Нас не любит Европа.
И Америка - тоже.
Зуб любой, если сможет,
норовит укусить.
Но печален их опыт
и последствия схожи.
За те зубы не гоже
нам прощенья просить.
Пусть мы тоже щербаты,
а от доблестной рати,
нерушимой когда-то,
остаётся лишь шиш -
не сломить благородства.
Неспроста мне сдаётся:
показное презренье -
от зависти лишь...