Аннотация: Рассказ о первом выступлении девятилетней девочки, больше всего на свете мечтающей танцевать...
Вдохновение
...И вот началось свадебное застолье.
В центре ярко освещенного двора расположились музыканты.
Они были нарядные, с растроганными лицами,
и вскоре начали мастерски, с большим вдохновением и вкусом,
исполнять какие-то переливчато-кружевные, прекрасные и полные поэзии, восточные мелодии.
Ей было тогда всего девять лет, но она до сих пор помнила небольшую свободную в тот момент площадку перед оркестром
и начальные звуки очередной, полной нежности и любви, проникновенной и завораживающей песни.
Переполняемая каким-то новым для нее чувством - безумной жаждой слиться с этой музыкой в движении и танце -
она взволнованно замерла на несколько секунд, борясь с охватившим ее желанием...
И вот... какая-то мощная сила легко приподняла ее над землей,
сделала невесомой, наделила вдруг искусством и вдохновением свыше, освободила ото всего вокруг и властно передала все ее существо
одной только этой музыке и танцу!
И тогда она побежала вперед и полетела, и закружилась в центре той, ярко освещенной площадки с музыкантами,
грациозно подчеркивая нежными и плавными движениями гибких рук, головы, корпуса и ног
нежнейшие переходы и трепет жизнерадостной мелодии.
Бежали минуты. Музыканты продолжали играть, музыка не кончалась. Изумленные гости затихли за столом, наблюдая небывалое зрелище...
А она все кружилась и взлетала, и парила, забыв о стеснении,
зачарованно, всецело и свободно отдаваясь своему порыву.
Длинные каштановые косы то летели вслед за ней по воздуху,
то гибкими змейками обвивали стан...
Своими движениями, подражая балеринам, она стремилась тогда
не только подчеркнуть ритм и ведущую мелодию,
но также выразить весь свой восторг, любовь и нежность,
пожелать молодым своими легкими и трепетными крыльями
небывалого счастья...
С наслаждением упивалась она этой неожиданной,
откуда ни возьмись явившейся первой своей импровизацией
и впервые ощущаемой всем ее существом вселенской гармонией с миром...
...Ей было уже почти сорок лет, когда их знаменитая тетя Бася, отчаянная и повидавшая всякого на своем веку женщина,
проработавшая всю жизнь кассиром в ресторане,
сказала ей совершенно неожиданно при встрече:
- Аллочка, как же ты танцевала тогда... на свадьбе! О-хо-хо...
И Бася, как выяснилось теперь, хорошо помнившая все эти тридцать лет
пережитое тогда впечатление,
как-то очень серьезно покачала головой.
Не находя слов, чтобы выразить свои чувства, она уже раскачивалась всем телом, закуривая папиросу.
Ее доброе, глубоко изрезанное морщинами лицо c высоко поднятыми дугами бровей, на миг просветлело и опять приняло тревожно-недоуменное выражение...
- А вы, Басима-апай, все еще помните об этом? - смущенно и с радостным удивлением улыбнулась Алла.
- Как же ты танцевала тогда, дитя мое, - вновь погружаясь в свои старые, но нестертые временем переживания и переходя уже на шепот, повторила тетя Бася.
Она продолжала раскачиваться, прикрыв глаза...
- О-хо-хо... Как же ты танцевала...