Сан Санычу медленно плохело. Виной всему была повесть Солженицина "Раковый корпус", которую сосед сверху буквально всучил ему вчера в подьезде, при этом как-то странно и неестественно улыбаясь.
Сан Санычу не просто плохело, ему становилось жутко. Чем дальше он погружался в события, тем гуще и холоднее становилась ночная темнота за спиной и тем уже становился круг света от настольной лампы. Перед глазами проплывали длинные коридоры ракового корпуса. В спертом больничном воздухе рождались мучительные стоны умирающих больных. Бледные иссушенные лица заглядывали Сан Санычу в глаза и со слабой надеждой спрашивали - Доктор, у меня рак? - тыча при этом в безобразные опухоли на шее, лице и бледных, дистрофических телах. Воспаленные, влажные глаза шептали - И я болен раком. Мы безнадежные...
Сан Саныч проглатывал вязкую слюну и дрожащей рукой медленно переворачивал следующую страницу, при этом почему-то подозрительно оглядываясь. И снова коридоры, стоны, опухоли, словно медуза въедающиеся в плоть. Изуродованные тела, безнадежные взгляды и рак, рак среди коченеющих трупов...
Почему-то опять заболело в боку. Сан Саныч схватился за него и начал мять руками. - Что это? Пятый день болит и давит вроде... Боже! И дедушка тоже умер от рака, говорят... Холодок страха опустился куда-то в самый низ позвоночника. В ушах родился голос из еще проплывающего перед глазами коридора - Доктор, у меня рак? Доктор... Сан Саныч не смог проглотить предательски набежавшую слюну. И шея тоже припухла с одной стороны, вроде. Слабеющими пальцами он начал ощупывать ее, пытаясь прогнать мысль - Тут и до мозга недалеко. Никифырыча из соседнего подъезда, царство ему небесное, тоже ведь увезли... И нога. На прошлой неделе упал, ударился. Так ведь до сих пор болит. А дедушка, от чего умер дедушка?
Ночью Сан Санычу снились кошмары. К нему тянулись бледные руки, которые шептали - И у тебя рак. И ты болен... И он покрывается язвами и разваливается на тухлые куски и каждый из них это он... Среди ночи он подскакивал в постели в холодном липком поту, бросался к зеркалу, ощупывал себя и постанывая плакал
- Мамочка, неужели у меня рак? Мамочка...
А в это время...
Подсознание.
Отдел контроля состояния организма. Главный координирующий центр.
Кабинет Начальника. Тишина. Сам Начальник сидит за большим столом, заваленным разнообразными бумагами, докладами, отчетами, справками, сводками и доносами, кляузами, жалобами, требованиями и еще черт знает чем в чем разбирался только он сам. Сюда, к нему на стол стекалась вся информация о состоянии организма. Всех отделав, служб и ведомств.
Начальника бьет мелкая нервная дрожь. В полное непонимание происходящего начал прокрадываться страх. Все произошло как-то неожиданно. Еще вчера поступающие сообщения давали картину нормального, местами, состояния организма. Не считая впрочем барахлившей печени, воспаленного желудка, начинающегося атеросклероза и прочих несерьезных нарушений с которыми он пока успешно справлялся. Данные поступившие сегодня... Начальник начал заикаться. Давление... температура... гормоны... - Боже м-мой!- выдавил он. Все летело к чертям. Когда он дошел данных метаболизма он только и смог выдавить -М-мамочка!
В организме что-то происходило. Он работал в разнос. Он пыхтел как паровоз, готовый вот-вот взорваться. Разам затрещали все телефоны. Кричали все, сразу и во все горло. На тех концах линий связи просили, кричали, требовали объяснения, ссылались на особое указание самого Сознания, били по столу кулаком, брызгали слюной, вспоминали Мать, Бога и всех святых по очереди. Это был аврал. Из всей какофонии Начальник понял только одно - в его отсутствие произошло что-то и это что-то шло свыше, из Центра... от самого Сознания...
Ожидая обьяснения свыше, Начальник опять перечитывал данные снизу, пытаясь хоть что-то сообразить. Открылась дверь. Испуганная секретарша робко заглянула в кабинет.
- Вам...
- Что?
- Вам сверху...
Начальник, выхватив протянутый листок, начал бегло читать и мягко покачнулся.
- Все. За это... Нет, не может быть... Как он мог пропустить?
Он дочитал до конца и беспомощно стек в кресло. В организме шел раковый процесс. Так сообщало Сознание. Нет, не сообщало, доводило до сведенья, тыкало носом, требовало соответствующих данных твердо и безапелляционно. Обессилевшей рукой Начальник нажал на кнопку селектора.
- Заведующего по контролю ко мне.
Заведующий, прочитав сообщение, недоуменно округлил глаза.
- Не может быть. Рака в организме нет... - он осекся, увидев как багровеет лицо Начальника.
- Но это ошибка...
- Заткнись... - прошипел начальник, едва сдерживая себя. - Думай что говоришь, кто ошибается? - он выразительно показал глазами на потолок и перешел на шепот. - Какая разница что нет, ты ничего не докажешь. Это же Сознание. Начальник опять выразительно посмотрел на потолок. Если есть, значит есть. Надо что бы было. Надо...
Исполнитель с секретным поручением от Заведующего по контролю шел нерешительной походкой. Найти клетку, которая просто так согласилась бы стать раковой - такого задания он еще не получал.
В комитете мышц и сухожилий его встретил муравейник кипучей работы. Все куда-то спешили, что-то переносили с места на место, хлопали дверями, не обращая на Исполнителя никакого внимания.
- Извините, у меня поручение...
- В сторону, а то придавим.
- Я из комитета контроля...
- Третья дверь на лево.
- Нужно что бы...
- Зайдите завтра.
В отделе печени сидели хмурые ребята с большими кулаками. Услышав слово рак, из Исполнителя выбили пыль, обрызгали слюной и захлопнули за ним дверь, едва не отдавив голову.
В департаменте кишечника на все отвечали с тупым безразличием.
- Я из комитета контроля.
- Ну и чё?
- У меня поручение...
- Ну и чё?
- Видите ли...
- А ты собственно говоря кто?
Обессиленный брел Исполнитель по закоулкам организма, без надежды и веры. Где-то в глухих кварталах надкостницы он забрел в небольшой кабачок. За стойкой бара он увидел помятую, не раз битую клетку, которая пила какую то мутноватую жидкость из стакана в трясущихся, непослушных руках. Сердце Исполнителя радостно екнуло.
- Друг! - подскочил он. - Выручай.
И Исполнитель в пять минут выложил все, что так долго носил с собой.
- Ты чё, спятил? - ответила клетка, выразительно икнув. - Я еще вполне ничего, едрить тебя налево. - и отпила из стакана.
Но Исполнитель не унимался. Он прильнул к уху и начал что-то быстро нашептывать, при этом выразительно поднимая глаза к потолку, дружески хлопая по плечу и настойчиво запихивая что-то в грязные карманы собеседника.
- Да? - нерешительно протянула клетка. - Вообще то конечно... тут только загвоздочка небольшая.
- Все, все уладим, - радостно тараторил Исполнитель. - Ты только это, давай, делись, - доверчиво проговорил он.
Сан Саныч, бледный и обессиленный приподнялся в постели, когда в палату вошел врач.
- Ну что, доктор? - с замиранием спросил он, ощупывая шишку на голени.
- Ну что вам сказать? Все результаты и исследования говорят за то, что у вас рак надкостницы.
В душе Сан Саныча все оборвалось
- Я так и знал, - шептал он. - Я так и знал...
------------------------------------------------------------
1997 г.