызывая в сердце грустный крик.


Звуки угнетающе замолкли,

память потревожили скорбя,

а глаза мои от слез промокли -

это я припомнила тебя.


Вдруг еще взлетели и пропали

несколько печальных грустных нот,

будто листья осенью опали,

и лежат под снегом без забот.


Чувствую печальный стон под снегом,

слышу все отчаяние души,

песня отпечаток счастья века,

горе песней лучше потуши.

1986


***

Дорогой мой лев - дракон,

от барана Вам поклон.

У барана шерсть - чешуйки,

серебрятся от воды.

У барана уши длинны

и не видно бороды.


У барана хвост короткий.

В беге он довольно ловкий.


Очень ловок наш баран,

он волкам не по зубам.

Только радует бычок, -

он хороший рос сынок,

в поросенка год родился,

и прилежно так учился.


Дочка - дева - заинька,

далеко не паинька.

Так живем и поживаем

и добра не наживаем.

Вам, любезный мой дракон,

от баранчика - поклон.

1986


Приезд мамы


Жизнь моя слегка перевернулась,

изменилась на какой-то миг:

мамочка ко мне опять вернулась,

ум спокойствие постиг.

Отдых, как воздух, необходим,

он добавляет жизненных сил,

сил для борьбы, для работы, семьи,

сил, чтоб самой от себя не уйти.


Нервы мои не всегда отдыхали,

много трудились и часто вздыхали,

то увлекалась любовью я,

то о работе все были слова.

Как изменился мой взгляд на мир!

Мама приехала в мой антимир.

Все переставила мне по - порядку,

вновь разрешила себе я зарядку.


Я о любви много пела недавно,

в ней я искала забвенье свое,

и находила, и часто теряла,

горько теряла, и вновь за свое.

Сколько несчастья мне это несло.

Да, но и это однажды прошло.

Я изменилась, пусть временно, пусть.

Грусть позабыть бы, любовь не вернуть.


Да, и зачем возвращать и мечтать?

Раз отгремело, ушло и прошло?

Тяжко мне было с детьми и садами,

как безнадежно всегда уставала!

И улыбалась, и плакала я,

я и счастливой, несчастной была.

Все пролетело, прошло, отшумело,

вот и сижу, и пишу я несмело.


Молодость вся отгуляла, прошла,

зрелость приходит тихонько сама.

Зрелость, все знаешь о жизни, да все, то,

что не знаешь, то знать - не дано.

Помню, пришла я девчонкой совсем,

тихой была и спокойнее всех.

Сын уже рос, я училась еще,

но я спокойной была все равно.


Но постепенно крутились года,

я изменилась для ада сама.

Дети росли и давила работа,

спать постоянно мне было охота,

Я уставала в дали или близко,

и утомлялась от мелочи жизни,

и суетилась, любила, страдала,

и постоянно почти горевала.


Нервы мои напряженные были,

силы мои на семью уходили.

Плохо мне было. Ох, худо. А я?

Я лишь работу меняла всегда.

Мама нужна, пусть мне тридцать уже,

мама нужна наяву и во сне.

Милая мама, ты месяц была,

к жизни вернула и силы дала.

02 апреля 1982


Юность


В Павлодаре, на квартире,

жили мы среди цветов,

привыкали к местной пыли,

отвыкали от садов.

Папа так хотел работать

агрономом где-нибудь,

ну, а мама так сказала:

'О совхозе ты забудь!'


Дали нам кусок степи,

где и травы не росли.

Папа посадил свой сад,

но водою вышел враг,

затопил он этот сад,

этот враг.

На другом куске степи

дела лучшие пошли:

вырос сад - огород

и забот на круглый год.


Работал папа столяром -

работа тяжела,

ну, а мама - поваром,

жизнь простая шла.


Брат всегда с ребятами

голубей гонял,

мало его помню,

он меня не знал.

Знаю добрый парень,

временный моряк,

Сахалина гавань

был его маяк.


Очень добрый человек -

бабушка родная,

прожила почти что век,

счастья мало зная,

В прошлом веке родилась,

замуж вышла рана,

доля горькая далась,

да вся доброй стала.


Через год детей рожала

и счастливая была,

что не каждый год качала

по ребенку детвора.

Мой отец был предпоследним,

уж за сорок родила,

а совсем уже последней -

двойня малая была.


В интересном доме

в Павлодаре жили,

в доме из картона

жили, просто жили.

Без удобств, с соседями,

вода из колодца.

На крылечко вышли мы -

видим много солнца.

Рядом школа из картона,

выгибается стена,

и два темных коридора -

но довольна детвора.


Подрастала девушка

с русою косой,

с русскою фигурою,

с русскою душой.

Коса русая до пояса,

взгляд спокоен и правдив,

не отстрижено и волоса,

а характер уж строптив.


Километры, километры,

то на лыжах, то бегом,

то с футболом, то с мячом,

и все рядом с Иртышем.

Километры, километры

по реке, по Иртышу,

и на ялах, на байдарках,

и на лодках - все спешу.


В школе нашей выпускной -

белое платье и волос волной.

Кружим по залу с подругой вдвоем:

Шумный оркестр мы, танцуя - собьем.

Нет, пожали, лишь сдвинули с места:

В вальсе кружится двойная невеста.

Ноги устали и шум в голове,

Но еще классом идем мы к реке.


Темное небо светлеет и вот -

Белый корабль перед нами плывет.

Музыка тихо звучит за кормой,

мы очарованы первой зарей.

Сбросили туфли, идем по воде,

ласковый ветер бежит по волне.


Коса моя подругам надоела,

вот ножницы садовые берут,

(сама обстричь я волосы, не смела),

и под углом мне волосы стригут.

Упала вся коса моя землю

в саду, где зелень пышная росла,

и до сих пор я с грустью помню,

как без косы домой пришла.

Как мой отец был не доволен,

и как кричала я во сне,

но месяц был событьями весь полон.


Стояли первые, июльские деньки

и буйной зеленью деревья все покрыты,

и тренировки были у реки,

и в институт пути не всем закрыты.

Экзамены стучались в дверь ко мне.

За столиком, под кленами, в прохладе,

задачи я решала день-деньской,

и не осталась я в накладе -

попала в институт родной.


А осенью в совхоз нас отправляли,

где золотились хлебные поля,

и где зерно под солнцем оставляли,

видимо убрать его нельзя.

Какая степь лежала перед нами!

Какие ровные, бескрайние поля!

А горизонт? Он весь был перед нами!

Как ты прекрасна, милая земля!

А ночью небо? Нет его огромней!

А звезд - то звезд! Какая красота!

И жизнь была спокойной и привольной,

нас окружала жизни доброта.


Снег оседает, солнце сияет -

мне восемнадцать лет.

Подруг собираю, друзей приглашаю

и места свободного нет.

Квартира новая " с иголочки",

блестят полы от краски новой,

а наши девочки на "гвоздиках"

танцуют в ритме твист веселый.

И пол становится с рябинками,

в нем дырок маленьких не счесть,

забьются дырочки соринками

в ту восемнадцатую честь.


Летний зной по городу гуляет,

первый курс остался позади,

молодость в дорогу отправляет.

Окраина, добрая, прими!

Лишь четверо суток в дороге,

и вот серебро тополей,

С подругой стою на пороге...

судьба застучала сильней.


Три брата подруги выходят,

знакомлюсь и в дом прохожу,

и теплые струи восходят

от дружбы, что здесь нахожу.

Старший брат. Зову на Вы.

Седоват, умен и строен.

О, превратности судьбы:

он лишит меня покоя.


Позади экзамены, лето настает,

и студент однажды в три часа встает.

Он одет спортивно, за спиной рюкзак.

Конь - огонь - велосипед был готов на старт

оседлал он быстро свой велосипед,

по стране России был велопробег.

Без палатки, у дороги, ночевал студент,

к девушкам подъехать, он еще не смел.


Города мелькали у него в глазах,

птицы ему пели песенки в садах.

По дороге приближался солнечный Кавказ,

и мозоли знать давали о себе не раз.

А кавказский перевал встретил льдом, снегами,

а рюкзак, велосипед за его плечами.

Он на цыпочках к снегам бодро поднимался,

падал камушек к ногам, медленно снижался.

Обжигал студента луч, солнечной планеты.

Ну, а льдинок путь колюч, рвал его штиблеты.


От Кавказа к Крыму путь его лежит,

едет он тихонько, больше не спешит.

Он приехал в город свой, здесь дом его родной,

а уехать он не смог - потерял покой.

Добрая и теплая окраина

подарила первую любовь,

та любовь на счастье нам подарена,

чтоб продлить родную нашу кровь.


Это будет позже, а пока

были велогонки и бега.

Для свиданий выбрана дорога,

а для испытания - стога.

Их мы миновали без ущерба,

на пути теперь была вода.

Здесь качались камыши, да верба

и лукаво щурилась судьба.


Он, она два сильных человека.

Небо, вода и песок.

Здесь, западня была очень глубокой,

но воспитание впрок.

Схватка была и пером не опишешь,

вместо медали - синяк,

Все ничего и спокойно вновь дышишь,

нужен лишь только пятак.


Две недели пролетели,

словно ветерок,

мы разъехаться успели -

писем был поток.

Он в Москве - я в Казахстане.

Где свиданью быть?

И решили на Урале

в зимушку побыть.


Южного Урала красота,

зимние, прекрасные леса,

на лыжне встречали нас

в светлый и прозрачный час.

А затем на Северный Урал

к другу в Качканар меня позвал.

У друга славная семья,

меня невестой назвала.

Здесь вместо праздничных столов,

блестел для нас ледок катков.


Дремучие леса Урала

и были вместо стен для бала.

На лыжах уходили в лес,

с благословением небес.

Старые уральские отроги

в дружбе с горной, стройною сосной,

по увалам лыжные походы

требуют энергии большой.

Дома поднялась тревога:

- Дочь пропала.

- Где?

- В дороге.

- Нет, приехала.

- Одна?

- Привезла и жениха.

1982


Детство


Молодая мама: стройная, красивая.

Молодая мама: добрая, счастливая.

Волосы короной темные лежат,

А глаза огромные сливами дрожат.

Счастье излучают карие глаза,

Да за счастьем горем к ней пришла беда.

Умер брат мой старший - маленький совсем,

Стала мама старше, стало горько всем.

Кровь она сдавала, что б его кормить:

Не было ни крошки, надо чем-то жить.


У отца туберкулез в это время был,

И едва - едва - едва он на свете жил.

От болезни мать спасла доброго отца,

А себя не берегла, хоть меня ждала.

Вскоре родилась и я, а затем брат младший -

Это и была семья, с бабушкою старшей.


Пятнадцать метров в комнате - пятеро живут,

Но уютно в комнате, дружно хлеб жуют.

Криков здесь не слышно - тихие слова,

Детство мирным вышло - славные года.

Мама на работе, почти каждый день,

Вся она в заботе, помню, словно тень.

Дали нам квартиру, с ней одна беда:

в потолке сквозь дыру крыша нам видна.

Окна здесь большие и второй этаж,

Печи есть большие, ладно, хоть дом наш.


Отец мой больной - уголь носил,

И печь ледяную со стоном топил.

Любимцем папы был наш сад,

любил он яблони и груши,

и мы совсем не знали ад,

а вот любили сказки слушать.

Сказки сказывала бабушка,

сказки нам читал отец,

только добра наша матушка

уставала под конец.


В центре города Челябинска,

где заводов дым и чад,

жили мы своим Челябинском,

и растили дружно сад.

Здоровья отца становилось вновь хуже,

и печи топить он не мог.

Да, климат ему совсем другой нужен,

но кто б ему в этом помог?

Пытались мы уехать в Крым,

и мама там нашла работу,

но я развеяла все в дым:

дышать я не могла там что-то.


И папа выбрал Павлодар:

там солнце, воздух и вода,

а он любил всегда сей дар,

любил всегда, всегда, всегда.

Челябинск. Вокзал.

Старый, бывший вокзал.

Узлы, чемоданы и давка.

На новую жизнь наша ставка.


Юная девушка, братик и мать,

едут к отцу, что б его повстречать.

Девушка хорошая, пригожая,

на березку, тополек похожая,

русая коса висит до пояса,

выросла она в "Железном поясе".

Родилась - то на седом Урале,

Прожила тринадцать юных лет,

А теперь вот едет в "новый свет",

в Казахстан в степные дали.


Поезд подошел. Семья в вагоне,

дружно провожает их родня.

Вот уже вдали Челябинск, горы,

впереди - огромные поля.

Представьте: небо, степь и солнце,

так можно ехать целый день.

Вот то, что видно ей в оконце,

забыта здесь деревьев сень.

02.1981 (события 1951-1964)

Остановись, мгновенье!


Где-то цех грохочет в шуме городском,

каждый что-то хочет в городе своем.

Стройными рядами кульмана стоят,

и совсем не стройно люди здесь сидят.


Кто уткнулся в кульман, чертит не спеша.

До чего работа наша хороша!

Кто сидит и правит труд напрасный свой.

Вот, что представляет каждый сам собой.


Рвет бумагу Стасик, губу укусил.

Ольга трет резинкой старенький курсив.

Шум стоит в отделе, говор в телефон,

Лев стоит у двери, не смолкает он.


Вера все смеется в кульман, глядя свой,

тихо улыбнется над своей мечтой.

Наш студент недавний Витя здесь сидит,

и вполне прилично первый труд творит.


У коляски с сыном Галя в этот час,

а вот Виктор первый на "прессах" сейчас.

Наш начальник славный спит спокойным сном.

Говорят, сегодня, что в отгуле он.

1980


***

Впервые ненависть я вижу,

впервые грубы Вы со мной,

возможно грубость заслужила,

иль стали чувства с сединой...


Я буду делать чаще вид,

что с вами будто незнакома,

у новых женщин будьте гид.

Нет на реке нашей парома.

31 октября 1980


Спать пора


Девочка, дочурка, Леся,

очень много в тебе спеси!

Сколько можно угнетать

своим шумом наши уши?

Слушай, Леся, ты послушай:

надо спать по вечерам и ночам,

и немножечко хотя бы по утрам.

Днем не спишь - не беда,

ночью спать - всем пора,

слышишь, чудо - детвора?

Спать пора!

Ты усни, унеси с собой шум.

Ты усни, отдохни от дум ум.

12 ноября 1980


***

Я чувствую, как дни пусты,

пусть рядом дети не грустны,

меня спокойствия лишают,

и, в общем - то мне не мешают.

Но день пустой, унылый, грустный,

заполнен весь делами дома,

где смех и крик детей задорный,

не убирает в горле кома.

Мне жаль те дни, когда тебя не вижу,

и жаль те дни, когда тебя не слышу.

16 ноября 1980


Час


Нам 20, 30, 40 лет

работаем все вместе,

мы инженеры - технари,

конструктора. Вот вести:

стоим у кульмана порой

иль у соседа за спиной -

помочь в работе надо,

хоть мы и не бригада.


Лаборатории состав

естественно различен,

но кто-нибудь, кому-нибудь,

возможно, симпатичен.

Работе время отдаем,

но где же час веселья?

Ведь дома ждет всех нас семья,

и там не до безделья.


Кругом работа и забота,

но отдохнуть-то всем охота.

И для ума нужна разрядка,

для ног конструктора - зарядка.

Решили праздник вместе встретить,

день конституции отметить,

но ресторан не по средствам,

квартиру нам никто не дал.


Уговорила мужа я.

Согласна вся моя семья,

что годовщину Октября

мы встретим точно у меня.

С годами тает часть друзей,

коль общей нет работы,

а город наш он молодой,

и близкие - далеко.


Желанный вечер создан был,

все дружно говорили,

и в танцах не остыл наш пыл -

все веселы мы были.

И вновь работа, кульмана,

но взгляды потеплели,

нужны такие вечера,

чтоб душу нашу грели.

1980


Женщина


У женщины полно забот

и их, конечно, полон рот:

семья, любовь, квартира,

работа, спорт и лира.


Знакомьтесь, вот моя семья:

мудрейший муж ее глава,

он физик от физтеха

и в жизни не помеха.


Наш сын идет стопою мужа,

ему не страшен ветер в стужу,

велосипедное седло

с кровью отца ему дано.


А дочка наша ходит в сад,

она у нас милейший клад,

хотя добра, но то не диво,

но вот капризна и плаксива.


Вот просит сын связать пилотку

или купить игрушку - лодку,

а я хочу себе жилет,

но дочка просит уж берет.


А сесть вязать смогу тогда,

когда закончены дела.

Смотрю кино, вяжу - берет,

как - будто дела больше нет.


Бывают, выпадают дни,

когда с детишками одни,

тогда могу и шить, и штопать,

хоть дети будут рядом топать.


И если юбку шью к весне,

то дочь кричит: "А когда мне?"

И кухня часто меня видит,

квартиру надо не обидеть.


То надо мыть или варить,

то чистоту вещам дарить.

Успеть самой все, что за диво?

Не будет жизнь тогда красивой.


Мои помощники растут

и часть забот себе берут.

И пусть не кончены дела,

но на работу мне пора.


Дочурку собираю в сад

и это просто сущий ад.

Готовлю завтрак и обед,

с едой чтоб не было бы бед.


И если время еще есть,

то утром бегаю я в лес.

Зарядка силы мне дает,

фигуре стройность придает.


Теперь косметика лицу

и я готова хоть к венцу.

И вот НИИ, где я конструктор.

В моих изделиях есть редуктор.


Мой кульман шорох издает.

тихонько радио поет.

Работа так не утомляет,

когда мечта над ней витает.


Два стука в спорте я люблю

и звуки милые ловлю:

стук волейбольного мяча,

до сей поры влечет меня.


И милый сердцу лыжный стук,

спасает от любых недуг.

В часы душевного тепла,

душа становится светла.


Когда вдруг пишутся стихи,

портретов пишутся штрихи.

У женщины полно забот,

порой их просто полон рот.


Семья, Любовь, Квартира,

Работа, Спорт и Лира...

20 октября 1980


Ждем врача


Семь утра. Алеся спит.

Мама ходит, не шумит,

в голове ее тревога:

дочь ее больна немного.


Спит ребенок неспокойно,

рот открыт, не дышит нос.

Дочку в сад будить не стала.

Вызвала врача.

Вскоре дочка встала, плачет сгоряча.

Есть она не хочет - слезы на глазах.

С братиком не ладит - крики на устах.

До обеда дочь не ела,

но в двенадцать - захотела.

Борщ весь съела и арбуз -

вот хороший карапуз.


Мама Лесю усыпляет,

книжки для нее читает.

Мама спит. Алеся - нет.

Для нее открыт весь свет:


дочь косметику берет.

Красит губы. Духи льет.

Пудрит нос, наводит тени,

в краску давит массу клея,

рвет бумагу, не жалеет.


Дочь в труде, болезнь забыта.

Мама с головой укрыта.

Три часа. Врача все нет.

И порядка в доме нет.


Мать встает. Дочь не ругает.

Потихоньку убирает.

Все приводит в прежний вид.

Смотрит: чу, Алеся спит.


Шесть часов. Готовим ужин.

После ужина опять,

дочь ложится на кровать.

Вновь читаем стихи, книжки,

вижу глазки у малышки

начинают засыпать!


Вдруг звонок! Про сон забыли.

Дочка радостно бежит.

Врач любимый не спешит.


Говорит: 'Кто здесь болеет?'-

открывает Лесе рот,

видит, гланда вверх ползет.


- У ребенка - фарингит,

но при этом бодрый вид'.

Врач ушла. Алеся спит.

Кашель слышен. Нос сопит.

1980


Игра


Дорога железная. Пульт управленья.

Алеша пред ним на коленях стоит.

Руки движенье на пульте

и тепловоз бежит к юле.

Наш тепловоз бежит, бежит.

На полотне - бревно лежит.


Вдруг искры, пламя, замыканье!

И тепловоз встал на дыбы,

но клубы дыма не видны.

Аварией малыш встревожен,

играть теперь решил он строже.

Туннель построил и вокзал,

и тепловоз свой вдаль послал.


В туннель, из кубов, он ныряет,

и тепловоз вдруг выплывает,

толкая пред собой вагон.

Вагон здесь даже не помеха,

но для Алеши он утеха.

Вот тепловоз наш вновь бежит,

везет, везет вагоны,

в вагонах хлеб, бензин, дрова,

но перед поездом стена,

стена из кубов не страшна,

и сброшена с пути она.


А поезд вновь бежит, бежит,

диспетчер-мальчик не спешит,

вдруг надоела вся игра,

наверно спать ему пора.

1980


Отец


1.

Парень красивый, глаза голубые,

добрые очи стихами полны.

Парень рабочий, детали стальные

щедро выходят из-под фрезы.

Но вот беда, война пришла

и лирику жизни его забрала.


Он добровольцем покинул края

и ехал туда, где уже шла война.

В тяжкие годы война уводила,

в разведку, в атаку водила его,

смертями и ранами силы губила,

но он был сильнее себя самого.


2.

Солдат вернулся на Урал,

туберкулез он принял в дар,

в цеху родном простужен,

но жизни он был нужен.


Хирург Вишневский его спас.

Шесть ребер удалил, но спас!

Он стал отцом, детей растил

и на Урале сад садил.


3.

Позвала его в дорогу целина,

и в вагоне голова его видна.

Мой отец в степи сажает сад,

садит сад, как много лет назад.


Разъезжались дети кто куда,

над отцом нависла вдруг беда:

рана старая в ноге заговорила,

не ходи, и не работай, говорила.


Молод был отец лицом и строен,

а из очереди крик: 'Ты недостоин!'

Мой отец от грубости вдруг слег,

похудел и рак в него залег.


4.

Отец болел, врачи его спасали,

но два лишь года жизни ему дали.

Он боли все отчаянно сносил,

и первый же укол его скосил.


Красивее всех на свете - был отец,

и добрее всех на свете - был отец.

А глаза его сияли красотой и добротой,

как уральские озера, чистой светлой глубиной.


5.

За плечами: фронт, победа,

раны смерти и борьба,

где над жизнью все висела

постоянная беда.

Но силен был мой отец!

Телом, духом, наконец!

Был поэтом он в душе,

был учителем в мечте,

агрономом по призванью,

столяром по состоянью.

30 ноября 1980


***

Волосы русы, глаза голубые,

юный, спокойный во время грозы.

Парень рабочий. Детали любые

щедро выходят от встречной фрезы.

Грозною силой приходит война.

Годы на фронте. Случайность одна.


Как-то однажды на линии фронта,

в трудную ночку разведок, атак,

он был задержан карающей ротой.

Жизнь закачалась с расстрелами в такт.

"Вовка же это, разведчик он наш!"-

спас друга крик для рожденья Наташ...

1980


***

Что-то в душе странное,

что-то в душе жалкое.

И в глазах несчастье,

на лице беда.

Жизнь вокруг прекрасная,

и погода ясная.

Дети улыбаются,

смотрят на меня.

Я же страшная нервная.

И для всех я скверная.

Что же вдруг случилось

в жизни у меня?

Муж мой усмехается,

грустно улыбается.

А детишки с радостью

тянут апельсин.

А я все суровая,

будто нездоровая,

и колючки, кажется,

от меня идут.

Тут я улыбнулась,

над собой смеясь.

Дети подбежали,

больше не таясь.

Дружба вновь вернулась

с радостью в наш дом.

5 декабря 1980


***

А женщины в душе актрисы,

им нужен свет, признанье, смех.

Они по жизни биссектрисы,

мужчин все делят и успех.

Их сцена - жизнь, а зрители в движенье.

Пусть остановятся. И вот оно - мгновенье:

в душе великолепное волненье.

11 декабря 1980


***

Твое имя известно давно,

и любимое сердцем оно.

В твоем имени нежность и власть,

в твоем сердце забота и страсть.


У тебя ничего не прошу,

но судьбу свою вновь ворошу.

Ты люби меня верно свой век,

буду я для тебя лучше всех.


Ласков будь и приветлив всегда,

не люби ты других никогда.

Твои очи полны тишины,

мне они бесконечно нужны.


Страсть очей ты другим не дари,

ты любовь свою мне подари,

ты люби меня светом очей,

ты люби меня все горячей.

11 декабря 1980


***

Решил уехать. Поворот.

там будет сад и огород,

и там совсем другой народ.


Там дом всего в один этаж,

где буду я раба и паж,

а может не входить нам в раж?


Там надо огород вскопать,

и вовсе некогда поспать,

иль лучше мне тебя послать?


Нет, мне не нужен чуждый дом,

ведь от него сплошной садом,

а вдруг и он уйдет под слом?

12 декабря 1980