Кафе- стеляшка провинциального городка. За столиком трое друзей: отставной майор Федулов, работающий столяром в похоронном бюро, бывший актёр Вадим Светлый, уволенный за пьянство и бесталантность, и доцент Петров, читавший когда- то курс истории древнерусской литературы на кафедре местного пединститута.
Майор Федулов в свободное время варит самогон, и время от времени ставит друзьям бутылочку. Собираются они в одно и то же время, в одном и том же заведении. Ведут они себя тихо и персонал привык к ним, как к мебели.
Стол с пластиковой скатертью, имитирующей кружево, букетик искуственных цветов в пластиковой вазочке и три чашечки плохого кофе.
Уже выпили по глоточку, и доцент Петров с лицом обиженного ребёнка выговаривается:
- Нет, судари мои - это не любовь к животным, это терроризм. Подумайте сами -
у меня аллергия, а жена завела себе морскую свинку. Я понимаю, что с детьми у нас не вышло, что ей нужна отдушина... Я всё, как интеллигентный человек, понимаю. Но почему бы тепло своей души не отдавать, к примеру, мне. Я же кроткий, неприхотливый, и на пол, при этом не сру. Извиняюсь. А эта крыса откорменная мало того что ходит, где ей понравится, так она вдобавок нагло спит в моей постели, а я должен ютиться на диванчике. Жена, видите ли, боится, что я эту инфузорию во сне раздавлю. Не знаю что и делать? Впору вешаться.
- Вот, господа, как вынуждена страдать русская интеллигенция! - заломил Светлый руки, - O tempora, o mores!
- А Вы, товарищ Петров, по башке этой свинке молотком! - посоветовал майор, - Свинье - свинячья смерть.
- Что Вы, сударь! - вздохнул доцент, - Вы войдите в моё положение. После
убийства этого животного жена со мной разведётся. У нас уже был разговор на эту тему. А доходов, сами понимаете, у меня никаких. А я уже много лет работаю над диссертацией, которая, несомненно, откроет человечеству новые перспективы... но кто это понимает?
- А вы, господин Петров, отравите животное. - посоветовал Светлый. И тут же заломил руки в отчаянии:
- Вот до чего нас довела суровая действительность, господа! Русский гуманитарий подсказывает русскому гуманитарию способ убийства. Боже!
Петров наклонился и прошептал:
- Я пробовал, судари. Я пробовал. Но эта сволочь не жрёт то, что я положу ей в кормушку. Я и мышеловки ставил в потайных местах. Всё зря. Эта тварь хитрее меня. Может, мне киллера нанять?
- Будем думать. - серьёзно сказал майор и провозгласил, - За победу! Наше дело правое!
Выпили. Глотнули кофе. Доцент Петров посмотел на часы и вздрогнул:
- Всё, судари. Я пропал. Моя уже дома, а я дерьмо за этой свиньёй убрать не сумел.
И выбежал из кафе.
Не успел майор Федулов рассказать Вадиму Светлову о стратегии и тактике современной войны как сияющий Петров с пластиковым пакетом в руках вновь появился в дверях.
- Судари! - провозгласил он, садясь за столик, - Мне необычайно повезло.
Животное издохло. И я тут оказался ни при чём. Жена вышла на балкон полить цветы, свинья за ней... и свалилась вниз. Труп я нашёл и принёс в дом, и супруга сейчас оплакивает потерю. Я пообещал ей, что майор Федулов лично изготовит гроб, а великий артист Светлый произнесёт прощальную речь.
Светлый эффектно заломил было руки, но радостный Петров не дал ему и рта открыть:
- По этому поводу, судари мои, нам была выдана бутылка коньяку, с наказом выпить за упокой души невинно убиенной.
И Петров торжественно выставил бутылку на стол.
- Ну что ж? - сказал Федулин, зубами срывая пробку, - Помянуть - это дело привычное.
- Боже мой! До чего мы дошли, господа! - заломил руки Светлый, - Как низко мы
пали!
Но он опять не сумел оплакать судьбы русской интеллигенции, потому что майор уже налил, поднял свой стакан и радостно рявкнул:
- Ну, товарищи, за удачу!