В детстве папа называл меня кисАнькой. Не кисонькой, а именно с ударением на "а". Когда я смеялась, он шутливо-торжественно возвещал: "Кисанька захохотала!" - чем смешил меня еще больше :0)))
Из записок моей мамы:
Юле 9 месяцев
-------------
Говорит: "Ах!" - на все, что нравится.
Тапки называет "абки".
Юле год и 3 месяца
------------------
Идет, идет - на повороте за угол теряет равновесие - пытается устоять на ногах - все равно падает. Но не ушиблась: сидит на полу и не плачет. Спокойно, почти философски замечает:
- Чуть не удержалась!
***
Подставила себе под ноги коробку с вермишелью, чтобы достать со стола миску с сахаром.
- Юля, ты еще не поела, что же за сладкое хватаешься? Тебе не стыдно?
- Стинно!
***
Увидела, как мама сцеживается резиновым молокоотсосом:
- Надо маме на грудь груши одеть!
Юле 1,5 года
------------
На лестничной площадке раздался звонок в соседнюю дверь. Юля побежала в прихожую посмотреть, кто это пришел. Вернулась со словами:
- Никого нет! Одна дверь.
***
Напрудила на мамину кровать. Бабушка пожаловалась тете Оле, та: "Подумаешь, капелька!" Когда взрослые вошли в комнату посмотреть на кровать, Юля изрекла:
- Ну вот, все бабки собрались!
Юле 2 года
----------
Завели пластинку "Телефон", Юля послушала и ушла:
- Чужая мама рассказывает.
***
Несет журнал "Веселые картинки" и хвалит его:
- Великолепная книга!
***
Папа долго в командировке осенью.
- Юлечка, где папа?
- Все в лесу, грибы собирает!
А вот что я помню сама.
Уже позже, наверное, года в три или четыре, мне нравилось окунать в сладкий чай ватку, класть ее в рот и скорей бежать качаться на игрушечной лошадке. Важно было успеть как можно сильнее раскачаться, пока ватка еще сладкая. При этом я, рискуя подавиться, выкрикивала в такт покачиванию:
- Вот как! В космос!..
Почему в космос, ведь подо мной не ракета, а лошадь была?.. Тогда никто не спросил, а теперь уже и не вспомню.