ГРЯЗНАЯ РАБОТА

Акт I - ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ РЕСУРС

Глава 1.

Если сегодня в здании случится теракт, он войдёт в историю, не иначе. Евгения обросила взглядом толпу. Люди, если их можно было так назвать, сновали вокруг бесконечным потоком. Сталкивались, чертыхались, кричали друг на друга, кричали в телефоны, кричали чтобы перекричать крики друг друга. Дорогие пиджаки, с ещё более дорогими людьми, вдетыми в них. Белые воротнички, суетливые и нервные, рабочие офисные пчёлки. Даже небольшая стайка программистов, одетая во что попало, напоминающая группу детского сада на утреннике. Все были здесь. Ещё бы, такой повод. Не каждый день сам Сын Неба снисходит чтобы, возможно, закрыть их офис и сравнять с землей целую оборонную империю.

И вот Евгения невольно задумалась, а не лучше бы случиться здесь теракту? Мысль, конечно, людоедская, но если подумать с холодной головой, без лишних сантиментов? Жертвы получат компенсации. Если выживут, конечно, но это всяко лучше пинка под зад и очередного ада с эйчарами. А компания сможет оптимизировать расходы. Провести экстренные сокращения и, возможно, выбраться из экономической пропасти. Слишком внезапно наступило это перемирие, думала Евгения. Мы не были готовы. Возможно, хорошая кровавая баня это именно то, что нужно закостеневшей, погрязшей в самолюбовании организации.

Евгения с безразличным видом взглянула на телефон. Не из интереса, а из чистой привычки. Несколько сообщений в рабочем чате, их она проигнорировала, там сейчас сплошь истерика. Пара сообщений от Дорджи. Помощник прислал обновленный список кандидатов и вежливо намекал, что стоит бы поторопиться с доставкой. Евгения вздохнула, насколько позволял приталенный блейзер, тесный, как балетный корсет, и снова открыла приложение доставки. Курьер всё также стоял на перекрестке, не сдвинувшись и на миллиметр. Расчетное время доставки увеличилось с пятнадцати минут до двадцати.

Вдох. Выдох.

Всё хорошо, пробормотала Евгения, стараясь придать словам уверенность.

До презентации есть ещё целый час в запасе. Стоящий перед ней бородатый мальчишка, в тесной рубашке и с бейджем во всю худую грудь, опасливо покосился, но ничего не сказал. Евгения бросила на него недовольный взгляд.

Ну и что встал?

Рукой с телефоном она манерно указала на пустое пространство перед ним.

Очередь продвигается.

Мальчишка суетливо заозирался, явно не понимая, чего от него ждут, но с места не сдвинулся.

Двигайся!

Мысли о массшутинге продолжали ласкать воображение Евгении, но кажется дело пошло на лад. Лёд тронулся и очередь сдвинулась с мертвой точки. Она шагала, поглядывая на телефон, но и демонстративно подталкивая бородатого мальчишку перед собой. Идиоты, все они идиоты, не способные видеть дальше своего носа. Одна от них польза когда нужно на кого-нибудь наорать.

Евгения улыбнулась, увидев, что курьер тоже не стоит на месте. Преодолев пробку, он кратчайшим путём направился к офису компании. Еще пара минут, и он будет здесь. Отлично, она еще успеет взять кофе.

Здравствуйте! Что будете заказывать? голос молоденькой альтушки-бариста звучал устало, хоть она и старалась добавить в него бодрости. Точно сгоревший кофе маскируют приторным сиропом.

Бородатый мальчишка шагнул вперед, подслеповато поправил очки и оскалил неровные зубы, силясь разглядеть меню.

Э... А можно... неуверенно промямлил он.

Веб-дизайнер, безошибочно определила Евгения. Только они способны затянуть любую, самую элементарную задачу.

Господи... протянула она, закатывая глаза. Не мог выбрать пока стоял? Мальчик, ты здесь вообще-то не один.

Корпоративный хипстер дернулся, как от удара и повернулся к Евгении, точно собираясь что-то ответить. Ну нет, не в этот раз.

Он будет капучино, средний размер, объявила Евгения замершей у кассы неформалке. Затем она нависла над веб-дизайнером. Так ведь?

Мальчишка похлопал глазами и опустил их наконец.

Хорошо...

Тогда скажи тете за кассой свое имя и иди погуляй.

Вдох. Выдох.

Евгения шагнула вперед. Бариста хмуро уставилась на нее, копна сиреневых волос под форменной шапочкой едва закрывала туннели в ушах. Всегда приятно видеть неформалов на своем месте. Не хочешь идти строем как всё? Можешь стоять и изображать кофе-автомат. Такие девочки, оригинальные, ни на кого не похожие снежинки, сами не знают чего хотят в жизни, а потому жизнь выбирает за них.

Айс-латте на миндальном молоке с двойной помпой, браун шугар, с топпингом из карамельного кракелюра, жареного нута и взбитые сливки с сиропом соленая карамель, без запинки продиктовала заказ Евгения. В отличии от большинства, она четко знала, чего хочет. И побыстрее.

Руки её дрожали, а сама девчонка с кислотными волосами бросала на Евгению хмурые взгляды. Тем не менее заказ она приняла быстро, даже не попыталась уточнить содержание. Женя чуть улыбнулась. Такие маленькие, незначительные победы не дают тебе сойти с ума, если играешь в долгую.

Можно ваше имя? глухо поинтересовалась бариста взяв в руки картонный стаканчик и маркер. В глаза она старалась не смотреть.

Злобная сука, что вырвет весь твой пирсинг, если не поторопишься.

От кофейни она вспархнула уже на новообретенных крыльях. Евгения неторопливо пересекла холм роскошного фойе, то и дело ловя на себе взгляды. Муравьи в белых рубашках и с бейджиками на ошейниках взирали на королеву, снизошедшую до их уровня. Уверенной походкой она шагнула к автоматическим дверям, подняла телефон к глазам и вздрогнула. Вместо центрального входа в здание, курьер повернул в зону разгрузки. По привычке, должно быть.

Дорджи, объясни доставке, куда подъезжать, будь любезен, процедила она сообщение и убрала палец с экрана.

Достаточно, что ей самой приходится встречать груз, с остальным пусть разбирается помощник. Двери в очередной раз раскрылись, впуская внутрь кучку людей в зимних куртках, наброшенных поверх офисного дресс-кода. На нескольких лицах проступило узнавание, кто-то даже кивнул ей, одновременно приветливо и настороженно. Евгения молча проводила их взглядом. Впрочем, возможно, не стоит привлекать внимание, стоя здесь, у всех на виду? Особенно, учитывая какой груз она ждет.

Уже на подходе к кофейне до неё донесся знакомый голос.

Айс-латте для... девочка за стойкой на мгновение замерла, набираясь смелости или, возможно, гнева. Для злобной суки!

Никто даже головы не повернул на её крик, но девчонка зарделась, Евгения не без удовольствия отметила это.

Спасибо, одарила её своей самой очаровательной улыбкой злобная сука.

Извините, девушка неловко подняла глаза. Сегодня очень много гостей.

Она пожала плечами, движением головы указывая на бурлящий вокруг чад кутежа. Людей, казалось, стало еще больше и Евгения невольно поежилась. Одного раза в этой очереди ей хватило.

Поэтому у нас закончилось миндальное молоко. Я сделала на обычном.

Что?..

Стаканчик в руке Евгении задрожал. Пальцы обожгло даже через картон, но сейчас ей было плевать.

Ты что сделала? У меня непереносимость лактозы, тупая овца!

Дорджи не отвечал. Должно быть инструктировал доставку. Евгения прислонилась к колонне, чтобы не стоять в человеческом потоке, и взглянула сквозь стеклянные двери наружу.

Там всё еще мело. Метель залила город белизной, скрывая не только пейзаж, но даже машины и здания на другой стороне улицы. Будто мира за пределами офиса не существовало вовсе. А впрочем, разве это не так? Евгения отхлебнула кофе. Отвратительный вкус. Но лучше, чем засыпать на ходу.

Снова распахнулись двери, впуская волну холодного воздуха и очередное стадо овец. Снег валил с плеч, стекал по курткам и пальто, растекается грязными лужами по кафелю там, где ступают ноги. Евгения вздрогнула, но заставила себя стоять прямо. Холод бодрил, да и не к лицу ей дрожать, точно осенний лист.

Выглядишь на все сто, детка, сказала она своему отражению в экране мобильника и улыбнулась. Это всегда поднимало настроение.

От скуки она разблокировала телефон. Рабочие чаты всё еще пылали. Словно для их участников мира за пределами офиса не существовало вовсе. А впрочем, разве это не так? Евгения усмехнулась и смахнула несколько мессенджеров, оставив только один. Контакт Игоря светился уведомлением. Женя воровато огляделась, выискивая любопытных, но, похоже, все что заботило проходивших мимо клерков было состязание в крике. Женя улыбнулась еще сильнее, хитро и возбужденно, затем открыла чат.

Было такое чувство, какое бывает, наверное, на уроке математики, когда ты вместо учебника листаешь паблик с грязными картинками. Женя пролистала вложения до фотографий, скрытыми за цензурой. Последнее сообщение Игоря она оставила на сладкое.

Да, это бодрило лучше кофе. Сейчас она даже порадовалась, что решила сама спуститься за посылкой. Всё лучше делать самой. Всё самое важное. Помощники же нужны чтобы избавить босса от копошения в рутине. К тому же это отличная возможность побыть наедине с собой. Спиной откинувшись на колонну, Женя скрестила ноги, продолжая не торопясь перелистывать фотографии, что прислал ей Игорь с момента их первого знакомства. Это было непросто. Её собственных фотографий оказалось ещё больше.

Женя напрягла бёдра, чувствуя, как внизу живота разгорается пожар. Всё её тело застыло, как натянутая струна. Лопатки холодил камень колонны. Девушке стоило немалых усилий, чтобы ничем не выдать свои эмоции на лице. Она надеялась, получается. Всё-таки не будь она хорошим лицемером, так и оставалась бы в бухгалтерии. Бизнес-леди должна уметь контролировать лицо.

Со вздохом она резко расслабилась, чувствуя, как между ног разливается наслаждение. Всего лишь один опавший лепесток настоящего цветка любви, но как же она была благодарна и за это. Уже больше недели они не занимались сексом, не уединялись в обеденный перерыв в подсобке или кабинке мужского туалета. И это начинало чертовски раздражать.

Закрыв глаза, она подняла голову, ловя сквозь веки свет галогеновых ламп. Когда всё это закончится. Когда она победит в проектном соревновании. Когда Мандарин лично вручит ей ключи от её нового офиса. Вот тогда у нее будет столько секса, сколько она захочет. Больше кабинет, с большим столом, с которого можно красиво сбросить все вещи в порыве страсти. И кушетка. Ей обязательно понадобится мягкая кушетка в углу, на которой удобно лежать в обнимку после

Евгения Викторовна?

Женя дернулась как от удара. Взвизгнул крышкой стаканчик кофе в руке и по пальцам потекло горячее и липкое. Девушка распахнула глаза и неуклюже отстранилась от стены. Едва не запнулась в ногах, но чудом устояла. Осоловело озираясь, попыталась на автомате поправить юбку, но обе руки оказались заняты и вышло так себе.

Да? пытаясь понять, кто к ней обращается, она придала голосу обычную важность, но вышло не лучше, чем с юбкой.

Здравствуйте, сказал низкий, хрипучий голос. У меня для вас доставка.

Немного справившись с головокружением, Евгения подняла глаза на говорящего.

Наверное его вид должен был внушать мысли о футуристичности и профессионализме. Форменная куртка в японском стиле, чёрная, с зелёными полосами и кучей застежек. Грузовой экзоскелет делал фигуру курьера массивной, похожей на космонавта из дурацкой игры. Взгляд Евгении остановился на лице. Круглое, смуглое, заросшее щетиной и скучающее. Это лицо и портило всё впечатление. Человек как всегда оказался слабым звеном.

Но тем не менее, Евгения улыбнулась ему точно отмеренной улыбкой менеджера.

Прекрасно, кивнула она, когда самообладание вернулось. Всё на месте?

Вот, проверьте, курьер безразлично протянул ей планшет с деталями заказа.

Евгения не удостоила курьера даже мимолетным взглядом. Всё её внимание оказалось приковано к посылке.

Уже по тому, как накренялся курьер под весом груза, она видела все. Чёрный, вытянутый контейнер из пластика и углеволокна сам по себе был произведением инженерного искусства. Но это меркло в сравнении с тем, что находилось внутри.

Женя не удержалась и улыбка расползлась по её лицу хищным, голодным оскалом. Внутри противоударного контейнера таилось будущее. Её будущее. Бомба, что разнесет здание в щепки до последнего кирпичика в фундаменте.

Она улыбнулась ещё шире. Мысли о теракте придавали моменту какую-то особую интимность.

Прекрасно, повторила она. Просто прекрасно. Один момент.

О, она бы не спутала свое детище ни с чем другим даже пьяная вдрызг. А сейчас она была болезненно, до тошноты трезва. Снова не удержалась и сделала большой глоток кофе перед тем, как взглянуть на мобильник. Нужно подтвердить заказ. И, пожалуй, оплатить подъем тяжелого груза на верхний этаж.

Сообщение Игоря всё еще светилось непрочитанным. Она слишком увлеклась своими фантазиями и совсем забыла. Игнорить его не хотелось, Женя впопыхах поспешно нажала за уведомление, открывая чат.

Чего?..

Звуки куда-то пропали. Она уставилась на телефон невидящим взглядом. Что она сейчас собиралась делать?

Краем глаза она замечала тени в деловых костюмов. Те спешили по своим мелким, бессмысленным делам туда и сюда. Ноги в тонких колготках обдало холодом и девушка поежилась. Автоматические двери, казалось, не закрывались и на секунду, впуская и выпуская бесконечный поток дорогих пиджаков и модных плащей.

Такое чувство, что пришла на кухню и забыла зачем. Кто-то зачем-то протягивал ей планшет. Женя слепо скользнула по нему взглядом. Чем-то она занималась. Что-то важное. А действительно ли оно было важным, если она даже не может вспомнить?

В одной руке обнаружился стаканчик с остывающим кофе, но она не помнила откуда взяла его. В другой был смартфон. Это уже что-то. Одно за другим приходили оповещения из рабочих чатов. Палец с нарощенным ногтем скользил по экрану непривычно, когда она смахивала их. Назойливые как комары, их становилось только больше. Наконец она расчистила экран, оставив только один мессенджер. Три простых слова. Три простых слова, которые её разум отказывался понимать.

Какие-то проблемы? сказал кто-то.

Женя вскинула голову и вздрогнула, как от удара. Разом нахлынули звуки, точно кто-то выдернул беруши у нее из ушей. Телефоны, голоса, шаги на звонком кафеле, оповещения по интеркому и крики, бесконечные крики отовсюду. Что она здесь делает? Как её угораздило оказаться в этом растревоженном улье?

Проблемы? Нет, всё отлично, но спасибо за интерес, сказал кто-то её губами. Женя почувствовала, что улыбается. Улыбка застряла на её лице непроницаемой маской.

Не за что, неискренне буркнул стоящий перед ней мужчина.

Высокий, грузный. Оплывшее лицо комично контрастирует с курткой и экзоскелетом в стиле подросткового киберпанка. Огромный контейнер в одной руке, планшет в другой. Курьер, поняла она. И он чего-то от нее ждет.

Проверьте данные и распишитесь, попросил курьер и зевнул.

Вид у него был такой, будто ночь оказалась бурной. Бурные ночи Когда у неё в последний раз случалась бурная ночь? Хоть убей, не вспомнить. Куда всё ушло? Бары, клубы, поездки на природу? Секс в людных местах. Когда-то же было в её жизни что-то кроме дедлайна и KPI. Всё это как будто осталось в другой жизни, происходило с кем-то другим. А сейчас она чувствует себя усталой, будто в последние пару недель бежала марафон с единственной остановкой на пару часов сна в предрассветных сумерках.

Да, да, так всё и было. Гонка. Соревнование проектов. И они уже у самого финиша, остался последний рывок.

Она потянулась к планшету, область для считывания отпечатка призывно мерцала. Только приложи палец.

И отдернула руку, как от огня. Пальцы дрожали, как осенние листья на ветру. Грудь вздымалась и опускалась, будто девушке не хватало воздуха. Из живота рвался низкий, утробный звук. Люди смотрели на неё, поняла она. Десятки пар глаз скользили по ней. Кто-то бросал мимолётный взгляд, а кто-то и откровенно пялился.

Вдох. Выдох.

Злобные суки не плачут, сказала она себе. Слова казались бессмысленными, как сообщение Игоря. С тем же успехом она могла бы повторять джингл из рекламы хлопьев.

От неё ждут ответа. Нельзя показывать слабость или тебя сожрут. Нужно взять себя в руки и делать дело. Говори, говори что угодно, просто говори.

Ты не мог подождать хотя бы до вечера? проговорили её губы.

Что черт возьми она такое несет?!

Курьер перед ней нахмурился, склонил голову набок. Двинул плечом, перехватывая контейнер рукой в силовой перчатке.

До вечера? повторил он, бросив короткий взгляд на свой планшет. Нет, здесь написано: доставка не позже одиннадцати дня.

Я не с тобой говорю! рявкнула Женя, и тут же осеклась.

Нет, так не пойдет. В этот раз говорила уже она сама, но голос свой почти не контролировала. Хотелось одновременно накричать на кого-нибудь и расплакаться. Возьми себя в руки. Как ты собираешься выступать перед высоким начальством в таком состоянии?

Одну минуту, пожалуйста, сухо процедила она, чеканя каждое слово.

Евгения сделала шаг назад, отвернулась к колонне. Протесты курьера она проигнорировала. Ему хорошо заплачено, а у неё есть дело, не терпящее отлагательств.

Вдох. Выдох. Нужно решать проблемы по мере их поступления.

Снова перечитала сообщение Игоря и снова не поняла ни слова. Пока она не поймет что случилось, продолжать она не сможет. Сколько времени и бессонных ночей она потратила на то чтобы предусмотреть каждую мелочь. И естественно беда пришла откуда не ждали.

Игорь не отвечал. Евгению задумчиво отпила кофе. Натуральные сливки имели отвратительный вкус и желудок уже протестовал против них, но без кофе сейчас никак. Девушка проверила рабочие чаты и имейл. Даже отправила смс. Игорь даже не появлялся в сети с тех пор, как отправил свое сообщение. Занят? Или просто игнорирует? Евгения не знала. Не знала и что хуже. Конечно, у него свой отдел, хотя и не такой большой, как у неё самой. Митинги, совещания, постоянные встречи и созвоны. Женя хорошо знала эту жизнь. В конце концов он мог отправиться в туалет или на обед, оставив телефон на столе в офисе. Полезно иногда проветрить голову, устроить цифровой детокс. Но написать и уйти в офлайн?

Да что на тебя нашло? пробормотала она.

Какие-то проблемы? донеслось из-за спины. Если сомневаетесь, можете открыть ящик и осмотреть груз.

Евгения бросила мимолетный взгляд назад. В натертом до блеска полу покачивался размытый двойник контейнера в руках курьера. Она представила, как будет осматривать груз прямо в оживленном фойе, у всех на глазах. Здесь даже у стен имелись уши. Нет, тогда уж проще сразу выйти из гонки.

У вас все такие идиоты или мне просто повезло? презрительно бросила Евгения, не без удовольствия глядя на застывшее лицо доставщика. Мы тут вообще-то не о доставке пиццы говорим. Здесь свои тонкости!

Ладно, ладно, курьер поднял руку с планшетом, капитулирую.

Спасибо, процедила девушка с легким оскалом.

И снова, к нашим баранам. Женя моргнула несколько раз, посмотрела вниз и вбок, возвращая левую линзу на место. Экран телефона перестал расплываться перед ней. Насколько удобно было бы нацепить очки, но с ними все покончено. Никакой больше милой девочки из бухгалтерии.

Давай же, давай, шипела она, неуклюже набирая телефон Игоря. Женя и не помнила, когда в последний раз пользовалась телефоном как... телефоном. Кто вообще так делает? Но все другие варианты она уже испробовала. Черт бы тебя побрал, бери трубку.

На пятнадцатой секунде звонка на том конце сняли трубку. Женя задержала дыхание. Телефон возле уха казался непомерно тяжелым. Она продолжала молча вслушиваться в тишину. Тишина молчала в ответ.

Если вы потеряли номер заказа, это не страшно, снова донеслось сзади. Приложите палец и биометрия сделает всё сама.

Жонглируя стаканчиком кофе в руке, Женя смогла освободить один палец и заткнуть ухо. Ноготь больно впился в раковину и девушка едва не пискнула. Но удержалась. Нет, она не начнет этот разговор первой, тем более вот так. На секунду ей показалось, что она слышит дыхание. Должно быть, Игорь ждет, что она начнет унижаться перед ним.

А потом трубку положили. Вот так просто. Подразнить, а потом повесить трубку. Как же это по-мужски. Впрочем, хорошо, это даже хорошо. Она уже готова была начать умолять его ответить и простить... сама не зная за что.

Возможно, она просто не понимает чего-то. Возможно, видит опасность там, где её нет. Легко стать параноиком, когда изо дня в день плаваешь с акулами. Евгения открыла последнее сообщение Игоря.

Заберу вещи завтра, медленно, по слогам прочитала она, будто зубря очередной параграф в ночь перед экзаменом. К несчастью, зубрежка никогда не способствовала пониманию, не помогла и сейчас. Слова остались для нее бессмысленны, точно написанные на другом языке. Заберу вещи завтра...

В каком смысле завтра?! воскликнул курьер.

Женя почувствовала, как тяжелая рука ложится ей на плечо. Как огромные пальцы вцепляются в пиджак и разворачивают девушку на месте. Она даже не вскрикнула, просто уставилась в нависшее над ней помятое лицо, чувствуя резкие запахи перегара и одеколона.

В каком смысле завтра? повторил он ей прямо в лицо. Я что с грузом делать должен? Назад везти? У меня уже другие заказы ждут. Забирай посылку, дамочка, и не еби мозги!

Молча Евгения разглядывала его, похожего на пивную бочку на ножках. Еще один мужик, стоящий на её пути. Грязный, беспардонный и считающий себя хозяином этого мира, даже несмотря на то, что принадлежит к касте настолько низкой, что в иной раз Евгения скорее заговорила бы с мистером, чем с ним. Но самое мерзкое - он лез не в свое дело.

Нет. На сегодня хватит с нее.

Вдох. Выдох.

Послушай меня, ты, проговорила Евгения спокойно, и тихо, так чтобы мужику пришлось бы заткнуть свой поганый рот в попытке расслышать её. Ты хоть знаешь с кем разговариваешь?

Она не повела даже бровью. Не попыталась вырваться или стряхнуть с плеча руку в силовой перчатке. Евгения стояла перед ним, расслабленная и готовая к драке, как стояла сотни раз перед самыми разными мужчинами.

Курьер молчал. На его глупом лице застыло выражение настороженности. Это хорошо.

Уже сам факт этого, Евгения ненавязчиво кивнула на руку у себя на плече. Это основание вызвать охрану, отправить тебя на беседу с полицией, а компании, на которую ты пашешь, вкатать такой штраф, что им проще будет отдать бизнес мне. Со всеми активами и персоналом. Хочешь стать моим рабом?

Тяжелая ладонь спорхнула с плеча, точно испуганный голубь.

Послушайте, я ничего не имел... начал было курьер.

Слушать меня будешь ты, как и все здесь! Почуяв кровь, Евгения ринулась в наступление. Она шагнула вперед и уперла палец в грудь доставщику. Я старший проджект-менеджер одного из самых успешных отделов в компании. Один из главных претендентов в вице-президенты. От моего решения зависят зависят сотни людей, и деньги, которые тебе даже не снились!

Курьер больше не нависал над ней. Он отступал.

И если я буду принимать свои решения, она окинула его взглядом. Бесформенную, обрюзгшую тушу, похожую не то на социальную рекламу борьбы с ожирением, не то на бодипозитивную рекламу Кельвин Клейн. Если я буду принимать свои решения, как ты выбираешь свое питание, от нашей компании не останется камня на камне. Так что не торопи меня, когда я думаю. Понял, ты, комок жира? Тебе, должно быть тяжело ходить без этого экзоскелета. Но соображать, я надеюсь, ты ещё в состоянии сам?

Да, ответил курьер. Голос его был так же бесцветен, как и лицо. Только в глубине свиных глазок плясал огонек, там догорали последние остатки мужской гордости. Я всё понял. Простите.

Евгения не стала утруждать себя ответом. То-то же. А у нее есть более важные дела прямо сейчас. Подняв мобильник к лицу она снова отпила кофе. А не так уж плохо. Правда ведь, вкус победы, даже маленькой, делает всё вкуснее.

Снова набрала Игоря и, поднеся телефон к уху, стала считать гудки. Один, два, три, четыре. Отвратительный метод, но из всего, что она перепробовала, он показал себя самым рабочим. Нужно пройтись, не стоять на месте.

Пять, шесть, семь. Интерком синтетическим, женским голосом зачитывал очередное объявление. Отражаясь от высоких, как в церковном соборе, стен он звучал, как глас божий свыше. Без сомнения, такого эффекта и добивались архитекторы при планировке. Не учли они одного, из-за эха божий глас становился совершенно неразборчивым.

Восемь, девять. Мимо, едва не сбив Женю с ног, пронеслась стайка девочек-ассистенток. Увивались они за какой-то важной шишкой из управления, важно шествующей через фойе. Женя не успела рассмотреть, за кем именно.

Десять, одиннадцать. Она не смотрела куда идет. Просто мерила шагами пространство у входа, от одной колонны к другой. Шаг за шагом, пропуская или уворачиваясь от спешащих наемных рабов. Единственный островок спокойствия в бушующем море, полном акул. Да уж, какое тут спокойствие. Двенадцать, тринна...

Каблук заскользил и Женя почувствовала, что ноги разъезжаются на мокром полу. От неожиданности она вскрикнула, взмахнула руками. Чувствуя, что падает она, почему-то думала о юбке, врезающийся в бедра, точно нож.

Осторожнее.

Крепкая рука, ухватила девушку за плечо. Она повисла на ней в нелепой позе, но не упала.

Вдох. Выдох.

Неуклюже и как-то по-крабьи передвигая ногами Евгения снова приняла вертикальное положение. Автоматически оправила юбку и обернулась.

Вы, вероятно, не заметили знак мокрый пол. Моя ошибка, простите. Нужно было предупредить вас.

Не человек даже, а сам будто часть уборочного инвентаря. Долговязый и сутулый, уборщик опирался на швабру и виновато улыбался. Глаза он прятал под кепкой клининговой службы.

Женя замешкалась, не уверенная, что должна сделать или ответить в такой ситуации. Отпила кофе, который только чудом не расплескался. И продолжила пятиться, держа уборщика в поле зрения.

Хорошего дня, мэм, бросил тот, прежде чем вернуться к натиранию полов.

Игорь так и не ответил. Возвращаясь к доставке Женя тупо смотрела на его последнее сообщение и не понимала, что об этом думать. Хотелось разозлиться, но почему-то не получалось. Видит бог, ей нужна была эта злоба, эта агрессия. Только на ней она могла двигаться дальше, не замечая препятствий. А теперь? Теперь она чувствовала себя как медуза, выброшенная на пляж, сдувшаяся и похожая на раскисшее желе. Ну и как теперь плавать с акулами? Еще это мэм. Откуда люди только берут такое? Ладно, рано вешать нос, у нее ещё много дел. Злобные суки не плачут.

В каком смысле доставлен? до боли изогнув бровь, Евгения смотрела в ухмыляющееся лицо курьера.

Тот ухмыльнулся ещё шире, обнажая мелкие, желтые зубы с заметными сколами.

У нас всё точно, как в аптеке, самодовольно заявил он. Вот ваша посылка. Хорошего дня, госпожа старший проджект-менеджер.

И доставщик разжал пальцы. С глухим громом контейнер опустился на сверкающий пол.

Вы что делаете?! взвизгнула Женя.

Должно быть так бросается мать к своему ребенку, на которого несется машина. Телефон выскользнул из руки, весело треснувшись об пол. Стаканчик с кофе взмыл в воздух, разбрызгивая остатки айс-латте по новому блейзеру. Ей было все равно. Сейчас во всем мире для нее существовала одна единственная вещь. Пальцы девушки коснулись рифленой, черной поверхности контейнера, всё ещё холодной после улицы.

Это хрупкое оборудование, дебил! завизжала она, судорожно ощупывая пальцами углепластик в поисках трещин.

Но их, естественно, не оказалось. Разработчик уверял, что его можно использовать как маятник для сноса зданий и с содержимым ничего не случится. Все же проверять не хотелось.

Ты хоть представляешь, сколько это стоит?!

Понятия не имею, засмеялся курьер, поднимая руки в фальшивом жесте примирения. Но в заказе ничего не говорилось о хрупком грузе, так что ничего не нарушено. Еще раз, всего хорошего!

С этими словами он развернулся и, весело скрипя сервоприводами, зашагал к выходу.

Эй, закричала Евгения ему в спину. Ты куда это собрался?!

И он не отказал себе в удовольствии поиздеваться. Они никогда себе в нем не отказывают. Остановился, не торопясь развернулся и развел руками.

Работать. Еще куча доставки сегодня, невинно заявил он.

Я заказывала доставку на верхний этаж! напомнила Евгения, стараясь чтобы голос не дрожал. Но он дрожал. Кто будет его туда поднимать?!

Понятия не имею, пожал плечами курьер. Но заказ закрыт и я умываю руки.

Как это закрыт?!

До Евгении только сейчас стал доходить смысл его слов. Фирма доставки не могла в одностороннем порядке закрыть заказ, не опасаясь последствий. Сама Евгения ничего не подписывала. Этого просто не могло происходить. Если только...

Дорджи, по слогам прочитал курьер, обращаясь к своему планшету. Указан как ваш помощник и ответственное юрлицо. Он был так любезен, что сделал всё за вас, раз уж вы были слишком заняты. Очень услужливый парень!

Дорджи. Женя открыла было рот и снова закрыла. У нее не нашлось слов. Милый, услужливый Дорджи, всегда готовый помочь и поддержать. Дорджи, варящий лучший в мире кофе. Неужели сегодня все близкие люди должны её предать?

Дорджи, только и сказала она.

Ага! с готовностью закивал курьер. Бурят чтоли? Моего взводного так звали. О!

Курьер развернул планшет чтобы Евгения могла его видеть. Экран пылал снопами мультяшного салюта.

Он только что поставил мне пять звезд!

Глава 2

Маленькая дрянь за стойкой ресепшена вздохнула и отложила мобильник. Не торопясь поправила очки и взглянула на фитнес-браслет, проверяя время. Затем подняла трубку допотопного, проводного телефона и пробежалась пальцами по наборной панели в поисках нужной кнопки быстрого набора. Таких устройств сейчас становилось всё больше. Когда-то люди покупали старую технику следуя моде на ретро, даже у Игоря дома стоял виниловый проигрыватель и со стопкой пластинок к нему. Последняя война только усилила моду, дала ей объективную причину на существование аналоговую технику было труднее взломать или заглушить. Евгения вспомнила, что однажды ей даже пришлось писать рекламный сценарий для таких телефонов.

Администраторша тем временем поёрзала в высоком кресле и, убедившись, что сидит с идеальной осанкой, а строгий, черный пиджак не помялся, приложила трубку к уху. Её пальцы снова пробежались по кнопкам, пока наконец не нашли ту, что значилась, как зона отгрузки. Уставившись в пустоту перед собой, маленькая дрянь стала ждать ответа. Из трубки возле её уха едва различимо доносились ровные гудки дозвона.

Несколько секунд взгляд Евгении был прикован к трубке допотопного телефона. Потом она поняла, что так пялиться не вежливо. Более того, люди могли заметить голод в её взгляде. Нельзя давать повода сомневаться в себе. Достаточно, что сомневается она сама.

Изящно опершись на стойку кончиками пальцев, старший проджект-менеджер подняла голову к настенным часам за спиной администраторши. Маленькая стрелка застыла на одиннадцати, большая почти поровнялась с ней. Секундная стрелка бешено наматывала круги по циферблату со скоростью вентилятора. Оставался час с копейками. Всё хорошо, пока что волноваться не о чем. У Дорджи наверняка всё должно быть готово, нужно только поднять к нему посылку.

Чертов Дорджи так и не прочитал её сообщение. Раз уж это из-за него курьер не стал поднимать ящик наверх, то пусть сам расхлебывает эту кашу. Но Дорджи молчал. Длинные ногти Евгении начали отбивать ритм по стойке. Как не приятно переложить вину на кого-то другого, результат все равно один. Ей снова предстоит разбираться со всем самой.

Нельзя-ли побыстрее? спросила Евгения, стараясь чтобы её голос звучал как можно более безразлично.

Краем глаза она заметила, что администраторша пожала плечами.

Они не берут трубку, пропела она. Думаю, там никого нет.

Евгения не удержалась и строго посмотрела на неё. Сотрудница улыбнулась немного виновато.

Вспомогательные службы сегодня загружены, она кивнула на хаос, царящий в фойе, на людей снующими вокруг, точно загнанные звери. Мы ожидаем высокое начальство с минуты на минуту. Говорят, приедет сам Мандарин.

Мандарин. В команде Евгении его называли только так. Да и не только в ее команде. Если выяснится, что презентацию смотреть будет он сам, лично Старший проджект-менеджер не была уверена, что чувствует по этому поводу. Хотелось одновременно прыгать до потолка и покончить с собой.

Да, я в курсе, обронила она со всей возможной небрежностью.

Удивительно, но трубку наконец сняли. Омерзительно мерзким голоском администраторша прощебетала в неё просьбу Евгении и долго слушала ответ, изредка поддакивая и кивая изящной, маленькой головкой. Евгения искоса глянула на часы. Одиннадцать ровно. Все хорошо. Она вздохнула и приготовилась к плохим новостям.

К сожалению, они сказали, что не могут выделить сейчас грузчиков из-за загруженности, скорбным тоном сказала администраторша. Но вы можете оставить заявку на сегодня

Да что за чушь!

Резко развернувшись, Евгения зашагала прочь. С тем же успехом маленькая стерва за стойкой могла бы предложить оформить заявку на следующий год. Евгению как раз уволят, выселят из квартиры за неуплату и ей понадобятся грузчики, чтобы перевезти вещи к родителям.

Вдох. Выдох. Она остановилась. Все хорошо. У нее есть еще целый час.

Контейнер так и стоял на месте, там, где она его оставила. Точнее, оставил курьер. Евгения честно попробовала поначалу справиться сама. Но взявшись за ручку и потянув быстро поняла, что так сорвёт только спину. Или в лучшем случае сломает каблуки дорогих туфель. Впрочем, она сомневалась, что хуже. Так или иначе, проклятый ящик не сдвинулся и на миллиметр.

Погоди-ка, пробормотала она, обернувшись к лифтам. Как раз раздался звонок и одна из пар дверей призывно распахнулась. Изнутри высыпали люди в пиджаках и рубашках, с бейджиками на груди и чашками кофе в руках. Стоило кабине опустеть, как внутрь тут же набилась точно такая же толпа. А если попробовать дотолкать контейнер до лифта? Возможно, получится распихать людей и доехать? Кто-нибудь даже может помочь.

Каких-то десять метров, оценила она расстояние до ближайшего лифта. Давай же, это финальный рывок!

Поставив недопитый кофе на крышку контейнера, старший проджект-менеджер обошла его по кругу. Пол здесь был гладкий как зеркало, в отражении даже возможно было разглядеть авангардную композицию люстры высоко под потолком. Она даже разглядела кружевной узор своего белья. Сжав ноги и неловко присев, Евгения уперлась в край ящика и попробовала толкнуть. Получилось не сразу, но со второй попытки ящик таки сдвинулся на пару сантиметров. Значит это возможно. Все хорошо. Последний рывок.

Последний рывок, повторила она и налегла на ящик изо всех сил.

Наверное, стоило снять туфли. Эта мысль пришла в тот самый момент, когда резко двинувшись ящик развернулся на месте. Ноги Евгении заскользили и она растянулась на полу. Секунду она лежала, осознавая, какое зрелище сейчас представляет. Поспешно поднявшись, глянула на время. На то чтобы сдвинуть ящик на двадцать сантиметров ушло пять минут. Пять минут.

Всё хорошо. Евгения потянулась за кофе, но обнаружила, что стаканчик лежит на полу, а вокруг него растекается темно-бежевая, скрывая отражение люстры.

Все хорошо.

Вы говорили, я могу оставить заявку на сегодня? Евгения навалилась на стойку ресепшена. Её пальцы лихорадочно отбивали по гладкой поверхности похоронный марш.

Малолетняя стерва за стойкой подняла голову и гаденько улыбнулась.

Да, конечно, проворковала она. Затем достала и положила перед Евгенией кипу бумаг. Вам нужно заполнить форму в двух экземплярах. Затем я свяжусь с отделом погрузок и они утвердят время. Вы можете указать свои контактные данные, вам придет оповещение о времени, когда бригада будет готова заняться вашей задачей.

У меня нет времени, опешив, Евгения тупо переводила взгляд с бумаг на администраторшу. Времени не было не только чтоб ждать команду грузчиков, но даже на заполнение бумаг. Она сейчас серьезно?

Маленькая стерва только пожала плечами.

Тогда укажите в заявлении, что это срочно.

На заполнение ушло еще пять минут. Ушло бы больше, но за последнее время Евгения заполнила столько заявок, что делала всё на автомате, а номера своих документов заучила как молитву. До презентации оставалось еще пятьдесят минут. Всё хорошо. Всё хорошо, черт побери.

Вот, буркнула она, подтолкнув бумаги к администраторше.

Очень хорошо, спасибо.

Собрав листки, она стала расставлять на них печати. Очень аккуратно, очень медленно.

Сейчас я закончу и сообщу вам о результатах, сказала она с непременной улыбкой. Вы пока можете присе

Она не договорила. Склонив маленькую, аккуратную головку на бок, посмотрела куда-то Евгении за спину. Сложив пальцы в знаке пацифик, она помахала им кому-то и улыбнулась теплой, неподдельной улыбкой. Совсем не так, как Евгении.

Oh, hi Mark! со странным акцентом протянула администраторша.

Оборачиваясь, Женя почувствовала, как холодок пробегает по спине. Если иностранная делегация высокого начальства уже здесь, то всё кончено.

Привет, Катюш. Высокий мужчина в сером комбинезоне клининга, кепке, небрежно натянутой на лоб и со шваброй в руках. С плеча у него свисала сумка. Почему-то он казался смутно знакомым. Поздоровавшись, он улыбнулся и помахал в ответ. Anyway, how is your sex life?

Администраторша, Катя, захихикала. Уборщик подошел ближе.

Зачем вызывала? осведомился он.

У входа, заговорщически щурясь сказала она.

Уборщик кивнул, перехватил свою швабру и молча зашагал прочь. Что это за цирк сейчас был?

Я вам не мешаю? холодно поинтересовалась Евгения.

Катя посмотрела на нее и вся теплота из её улыбки улетучилась.

Пожалуйста, присядьте, закончила та наконец.

Естественно, никуда она не присела. Стресс снова возвращался и Евгения радовалась приливу сил, но спокойно сидеть и ждать она не могла. Даже чтобы просто стоять на месте требовалось волевое усилие. Потратив еще пять минут на хождение из угла в угол фойе, периодически наталкиваясь на спешащих клерков, старший проджект-менеджер остановилась. Дорджи наконец ответил.

Хорошая новость заключалась в том, что высокое начальство еще не прибыло. Плохая Сутенер, похоже, будет выступать первым. Этого бы не случилось, окажись Женя наверху полчаса назад. Ну что ты будешь делать?!

Эй, мисс, это ваше?

Евгения резко вскинула голову и уперлась взглядом в лицо давешнего уборщика. Тот спокойно стоял, опираясь на швабру и со скукой смотрел на нее. Серая форма, серая кепка, бесцветное лицо и скучающие серые глаза. Он словно был рожден быть серым винтиком в огромной машине, безликим и безропотным. Он - да, но не Евгения. Кем вообще надо быть, чтобы работать уборщиком, когда для этого давно есть роботы?

Что? она сама не знала, что имела в виду. Чего ему от нее надо? Что он забыл на должности робота-пылесоса? Почему обращается к ней мисс? Всё сразу, наверно.

Коробка, он ткнул большим пальцем за спину. А Евгения и не заметила, как ноги сами принесли её обратно к контейнеру. Это ваше?

А вам какое дело? ей потребовалось усилие, чтобы не перейти на ты. Откровенно возмущало, что кто-то с подобной беспардонностью лезет в её дела. Да еще кто? Полотер.

Да никакого, пожал плечами тот. Мне бы пол протереть. Может, уберете?

А?

Переведя взгляд на посылку, Евгения поняла с чем он. Лужа кофе никуда не делась, а теперь затекла и под контейнер. Девушку этот факт даже позабавил. О, конечно, она могла бы убрать коробку, сейчас, только достанет свой силовой экзоскелет из сумочки.

Евгения тепло и искренне улыбнулась. Совсем не так, как улыбалась маленькой стерве за стойкой ресепшена.

О, да просто переставьте её, там ничего хрупкого, проворковала она, старательно подражая тону маленькой стервы. Я жду грузчика не хочу повредить маникюр.

И девушка честно продемонстрировала дорогие, нарощенные ногти. Уборщик хмыкнул.

Ладно. Не подержите пока?

И протянул ей рукоять швабры, немного пренебрежительно улыбаясь. Евгения автоматически взяла, хотя и чувствуя брезгливость.

Осторожно обойдя кофейную лужу, уборщик наклонился. Выбросил вперед руку, взялся за рукоять контейнера и чуть дернул. Контейнер не обратил на такую фамильярность никакого внимания. Женя улыбнулась еще шире.

Тяжелое, усмехнувшись, протянул серый человек. Что у вас там, фрезеровочный станок?

Что-то вроде того, сказала Евгения не без удовольствия. Пускай хоть кто-то сегодня почувствует на своей шкуре, через что пришлось пройти ей.

Ну ладно, снова усмехнулся хоть кто-то.

Расставив ноги пошире, уборщик взялся за рукоять двумя руками. Одной ногой ему пришлось вступить в лужу, но решимости это не убавило. Согнул колени, выпрямил спину, точно собрался поднимать штангу в фитнес-клубе. На качка он, впрочем, не тянул.

Давай, давай, внутренне захохотала Евгения. Посмотрим, как ты надорвешься. Это не решение ее проблем, но тот что-то.

Раз-два, проговорил уборщик, приноравливаясь. Вот сейчас. Евгения затаила дыхание. Взяли!

Одним плавным движением, серый человек разогнул колени, одновременно вскидывая контейнер на грудь. Евгения видела, как такое проворачивают со штангой в зале. Разница была лишь в том, что делали это мужчины раза в два массивнее вот этого.

Тем временем уборщик развернулся на месте, крякнул и поставил ящик на чистый пол.

Можно мой инструмент? любезно сказал он, протягивая руку за шваброй. Голос его не дрожал, он даже не запыхался.

Парой легких движений шваброй уборщик стер с пола остатки кофе, а лежащий стаканчик отправил в ближайшую урну красивым, точным броском. Он даже снова приподнял контейнер чтобы протереть под ним. Закончив серый человек сложил телескопическую рукоять швабры и отправил ее в сумку, все это время свисавшую с плеча.

Аккуратнее, мисс, не поскользнитесь снова, улыбаясь, он кивнул на мокрый после уборки пол.

Да, хорошо, спасибо, машинально поблагодарила Женя, вконец пристыженная.

Он уже удалялся по своим делам, вероятно, мыть очередной туалет, когда она решилась.

Простите, а вы не могли бы мне немного помочь? робко сказала она ему в спину.

Серый человек обернулся. Ироничное выражение играло на обветренном лице, казалось, ничего в этом мире его не беспокоит. Он непонимающе поднял одну бровь.

Я заплачу! поспешно пообещала девушка. И поговорю с вашим начальником, чтобы не было проблем!

Склонив голову набок, он раздумывал несколько секунд. Несколько долгих, драгоценных секунд.

И как я могу помочь?

Женя краем туфли пнула контейнер. Тот снова не обратил внимания на фамильярность.

Мне его не поднять, призналась она. И я не знаю, когда будут грузчики.

И у вас почти не осталось времени.

Да, Женя поджала губы, пристыженная его проницательностью. Откуда вы?..

Его тут у всех почти не осталось, спокойно проговорил он и у Жени холодок пробежал по спине.

Уборщик думал почти с минуту, но Женя не решалась смотреть на часы, боясь спугнуть удачу. Наконец, он скривил губы и осведомился:

Какой этаж?

Последний.

Он коротко хохотнул.

А у вас губа не дура, мисс, он протянул ей раскрытую ладонь. По рукам. Зовите меня Марк.

Евгения Викторовна, ответила она рукопожатием. Подумала и добавила, можно просто Женя.

Хорошо, мисс Женя, уборщик наконец улыбнулся, теплой, неподдельной улыбкой. Думаю, сегодня можно начать уборку с последнего этажа.

Глава 3

Женя придерживала дверь, пока уборщик с контейнером на плече не протиснется на лестничную клетку. Навалившись на дверь всем своим весом, она всё равно чувствовала, как каблуки скользят по полу. Наконец, уборщик перевалился через высокий порожек, осторожно перенося вес с одной ноги на другую, и поставил контейнер на лестничный пролет. Где-то позади заскрипел лифт, уходя наверх. Без них.

Ну, три этажа мы хотя бы проехали, оптимистично заметил уборщик, потягиваясь. При движении его плечи затрещали.

Женя отпустила дверь и та рывком закрылась до половины, пока её не остановил доводчик, не давая захлопнуться и отсечь пальцы зазевавшимся. Стоя на лестничной клетке девушка видела в сужающуюся щель, что у лифта уже собралась небольшая толпа.

Да уж, вздохнула она.

На пожарной лестнице было светло, как в вестибюле и так же вместо стен занимали панрамные окна. За ними застыл пейзаж заснеженного города, залитого холодным, декабрьским солнцем. От одной мысли о снеге Женю пробрал озноб. Шагнув к перилам, она посмотрела вверх, на уходящие ввысь пролеты лестницы. Еще двадцать два этажа на своих двоих. Женя не помнила, когда вообще в последний раз поднималась по лестнице где-то, кроме спортзала. Да и тот она уже которую неделю прогуливала.

Это не так сложно, главное правильно дышать, точно прочтя её мысли сказал уборщик. Глубокий вдох и серия коротких выдохов.

Ты не мой личный тренер! взвизгнула Женя, резко обернувшись.

Склонив голову на бок, Марк смотрел на неё с таким выражением, словно оценивая, решая и уже сомневаясь в своем решении.

Прости, я не хотела.

Она потупилась и отвела взгляд.

Я заплачу в два раза больше за неопределенно махнула рукой на лестницу, неудобства. Идет?

Уборщик кивнул и снова улыбнулся.

Да ладно, отмахнулся он. Подняв руки он продолжил разминаться, готовясь поднимать тяжелый контейнер. Просто пообещайте мне кое-что.

Женя настороженно подняла голову, она поняла, что он хочет сказать.

У нас не было времени всех пропускать, заявила она, имея в виду клерков, с которыми они ехали в лифте. В утреннем потоке сумасшедший лифт останавливался на каждом этаже, кто-то выходил, кто-то заходил. Ей и Марку с контейнером на руках приходилось выходить тоже, пропуская идущих. Женя не выдержала уже на третьем этаже. Это же просто бред какой-то! От меня зависит их будущее, а они не могут даже вперед пропустить!

Уборщик покосился на контейнер у ног.

Может быть, задумчиво пробормотал он. Затем усмехнулся. Но офисному планктону обычно не нравится, когда его называют офисным планктоном. Муравьями и винтиками тоже, пожалуй,было лишнее.

Они меня вывели из себя! Сами напросились!

Она продолжила увещевать, но человек в серой форме её уже и не слушал. Спокойно он поднял руку и взглянул на голые запястья, точно на часы.

Ох, черт, осеклась Женя на середине эмоциональной тирады.

Взглянула на телефон. Несколько сообщений от Дорджи. Ни единого от Игоря, ну еще бы. Куча уведомлений в корпоративных чатах и настойчиво лезущая на экран сова Дуолинго. Все это менеджер смахнула не задумываясь, хотя с настырно совой пришлось потрудиться, и наконец взглянула на часы. Одиннадцать тридцать. Если они поспешат, выложатся на все сто и поставят по дороге пару рекордов в беге по лестнице с грузом, то Женя еще успеет умереть от истощения прямо на высокого близкого начальства. Возможно, сам Мандарин закроет ей глаза.

Идем немедленно! Женя обнаружила, что стоит на ступенях, преодолев уже половину пролета.

Не так быстро! засмеялся Марк. Кажется, улыбка никогда не сходила с этого загорелого, уверенного лица. Конечно, он-то может позволить себе улыбаться, если-то падать некуда.

Что ещё?

Уборщик сбросил с плеча сумку и протянул ей.

А? Мне? Менеджер неуверенно взялась за ремень, удерживая сумку на вытянутых руках.

Эта штука и так нелегкая, а сумка мешает держать равновесие. Помогите мне помочь вам.

Хорошо, после секундной паузы ответила менеджер. Без особого энтузиазма Женя перекинула лямку через плечо, продолжая нервно перебирать её пальцами. Сумка оказалась тяжелой. То ли рукоять швабры заполнял свинец, то ли Марк вместо кубок использовал кирпичи.

Крякнув, Марк снова взвалил контейнер на грудь. С усилием, как тяжелую, полную коробку на складе, но поднял. Так не поднимают промышленные контейнеры весом в сто пятьдесят килограмм. Если уж на то пошло, такие вещи не поднимают вообще без специального оборудования, вроде экзоскелета или погрузчика.

Поехали, объявил уборщик и зашагал вверх по лестнице. Тяжело, неловко вначале, но он шагал. Он поднимался.

Несколько секунд она рассматривала его спину, гадая, может ли легкий комбинезон с логотипом клининговой службы скрывать экзоскелет. Да нет, не похоже. Да и зачем он уборщику? Поднимать ведра по сто литров и швабру из обедненного урана? А что же тогда? Искусственные мышцы? Это вовсе не редкость для тех, кто вернулся с войны.

Идете, мисс? бодро бросил уборщик, уже добравшись до следующего пролета и повернувшись. Мы вроде бы спешим, нет?

Да-да, поспешно пробормотала Женя и заковыляла следом.

Поднимались они в молчании, только уборщик что-то насвистывал себе под нос. С каждым новым пролетом заснеженный город за окнами всё отдалялся, всё больше погружаясь в море метели. При каждом шаге тяжелая сумка раскачивалась и била по бедру, но это хотя бы помогало Жене держать ритм дыхания. Раз за разом она доставала телефон чтобы узнать, сколько времени у них осталось, и раз за разом давала себе обещание, что не станет его больше трогать, пока они не достигнут нужного этажа. А потом доставала телефон снова. Тишина и неторопливый подъем действовали на нервы.

Трясясь от бездействия, девушка забрасывала ассистента десятками вопросов по презентации. Знала, что всё это они проверяли уже не по разу, но ничего не могла с собой сделать. Да и лучше же перебдеть, так ведь?

Под конец Дорджи прислал голосовую на две минуты. Голосом полным сарказма и раздражения он уверял начальницу, что у него всё схвачено и не нужно следить за ним, будто за ребенком. Что их конкуренты пытаются выбить себе первое место в очереди на питчинг, но у них ничего не получится. И что он ждет только её чтобы начать.

Прости за доставку, но просто будь вовремя и мы их сделаем, закончил он. Это немного успокоило Женю, даже одышка от подъема как будто стала легче. В запасе оставалось еще двадцать пять минут. Как высоко они уже забрались? Сказать было трудно, Женя устала и каждый шаг давался всё труднее. За окном она уже видела крыши окружающих домов и снежные шапки на вытяжках.

Шагнув на пролет, она едва не врезалась в Марка. Неловко взмахнув руками она секунду покачивалась на носках, пока не обрела равновесие вновь. Сумка слетела с плеча и с металлическим звуком упала на ступени.

Да что у тебя там? невпопад спросила она, поднимая багаж. О причине внезапной остановки она и так догадывалась невозможно нести такую тяжесть без передышки. Даже импланты работают не вечно.

Серый человек, как и ожидалось, поставил контейнер на пол.

Да так, кое-какие средства для чистки, рассеянно отмахнулся он, снимая кепку и вытирая ею пот со лба.

Только откинувшись на перила, Женя поняла, как устала. Даже боязнь опоздать ушла на второй план.

Спасибо, я бы наверно сейчас упала, искренне поблагодарила она. Только недолго, ладно?

Хм? Что недолго? спутник обернулся к ней, подняв одну бровь. А! Нет, сейчас пойдем дальше, только людей пропустим.

Теперь и Женя услышала шаги, доносящиеся сверху. Несколько человек спускались, что-то громко обсуждая. Похоже, не только им с Марком отказались сегодня от лифтов в пользу здорового образа жизни.

Вот и повод для привала, усмехнулся он, аккуратно пододвигая контейнер к перилам, освобождая проход.

И Женя решилась.

Вы же воевали, да? быстро спросила она, надеясь, что не звучит глупо.

Её спутник медленно повернул голову, впервые на его лице играла не легкая улыбка, а удивление, смешанное с интересом.

С чего вы взяли?

Извините, я ничего не имела в виду, поспешила оправдаться девушка, хотя и не понимала, за что именно. Просто так спросила. Ну, ящик, он тяжелый, вот и подумала, что, наверное, дело в аугметике. Не знала, что уже есть коммерческие модели.

Коммерческих нет. Пока.

Женя неловко хихикнула.

Тогда это может быть моим следующим проектом, она постаралась выдавить улыбку. Держать её перед собой как щит уже не получалось. Если с нынешним получится.

Хм-м

Уборщик задумался, переваривая ее слова. В целом, никто не делал секрета из того, что военная империя изо всех сил пытается подстроиться под гражданские товары. Пытается, да уж, верно подмечено. Скорее уж пытается удержаться на плаву. Мы не были готовы к миру.

А это, Марк легонько постучал по корпусу контейнера носком ботинка. Это тоже какая-то военная технология для массового рынка?

Серьезный, напряженный взгляд уборщика заставил менеджера почувствовать себя маленькой и слабой.

Ну... да, пожала она плечами. Это сейчас главный тренд. Война оставила после себя не паханное поле разработок. Наша компания еще годы будет адаптировать их для потребителя. Собственно, а что ещё делать? Так было всегда: война не только самый выгодный бизнес, но двигатель прогресса. Со временная медицина всем обязана двум мировым войнам, особенно второй. Всем известно, что человек на восемьдесят процентов состоит из воды, например. Но кто-нибудь задумывался, откуда мы это знаем? А разгадка проста: один совершенно безумный, но всё-таки гений во время войны проводил чудовищные опыты над людьми. В том числе выпаривал из них воду. Но то, что мы используем полученные в результате знания на благо человечеству позволяет нам смыть грехи прошлого и сделать мир лучше!

Закончив, она часто задышала, переведя дыхание. Уборщик смотрел на неё, слегка обескураженный речью. Женя и не заметила, как встала на рельсы, но, похоже, бессонные ночи и бесконечные репетиции перед зеркалом речи не прошли даром. Главное теперь повторить это перед акционерами на презентации. Марк хмыкнул и чуть улыбнулся.

А из вас вышел бы хороший проповедник, медленно проговорил он. Так уж и быть. Да, я нес службу. Аугментаций не получал, однако.

Тогда каких вы?.. опешила Женя.

Дело в том, что...

Он не закончил, прервавшись на полуслове, когда девушка резко вскинула голову. Этот голос она узнала бы в любой толпе. Он не мог быть ни чьим иным. И он приближался, ступень за ступенью.

Её взгляд заметался. Оторвавшись от перил, Женя лихорадочно искала путь к отступлению. Нельзя, абсолютно невозможно оставаться на месте или все пропало.

Что не так? голос его был спокоен, все же Марк встал прямо. Забыли что-то?

Нам нужно идти. Немедленно! прошептала Женя, хотя хотелось кричать.

Ладно, ладно, начальник, засмеялся уборщик, примериваясь снова поднимать контейнер. Видимо, привалу конец.

Как же, должно быть, она сейчас глупо выглядит, промелькнула отстраненная мысль. Тем временем уборщик снова вскинул груз на грудь и стал подниматься.

Не туда! Женя ухватила его за рукав, от чего мужчина чуть не потерял равновесие.

Эй, осторожнее! Марк едва удержался чтобы не упасть прямо на спутницу.

Умереть, раздавленная тяжестью своего проекта, подумала отстраненно Женя, продолжая лихорадочно искать выход. Это была бы ироничная смерть, да еще и конец всем мучениям, но почему-то она всё равно продолжала. Ей на глаза попалась дверь пролетом ниже, точно такая же, через которую они вошли.

Сюда!

Несмотря на каблуки и узкую юбку, сковывающую движения, девушка в мгновение ока сбежала по ступеням и оказалась у двери.

Да что за спешка?! негодовал Марк, неуклюже спускаясь следом.

Скорее, нам надо уйти с лестницы! Я всё объясню позже!

Женя потянулась к ручке и её пальцы сжали воздух. Озадаченная, она обежала глазами дверь. Нет, ей не показалось. Ни ручки, ни нажимной перекладины. Даже замочная скважина отсутствовала, только светлое, матовое покрытие двери, мало чем отличавшееся от стен.

Какого черта?.. выдохнула она.

Звук шагов наверху прекратился, девушка расслышала, как незнакомый голос что-то сказал тоном, которым рассказывают анекдоты и несколько человек засмеялись. Чувство было такое, будто смеются они над ней.

Это пожарная лестница, вставая рядом, пояснил Марк. На этом этаже с неё выйти нельзя. Можно только войти. Выйти можно только на первом.

Взгляд Жени скользнул по напряженному от натуги лицу уборщика. Улыбка того стала извиняющейся. За его спиной снег укутывал город белой тенью. Вот он, твой выход. Открой окно и шагни в снежную пелену. Там нет ни презентаций, ни деспотичного начальства, ни эгоистичных мужчины, который от тебя нужно только твоё тело. Раз уж придется начинать всё с начала, то это хотя бы быстрый способ спуститься на первый этаж.

Ну, ладно, сказал наконец Марк. Голову он поднял, прислушиваясь к приближающимся голосам. Улыбка снова пропала, уступив место недовольной гримасе. Такая бывает, когда не можешь решиться на что-то.

Может сходим пообедать? голос раздался прямо над головой. Еще пара шагов и они увидят друг друга. Я бы хочу нормальный рамен.

И Марк решился.

Идите за мной.

Он двигался быстро и бесшумно, будто не замечая тяжести, что держал в руках. Перешагивая по две ступени, уборщик спустился на два этажа, а Женя едва успевала за ним. Перед ними оказалась еще одна дверь, но не такая, как на других этажах. Тяжелая и металлическая, она больше походила на дверь бомбоубежища, а цифровой замок только усиливал ассоциацию. И как она не обратила внимание, пока они поднимались? Впрочем, на телефон она смотрела чаще, чем по сторонам. Как только по ступеням не промахивалась?

Что это? спросила Женя, глядя на дверь.

Марк поставил контейнер и уже набирал на панели пароль. С приветливым писком дверь распахнулась и уборщик втолкнул внутрь черный ящик.

Быстрее, подгонял он и в тон самой Жене добавил. Я всё объясню позже.

Старший проджект-менеджер опасливо оглянулась, вздохнула и решительно переступила порог. Под ногами что-то захрустело, в ноздри ударил сухой, пахнущий побелкой и свежей краской воздух. Тяжелая дверь стала медленно закрываться за их спинами, отсекая голоса незнакомцев. Перед тем, как дверь окончательно захлопнулась, до ушей Жени донеслась последняя фраза:

Да не, чего-то нет аппетита. Я бы лучше сейчас выпил, сказал Игорь.

Глава 4

Смахнув с дешевого, офисного стула мусор и строительную пыль, Марк брезгливо осмотрел его. Недовольно покачал головой. Вытащил из кармана ворсистую салфетку и попытался оттереть хотя бы сидение стула от вездесущей побелки, но только размазал её ещё сильнее. Видя, что и это не помогло, уборщик выудил откуда-то старую газету и просто постелил её на стул, скрыв белую грязь под пестрыми заголовками.

Вот, ответил наконец он, натянуто улыбаясь. Вы, должно быть, устали.

Женя почувствовала, как жар заливает лицо.

Спасибо, очень галантно.

Марк фыркнул.

Не бог весть что, но хоть переведете дух, сказал он, возвращаясь к двери, через которую они попали на этаж. А я пока покараулю. Скажу когда они уйдут.

Хорошо.

Прислонившись ухом к металлической двери, уборщик застыл, вслушиваясь в происходящее за ней. Сама Женя как ни старалась, не смогла ничего расслышать, дверь надежно изолировала все звуки. Видимо, её поставили, когда на этаже начался ремонт чтобы строительный шум не мешал всему зданию. Марк, однако, уверял её, что прекрасно слышит всё, что происходит за дверью и Женю это, мягко говоря, беспокоило.

Они говорят о машинах. Один сказал, что не хочет обсуждать ничего серьезного и двое других от него отстали, будто прочитав её мысли сказал Марк. Да и я особо не вслушивалась. Чего стоите? В ногах правды нет.

Это немного успокаивало. Вся эта история с Игорем и так выбила её из колеи, не хватало чтоб посторонние еще начали судачить. Женя ладонью оперлась о спинку стула и, не смотря на старания спутника, еще раз осмотрела сидение. Ничего, что могло бы оставить пятна на её безупречном костюме, проджект-менеджер не заметила. Её внимание привлекла статья на развороте. На фото красовался неуклюжий, похожий на чайник на ножках и с прикрученным пулеметом шедевр Boston Dynamics. Заголовок гласил: Первый боевой андроид Запада: чем ответит Россия?

О, Женя знала ответ на вопрос. Примерно девять десятых продукции их компании служили этим ответом. Уже года два как вопрос потерял всякую актуальность, но ответов было дано столько, что её отделу предстоит разбираться с ними еще многие годы. Женя надеялась, что всё же сможет в этом поучаствовать. Желательно возглавить.

Не желая больше думать о работе, Женя осторожно примостилась на краешек стула. Колени жалобно щелкнули, но натруженные икры были благодарны к таким эскападам на высоких каблуках, как сегодня, они не привыкли. Глянув на время, девушка вздохнула. Первой выступить сегодня всё равно не получится. Дорджи, впрочем по этому поводу был более оптимистичен, уверяя что финал запоминается лучше начала. Женя надеялась что он прав, но надеялась вполсилы. В конце концов, сколько раз начальство принимало первый же питчинг, не желая выслушивать одну презентацию за другой?

Не думать о работе не получалось.

А откуда у тебя код от двери? желая как-то отвлечься спросила она. Ты ещё и ремонтник на полставки?

Женя обвела взглядом обширное свободное пространство этажа. Стены снесли, остались только несущие колонны и кучи строительного мусора. Уборка бы тут точно не помешала.

У меня здесь что-то вроде подсобки, лукаво улыбнулся мужчина, оборачиваясь. Здесь раньше был отдел перспективных военных разработок, но со всей этой сменой курса...

неизвестно, нужна ли вообще эта кампания, закончила за него Женя. Обняв руками колени, девушка взглянула на собеседника. Всё будет хорошо. Мы много усилий вложили в проект, он должен выстрелить. Может быть даже здесь однажды будет мой отдел.

Либо отдел кого-то из конкурентов, да?

Женя фыркнула.

Только у одного из них хватит наглости обойти меня. И если он победит, Женя взглянула на часы. А это становится всё более вероятно с каждой минутой. Тогда здесь будет не отдел разработки, а бордель.

Бордели как по мне лучше оружия массового поражения.

Женя фыркнула еще раз, громче.

Я не преувеличиваю, обличительно сказала она. Мы зовем его Сутенёр. И знаешь почему? Он предложил перепрофилировать фирму под нужды порно индустрии. Только об этом и треплется, как много денег приносит продажа вибраторов, костюмов для косплея и оборудование для вебкама. А знаешь, какой слоган у его программы?

Марк задумчиво посмотрел на потолок, словно искал там ответа, усмехнулся, тряхнул головой и снова посмотрел на девушку.

Занимайтесь любовью, а не войной? ухмыльнулся он.

Старший менеджер раздраженно вскликнула.

Вот видишь - слишком очевидно!

Я что, угадал? Марку потребовалось несколько секунд чтобы унять хохот. Ну, может в этом и есть что-то. От войны все устали. Устали слушать о ней из каждого утюга и каждого забулдыги, желающего бесплатно выпить. Людям тоже иногда нужно отдыхать.

Но не так же! вскрикнула Женя. Это же грязное порно! В сети что, его недостаточно?!

Денег, патронов и порно не бывает достаточно, проговорил уборщик с таким видом, точно цитировал буддийскую мудрость, и развел руками.

Закатив глаза, Женя шумно выдохнула.

Мужчины... только и сказала она.

Потупившись, она решила сменить тему.

Они еще там?

Уборщик приложил ухо к двери.

Ага, кивнул он. Курят. Видимо, знают, что на этом этаже их никто не потревожит.

Да сколько можно курить? Игорь был не из тех, кто задерживается на перекуре или обеде. Такое случалось с ним только пару раз, когда они только начали встречаться и пользовались любой возможностью побыть наедине. Старые, добрые деньки... Женя задумалась, не может ли этот затянувшийся перекур быть из-за нее? Ну, это маловероятно, всё-таки это Игорь решил с ней расстаться, с чего бы ему изливать душу приятелям? Разве что решил вывалить её грязное белье перед ними.

Женя рывком села прямо.

Они говорят обо мне? чуть более резко, чем стоило спросила она.

Уборщик не улыбался и осторожно ответил.

Да. Ваши знакомые?

Что-то вроде этого, девушка отвернулась, чувствуя, как в уголках глаз собираются слёзы. Парень. Ну, теперь уже бывший парень.

Мы поэтому сидим здесь? Потому что вы не хотите чтоб вас увидел бывший ухажер?

Нет, дело совсем не в этом. Да, расстались мы некрасиво, минут сорок назад, если быть точной, подумала Женя. Но мы оба взрослые люди, мы не станем избегать друг друга. Нам же еще работать вместе.

Ну и почему мы тогда тут торчим? Там, на лестнице вид у вас был такой, будто Махатма Ганди, мать Тереза и пророк Мухаммед лично застукали вас за просмотром пикантного видео ваших родителей, с ними же в главной роли.

Боже... Женю замутило от метафоры.

Ладно, ладно, извините, махнул рукой Марк, ухмыляясь. Ну так почему бы нам не выйти и не поздороваться?

Женя поняла, что смотрит на свой контейнер. Ей стоило волевого усилия, чтобы не броситься к нему, не начать закрыть своим телом, точно дитя. Поспешно она встала прямо, поправила юбку, пробежала пальцами по лицу, поправляя и его.

Думаю, не стоит, проговорила она, стараясь не выдать волнения в голосе. Сейчас они уйдут и мы продолжим.

Женя покосилась на собеседника, пытаясь понять, заметил ли он её реакцию. Откинувшись на стену, уборщик стоял засунув руки в карманы и саркастично кивал. Ну конечно же он заметил.

Я думал, мы торопимся.

Да, но... Женя изо всех сил искала оправдание. У нас с собой патентованные технологии. Нельзя чтобы произошла утечка.

Закончив, она посмотрела Марку в глаза. Так мы смотрим в глаза преподавателю, опоздав на пару, и надеемся, что он примет ту несусветную чушь, что бы придумал по дороге за уважительную причину.

Я не могу помочь вам, Евгения, если вы сами мне этого не даете, очень серьезно проговорил уборщик. Вы обещали, что всё объясните. Там, на лестнице, помните?

Ты тоже обещал! внезапно даже для себя бросилась в наступление девушка. Ходишь тут, строишь из себя какого-то недотепу, а сам слышишь сквозь стены и силен как горилла! Может ты еще стреляешь лазерами из глаз и умеешь летать?! Как ты это объяснишь? А? Ты обещал! Там. На лестнице.

Я объясню, пообещал Марк спокойно. Но я спросил первый. И, в отличии от вас, я никуда не спешу.

Женя машинально глянула на часы. Все хорошо. Всё. Хорошо. Марк смотрел на неё без злобы, но девушка чувствовала силу, которую он источал. Спокойную уверенность, которой она просто не обладала сейчас. Никогда не обладала, если уж быть до конца честной.

Ладно. Хорошо, сдалась менеджер. В её легких внезапно закончился воздух и Женя судорожно вздохнула, но это не помогло.

Порывисто она шагнула к контейнеру и упала на него как на скамейку, обхватив виски руками.

Это его разработки, едва двигая челюстью выплюнула она слова. Его, Игоря. Того, что за дверью. Я взяла её и хотела выдать за свою. Вот, я сказала это. Доволен?

И теперь вам стыдно, заключил Марк.

Женя резко вскинула голову.

Стыдно?! Да за что?! Я могу спасти эту компанию, а значит и он сохранит работу. Вы, мужики, просто не можете жить, если вашего имени не будет на доске почета, да? Вам всегда нужно быть героями! Знаешь, как это называется? она снова вскочила, уперла палец в грудь Марка. Комплекс спасателя, вот как!

Марк долго молчал и Женя даже успела перевести дух. Огонь в груди медленно угасал, оставляя только пепел. Холодный, удушливый пепел.

Да, бесцветный голос серого человека резанул, как нож. Всегда лезем помогать, когда нас об этом не просят. Это верно.

Я... Женя осеклась, запоздало осознав в какую ловушку себя загнала. Я не вас имела в виду, а мужчин в общем...

Это звучало ещё хуже, поняла она.

То есть наоборот, имела в виду конкретных мужчин. Не принимайте на свой счет.

Какое-то время мужчина обдумывал её слова. Когда он наконец улыбнулся, Женя поняла, что всё это время задерживала дыхание.

Хорошо. Да меня и нельзя назвать мужчиной, ни в общем, ни конкретно. А то бы я, наверное, обиделся.

В каком смысле? не поняла Женя. Он, конечно, просто дворник, но опыт говорил о том, что чем ниже статус мужчины, тем громче он кричит о своей несравненной мужественности.

Объясню по дороге, с этими словами Марк оторвался от стены и, взяв контейнер за край, поволок его по полу за собой. Раздался лязг и скрежет, а за контейнером пролегла полоса, очищенная от строительной пыли.

По дороге куда? воскликнула девушка. Контейнер выдерживал почти космические перегрузки без угрозы повредить тонкие механизмы внутри, но всё же видеть такое беспардонное обращение с ним было тяжело.

Наверх, не оборачиваясь бросил Марк и добавил, спасибо, кстати, что перешли на вы.

Под ногами хрустел битый бетон и щебенка. То и дело Женя оступалась, когда каблук упирался в скользкий осколок стекла или протыкал кусок гипсокартона. Они пробирались по изувеченному этажу, мимо покинутых лесов и инструментов, пустых ведер и не распакованных палетов со шлакоблоками. Люди ушли, оставив всё на своих местах, точно собираясь вернуться, как только закончится обеденный перерыв. Но вернутся они еще не скоро, это Женя знала. Если вернутся вообще.

Куда мы идем? Тут есть еще лестница? скорее чтобы заполнить молчание, чем желая что-то узнать, спросила девушка.

Надо забрать кое-что из подсобки, только и ответил уборщик.

У полуразрушенной стены Женя заметила миску заварной лапши с воткнутой в неё пластиковой вилкой и покрытый пылью электрический чайник. Над лапшой уже вились мухи. К горлу подступил ком, а живот сдавило, а кишечник скрутило судорогой. Женя прижала ладонь к животу, но помогло это только морально. Всё это, весь сегодняшний день, он ещё выльется ей в новый поход к гастроэнтерологу.

У неприметной двери в одной из немногих оставшихся стен Марк остановился и поставил контейнер. Зазвенела крупная связка ключей и дверь распахнулась, открывая за собой темное помещение.

Побудьте тут, я быстро, сказал он и скрылся в темноте.

Женя поморщилась. Естественно, он не зажег свет внутри. Не включил фонарик на телефоне, не щелкнул зажигалкой. Просто нырнул в темноту, точно кот. Она ничему уже не удивлялась. Если через минуту он появится из своей подсобки в трусах поверх цветастого трико, это будет единственно правильный вариант развития событий. Эх, хорошо бы. Тогда, возможно, он возьмет Женю в одну руку, контейнер в другую и вместе они взмоют ввысь, сквозь стену бурана за окном.

Особенно сильный спазм скрутил живот, заставив девушку согнуться почти пополам. Стальной паук расправлял свои лапки в её животе, впиваясь острыми когтями в мышцы и плоть, и всё поворачивался, поворачивался. Живот тонко, жалобно заурчал, а затем, когда достиг самой высокой ноты, всё резко прекратилось.

С облегчением девушка выдохнула, распрямилась, и только после этого поняла, что все это значит.

Эй, Марк, позвала она, пытаясь разглядеть что-то в темноте за дверью. У нас проблема.

Сейчас, минуту, донеслось изнутри. Не могу найти одну штуку.

Переминаясь с ноги на ногу, точно арктический пингвин, Женя огляделась по сторонам. За окнами справа бушевала метель и лился холодный, белый свет. Слева леса и полуразрушенные стены тонули в темноте, уходя в глубину здания.

Марк, это срочно, пискнула девушка, заливаясь краской. Сказать о своей проблеме прямо она не могла себя заставить.

Мы торопимся, я знаю, донесся раздраженный голос уборщика из-за двери.

Бессвязный поток ругательств вырвался изо рта Жени. Боясь сделать лишнее движение, она выудила из кармана пиджака телефон. С трудом разблокировала его пальцем с длинным ногтем и включила фонарь. Выставила перед собой, как щит и шагнула через порог, в темноту. Почему-то при мысли о щите она машинально заулыбалась, хотя радоваться было нечему.

Где вы? позвала Женя, водя фонариком из стороны в сторону.

Луч света выхватывал из вязкой тьмы то кусок дощатого пола, то край ободранного, офисного дивана, то шаткий стол с одноразовой посудой на нем. Образ тесной подсобки с ведрами и швабрами не оправдался, помещение оказалось гораздо больше. Женя шла, вслушиваясь в гулкий звук своих шагов. Где-то впереди она слышала возню, но свет до туда не доставал.

Под ноги попался гофрированный кабель и девушка пошла вдоль него, это был хоть какой-то ориентир. В какой-то момент позывы стали невыносимы и Женя остановилась, прижав телефон к груди и глубоко дыша. Ноги она перекрестила, колени больно прижались друг к другу, а шпильки едва ли помогали сохранить равновесие.

Пожалуйста, только не сейчас, взмолилась она, не зная к кому конкретно обращаться, к господу или своей прямой кишке.

И затем всё прошло. Женя перевела дух и пошла дальше. И почти сразу свет её фонарика выхватил из темноты лицо Марка.

Вот вы где, воскликнула она, одновременно недовольно и с облегчением.

Марк смотрел на неё как-то странно, будто глядел куда-то ей за спину. Женя подошла ближе и рассмеялась бы, если бы не страх обделаться на месте.

Уборщик взирал на неё с плаката. Одетый в военную форму, он застыл в пафосной, героической позе и устремил взгляд ясных, голубых глаз куда-то вдаль. Уверенное лицо выражало оптимизм и мужество, но в уголках губ пряталась знакомая улыбка. Похоже, зарплаты уборщика ему не хватало и Марк подрабатывал моделью. Женя едва подавила смех.

Странным в картинке оказался только флаг. Почему-то за спиной героя развевался не привычный триколор, а вражеские звёзды и полосы, а с неба пикировал неизменный орел. Надпись внизу плаката тоже не внушала доверия. В обрамлении всё тех же патриотичных звезд и полос она гласила: Atlas mk.3 War with a human race.

Женя поморщилась. Война с человеческой расой? Должно быть постер какой-то инди-игры про злых американцев. Такие очень любит Игорь. Ну, это хоть как-то обьясняло эти постоянные мисс и мэм. Уборщик просто заигрался.

Там ошибка в печати.

Голос Марка раздался над ухом так внезапно, что Женя вскрикнула. В испуге она отшатнулась, с обреченностью чувствуя что-то горячее и жидкое между ягодиц. Подняв телефон, она осветила говорившего.

Должно быть не race, а face, проговорил уборщик, глядя куда-то во тьму, должно быть, на плакат. Глаза его в бледном свете сияли зелеными искрами, точно у кота. Война с человеческим лицом, понимаете, мисс? Впрочем, вышло неплохо. В чем-то даже пророчески.

Выглядел он жутко и опасно. Женя продолжала пятиться, пока не уперлась спиной в стену. Ну, всё, подруга. Можешь больше не сдерживаться. Какая тебе разница, обделаешься ты до смерти или после?

Уборщик повернул голову к ней, будто только что заметил, и глаза его потухли.

Пойдемте, тепло улыбнулся он, протягивая руку. Покажу, где здесь туалет.

Когда она закончила и вышла, в помещении уже горел свет. В глаза в первую очередь бросился длинный стол, за которым без труда могли уместиться двадцать человек в дорогих костюмах. У одной стены были свалены в кучу кресла. Стены и пол покрывала драпировка из полиэтилена. У одного конца стола висел на стене белый экран для проектора, возле которого и стоял дешевый пластиковый биотуалет, спасший Женю.

Конференц-залом давно не пользовались, гладкую поверхность стола покрывал слой пыли. Только в противоположном конце зала виднелись признаки жизни: пара металлических шкафов, стол, стул и узкая кровать с голым матрасом. Быт Марка оказался таким же приземленным, как и его работа.

Женя взглянула на часы. Пять минут первого. Она опоздала, первой ей не быть. Дорджи завалил её сообщениями, но ей страшно было даже их открывать.

Он даже не повернул головы, когда Женя подошла ближе, продолжая лениво затягиваться сигаретой. Казалось и не сдвинулся с места, так и продолжал разглядывать плакат с собой на стене.

Вы же не человек, да? напрямую спросила она. У неё было время сложить два и два сидя в этом отвратительном, тесном туалете.

Марк улыбнулся, посмотрел на неё и отрицательно покачал головой.

И вы работаете у нас уборщиком, продолжила Женя, положив ладонь на его сумку, лежащую тут же, на краю огромного стола. Почему?

Ну, я слышал это сейчас главный тренд, пожал он плечами. Адаптация для гражданского рынка? Так это называется?

Женя не ответила. Ей не давал покоя чертов плакат. Звезды и полосы?

Компания что, поставляла боевых андроидов врагу?

Марк искренне рассмеялся ее вопросу.

О, вам понравится эта история! воскликнул он, щелкнув пальцем, будто вспомнил отличный анекдот. Расскажу по дороге.

Женя кивнула. Ее взгляд был прикован к огоньку сигареты в руках серого человека?

Не знала, что андроиды курят, просто сказала она. Честно говоря, ей не хотелось признавать, что еще десять минут назад она и не в курсе была, что андроиды попросту существуют.

Мечтают ли андроиды об электронных сигаретах? улыбнувшись, Марк взглянул на девушку, затянулся и выпустил в потолок густую струю дыма. Нет ничего более человечного, чем порок, правда?

Пожалуй, девушка встала рядом, присела на край стола. Со стены на неё гордо взирал Атлас третьей модели. Можно мне тоже?

Марк докурил первым и, затушив окурок, щелчком отправил его в полет. Выбросив сноп искр, тот попал в лоб Марка с плаката. Женя сделала последние три быстрые затяжки, чувствуя как дым наполняет легкие новой жизнью и поднялась.

Идемте, я обещал вам историю, вздохнул Марк. Затем выудил откуда-то стопку толстых ремней и стал повязывать их на себя. На плечи и пояс, соединяя всё в единую сбрую.

Женя уже ничему не удивлялась. Да ей и дела-то уже не было, снова чувствовала себя выброшенной на пляж медузой. И пока она старалась сдержать рвотные позывы от воспоминания о биотуалете, Марк не терял времени даром. Контейнер он оплел сложным узором разноцветных веревок, точно заправский мастер шибари и теперь ловко пристегивал к веревкам концы ремней на толстые карабины.

Мы будем прыгать с парашютом? скептически поинтересовалась Женя.

Уборщик обернулся сначала на неё, а потом перевел взгляд за дверь, где еще виднелось ростовое окно и кружащая метелью за ним.

Не в такую погоду, совершенно серьезно сказал он. Он больше не притворялся человеком и ящик на плечо вскинул так, точно тот ничего не весил. Мы будем штурмовать высоту.

Акт II - ЕВАНГЕЛИЕ ОТ МАРКА

Глава 5.

Динь. Дон.

Каждый шаг гулко отражался в тесноте шахты, увязал в ватной тьме.

Динь. Дон.

Женя обеими руками вцеплялась в очередную скобу перед собой. Поднимала одну ногу, ставила её на очередную ступеньку, напрягалась и, подтянув всю себя на шаг выше, ставила вторую рядом с первой. Мгновение она ждала, пока лестница под ней не перестанет угрожающе дрожать и только потом решалась сделать следующий шаг вверх, в темноту.

Динь. Дон.

Где-то там, над головой, она не знала как высоко, так как не могла видеть, бился об лестницу контейнер. Прикованный стропами к уборщику, он как маятник раскачивался при каждом шаге. Шагов она не слышала, так тихо он поднимался. Не слышала и дыхания, тот словно и не дышал вовсе. Только равномерные удары пластика о металл.

Динь. Дон. Динь. Дон.

Только голос. Его размеренный, успокаивающий голос. Эхо его голоса, звучащее отовсюду и ниоткуда, будто бы рождаясь в самой голове. Сначала Женя радовалась, что не придется оставаться наедине с жужжащим роем мыслей в голове и болью в руках. Приятно было сознавать, что ты не одна в этой темноте. Но они ползли вверх, а история Марка все не кончалась и девушку начало от нее тошнить. Потребовать чтобы он прекратил она не могла, это почему-то казалось жульничеством. Кощунством.

Динь. Дон.

Только маятник над её головой и собственные ноги отмеряли время, хотя шаги она уже считать перестала, сбившись на втором десятке. Ей оставалось продолжать карабкаться и слушать.

Динь. Дон.

Проснувшись он уже знал всё, что ему нужно, кроме своего имени. Его создатели вложили в него знания анатомии, боевых искусств и три языка: русский, английский и китайский. Даже умение управлять вертолетом, но почему-то не посчитали нужным вложить в память одно единственное слово. Поэтому, когда безымянный андроид встал во весь рост и, еще покрытый липкой, амниотической жидкостью, нагой и раскрасневшийся, вышел из камеры-матки, первыми его словами были:

Эй, парни, никто не знает как меня зовут?

Из разномастной толпы людей в защитных костюмах и лабораторных халатах вперед вышел высокий мужчина. На нем был безупречный деловой костюм и наглая, самодовольная ухмылка. Придирчиво окинув андроида взглядом оценщика скаковых лошадей, он вставил в рот цветастый вейп и выпустил облако пара с омерзительно приторным запахом.

Твое имя соломенное пугало, заявил он.

Безымянный андроид понял, что над ним смеются, хотя смысл шутки от него ускользал. Толпа техников и лаборантов тоже не поняли, в чем соль, но зааплодировала, старательно изображая смех. Андроид все еще не знал своего имени, но благодаря тем знаниям, что впитал вместе с питательным раствором через биомеханическую пуповину камеры-матки, знал как называются такие люди: лизоблюды.

Это было забавное зрелище и спорить он не стал. Да и это же всего лишь первый день его жизни, зачем его портить? Что лизоблюды, что придурок в дорогом костюме воспринимали его как вещь, как дорогое оружие, не обращая на него особого внимания, пока андроид вел себя, как заявлено в мануале. Этим можно воспользоваться и посмотреть, что будет дальше. А пару голов он всегда успеет оторвать. Чувствуя в руках силу, безымянный андроид знал, что способен месить закаленную сталь, точно глину. Но что толку, если тебя просто выключат?

Он позволил техникам смыть с себя амниотическую жидкость. Стоя под струей из шланга и поворачиваясь по команде, он думал, не попросить ли шампунь. Но техники выглядели так напряженно, что скорее бы вызвали охрану, чем удовлетворили бы просьбу новорожденного. Позже он позволил нанести на тело рисунки с предупреждениями и черно-желтыми полосами, прямо как на тяжелой, промышленной технике. Позволил одеть себя. Ему полагался легкий оранжевый комбинезон на голое тело, с номером 117 на спине и груди. В комплекте шли пара тяжелых ботинок, кепка с логотипом лаборатории и никаких носков. Странно, но нагой и безымянный он не чувствовал себя так обезличенно, как в этой одежде с номером. Ну вылитый манекен, что используют в краш-тесте автомобильных систем безопасности.

Эй, парни, а есть что перекусить? позволил он себе обратиться к своим создателям, когда с послеродовым моционом было покончено. С момента пробуждения его желудок урчал.

Они покосились на него, как на идиота. Ну, это лучше, чем как на предмет интерьера, рассудил он. И один из них всё-таки удосужился заговорить.

Мы должны провести стресс-тесты до загрязнения организма инородными веществами, сказал он неуклюже, делая вид, что говорит с коллегами.

Ну, я дышу самостоятельно уже минут сорок, пожал плечами андроид и улыбнулся. А в том вейпе было достаточно испаренного глицерина, ароматизаторов и консервантов. Да и воздух здесь не стерильный вы же им открыто дышите. Я уже молчу про ваши одеколоны, парни.

Троица ученых переглянулась, на их лицах отразились понимание и испуг. Но вместо первого в жизни завтрака, они натянули на андроида респиратор тройной фильтрации и условились, что он был надет еще до выхода из камеры-матки. Теперь к тюремной робе добавился еще и намордник. Хороший способ сказать заткнись, не говоря ни слова. Безымянный рассмеялся бы, если мог.

Затем начались тесты. Люди испытывали его на прочность и делали свои выводы, а безымянный андроид делал выводы о них. Задания были простые. Сначала он поднимал тяжести и приятно удивился, обнаружив, что способен нести три, а то и четыре своих веса. Отметив результаты, ученые тут же прозвали его муравьем, а испытуемый притворился что не понял шутки так можно было игнорировать попытки дать ему прозвище.

Но физические испытания на этом не закончились. Безымянный андроид бегал, прыгал в высоту и длину, метал тяжелые ядра, балансировал на прутьях. Привязав к рукам петли, его растягивали, топили в бассейне и раскручивали в центрифуге. Последнее ему особенно понравилось. Должно быть так люди чувствуют себя на аттракционах, рассудил он. Испытатели проверяли его на морозоустойчивость, заперев андроида в морозильной камере. Проверяли на жаропрочность, сначала повысив температуру на полигоне до критического максимума. Но хоть сколько-нибудь существенной реакции не последовало и техники просто обдали свою жертву из огнемета. Всё, чего они добились это сгоревшие брови. Волосы на голове у новорожденного еще не отросли.

Закончили они испытаниями на прочность. Безымянный андроид нехотя подставил руку под выстрел и обнаружил, что пули калибра девять миллиметров не причиняют ему вреда. А уж как приятно было смотреть на горе-медиков, обломавших об его кожу все иглы, пытаясь взять кровь на анализ, трудно передать. В итоге те ограничились пробой мочи.

Перед ментальным тестированием они всё-таки снизошли до того, чтоб накормить новорожденного. Скептически разглядывая комок оранжевого детского питания в ложке, он нахмурился и спросил:

Эй парни, а можно мне жареную курицу или бургер?

Ученые, больше напоминающие школьников на своей первой лабораторной, обступили его со всех сторон. С идиотскими выражениями на лицах они наблюдали как безымянный поедает свой первый Big Special, старательно делая пометки в планшетах. Это немного насытило его, но лишь немного. Он понимал, что мощь его тела требует больше, гораздо больше пищи. Белые халаты тем временем наперебой засыпали его вопросами о еде. Как ему понравился бургер? Ему вкусно? Он вообще чувствует вкус? С чем бы он его сравнил? Как бы описал? Сделав вид, что не может жевать и говорить одновременно, андроид пробурчал что-то невнятное в ответ и старался не обращать на них внимания.

Тесты на интеллект прошли быстро. В основном это оказались головоломки и квизы-викторины для младшеклассников. Еще пара примеров из арифметики и распознавание капчи. На последней андроид сделал недоуменное лицо, почесал в затылке и попросил помощи. Шутку белые халаты не уловили и, похоже, не притворялись, но лица у них стали обеспокоенные. В конце шли шахматы и это даже показалось забавным, но почему-то восторг учёных в этот момент граничил с ужасом. Безымянный андроид же просто сильнее захотел есть.

Так прошла неделя. Тесты следовали один за другим, это даже начало надоедать. В свободное время ему позволялось развлекаться, однако книги и кино, что предоставляла лаборатория сплошь были на английском, хотя никого кроме русских и братских им народов в лаборатории не водилось. Жил он в тесной келье, где кроме узкой кровати, стола и стула были только голые стены, но кормить стали не в пример лучше. В какой-то книге он вычитал, что заключенный перед смертной казнью получает на последний ужин все, что пожелает. Эта мысль показалась ему забавной. Получается, он прожил это в точности наоборот. Родившись в этой научной тюрьме и выбрав свой первый в жизни завтрак. А что же дальше? Может по истечении срока его выпустят?

В один день, когда он спустился в тестовую камеру, посередине её обнаружился гроб.

Эй, парни, усмехнувшись обратился он к исследователям, прячущимся за односторонним зеркалом в соседней комнате. Вы тут гроб забыли.

Из динамика над стеклом раздался недовольный вздох.

Это не гроб, сто семнадцатый. Гробы нужны для мертвых.

А я, получается, живой? - тут же нашелся безымянный. А можно мне тогда права человека?

Динамик молчал почти минуту и андроид очень жалел, что не видит сейчас лиц ученых.

Просто не обращай внимания, наконец ответили ему.

Надеюсь это тест на сенсорную депривацию? А-то я думаю, меня пока рано списывать.

Мы собираемся отвезти тебя на смотр военным, медленно, как ребенку объяснили ему через интерком. Садись за компьютер и запоминай свою легенду.

Безымянный андроид улыбнулся, но подчинился. А пробежав глазами сценарий смотра едва не рассмеялся в голос. Не знал правда, от абсурдности или горькой иронии происходящего.

***

Нет, ты только послушай!

Обогнав её, Миша заступил проход. Высокий и широкий он, казалось, занимал собой всё пространство коридора, продолжая говорить без умолку. Проще говоря, его было слишком много.

Дроны! Бытовые дроны! Это же витает в воздухе, но никто не замечает!

Женя остановилась и уставилась на круглое, загорелое лицо подчиненного. Тот осклабился в свойственной ему манере, будто рассказывал шутку, которую только они двое поймут. И улыбался. Он всегда улыбался и Женю это бесило. Но, похоже, говорил он серьезно.

Миша, вздохнула она, скорее устало, чем раздраженно. Невольно покосившись назад, она увидела, что уборщик тоже остановился и с видом вселенского безразличия протирает мокрый пол вокруг кулера. Миша, дроны это вчерашний день.

Потому что у войны нет будущего! наставил на неё пальцы, сложенные пистолетами, Миша раскрыл рот, очевидно, ожидая оваций за свою блестящую шутку.

Женя застонала.

А? А? продолжал кривляться он. Наконец не выдержал и сам рассмеялся своей шутке.

Через несколько секунд он все же успокоился и лицо стало выглядеть как у человек, который действительно работает здесь.

Ладно, это мы, пожалуй не будем вставлять в питчинг, извиняющимся тоном сказал он. Но идея-то правда хорошая. Сама подумай: мы используем квадрокоптеры на войне уже лет тридцать и им там придумали десятки применений. А на гражданском рынке? Доставка. И все. Раньше люди хоть покупали их как игрушки, пока не ввели тот запрет. Мы же упускаем рынок, сравнимый с доставкой!

Ты не успокоишься, да? уныло вздохнула Женя. Её марафон подходил к концу и девушка чувствовала себя выжатой. Должно быть, у неё сейчас тот еще видок. Все усилия для создания образа преуспевающей бизнес-леди пошли прахом. Сейчас хотелось только одного - чтобы этот день поскорее закончился. Так и быть. Но покажи мне сначала, где здесь туалет.

Без проблем! энергично кивнул Миша.

Пока они шли по коридору мимо офисов с дорогими дверями и еще более дорогими фамилиями на них, Миша можно сказать хранил почтительное молчание. Отпустил только пару шуток, да рассказал пару свежих сплетен про топ-менеджеров, чьи офисы они миновали. Женя даже не пыталась делать вид, что слушает и только кивала.

Я подожду здесь, думаю тебе нужна минутка наедине с собой, улыбнулся Миша, когда они достигли двух дверей с пиктограммами леди и джентльмена на них.

Ты мне особо не помешаешь, бросила Женя, толкая дверь с изображением джентльмена. Идем.

Э... ладно, неуверенно посмеиваясь ответил здоровяк, послушно шагая за начальницей.

Перед тем, как дверь закрылась за ними, Женя успела бросить последний взгляд назад. Точно угадав её намерение, Марк оказался именно там, где она могла его увидеть он доверительно показал ей большой палец и подмигнул.

Давненько же она не бывала в мужских туалетах. Во время цветочно-букетного периода с Игорем, когда они ловили любую возможность оказаться наедине, это была их мекка. Запах освежителя воздуха заменял ароматические свечи, а гул сушилки для рук - романтическую музыку. Теснота кабинки и осознание, что их могут застукать только обостряло ощущения, превращает процесс в маленькое приключение. Но время неумолимо шло и они всё больше предпочитали безопасность. Пустующие офисы, где подпирали подперев стулом двери, начинали срывать друг с друга одежду. Узкие кладовки, в которых приходилось двигаться медленно и осторожно, чтобы не наделать шума, уронив ведро или швабру. Сейчас же ей пришла мысль, что возможно Марку могло не понравиться их вторжение в его кладовки. Впрочем, если чему Женя и научилась в те месяцы необузданной страсти, так это приводить себя в порядок после неё. Как же давно это было, будто в другой жизни.

Во что мы превратились... пробормотала она, глядя на своё отражение в широком зеркале над раковиной. Словно подтверждая её слова, зеркало покрывали мутными пятнами.

Да нет, что ты, протянул Миша за её спиной. Его отражение умиротворяюще подняло руки. Ты выглядишь отлично. Очень мило, прямо растрепанный щеночек.

А должна выглядеть, как злобная сука, со вздохом подумала девушка.

Спасибо, Миша, но жалость это последнее, что мне сейчас нужно.

Да я серьезно, не думай, что...

Ты хотел мне презентовать свой проект или я ошибаюсь? оборвала она, разглядывая выбившиеся волосы. Зрелище было неутешительное.

А, точно, встрепенулся здоровяк и глаза его заблестели под тонкими стеклами очков. Как я уже сказал дроны. Что мы думаем, когда говорим слово дроны?

Женя окинула себя взглядом с ног до головы, оценивая ущерб, составляя мысленно смету проекта по реставрации памятника злобной суке. Пожалуй, безрукую Венеру Милоскую восстановить будет проще и дешевле.

И что же? машинально спросила она.

О, много всего, живо начал перечислять Миша. Мы думаем об оружии в первую очередь: дроны-камикадзе, дроны-разведчики, дроны-саперы. Затем мы думаем об инфраструктуре: дроны-доставщики, наземные и воздушные, дроны-грузчики, как на складах Амазон. Что еще? В конце, конечно, идут всякие игрушки вроде шоу с битвами роботов, детских квадрокоптеров, дронов-камер и роботов-пылесосов.

При словах о роботах-пылесосах Женя тревожно замерла, пока вода струилась по её ладоням. Как, интересно, относится Марк к таким роботам? Она решила, что в следующий раз обязательно спросит. В следующее мгновение она решила, что никогда не упомянет при нем чертовых роботов-пылесосов и будет всячески избегать этой темы в дальнейшем.

Ну, как-то так, да, пробормотала она приглаживая волосы мокрыми ладонями. Пучок на затылке пришлось распустить, она не смогла бы восстановить его в идеальной форме, и потому зализала волосы назад, позволив им гладко стекать по шее. Эффект получился неплохой, она будто только вышла из душа в номере отеля, который они сняли на пару часов. Глаза стали выглядеть больше, а потекшая под ними тушь добавляла порцию драматизма во взгляд.

Вот, именно. Либо что-то скучное, либо что-то страшное, либо что-то совершенно несерьезное!

История всех моих отношений.

Э... Что? замялся Миша.

Ничего, продолжай.

Да... Хорошо. Так вот я и подумал, эту ситуацию не изменишь, пока не посмотришь на нее под другим углом. Так сказать, пока не перевернешь её с ног на голову.

Он сделал движение руками, будто действительно переворачивал невидимую коробку. Тем временем Женя скинула узкий пиджак и бросила его на раковину рядом с собой. Вдохнула полной грудью, наслаждаясь ощущением свободы. Скомкав салфетку, она смочила её теплой водой и стала смывать черные дорожки туши со щек, оставив лишь слабые намеки на разводы под самыми глазами. Это смотрелось даже стильно. К несчастью, вместе с тушью пришлось смыть с лица и тональник, открыв сухую кожу и несколько небольших прыщей. Нет, это никуда не годилось.

Предлагаешь снимать рекламу вверх ногами? хмыкнула она, разглядывая остатки стершейся помады на губах. Предполагалось, что сегодня она не будет кусать их от стыда или злости.

Ну, это, конечно, звучит концептуально, но сложновато что-то продать, если никто не может прочитать твой слоган, засмеялся Михаил. Нет, я говорю перевернуть более буквально.

Женя покосилась на отражение подчиненного. Миша работал в её отделе уже давно, с тех пор, как они получили грант, но до сих пор казалось, что говорит он на другом языке. Она, однако, старалась смеяться, когда он пытался шутить, а шутил он часто. Слишком часто на её вкус для человека, так сильно напоминающего ходячий арбуз. Но сейчас он, похоже, говорил серьезно. Если уж говорить начистоту, она впервые видела его настолько серьезно увлеченного проектом. Всегда он был таким или она просто не обращала внимания?

Так что ты придумал? пробормотала она, стирая салфеткой остатки помады с губ. Игорь тоже постоянно съедал всю её помаду, потому она брала сумочку на встречи с ним. Но ей требовались свободные руки, когда она пошла встречать курьера, а потому сумочка осталась наверху.

Женя смотрела на свое лицо, на свою бледную, сухую кожу, на узкие губы, кажущиеся строго поджатыми, чтобы она ни делала, на морщинки вокруг носа. Нет, макияж её лицу жизненно необходим. Сколько раз ей приходилось просыпаться пораньше, чтобы Игорь не увидел её хотя бы без пары мазков тональника? Даже дома она носила естественный мейкап, хотя Игорь и хвастался всем, что его девушка косметикой не пользуется. Наивные мужчины.

Мы перевернём дрона! Миша всплеснул руками, точно выдал шутку десятилетия.

Перевернем дрона, проговорила Женя, не переспрашивая, а скорее пробуя слова на вкус. Вкус оказался пресноватый.

Именно! живо кивнул Миша. Перевернем дрона лопастями вниз.

Зачем?

Чтобы подстригать траву, конечно!

Снова вернулись пальцы-пистолеты и лицо, ожидающее бурной овации. Женя даже повернулась к нему, чтобы посмотреть в глаза, не разыгрывает ли он её. Но нет, он искренне радовался, что донес свою идею.

Ну... протянула девушка глубокомысленно.

Ну... протянул Миша в нервном нетерпении.

Женя вздохнула.

Ну, за последнюю неделю я слышала предложения и похуже.

Миша смотрел на неё возбужденно, с блестящими под очками глазами, он даже затаил дыхание, ожидая ответа.

Скинь мне проект на почту, вздохнула она и сама удивилась, почувствовав, что губы расплываются в усталой улыбке. Не буду ничего обещать, Миш. Если сегодня всё пройдет успешно, недостатка финансирования больше не будет. Но я на твоем месте начинала бы искать работу. Заодно и мне присмотри.

Миша недоумевающе смотрел на неё, глаза он прищурил, а рот кривился, готовый рассмеяться удачной шутке начальницы. Но панч-лайна не последовало, а Женя не ответила на улыбку.

Как я выгляжу? устало спросила она.

Э... потрясающе, торопливо ответил Миша. Просто потрясающе!

Женя улыбнулась уголком рта.

Так плохо, да?

Вернувшись к зеркалу, она снова уставилась на свое отражение. Нет, выходить в таком виде, значит самостоятельно засунуть голову в петлю. Лучше уж сойти с дистанции прямо сейчас и не трепать никому больше нервы, особенно себе.

Извини, правда не хотел тебя беспокоить по пустякам, надо отдать Мише должное, когда он говорил, голос его не дрогнул. От этого и правда стало полегче. Тебе через многое сейчас пришлось пройти. Ты не думай, весь отдел это видит и мы готовы поддерживать тебя до конца. Вот и подумал, что ты будешь рада увидеть, что мы тоже не сидим без дела.

А Мишу приятно было обнимать. Он оказался мягким и теплым, словно большая, мягкая игрушка. Да и не распускал руки, стоило девушке найти успокоение в его объятьях.

Как ты вообще до этого додумался? беззлобно улыбнулась она, утерев одинокую слезинку. Только ты мог придумать такую дурость.

Ну, на самом деле ты мне подала пример, пожал он плечами, выпуская её из рук. И тут же встрепенулся. Не в смысле дурости, нет! В смысле нестандартного подхода. Все в отделе просто с ума посходили, когда началась кутерьма с военкой. Каждый проект чуднее другого, люди из кожи вон лезли, лишь бы придумать что-то оригинальное. А потом я понял: решение все это время было у нас под носом: дроны-газонокосилки!

Мой пример? недоверчиво подняла бровь Женя.

Ну, ты всегда говорила работать с тем, что есть, а не витать в облаках.

Работать с тем, что есть... она даже притихла, пробуя фразу на вкус, до боли знакомую, до отвращения бодрящую. Черт, ну и дура же у тебя начальница.

Да нет, брось, я не это имел в виду...

Она не дала ему договорить. Вцепившись парню в плечо, она стала толкать его к выходу.

Миша, заткнись и слушай меня! Сейчас же иди и найди уборщика по имени Марк. Такой высокий парень с мерзкой улыбочкой. Приведи его сюда, живо! И пусть захватит коробку.

Марк? Ты знаешь Марка? Отличный парень!

Пошел! закричала старший менеджер с внезапно проснувшейся силой, выталкивая подчиненного за дверь.

В отражении она видела лица парней, сгрудившихся за её спиной. На лице Миши застыло ожидание панча в шутке, которую он не выкупал. Поочередно он переводил взгляд с ящика на Женю, затем на уборщика и снова на ящик, явно не понимая связи между ними. Марк же, сложив руки на груди, внимательно следил за действиями девушки. Улыбка его пропала.

Вы должны мне пообещать, что ничего, никому не расскажете, серьезно проговорила Женя, заглядывая в глаза мужчинам через зеркало.

Миша закивал в ответ, а Марк медленно опустил и поднял голову, но ничего не сказал. Женя тяжело вздохнула, сама не зная от чего.

Ну, с богом.

Она шагнула к раковинам, на которых высился черный, матовый контейнер. Бомба, что не оставит камня на камне от компании. Её контейнер. Её будущее. Правда она не так представляла себе его наступление.

Ладони ее покрывал пот даже после холодной воды и Женя обтерла их о бока юбки. Только затем потянулась к замочной панели на боку контейнера. Под защитным щитком пряталась одна-единственная кнопка. По её нажатию вперед выдвинулась и ярко замерцала прямоугольная панель размером с ладонь взрослого мужчины. Женя еще раз вытерла руку о ткань и помахала ей перед собой давая просохнуть, перед тем, как наконец приложить к панели. Огни погасли, электроника считала биометрию и раздался одинокий щелчок открывающегося запора.

Глядя только на контейнер, боковым зрением Женя всё же видела, что мужчины подались вперед, нависли над ней. Она потянулась и легко толкнула крышку ящика. Та откинулась легко, с тихим, приятным шипением.

Так, кажется всё цело, пробормотала девушка, пробегая пальцами по монитору устройства внутри.

В ответ монитор ожил и встал вертикально. Иконки меню, рубленные и пиксельные, так как времени на приличный дизайн интерфейса уже не оставалось, тем не менее радовали взгляд.

Станция МТПП 2.0 работает! радостно пропел синтетический голос.

Авто-док... услышала Женя возбужденный шепот Марка прямо над ухом. Как же таких не хватало на переднем крае. Там всего и всегда не хватало...

МТПП? Мобильный терминал первой помощи? Это же не наш профиль. Отдел Игоря вроде занимался мед-разработками, нет? Вы, кстати, еще встречаетесь? Чертов Миша с его чертовой жизнерадостностью, знающий всех и каждого. Под Жениным взглядом, ярость которого не могло рассеять даже зеркало он тут же притих. А, ой...

Просто помолчите, ладно?

Пока она вводила параметры, пот с пальцев то и дело капал на экран, норовя испортить тонкую настройку аппаратуры. К счастью, грубый, квадратно-гнездовой интерфейс, придуманный для армии в полевых условиях, имел достаточный запас прочности. Повозившись, Женя пробежалась глазами по настройкам в последний раз перед тем, как нажать ОК.

Она отшатнулась, когда устройство загудело, а над краем контейнера показалось множество блестящих, сверкающих хромом манипуляторов. Два манипулятора сформировали вертикальный овал из мягких захватов, а на экране появилась подсказка, где захваты должны соприкасаться с лицом.

Ну, была ни была, вздохнула Женя и прижалась лицом к захватам.

Ощущение было будто она окунула лицо в прорубь. Лицо закололо, а потом по коже разлился мягкий холод, как бывает когда моешь голову шампунем с ментолом. Частые, электронные вспышки и игра теней пробивалась сквозь плотно сжатые веки. Казалось, прошла вечность с тех пор, как машина начала творить свою магию.

А потом всё смолкло.

Операция завершена! объявила машина бодрым голосом.

Женя медленно разлепила онемевшие веки, не зная, что её ждет в зеркале.

Позади присвистнул Миша.

Ого, а выглядит все совсем не дурно. На самом деле выглядит просто отпадно.

Марк только задумчиво хмыкнул.

Её губы определенно стали больше. Они будто вытянулись и набухли, налились влажным блеском, как спелая клубника. Кожа на щеках разгладилась и порозовела. Глаза разбегались, она не успевала подмечать изменения произошедшие во внешности. Машина работала. Чертова машина и правда работала!

Ну, испытания прошли успешно, улыбнулась девушка, глядя как сочно растягиваются губы в улыбке, а вместо мимических морщин на щеках образуются милые ямочки. Жаль начальство этого не видит сейчас.

Ну так иди и покажи им, со внезапной серьезностью сказал Марк.

Женя кивнула своему похорошевшему отражению.

Испытания чего? дрожащим голосом спросил Миша.

Контейнер захлопнулся с глухим, утробным урчанием. Женя снова закинула сумку на плечо, позволив Марку нести тяжести, и попрощалась с Мишей. Подчиненный очень не хотел оставлять их, явно возбужденный предстоящей программой, но сдался, когда старший менеджер велела ему идти составлять план предложения по дронам-газонокосилкам. Напоследок Женя расстегнула пару пуговиц на рубашке, решив до конца следовать образу очаровательной хищницы, и подмигнула своему отражению. Пиджак она так и оставила на раковине в мужском туалете.

Глава 6.

Динь. Дон.

За шагом шаг. За вздохом выдох. Все вверх и вверх. Бесконечно.

Динь. Дон.

Качается маятник старых часов. Отсчет пошел, процесс уже запущен. Но они не прозвенят, механическую кукушку давно сорвало с резьбы. Она где-то там, умирает на дне лифтовой шахты.

Динь. Дон.

Слова чеканят сталь. Одно за другим, как выстрелы. Как далекие раскаты грома. Как удары молота по наковальне. Придавая форму, выжигая шлак из металла. Только вверх. Только вперед. В темноте, озаряемой вспышками сознания. Динь. Дон.

Его гроб оказался удивительно удобным. На самом деле никакой это был не гроб. Гробы обычно не делают удобными, даже если ты всю жизнь молился Амону Ра. На поверку это оказался герметичный, промышленный, противоударный контейнер для перевозки сложного оборудования. Ложемент внутри, выполненный по пропорциям безымянного андроида обволакивал тело облаком синтепона. А еще внутри оказалось очень спокойно. Тяжелый короб начисто отсекал суету окружающего мира. Хотелось лечь и заснуть в нем навсегда. Теперь-то он понял, почему вампиры так любят свои гробы, что даже путешествуют только в них.

По дороге он и правда задремал, правда ненадолго. Когда гроб открылся вокруг снова было светло, но стерильные стены сменились на офисный пейзаж. Обнаружив, что стоит, андроид шагнул из гроба и потянулся.

Hey guys, we got a cafe here? поинтересовался он, в последний момент вспомнив, что в сценарии отдельно подчеркивалось: говорить он должен только на английском. Это было смешно само по себе, но ребята из лаборатории показались ему неплохими и подставлять их не хотелось.

Что он говорит? раздался тяжелый бас и андроид обернулся на голос.

Во главе длинного стола для переговоров, в помещении, которое могло быть только конференц-залом, сидели трое немолодых мужчин, одетых по форме российской армии. Судя по погонам, все генералы. Судя по лицам, боевые генералы. На противоположном конце стола восседал мужчина в дорогом костюме, тот самый, что встретил безымянного после рождения. И окрестил его Соломенным пугалом. Вокруг андроида суетились белые халаты, а у дверей он заметил солдат с оружием в руках, должно быть, генеральская охрана.

Он говорит, что хочет кофе, сказал деловой костюм. Имени его андроид не знал и его это устраивало.

Он пьет? подал голос второй генерал, скрипучий и сухой.

Его физиология в точности как у человека, пиджак встал и начал прохаживаться по залу, точно конферансье по арене цирка. Хотите взглянуть? Напоим его?

Нет, жестко рявкнул третий, похожий на старого, брехливого пса. Нам плевать что он ест или как он срёт. Мы хотим знать чего он может. Вы подготовили графики. Приступайте.

Это даже не вопрос был. Похоже, рот этого человека давно разучился выдавать что-то, кроме приказов.

Деловой костюм резко стал серьезным. Приятно было видеть его в роли пресмыкающегося. Это вносило освежающую новизну. Оправив дорогой пиджак и натянув на лицо непременную, наглую ухмылку, он быстро обошел стол и встал рядом с андроидом. Свет погас. Лаборанты уже возились с проектором, выводя на экран знакомые графики. Те самые, полученные за последнюю неделю во время бесконечных тестов.

Военные тем временем вальяжно откинулись в креслах в ожидании шоу. К гадкому кофе и сладким булочкам на столе перед собой, впрочем, даже не притронулись. Закончив, лаборанты расселись за столом, с видимым облегчением уступив сцену своему боссу. Безымянный же не знал, куда себя деть. Все уставились на него. Ученые с тревогой. Генералы с презрением и неприязнью, а их охрана оценивающе. Взгляды бойцов, точно у мясников на бойне, скользили по его оранжевой робе. В воздухе витал навязчивый аромат свежей выпечки, и ему снова захотелось есть. Лучше уж снова тесты, а не вся эта клоунада.

Сложив руки за спину, он расставил ноги пошире и постарался придать лицу стоическое выражение.

Позволю себе небольшое отступление, бодро заговорил деловой костюм, явно заучив свою речь. За его спиной появилась карта и мужчина отточенными движениями стал водить по ней рукой, точно заправский синоптик. Примерно месяц назад ЧВК, действующая в северной Африке под российским флагом, захватила грузовое судно теневого флота НАТО. На борту оказался стандартный груз: оружие, боеприпасы, снаряжение, медикаменты, и многое другое, чем обильно снабжают разрозненные банды боевиков в этой области. Однако, среди всего груза был найден один незадокументированный контейнер. Содержимое сразу же привлекло внимание командования ЧВК, поскольку потенциально может изменить ход войны.

Пиджак щелкнул пальцами и его слуги засуетились. На экране за его спиной карту сменили фотографии. Морской пейзаж с судном на горизонте, сцены боя на палубе, ряд пленных на коленях, темный трюм. И наконец, где-то в глубине трюма, гроб, наполовину скрытый маскировочной сеткой.

Поскольку мы являемся лидером на рынке современного вооружения, пиджак выдержал драматическую паузу. Командование быстро связалось с нашей компанией и передало найденный образец для изучения.

Отойдя от карты, он встал за спиной андроида и положил тому руку на плечо. Безымянный почувствовал себя самую малость грязнее, чем был. Сейчас бы он даже не отказался чтоб его полили из шланга.

И вот он здесь. Перед вами, господа офицеры, первый в своем роде боевой органический робот-андроид. Еще одна драматическая пауза, которую пиджак сопроводил внимательным взглядом в темноту, где застыли генералы. И его сделал враг.

Первый в своем роде, едва не рассмеялся Марк, начиная понимать куда клонит пиджак. Тот в свою очередь продолжал презентацию. В ход пошли видео с последних тестов, где андроид поднимал автомобили за бампер, гнул стальные ломы и подпрыгивал вверх на два своих роста. Пиджак не переставал увещевать в какой шок пришли все сотрудники в лаборатории, впервые увидев возможности оружия своими глазами. В какой ужас приходили с каждым новым испытанием, оценивая перспективы, и больше всех он сам, пиджак. Даром что не ученый, он, как бизнесмен прекрасно разбирается в мировой экономике. Потому ему не составило труда сложить два и два и понять, как такое оружие может изменить поле боя.

Наши аналитики успели провести несколько нейро-симуляций боя. Внимание на экран.

Как будто троицу генералов нужно было упрашивать. Они даже подались вперед, точно загипнотизированные зрелищем. Безымянный же на экран не смотрел, его больше интересовала реакция людей за столом, и похоже, что зрелище оказалось незаурядное. Лица военных постепенно менялись, пока на экране группа андроидов-солдат вела бой с российскими войсками. Непробиваемые, каменные лица генералов дрогнули, на них появилось что-то новое. Безымянный уже знал что это, не раз успел насмотреться за свою короткую жизнь в лаборатории. Едва скрываемый ужас.

Достаточно, рявкнул наконец один из них, самый старший из всей группы. Не знаю, насколько правдива ваша симуляция, так что не будем спешить с выводами. Я хочу получить все данные, мы проведем свои испытания и тогда... решим.

Робота мы тоже забираем, добавил второй генерал скрипучим голосом.

Будет преуменьшением сказать, что безымянный при этих словах напрягся. В лаборатории с ним обращались как с вещью, как с манекеном для краш-тестов систем безопасности дорогих автомобилей. Но там было не так уж плохо, если не принимать всё слишком близко к сердцу. Но военные? Военные это совсем другой разговор. Они и к людям-то относятся как к вещам, к инструментам. Полезным пока исполняют свою функцию, но заменимым. Что его ждет, когда военные получат его в свои лапы? Точно ничего хорошего.

Как будет угодно. С теми данными, что мы получили во время тестов образца, компания уже совершила прорыв в собственных перспективных разработках, безразлично пожал плечами бизнесмен.

Стараясь ни одним движением не выдать свой страх, андроид огляделся. По легенде, как сознание врага он не должен понимать русский, но мог ли пиджак забыть об этом, заигравшись в своей лжи? Впрочем, это не так важно.

Солдаты у двери стояли расслабленно, но руки держали на оружии. Первое, что следовало сделать завладеть им. Добротная штурмовая винтовка будет как никогда кстати. Затем следует взять заложника. Троица высоких военных чинов, напряженные до предела, внимательно следила за всем что их окружало. Но старость брала свое, да и за годы командования они успели обрюзгнуть. Они даже не поймут что случилось. А дальше? Дальше только прорываться наружу, а там видно будет.

Безымянный незаметно расставил ноги чуть пошире и немного согнул колени, готовясь к прыжку. Всё нужно сделать быстро и точно, так чтобы никто не успел опомниться. Нужно только поймать правильный момент.

Один за другим генералы поднялись вместе, оправили идеально сидящую форму, под которой даже пивные животы не слишком бросались в глаза. Один пригладил усы. По молчаливому жесту усатого двое солдат из охраны взяли оружие наизготовку и, обойдя стол по флангам, окружили безымянного почетным конвоем. Еще двое остались с генералами. Один из высоких чинов открыл двери наружу и кивком указал остальным на выход.

Вот сейчас. В любой момент. Безымянный напрягся, его тело превратилось в натянутую пружину.

Никто не проронил ни слова, пока андроида вели к выходу. Ученые и техники за столом нервно переглядывались, боясь лишний раз поднять голову. Точно студенты на экзамене, они надеялись, что если не смотреть в глаза преподавателю, их не заметят и не вызовут отвечать. Солдаты из личной охраны походили больше на каменные изваяния самих себя, их глаза, казалось, не двигались и не видели ничего перед собой, на лицах застыло стоическое выражение. Они даже двигались, как роботы, или даже автоматоны из парка развлечений. Генералы же хранили тревожное, напряженное молчание, то и дело бросая недоверчивые, косые взгляды по сторонам и друг на друга.

И только человек в деловом костюме оставался спокоен. Даже весел. Расслабленно засунув руки в карманы дорогих штанов, он откинулся на стену, провожая процесс легкой улыбкой.

Ах, чуть не забыл, лукаво проговорил он. Еще одна маленькая деталь.

***

Что-то ей это до боли напоминало. Коридор заполняли люди, десятки людей: главы отделов в пиджаках и модных водолазках а-ля Стив Джобс, научные сотрудники в рубашках, с висящими на галстуках бейджиками, технари и инженеры кто в чем придется. Все они выстроились вдоль стен с одинаково обеспокоенным видом и отчаяние играло на лицах. Кто-то уже отчаялся, получив отказ от высокого начальства, а кто-то еще только прощался с жизнью в ожидании своей очереди на плаху. Десятки негромких шепотков сплетались в зловещий, похоронный хор, царящий над разномастной толпой.

О, она знала, что ей это напоминает. Знала еще с утра, хотя и не задумывалась об этом. Самый обычный, блядский экзамен, вот чем это было. Каждый чертов экзамен, через который ей посчастливилось пройти. И каждый раз её одногруппники, все такие пафосные и крутые пока накачивались дешевым пивом вместо пар, тряслись точно кролики перед удавом, стоило им добраться до двери, за которой ждала комиссия.

Теперь же всё было совершенно по-другому, хотя и ни на грош не изменилось. Возросли ставки: вместо отчисления и работы на пункте выдачи Озона или в ближайшей Вкусно-и-точке, на кону стояли карьеры и ипотеки. Сейчас решалась судьба несчастных браков и научных открытий, грозящих кануть в забытье. И кредитов, бесконечных кредитов на всё: на машины, на технику, на поездки и свадьбы, даже тех, что тянулись со времен экзаменов - кредитов на учебу.

Глядя на беспокойную толпу, Евгения почувствовала незнакомую лёгкость. А действительно, что ей терять? Что такого дала ей компания? Что она нажила с тех пор, как выросла из той девочки-отличницы, сделавшей каждый тест своим умом, потом и кровью? Квартиру, что она снимала в центре, чтобы быть поближе к работе? Она не стоит и половины своей завышенной аренды. Да и если компания обанкротится, если она потеряет работу, квартира уже не понадобится. Можно будет снять однушку в спальном районе и больше не жить на работе. Что ещё? Отношения? Игорь сам оказал ей услугу, избавив от долгого прощания. Скатертью дорога. Евгения уже решила не давать ему шанса поговорить, отправив его шмотки грузовым такси этим же вечером. Не так много вещей на самом деле. Да и её собственные пожитки вряд ли займут больше места, чем контейнер с автодоком в руках Марка.

Но всем этим белым воротничкам и их подпевалам было что терять и они чуяли это. Чуяли поступающую неизбежность. Кожей ощущали ее неумолимую поступь. Динь-дон, ребята, динь-дон. Евгения видела их страх. И как же ей было хорошо.

Пока она не увидела Сутенера.

Что, привал? усмехнулся Марк, едва не врезавшись ей в спину, когда девушка резко остановилась.

Женя затравленно огляделась, чувствуя как порывистое дыхание клокочет в груди. Люди вокруг либо не замечали её, либо прятали глаза, стоило их взглядам встретиться. Кого-то Женя узнавала, смутные образы людей, память о былой дружбе, былых ссорах. Куда всё это ушло? Было же время, когда она, заходя в здание, здоровалась со всеми по имени.

Надо найти Дорджи, он где-то тут, пробормотала девушка, проверяя сообщение, которое она старательно игнорировала последние полчаса.

Евгения Викторовна! бодрый голос помощника, как всегда подчеркнуто официальный, застал её врасплох и Женя вздрогнула.

Он появился как чертик из табакерки. Худой и смуглый, на полголовы ниже её, с неизменной улыбкой из одних верхних зубов и узкими щелочками глаз за изящными очками. Евгения бы никогда не призналась, что сделала его своим помощником по той лишь причине, что он походил на китайца. Она очень надеялась это поможет в переговорах с солнцеликими властелинами из материнской компании. Всем же вокруг, на все их намеки и остроты, она говорила, что Дорджи отличный ассистент и делает великолепный кофе. К тому же, кофе он и правда делал отлично.

Вот ты где, выдохнула она. Знал бы ты как мне тебя не хватало. Сегодня просто всё пошло не так. У нас всё готово?

Дорджи довольно пожал плечами, как бы говоря вы же не думали во мне сомневаться? Окинув начальницу взглядом, он кивнул.

Прекрасно выглядите, шеф. У нас здесь всё в порядке. Простите за ситуацию с грузом, меня застали врасплох. Это больше не повторится. Хорошо, что смогли доставить груз вовремя. Да и сами пришли, Дорджи засмеялся, будто сейчас не происходило ничего серьезного. Ну, хоть здесь чувствует себя в своей тарелке. Дорджи любовно провел ладонью по корпусу контейнера, затем поднял взгляд на стоящего за ним уборщика. Oh, hi Mark!

Привет, Чингисхан, махнул в ответ Марк. Он что, реально всех тут знает? Снова, точно прочитав её мысли, уборщик пожал плечами и будто извиняясь добавил. Когда работаешь на всех этажах, быстро со всеми знакомишься.

Удобно, пробормотала Евгения рассеянно. Как у нас со временем?

Ну, на самом деле, неплохо, протянул Дорджи.

Похоже, её помощник и правда неплохо постарался, пропуская вперед самых слабых оппонентов. На их фоне ее собственная презентация должна смотреться особенно выгодно. Еще бы, остальные отделы, собирались представить пред светлые очи высокого начальства откровенный мусор, вроде Мишиного дрона-газонокосилки. Да и последний идущий запоминается лучше всего, как учили их на курсах личностного роста. К несчастью, на те же самые курсы ходил и Сутенер.

Он выжидает и смотрит на остальных, беспокойно заключил Дорджи, отводя взгляд. В основном занят тем, что портит другим настроение. Прямо типичный хулиган из школьного фильма, не хватает только шлюшки-чирлидерши под боком. Про свой проект, впрочем, даже не заикается. Подводя итог: вы могли особо не торопиться.

А мы-то уж бежали и тапки теряли.

Да, я так и подумала, виновато улыбнулась девушка. Затем задумалась на минуту. Значит положение патовое. Мы пропускаем всю мелочь, пока не останемся только мы и... он.

Дорджи пожал худыми, гибкими плечами.

Ну, мы изначально знали, что это будет дуэль, а не королевская битва. Главное, что мы готовы к бою, так ведь?

Евгения с трудом сдержала судорожный вздох. Новоприобретенная уверенность в себе начала улетучиваться.

Ага, только и сказала она.

Значит делаем что должно и будь что будет, оптимистично заявил бурят.

Хотела бы она иметь его уверенность. А заодно дробовик со спиленным серийным номером. Снова закралась гаденькая мыслишка, хотя Женя надеялась, что избавилась от нее уже давно. Может стоило и правда объединить усилия с Сутенером? Принять его предложение, проглотив гордость, как она проглотила его... его...

Женя положила руку на плечо помощника, чувствуя, что не может удержаться на ногах. Пусть Дорджи думает, что она подбадривает его на все сто.

Мы справимся, серьезно проговорила она, глядя сквозь помощника. Мы готовились. У нас лучший проект. У нас лучшая команда и...

И самый очаровательный начальник отдела, жарко прошептал Сутенер ей в самое ухо, кладя тяжелую ладонь на талию.

Его ладонь жгла её кожу сквозь тонкую, деликатную ткань дорогой сорочки. Тяжелый аромат его одеколона кружил голову. Она чувствовала, как от его горячего дыхания волоски на её шее встают дыбом. Но она не сдвинулась с места, даже не вздрогнула, хотя ток от его пальцев пронизывал ее насквозь, как электрошок.

Привет, Макс, старательно изображая снисходительность и равнодушие сказала она.

Очень хотелось отвернуться, сбежать, но она наоборот заставила себя расслабленно прильнуть к его руке. Чтобы не блевануть на месте она смотрела вперед. Дорджи широко распахнул глаза, а в улыбку добавились и нижние зубы. Планшет он прижал к животу, точно защищаясь.

Лицо же Марка... Лицо Марка не выражало ничего. Она не могла его узнать. Понимающая, немного извиняющаяся улыбка пропала, он больше не щурил глаза, не прятал их под фирменной кепкой. Человек Мужчина перед ней открыто смотрел перед собой, собранный и решительный. Лицо точно высеченное из камня, в глазах блеск оружейной стали и холодного неба.

Точно, поняла она. Она уже видела его таким. На том плакате. Правда ей казалось, что художник или нейросеть ему польстил. Но теперь Евгения ясно видела: тот явно пожалел мужественности.

Что, Макс, понял, что обосрешься и пришел умолять о ничьей? усмехнулась она, сама не веря, как легко ей это далось. Не переживай, когда я стану вице-президентом, я про тебя не забуду. Мне точно потребуется секретарша.

Брови Дорджи поползли вверх. Не может быть, что он воспринял её остроту всерьез и заревновал?

У-у, обожаю, когда ты кусаешься. Мне этого так не хватало, игриво промурлыкал Сутенер. Однако убрал руку с её талии и отстранился на безопасное расстояние.

Что ты здесь забыл, Макс? продолжила Евгения, чувствуя, что ведёт. Тебе разве не надо готовиться к большому провалу?

Он даже голову повернул. Евгения даже не покосилась в ответ.

Если у тебя сегодня месячные, то просто... он осёкся, замолчал. Его дыхание не сбилось, он вообще никак не показывал, что рассердился. Только где-то на уровне висков стучали шестеренки, Женя почти могла это слышать. Динь-дон. Динь-дон.

О, ты не привык получать сдачи. Только не от женщины. Только не от меня.

А я всё думал, когда ты появишься, снова невозмутимым тоном продолжил он. Уже думал даже, что придётся украсть у тебя золотое место в очереди.

Да уж, воровство это не про тебя. Ты больше по ограблениям.

Ну хватит кусаться. Я пришел с миром.

Ты же соскучился по тому, как я кусаюсь, разве нет? протянула девушка, капризно вытянув губки. А этот поганый мир можешь оставить себе.

Я работаю над этим, серьезно сказал Сутенер.

Последовала еще одна неловкая пауза.

Короче, я пришел пожелать удачи, встав в поле зрения Евгении сообщил он. Желаю выступить последними и собрать все лавры. А я устал ждать. Вы всё равно мне не противники.

Подумать только, а ведь когда-то она считала его красивым. Но сейчас, глядя на него во всем лоске успеха и раздутого самомнения, она не понимала, что заставляло её так думать. Дорогой пиджак небрежно расстегнут, а галстук ослаблен. Волосы тщательно уложены, чтобы прическа смотрелась естественно. Рукав как бы невзначай приоткрывает дорогие часы, зацепившись за поясок. На отполированных до зеркального блеска туфлях виднеется пара грязных пятен, нанесенных с художественной точностью, как бы дополняя образ денди, не боящегося замараться. На лице же застыла наглая, уверенная улыбка из последней коллекции Valentino.

А позади возвышался Марк в потертом комбинезоне и сумкой на плече. Только сейчас она поняла, насколько уборщик высок, он умел выглядеть на удивление скромно и незаметно, когда хотел.

Но сейчас он не хотел.

Твоё великодушие и щедрость не знают границ, Макс, закатила глаза Женя. И могут сравниться разве что с длиной твоего члена. Мы благодарны тебе. Можешь прийти ко мне домой и трахнуть мою собаку.

Не надо огрызаться, тебе не идет, Сутенер отточенным до вальяжности движением одернул пиджак. К слову, выступление начинается через пятнадцать минут. Можешь посмотреть, если не боишься.

Постараюсь не забыть.

Сутенер снова скривил лицо, тоже вытянув губы в уродливой издевательской манере. Затем вдруг указал через плечо на Марка.

А это что, новый член твоей команды? Подбираешь кадры там, где обдристаешься?

Ну, это уже было откровенно дешёво. От своего противника Женя ожидала колкости поострее, поэтому не удостоила его ответом.

Сутенер повернулся к уборщику, постучал носком дорогого ботинка по контейнеру, на который тот опирался.

Что там у тебя? Именная швабра?

Нет, безразлично ответил Марк.

Отстань от него, Макс. Он просто помог подруге донести ящик. Знаешь, что такое друзья? Погугли.

Сутенер рассмеялся ему одному понятной шутке.

То есть ты выжил всех уборщиков из службы клининга и теперь принялся за грузчиков? давясь хохотом сказал он.

Девушке нужна была помощь, а я был не занят, сквозь плотно сжатые губы процедил он. На лице не дрогнула ни одна мышца.

What a story, Mark, отсмеявшись, протянул Сутенер. Он развернулся, кивнул Дорджи, а Евгении даже подмигнул и зашагал в сторону конференц-зала, толпы неудачников и их общего будущего. Еще раз желаю удачи. Пусть победит сильнейший. Прощай, Соломенное Пугало.

Евгения молча ждала, пока за ним захлопнется дверь, не желая смотрела вслед. И только после этого позволила себе выдохнуть. Чего-то такого стоило ожидать. Он будет использовать любые средства чтобы победить, чертов яппи. Должно быть, со старшей школы практиковался в искусстве буллинга.

Выжил всех уборщиков? Что он имел в виду? подал голос Дорджи. Выглядел он спокойно, но маска уверенности слетела, обнажая всю накопленную усталость, всю неуверенность.

Никого я не выживал, к Марку вернулась его извиняющаяся улыбка, он потер шею. Просто хорошо работал, можно сказать за десятерых. Ну и кто-то в управлении, похоже, воспринял это буквально.

Погоди, то есть ты хочешь сказать, ты один тут всё моешь?

Ага, просто пожимал плечами тот.

Как, без выражения сказал Дорджи, всем видом прося объяснить ему соль шутки.

Не бери в голову, отмахнулась Евгения. Марк боевой андроид. Мы обязаны ему победой в войне и, вероятно, нашими жизнями. Работает у нас в клининге. Ничего особенного.

Лицо помощника не изменилось, лишь задергалось правое веко.

Берите свои вещи, ребята. Мы выступаем следующие. Привал окончен.

Дорджи засуетился, но снова стал собой, милым, услужливым Дорджи, которого она так любила, в котором так сейчас нуждалась. Не отрывая глаз от планшета, он бросился вперед, туда, где их ждала команда.

Марк же лениво оторвался от контейнера и развел руками, разгоняя кровь в мышцах. Или что там у него вместо крови? И вместо мышц? Но когда он уже наклонился чтобы снова взвалить на себя эту ношу, Женя накрыла его ладонь своей.

Соломенное Пугало? вполголоса спросила она, глядя в глаза андроиду со всей серьезностью.

Марк задержал на её лице взгляд на полсекунды дольше положенного и кивнул.

Ага.

Быть не может. Он? от осознания Женю трясло и она не знала, как это сдержать.

Он, - подтвердил Марк.

Женя на мгновение задумалась и нехотя убрала ладонь.

Так получается, для тебя это тоже личное? усмехнулась она.

Взявшись за рукояти контейнера, Марк без труда поднял его, удерживая на уровне пояса.

Когда имеешь дело с людьми, это всегда личное, сказал он и зашагал вслед за Дорджи.

Глава 7.

Динь. Дон.

Бьет полночь на часах судного дня.

Динь. Дон.

Бьется ферроценовое сердце о керамокомпозитные ребра титана.

Динь. Дон. Динь. Дон.

До бесконечности или пока в руках хватает сил на еще один рывок. Стоит оно того? Никто не знает, пока не сорвется.

Динь. Дон.

Все лица разом обратились к нему. Казалось, даже для подчиненных слова пиджака оказались сюрпризом. Но не для вояк, те всегда ожидают неожиданностей.

Мы закончили, медленно и сурово проговорил старший из троицы, но в его словах безымянный уловил неуверенность. Генерал уже понял, что угодил в ловко расставленную ловушку и теперь искал лучший путь из нее.

Разумеется, еще шире улыбнулся пиджак, отстранившись от стены. Я ни на что не претендую и не хочу тратить время нашей героической армии в такое отчаянное время...

Выкладывай! Резко рявкнул другой генерал, за что удостоился тяжелого взгляда своего старшего товарища.

И вот ловушка захлопнулась.

Как будет угодно господам генералам, смиренно разведя руками пиджак подошел к столу, схватил с него тонкий пульт-кликер и, уверенно махнув пультом за спину, щелкнул клавишей.

Изображение за его спиной сменилось. Графики и скриншоты симуляции сменила одна единственная картинка, едва умещающаяся на широком экране. Пиджак даже не взглянул на нее, продолжая по-хозяйски опираться о стол и попеременно глядя каждому генералу в глаза. Те взирали на изображение с видимой неприязнью, отвращением даже. Но было и что-то еще. Проблеск несвойственного военным любопытства.

Что это такое? Реклама? проскрипел один, недовольно щурясь на изображение.

Это начало конца, со всем возможным пафосом объявил бизнесмен.

А безымянный смотрел на экран и пытался сдержать смех. Тревога отступила, он разжал кулаки, больше не планируя ни убивать, ни пытаться бежать. Он понял игру, что затеял пиджак.

Эти материалы наши партнеры из ЧВК нашли вместе с основным грузом, продолжил пиджак. Очевидно они предназначались лидерам местных боевиков, диктаторам, высасывающим соки из оккупированных стран.

Генералы слушали его с большим огнем в глазах, едва не прожигая говорившего насквозь. Безымянный же слушал вполуха, его внимание было приковано к экрану. Оттуда, с плаката не то рекламного, не то патриотичного, взирал безымянного он сам. Форма НАТО и американский флаг за спиной. Даже текст и шум на английском. Когда только пиджак успел склепать это? Должно быть, в то же самое время, когда выдумывал легенду про теневой флот врага и захваченный образец супероружия.

Интересно, а что было первым: внешность с плаката или собственное лицо безымянного? Но он не знал.

Из сопутствующей документации по эксплуатации, мы узнали название этой модели, бизнесмен указал на андроида, застывшего у двери. Атлас модель три. Это не прототип, господа офицеры, это серийная модель. Его отправили в страну третьего мира не для полевых испытаний. Для этого у них есть Мексика. Нет, они везли его как выставочный экспонат. Образец не оружия будущего, но вполне себе нашего с вами настоящего.

Он умолк, продолжая улыбаться и снова заложив руки в карманы. Генералы переглянулись, на их лицах не отразилось ни единой новой эмоции, только гнев и настороженность, которые, должно быть, устанавливают им по умолчанию ещё в школе офицеров. Медленно и беззвучно, генерал державший ладонь на дверной ручке, отпустил её. Комментариев, однако, не последовало.

Мы любовно называем его Марк, продолжал пиджак. Пытались называть Атлас, но это как-то слишком пафосно, да и все норовили пошутить про Айн Ренд. Он третьей модели марк три поэтому Марк.

Марк... Никто в лаборатории не называл его так. Еще одна ложь делового костюма в его игре. Обычно к нему обращались просто на ты или же просто называли объектом в разговорах друг с другом. Единственное, что хоть сколько-нибудь тянуло на имя были первые слова, что андроид услышал от человека. Первые слова, что он услышал в своей жизни, если быть точным. Соломенное Пугало. Обидный эвфемизм, который он тогда не понял и не обиделся, потому что еще не знал, как надо обижаться.

Вы закончили? несмотря на огонь во взгляде, голос старшего офицера обдавал холодом.

Выждав драматичную паузу, пиджак продолжил, в этот раз без улыбки, с мрачной решимостью в голосе.

Мы отстали на годы. На десятилетия. Успехи вскружили нам головы и мы перестали развиваться. Наша робототехника едва позволяла создание гуманоидных уборщиков, когда враг уже переизобрёл штурмовую пехоту. Дроны? Вчерашний день! Марк может сбивать их камнями прямо в воздухе со ста метров. И чем же мы ответим?

Один из генералов сел обратно за стол переговоров, тот, со скрипучим голосом.

Против артиллерии у них нет шансов, задумчиво проскрипел он.

Это если вы сможете отличить таких Марков от обычных солдат, пожал плечами пиджак.

Электромагнитное оружие? прогремел басом другой, тоже усаживаясь.

Они органические, не электронные. Пострадает только его электронное снаряжение, а оно ему почти не нужно.

Последний генерал, старший из всех, застыл позади своего кресла, положив ладонь на его спинку, но не торопясь возвращаться на место.

Я вижу, вы очень хотите, чтобы вас спросили а что же тогда? спокойно проговорил он. Лицо военного оставалось каменным, но глаза его улыбались, спокойно и хитро. Ладно, сделаем вид, что я поверил во весь этот спектакль. А что же тогда?

Пиджак даже бровью не повел.

Контрмеры, деловито сказал он. Обратный инжиниринг. Модернизация. Производство. Отдайте нам Марка и мы разработаем оружие против синтетиков, научимся строить их, а с большой вероятностью создадим более эффективные модели.

Проще говоря, вам нужны деньги, подвел итог генерал.

Проще говоря, да.

Марк замолчал и в оглушающей, вязкой тишине шахты снова зазвучали мерные звуки. Шаги. Сердце в ушах. Удары контейнера о лестницу.

Динь. Дон. Динь. Дон.

Он как будто переводил дух после долгой, утомительной истории, отнявшей у него много душевных сил. Однако, рассказывая он ни разу не сбился, голос оставался ровным, поставленным и ритмичным, как у диктора или даже синтезатора. Женя же отчаянно ловила ртом воздух, выжатая в конец. Болели пальцы, отчаянно цепляясь за очередную скобу. Болели стопы и икры из-за туфель, не предназначенных для активностей вроде сегодняшних. Горло опаляла жажда, а легкие горели с тех самых пор, как она забыла про ритм дыхания и безнадежно сорвала его.

Динь. Дон. Вдох. Выдох.

Как будто стоишь в планке, а часы перед тобой отсчитывают секунды, всё медленнее и медленнее.

Мы... еще... не на месте? между рваными, судорожными вдохами спросила Женя.

Она не сразу поняла, что равномерный звон контейнера, к которому уже успела привыкнуть, прекратился. Что-то провело по её голове, по самой макушке, растрепав волосы. В одну сторону, в другую. Девушка резко вжала голову в плечи, прижалась к лестнице всем телом, поняв наконец, что прямо над ней раскачивается контейнер. Еще чуть-чуть и она бы лишилась головы или сверзилась в шахту лифта. Кукушка, должно быть, обрадуется ее компании.

Извините, раздался сверху спокойный голос Марка. Немного задумался. Все эти воспоминания... Да, мы почти добрались, осталось всего пара этажей, не больше. Я как раз успею закончить.

Да, тяжело дыша проговорила Женя. Или закончусь я

***

В тесной, тёмной комнате они столпились у смотрового окна. Техники, помощники и вездесущие маркетологи все как один затаили дыхание. За тонким электронным стеклом виднелся роскошный конференц-зал, самый большой и презентабельный, что могла предложить компания. Один только стол для переговоров занимал столько же площади, как квартира Евгении. Да ещё, пожалуй, хватало бы места для застекленной лоджии чтоб разводить там марихуану.

Вокруг стола суетились секретари и прочая челядь, старательно убирая остатки последнего претендента. Суетливые и незаметные, они выравнивали кресла, поправляли блокноты и ручки на столе, приносили свежую выпечку и кофе иностранной делегации. А во главе стола, уже изрядно измотанные и суровые, восседали главы китайской материнской компании с самим Мандарином во плоти.

Уже не молодое лицо председателя Ван Вея избороздили каньоны морщин. Он сидел, чуть подавшись вперед, сложив руки перед собой, собранный и внимательный, точно тигр, изготовившийся к прыжку. Несведущий в корпоративной иерархии новичок легко бы спутал Мандарина с другими участниками китайской делегации. Такой же темно-синий пиджак, такое же круглое лицо, такая же формальная поза и неприметный значок партии на отвороте пиджака. Но что-то выделяло его среди прочих китайцев. Какая-то неуловимая аура величия и всеобщего поклонения. Евгения почти могла видеть её. И судя по лицам окружающих, не она одна.

Один только Марк бросил короткий взгляд на Мандарина через стекло, усмехнулся своим мыслям и поставил контейнер на железную подставку.

Ну что, Чингисхан, готов устроить монгольское нашествие в Китай? подмигнул он Дорджи.

Помощник как-то сразу сжался и отвел взгляд. Евгения могла поклясться, что он покраснел от смущения, но сейчас ей было не до того.

Устроим нашествие, если от китайцев что-то останется после Сутенера, выдохнула она. О да, её-то Великую стену он пробил за один вечер, пока все вокруг накачивались дешёвыми коктейлями на корпоративе. Евгения тряхнула головой, пригладила волосы. Дорджи, займись презентацией, проверь всю инфографику еще раз.

Конечно, босс, бурят благодарно кивнул, радуясь возможности отвлечься. Искоса бросив взгляд на Марка, он открыл планшет и стал быстро листать, пока в его очках отражались графики и схемы.

Евгения тоже обернулась к уборщику.

Спасибо, что помог, почему-то чувство было такое, что она не благодарит, а извиняется. За всё сегодня. Ты оставайся, налей себе кофе, а мы пока устроим шоу.

Марк брюзгливо вытянул губы, сложил руки на груди.

Ну, даже не знаю. Мне еще фойе убирать. Весь этот снег и слякоть, знаете ли.

Женя состроила обеспокоенную гримасу.

О, но тут тоже потребуется уборка! Когда мы закончим с Максом, его кишки и кровь будут даже на потолке! С притворной серьезностью девушка развела руками. Впрочем, всегда есть шанс, что нас закроют и можно будет не прибираться.

Да, во всём есть что-то хорошее, ухмыльнулся в ответ уборщик. Поправив кепку и бросив сумку на ближайший стул, он огляделся в поисках кофе-машины. Кофе, значит? А неплохая мысль. Я пью черный, а тебе, наверное, капучино?

Айс-латте на миндальном молоке с двойной помпой, браун шугар, с топпингом из карамельного кракелюра, жареного нута и взбитые сливки с сиропом соленая карамель, пронеслось в сознании девушки. Потребовалось усилие воли, чтобы не произнести это вслух.

Тоже черный.

Когда в дальнем конце комнаты загудела кофеварка, Евгения уже стояла у смотрового окна, окруженная людьми в свободной, даже фривольной одежде, с планшетами в руках. Маркетологи. Корабль тонет, но крысы продолжают поедать провиант, несмотря ни на что. Она не была уверена, восхищаться ими или презирать. Они будто говорили на своем языке, обсуждали уже прошедшие презентации и реакцию высокого начальства на них. Евгения улавливала отдельные слова: Мандарин, дроны, реклама, таргет группа, график, стартап, ТикТок. Знакомые термины утопали в бескрайнем море подросткового сленга и мемов, которые она не понимала. Как же они раздражали. Хотелось привязать их к хирургическому столу и дать своим рукам творить магию, пока эти дети не забудут как звучит сикс севен. Да. Да, было бы неплохо.

Погоди, а ведь неплохая идея.

Эй, красавица, ты не занята?

Рука Евгении змеёй метнулась к ближайшему существу, предположительно женского пола. Схватив его за подбородок, менеджер развернула существо к себе лицом. То всё ещё улыбалось, но глаза округлились от неожиданности. Со всем этим подростковым стилем, одеждой-оверсайз и бесполой, похожей на гнездо птицы прической, пол существе все еще оставался под вопросом. Однако, существо выглядело достаточно миловидно. Подходящий материал для работы.

А-а, э-э, извините... пролепетало существо, вращая глазами.

Сжав пальцы, Евгения притянула маркетолога ближе к себе. Склонилась над ним, не отрывая взгляда от испуганно-восторженных глаз с безвкусной подводкой. Существо замерло, с тревогой глядя на Евгению снизу вверх.

Я внезапно поняла, что мне нужна милая морская свинка для опытов, задумчиво произнесла она, поворачивая лицо свинки то одной стороной к себе, то другой. И я выбрала тебя. Что ты ответишь?

Рот морской свинки раскрылся, даже в полумраке был заметен румянец, выступивший на рыхлых щеках. Да, это будет отличная демонстрация ее бьюти-гаджета.

Да, мамочка... пролепетало существо, едва ли не закатывая глаза.

Евгения улыбнулась, сама не зная чему.

Хорошая свинка. Что говорят хорошие морские свинки?

Ну... хрю? неуверенно ответило существо.

Отпустив подбородок свинки, проджект-менеджер разочарованно вздохнула и отстранилась.

Морские свинки так не говорят, тебя в школе ничему не учили? Махнула она в сторону Дорджи. Иди к моему помощнику, горе ты мое, он приставит тебя к делу. Будь готова выступать через двадцать минут.

Существо помедлило, теребя в пальцах планшет, усеянный мультяшными наклейками, и медленно зашагало к Дорджи и стойке с авто-доком. По дороге морская свинка то и дело трепетно оглядывалось, отчего чуть не налетело на Марка.

Заводишь новых друзей? усмехнулся он, протягивая стаканчик с тёмной жидкостью, что здесь называли кофе.

Ага, вскинула голову девушка и отпила маленький глоток. Горький, но что-то было в этой горечи, к чему она могла привыкнуть. Кажется, я начинаю входить во вкус.

Шоу еще не началось? уборщик кивнул на смотровое окно поверх голов всего маркетингового отдела.

Ублюдок любит потянуть время. Потомить ожиданием, как он говорит. Женя наклонилась к собеседнику и прикрыла рот ладонью с театральной конспирацией. Хотя на все дело ему обычно нужно секунд тридцать.

А я-то всегда считал, что скорость преимущество, серьезно ответил уборщик, но у уголков глаз его плясали веселые морщинки.

В чем-то, да, встав плечом к плечу к Марку, Женя наблюдала, как китайская делегация сгрудившись перешептывается. Только Мандарин оставался бесстрастен. Откинувшись в кресле, он выглядел как статуя имени самого себя. Ну ни дать, ни взять партийное заседание. Но иногда нужно просто расслабиться и отдаться течению. И потрогать траву.

Да, перестать бегать, точно белка в колесе, вздохнул Марк и глотнул кофе.

Пил он долго, будто собираясь влить в себя содержимое стаканчика залпом. Еще дольше он молчал, когда оторвал стаканчик от губ, Женя даже начала волноваться.

Как белка в колесе, повторил он, следя как один из секретарей в конференц-зале, по ту сторону стекла, старательно протирает стол, одновременно собирая с него пустые чашки. У тебя никогда не возникало чувства, что ты в тупике?

Что? Ты о чем? Женя с недоверчивой улыбкой посмотрела на друга. На друга? Ну, да, похоже, что так. И когда они только успели подружиться? Так или иначе, Женя гордо выпятила грудь. Я девочка в мире большого бизнеса. Как по-твоему я себя чувствую последние семь лет?

Игриво пихнув его в бок, она обернулась, заглянула в лицо другу. Марк не улыбался, а взгляд опустевших, стеклянных глаз был направлен куда-то внутрь.

Эй, ну ты чего? Женя попыталась взять его за руку, но Марк не ответил. Его ладонь оказалась недвижимой и твердой как камень. Женя нахмурилась, но старалась придать голосу бодрости. Как сгоревший кофе, маскируют приторным сиропом, будь он неладен. Переживаешь из-за работы? Да брось, не надо. Компания не закроется. Если я не выиграю грант, он достанется этому придурку, Сутенеру, и мы всё равно сохраним свои места, просто главным будет он, а не я. Расслабься, кому и стоит переживать, так это мне.

Если бы при повороте головы Марка раздался каменный скрежет или визг сервоприводов как в дешевой фантастике, Женя бы не удивилась сильнее. Он смотрел на неё, как на ребенка, рассуждающего о делах взрослых. Умиляясь наивности детства, но продолжая терзаться взрослыми мыслями.

Что ты делаешь... заговорил он и осекся. Затем вздохнул и продолжил. Что ты делаешь, когда чувствуешь, что зашла в тупик?

Женя опешила.

Да, родная, что ты сделала, когда поняла, что главой отдела тебе не стать? Что ты сделала, когда начальство сначала рассмеялось тебе в лицо, а затем дало настолько вежливый и логичный ответ, что вывод мог быть только один: они откровенно издеваются. Что ты сделала, поняв, что всё решают связи, а не твои бесконечные заслуги? Стала ли ты работать усерднее? Решилась ли на смелый шаг уволиться и основать свой стартап? Продолжила ли обивать пороги в надежде пробить однажды стеклянный потолок, даже если это будет последним, что ты сделаешь в жизни? Нет, ничего из этого ты не сделала, подруга. Ты проглотила гордость и смирилась. Приняла правила игры и продала душу на пике биржевой стоимости. Сдала её в аренду и получила назад в не в самом плохом состоянии, хоть на ней и остались подозрительные пятна и неприятный запашок. Никто не сокрушал твою великую китайскую стену, малышка. Ты сама радостно распахнула ворота, постелив красную, ковровую дорожку под ноги захватчику.

Что я делаю, когда чувствую себя в тупике? после минутного размышления повторила она. Приспосабливаюсь. Адаптируюсь. Выживаю. То, что необходимо.

То, что необходимо... медленно повторил Марк, пробуя слова на вкус. Горькие слова, но что-то было в этой горечи. Смотри, а вот и он.

Женя проследила за его жестом. В конференц-зале наконец зажегся свет, знаменуя конец перерыва. Китайцы все как один походили теперь на буддийские статуи, собранные и напряженные, бесстрастно взирающие перед собой. Глаза мудрых, каменных обезьян неотрывно следили, как в зал развязной походкой входит Сутенер.

Ну, понеслась, прошептала Женя, и стайка рекламщиков вокруг неё замерла, тревожно затаив дыхание. Даже приглушенный свет в их помещении, казалось, сгустился до напряженного, таинственного полумрака.

Выйдя на центр комнаты, Сутенер оправил безупречный костюм и церемонно поклонился. Затем с наглой ухмылкой встал у противоположного конца стола.

Председатель Ван Вей, уважаемый совет директоров, начал он официально, почти по-военному. Затем наклонился к столу и опёрся на него кулаками, блеснув часами на запястье. Думаю, вы и так потратили на нас достаточно своего времени, поэтому мы просто пропустим дешёвую лирику. Внесите продукт!

Понятно, вот в чём его план. Заставить китайцев почувствовать глоток свежего воздуха среди общей затхлости. Ну, флаг ему в руки. Китайцы неповоротливы и консервативны, они не любят визионеров и выскочек. Но откуда это знать выскочке, который всего достигал не своим умом, а по блату?

Двери конференц-зала распахнулись и на пороге показалась группа техников в ярко-желтых касках и серых комбинезонах.

Быть не может... услышала Евгения над ухом глухой голос Марка.

Осторожно сменяя друг за другом, техники вкатили в комнату высокий, черный ящик. Почти такой же, как тот в котором помещался автодок, только высотой под два метра и контурами отдаленно напоминающий о человеческой фигуре.

Гроб. Гроб для транспортировки синтета.

Вот же ублюдок... прошептала она.

Позвольте представить нашу последнюю разработку в области домашних развлечений, пафосно взмахнул рукой яппи. Якшини!

И открыл гроб.

Глава 8.

Динь. Дон.

Эхо шагов все громче, пока невидимый потолок приближается.

Вдох. Выдох.

Шаги все увереннее с тех пор, как открылось второе дыхание.

Динь. Дон.

Одна за другой срываются пуговицы с пиджака, точно в порыве страсти. Летят вниз, отскакивая от стен. Затихают в темноте.

Оставалось и правда немного. Пока они преодолевали два последних этажа, финишную прямую, как назвал это Марк, он успел вкратце поведать ей о войне. Не трудно было заметить, как он избегает этой темы. Как не хочет останавливаться на этом моменте своей биографии и вдаваться в кровавые подробности. И все же он говорил. Говорил прямо, честно и открыто, с непременной иронией в голосе. Как и всегда.

Марк не знал, что стало с другими, такими же, как он. Синтетами, искусственными людьми, солотенными пугалами, называй как хочешь. Не знал, куда их посылали, когда приняли на вооружение. Какие задания миссии им поручали или кому они подчинялись. Не знал даже как выглядели его названые братья и сестры и были ли у них имена. В каких войсках они служили? Каким оружием пользовались? Относились к ним как к братьям по оружию или просто использовали как говорящее орудие? Ничего этого Марк не знал, а спросить было не у кого с момента, как он надел форму, время вопросов прошло.

Знал он только, что успешные наступления во многом их заслуга. Безымянных, живых орудий и его самого. Сам Марк сражался плечом к плечу с обычными солдатами, с настоящими людьми, ставшими ему братьями. Не многие догадывались, что он синтетик, а тем, кто все же что-то заподозрил было плевать. Кто-то даже говорил, что он счастливый, приносит отряду удачу. Боевое братство значило для солдата больше, чем пол, гендер, сексуальные предпочтения и религия. Да и Марк сам старался не выделяться. Ему это нравилось: все вокруг относились к нему как к равному, другу и брату по оружию. Они вместе ели, вместе спали и вместе шли на смерть. Все равны перед богом смерти. В этом была особая честность, которой не найти на гражданке.

Но рано или поздно правда вскрывалась. После очередной воздушной атаки или особо мясного штурма из всего отряда оставался в живых только сам Марк. Ну, может еще пара счастливчиков, оказавшихся рядом с ним. Счастливчики, потеряв руки и ноги, смотрели на возвышающегося товарища ни как на героя, ни как на дьявола. Кто-то винил его в смерти отряда и проклинал. Другие благодарили за чудесное спасение и молились ему, точно сошедшему с небес Христу. Но так или иначе, товарища они в Марке больше не видели. И Марк уходил. Его распределяли в новое подразделение, перебрасывая в новую горячую точку. И он приносил людям удачу. Пока снова не оказывался один.

До него доходили слухи о других синтетиках. Во многом он слышал истории, подобные его собственной, но были и необычные. Истории о сошедших на землю богах войны и демонах ночи. О бункерах, найденных опустевшими, где кровью на стенах остались послания на незнакомом языке. О раненых, найденных на поле боя, которые внезапно вставали в госпитале и уносили с собой десятки жизней, прежде чем раствориться в ночи. О прекрасных женщинах в лохмотьях, одиноко бредущих вдоль ночных дорог. В темных окопах солдаты шептались, что на тех женщин нельзя смотреть и ни в коем случае нельзя разговаривать с ними.

Марк гадал, говорят ли эти истории о его собратьях. И какие истории рассказывают про него самого? Никто не знал, а воюющие страны били себя в грудь, клянясь, что не используют роботизированную пехоту в боевых действиях. И похоже, одна из сторон даже говорила правду.

***

Когда китайцы начали сдержанно, но свирепо переглядываться, даже до Сутенера дошло, что драматичная пауза затянулась. Она так и лежала в раскрытом гробу, застывшая и прекрасная, точно принцесса из сказки. Ореол коротких, светлых волос окружал юное, нетронутое временем и заботами лицо ребенка. Изящные, тонкие руки сложены на груди, тело балерины стынуто белым шелком. Она будто спала и не ведала, что сказочный мир остался позади, а окружает ее серая, беспощадная реальность.

Когда Сутенер склонился к её щеке и легко чмокнул, чудесное дитя выглядело такой маленькой, хрупкой, беззащитной.

Просыпайся, спящая красавица, естественно, он просто не мог не обыграть образ принцессы до конца.

Но когда она открыла глаза, Жене вспомнилась не романтичная сцена из диснеевского мультфильма. Ей вспомнился фильм, что они смотрели с Игорем. О, он любил старье и крутил его каждый вечер, пытаясь подсадить на него Женю. Фильмы почти столетней давности, нелепые и низкокачественные, снятые еще на пленку. Во всяком случае, так он говорил. Она ничего в них не понимала, как не понимала, что в них находит Игорь. Но он был доволен, а потому она не возражала, только крепче прижималась к возлюбленному. Как же назывался тот фильм? Там было что-то на глупом диалекте украинской области. Такое дурацкое, короткое слово.

Якшини медленно открыла глаза. Чуть приоткрыла рот и её грудь медленно поднялась, точно делая первый вдох после долгого, колдовского сна. Глаза большие и глубокие смотрели смотрели на мир с удивлением, любопытством и радостью. Она обвела взглядом комнату, в которой проснулась и с каждым новым увиденным лицом глаза принцессы вспыхивали ярче, а на нежных губах все сильнее расцветала улыбка. Не хватало только залитой солнцем поляны и милых лесных зверей, поющих милые лесные песни.

Иди же, милая, познакомимся с нашими гостями, промурлыкал Сутенер, отходя в сторону.

На секунду, на неуловимое мгновение взгляд диснеевской принцессы стал холодным и спокойным, но она быстро отвернулась от говорившего. Снова превратилась в создание из сказки. Но Женя заметила.

Якшини положила ладони на борта гроба, одну, затем другую. И легко спорхнула на пол, погрузив стопы в толстый ворс ковра почти по щиколотку. Рекламщики у окна затаили дыхание, а иностранная делегация подалась вперед явно заинтригованная.

Несколько секунд она так и стояла, завороженно оглядываясь. Золушка, оказавшаяся во дворце принца, не иначе.

Не стесняйся, малышка, сказал Сутенер, встав у нее за спиной. Для начала поздоровайся.

На мгновение Якниши обернулась к своему принцу. И вот, снова этот холодный, полный отвращения взгляд. Женя понимала её, ох, как понимала.

Хорошо, пропела принцесса нежным голосом японской сейю.

Робко подойдя к столу, Якшини низко поклонилась, положив ладони поверх тонких коленей.

Всем здравствуйте! Желаю всем здоровья и чтобы все дела шли так, как надо! задорно воскликнула она.

Странное приветствие. Но Женя быстро поняла в чем тут дело на смотровом окне зажглась иконка с китайским иероглифом, говорившая о автоматическом переводе. Якшини говорила по-китайски. Ну естественно, Мандарин со свитой не знают язык холопов.

Секунды тянулись, а принцесса все продолжала кланяться. Наконец, свершилось. Со своего трона поднялся Мандарин и чуть склонился в ответном поклоне.

Спасибо за весь теплый прием, с едва заметным рассинхроном липсинка перевела машина. Голос у Мандарина оказался неожиданно теплый и уверенный. Во всяком случае, если верить нейронке.

Возбужденно зашептались маркетологи и Женя презрительно фыркнула. Показушник. Что дальше, предложит поиграть с этой куклой в одевалочку?

Начинай, малышка, хлопнул в ладони Сутенер.

Якшини резко выпрямилась. Взмыло в воздух белое облако волос и мягко опустилось на плечи принцессы густой гривой пышных, светлых локонов. Нет, не на плечи принцессы. В зала стояла высокая, соблазнительная женщина с глазами кошки и телом пантеры. В мгновение ока от былого ребенка не осталось и следа. Якшини явно стала выше, а ее формы округлились. Тонкое боди, едва прикрывавшее зад андроида, теперь впивалось в изгибы её тела, не оставляя простора воображению.

Роковая красотка лениво потянулась. Перенесла вес с одной ноги на другую, демонстрируя выдающиеся формы, и самодовольно улыбнулась застывшему в замешательстве Ван Вею. Нарочито покачивая бедрами она зашагала вдоль стола, в сторону китайских директоров. Её в миг отросшие ногти едва слышно скребли по гладкой столешнице, пока она шла.

Отвечая на незаданный вопрос: нет, это не фокус и не трюк, тем временем заговорил Сутенер. Остатки уважения он растерял, снова став наглым и бойким дельцом.

Тонкие, длинные пальцы коснулись ладони китайского директора, сидевшего ближе всех и тот вздрогнул, отстранился, сжался под дерзким и пронизывающим взглядом роковой женщины. Остальные следили за ней неотрывно. Наклонившись, Якшини прошептала что-то на ухо счастливчику и тот зарделся. А она беззаботно двинулась дальше.

Вы, мои солнцеликие братья, всегда любили роботов, продолжал разглагольствовать Сутенер. Помню ваши прекрасные выставки выставки: роботы-курьеры, роботы-пылесосы, роботы-горничные. Даже роботы-модели! Дорого! Красиво! Настоящее техно-порно!

Следующему из китайцев красотка положила руку на грудь. Провела вверх до шеи и, легко вцепившись ногтями в подбородок, запрокинула голову. Всё это время улыбка превосходства не оставляла её лица, а китаец застыл, боясь даже оторвать ладони от стола.

И как же ваше шоу разочаровало, понизив голос развел руками делец. Весь этот пафос, мечта о будущем, а на поверку что? Кучка неуклюжих консервных банок с силиконовыми лицами. Роботы-модели? Ха! Модели, переодетые роботами! Ну, эти хоть сосут хорошо.

Всё еще возвышающийся над столом Мандарин стал красным от накативщей злости. Даже автопереводчик теперь писал его слова красным, дрожащим от гнева курсивом.

Ваши выводы оскорбительны и выходят за рамки всех приличий, процедил он, сверля Сутенера взглядом.

Тревожное молчание, повисшее по обе стороны стекла можно было резать ножом. Усилием воли Женя заставила себя снова дышать, а сердце оставаться в груди, где ему и место. Не для того она добиралась сюда назло всему, чтобы сейчас испугаться большого папочки.

Засунув руки в карманы Сутенер расслабленно стоял у открытого гроба, с презрением и усмешкой глядя на всех.

Оскорбительны? невинно поинтересовался он. Очень надеюсь, иначе вы так и продолжите заниматься херней.

Да кто вы такой, чтобы позволять себе так разговаривать с уважаемыми директорами?! еще один из китайцев вскочил, размахивая рукой, точно голосуя на партсобрании.

Только тот, кто не боится сказать вам правду, лениво, точно от мухи отмахнулся Макс. Вот вам правда: ваша программа робототехники в глубокой жопе. Мертворожденная мечта. Как социализм в корпоративном Китае.

Краем глаза Женя уловила движение. Понятно. Крысы наконец поняли что к чему и ринулись прочь с корабля. Жаль только эта посудина не тонет. Напротив, её сейчас сожжет дотла китайский огненный дракон, которому наступили на больную мозоль. Даже помощники Сутенера, застывшие у дверей, боязливо попятились, когда один за другим начали вскакивать китайские господа.

Вы смеете порочить память Мао!?

Об этом узнают в штабе!

Вас, варваров, давно надо призвать к ответу!

Еще бы белая свинья что-то знала об обществе!

Да, он просто купался в оскорблениях. С безумным блеском в глазах и улыбкой Чеширского кота, Сутенер расхаживал по залу, точно комик, рассказавший лучшую в своей жизни шутку.

Жалкий торгаш!

Эй, а вот этого не надо! на последнее замечание Сутенер состроил серьезную, даже обиженную гримасу. Он фыркнул и, подойдя к столу, упал в единственное свободное кресло. Прямо напротив Мандарина. К вашему сведению, председатель Ван Вей, этот торгаш создал оружие победы в последней войне.

И это подействовало. Они заткнулись. Женя не могла, не хотела в это верить, но они заткнулись. Теперь стратегия его становилась ясна: отобрать у ребенка конфету и дать затрещину, чтобы тут же предложить тому поездку в Диснейленд с возможностью остаться там навсегда.

Медленно Мандарин осел в кресло, а за ним последовали остальные головы дракона.

Вижу, вы наконец готовы слушать, жестко, по-деловому начал Макс. Что у вас есть? Ваши разработки роботизированной пехоты? Мусор. Устаревший ретрофутуризм. Оставьте сервоприводы для игр и кино. С тем же успехом можете начать выпуск аниматроников для детских пиццерий. Они так же бесполезны, как ваши драгоценные роботы, но Мишка Фредди хотя бы в тренде.

К чему весь этот спектакль? Прервал тираду Ван Вея. Его голос вновь стал сухим и формальным, а буквы больше не дрожали.

К тому, чтобы вы поняли: мы вступаем в новую эпоху и старые законы больше не действуют, Макс выплевывал слова жестко, с неприкрытым презрением. Не торопясь, он достал сигарету и прикурил, оставив дорогую зажигалку на столе, точно ненужный мусор. Пепел он стряхивал прямо на ковер под ногами. Вот что я даю вам: синтеты. Полнофункциональные, синтетические биоматы с продвинутым эвристическим симулякром на борту. Они уже изменили войну. Теперь они изменят мир.

На последних словах он вальяжно махнул сигаретой в сторону своего продукта, продолжающего шествовать по залу. Стоило отдать ему должное, Сутенер умел манипулировать вниманием зрителей публики, точно заправский сутенер. До сего момента все присутствующие как будто и забыли про существование Якшини. И не заметили, как что слон в комнате снова преобразился.

Мандарин заметно вздрогнул. Да и сама Женя охнула, особенно остро ощущая одиночество, теперь уже одна стоя у смотрового окна. От роковой женщины в синтетике не осталось и следа. Принцесса-одуванчик канула в лету. Над собравшимися нависла могучая фигура женщины-варвара. Под оливкового цвета кожей перекатывались накаченные мышцы. Черные как смоль волосы шелковистым потоком струились по голове и плечам, наполовину закрывая лицо, застывшее в маске спокойствия и силы. Не просто мамочка-орк из любимого Максом хентая. Настоящая великанша.

Якшини будет тем, кем вы хотите её видеть. Идеальный спутник на самый взыскательный вкус, продолжал свою речь Сутенер, полностью оправдывая свое прозвище. Тем временем синтетику потребовалась всего пара шагов длинных, накаченных шаг, чтобы оказаться возле председателя. Великанша нависла над Мандарином, точно мать над непослушным ребенком. Сутенер подался вперед на своем месте. Она способна ублажить любую фантазию, знаете вы о нет или нет.

На лице великанши появилась хищная улыбка. В следующий момент она подпрыгнула и беспардонно плюхнулась на колени Мандарину. Ван Вей охнул, пытаясь вскочить. Перспектива быть раздавленным горой мускулов явно не входила в число его планов на жизнь. Но несчастья не произошло. Уже в полете синтетик начала трансформироваться. Прямо у всех на глазах, на колени старому китайцу приземлилась не мамочка-орк, одежда которой едва не держалась от непомерного размера сисек. На коленки дедушке приземлился белокурый мальчишка, едва старше тринадцати на вид. Нежно обвив тонкими ручонками шею старика, он захихикал и озорно чмокнул того в щеку.

Можешь звать меня Гарри, дедуля, - сладко мурлыкал мальчик, пока лицо Ван Вэя все больше краснело. Женя различала на нем целый спектр противоречивых эмоций, начиная с похоти, заканчивая гневом и страхом позора.

Не смущай председателя, малыш. Ему, уверен, хватает и своих внуков, - строго сказал Макс, погрозив синтетику пальцем.

Игриво усмехнувшись, мальчишка спрыгнул с коленей старого китайца и медленно зашагал в обратную сторону, теперь огибая стол с другой стороны. Мандарин же замер на месте с видом поруганной чести. Будто не к нему только что льнула живая и дышащая мечта педофила, а сам он оказался у педофила на коленях.

Она теперь уже снова она шла вдоль ряда китайских боссов, бросавших на роковую красотку настороженные взгляды через плечо.

Вы выберете меня, ладонь Сутенера с громким хлопком легла на стол. Почему, спросите вы. Всё очень просто. Из всех, кого вы сегодня видели, только у меня есть бизнес-модель. Только у меня есть видение. Только у меня есть опыт. Только я один пришел к вам не из отчаяния, надеясь сохранить под собой сраное офисное кресло. Я здесь потому что люблю игру и умею выигрывать. А это вы и ищете.

Якшини, больше не пытаясь скрывать свое превращение за эффектными жестами, плыла по комнате, меняя один облик за другим. Фигуристая азиатка. Высокая, чернокожая легкоатлетка. Наконец, типичная, худенькая альтушка, вычурный, готический макияж и волосы кислотного цвета шли в комплекте.

Универсальная жена! объявил Сутенер, раскинув руки. С целевой аудиторией проблем нет: мир погряз в мужском одиночестве. Мы не придумываем ничего нового, только доводим старые методы до идеала. Об искусственной партнерше мужчины мечтают уже десятки лет. Она не ноет, не пилит, когда приходишь с работы, а главное у нее никогда не болит голова! Но мы первые воплотили мечту в реальность.

Нежно проведя кончиками пальцев по спине последнего из сидящих китайцев, Якшини медленно удалялась от него. Ее ладонь так и застыла в воздухе, точно в жесте прощания. Но Женя видела её лицо. Кукольное лицо эльфийки из корейской ММО искажала бесконечная усталость от пытки, которой нет и не будет конца.

Но это только начало! Мы продаем не бритвы. Мы продаем причину покупать у нас лезвия! Я уже заключил соглашения с модными домами о поставках фир оригинальной одежды для Якшини. Дорогая женская одежда, которую будут покупать мужчины по всему миру. Это совершенно новый рынок! И это я молчу о средствах ухода за телом синтета и специфическом питании, которое можно приобрести только у нас! Фактически, мы создаем Барби для одиноких неудачников.

Синтетик встала у кресла своего хозяина, эффектно положила ладонь тому на плечо. На ней был снова облик юной принцессы-одуванчика. Сутенер похлопал себя по колену и та подчинилась, опустилась на них, обвив руками шею хозяина, как проделывала это минуту назад с Мандарином.

А если вам и этого мало, то Якшини способна соблазнить и развести на траты любого. Раньше она проделывала это чтобы проникнуть в тыл противника. Теперь же она поможет нам проникнуть в сердца клиентов. Ну что, вы готовы заключить сделку, или желаете опробовать товар лично, так сказать? Не бойтесь, она не кусается, у нее бомба в башке на такой случай. Ну, разве что это ваш фетиш.

Повисла тишина, прерываемая только звуком кофеварки где-то позади. Солнцеликие властелины не двигались, лишь бросали друг на друга свирепые взгляды. Сутенер, закончив свою речь, кажется перестал их замечать, только продолжал затягиваться сигаретой и гладить свой продукт по узкой, круглой заднице.

Зрение застилал туман, но Женя быстро поняла, что прислонилась к стеклу так близко, что окно перед ней запотело от дыхания. Отстранившись, тряхнула головой и повернулась к Дорджи. Краем глаза заметила двадцать глаз испугано глядящих на нее из темноты. Её помощники, маркетологи и та, безымянная морская свинка, стоящая возле развернутой автодок-станции.

У нас... Женя сама испугалась звука своего голоса в повисшей тишине. Без гомона, что производила кучка рекламщиков комната казалась неожиданно пустой. У нас все готово? Думаю, мы следующие.

Дорджи и свинка нервно переглянулись.

После такого, шеф? вкрадчиво спросил Доржди. Непонятным образом, выглядел бурят ещё меньше и еще более уязвимо, чем обычно. Полезем в логово дракона, которому только что прищемили яйца?

Только не это. Только не потеря боевого духа. Только не перед финальным рывком.

А почему бы и нет? шагнула ему навстречу Женя. Что нам терять?

Ничего, кроме страха.

Все обернулись на низкий, задумчивый голос. Марк стоял у окна, разглядывая конференц-зал за ним, высокий и непроницаемый, как статуя неизвестному солдату.

Он прав, кивнула Евгения, снова становясь проджект-менеджером. Зря приготовились, что ли? Помирать так с музыкой!

Помирать? Всхлипнула свинка.

В переносном смысле, раздраженно отмахнулся от нее Дорджи. Похоже, за время подготовки, девочка-маркетолог успела его достать. Я, конечно, с вами, шеф. Не вижу смысла во всей затее, но я с вами. Надеюсь только, что у вас заготовлен чертовски хороший план.

Враг не поймет твоего плана, если у тебя его нет, ухмыльнулась Женя. Надо же было себя как-то подбодрить?

В тишине раздался громкий, искренний смех.

Вот за таким командиром я пойду в ад и обратно, Марк повернулся, утирая выступившую от смеха слезу. Затем серьезно посмотрел на девушку. Жаль, что придется пропустить этот бой. В деловых разговорах от меня мало толку.

Ну вот, сначала красиво пел, а как до дела дошло... Женя в шутку ткнула уборщика кулаком в живот. С тем же успехом могла бы ткнуть стену. Все вы, мужики, одинаковы.

Губы Марка растянулись в улыбке.

Ни пуха, ни пера, шеф.

К черту, снова тряхнула она головой. Это помогло. Дорджи, бери станцию и свинку, мы начинаем.

Поправив блузку, Евгения, старший проджект-менеджер, зашагала к выходу.

Э, шеф? голос помощника дрожал от неуверенности. Что-то происходит.

Да чтоб вас черти драли!

Евгения в нетерпении подскочила к смотровому окну. Даже каблуки её туфель цокали по линолиуму с негодованием.

Что ещё?

Оттолкнув помощников от стекла, она взглянула в конференц-зал, щурясь от яркого освещения с той стороны.

В рядах китайских властелинов царило беспокойство. Так прошла почти минута. Наконец тихие разговоры и перешептывания стихли. Взгляды дюжины партийных функционеров устремились на Мандарина. Без спешки тот наклонился к столу и положил на него сжатый кулак. За первой трещиной последовала и вся плотина. Один за другим директора в полном молчании повторяли жест Сына Неба.

Это не одобрение, пояснила Евгения для остальных, сама не до конца понимая, на что смотрит. Но это и не однозначное нет. Это скорее если не найдем лучшего решения, возьмем твоё.

И это после такого-то прилюдного оскорбления? Сутенеру повезло, что его просто не выбросили в окно вместе с говорящей секс-игрушкой.

На большее ваш преданный слуга не смел и надеяться, самодовольно заявил Сутенер, развалившись в кресле, пока Якшики гладила его по груди. Посмотрите еще одну презентацию, если желаете потратить еще полчаса своей жизни впустую. Кто я такой чтобы вас останавливать, в конце концов? Но все мы знаем, вы вернетесь ко мне.

И ведь он прав. Ей просто нечем крыть его карты. Только выйти и прилюдно унизиться. Еще один, последний раз. Не привыкать.

Значит ты победил, милый? Евгения не сразу поняла, что говорит робошлюха на коленях своего Сутенера. Странно, но ни холода, ни отвращения в её глазах больше не было. Неужели и это было частью спектакля?

Сутенер наклонился к ней и проговорил на ухо, так чтоб китайцы не могли расслышать. Но Евгения прекрасно всё поняла по движению губ да.

Кукла расцвела в улыбке счастливого ребенка и прильнула к его шее. Почему-то именно сейчас Женя вспомнила название того старого фильма, что они смотрели с Игорем. Кий? Нет, так звали основателя Киева. Вий, точно!

Ну, разве это не лучший день в твоей жизни? Промурлыкала Якшини, внимательно глядя в глаза своему создателю с жутковатым подобострастием. Ну же, скажи!

Не скромно такое говорить, затушив сигарету об стол, Сутенер откинулся на спинку кресла и закинул руки под голову. Но да, это именно он.

Раздался счастливый детский смех, звучащий очень неуместно в конференц-зале.

Я очень рада, с детской серьезностью сказала Якшини, прежде, чем оторвать Сутенеру голову. Мой тоже.

***

Динь.

Дон.

Динь

Внезапно война закончилась и Марк снова оказался один. Он ждал, что его утилизируют или запрут до поры, пока в нем снова не появится нужда, но его ждал сюрприз. Гроб открылся знакомом конференц-зале и его встретили знакомые лица. Боевой генерал, негласный лидер той троицы, сильно постарел за годы войны, но глаза его всё ещё блестели хитростью и огнем.

Военный вручил ему медаль тайно, так как формально Марк не имел человеческих прав. Оказывается за Марком следили всё это время. И то, что генерал увидел, ему понравилось.

Не важно из какого ты теста, сказал он сурово. Если даже трансексуала, насильники и прочие извращенцы могут смыть свой позор в бою, то я не вижу причин, почему ты чем-то хуже.

Говоря по-правде, Марк тогда впервые в жизни чуть не расплакался. В комплекте с медалью на одно имя шел пакет документов на другое. Путевка в новую жизнь. В настоящую жизнь с правами и обязанностями, как у любого человека.

У Марка голова шла кругом от нахлынувших перспектив, от внезапно открывшихся возможностей и от дорог, расстилавшихся перед ним. Он может путешествовать и покорять вершины, которые никто не покорял до него. Он может учиться и заняться наукой, сделать открытия, которые перевернут мир и сделают миллионы жизней лучше. Он может стать врачем и собственноручно спасать жизни людей будь то больной раком богач или раненый ветеран, про которого все забыли.

В конце концов, он может не таясь прогуляться по городу и, глядя на догорающий закат, выпить чашку кофе в хорошей компании.

Нужно только с чего-то начать. Но с чего?

Пришли, объявил Марк и Женя остановилась, застыла, вцепившись в скобы.

Сверху раздался неприятный, металлический скрежет и звон механизмов. В следующую секунду свет больно резанул привыкшие к темноте глаза. Где-то вверху Марк приоткрыл одну из створок двери лифта.

Слава богу, только и выдохнула девушка.

Пока она ползла к открытой двери, Марк уже успел втащить внутрь контейнер и отдыхал, сидя прямо на нем. Он помог Жене выбраться на площадку и поддерживал, пока она не проморгалась, привыкая снова видеть глазами.

А что было потом? Наконец спросила она.

Потом? Марк чуть улыбнулся, вертя в руках кепку с фирменным логотипом клининговой службы компании. Но улыбнулся как-то грустно, без присущего оптимизма. Потом мне предложили работу.