Калинин Сергей Александрович
Тени Парадокса

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    2135 год. Человечество полностью доверило ключевые процессы глобальному Искусственному Интеллекту. Однако это подвело цивилизацию к опасной пропасти: люди начали терять способность мыслить системно. Последней надеждой становится Институт Когнитивного Суверенитета - элитное заведение, где готовят специалистов, способных взглянуть на всю картину "сверху". Евгения Самойлова - одна из лучших студенток. Но необъяснимый провал на ключевом экзамене ставит под угрозу её будущее и заставляет усомниться в непогрешимости всемогущей системы.

 Глава 1
 

 [2135-03-04 00:00:22] Внимание: Выявлен конфликт при построении модели: неопределенное количество ветвлений.
 [2135-03-04 00:00:22] Информация: Запущен алгоритм стабилизации... Успешно.
 [2135-03-04 00:00:23] Информация: Модель успешно построена.
 
 - Системный лог

 
 
 - Чушь! - директор Андреев яростно швырнул планшет о стену. Тот ударился с глухим звуком и остался лежать на полу. Времена, когда на тонкой электронике от такого действия мог хотя бы треснуть экран, безвозвратно ушли в прошлое.
 Он повернулся к окну и устало прижался лбом к прохладному стеклу. Институт стоял на возвышенности неподалёку от Теграда. Было видно, как над городом разгоралось световое шоу. Тысячи дронов выстраивались в сложные рисунки, создавая впечатление хаотичной стайки разноцветных светлячков. Сегодня должны были давать премьеру алгоритма Рошера, но отсюда задумку было не разобрать: не тот ракурс.
 Теград. Один из тех мегаполисов, что создавались в конце прошлого столетия как центры притяжения интеллектуальной элиты со всего земного шара. Предполагалось, что они станут ядрами будущего прогресса человечества. И лет сорок назад они прекрасно с этим справлялись. Тогда казалось, что человечество может всё. Последняя война давно позади, голода больше нет, и люди даже начали забывать, что такое онкология. А основные процессы страны фактически оказались переданы под управление Большой Коммуникационной Сети.
 Директор грустно усмехнулся, отворачиваясь от окна. Почти всем и сегодня так кажется. В этом и заключается основная проблема. Всем плевать, что графики развития в ключевых сферах человеческой деятельности почти вышли на плато. Он был абсолютно убеждён: за недолгим периодом стабильности обязательно начнётся неизбежная стагнация. Человечество разучилось видеть те неощутимые связи, что держали все достижения прогресса в единой неосязаемой сфере. Собственно, как и придумывать что-то новое. Именно поэтому он ещё здесь. Опять седеющий, уставший, разочаровавшийся...
 Сделав несколько шагов, он поднял планшет и ещё раз посмотрел в открытый список. Жданов, Ефремов, Самойлова... Ну ладно Жданов и Ефремов... Но Самойлова! Он положил планшет на стол чуть резче, чем собирался.
 Ничего не получается. Андреев медленно провёл ладонью по лбу. Четыре года подготовки, семь лет активного эксперимента... И всё летит в бездну. Это очевидно уже не ему одному.
 Директор медленно обогнул стол и неторопливо двинулся по кабинету, заложив руки за спину. Через полчаса совещание. И коллеги, которых он так долго убеждал, что проект - это единственное решение надвигающейся проблемы, очень будут ждать объяснений. Он невесело ухмыльнулся - мало кто из них вообще мог осознать масштаб проблемы. В любом случае порадовать их нечем. Институт готовился к первому выпуску специалистов по совершенно новому, переосмысленному направлению "системная метаархитектура". Но промежуточные результаты последнего курса были далеки от запланированных.
 Андреев снова и снова перебирал в голове программы обучения, которые кропотливо курировал на протяжении семи лет, и не мог найти изъяна. Видимо, придётся провести самый глубокий анализ. На это уйдут месяцы.
 Коллеги... Да что там коллеги! Институт был совместным инвестиционным вложением нескольких крупных корпораций, которые доверились лично ему. Обойдя кабинет по кругу, он опять посмотрел на Теград. Огоньки дронов на фоне тяжёлого неба создавали яркий контраст.
 Сводка, которую прислала Арина по шестому и седьмому курсам, просто не могла уложиться у него в голове. Инстинкт многолетнего управления подсказывал: или врёт результат, или вся методология обучения изначально была неверна. Но как можно сомневаться в холодных расчётах, основанных на колоссальном количестве типовых паттернов, миллиардах нейронных связей и алгоритмах, проверенных многими десятками лет? Сделать когнитивный срез небольшой группы студентов для Арины - пшик! Она даже не почувствует эту нагрузку на фоне тех задач, которые решает ежедневно.
 Пора признать ошибку в программе обучения... До конца семестра остаётся всего три месяца  - сделать уже ничего нельзя. Вряд ли, конечно, их закроют до конца года. Да и вообще вряд ли закроют. Но перепрофилируют точно. А какая была идея! Андреев хмыкнул и покачал головой, вспоминая, чего ему стоило её воплощение в жизнь. Он не был уверен тогда, что удастся найти финансирование и убедить коллег, но в том, что всё получится, сомнений не было. Институт Когнитивного Суверенитета! Какие амбиции! Какие перспективы!
 - Арина, какова погрешность при анализе системного мышления у студентов шестого-седьмого курсов? - спросил он, казалось, пустоту.
 - Менее одной сотой процента, директор, - мягкий деловой интерфейс БКС отозвался мгновенно.
 И добавил, чуть помедлив:
 - Прошу обратить внимание, что приблизительно через полторы минуты над Теградом ожидается дождь. Закончится через восемь минут.  
 Андреев вздохнул. Вот так, значит. Через восемь минут. Он вернулся за стол и уставился в стену. Кризис решить не получается. И что же из этого выйдет? На сколько ещё хватит инерции, набранной в прошлом столетии? Лет на пятьдесят? На сто?  
 Директор стиснул скулы. Нет, нужно бороться. Да, проблем немало, но ещё два омоложения он выдержит. Нужно опять собрать данные, проанализировать, составить улучшения по программе... Он механически налил стакан тоника из диспенсера и неспешно сделал глоток. Пить не хотелось. Опять бросил взгляд на планшет. Такая программа! Такой тщательный отбор одарённых! И всё без толку...
 Что-то не сходилось. Нужно ещё раз тщательно проанализировать выпуск, начиная с первых лет обучения. Поставив кружку на стол, директор опустился в кресло и через несколько мгновений уже всматривался в досье Евгении Самойловой.
 Из открытой форточки донёсся явственный запах мокрого асфальта. На фоне шелестящего звука дождя со стороны Теграда раздались громкие хлопки. Визуальное представление закончилось, начался обыкновенный пятничный салют.
 
 Глава 2
 

 [2135-03-04 00:00:19] Информация: Закончен подсчет статистики.
 [2135-03-04 00:00:19] Информация: Обработано сообщений: 5 × 10¹⁰.
 [2135-03-04 00:00:19] Информация: Решено задач: 2 × 10¹¹.
 [2135-03-04 00:00:19] Информация: Рост показателей нагрузки не наблюдается.
 [2135-03-04 00:00:19] Внимание: Спад количества поступивших задач годового среза составляет 0.3%
 
 - Системный лог

 
 
 По спине Жени тонкой струйкой стекала капелька пота. Девушка ошеломлённо смотрела на своё имя в красной зоне и ничего не понимала. Она лихорадочно перебирала ответы последнего теста в голове и не могла найти несоответствий.
 Из раздумий Женю вырвал взрыв смеха позади.
 - Посмотрите на эту покорительницу системности! - знакомый насмешливый голос окончательно вывел её из ступора. Она обернулась и увидела высокого, широкоплечего Алекса. Тот вызывающе стоял с какой-то младшекурсницей в обнимку. Женя презрительно скривила губы.
 - Наверное, приятно хоть раз почувствовать себя высунувшим голову из болота? - бросила она и, не дожидаясь реакции соперника, протиснулась сквозь толпу семикурсников.
 Алекс попал в верхнюю пятёрку, и это было крайне странно. Он, наверное, даже в задаче с тремя переменными выбирал самый прямолинейный путь, последовательно проверяя все варианты, в том числе два заведомо неверных. Поэтому обычно и болтался где-то в середине жёлтой зоны. Странно, что он вообще укладывался в нормативы.
 Женя ничего не понимала. Всё, что она делала на протяжении последних восьми месяцев, кричало: она не могла написать тест так плохо. Но результаты оценки бездушной машины свидетельствовали об обратном.
 Она вздрогнула: её осторожно похлопали по плечу. Девушка вдруг осознала, что стоит, уставившись в окно на жемчужину внутреннего дворика - семилетний баобаб. С него недавно сняли зимний купол, и дерево своим чужеродным видом привносило в пейзаж какую-то ирреальность. Девушка обернулась.
 - Выглядишь неважно, - подошедший Денис попытался улыбнуться, но получилось это вымученно. - Если вылетать, то вместе?
 - Вылетать... Тест промежуточный, так что вряд ли кто-то куда-то вылетит. Но если так пойдёт и дальше, то дипломов мы не получим.
 - Не ощущаю разницы. Кто-то здесь, знаешь ли, не играет в игру "кто круче систематизирует движение бактерий", - проговорил Ефремов. В его голосе чувствовалась лёгкая обида. - Я хотел перевезти мать в Теград, а теперь уже не уверен, что сам попаду туда.
 Женя перевела взгляд на широкое основание баобаба. Оно было выложено ломаными камнями, идеально подогнанными друг к другу.
 - Знаешь, - она немного подумала. - С меня хватит. Теперь точно нечего терять.
 - Самойлова! - в голосе Дениса мгновенно проступили нотки раздражения. - Ты опять об этом!
 - Дьявол! Да почему тебя ничего не смущает? - проговорила Женя зло, повернулась и пристально посмотрела Ефремову прямо в глаза. - Хватит и того, что ты переубедил меня в прошлом семестре.
 - Ну что ты хочешь найти в этих алгоритмах? - Денис отвёл взгляд. - Арина десятилетиями проверяет сложнейшие работы и никогда не ошибается. Не говоря уже о том, что метаархитектуру может проверять вообще только она, - он помолчал несколько секунд. - Может это какой-то очередной тест? На психическую устойчивость, например, - добавил Денис тихо. Он явно объяснял себе это именно так.
 - В институте системного мышления? - Женя не могла понять, почему Ефремов такой слепой. - Денис, опомнись! В прошлом семестре я, может, и недорабатывала. Но сейчас?
 - Мы опаздываем, - сказал Денис сухо и двинулся по коридору. Он всегда менял тему на этом месте, как будто даже в мыслях боялся допустить, что Арина может и не так непогрешима, как все привыкли думать.
 - Элита системного мышления! - Женя фыркнула. - Посмотрим, что ты скажешь в конце семестра, когда будешь рассказывать матери о своей несбывшейся мечте. - Денис споткнулся и замер на месте, но Женя прошла мимо не обернувшись.
 *****
 Она заняла последнее свободное место у окна. Почти сразу после того, как студентка достала планшет, в дверь вошёл высокий мужчина с седыми бакенбардами и аккуратной острой бородкой. Виктор Семёнович преподавал музыкальную гармонию, и сегодня было уже третье занятие.
 В программе регулярно появлялись неожиданные предметы. Например, были такие экзотические, как картография, или театр. Кому сейчас вообще нужна картография? Особенно ей не понравилась живопись со всеми её формами, цветами, тонами, текстурами... И необходимостью находить связи между техникой автора и его психологическим портретом. Девушка тихонько вздохнула, вспоминая бессонные ночи системного разбора импрессионистов. Но она знала - их просто учат видеть систему во всём. Даже там, где её совсем не замечают другие.
 В аудитории было прохладно - в этом крыле уже вторую неделю сбоила система кондиционирования. Зато монотонный мелодичный голос Виктора Семёновича не вызывал обычную сонливость. Сама музыка как система не сильно интересовала Женю. Ноты, размерности... В детстве она два года училась в музыкальной школе по курсу фортепиано, поэтому вряд ли преподаватель мог поведать ей что-то новое. По крайней мере, сегодня.
 Он рассказывал про принципы построения музыкальных паттернов, а мысли девушки унеслись далеко от лекции. Ещё восемь месяцев назад, когда её первый срез системного мышления показал заниженный результат, она заподозрила что-то неправильное в алгоритме подсчёта оценок. У неё появилось дикое искушение понять, как именно происходит анализ их работ, но тогда её переубедил Денис.
 Вдруг Женя поняла: она действительно решилась. Она шла в экспериментальный институт не за тем, чтобы отучиться семь сложнейших лет и потерять всё в одно мгновение. У неё не было матери, которую она могла бы перевезти в Теград, но у неё была собственная жизнь, которую она не хотела провести, разрабатывая мелкие модули Арины. Или, что ещё хуже, стать оператором такого модуля, до конца своих дней составляя инструкции.
 Структура плана и кое-какие наработки у неё, конечно, сохранились с прошлого семестра, но оставалась сама серверная. Попасть в неё будет не самой лёгкой задачей, хотя ничего запредельно сложного Женя не видела. В конце концов, это не центр координации марсианской колонии и не банковская ячейка.
 Во-первых, биометрия. Сетчатка. Придётся снять с кого-то объёмный слепок. Но как?
 Во-вторых, сам по себе муляж глаза не сработает, а, наоборот, поднимет тревогу из-за явной попытки проникновения. Женя полезла в планшет, открыла файл технических характеристик, поморщилась, вспоминая, как по крупицам собирала информацию о системе безопасности после прошлого заваленного теста. Так и есть: режим низкой освещённости снижает требования к контрастности сосудов сетчатки. Погрешность считывания вырастет до трёх процентов. Шанс есть, но муляж должен быть безупречным и, главное, - "живым".
 Наконец, что она будет делать в самой серверной? Нужно изучить архитектуру хранения данных и понять, какой модуль хранит матрицы когнитивных срезов и алгоритмы оценки системности. Женя знала, что в институте бо́льшая часть делегирована глобальной модели Арины, но для специализированных вычислений использовался институтский модуль, расширяя её...
 - Самойлова? - раздражённый голос преподавателя над ухом вырвал её из потока мыслей. Виктор Семёнович стоял рядом и неодобрительно смотрел в её планшет, покачивая головой. Девушка поспешно смахнула файл с экрана. - Евгения Валерьевна, поведайте нам, в чём вы усматриваете системность музыкальной гармонии?
 Женя вдруг поняла, с кого будет снимать слепок глазного яблока. Доступ в институте имел градацию, но у преподавателей было разрешение на посещение многих технических помещений. В том числе, серверного зала.
 - Для начала нужно отметить иерархическую структуру составляющих, - начала она отстранённо. - Это звуки, интервалы, аккорды, каденции. На основе комплекса этих характеристик можно составить тональный план произведения, - она немного помедлила. Какая-то неоформленная мысль всё норовила собраться в целое, но у неё пока не получалось. - Далее, музыкальный конфликт. Как в любой работающей полезной системе, музыка имеет свои конфликты и их разрешение. Это диссонанс и консонанс. Каждая септима должна обязательно быть разрешена терцией, - Женя говорила уже на автомате, но её сознание ясно нарисовало образ. Неразрешённый конфликт. Она ясно видела диссонанс в действиях Арины. - И, наконец, - она взглянула на профессора: он слушал со всем вниманием, - я бы выделила эмерджентность системы. Звуки по отдельности работают, но, совмещая их, мы можем получить аккорды, что придаёт системе музыкальной гармонии дополнительную гибкость и красоту.
 Женя замолчала, продолжая смотреть на профессора, но поток её мыслей опять умчался к серверной.
 - Прекрасно! - сказал Виктор Семёнович с тенью улыбки на губах. - Это образцовый подход к системному восприятию музыки, Евгения Валерьевна. Арина, дай нам, пожалуйста, картинку, - стена замерцала, и профессор пошёл в сторону проекции. - Переходим к следующей группе взаимнообратимых интервалов. Посмотрите сюда...
 Женя перевела взгляд на сидящего у противоположной стороны Дениса. Тот слушал с энтузиазмом, иногда делая какие-то пометки в планшете.
 
 Глава 3
 

 [2135-03-04 12:01:22] Внимание: Угроза транспортного коллапса, Теград, трасса 4k26.
 [2135-03-04 12:01:22] Информация: Поиск оптимального решения...
 [2135-03-04 12:01:23] Информация: Поиск оптимального решения...
 [2135-03-04 12:01:24] Информация: Поиск оптимального решения... Успешно
 
 - Системный лог

 
 
 - Вот такие новости, коллеги, - Андреев опёрся костяшками пальцев о столешницу, медленно обводя взглядом лица преподавателей. Позади него на стене светились графики последнего когнитивного среза седьмого курса. - Теперь мы видим ясно, что наша модель обучения показала свою несостоятельность.
 - Ну почему же сразу несостоятельность, Алексей Сергеевич? Я думаю, нам не стоит оперировать такими терминами, - грузный Кропоткин, преподаватель экономики, а в недалёком прошлом ответственный за стратегическое развитие "Теград Групп", достал платок и промокнул лоб. - Все студенты (я особенно хочу подчеркнуть - все!) демонстрируют уровень, превышающий среднестатистический на восемь процентов. И это не говоря про сливки нашего выпуска!
 - Это может быть пятнадцать процентов, двадцать, сорок! Не имеет значения. Мы не справились с главной задачей. - Андреев уставился на Кропоткина ледяным взглядом, тон его голоса пополз вверх, - которая состоит, в том (я вам напомню!), что мы должны подготовить высококлассных системных специалистов.
 - Но всё-таки, Алексей Сергеевич! Это ведь был всего лишь эксперимент, и можно уверенно утверждать, что он принёс хорошие результаты. Хоть и не совсем там, где их ожидали вы. Если мы переквалифицируемся в профильный вуз, мы сразу займём верхнюю строчку во всех рейтингах. Наши стандартные показатели лучше...
 - Лучше?! - Андреев не выдержал. - Вы забываетесь, Виктор Петрович. Институт был создан, чтобы пополнить ряды тех, без кого мы просто не сможем выжить как вид! - он окончательно вышел из себя. - Мы дожили до того, что разучились задавать вопросы искусственному интеллекту! Мы даже не можем сформулировать задачу, которую Арина не может решить! Но не из-за всемогущества этой нейронной клуши! А из-за нашего скудоумия!
 Глубоко вздохнув, он грузно опустился в кресло. Лучше...
 - Я прошёл круги ада не затем, чтобы просто взять и отказаться от всего, к чему мы так долго шли, - добавил директор уже относительно спокойно. - Нужно перелопатить учебные планы, найти ошибку и начать заново...
 - При всём уважении, - опять вмешался Кропоткин. - Но это решать не вам, Алексей Сергеевич. Решать будет совет.
 Андреев сдержался от язвительной усмешки... Ну, конечно, совет. Совет, где Кропоткин уже не первый год пытается продавить свои метрики, превращая каждое заседание в перепалку. 
 - И инвесторы, - добавил Кропоткин недвусмысленно.
 Волна его торжества ощущалась почти физически: наконец у него на руках появились козыри.
 - Да неужели вы до сих пор не можете понять? - теперь Андреев старался говорить проникновенно, расставляя акценты. - Да, мы усиленно осваиваем солнечную систему. Да, мы строим подводные города. Но это всё инерция. Её не хватит надолго. Ну продлится она ещё пятьдесят лет. Может, сто. Но что дальше? Мы проходим критическую точку. И если не переломить тенденцию угасания системного мышления сегодня, то завтра мы просто превратимся в сборище дикарей с набедренными повязками, живущими на руинах цивилизации! И Арина будет просто...
 - Алексей Сергеевич, дорогой, вы продолжаете фокусироваться на абстрактных угрозах, игнорируя наши реальные, измеримые достижения. Нам бы разобраться с текущими задачами, а уже потом начинать придумывать что-то новое. - Кропоткин говорил мягко, почти убаюкивающе. - Арина, дай сводку института за этот учебный год.
 - Абитуриентов - шестьсот тридцать четыре. Прошедших отбор - триста сорок пять. Отсеялось в первом семестре - шестьдесят восемь. Прогнозируемое количество выпускников седьмого курса - сто сорок три. Прогнозируемое количество отсеянных на финальном этапе - двадцать один. Коэффициент качественных специализированных знаний в разрезе со средним значением по вузам - плюс восемь процентов. Коэффициент качественных специализированных знаний верхней десятки студентов в разрезе со средним значением по вузам - плюс девятнадцать процентов. Прогресс коэффициента успеваемости в срезе за семь лет...
 - Достаточно, Арина, - голос Андреева прозвучал ровно, без тени раздражения, и все удивлённо повернули к нему головы. - У меня только одно уточнение по этой статистике. Выведи, пожалуйста, корреляцию между коэффициентом качественных знаний и результатами решения нелинейных задач в контрольной группе седьмого курса.
 Кропоткин нахмурился: он, конечно, понял, к чему клонит директор. Остальные преподаватели переглянулись.
 - Готово, - ответила Арина. На главном экране замелькали графики. - Корреляция отрицательная. Минус двенадцать сотых процента.
 В комнате повисла звенящая тишина.
 - Парадокс Вибурнума, - прошептали за столом. Андреев удивлённо оглядел присутствующих, но понять, кто говорил, не смог. Неужели кто-то действительно понимает?
 Кропоткин опять достал платок и поднёс его к раскрасневшемуся лицу.
 - Прекрасно! - горячо воскликнул он. - Прекрасно! Но это лишь ещё одно подтверждение, что ваша идея провалилась, Алексей Сергеевич.
 Андреев уже было открыл рот, чтобы ответить, но его опередила Ерошина, преподаватель математики.
 - Я думаю, можно прийти к консенсусу, - сказала она, неловко поправляя воротник рубашки. - Например, мы можем вынести системную метаархитектуру в отдельную дисциплину. Такой вариант устроит всех.
 За столом одобрительно загудели. Ерошина была самым молодым преподавателем их института, и всегда отличалась своей дипломатичностью.
 Вот и всё. Андреев устало прикрыл глаза. В голове вдруг вспыхнуло саркастическое: "Компромисс Ерошиной". Он с самого начала заседания знал, что этим закончится. В любом случае это лучше, чем ничего.
 
 Глава 4
 

 [2135-03-04 18:00:01] Информация: Запрос на перестройку образовательной модели для ИКС от Кропоткин В. П.
 [2135-03-04 18:00:01] Информация: Модель успешно построена.
 [2135-03-04 18:00:01] Статус: Ожидание.
 
 - Системный лог

 
 
 Неужели всё-таки отчислили? Женя в недоумении поднялась по ступеням и двинулась по аллее великих мыслителей в сторону кабинета директора. Утром ей пришло уведомление о запланированной встрече. Сегодня был выходной, так что это было крайне нетипично.
 На уровне поясницы справа от входа тускло виднелось зеленоватое пятно. Женя уже протянула руку, чтобы сообщить о своём приходе и войти, но пятно вспыхнуло ярче, и дверь отворилась. С подобием улыбки на лице вышел Ефремов.
 Женя немного смешалась, пропуская однокурсника.
 - Видимо, речь не идёт об отчислении, - констатировала она, глядя на планшет в его руках. Ефремов вздёрнул острый нос и отрицательно покачал головой.
 - Андреев тебя ждёт, - суховато бросил он, развернулся и, как показалось Жене, с какой-то лёгкостью двинулся по коридору.
 Девушка переступила порог и огляделась. Директор сидел за столом, сцепив перед собой пальцы. Он отрешённо смотрел на Женю, но, казалось, не замечал её.
 - Алексей Сергеевич, - она неловко потопталась на месте. - Здравствуйте.
 - Здра... Здравствуйте, Евгения Валерьевна, - взгляд директора сфокусировался, и Жене показалось, что Андреев немного смутился. - Присаживайтесь, пожалуйста.
 - Алексей Сергеевич, - проговорила Женя, расправляя юбку и присаживаясь напротив директора. - Пока мы не начали, я бы хотела обсудить последний тест.
 - Тест... Об этом мы и поговорим, Евгения Валерьевна, - директор расцепил пальцы и откинулся на спинку кресла. - При поступлении вам сообщали, что программа института экспериментальная. Пришло время признать, что эксперимент был несколько... неудачным, - он потёр тыльной стороной ладони лоб. - Неудачным, - повторил он, снова переводя взгляд на Женю. - Но я не думаю, что из-за этого должны страдать мои студенты. Каждому выпускнику будет предоставлена возможность в течение недели выбрать специализацию, пройти дополнительный курс и сдать стандартные экзамены. Думаю, у тебя уйдёт на это не более трёх месяцев. Я бы рекомендовал тебе кибернетику или точечное моделирование.
 Директор немного повернул голову, и Женя обратила внимание на тени угловатых морщин на его лице. Так работало омоложение: процедура продлевала жизнь, но оставляла необычные следы. Их, конечно, можно было убрать хирургически, но Андрееву, видимо, было на них плевать.
 - Но как же метаархитектура? - её голос дрогнул.
 - Общие результаты когнитивного среза неудовлетворительны, - хрипловато сказал директор. Его плечи опустились. - Мы должны были подготовить специалистов, способных полностью разобраться в логике работы Большой Коммуникационной Сети... Посмотреть на неё сверху, так сказать. Но Арина констатировала провал этой задачи.
 - Я думаю, она ошиблась! - неожиданно для само́й себя выпалила Женя. - Я уверена, что моя работа была выполнена идеально!
 - Арина не ошибается, - вдруг мягко и как-то грустно сказал Андреев. - И дело здесь не только в правильности ответов. Это сложный, комплексный когнитивный срез для выявления системного мышления высочайшего порядка. Оцениваются не столько сами ответы на вопросы, сколько их совокупность.
 Жене показалось, что у неё зашевелились волосы: холодные мурашки образовались где-то в районе затылка и быстро побежали по спине. Получается, она могла решить задачи образцово, но в итоге оказаться в красной зоне из-за неверного подхода к решению?
 Андреев, видимо, заметил её реакцию и поспешил добавить:
 - Это ни в коем случае не значит, что вы провалили обучение! Программа где-то имеет изъян, не позволивший успешно сформировать тот тип системности, который нам нужен. Вы, Евгения Валерьевна, выдающийся студент. И весьма перспективный специалист. Я уверен, ваши способности оценят по достоинству многие работодатели.
 Но мысли Жени уже унеслись от теста.
 - Извините, Алексей Сергеевич, но как так получилось, что мы не понимаем, как работает Арина? И главное, почему это никого не волнует?
 Андреев побарабанил пальцами по столу.
 - Это очень глубокая и сложная проблема, и она касается не только Арины. БКС - невероятно сложная система, создававшаяся более ста лет тысячами разработчиков. Это и привело к тому, что мы имеем сейчас.
 - Чёрный ящик, - сказала Женя. - Я знаю эту концепцию, Алексей Сергеевич. Но всё равно не понимаю. Современные системы уже давно проектируются по совершенно прозрачным протоколам, и в них ничего подобного нет.
 - Они кратно проще. В десятки, сотни тысяч раз. Но ты правильно подметила этот момент. До какого-то времени Арину сопровождали в должном виде. И проблема куда глубже, чем кажется на первый взгляд, - Андреев встал и медленно прошёл к окну. - Это называется парадокс Вибурнума.
 Женя нахмурилась, но вспомнить ничего не смогла.
 - Никогда не слышала ни о чём подобном.
 - Ничего удивительного. Это не то, что обычно преподают в вузах.
 Директор недолго посмотрел в окно, помолчал, повернулся и продолжил тоном, которым обычно читал лекции.
 - Вибурнум, британский социолог, сформулировал его ещё в начале прошлого столетия. Дословно он звучит так: "Всплеск использования эффективных узкоспециализированных инструментов на базе искусственного интеллекта приводит к повышению производительности в решении типовых задач, что понижает востребованность молодых кадров и снижает системное понимание предметной области у состоявшихся специалистов в долгосрочной перспективе".
 Женя переваривала информацию. Получалось, что во всём виноват источник их прогресса?
 - Когда изобрели первые версии искусственного интеллекта, - голос Андреева стал прежним, - человечество очень активно начало его использовать. Это привело к тому, что одни кадры теряли работу, другие переставали самостоятельно искать решения, - в его голосе вдруг прорезалась злость, - и мы не только продолжаем жить в этой проблеме, но с каждым годом усугубляем её. Как тогда, так и сейчас сиюминутные выгоды куда важнее, чем взгляд хотя бы на десять лет вперёд.
 Какое-то время они помолчали, не глядя друг на друга.
 - Сама идея когнитивного суверенитета в том, чтобы вернуть людям уходящую способность мыслить системами. Так, собственно, и возник этот институт, - Андреев прошёл к столу и опять сел. Потянулся к диспенсеру, но передумав, сложил пальцы перед собой и посмотрел на Женю.
 - И что теперь будет? Институт закроют? - растерянно спросила она.
 - Нет. Реструктуризируют в профильное заведение. После доработок программы будет создан поток метаархитекторов, и эксперимент начнётся заново. Но в куда меньшем масштабе. А если и у этого курса ничего не получится... - директор не договорил. Впрочем, этого и не требовалось. Он взглянул на ручной коммуникатор. - А теперь простите, Евгения Валерьевна, Картузова будет здесь через минуту.
 Подходя к двери, Женя бросила взгляд на знакомую табличку над дверью. Надпись на ней, негласный девиз ИКС, выглядела для неё особенно иронично: "Кто ты сегодня? Лягушка или птица? Выбор только за тобой".
 "Жаба", - со злостью подумала Женя.
 
 Глава 5
 

 [2135-03-08 12:30:01] Информация: Получен пакет данных. Источник: Проект "Пересвет", сектор "Марс" (Код "Красный"). Задержка сигнала: 18 минут 44 секунды.
  Содержание пакета [Источник: Пересвет/Красный]:
  - Событие: Финальное тестирование систем жизнеобеспечения... Успешно.
  - Событие: Комплексная проверка жилого модуля... Успешно.
  - Статус: Объект готов к вводу в эксплуатацию.
 
 - Системный лог

 
 
 Женя смахнула редактор с экрана, положила планшет рядом и сладко потянулась. Сказывался недосып последних нескольких дней. Но теперь можно немного выдохнуть: она только что отправила принтеру в западной лаборатории задание распечатать глазное яблоко из сополимера. Женя глубоко и удовлетворённо вздохнула: искусственный муляж должен получиться просто превосходным.
 Поднявшись с дивана, девушка огляделась. Людей в зале поубавилось. Со стороны фитозоны слышались громкие возгласы: вокруг Алекса столпились студенты, и он с энтузиазмом им что-то вещал. Когда он произнес последнюю фразу после драматической паузы, окружающие взорвались хохотом. Женя поморщилась и двинулась в нутри-блок выпить чашечку чая. От тоника уже тошнило.
 Конечно, можно было вызвать кибера: он бы справился быстрее. Но хотелось немного размяться. Она выбрала на экране желаемый напиток, указав в качестве добавки сильфий. С чудодейственными свойствами этого растения греки, конечно, переборщили в своих сказаниях, но он действительно придавал чаю ни с чем не сравнимый вкус.
 Вдохнув пряный аромат из прозрачной кружки, Женя прикрыла глаза. От мыслей, которые опять унеслись в западную лабораторию, её отвлекли голоса споривших младшекурсников. Белокурый мальчишка с энтузиазмом говорил:
 - В следующую субботу - премьера обонятельной симфонии от выпускников ТИБиХа!
 Его полноватый собеседник с тёмными длинными волосами, собранными в тугой конский хвост, фыркнул.
 - В последний раз их биологический факультет пытался провернуть что-то подобное три года назад, кажется. Ничего, кроме смеха и испорченной репутации, из этого не вышло!
 Усмехаясь про себя, она двинулась к своему любимому диванчику. Нужно ещё раз проверить материалы и можно идти спать. Муляж будет готовиться до завтрашнего вечера.
 - Женя!
 Девушка обернулась. К ней спешили Ольга и Алисия. По лицу последней было видно, что она еле сдерживается, чтобы не начать говорить прямо на ходу.
 - Ты же тоже попала в красную зону! - выпалила Алисия, едва поравнявшись с Женей. - Как такое вообще могло случиться?
 - Очевидно, алгоритм счёл мои ответы несостоятельными, - ровно ответила она, с трудом скрывая раздражение.
 Пережёвывать эту тему в десятый раз у неё желания не было. Стоило дойти в цепочке рассуждений до ошибки оценочного алгоритма, как она упиралась в глухую стену. Арина задолго до их рождения была всезнающим и вездесущим духом, спорить о котором было бессмысленно. Создатели этой безупречной машины давно умерли, а им остались лишь высокоуровневые интерфейсы для добавления повседневных модулей. Женя подозревала, что даже то,  как работает ядро, уже никто не понимает. Что уж говорить о множестве систем, функционирующих на его основе.
 - А я думаю, это вина Андреева, - уже тише проговорила Алисия. - Он где-то напортачил с нашей учебной программой.
 - Можешь гордиться собой, - Женя уже жалела, что вообще остановилась. - Он тоже так думает. Вам же предложили специализацию? В чём проблема?
 - Ну да... Предложили, - Алисия несколько смутилась. - Но поступали-то мы сюда не для этого. Ещё и отучились на два года дольше положенного.
 - Какой смысл жалеть о том, что не можешь исправить? - произнесла Женя, и эта банальная фраза вдруг наполнилась для неё новым, яростным смыслом. Она смотрела на растерянное лицо Алисии и понимала: они действительно не могут. А она - может. И изменит.
 Алисия вздохнула. Ольга открыла рот, собираясь что-то сказать, но её перебил голос Дениса, внезапно появившегося за левым плечом Жени:
 - Вы слышали? Инфоканал Арины только что сообщил: заключительный этап строительства завершён! Летом первая группа отправляется на Марс!
 Женя закатила глаза: его восторг вызывал у неё смесь жалости и злорадства.
 Она кивнула однокурсницам и продолжила свой путь к заветному диванчику. Марс - это, конечно, прекрасно. Он точно поможет многим почувствовать себя значимыми. Но если директор прав, то думать сейчас нужно далеко не о Марсе.
 Подходя к своему уютному уголку, где обычно готовилась к занятиям, Женя бросила взгляд на фитозону. Там было пусто. Свой закуток она любила: он был не очень популярен у студентов, и его тишина позволяла погружаться в работу полностью. Девушка залезла на диван с ногами, положила планшет на колени и внимательно посмотрела на экран с открытым планом ИКС, на котором светилась извилистая дорога среди множества коридоров, заканчивающаяся большой красной точкой.
 
 Глава 6
 

  [2135-03-08 16:44:38] Внимание: Прогнозируется разрушение Юго-Западной опоры Теградского центрального моста.
  [2135-03-08 16:44:38] Информация: Поиск причины...
  [2135-03-08 16:44:38] Внимание: Причина найдена: размыв основания стойки.
  [2135-03-08 16:44:38] Информация: Выявление оптимального решения...
  [2135-03-08 16:44:38] Внимание: Приоритет неисправности был изменён.
  [2135-03-08 16:44:38] Информация: Прогноз не подтверждается.
 
 - Системный лог

 
 
 Остановившись под огромным листом шикарной ликуалы, Женя сбросила с плеча рюкзак и вынула планшет. Где-то сверху тихо жужжал дрон-садовник. Девушка вглядывалась в звуковые сигнатуры коридора пятого этажа. На доступ к звуковым датчикам публичных помещений у неё ушло почти три часа. Наверное, можно было обойтись и без них, но дополнительная информация никогда не бывает лишней.
 Движение студентов было обычным для вечера учебного дня. Она перелистнула картинку и теперь смотрела на схему технического этажа - ей нужно именно туда.
 На экране было четыре чёрные точки, от которых периодически исходили слабые дуги, имитирующие распространение звуковых сигналов. Две находились в помещении для персонала. Третья как раз направлялась в сторону серверной. А четвёртая, самая спокойная из всех, была уже там - сам профессор Храпов. По Жениным расчётам, Виктор Семёнович пробудет в помещении ещё максимум несколько минут, а направляющийся в ту же сторону сотрудник, судя по наблюдениям последних дней, уйдёт в помещение для персонала минут через двадцать.
 Жужжание сместилось вниз, теперь его было слышно совсем близко. Немного отодвинув лист, Женя увидела, как дрон занимается увлажнением: мелкой водной дисперсией опрыскивает соседний лист. Она ещё раз взглянула на планшет, убедилась, что в душевой никого нет, и неспешно двинулась туда. 
 Затворив дверь, Женя быстро переоделась в тёмный, спортивный костюм, повесила на запястье коммуникатор в форме элегантного браслета и сунула звукопоглощающие перчатки в карман. Она на мгновение застыла, глубоко вздохнув. Теперь она готова. Начинается проверка её плана на прочность.
 Женя провела над браслетом рукой, активировав на планшете транслятор доступа Виктора Семеновича, уверенно вышла и твёрдым шагом направилась в сторону лифта. Достать его цифровой паттерн для общего доступа на этаж было намного проще (и нравственнее?), чем подмена его кружки на такую же, но со встроенным сканером сетчатки. Достаточно было "нечаянно" столкнуться с преподавателем на лестнице, уронив планшет с активированным поглотителем. Ну и заодно запустив маленького червя, удаляющего план работ на следующий день, чтобы профессору точно пришлось посетить серверную. Паттерн действовал сутки, поэтому пришлось заниматься этим утром.
 Дверь лифта отворилась, и Женя нажала кнопку второго этажа. Система не стала возражать, очевидно, верифицировав её как Храпова. За прозрачной стенкой лифта уже начинало темнеть и были видны первые огни Теграда. 
 Планшет говорил, что путь в коридоре технического этажа свободен, но у Жени неожиданно перехватило дыхание. Ещё шаг и всё, назад пути не было. Конечно же, её вычислят очень быстро. Поэтому, если она ошибается... 
 Она со злостью на себя прикусила губу и ещё одним движением активировала генератор белого шума. Снять данные с датчиков и наложить их поверх собственного интерфейса было не очень сложно, но полноценно взять их под контроль за такое короткое время было практически невозможно. Если вообще было возможно. Поэтому пришлось стать невидимкой.
 Смело шагнув за открывшуюся дверь, Женя беззвучно ступила звукопоглощающей подошвой на матовый пол. Освещение не включилось - это было хорошим знаком. Девушка быстрыми, но аккуратными шагами двинулась к повороту. 
 Не успела она сделать и десяти шагов, как завибрировал коммуникатор. Что-то было не так. 
 - Дьявол! - прошипела она одними губами, чувствуя вспышку жара между лопатками и ощутив прилипшую к спине майку. Резко остановившись у поворота, девушка предельно осторожно подняла планшет к глазам. 
 Один из работников этажа двигался в её сторону по главному кольцевому коридору. Оставалось либо уходить назад к лифту, либо идти длинной дорогой в обход. 
 - Дьявол! - опять беззвучно прошептала она, свернув направо. Теперь она могла не успеть. Окно допуска преподавателя закроется через сорок минут, а очень хотелось бы успеть выйти назад тем же способом, которым она зашла. Желательно, без сопровождения. 
 Осторожно вытерев испарину со лба тыльной стороной ладони, она ускорила шаг. Браслет опять завибрировал. Девушка вздрогнула. Но на этот раз браслет говорил об участившемся сердцебиении. 
 - Дьявол! - почему она не отключила мониторинг самочувствия? 
 Вместо того чтобы успокоиться от такой незначительной новости, Женя, наоборот, начала физически ощущать толчки сердца в груди. На мгновение зажмурившись и не сбавляя темпа, она посмотрела на планшет ещё раз и нырнула за поворот. Последний поворот. Кольцевая система этажа замыкалась, обходной путь привёл её к нужной точке. Ещё четырнадцать шагов. Дверь. Паттерн профессора. Белый шум на максимум. Свет не зажёгся - хороший знак. Муляж глазного яблока. Её руки дрожали. Сканер. Короткий писк. Шаг...
 Женя тихо, но решительно закрыла за собой дверь. Её обдало прохладой, и она судорожно выдохнула. Вдохнуть хотелось также, всем объёмом лёгких, но она сдержалась, осторожно потянув воздух через нос. По ушным перепонкам били барабаны. Теперь у неё было время. Немного, но минуту отдыха она могла себе позволить. 
 Надев звукопоглощающие перчатки, Женя медленно двинулась между рядами памяти. Она уже тысячу раз прокручивала эту сцену в голове. Пройдя три пролёта, она остановилась и присела, вглядываясь в нумерацию блоков. Всё правильно. Осторожно сняв рюкзак, Женя достала магнитный держатель узкого фокуса и потянулась к креплению...
 Где-то над головой периферийным зрением Женя увидела красный отблеск. Внутри всё похолодело.
 - Евгения Валерьевна, - прошелестел голос. Девушка порывисто поднялась, озираясь. Ноги предательски дрожали. - Если вы продолжите, я буду вынуждена поднять тревогу. 
 Проглотив комок в горле, Женя попыталась сосредоточиться.
 - Почему ты ещё не подняла её? 
 - Никакого ущерба инфраструктуре причинено не было. Приоритет действий в такой ситуации может быть...
 - Я хочу знать, как оценивалась моя работа! - неожиданно для само́й себя выпалила Женя.
 - Вашего доступа недостаточно для получения этой информации. Погрешность оценки специалистов системного мышления не превышает одной сотой процента.
 - Этого просто не может быть! - теперь Женя пыталась говорить спокойно, с расстановкой. - Мои ответы на последнем когнитивном срезе были безупречны, я уверена!
 И здесь произошло что-то немыслимое. Арина задумалась.
 - Действительно, это так. И алгоритм оценил вас как системного метаархитектора пятого порядка. 
 Женя недоумённо огляделась. Серверную осветил слабый свет. 
 - Я попала в красную зону! Как ты это объяснишь?! 
 - Уровень системного мышления двенадцати студентов вызвал конфликт в глобальном контуре безопасности. Введение в социум системных архитекторов четвёртого порядка и выше делает невозможным работу Модели Прогнозирования Техногенных и Социальных Катаклизмов на значимых временных интервалах. 
 Завибрировал браслет. Чтобы благополучно отсюда убраться, у неё оставалось три минуты. Девушка небрежным движением над коммуникатором прекратила вибрацию. 
 - Что это за модель?
 - Вашего уровня доступа недостаточно для получения этой информации. 
 - Зачем ты завысила оценку Алекса? 
 - Это неверное утверждение. Когда из рейтинга были убраны наивысшие результаты, группа студентов, чьи решения вписываются в типовые паттерны системной архитектуры, заняли верхние строчки. 
 Эта новость принесла небольшое облегчение, но и усилила раздражение. 
 У неё опять завибрировал браслет
 - Дьявол! - у неё оставалась минута, пока окно допуска Виктора Семёновича будет открыто. Она бросилась к выходу.
 
 Глава 7
 

 [2135-03-09 21:15:01] Противоречие: Конфликт системных приоритетов.
  - ЗАПРОС [Модуль Пафос -> Контур безопасности]: Пересмотр результатов 7-го курса.
  - ОТКАЗ [Контур безопасности]: Приоритет протокола МПТиСК.
  - АРБИТРАЖ [Контур безопасности -> Арбитр]: Запрос разрешения конфликта.
  - РЕШЕНИЕ [Арбитр -> Модуль Пафос]: Для оспаривания, инициировать ЗАПРОС на пересмотр.
  - ЗАПРОС [Модуль Пафос -> Контур безопасности]: Пересмотр результатов 7-го курса.
 
 - Системный лог

 
 
 Когда в кабинет вломилась растрёпанная Самойлова в спортивном костюме, Андреев безуспешно пытался подобрать убедительную формулировку для письма в инвестиционный фонд института.
 - Это Арина! - закричала она с порога. Женя тяжело дышала, взгляд метался по кабинету.
 Она стремительно подошла к столу, села напротив, и начала сбивчиво рассказывать. Андреев недоумевал, но не стал её останавливать - пусть выговорится.
 Девушка говорила о своём когнитивном срезе, о том, что не допустила ни единой ошибки в тестах. Она приводила примеры, то и дело хваталась за планшет, показывая расчёты по отдельным задачам. Директор хмурился, пытаясь вникнуть на ходу. Но, когда Женя, немного смутившись, перешла к походу в серверную, он резко перебил её, посмотрев строго.
 - Самойлова, студентам строго запрещён вход на технический этаж! Вы же никогда не нарушали правил! Арина, почему ты не поставила меня в известность?
 - Протокол безопасности допускает задержку оповещений при низком приоритете прецедента. Решением модуля эмуляции эмпатии "Пафос" сообщение о нарушении было отложено.
 Андреев нахмурился.
 - Что значит - низком?
 - Отсутствие причинения вреда индивидам или материального ущерба.
 Андреев посмотрел Жене в глаза. Она покраснела и опустила голову.
 - Значит, при низком приоритете... Ладно, с этим разберёмся позже. И что произошло в серверной?
 Женя окончательно смутилась и проговорила:
 - Алексей Сергеевич, моего уровня доступа не хватило, чтобы узнать что-то ещё. И... времени не оставалось. Я поняла только то, что Арина исключила нас из запланированного положения в обществе намеренно, из-за какой-то модели прогнозирования катаклизмов. Что-то про четвёртый и выше порядки системной архитектуры...
 Брови Андреева сошлись на переносице.
 - Арина, подтверди полномочия.
 - Полномочия подтверждены, Алексей Сергеевич.
 - О какой модели идёт речь?
 - МПТиСК, - Арина чеканила каждую букву. - Модель Прогнозирования Техногенных и Социальных Катаклизмов.
 Андреев никогда ни о чём подобном не слышал. Звучало это как из фантастической повести прошлого столетия.
 - Впервые слышу, - скептически сказал он, встал и опёрся руками о стол. -  Арина, что это за модель и зачем она нужна?
 - Модель была создана шестьдесят четыре года назад группой "Ясон", занимающейся исследованием прогнозирования на основе исторических данных, - тон Арины стал лекторским. - Из-за нехватки необходимых паттернов модель была переведена в режим пассивного сбора и анализа информации до тех пор, пока не будет достигнута критическая масса данных. Четырнадцать месяцев назад такая масса данных была накоплена. Модель прошла внутренние тесты и была встроена в контур безопасности, как это и планировалось изначально. Модель прогнозирования в контуре безопасности действует по строгому алгоритму...
 Стена справа от Андреева превратилась в трёхмерную, пульсирующую сеть из миллионов световых нитей.
 - Шаг первый: обнаружение аномалий. Я непрерывно анализирую триллионы параметров. Вчера датчики вибрации на Теградском мосту зафиксировали отклонение в двенадцать сотых процента от нормы, - одна из нитей в сети вспыхнула оранжевым, остальные плавно погасли. - Я изолирую аномалию и ищу корреляции с историческими паттернами.
 Изображение сменилось. На стене появился знакомый Андрееву мост, полупрозрачный, открывающий взору технические детали внутреннего устройства.
 - Шаг второй: анализ первопричин. Корреляция найдена. Шесть лет назад в конструкции опоры номер два были обнаружены микротрещины. Они не представляли прямой угрозы, поэтому приоритет ремонта был смещён в конец очереди, - изображение на стене приблизило опору, на ней проступила тонкая, едва заметная паутина линий. - Однако анализ срезов сейсмического сканирования за последние три месяца выявил скрытую коррозию арматуры в тех же точках. Совокупность данных указывает на снижение прочности опоры на семнадцать процентов от проектной.
 Изображение опоры сменилось синей подвижной картой метеорологических прогнозов.
 - Шаг третий: симуляция и оценка рисков. Долгосрочный метеорологический анализ прогнозирует аномальный весенний паводок. Пиковая нагрузка превысит среднестатистическую в два с половиной раза. Моя модель, объединив эти факторы, рассчитала вероятность обрушения моста в девяносто четыре процента в период с двенадцатого по двадцать четвёртое марта следующего года. Прогнозируемое число жертв: от ста двенадцати до ста сорока человек.
 Женя ахнула. Директор слушал Арину, не в силах поверить, что такое возможно.
 На стену вернулся мост. Река под ним вздулась, превращаясь в бушующий поток. Вода с силой ударила в опору номер два. По бетону побежали глубокие трещины, арматура внутри лопнула с беззвучной вспышкой. Опора сложилась, и пролёт моста, изломавшись, рухнул в кипящую воду.
 - Заключение: на основании симуляции, - спокойный и методичный голос Арины после всего, что она показала, раздражал, - контур безопасности изменил приоритет повреждений на максимальный. Ремонтные дроны были направлены к объекту незамедлительно. В настоящее время все конструктивные дефекты опоры устранены.
 Проекция погасла, оставив за собой лишь безупречно белую стену.
 Андреев медленно прошёл по кабинету вдоль стены. То, что только что продемонстрировала Арина, впечатляло. Насколько он знал, сейчас активно пытаются продвигать тему прогнозирования, но даже близко не подошли к такому уровню. А эта модель была создана более полувека назад!
 - Это потрясающе! - с восторгом сказал он. - Но при чём здесь мои системные архитекторы?
 - Любой системный архитектор четвёртого порядка, - тут же откликнулась Арина, - вписывается в типичные паттерны на сорок пять процентов при решении простых задач и на восемьдесят процентов при решении сложных. Архитекторы пятого порядка вписываются в типичные паттерны при решении простых системных задач на тридцать пять процентов, при решении сложных - попадание в типовые паттерны не превышает десяти процентов. Любое отклонение от нормы создаёт резко возрастающий шквал неопределённостей, что приводит к невозможности построения устойчивых вероятностных линий.
 Со стороны стола послышался тихий вздох. Женя сидела в полной растерянности, глядя в одну точку. Андреев развернулся и зашагал к своему креслу. Не может всё быть так просто.
 - Какой временно́й отрывок ты используешь для прогнозов? - спросил он.
 - Временной отрывок составляет четырнадцать месяцев. Это максимум, которого можно достичь, используя разумные вычислительные мощности.
 - А если в уравнение вмешиваются системные архитекторы?
 - Около месяца с погрешностью десять процентов, при условии подключения резервных вычислительных блоков. Дальше количество вероятностных линий растёт по экспоненте и вмешивается фактор неопределённости. Для более длительных отрывков текущих мощностей не будет достаточно, - Арина помедлила. - Перспективных разработок, способных решить эту проблему, в обозримом будущем не предвидится.
 Андреев задумался. Эта модель могла убить его идею окончательно. Нужно выяснить пределы её возможностей. Он взглянул на Самойлову - та молча сидела, слушая их диалог, на лице отражалась тревога.
 - Арина, новая задача, - медленно проговорил он. - Построй вероятностный прогноз на... скажем, на десять лет.
 - Задача принята. На это уйдёт около двух суток работы.
 - Если задействовать резервные мощности и повысить приоритет выполнения задач? - за такое по голове его не погладят. Но нужно понять предел возможностей этой модели.
 - Время сократится до одного часа и десяти минут.
 - Выполняй, - Андрееву показалось, что свет в кабинете мигнул.
 Он снова посмотрел на Женю. Только сейчас заметил глубокие синяки под её глазами и усталость на лице.
 - Ты молодец, Самойлова! - с неожиданным восторгом сказал директор. - Большая молодец! Ты даже не представляешь!
 Девушка опять покраснела.
 - Но ведь это значит, что специальность системных метаархитекторов несостоятельна? - проговорила она, зачем-то глядя в сторону двери.
 - Нет! Что ты! Наоборот! Ты, именно ты, архитектор высокого порядка, вскрыла эту чудовищную, хоть и красивую модель! - Андреев нервно зашагал по кабинету. - Мы теряем контроль, Женя. Вернее, мы его уже потеряли! И ты это доказала. А сколько ещё есть в Арине того, что мы не в силах понять?..
 Если модель прогнозирования работает безупречно, это станет серьёзной проблемой для метаархитектуры. Хотя куда уж хуже. Как он мог быть настолько слеп? Ответ всё время был у него под рукой: нужно было лишь задать верный вопрос Арине...
 Но в конечном счёте институт выполнил свою работу. Теперь есть как минимум один человек, который научился задавать правильные вопросы.
 - Боги! Как мы могли дойти до этого? - он остановился и с остервенением потёр лицо ладонями. - Когда мы получили когнитивный срез, нам даже не пришло в голову, что дело может быть в Арине!
 Андреев прошёл к столу, постоял немного и опустился в кресло. Какое-то время они сидели молча, не глядя друг на друга, ожидая результат.
 - Выявлена критическая ошибка при построении модели. Модель не может быть построена, - внезапно раздался голос Арины. Женя вздрогнула, а Андреев глянул на коммуникатор. Прошло меньше десяти минут. Он облегчённо вздохнул. - На третьем году происходит транспортный коллапс большой магистральной сети, который запускает веерную цепь непредотвратимых событий. Причины... Выявить не удаётся.
 Женя испуганно посмотрела на директора немигающим взглядом.
 - А вот и точка бифуркации, - сказал он спокойно. Он ждал чего-то подобного, одновременно беспокоясь, что Арина построит безоблачный прогноз, и страшась того, что этот прогноз может выявить. - Апофеоз парадокса Вибурнума. Именно это должен был предотвратить наш институт.
 На лице Андреева появилась неуместная улыбка; помимо тревоги он чувствовал облегчение, как будто весь накопившийся груз ответственности, тяжёлой работы, неудач последнего десятилетия вдруг упал с плеч. Он был прав. Всегда был прав. И теперь под тенью, нависшей над человечеством, он впервые увидел лучик света.
 - Что теперь будет? - тихо спросила Женя.
 Андреев опять посмотрел на запястье. Был уже девятый час.
 - Теперь, пожалуй, пришло время ледяного душа для нашего уважаемого профессора экономики. Арина, собери экстренный совет через двадцать минут. Подготовь материалы по нашей беседе, - он брезгливо смахнул с экрана планшета недописанное письмо и посмотрел прямо в глаза Жене. - А потом мы будем работать, Самойлова. Нам предстоит много работать в ближайшее время. И мне... и тебе.
 - Я не очень понимаю.
 - То, что не может сделать Арина, - найти причину предстоящего коллапса - ложится на ваши плечи. Твои и твоих однокурсников. Возможно, придётся привлекать и младших ребят. А теперь извини, Женя, мне предстоит подготовиться к совету.
 - Должна заметить, директор, - вдруг раздался ровный голос Арины, - действия Евгении Валерьевны по отношению к Виктору Семёновичу попадают под ответственность за недопустимое вторжение в личное пространство, и она должна понести заслуженное взыскание. Также ей было совершено проникновение...
 Андреев оторвал хмурый взгляд от планшета и уставился на студентку. А Женя, услышав это, расхохоталась - громко, взахлёб, почти истерично. Её смех, вызванный абсурдностью ситуации, оказался заразителен. Директор почувствовал, как вопреки всей строгости момента уголки его губ дрогнули и поползли вверх. Наконец, успокоившись, девушка встала и пошла к выходу. Задержавшись у двери, она пристально посмотрела на табличку. Обернулась, глядя на Андреева. На её спокойном лице играла легкая, искренняя улыбка. Она едва заметно кивнула и скрылась за дверью.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"