Аннотация: Огромное спасибо чете Прониловеров за билеты на концерт. (Hollywood bowel 2008)
(с) Copyright: Элла Титова-Ромм (Майка), 2008
Часть первая (веселая)
Соприкосновение с прекрасным всегда прекрасно!
В прошлую пятницу мой муж, который совершенно не похож на других, известных мне мужей, уже хотя бы тем, что объедается обычно яблоками, а не грушами, достал из жилетного кармана (нет, не часы, но именно из жилетного кармана) два билета и начал загадочно водить ими прямо у меня перед носом.
- Футбол? - незаинтересованно спросила я.
- Не-а.
- Баскетбол?
- Не угадала. Мы едем в Голливуд на концерт Руми и дервишей.
Вот это да!- воскликнула я с нескрываемым восторгом,
хотя оба слова мне ни о чем не говорили.
- Это что, новые виды спорта? - неуверенно спросила я.
- Руми - это суфийский поэт Персии, а дервиши это люди, которые исполняют мистический танец-вращение.
- А... - многозначительно произнесла я.
Итак, нам предстояло соприкосновение с неизвестной мистической культурой
древнего востока. Я судорожно пыталась хоть что-то вспомнить по данному вопросу.
Авиценна (он же Ибн-Сина), Ибн Хотаб (он же Хотабыч), Омар Хаям, Омар Шариф,
Али-баба и сорок разбойников, Алладин и лампа, Шахиризада, Карен Шахназаров, Туркмен Баши, Секир Башка, Магомед и Мухаммед Али. Все!
На этом мои знания Востока заканчивались.
- В Багдаде все спокойно, Ипполит! - вслух успокоила себя я
и пошла собираться в дорогу.
Однако в дороге нас подстерегло непредвиденное - мы застряли в Голливуде
среди невообразимого потока машин.
Добраться до места в срок можно было только на ковре-самолете.
В результате мы опоздали. Утешает то, что среди многочисленных
опоздавших мы были не в последних рядах.
Концерт проходил под открытым небом, а сцена вместе со зрительным
залом походила на гигантскую пиалу.
Было уже совершенно темно.
Справа на черном фоне холма иллюминировал огромный крест,
который слегка отливал красным.
Слева, на усыпанном звездами небе, висел, немного зеленоватый
от света прожекторов, полумесяц.
Кругом толпились солидные персы, элегантные персиянки
и неугомонные персики.
Мой муж засмотрелся на одну длинноногую красавицу,
похожую на Шамаханскую царицу и чуть не сшиб лбом колонну,
подпирающую второй этаж зрительного зала.
На лбу у него тут же вскочила шишка,
но оказывать первую медицинскую помощь у нас не было времени -
пришлось в спешном порядке занимать места в амфитеатре.
Часть вторая (печальная)
СтихиРуми читали на двух языках. Вначале читала женщина на английском.
Черноволосая красавица, она становилась частью стихотворения, его ритмом,
его мелодией, слегка покачиваясь при каждом слове и неизменно улыбаясь.
Потом тоже стихотворение читалось на персидском мужчиной.
Мне казалось, что я не понимаю даже английских слов, которые мне,
безусловно, были знакомы, ибо слова, как таковые, переставали иметь значение,
они превращались в таинственную музыку неизвестной мне культуры.
Потом на сцене начали кружиться дервиши из Ирана, Сирии, Пакистана, Турции.
Звучали не с чем не сравнимые мелодии востока, насыщая нас колоритом великой древности, таинством соприкосновения с неведомым.
Вслушиваясь в звуки танца, я ощущала непонятную вселенскую тоску.
Я видела раскаленный диск солнца, который плыл по небу бесконечной пустыни.
Сколько бы он не плыл, ничего не менялось:
редкая верблюжья колючка так же уныло дремала в песчаной пустоши,
караван верблюдов сонно брел по направлению к несуществующему оазису.
Мне виделся Изя Кацман из "Града Обреченного", который шел вдоль Желтой Стены
в поисках исхода...
Кружились дервиши.
Кружилась музыка.
Кружилось мироздание с красным крестом, зленным полумесяцем и Изей Кацманом, пробуждая в моей душе противоречивые эмоции...
И так хотелось, чтобы наша планета с великим ее наследием и богатой историей
не превратилась в конечном итоге в Обреченный Град,
из которого исход уже только в небытие...
![[]](/img/j/ja/rumiidirvishi/dsc05168.jpg)
![[]](/img/j/ja/rumiidirvishi/dsc05167.jpg)
![[]](/img/j/ja/rumiidirvishi/dsc05169.jpg)
![[]](/img/j/ja/rumiidirvishi/0_3ba0_4a65ab10_orig.jpg)
![[]](/img/j/ja/rumiidirvishi/dsc05171.jpg)