Жил на свете генерал, 
Он деньги просто отмывал, 
Солдат на смерть он отправлял, 
А их зарплаты получал. 

И в бой солдат тех отправляли, 
А на войне их убивали, 
Не могут их найти нигде, 
Останки тел лежат в земле. 

Без сыновей всем плохо жить, 
И компенсацию не получить, 
Одни отписки шлют из штаба, 
Пропал и нет нигде солдата. 

Сбежал, похитили иль спрятан? 
Вопрос родителям был задан, 
И не был найден даж мундир, 
Возможно просто дезертир. 

Жила совсем и не страдала, 
Жена того-то генерала, 
Ходила в шубах и мехах, 
Жила в попойках и пирах. 

От куда деньги? Неизвестно, 
Но жизнь её идëт чудесно, 
Бутик с мехами и машины, 
Крутились деньги в магазине. 

Никто товар не покупал, 
Так  деньги жулик отмывал, 
Приносят денег чемодан, 
Проводят их по кассе там. 

Мол шуба стоит миллион, 
Доход принëс павилион, 
Распроданы вагоны меха, 
И пачка липового чека. 

А шубы дальше грызла моль, 
В пыли смотря на босу голь,
Идущую в одних обносках,
И преданной любви к берëзкам.  

Однажды, как-то в злую ночь, 
Зашла в павилион их дочь, 
И стала шубы примерять, 
Ведь хочет знатной кралей стать. 

Но шубы стали вдруг кусаться, 
Собачьим воем заливаться, 
Клыки вонзились в её плоть, 
-"Ах, помоги же мне Господь!".

На миллион кусков умело, 
Растерзано зубами тело, 
Лежит и кровью истекает, 
А кто-то ноги объедает. 

Собачья жизнь, как у людей, 
Ведь нет еë совмем подлей, 
Отмщению за тех ребят,
Отец солдата просто рад. 

Он голодом морил и ждал,
Собак, как тот же генерал, 
Теперь пусть ищут свою дочь, 
Возможно смогут им помочь. 

И так отмщение настало, 
Для жулика и генерала, 
С ума сошëл, когда узнал, 
Рассудок свой он потерял. 

Вставал ночами он безумно, 
Приказ кричал он полоумно, 
Что вместо дочкиного гроба, 
Собачья сытная утроба. 

Но так никто и не узнал, 
Как дочь свою он потерял? 
Как психом он обычным стал? 
И как рассудок потерял?