Избрав своей одну из всех подлунных стран,
всем вкусам яств земных предпочитая горький,
я так и не сыскал своей дороги в храм,
хоть Библию штудил от корки и до корки.
Ещё я не постиг всего, чего хотел,
и чувственный мой мир далёк от совершенства.
Я зрелости своей переступил предел,
но не дорос пока до вечного блаженства.
От немощи храним, дожил я до седин,
да видно не судьба ответно худо-бедно
смирением своим почтить Ершалаим,
поплакаться Стене о думушках заветных.
Подняться не впервой мне выше облаков,
неся на перевал весомый груз конкретный...
Любой конец приму смиренно и легко
и, в вечность восходя, исчезну незаметно.