# Четвертое отречение - 1. Глава 5

Олег Волховский

Глава пятая, в которой герой попадает в замок Монсальват.

Я чуть коснулся руля, и "Фольксваген" послушно вписался в очередной поворот. У обочины стоял парень, по виду студент, и голосовал. Бывало, мне тоже приходилось выходить на трассу. Однажды попался "летающий КАМАЗ". Дождь жуткий, трасса мокрая, а деревья за окном так и мелькают. Смотрю на спидометр: "ноль". "А что со спидометром-то", - спрашиваю у водилы. "Да сломан давно". Оборачивается он ко мне, и до меня доходит: "баба". Я усмехнулся, вспоминая автостопскую юность, подрулил к краю дороги и остановился.

Парень был высок и худ, волосы имел черные и слегка вьющиеся, а черты лица тонкие и благородные. Я подумал, что, наверное, так выглядел д'Артаньян, если добавить усы и бородку. Когда он устраивался на сиденье справа от меня, мне почудилось в его облике что-то неуловимо знакомое, как забытое слово, которое крутится где-то на периферии сознания, а вы все никак не вспоминается.

- Quo vadis? - спросил я. Это было одно из немногих выражений, которые я помнил на латыни, кроме компьютерных терминов, так что не очень надеялся, что пойму ответ.

- Здесь недалеко, в горах, - ответил пассажир по-французски и мило улыбнулся. И снова, как молния, которая на мгновение осветила какое-то скрытое знание и вновь погасла. Эта улыбка! А главное, я понял, что он сказал, и понял с легкостью, труднообъяснимой полузабытыми уроками пятнадцатилетней давности. Испанский, теперь французский... Интересно, это общее правило?..

- Вы студент? - я с удовольствием отметил, что говорить по-французски тоже получалось.

- Да-да, сейчас каникулы. Путешествую автостопом.

Он зачем-то внимательно изучал мои руки, спокойно лежащие на руле. Да нет ничего примечательного в моих руках!

- Сорбонны? - с уважением поинтересовался я.

- Да, - рассеянно ответил он. - Сейчас будет развилка. Вы не могли бы повернуть налево, на верхнюю дорогу? Здесь недалеко. Это не займет много времени.

Я пожал плечами и повернул налево. В общем-то, я не торопился. Верхняя дорога оказалось уже и вилась в тени буков и акаций, действительно круто забирая вверх. Слева возвышались желто-черные отвесные скалы, с гротами в зарослях плюща, а справа, далеко внизу, лежала долина. Желтые поля подсолнухов и светло-лиловые кукурузы, аккуратно разгороженные проволокой на низких колышках и узкими полосками кустарника на лоскуты частных владений. Луга с белыми французскими коровами. А дальше, по отрогам гор, - темная зелень елового леса. И "chateau", "chateau", "chateau" (то бишь замки) торчащие почти на каждой горе.

Мы повернули, и скалы сменились пологим зеленым склоном. Вдруг двигатель заглох, и машина остановилась, как вкопанная. Я выругался, вылез из автомобиля и открыл капот. Насколько я любил водить машину, настолько и ненавидел копаться в ее внутренностях. Компьютер - другое дело. У компьютера кишки чистенькие, приятные. А здесь все в каком-то масле и бензином воняет. Моих скромных знаний в области автомобилестроения не хватило на то, чтобы найти поломку, и я с досадой захлопнул капот и вернулся в машину. Попытался завести. Тщетно.

Студент, усмехаясь, посмотрел на меня.

- Встаньте и выйдите из машины! - тихо, но властно сказал он.

- Так вот оно что! - взбеленился я. - Это твои проделки! Что, ограбление? Не пройдет!

В бардачке у меня хранился пистолет, которым я, правда, не особенно умел пользоваться. Но все же я молниеносно кинулся к нему. Бардачок оказался пуст. Зато в бок мне упиралось что-то твердое.

- Это то, что вы искали, - спокойно заметил автостопщик. - Встаньте и выйдите из машины. Пистолет заряжен, сами знаете. Это не ограбление.

- А что же? - возмущенно спросил я, вылезая из "Фольксвагена".

- Гораздо хуже. Вверх по склону. И не заставляйте меня ждать!

- Что хуже? - попытался выяснить я, но парень требовательно смотрел на меня, а еще требовательней на меня смотрело дуло пистолета. И я поплелся вверх по осыпающимся камням и сухим колючкам.

Наверху поддельного студента ждали два амбала, одетые, как ни странно, в цивильное, и на меня уставились еще два ствола.

- Камиль! - бросил "студент" одному из амбалов. - Надень на него наручники.

- Да, монсеньор.

- Жак, держи его на прицеле.

Этот самый Камиль не слишком вежливо заломил мне руки, я дернулся и уперся локтем во что-то твердое. Это оказался амбалов живот. Очевидно, дополнительный объем бандитам придавали надетые под пиджаки бронежилеты.

Перед моим носом появился чистенький белый платочек и мелькнули тонкие пальцы "монсеньора". Он завязывал мне глаза.

- Пошли!

Дорога поднималась вверх между колючими кустами. Скорее всего, ежевики. Здесь она с успехом заменяет колючую проволоку в оградах частных владений. А частные во Франции даже дороги. Итак, вероятно, мы ступили на чью-то "privé" территорию, что ничуть не сказалось на ее окультуренности. Трава и скользкие камни, наверное, выступы скалы. Подозреваю, что мы шли просто по целине, по горам. Но упасть мне не давали, заботливо поддерживая под руки.

Вскоре впереди послышался гул, поднялся ветер. "Вертолет", - предположил я и оказался прав: меня запихнули на сиденье, и мы поднялись в воздух. Трудно сказать, сколько мы летели. Недолго. Может быть, полчаса. Там, куда мы приземлились, меня извлекли из вертолета, долго вели по каким-то лабиринтам и, наконец, заперли в комнате, так и не развязав и не сняв повязки с глаз.

Время тянулось медленно и занудно. У меня ничего не взяли: часы швейцарские, довольно приличные, документы и кошелек, далеко не пустой - все было на месте. Тогда с чего я им сдался? Выкуп? Они знают, кто я? Они - враги Господа?..

Мои размышления прервал скрип открываемой двери - меня снова куда-то повели.

Винтовая лестница. Холод стены. Гулкие камни коридора. Поворот. Еще и еще. Черт ногу сломает!

Передо мной распахнулись двери и закрылись за моей спиной. Я почувствовал, что кто-то развязывает платок. Повязку убрали, и я чуть не ослеп от яркого света.

Это был большой зал с высокими сводами, судя по каменным стенам и узким, напоминавшим бойницы окнам, принадлежавший какому-нибудь средневековому замку. Сквозь "бойницы" пробивались прямые лучи закатного солнца, широкими светлыми ножами разрезая сумерки зала, и падали на многочисленные штандарты и знамена исключительно пурпурного бархата. На знаменах соседствовали глаза, циркули, треугольники, чаши и различных форм кресты. Я подумал, что у здешних хозяев в голове жуткая каша. Хотя, возможно, каша в голове была как раз у меня.

В конце зала на почетном месте располагалась старинная мраморная статуя, изображавшая пастуха, держащего на плечах овцу, а перед нею вдоль длинного стола на обитых красным бархатом высоких стульях расположилось некоторое общество, возглавляемое давешним "студентом". "Студент" был одет в странные свободные одежды пурпурного же цвета, украшенные кистями. Этот наряд мог бы показаться карнавальным, если бы его обладатель не держался столь величественно. И теперь, когда я уже не принимал его за праздношатающегося автостопщика, когда с него спал этот демократический налет, я наконец понял, кого он мне напоминал. Во главе стола сидел молодой человек отдаленно похожий на Учителя. Его сподвижники были одеты в белое и весьма различались и по внешности, и по возрасту. Был даже один старец, на правом плече у которого сидел огромный орел и лениво переступал лапами. При этом когти его бесцеремонно впивались в плечо хозяина, а тот даже не реагировал. И я подумал, что под одеждой у старика власяница или кольчуга для умерщвления плоти. Она бы ему очень пошла.

Обладатель орла посмотрел на меня каким-то уж очень пронзительным взглядом и кивнул "студенту". Бессмертный? Я поежился. Все это уж слишком напоминало суд инквизиции. Их было двенадцать. Со "студентом" тринадцать.

- Монсеньор Навигатор, - с уважением спросил у "автостопщика" темноволосый "судья" лет пятидесяти. - Вы уверены? Это он? Есть то, о чем вы говорили?

- Да, никаких сомнений. Отец Иоанн того же мнения, - он посмотрел на старца. Тот снова кивнул. Орел расправил крылья и пренеприятно крикнул.

- Да кто вы такие, в конце концов? - наконец выпалил я. - Что вам от меня нужно? По какому праву?

- Меня зовут Жан Плантар де Сен Клер, - спокойно представился "навигатор". - А замок Монсальват.

Я нервно расхохотался.

- Может, и Святой Грааль у вас?

- Смотря что вы под этим понимаете, - серьезно ответил Жан Плантар. - У слова "Грааль" много значений.

- Чашу, в которую была собрана кровь Христа, конечно.

- А-а. Нет, уже не здесь. Мы ее переправили. Ну что, мы удовлетворили ваше любопытство? - тон Плантара стал жестким. - Теперь мы будем задавать вопросы, - не дожидаясь ответа сказал он. - Нас интересует человек, называющий себя Эммануилом. Вы знакомы?

Ну конечно! Кто же еще?

- Вы и главу государства надеетесь захватить посреди дороги?

- Нет. С ним мы поступим иначе. Последнему в роду, конечно, не сравниться с первым, но в данном случае... - "навигатор" задумчиво теребил кисть своего странного одеяния. - Так, значит знакомы. Вас он послал в Испанию? Куда остальных?

- Не ваше дело.

- Вы даже не представляете, насколько наше.

- Монсеньор, - тихо сказал полный лысоватый человек, сидевший справа от Плантара. - Сейчас бесполезно с ним разговаривать. Давайте дождемся Клода Ноэля.

- Я не уверен, что это поможет, - задумчиво проговорил "навигатор".

- Да что мы вообще с ним разговариваем? - возмутился старец. - Он достоин смерти! Надеюсь, здесь все это осознают. И вы, Жан, вы что не понимаете, что происходит?

Орел переступил лапами и хищно уставился на меня.

- Он нам еще пригодится, - спокойно заметил Жан, и я вздохнул с облегчением. - Пусть его уведут.

Меня вели куда-то вниз. Запахло сыростью. Электричества не было - только свеча, что держал один из охранников. Ее трепещущее пламя слабо освещало узкую крутую лестницу со стертыми ступенями и голые каменные стены. Наконец, мы оказались в довольно широком подземном коридоре, оканчивающимся ржавой железной решеткой. Мне развязали руки, отперли решетку и толкнули за нее. Я упал на что-то влажное и слегка колючее и решил, что это солома. Свет свечи удалялся и скоро исчез совсем. Я остался в полной темноте. Рядом что-то зашуршало. Возможно, крыса. Нет, крыса, конечно, очень милое животное, если она ухоженная, домашняя и сидит у тебя на плече. Но здесь! Я представил себе нечто отвратительное и облезлое. Меня передернуло. Я сел на предполагаемую "солому" и обхватил руками колени.

Кто они были, мои похитители? Я когда-то читал о высшем красном масонстве. Похоже. Но причем здесь пастушок с овечкой - "пастырь добрый" - раннехристианский символ? Вроде бы масонам положено почитать Хирама - строителя Иерусалимского храма. Хотя, черт их разберет! И почему они подчиняются этому мальчишке, вплоть до седого старца, смотрящего ему в рот? Что они в нем нашли? Впрочем, наш Господь тоже молод... Но, почему они похожи, Господь и этот Плантар? Хотя, не так уж и похожи, просто, один тип лица.

Казалось, обо мне забыли. Я давно проголодался, но никто и не думал нести еду. Да, конечно, я же, по их мнению, достоин смерти. Зачем им лишние расходы!

Непроглядная тьма давила и сжимала в своих объятиях, как огромный спрут. Я старался дышать ровнее, но воздух был сырым и затхлым. Где-то далеко капала вода.

"Зачем им Учитель?" - продолжал размышлять я. - "Они же не инквизиция. Что Плантар там плел о Монсальвате? Этот замок? Ха! Но, возможно, это какой-то тайный орден, и Учитель их ну никак не устраивает. Сатанисты? Тьфу! А "пастырь добрый"?" Я совсем запутался.

Ладно. Главное выбраться отсюда, если это только возможно.

Я на ощупь обследовал место заключения. Те же каменные стены, что и у лестницы, каменный пол, глухая решетка, причем прочная, не поддается. Я простукал все плиты и стены. Ни одной с глухим звуком! Прощупал швы между камнями. Безнадежно! Если бы у меня хотя бы был нож!

В животе бурлило, но глаза слипались. Наверное, уже было давно заполночь.

Я обреченно устроился на вонючей соломе и позволил себе заснуть.

Меня разбудил шорох где-то наверху и, кажется, вскрик или стон. Я сел на полу и открыл глаза, от которых, впрочем, все равно не было никакой пользы. Но вот в коридоре замерцал свет свечи. Я вскочил и прильнул к решетке.

- Петр, - донесся до меня тихий шепот. - Ты здесь?

- Боже мой, Марк! Я не сплю? Это, действительно, ты?

- Я, я! Потише! У них здесь охраны, как в президентском дворце!

- Как ты нашел меня?

- Потом расскажу. Некогда сейчас языком болтать!

Послышался звон ключей, и решетка со скрипом открылась. Я бросился на шею Марку.

- Спасибо! Ты мой единственный друг!

- Отцепись. Потом будешь благодарить. Нам надо еще наверх подняться.

Наверху я споткнулся о труп одного из охранников, но это меня уже не особенно расстроило, ибо в лицо мне ударил ночной горный ветер, наполненный пением цикад, напоенный запахами трав, акаций и кипарисов.

Мы находились на небольшой скальной площадке, и прямо перед нами стоял вертолет с лопастями, обвисшими, как уши побитой собаки.

- За мной, к машине! - скомандовал Марк и кивнул в сторону вертолета.

Я бросился за ним. Мы забрались в кабину, и Марк деловито уселся на место пилота.

- Ты, что умеешь водить вертолет? - удивленно спросил я.

- Конечно, не зря же Господь поручил мне охранять тебя, как дитя малое. Я много чего умею, - и он явно со знанием дела начал нажимать какие-то кнопки и рычажки. Двигатель завелся, и вертолет плавно поднялся в воздух. Я оглянулся. Справа от нас, действительно, возвышался замок с четырьмя увенчанными зубцами башнями. Старинный замок. Кажется, это называется романский стиль в архитектуре. А над черным силуэтом замка в зеленоватом небе плыла огромная полная луна. Наш вертолет качнулся и круто забрал влево, влетев в узкое ущелье между скалами. И "Монсальват" скрылся из виду.

- Ну, так как ты нашел меня? - спросил я, когда мы поднялись над вершинами гор, они уже не целились в нас черными выступами, и мне стало спокойнее.

- Купил старую развалюху у хозяина кемпинга и поехал за тобой.

- Зачем?

- Господь поручил мне это. Я же говорил. Он велел не оставлять тебя без присмотра.

- Какая забота! - я даже обиделся. Что я, младенец, которому нужна нянька! Хотя, с другой стороны, лестно.

- Если бы не я, ты так бы и остался в том подземелье.

- Ладно, не занудствуй! А дальше?

- Дальше я нашел твою брошенную машину и поломанные колючки на склоне. А недалеко от вершины - место посадки вертолета. Потом было труднее. Но я встретил какого-то местного пастуха и порасспросил. Он сказал, что вертолет полетел в сторону ущелья. Там, вроде бы, что-то есть. Но они, местные, туда не ходят. Место дурное. Скалы отвесные, осыпи, каменный хаос. В общем, оттуда еще никто не возвращался, как с того света. А я пошел. И ничего. Правда, по скалам пришлось полазить.

Мы оставили вертолет и пересели в машину Марка.

- А как же мой "Фольксваген"? - с сожалением спросил я.

- Плюнь! Меченая машина. Они знают твой номер.

Я вздохнул.

- Куда теперь?

- В Австрию.

Я удивленно поднял брови.

- Приказ Господа. Я получил от него письмо, по компьютеру.

Научил на свою голову! Марк ради службы таки освоил эту премудрость. Я им искренне восхитился.

- Опять самолетом? - обреченно спросил я.

- Я не сумасшедший в аэропортах светиться.

Я вздохнул с облегчением.


В первом же кемпинге я попросил телефонную книгу. Жана Плантара там не оказалось, верно, имя было вымышленное или, возможно, телефон запрещен к распространению. Зато Клодов Ноэлей было, по крайней мере, человек триста. Я просмотрел первые пятьдесят и сломался.

- Извините, можно ли от вас выйти в "Интеррет"? - спросил я у хозяина.

- Ну, если заплатите...

Я кивнул.

Я запустил "Интеррет Explorer" и вызвал поисковую систему. "Плантар - старинный дворянский род, ведущий свое происхождение от королей из династии Меровингов". Гм... Интересно. Дальше шел список этих самых "Плантаров" с годами жизни. Последним в списке следовал Жан Плантар, оказавшийся несколько старше, чем я думал. Ему было около тридцати, и только у него не был указан год смерти. Значит "последний в роду"...

Клодов Ноэлей, к счастью, оказалось значительно меньше, чем в телефонной книге. И я мужественно решил просмотреть все две дюжины имеющихся там личных страниц. Врачи, адвокаты, ресторан "Ноэль", ателье Клода Ноэля, одеколон "Клод"... Вот! "Клод Ноэль - экзорцист." Я хмыкнул. Неужели из меня хотели изгонять бесов?

А потом я не поленился организовать поиск на "Фуа". Все-таки в настойчивом марковом "почему фуа?" было рациональное зерно. "Фуа - небольшой городок в Пиренеях, бывшая столица графства Фуа. Имеется старинный замок. Ныне инквизиционная тюрьма и представительство Святейшей Инквизиции". Последняя фраза была только на одном из десятка ситусов.

Я задумчиво встал из-за компьютера, вышел из комнаты и вернулся в машину к Марку. В Фуа нам нечего было делать. Он был прав. Святой Игнатий послал нас прямиком в лапы инквизиторов.