"Гав-гав-привет, братан Барбос!
Куда спешишь, задравши нос?
Своих не замечаешь..."
-- Гав-гав-привет, братан Дружок! Вот, зазевался на сорок, отвык от воли, понимаешь... Прости, что в морду не признал. Так полинял и исхудал... тебе от роду-то пять лет*, а выглядишь как старый дед.
" Ты ж знаешь, кризис у народа,
и в баке пищевых отходов
негусто хлеба для собак...
Порой доходит и до драк
с бомжами... Ты-то как?"
-- Ну, а в моей глубокой миске не переводятся сосиски. Я в тёплой будке, как барон, вокруг коттеджа весь загон жирует под моим надзором. Хозяева мне как родня, по-человечески меня они зовут теперь Трезором. А как там наши, из приюта?...
"Приют закрылся почему-то...
Теперь живём на пустыре
одной семьёй почти два года
и бедствуем от непогоды
и от наехавшей корей-
ской шато-братии садистской...
Когда бы, брат, из своей миски
ты угостил меня сосиской... ,
то не останусь я в долгу...
Я ж угостить тебя могу
ответно... обществом Каштанки,
красоточки и хулиганки.
Той, что любимой в прежней жизни
ты называл. Она, как прежде,
мила, на ласку не капризна...
и нынче течка у неё.
Ты сам соскучился, поди,
по кобелиной страсти нежной...
Бежим, оттянемся вдвоём!"