# Стихи 2025 года

Лев Константинович Зазерский

Без аннотации

Книга Не меняются книги - меняемся мы: Видим новое, что не увидели прежде. Из неё что-то взяли когда-то взаймы, Но тогда молодые мы были невежды. Заглянули мы в книгу однажды опять - Будто всё там теперь почему-то иначе. Мы, читая, вернуться надеялись вспять, И нежданной не можем поверить удаче. Как же эту тогда не заметили мысль! Мимо глаз незаметно прошла эта фраза! И, наверно, вообще мы не поняли смысл, Осознать не смогли вдохновенье рассказа. Книгу можно прочувствовать словно вино: Чем старее, тем вкус у него всё богаче. Если что-то талантом большим рождено - Прочитай много раз. И ещё раз в придачу. Показатель Есть интегральный показатель: Живут ли люди хорошо? Такой вот общий знаменатель, Что, как, к чему в стране пришло. Как в ней заботятся о людях. Как учат, лечат, ценят их. Там совесть, честность в людях будят, Или всё делят 'на троих'. Сей показатель интегральный, Поскольку сходится всё в нём. В нём всё сливается реально: Цена продуктов и геном. И показатель этот - смертность, От всех родившихся процент. Растёт - в стране живётся скверно, А падает - в стране расцвет. У нас растёт неумолимо: Что год - нас меньше на миллион. Что ж остается нам? Вестимо: Мигрантам низкий бить поклон. Но, братцы, это ж не Россия - Другой язык, менталитет. Была великой Византия. А где она? На картах нет! Далёкое Мы ходили, от страсти немея, У реки, вдоль её берегов. И, наверное, помнят аллеи Еле слышный шорох шагов. Вот и остов старой беседки, Где губами коснулся губ. Но прознали про нас соседки - Накрутила мне мама чуб. Говорила: тебе не пара - Ты ещё безусый юнец. А её, как будто с пожара, В город увёз отец. Теперь здесь деревьев мало - Остались мшистые пни. Наше прошлое время украло И нельзя ничего изменить. Дни наши Прошедший день ушёл за горизонт. Прощай! Ты был не хуже, чем другие. Я слышал отдалённый птицы стон, И видел облака от солнца золотые. И ветер шевелил заснувшие кусты, Когда я вышел с вечером проститься. Свисали с листьев капельки росы, Осенний лес был выткан пёстрым ситцем. Подруге говорил я нежные слова - Она ж воспринимала только чувства. А после видел сны до самого утра, Как в 'Поисках утраченного ..' Пруста. Рассвет. Восход. Пахнуло настоящим. День начался, обычный как всегда. Прощальные слова и слава нашим павшим - Пришла такая к нам всеобщая беда. Царь. Бояре. Народ У нас известно - царь хороший, Бояре, вот, не хороши. Царь озабочен царской ношей. А челядь что же? Челядь - вши. Сосут чужую кровь прилежно, Гнездятся в государства швах, Живут в столицах безмятежно. А сколько сыты на местах? Зудит страну невыносимо, В чужие рты течёт доход. Но так уж издревле. Вестимо: 'Каков сам поп - таков приход'. А народ у нас терпеливый. Верит в Бога. И верит царю. Любит выпить и водку, и пиво. Честно любит родную страну. Он пока что спит по берлогам, Но скажу вам, как на духу: 'Проснётся... Помолится Богу... И всё разнесёт... В труху'. Весенние слёзы Нет, не надо плакать - Ночь дана для сна. Слёзы - осень, слякоть. А у нас - весна! Видишь за окошком Расцвела сирень, Подожди немножко Снова будет день. Ну и что ж, что лужи, Или даже лёд - Это просто кружит Дней круговорот. Пусть себе покружит, Ты не унывай! Холода снаружи - Был бы в сердце май! Мир Мир бесконечен, многолик, Он динамичен и изменчив. Наш Бог, наверное, шутник, Создав клубок противоречий. И мудрый диалектик Бог, Кто по сравнению с Ним Гегель. Сплести Он микро с макро смог, Как будто мирозданье - мебель. Сменяя циклы бесконечно, Бог время закрутил в спираль. А чтоб мы не были беспечны, Дал нам в напутствие Скрижаль. И стало жить легко и просто: Чти Богом созданный Завет. Но не учёл Он - есть прохвосты, А против них законов нет. Безмолвие Безмолвие сжимает сердце нежно - Ты будто в мире образов и грёз. И даже кажется, что смерть не неизбежна В бездонной мгле и блеске дальних звёзд. В звенящей тишине проходит мимо время, Где можешь повстречаться сам с собой, Решится невзначай какая-то проблема, На душу снизойдёт обманчивый покой. Мелькнёт ответ на спорные вопросы, И, может быть, постигнешь жизни смысл. Чиновный беспредел покажется курьёзом. А главное, поймёшь, что не напрасно жил. Безмолвие словно беседа с Богом. Вы с Ним одни. Вдвоём. Наедине. Поговорить с Ним хочется о многом, И кажется, что здесь ты с Богом наравне. Свои Как не помочь своим? Они ж свои! Поможешь им - они тебе помогут. Они не выдадут в решающие дни, А в день трагический не дрогнут. Пусть этот свой бывает не умён, Зато поддакнет в нужную минуту. Свой в строй своих единый заключён, И не плеснёт тебе в стакан цикуту. Как хорошо! Да плохо для страны - Успех рождается в борьбе противоречий. Холуй не ведает перед страной вины - Ему привычнее угодливые речи. Он занял пост, он врос в него корнями, Приказ любой он исполняет слепо, Как и патрон, обзавелся 'друзьями' - Таков костяк, а по-простому, 'скрепа'. Какой тут Монтескьё и 'Дух законов' - Где все свои, там власть неразделима. Она, по сути, хунта компаньонов - 'Непогрешима' и 'неуязвима'. Про старость Старость - это прах воспоминаний Прошлого, оставившего след. Промахи былые слабо ранят - У ошибок и успехов паритет. Всё на удаленье и в тумане: Зыбко и не точно словно сон. Или, может, фильмы на экране - В общем, это прожитого клон. Ценны в нашей жизни не детали - Важно испытать в ней всё сполна. И того достигнуть, что мечтали. Жизнь испить словно вино, до дна! Нестерпимо! Нестерпимо, когда убивают детей! Невозможно, когда стариков убивают! Все мерзавцы - виновники этих смертей До сих пор почему-то на воле гуляют. Все, кто дали и выполнил этот приказ, В том числе даже те, кто не думал о детях. Даже, если однажды, всего только раз, Должен руки готовить для жизни в браслетах. Должен знать, что всем миром он проклят навек! Должен помнить: от грязи ему не отмыться! И неважно при этом солдат ли, стратег, Не поможет ему даже в бункер забиться. Он для рода людей словно Каин - изгой! Весь свой род, запятнавший невинною кровью. И не смоет проклятья фальшивой слезой, Покаянием, схимой и ханжеской скорбью. Маскарад Не различить ни лиц, ни слов, Как будто все надели маски. Глядят поверх воротников - Так врать способней без опаски. Расскажут небыли и быль, Что где и как у нас в подлунном. Встряхнут и вековую пыль При этом с видом крайне умным. Вранья привычного поток Без устали вливают в уши. Враньё под маской не порок. Но как сокрыть за маской души? Любопытство Мы знать хотим - мы любопытны, Что в нас самих, и что во вне. В желанье знать мы ненасытны, Все вместе и наедине. Каков наш мир? Куда несётся? И есть ли у Вселенной край? И что непрочно, что в нём рвётся. Что с ним случится невзначай. Гармонии мы ищем в звуке, Вибраций познавая смысл. Создать сумели наши руки То, что нашла однажды мысль. Мы страстно ищем смысл жизни, И воплощаем в жизнь мечты. И даже Бога в себе ищем - Его духовной красоты. И так от самого рожденья, От первых неумелых слов В нас мир находит отраженье. Пусть он и вовсе не таков. На краю Земли Где бы не был - стоишь на Земли краю, Выше небо и облака. Звёзды в небе видны и птицы снуют - Не добраться до них никак. Да и дел немерено у нас на Земле - Не закончить до жизни конца. Но любит копаться народ в барахле И брать в поводыри слепца. А слепой не видит, вести люд куда - Бродит впотьмах крУгом. Так раз за разом и приходит беда - Друг изуродован другом. Цветок Цветок, раскрывший лепестки, Благоухающий дурманом, И счастьем, и любви обманом. Стихами, музыкой тоски. В нём всё, о чём мечтали люди, Когда увидели цветок. Пробудит он любой росток, Давно заложенный по сути. Что в радость нам и в грусть дано, Что часто выразить не в силах. Чему нас жизнь не научила, Но пробудила вдруг весной. Сокрытая природы тайна - Мы сами, как бутон цветка. Все чувства скрыты в нас, пока Вдруг не проявятся случайно. Странник Отдыхает Солнце в облаках, А Земля от солнечных лучей. На погосте отдыхает прах, И журчит без устали ручей. Мы, как ручей. Покой нам только снится. Душа в нас временно осталась на постой. Мы чуть заснём - она взметнётся птицей. Душа - наш вечный странник за мечтой. Реинкарнация Может, не меняют люди души, Оставляя старые тела? И такой расклад наверно нужен, Чтоб душа бессмертье обрела. Чтобы снова в этой новой коже Пережить, что было так давно, Или что-то новое поможет Отыскать, что в прежней не дано. То понять, что я не понял раньше, Что прошло, коснувшись лишь крылом. Снова встретить души рано павших. И её поцеловать тайком! Кувшин Кувшин нашли в египетской пустыне, В нём свитки незапамятных времён. О них ещё не знают люди ныне - Текст свитков был Собором запрещён. Епископы решили так в Никее, Так повелел им цезарь Константин. Надеялись: запреты - панацея, Канон библейский будет всем един. Из множества священных Откровений Четыре лишь составили канон. Посредник - Церковь. Нет иных суждений. И быть тому навеки испокон. Да только всё не вечно под Луною - Кувшин хранил пергамент от Фомы. Там сто цитат Христа со всею полнотою Явили, как бы вдруг, нам свет из тьмы. Он говорил: не где-то Бог на небе - Бог в нас самих, а также Он вне нас. Познай себя, иначе люди слепы. Познай себя, войдя в глубокий транс*. И не проси спасения у Бога, Оно приходит при познании себя. Искра Его в тебе. И нет пути иного - В себе ищи, искру Его любя. *Транс - это изменённое состояние сознания, при котором происходит снижение критической фильтрации и повышение восприимчивости к внутреннему опыту. Это особое психофизиологическое состояние, в котором ослабляется влияние внешнего мира, а бессознательные процессы становятся более доступными.

Доколе?


Опять не счесть в России вдов,

Детишек без отцов.

И тех, кто потеряли кров,

И подленьких льстецов.

Всё меньше жителей в стране -

За год, на миллион.

Опять мы в этой западне,

Как было испокон.


***

Но говорят: 'Всё хорошо!

А будет ещё лучше!'

Предание, увы, свежо

Для наших душ заблудших.

Нам обещали коммунизм

В годах восьмидесятых,

Но вышел вдруг капитализм

С гурьбою вороватых.

Так и идёт из века в век -

Всё веруем в посулы.

В верхах очередной 'генсек',

А мы? А мы - в загулы.


***

Война идёт, а рядом смерть,

Она от войн неотделима.

Когда же сможем мы прозреть,

Поняв, что смерть непоправима.

Что в мире нет таких проблем,

Которые важнее жизни.

Её нельзя сравнить ни с чем,

Ну разве, с верностью Отчизне.

Нам 'не убий' велел Господь,

А мы моря пролили крови -

Всё также истязаем плоть,

Как и Христа - венец терновый.


Добро


Мы налегке приходим в мир,

Не зная, что нас ждёт,

И кто нас Бог или мессир

По жизни поведёт.

А жизнь сложна и коротка,

И время - воск свечи.

Нельзя узнать наверняка,

Где хлеб, где калачи.

Но как бы ни было, добро

Ты делай по пути.

Не зачерствей в пути душой

А также во плоти.

Теплом согрей, кто одинок,

Несчастных - пожалей.

И помни: бедность не порок -

Сумей смириться с ней.

И знай: вернут тебе стократ

За всё, что сделать смог:

За мерзости - дорога в ад,

Хвала - кому помог.

Любовь после себя оставь.

Простить успей. помочь.

И что сумеешь, то исправь,

Пока ещё не Ночь.


Наш мир


Взгляни на мир - он так прекрасен,

Хотя так полон мир невзгод.

Будь этой жизни благодарен

За всё, что жизнь тебе даёт.


Себя впиши в чудесный мир,

Чтобы остаться в нём надолго.

Ты человек, а не иголка,

Поставь, как древние, 'менгир'.


Быть может, хижину в лесу,

А может просто домик-дачу,

И виноградную лозу

По стенам домика в придачу.


Благодари за каждый день,

И каждый день жалей ушедший.

Наполни счастьем день расцветший.

День каждый - новая ступень!


Да, в мире существует зло.

Несчастия. Людская глупость.

Но чтобы счастье проросло,

Неси в душе иную сущность.


Мы тоже чудо этих мест,

Без каждого наш мир не полон.

В всеобщем хоре каждый соло,

Но свой у каждой жизни крест.


Своя дорога


У каждого своя печаль,

Свой взгляд на мир, свои заботы.

Мы все живём под неба сводом,

Но разную мы видим даль.


А там в неведомой дали

У всех людей свои виденья,

Любовь, несчастья, озаренья.

Я повторюсь: только свои.


Но нет прямого в даль пути -

Лишь только серпантин тропинок,

Гора изношенных ботинок

И страстное желание дойти.


Всё не вечно


В этом мире всё конечно -

Только лишь на срок.

Всё! От жизни человечьей

До худых сапог.


Наше Солнце светит ярко,

Миллиарды лет,

Но потом там станет жарко -

Водорода нет.


Даже и в самой Вселенной

Всё идёт в разнос,

Гравитации на смену -

Разбеганье звёзд.


Правда, всё идёт не быстро -

Лишь взведён курок.

А пока не грянул выстрел,

Пьём на посошок.


Уходим


Уходим мы. Уходят дети.

Мы навсегда в пространства тьму.

Из дома дети по планете -

Не дай то бог, чтоб на войну.


Их непонятный детский лепет

Мы будем помнить до конца,

Всегда испытывая трепет

От бесшабашности юнца.


И мы всегда за них в ответе,

Испытывая боль и страх.

Мы без детей одни на свете

С слезой прощанья на щеках.


Нам нет страшнее ожиданья,

Что день грядущий принесёт:

Письмо ли, долгое молчанье,

Иль наземь рухнет небосвод.


Но мы всегда живём надеждой,

Что наши страхи - тяжкий бред,

Что дети с нами, как и прежде,

За ночи тьмою ждёт рассвет.


О пропаганде


Ну, что сказать про пропаганду?

Попробую, куда ни шло.

Она про нас - не про Уганду -

У нас тип-топ, всё хорошо.

Она не любит революций:

От них в стране сплошной разор.

А результат довольно куций -

Кому успех - кому позор.

Война? Да что там - ерундишка,

И не война, а СВО.

Мы победим! Вперёд мальчишки!

Там не чужое - там своё!

И что нам Трамп? Да свой он в доску!

Их власть - дурак на дураке.

Захочется? Их всех в лепёшку,

Упрутся - бомбой по башке.

Что санкции? Сплошная глупость!

От них хужее им самим.

И что с них взять - сплошная тупость,

Мы их, конечно, обдурим.

И всё ж не плюй на пропаганду -

Не мысленный же онанизм.

Она возносит в люди банду.

Пример - в Германии фашизм.


Ночью


Час поздний - всё темно окрест.

Цикад хрустальное журчанье.

Их несмолкающий оркестр

Ночное нарушал молчанье.

Затихли море, небо, сад -

Как будто вся земля уснула.

В бездонном небе звёзд парад,

Луна в небесном карауле.

Мне кажется, я здесь один -

Я одинок в бездонном мире.

Мир - это храм. Я блудный сын -

Лишь звук в божественном клавире.

Но жизни вздох раздался вдруг

Волны, катившейся на берег.

Жизнь хороша. Я жизни верен,

Минутный одолев недуг.


Встреча


Уж утро. Сумрак поредел -

У время есть всему предел.

А дни октябрьские тают:

На миг взглянул рассвет в окно,

Оставил на стене пятно,

А за окном синичек стаю.


Из дома вышел на крыльцо -

Осенний ветер бьёт в лицо.

Бегут вдоль улицы ограды,

Теряясь в предрассветной мгле.

Светлеет поздно в октябре,

И видно только то, что рядом.


А рядом с домом ты стоишь.

Листва берёз на скатах крыш,

И листик жёлтый на косынке.

И, как у женщин повелось,

Из-под косынки прядь волос

Скрывает ранние морщинки.


В глазах искрится озорство -

Улыбки женской колдовство.

Тепло тебе в пальто осеннем?

Октябрь - ещё не скоро снег -

Не так уж быстр природы бег.

А каждый теплый день бесценен.


Я знаю - не меня ты ждёшь:

Я с тем, кого ты ждёшь, не схож.

Но разве так уж важно это?

Улыбку, взгляд мне день принёс,

Прядь твоих вьющихся волос.

Чего ж ещё ждать от рассвета?

Ты дня счастливого примета!


За окном наших дней


За окном наших дней листопад -

Ветер дни нашей жизни срывает.

Это года привычный обряд,

Дни, увянув, сбиваются в стаю.


Каждый год неизвестно куда

Беспощадно уносит их ветер.

Дням привычно сливаться в года,

Мы за дни и за годы в ответе.


Помним мы каждый прожитый год -

Чем мы старше, тем он нам дороже.

Жизнь за всё предъявляет свой счёт,

Год порой - непосильная ноша.


Листья жёлты на года ветвях,

Да и листьев всё меньше и меньше.

Их не стоит считать второпях,

Лучше помнить любивших нас женщин.


Ну, а бабушкам помнить мужчин,

Кто принес в этой жизни им счастье.

Дом, где ноги согреет камин.

И любимый браслет на запястье.


Сады шумели ...


Сады шумели слабо за окном,

А воздух полон их благоуханья.

Нет никого, и только мы вдвоём,

Да в окнах звёзд серебряных сиянье.

Их свет сверкал на люстры хрустале,

Мерцал на белых клавишах рояля,

И на груди в брильянтовом колье

Вдруг три звезды нежданно засияли.

'Сонаты Лунной' до диез минор

Звук соткан был как будто светом этим.

Безбрежная тоска, а может быть укор,

С сонатой к нам идут через столетья.

И те же чувства ожили вновь в нас -

Любовь минувшая восстала из забвенья.

Она как будто бы жила в нас, затаясь,

И лишь ждала толчка для пробужденья.


Не всё, что было в жизни, помним мы -

Всё, что случалось, так неравноценно.

Пустые дни, как правило, немы,

Но счастья миг живёт в нас незабвенно.


Живём...


Живём в привычной с детства данности,

В которой часто мало истины.

Но мы привыкли к этой странности

И веруем в неё воистину.

Жизнь компромиссами усеяна,

В ней крайне мало человечности.

И остаётся лишь рассеяно

Мечтать, а что там дальше в вечности.

Порой замучает бессонница

В часы ночного одиночества -

Она с людьми не церемонится,

Зато приемлема для творчества.

Так и живём насколько можется,

Поскольку нет другого выбора.


Естественно, проблемы множатся -

Такое время нынче выпало.


Поздняя осень


Поздняя осень. Холодное утро.

С веток слетает листва.

Всё у природы устроено мудро -

Создано без озорства.

Лишь кое-где одинокие астры

В ярком, осеннем цвету,

Словно бы неприкасаемых каста

Где-то в индийском порту.

Астры - последняя лета улыбка,

Как никогда мне нужна.

Время такое: тоскливо и зыбко -

Выбрала жизнь времена.

А между соснами ветер осенний

Грустное что-то поёт.

В лестнице жизни опасны ступени

Раз впереди поворот.


Предостережение


'Чего ты хочешь, человек, - однажды спросит Бог, -

Я мир построил для тебя, чтоб ты прожить в нём смог.

И жизнь я создал, и вложил в тебя и мозг, и разум.

И дар любови ты получил за всем за этим сразу.


Чтоб ты трудился - создал день, и ночь, чтоб отдохнул.

И море самых разных чувств я в грудь тебе вдохнул.

Когда смешались вы в толпу, дал заповедей десять,

Чтоб вы учились мирно жить и не могли 'чудесить'.


Потом я к вам Христа послал - он вас любви учил.

Но кровь вам людям, что вода. Он вас не изменил.

А вам всё мало, молят: 'Дай!' И вам совсем не стыдно.

Всем скопом вы хотите в рай, как за тарелкой сбитня.


Для жизни вашей на Земле я всё, что нужно, дал.

Теперь зависит лишь от вас, каков Земли финал.


И помните, что на планете,

За всё вы все в ответе!'


Любовь


Всё суета? Но не любовь!

Любовь - это души смятенье,

Восторг, безумство и томленье.

Всё передать - не хватит слов.


Любовь приходит невзначай.

Незнамо как. Невесть откуда.

Ты сам любовь не обещай -

Нельзя познать такое чудо.


А чуда можно ждать всю жизнь,

Но полон мир наш чудесами.

Любовь - одна из тех святынь,

Что дарят счастьем нас веками.


Ночное купание


Озеро. Берег. Кусты. Сосна

в лучах заходящего солнца.

С запада нежно освещена

Золотым отливом червонца.


Стемнело. По озеру лёгкая дрожь,

Сменяющие друг друга краски.

Луны в тумане блестящий грош

Меняет причудливо маски.


Дорожка бежит по воде от луны,

По верху, не проникая глубже.

Вечерний ветер из тишины

Донёс аромат заблудший.


А через час царила луна уже,

Окружив серебряным ореолом.

И тени легли, как её протеже,

Простершиеся перед престолом.


Словно слабо мерцавший опал

Светилось озеро в матовом блеске.

Свет созвездий с неба упал

И утонул в глубине без всплеска.


Мягко вода встречала меня.

Ласковая, нежная, любопытная.

Смыкалась за мною, меня дразня,

Уступчивая и ненасытная.


У воды свой волшебный язык -

Казалось, мне что-то обещано.

И вдруг невольно вырвался вскрик:

'О вода, ты влюблённая женщина!'


Из "Библии"


Где много мудрости, там много и печали -

Познание лишь умножает скорбь.

Бывает часто радость, смех вначале,

И казнь потом под барабана дробь.


Есть радость красоты и красота печали,

Не долговечна первая порой.

Увянет красота, когда её предали.

Герой погиб, но он в веках герой.


И лишь одно не может кануть в Лету,

Дороже мудрости и славы, и богатств.

Она великими поэтами воспета,

И за неё не жаль ни жизни и ни царств.


Первый поцелуй


Мы с нею встретились случайно.

Давным-давно. Весной цветущей.

День ясным был необычайно -

Цвели в садах сирени кущи.

Плыл аромат по переулку,

И музыка звучала где-то.

Её изящная фигурка

Для взгляда милая примета.

Мы были с ней едва знакомы,

И вот негаданная встреча.

Пошли мы рядом. Невесомо

В посёлок наш спустился вечер.

И этот вечер был прекрасен,

Был нашей юностью овеян.

А разговор был так несвязен -

Уста в смущении немели.

Я взял, прощаясь, её руку,

И вдруг столкнулись губы наши.

Я пил тогда почти в испуге

Из этой драгоценной чаши.

Но первая любовь не долга -

Цветок весны недолговечен.

Мы дети дачного посёлка,

Где взгляд чужой страшней картечи.


Жизнь


В этом мире всё проходит,

Кадр за кадром, как кино.

В нашей жизни хороводе

Все мы связаны в одно.

А сплетение с другими -

Очень тоненькая нить:

Так сложилось, что мы с ними -

Это нам не изменить.

Кто по жизни с нами рядом?

Мать, отец, сестра и брат.

Позже, это наши чада,

И друзей бесценный клад.

Есть случайные соседи,

С кем сближает нас нужда -

И сидишь в одной карете,

Прешь к чертям, невесть куда.

Жизнь очень прихотлива,

Привередлива судьба.

То всё прямо, то всё криво,

Тишь, покой, а то борьба.

В этом жизненном спектакле

Дважды не играешь роль.

Море жизни в каждой капле.

В каждой жизни свой пароль.

Филины


Овраг в лесу. На склонах сосны.

По дну к реке бежит ручей.

Проходят лета, зимы, вёсны,

Сменяло утро тьму ночей.

А здесь всё также тихо, сыро.

Всё также спит лесная глушь.

Как будто с сотворенья мира

Сменялись дождь, снега и сушь.

Гнездо своё здесь птицы свили

В корнях поваленной сосны,

И молодой был счастлив филин

В гнезде красавицы-жены.

Как только небо чуть серело,

За завтраком летал самец.

Подруга дом совместный грела,

Ждала супруга в их дворец.

Пришла весна - дни всё длиннее,

Бурел и начал таять снег.

Друг к другу их влекло сильнее,

Как всех живых из века в век.

Он к ней летел в порыве страсти,

И в ней кипела таже страсть.

Чудесно это 'птичье' счастье

В себе жизнь будущую прясть.

Ну, как кому, а птицам летом

Нет дел важнее, чем птенцы.

В лесу поляны многоцветны -

Птенцов там учат их отцы.

Так время и текло в овраге:

Тринадцать лет за годом год.

Стареют птицы-бедолаги,

Слабеет их ночной полёт.

Приходит осень, осень жизни:

Тоскливы ночи, дни тусклы.

А за добычей путь неближний

Среди ночной туманной мглы.

В гнездовье мокром и холодном

Друг к другу жались старики.

Что делать? В возрасте бесплодном

Дни так безрадостно горьки.


Но где-нибудь, в другом овраге,

У их потомков молодых

Гнездо. И там в законном браке

Два филина в страстях хмельных,

Как и их предки, век за веком

Свой древний продолжают род.

И будь, хоть птицей, хоть атцеком, -

Любовь, надеюсь, мир спасёт.


Письмо


Ты по земле идёшь, как странник,

И на твоём пути немало зим и лет.

Кто в жизни ты? Избранник ли, изгнанник:

Узнаешь лишь в конце пути ответ.

Зима ли там, где ты, или весна?

Не знаю. Пусть всегда там будет солнце.

Пусть будет жизнь твоя другим нужна,

Но вспоминай меня, когда тебе взгрустнется.

Нет, не было еще такой любви, как наша -

Нет в мире двух таких, как мы с тобой.

Ещё не до конца любви испита чаша,

А расставаться нам с тобою не впервой.

Стучится ветер птицей в наши окна,

Он так привык: стучаться без нужды.

Но не прикажешь сердцу - сердце вздрогнет.

А может быть, стук ветра - знак беды?


Лыжная прогулка


Зима. Декабрь. Снег на крышах.

Дощатый домик. Край села.

'Давай скорей наденем лыжи,

Чтобы вернуться до темна'.

Снег пеленой между стволами.

Косым лучом пронизан лес.

А где-то в далеке столбами

Дымятся трубы до небес.

А лес притих. Лишь только птица

Вдруг пролетит между ветвей,

А на полянке копошится

У шишки стайка снегирей.

А иногда от кочки к кочке

Тянулся ровный лисий след.

А по осинникам цепочки

Пушистых белок-непосед.

Так шли, спускаясь и взбираясь.

Он впереди, она за ним.

Друг другу изредка бросая:

'Послушай!' или 'Посмотри!'


Смеркалось. Солнце стало низко.

Пора вернуться. Вот и дом.

Умылись. Ужин без изыска.

И в койки... Каждый о своём.

Они уже давно знакомы:

Прошла пора первой любви.

Хотелось ей жить в общем доме

И в нём ласкать детей своих.

В гостях перед его друзьями

Ей надоело быть никем.

И часто не спалось ночами

От этих горестных проблем.

А он вполне и так был счастлив:

Она же с ним и хороша.

Любви в нём искры не угасли -

Живи свободно, не спеша.


Он сладко спал. Проснулся поздно.

Её постель была пуста.

Взял сигарету в рот нервозно,

Так и не поняв ни черта.


Воспоминания


И в будущем, и в настоящем

Мы ждём, а вдруг случится что-то:

Придёт негаданное счастье,

Иль суженого встретим просто.


А может быть беда случится,

Что делать - все под богом ходим.

Двуногий 'волк', или 'волчица',

Иль что-нибудь такого рода.


Но жизнь не этим лишь богата -

В ней так важны воспоминанья.

Они смутны, замысловаты,

В них ожиданья и терзанья.


Там и несбывшегося много,

А может даже, что похлеще,

Что фантастично и далёко.

В них мир поэзии трепещет!


Восточная притча


Бог создал небо, землю, человека.

Сказал ему: 'Жить будешь тридцать лет.

Здоров и счастлив будешь. Не калека.

Тебя минует бремя тяжких бед'.


Потом осла бог сотворил однажды:

'Ты будешь вьюки и людей возить,

Порою без еды и мучиться от жажды.

И тоже тридцать лет ты будешь жить'.


Осел заплакал: 'Ну зачем мне столько.

Мне хватит половины этих лет'.

А человек просил: 'Прибавь настолько'.

'Ну что ж. Бери', - услышал он в ответ.


Затем задумал бог создать собаку,

И лет ей, как и прежде, тридцать дал.

'Ты будешь зла, - заверил бог беднягу, -

Богатства сторожить, чтоб кто-то не украл'.


'С меня и половины жизни хватит', -

Заверил пёс. А человек опять,

Как будто просит высшей благодати,

Пол жизни пса ему просил отдать.


И под конец бог создал обезьяну

И дал опять ей те же тридцать лет.

'Кривляться будешь ты, как будто спьяну,

Смеяться станут все тебе в ответ'.


Взял человек и этой жизни годы,

И тридцать первых жил, как человек.

Ел, пил, любил, дарил, ходил в походы,

Науки постигал в тиши библиотек.


В ослиные года он наживал богатства,

В собачии - не спал и от воров берёг.

А в обезьяний век терпилой стал злорадства

И слышал за спиной язвительный смешок.


Всё сам просил, а с богом не поспоришь:

Таким ты выбрал для себя век свой.

Не требуй лишнего - с собой не будешь в ссоре.

За всё мы платим дорогой ценой!


У моря


Раскинулись над морем облака,

Как будто это был огромный веер.

И ветерок над гладью моря веял.

А где-то там, вдали, синела мгла.


Казалось мне за горизонтом берег

Какой-то мне неведомой страны,

Где лес на кручах каменной горы,

И ручеёк струится светло-серый.


Прогреты днём деревья до корней,

И чувствуешь их горьковатый запах.

Листы чуть шелестят на веток лапах.

И море синее. Чем дальше, тем синей.


А ночью мир окутан тишиной,

Лишь иногда волна плеснётся сонно.

Прислушаешься к ней завороженно

И вновь в подушку упадёшь щекой.


Под шёпот волн опять мне снится море.

Ему дана над нашим родом власть:

Утешить, если вдруг случилось горе,

И с наших душ обиды смыть и грязь.


Творчество


Три чувства: юмор, красота и долг -

Основа творческих деяний человека.

Без юмора как старое отвергнуть?

А красота - для нового пролог.


В ней радость и нежданность новизны,

И в тоже время - отклонение от нормы

(По внутреннему чувству и по форме).

То, чем так страстно мы восхищены!


Без долга-совести не чувствуешь вины --

Творимое тобой несёт другим несчастья,

А сам любуешься безумью своей власти.

Ты - победитель в ранге Сатаны!


Мир создан от Творения таким,

В нём разное и многое возможно.

Добро и зло соединяются в нём сложно.

Мир создан, но и мы его творим!


В бархате ночи


Нам в бархате ночи

Не видно ни зги,

Здесь время короче

И звонче шаги.

Чуть слышимый шорох,

Как крик пустоты.

Как шаг Командора,

Стук сердца в груди.


Ночная столица

Загадок полна,

И все небылицы

Припомнишь сполна.

Бессмысленно слово

Среди пустоты.

Лишь чувствуешь снова,

Как пахнут цветы.


Прошли лишь минуты,

А мнится века.

Ты близко, по сути,

А так далека.

Но знаю: ты рядом -

Достану рукой.

Меж нами преграда -

Лишь воздух ночной.


Заблудились


Заплутались мы в тайне времен,

Что возможно, а что невозможно.

Жить, как жили всегда, испокон,

Или вектор сменить безотложно.


Жить, прикрывшись платком до бровей,

И без устали кланяться Богу,

Ждать с границы нежданных гостей,

Или новую выбрать дорогу.


Мы уже выбирали не раз,

Но вернулись назад с полдороги.

Может нужен нам чей-то приказ -

Без него не шевелятся ноги?


Мы привыкли ждать окрик вождей:

Пусть заманит, а то и обманет.

И найдётся всегда прохиндей,

Что речами мозги затуманит.


Ты всё также любимая Русь

Заблудилась в туманностях '...измов'.

Ну а я, видно с дуру, мечусь

В пустоте неуклюжих софизмов.


Настоящая любовь


Собаки не врут, признаваясь в любви -

Они не умеют лгать.

Они отдают нам сердца свои,

Как сердце детям мать.


В глазах собаки её душа,

Чувства понятны без слов.

Даже больная, едва дыша,

Она бережёт твой кров.


Её любовь не имеет границ,

Где ты - там её рай.

Много ли в жизни таких крупиц?

Только ты НЕ ПРЕДАЙ!!


Родина не государство


Родина не государство,

Это от слова род.

Родина - лекарство

От пакостей государства

Спасает российский народ.


Приедешь в места родные:

Здесь всё знакомо, своё.

Вспомнишь годы былые,

Тропинки лесные, глухие,

Мечтаний своих громадьё.


Родина - земля духовная,

Прошлого с будущим вместе.

Связь святая и кровная,

И чувства совсем любовные,

Как к наречённой невесте.


Частицу родной землицы

В чужбину уносим с собой.

Родина будет сниться -

Провинция или столицы.

Палисад у дома резной.


За всё и всегда воздаётся -

Такое в мире бытьё.

Бывает с ней связь оборвётся:

Родина без нас обойдётся,

Но никто из нас без неё.


Вот от чего лечит родная земля.

'Как трудно живется на Руси!.. Есть какой-то нравственный гнет, какое-то чувство нравственного измора, которое мешает жить, которое не дает установить гармонии духа и тела, внутреннего и внешнего существования. Фальшь и пошлость нашей общественной атмосферы и чувства безнадежности, беспроглядности давят на нас...' (Иван Аксаков)

Во всем мире есть только две страны для сравнения - это Япония, в которой ничего нет и все есть, и Россия, в которой все есть и ничего нет. (П. Бородин)

'В России две напасти: внизу - власть тьмы, а наверху тьма власти'. (В. Гиляровский)

'Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления'. (М. Салтыков-Щедрин)

'Во всех странах железные дороги для передвижения служат, а у нас сверх того и для воровства'. (М. Салтыков-Щедрин)

'Россия богатая страна. Воруют, воруют, еще и остается'. (Г. Горин)

'Если бы захотеть одним словом выразить, что делается в России, то следует сказать просто: воруют'. (Н. Карамзин)

'Умом Россию не понять' (Ф. Тютчев).

'В России необходимость страдания проповедуется как универсальное средство 'спасения души'. (Максим Горький)

'Для русского человека, который воспитан на христианстве, приправленном Достоевским, страдать - любимейшее дело'. (Андрей Максимов)

'А мы чуть не двести лет как от всякого дела отучены... Идеи-то, пожалуй, и бродят, и желание добра есть, хоть и детское; и честность даже найдётся, несмотря на то, что тут видимо-невидимо привалило мошенников, а деловитости всё-таки нет! Деловитость в сапогах ходит...' (Ф.Достоевский)

'Есть у русского человека бескорыстная любовь к подлости. Он ничего с этого иметь не будет, но гадость ближнему сделает'. (Н. В. Гоголь)

'Какая это старая русская болезнь, это томление, эта скука, эта разбалованность - вечная надежда, что придет какая-то лягушка с волшебным кольцом и все за тебя сделает: стоит только выйти на крылечко и перекинуть с руки на руку колечко'. (Иван Бунин)

'Ожидание чуда есть одна из слабостей русского народа'. (Н. А. Бердяев)

'Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ, и вы, мундиры голубые, и ты, им преданный народ'. (Михаил Лермонтов)

'Россия - государство, победившее разум'. (Михаил Задорнов)

'Русская История до Петра Великого - одна панихида, а после Петра Великого - одно уголовное дело'. (Ф. Тютчев)

'Русские делятся на две категории: на продающих Россию и спасающих ее. К продающим относятся спокойно и берут с них деньги на спасение России'. (Тэффи)

'Русский всегда впадает в крайность. Он или любит, или ненавидит. Ему не хватает свойственного складу ума западного человека последовательного и творческого критицизма. Для русского все либо настолько совершенно, что ничего не нужно менять, либо так безнадежно плохо, что ничего изменить нельзя'.( Р. Капущинский)

'Русские первыми послали человека в космос, потому что они посылают лучше всех в мире'. (В.С.Черномырдин)

'В России действительно удалось сказку сделать былью, правда сказку выбрали уж больно страшную'. (В. С. Черномырдин)

'Пускай нам говорит изменчивая мода,

что тема старая страдания народа,

и что поэзия забыть её должна.

Не верьте, юноши! Не стареет она'. (Н.А.Некрасов)


Небылица

Здесь справедливость важнее свободы,

А равенство родом с общин.

К нам с Запада не прививается мода -

У нас для неё карантин.

Всё чуждое мы запираем в отстойник -

Пусть будет на долго секрет.

Пусть там отлежится пока беспокойна -

Не нашенский менталитет.

Когда-то, быть может, и нам пригодится -

Возможно, сумеем прозреть.

Неужто свобода для нас небылица?

Надеюсь, не будет так впредь.


Перемены


Не помнит вечность слёз,

Им и Москва не верит.

В них память тайных грёз,

Тоска по их потере.

Но грёзы как туман

Развеет жизни ветер,

А сладкий грёз обман

Для блогов в интернете.

Да, часто лгут слова,

Скрывая наши думы.

Порой из озорства,

Но мир же не безумен.

Мир жаждет перемен

И будет их немало.

Пора вставать с колен -

В конце живёт начало.


Кто патриот?


'Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой.

Ни слава, купленная кровью,

Ни полный гордого доверия покой,

Ни темной старины заветные преданья

Не шевелят во мне отрадного мечтанья.'

М.Ю. Лермонтов


Так кто в России патриот?

Кто ей желает блага?

Кто гимн на площадях поёт,

Тряся трехцветным флагом?

Военных жаждет ли побед,

Иль новой территории?

Несёт преданий древних бред,

Что на костях истории?

А может те, кто много крал -

Кто задарма богаты?

Народу пыль в глаза пускал --

'Занежась в депутаты'*?

Не верю я пустым словам:

Не стали мы богаче -

Живём с слезами пополам,

На пенсиях тем паче.

В стране всё менее людей,

И это с каждым годом.

Рождений меньше, чем смертей,

И всё скудней природа.

Нет педагогов и врачей,

Они живут в столицах --

Лечить приятно богачей

И быть при 'важных лицах'.

Давно Россия так живёт -

Никак не 'выйдет в люди'.

Не тот в России патриот,

Кто лизоблюд по сути.


*'занежен в депутаты' - Владимир Маяковский.


Что делать, надо знать!


'... давайте делать что-то,

иначе жить нельзя.'

Чичибабин, 1979 год.


Мы думали известно

И знаем наперёд,

Чтоб жить на свете честно,

Народ ведут вперёд.


Но надо бы сначала,

Куда идёшь, понять,

Чтоб полного развала

При этом избежать.


И натворивши что-то,

Опомнились потом.

Но вроде Дон Кихота

Остались при своём.


Не знали, что нам делать,

И наигрались всласть.

Но мы, как прежде, челядь -

Они, как прежде, власть.


Без смысла и без лада,

Как кто-то нам велел,

Пришли мы к двери ада*,

Где правит беспредел.


Теперь в чести банкноты

В шикарном портмоне,

А бедным - анекдоты

С похмельем наравне.


Но чтобы поворота

Такого избежать,

Не надо делать что-то.

Что делать, надо знать!


P.S. Ад на земле - война.


Я знаю


Я знаю, впереди беда,

Но не сниму я шляпу.

Пусть голова моя седа -

Не надо душу лапать.


Душа, как прежде, молода -

Стареет только тело.

Земля для тела навсегда,

А душу солнце грело.


Мерцают звёзды не для глаз -

Глаза глядят устало.

Душа к галактикам неслась,

Их свет в себя впитала.


Там все начала всех начал,

Что будет и что было.

Там душ ушедших карнавал,

А здесь без душ могилы.


Уснуло время


Тихо. Уснуло уставшее время.

Пятится прошлое вспять.

Время для душ - это тяжкое бремя,

Их же нельзя обновлять.


Тихо вокруг. И немного тревожно

В бездне бегущих времён.

И невозможное стало возможным -

Мир словно вновь сотворён.


Ты ощущаешь себя в новом мире -

Сердце стучится в ответ.

Слышишь как будто бы пенье валькирий -

Прошлого канувший след.


Всё перепуталось. Не было - было?

Праздник, церквей перезвон.

Что восхищало, и что тяготило.

Там, где безвременье - сон*.


P.S. Может быть, 'СТОН'.


Бриллиант мышления


Мы помним прошлое, что было. Это опыт.

Он крепко въелся в человека мозг.

Он слышит новое - гипотез шёпот,

И охраняет мир, чтоб не настал хаос.

Но проверяя верность озарений,

Парадоксальность и загадку новизны,

Он враг, противник будущих свершений,

Что так безмерно человечеству важны.

И потому так нужно вдохновенье,

Которое несёт в себе талант.

Возникшее негаданно прозренье -

Мышления бесценный бриллиант.

Так пробивает новое дорогу

В науке, в этике, в развитии искусств.

Не быстро, постепенно, понемногу,

Среди обычности, ничтожности, безумств.


Не изменить!


Ничто не изменит давнее.

Никто! Даже Господь Бог!

С прошлым борьба неравная -

Это всей жизни пролог.


Знай, если ты сделал что-то,

В чём стыдно признаться себе,

Ни кровью не смоешь, ни потом.

Всё будет в твоей судьбе!


Проблема


Всё в стране изменилось

И цель, и права, и строй,

Вера в закон, а не в милость,

В развитие, а не в застой.

И жить должны бы богаче,

Поскольку рынок не план.

В общем, всё будет иначе,

Как в ряде богатых стран.

Но в жизни бывает не просто,

И созданное ныне любя,

Не жди экономики роста,

Пока не изменишь себя.


Одна строка


Одна строка, всего одна строка!

А сколько чувств и полноты душевной.

Даёт порою строчка из стиха

Душе восторг негаданный, волшебный.

И понимаешь мира красоту,

И как преобразит её искусство.

Найдёшь нежданно путеводную звезду,

И пальцы рук своих сожмёшь до хруста.


Снова весна


Март кончился - он лишь начало,

За ним апрель - рассвет весны.

Сначала медленно, устало,

И ночи в звёздах холодны.

Потом, как будто завлекая,

То отступив, то всё быстрей,

В цветенье ласкового мая

Дни побегут сквозь скорбь дождей.

И в сладком запахе сирени

За маем к нам придёт июнь.

А с ним и в жизни перемены.

Чтоб к лучшему, то трижды сплюнь!


P.S. Через левое плечо.


Ты далеко


Пушистым снегом завалило крыши,

Засыпало деревья и поля.

Ты далеко, и вряд ли ты услышишь,

Как больно сердце бьётся у меня.


Как я скучаю, как во сне мне снишься,

Как мысли о тебе метель уносит прочь.

А снег летит, а сердце в грудь стучится,

Как будто быть в груди ему совсем невмочь.


Твой синий взгляд через снега я вижу.

Сквозь вьюгу слышу шёпот губ твоих.

Ты далеко, но с каждой ночью ближе

Загадочным путём заклятий колдовских.


Память


Нет, не умерли те, кто любимы.

Вместе с нами да будут друзья.

И всё то, что невыносимо -

Позабыть невозможно, нельзя.

Память помнит, наверно, о главном,

Но негаданно вдруг промелькнут

Незаметные мелочи в давнем:

Пруд за домом, травы изумруд,

Звук когда-то услышанной песни,

Скрип калитки в ночной тишине,

Свет звезды в глубине небесной,

Ночь с собою наедине.

И томленье с любимой в разлуке,

Что случается в жизни не раз.

Материнские добрые руки,

Вытиравшие слёзы из глаз.


Может всё это мелочи просто,

Но из мелочей соткана жизнь.

Это всё в моих девяноста:

Розы, канны, репьи и полынь.


Всё о ней


Жизнь без любви пуста. Какой в ней смысл?

И кто же в мире ближе, чем любимый!

В ней близость двух сердец неодолима.

И знает это каждый, кто любил.


Любовь, как дерево, растёт сама собой,

Всё существо опутает корнями.

Проникнет в душу неизвестными путями.

И станет неизбежною судьбой.


Любовь, как молния, удар наносит вдруг.

Обрушится с небес подобно ливню.

Сметёт покой, размеренность, гордыню.

Затянет в колдовской, волшебный круг.


Корысти нет в любви - она не ждёт наград.

С ней подвиг совершить - не труд, а радость.

Не получать, а отдавать в ней надо.

Но потерять её - страшнее нет утрат.


Как станет пусто в жизни без неё!

Как жить тогда, и чем заполнить душу.

И, кажется, что мир вокруг разрушен:

Ушла, ушла ... Нет жизни ... Бытие ...


Как хороши, как свежи были розы. Стихотворение в прозе


1.

Я зашёл в палату. Она лежала в постели бледная, осунувшаяся. Сел на край кровати. Погладил холодные пальцы. Она слабо улыбнулась. Потом будто облачко укрыло её лицо - веки опустились, обозначились морщинки у губ. 'Тебе плохо', - спросил я. Она опять слабо улыбнулась. На столе в баночке стояли две белых розы. Я встал, подлил в баночку воды. Почувствовал их слабый аромат. 'Я завтра опять зайду'. Она чуть пошевелила ладонью.


2.

Мы познакомились в саду. Была ранняя осень. Тепло. Она сидела на скамейке под высокой липой, читала книгу. Я сел рядом. 'Что читаете?', - спросил я. 'Тургенева, 'Вешние воды'. 'Там про итальянку', - вспомнил я. Читал давно. Книг было мало. У соседей по коммуналке я взял книгу, называвшуюся 'Три повести'. 'Ася', 'Первая любовь', 'Вешние воды'.

Мы поговорили о том, что у Тургенева отношения мужчины и женщины как-то не складываются. Потом пошли к выходу из сада. Там стояла старушка, продававшая цветы. Вспомнилось тургеневское: 'Как хороши, как свежи были розы'.


3.

Мы плыли на теплоходе по Волге из Ленинграда до Астрахани и обратно. Круиз. Осень, ещё тепло. Теплоход стоял в шлюзе. Мы стояли у борта. Ночь. Небо полное звёзд. Звезда вдруг покатилась по небосводу. 'Задумал желание', - спросила она. 'Нет. Забыл'. Теплоход начал опускаться. Стало темнее и прохладнее. Мы пошли в каюту.

Мы не часто бывали вдвоём - трое с сыном в однокомнатной квартире. Он у бабушки, а мы здесь в маленькой каюте: слева умывальник, справа шкаф. Две кровати, два кресла у окна и стол между ними. На столе стакан, в нём две белых розы. Уют на двоих.


4.

Едем в автомобиле на дачу. Сын за рулём. Кот никак не найдёт себе подходящее место. Он терпеть не может эти поездки: как увидит, что собираем вещи, так прячется в самый дальний угол. Наконец нашёл - лёг сыну на колени. Видимо, считает это место самым безопасным.

Проехали Выру. Здесь когда-то на станции бывал проездом Пушкин. Дальше мост через Оредеж - на том берегу дом Набоковых. Эти места описаны в повести Набокова 'Другие берега'. Отсюда уже не далеко. Свернули с шоссе - впереди деревенька, где на высоком шесте гнездо аиста. Заезжаем в последний двор, где всегда покупаем молоко.

Ну вот и наша дача. Въезжаем. Под окном куст с цветущими розами.


5.

Я сижу у двери в операционную. Почему-то вспомнил, как после дождя с листика липы скатывается последняя капля: медленно приближается к краю, чуть задерживается на краю и падает вниз, исчезая в мокрой траве.

Вышел доктор. Что-то говорит. Слов не слышу, но ... Он погладил осторожно меня по плечу и пошёл по коридору.

Не помню, как вошел в палату, где лежала она. Палата ещё не убрана. Одеяло сдвинуто к краю, на подушке ямка от её головы, тапочки задвинуты под кровать. Пятнышко на столике - увядший лепесток розы.


Взгляд на историю


Начало сентября. Ещё тепло.

Ещё не падали с деревьев листья.

Но это лето страшно быстро шло

Шагами ненавистного фашиста.


Враг взял Смоленск, и Киев окружён,

И Ленинграда началась блокада.

Непоправимым кажется урон -

До боли невозможные утраты.


Но слишком рано радовался враг:

Не сломлен дух великого народа.

Мы долго запрягаем - это факт,

Но на смерть бьёмся - такова порода.


Враг побывал у нас в стране не раз,

Бывало, и в Москве враги стояли.

И надо было, чтоб Россия поднялась,

И пал Париж, и взят Берлин в финале.


Не ради славы и наград встаёт народ -

За Родину своей он платит кровью.

За отчий дом, за то, что сердце жжёт,

За всё, к чему относимся с любовью.


Истории урок запомнить всем пора:

Полякам и французам, немцам, шведам.

История земли трагична, но мудра --

Любое действие чревато рикошетом.


После потопа


Сверкала гладь небес. Блестели воды.

И сладко пахло разноцветьем трав.

Дни начинались в зареве восхода,

Сменяясь ночью, землю обласкав.


Деревья и кусты качал тихонько ветер.

Среди листвы прохладно было днём.

Прощался день с землёю каждый вечер,

А утром пробуждал и умывал дождём.


И люди стали появляться временами:

То дерево рубил в чащобе дровосек,

Влюблённые, обнявшись, ворковали,

Звенела песня, раздавался смех.


Но вот вдруг загудел весь мир однажды,

Казалось, надвое расколется земля.

Летела смерть друг в друга без пощады,

Всё встречное вокруг испепеля.


И, кажется, опять, как в времена потопа,

Решалась человечества судьба.

Не дай Бог повторить нам Ноя опыт --

Спастись от гибели в ковчеге, как тогда.


В ответе!


Возможно, мир летит в тартарары.

Но можем ли мы, люди, сделать что-то?

А может подождём? Но до какой поры

Нам представлять собою Дон Кихота.


За этот мир мы все вину несём,

С нас спросится на том и этом свете.

Нам кажется: мы к делу ни при чём,

Не думаю - мы все за всё в ответе.


Пусть полный мрак и беспросветна тьма,

Но там за тьмою где-то море света.

И чтоб во тьме мы не сошли с ума,

На месте не стоит - вращается планета.


Что делать и как жить, решает каждый сам -

На каждую болезнь нет общего рецепта.

Хоть страстно хочется поверить чудесам,

Но всё же и от нас нужна любая лепта.


Сад


Мой сад. Там тишина и тени.

Там можно помолчать с самим собой.

И воздухом дышать до опьяненья,

И ненадолго обрести покой.

Там чувствуешь себя непринуждённо.

Искать не надо - лишь раскрой глаза:

Вот бабочка, жук тащит увлечённо

Кусок коры, мух ловит стрекоза.

Бредёшь куда-то тихо по тропинке,

И не куда-нибудь, а просто так.

Кивают дружески рябинки и осинки,

И ласково шумит ветвями березняк.

Найдёшь свою знакомую скамейку.

Присядешь. Что-то вспомнишь наугад.

Ну, может ту девчушку чародейку.

Спасибо, мой любимый старый сад.


Время


Уходит каждый час и каждая секунда -

Вот только что была и нет её уже.

Я видел лишь вчера: тонуло в море судно --

Сегодня пью в тиши шампанского фужер.


Друзья уходят в вечность безвозвратно,

И мы с тобой уйдём, когда наступит срок.

Сменялись на земле день-ночь тысячекратно,

Неисчислимо раз горел зарёй восток.


Не ведает никто, куда уходит время.

Таков ли этот мир, как был лишь час назад?

Но вопреки всему мы остаёмся с теми,

Кто с нами рядом был так много лет подряд.


Туман


Туман. Грохочет вдалеке прибой.

Бьёт колокол устало, равнодушно.

Седые капли на ветвях послушно

Стекают вниз, стуча наперебой.


Туман всё замыкает в малый круг,

Видны лишь очень близкие детали.

Они, то из тумана выступали,

То пропадали, исчезали вдруг.


Светил в тумане солнца тусклый свет,

Оно лишь иногда пятном виднелось белым.

И листья источали запах прели,

Прощальный посылая нам привет.


Всё также сонно рокотал прибой.

Шумел в деревьях голых стылый ветер.

Казалось, он везде, на всей планете,

Встал в эту осень на постой.


Берёт природа наши чувства в плен:

И листьев золото, и мокрый гальки запах.

Потряхивает жизнь нас на ухабах -

Мы падаем, но вновь встаём с колен.


Точка, точка, запятая ...


Ничего важнее точки

В написанье знаков нет.

И в поэзии, и в прозе

Это главный элемент.


Надо ставить больше точек:

Фраза - образ или мысль.

Предложенье - оболочка

И содержит полный смысл.


Но важна и запятая -

Без неё весь слог не чист,

И слова в разброд, как стая,

Прилетят на чистый лист.


Вспышка молнии абзацы,

Позволяют ритм менять.

Чти абзацы словно святцы,

В них слова стоят, как рать.


В целом препинанья знаки

Очень твёрдо держат текст.

А без них слова - ватаги,

Не стихи, а полтергейст.


Раздумья


Вот и осень - оранжевый бред.

Под ногами шуршащие листья.

Время долгих с друзьями бесед

Промелькнувшей поры очевидцев.

Очень быстро промчался наш век,

Что же делать - отмерены сроки.

Не припас мир для нас оберег,

Если даже поверишь сороке.

От судьбы не уйдёшь никуда,

Потому и тревоги напрасны -

Никому не узнать никогда,

Где найдёшь заплутавшее счастье.

Жизнь без счёта событий полна -

Всё, что было и будет, приемлю.

Может статься, нам хватит ума

Не сгубить нашу чудную землю.


Игры природы


Взбегали волны на песок

И отступали, сбросив пену.

Дул лёгкий знойный ветерок,

А море улыбалось небу.

Бежала за волной волна

На берега с весёлым плеском,

Казалось, что волна пьяна -

Ей в море весело и тесно.

А ветер гладил моря грудь,

И с нежной лаской грело солнце,

Надеясь, что когда-нибудь

Чего-то большего добьётся.

Под нежной силой этих ласк

Вздыхало море чуть дремотно,

Нисколько, впрочем, не боясь -

Всё было много раз. Бессчётно.


Приазовская степь


Земля, повитая легендами,

Кто только не прошёл по ней.

Оставили народы древние

Следы под тенью ковылей.

Сарматы, скифы, гунны, половцы,

Татары здесь лежат в степи.

Да головы казачьей вольницы -

'Казачьи чёрные чубы'.

Где проливалась кровь казацкая,

Цветёт татарник по весне -

Цветок, как капля крови алая,

Он в память нам о старине.

За Дон врывалась Русь бродячая:

Искала долю голытьба.

Их кровь казацкая горячая -

Нужна ей битва и гульба.


Над древней Тамариндой сумрак,

Течёт устало Танаис.

В нору свою пробрался суслик.

В степи иная нынче жизнь.

Зажглись в просторе неба звёзды,

Их в глади моря двойники.

Пройдёт неспешно путник поздний.

Вернулись с моря рыбаки.

Сгустилась мгла, закрыла берег,

Чуть слышно плещется вода.

Степь широка. И я уверен:

Земля здесь наша навсегда.


P.S. Тамаринда - Азовское море, Танаис - Дон.

'Казачьи чёрные чубы' - слова из песни.


Всё кончается


Кончается всё в мире. Всё кончается.

Уходят в прошлое платформы фонари.

И с городом родным глаза прощаются,

С прошедшими годами - декабри.


Но не забыть никак родные улицы,

Где памятен, наверно, каждый дом.

Лишь стоит на мгновение зажмуриться

И вспомнишь ту калитку за углом,


Возле которой с замираньем сердца

Ты ждал судьбу свою в берете голубом.

Потом принёс коляску для младенца,

Ходил в кино с любимым малышом.


И как же это всё промчалось быстро -

Теперь в калитку ту вбегает внук.

И голова в берете серебриста,

И палочки в руке ты слышишь стук.


Кончается всё в мире. Всё кончается.

Куда светлее нынче светят фонари.

Нам прошлое, прощаясь, улыбается,

И, как всегда, за декабрями ... январи.


Море. Сумерки


Над морем сумерки. Одна звезда на небе,

похожем на туман. Желтеют фонари.

И тишина. Волны чуть слышный лепет

вдруг ненароком слух твой одарит.

А море равнодушно, как обычно,

волна то отойдет, то набежит,

и бережно, как кореш закадычный,

смывает боль с измученной души.


Летний сад


Я в переулке жил, он с Летним садом рядом.

Там на аллеях спят мои следы.

От вазы яшмовой до Фельтена ограды

С друзьями и один я часто там бродил.

Весной и летом, днём и белой ночью

Стихи читали мы под шелест старых лип,

И песни пели про девичьи очи,

И слушали в тиши шагов знакомых скрип.

Там и теперь, наверно, наши тени

Глядят задумчиво на мраморы богинь.

А те, кто перешли в иное измеренье,

Там тоже помнят сад среди других святынь.

Давно я не был там. Теперь там бьют фонтаны.

Но, как и прежде, пара лебедей

Волшебной красотой на сердце лечат раны,

И там Крылов сидит - наш басенный сенсей.

За лучшей в мире, за прекраснейшей оградой

Вся ширина Невы в гранитных берегах.

На свете для меня нет лучше в мире сада -

Не первый раз его прославили в стихах.


Всё забывается


Всё забывается за давностью -

Сознание не диск магнитный,

А помнятся необычайности

И те, кто чем-то знамениты.

Обычно помнишь также истины,

Хотя они, возможно, ложные.

Всё это так по-человечески,

Но, тем не менее, тревожно.

И как слепой, по этой лестнице,

С её избитыми перилами,

Едва спасая равновесие,

Бредёшь меж данности мерилами.

Но точно знаешь, что нет вечности,

И вся проблема только в сроках.

Поэтому так опрометчиво

И страстно люди верят в Бога.


Летние вечера


В закатных заревах тогда кончалось лето,

Чудесны и теплы стояли вечера.

Мы были молоды и не было запрета

Гулять всю ночь до самого утра.


Мы были счастливы, любовь была игрою,

Вино, гуляния, прощальный поцелуй.

Мы наслаждались мира красотою,

Как дети на рождественском балу.


И этот бал мы будем помнить долго,

И даже мнится мне: он был только вчера.

Оркестр играет - музыка не смолкла,

Всё до конца со мной, поскольку жизнь мудра.


С Новым годом!


Минули дни солнцестоянья,

Зима вошла в свои права.

Пора бы быть её сиянью.

Но снега нет - опять трава.


Дожди, а солнца нет в помине,

Дороги в лужах, с крыш капель.

Вверху подобно гильотине

Сосулек нож, а шея - цель.


И кажется, что встало время -

Одно и тоже каждый день.

Разладилась зимы система,

Морозить нас природе лень.


Но всё равно и без мороза

Кружит снежинок хоровод.

Погода - это жизни проза, Надежды символ - Новый год.