(с) Copyright: Элла Титова-Ромм (Майка), 2008
Я знала - он принесет пиццу.
Сидела и не могла сдвинуться с места. Ему, усталому после работы, придется тащиться к Маман, не обнаружив меня на месте. Я не виновата - кажется у ребенка высокая температура.
Зайка капризничала и уничтожала любые мои мысли.
Звонок снизу задребезжал необычно громко - я все-таки ждала. Маман перебросилась с Экспланатором парой фраз по селектору:
- Да, она у нас.
Я сидела и не могла встать, даже когда открылась входная дверь. Экспланатор вошел с пакетом, ужасно небритый и усталый. Глаза у него были красные - он снова курил траву.
- Привет, извини, Зайка заболела.
-Я полчаса ждал тебя возле дома.
- Не мог догадаться, что я здесь?
Экспланатор позвонил своей матери, что-то долго выясняя у нее на фарси, пока я возилась с ребенком.
После пиццы мне не стало легче. Невольно мелькнула мысль: "Я тоже хочу травы - хочу забыться, хотя, похоже, уже и этого не могу, не в силах, ничего не могу - а ведь еще нет тридцати. На свадьбе плясала, как сумасшедшая и вдруг почувствовала - сердце сейчас станет. Конечно, это джин с тоником. А ведь раньше, всего каких-нибудь пять лет назад...
Зайка уснула с Маман.
- Пойдем, - я взяла Экспланатора за руку. Мои пальцы показались мне холодными и каменными. Так же холодно и каменно было в душе.
Приход домой не изменил моего состояния. Внутри что-то рвалось на части (Сердце?) Во мне боролись волнение, сладко-горькая истома и отвращение с брезгливой надменностью. Желание нежелания. Бред...
- Кажется, у тебя опять начинается очередной заскок, - сказал Экспланатор в постели.
- Начался, - поправила я, повернувшись к нему спиной.
Заниматься не хотелось ничем. Наш изощренный секс внушал мне апатию. Я знала - сегодня я не просто фригидна - я мертва. Попытка расшевелить меня завершилась безрезультатно, но спокойно - Экспланатор уснул мгновенно (Еще одно подтверждение его глазам). Я обозвала его "камерой обскура", но, кажется, он уже не услышал.
***
Утором, я сухо чмокнула Экспланатора в щеку и через пару минут была возле Зайки.
Огонь ее кожи испугал мои губы. Зайка закрывала глаза, борясь со сном и говорила: "Мама, только не уходи", держась за меня двумя руками. Она дышала слишком часто, и пульс на ее маленькой ручке становился все стремительнее. Я приставила термометр к ее горячей подмышке. Столбик ртути побежал вверх: тридцать восемь, тридцать девять, тридцать девять и девять. Мне показалось, что я лечу по хайвэю с бешеной скоростью, как эта ртуть. Если она поднимется выше сорока - я вылечу в кювет...
Ночью Зайка часто просыпалась и просила пить. Утром ей стало лучше.
***
Экспланатор позвонил как обычно.
- У тебя все в порядке?
(Как я ненавижу этот идиотский вопрос!)
- Да. Зайка спит. Передо мной стоит джин с тоником. Все прекрасно.
Разговор медленно переходил в ссору.
- Мне положить трубку и больше не звонить? - спросил Экспланатор.
- Да, - ответила я, не задумываясь.
В трубке раздались гудки. Я пошла на кухню плеснуть себе еще джина. Мое спокойствие слегка дрогнуло, но я сразу же взяла себя в руки:
- Вот и хорошо. Кажется, все кончается.
Экспланатор перезвонил минут через двадцать:
- Я тебя задушу! - прошипел он в трубку.