Аннотация: Творчество периода сотрудничества с разнообразными группами любителей ужастиков в ВК
ДРАКОН
Снег горстями сыпался за шиворот, бил под коленки и холодил голые щиколотки. Пальцы задубели и не желали чиркать дерьмовой китайской зажигалкой.
- Может, уже домой пойдем, а, Стас?
- Погоди ты! - наконец кремень выдал порцию искр, и Стас вдохнул вожделенный никотиновый дым. - Ща-ас кто-нибудь будет...
Эдик с завистью смотрел на сигарету, но попросить не решался: во-первых, Стас был жмот, а во-вторых - жмот агрессивный. Даже на вонючую "Приму" у него щедрости не хватало, чего уж говорить об отжатом у вчерашнего интеллигента "Ричмонде".
Смрадное дыхание Стаса вперемешку с дымом вырывалось изо рта, причудливо клубясь в неровном свете фонаря.
- О, гля, идет кто-то! - Эдик шмыгнул носом и вытер капельку с его кончика.
Стас оживился, набычился, выплюнул недокуренную сигарету.
От остановки через пустырь, мимо фонаря, под которым смелые ребята Стас и Эдик поджидали своих жертв, семенила тетенька. Классическая такая женщина невысокого роста в шапке из искусственного меха и китайском пуховике.
Главное в этом деле было не побояться. Кто запомнит лица двух гопников в шапках, надвинутых на самые брови, да еще зимой, да еще ночью! Тем более, в одном районе они надолго не задерживались.
Тётенька на ходу говорила по телефону, и парни удовлетворенно переглянулись. Телефон перепрошить - дело нехитрое, главное людей знать.
- Погоди тётя, дело есть! - вальяжным тоном проговорил Стас.
- Чего вам, ребята? - опешила женщина.
- Дайте позвонить?
Эдик уже заходил сзади, а Стас нагло смотрел в глаза своей жертве и протягивал покрасневшую от холода ладонь.
Испуганная женщина сначала оторопела, а потом как под гипнозом достала телефон и протянула его Стасу. Парень довольно хмыкнул, сунул его в карман и сказал:
- Ага, спасибо! - и вразвалочку зашагал к остановке.
И голые щиколотки его нисколько не заботили. А Эдик торопился следом.
Женщина всплеснула руками и беспомощно огляделась. На пустыре не было ни души, кроме удаляющихся парней, спины которых через несколько секунд уже нельзя было различить в темноте.
Стас был чрезвычайно собой доволен.
- Щас еще сигареток и денежку...
- А может, ну его? Дубак такой! - Эдик всегда был трусоват.
- Да погоди ты, стопанем лоха и тогда расходимся...
Лох нашелся быстро. Сутулый мужчина стоял, прислонившись к стене трансформаторной будки, и смотрел на мерцающие от морозного воздуха звезды.
Шапки на нем не было, полы не по погоде легкого пальто развевались на ветру. Очки в роговой оправе только чудом не слетали с крупного носа с горбинкой.
Стас ткнул Эдика в бок и мотнул головой в сторону морозоустойчивого гражданина.
Вразвалочку приблизившись к незнакомцу, Стас начал с привычной фразы:
- Позвонить не будет?
Мужчина как-то странно дернулся и глянул на них сквозь очки, потом поверх очков и Эдику показалось, что ночной холод забрался ему сразу в душу. Очень уж странным показался ему этот взгляд глубоко посаженных глаз, очень уж хищно затрепетали ноздри внушительного носа.
- Что, простите? - голос был как из бочки, низкий и гулкий.
- Телефончик не одолжите?
- Кого, простите?
Стас как-то растерянно глянул на подельника, а потом, разозлившись на себя из-за этой растерянности, рявкнул:
- Прикурить не будет? Огоньку не найдется?
- Огоньку-у-у? - задумчиво протянул мужчина, и Эдику показалось, что в стеклах очков заплясали отсветы от далекого фонаря.
- Слышь, урод, выворчивай карманы или я тебя здесь... - Стаса "понесло", он щелкнул раскладным ножом, который достал из кармана, и сделал шаг вперед.
А гражданин как будто преобразился. Дьявольски взмахнув полами пальто, он распрямился и как-то сразу стал выше Стаса чуть ли не в полтора раза. А потом глянул наглецам в глаза - сначала одному, а потом другому, и Эдик с ужасом подумал, что таких страшных глаз он в жизни не видал.
- Ты?! Меня?! - кошмарные трансформации продолжали происходить с незнакомцем: теперь глаза его полыхали страшным холодным огнем, а кожа как будто покрылась чешуей, да и пальто уже совсем не было похоже на пальто, и очки делись куда-то...
Обезумевшая от страха шпана с места не могла сдвинуться, глядя на представшее перед ними чудовище.
Страшные кривые зубы клацнули, и Эдик услышал омерзительный чавкающий звук, а потом почувствовал, как по штанине течет что-то теплое и сильно пахнущее.
- А ты, идиот, иди домой к маме и помоги ей кран починить! И веди себя дальше вполне прилично! А не то прилечу и сожру тебя, ничтожество, а потом сожгу твои косточки!
Перед Эдиком предстал дракон, прислонившийся к трансформаторной будке в такой же позе как давешний гражданин. Глаза его горели, крылья за спиной были сложены, а чешуя переливалась в тусклом свете далекого фонаря.
Снег перед ним был окрашен в красный цвет, и Эдик больше не выдержал - он кинулся бежать, бежать, хватая ртом морозный воздух и размазывая по щекам слезы и сопли.
Он обернулся два раза: первый раз он увидел сутулую фигуру в пальто у трансформаторной будки, а второй - одному черту известно, что он там увидел, но какая-то неясная тень на секунду заслонила собой звезды, а потом исчезла.
На следующее утро Эдик, не спавший всю ночь и совершенно убив нервы, перебарывая животный ужас, решил сходить к трансформаторной будке и убедиться в том, что вчерашний кошмар ему не привиделся.
Там уже кто-то был, какой-то парень ходил взад и вперед по снегу, внимательно глядя себе под ноги.
- Стас!!! - заорал Эдик.
- Твою-то мать, Эдик! Я думал что...
- ...Тебя сожрали... - закончил Эдик, и парни испуганно переглянулись, а потом облегченно рассмеялись.
- Ну, это ж надо, а! Дракон! Гыыыы!
Вдруг прямо над ухом у Эдика раздался низкий гулкий голос:
- Кран почини, ничтожество!
Парни одновременно вздрогнули, Стас резко обернулся и трясущейся рукой указал Эдику на сутулую фигуру, которая шагала прочь по пустырю, и длинные полы легкого пальто взметали маленькие снежные вихри.