Убили парня за здорово живёшь.
За просто так.
Спокойно. Как в игре...
И было это не за тыщу вёрст
От города. А рядом. Во дворе.
Ещё пылали окна...
Между тем
Он так кричал,
прижав ладонь к груди,
Как будто накричаться захотел
За долгое молчанье впереди...
Крик жил отдельно!
Вырастал стеной.
Карабкался, обрушивался с крыш.
Растерзанный, отчаянный, больной,
Нечеловечески огромный крик!
Он тёк по трубам,
полз по этажам,
Подвалы заполнял и чердаки.
Он ошалело тыкался в звонки,
Ломился в двери и в замках визжал.
Он умолял,
он клянчил: "Защити"!..
Навстречу ослабевшему ему,
Плыл шепоток:
"Не надо...", "Не ходи...",
"Простудишься...",
"Не надо...", "Ни к чему...".
Да, случай. Как-то. В городе одном.
Но помните, другие города!
..."Вот если бы не вечером, а днём"...,
..."Вот если бы на фронте -
- я б тогда...".
И всё. И только молний пересверк.
И всё. И не остановился век.
Какое это чудо - Человек!
Какая это мерзость
- человек".
Это стихотворение про человека. Про нас. Даже если кому-то иногда удается преодолевать в себе описанную мерзость, это преодоление суть исключение, а не правило. Тем не менее большинству из нас не хотелось бы ни быть или хотя бы не проявлять в себе описанной мерзости, ни тем более оказаться на месте описанной жертвы. Но кто и что должен и может сделать, чтобы оба пожелания были в максимально возможной степени удовлетворены?
Есть два пути.
Первый путь (работа на уровне личности) - преодоление трусости в себе и воспитание такого преодоления в других. Этот путь невозможно отвергать, но в масштабах большого социума нельзя признать эффективным. В обществе почти всегда находятся отдельные герои, но массовый героизм (готовность отдавать свою жизнь за жизнь других) потому и героизм, что явление, по меньшей мере в условиях мирной жизни, почти ненаблюдаемое.
Второй путь (работа на уровне закона и институтов) - создание узаконенных социальных правил и органов, обеспечивающих защиту населения от криминала, в том числе при стимулируемом этими правилами и органами участии самого населения. Эффективность такого пути по сравнению с "личностно-воспитательным" очевидна и, на мой взгляд, подтверждается мировой историей и мировой статистикой тяжких преступлений. Уровень таких преступлений (в том числе совершаемых властью) зависит не от того, в каком народе больше героев. Этот уровень тем ниже, чем сильнее власть опирается на закон, и чем лучше этот закон защищает людей от насилия, стимулируя их его уважать, ему следовать и его защищать.
Понятно, что это зависимость "курицы и яйца" - власть, не уважающая конституцию и законы, не будет стимулировать население к их уважению и защите без обратной стимуляции власти со стороны населения. Мысль в том, что населению гораздо легче совместными усилиями заставить власть выполнять конституцию, нежели поодиночке воспитывать в себе героизм (а по большей части ожидать его от других). Тем более если такое "насилие" над властью предусмотрено самой конституцией, как это, по счастью, имеет место в России.
Но это, конечно, если собственная мерзость плохо терпима. В противном случае её можно проявлять до бесконечности или до тех пор, пока не окажешься в роли "того парня"...