Надоедающим недугам,
разлуке долгой вопреки,
всегда стремились мы друг другу
быть ненавязчиво близки.
При встречах замыкались кругом
две распростёртые руки,
объединяя север с югом,
как две великие реки.
Границы личного пространства
с подруго-дружным постоянством
в тройной сливались поцелуй,
вполне логично объяснимо
своей дражайшей "половине":
"За обнимашки не ревнуй!"