Аннотация: Два брата - Фома и Ерёма - спорят о том, кто из них сильнее устал в пути.
УСТАВШИЕ
Шли по деревне два брата - Фома и Ерëма. Позвал их в гости на новоселье их друг Егор, да далековато оказалось егорово жилище, а потому братья шли из последних сил, опустив языки чуть ли не до земли.
- Я, брат Фома, так устал, - прошамкал своим пересохшим ртом Ерëма, - что у меня уже ноги расплавились и к земле пристали, как два лепёшки к сковороде!
- Да это ещё что, брат Ерëма! - махнул рукой Фома. - Я вот так устал, что у меня ноги как в две иголки превратились. Иду по ним и чуть не плачу!
Усмехнулся ехидно Ерëма.
- Твоё, брат Фома, ещё куда ни шло, а я вот уже так устал, что сердце у меня превратилось в огромную пиявку, выкачивающую из меня последние жизненные соки!
- Ну тут ты уж приврал, брат Фома, про сердце-то! У меня вот оно уже давно корочкой бетонной-то покрылось, как трасса М-5 "Урал", а я всë бреду да бреду...
Тут брат Ерëма остановился и насупился.
- Будет тебе, брат Фома, обманывать! Ты бы как я пожил, как сразу бы врать отучился! У меня ведь давно уже... - тут он сбавил громкость, - геморрой-то метровый вылез, ещё на перекрёстке с Липовой улицей, но я же ничего - молчу, как истукан, да бреду!
- Ну, уж ты и сказал, брат Ерëма! Геморрой у него вылез, тьфу! У меня еще с Семибоярской улицы... - тут он тоже сбавил громкость, - полное закупоривание кишечника произошло, и вот он я, погляди, - хоть бы хны!
Не на шутку взбесился Ерëма. Не хотел он проиграть в братском споре, а потому двинулся дальше и перешёл в открытое наступление:
- Ишь ты, какой премудрый, знаем мы таких! Ты бы про свои болячки помалкивал, ведь у меня ещё с электрички все кости ломит! Не дай Бог сейчас радикулит, или и вовсе кондратий хватит - и что ты меня тогда, на руках тащить будешь?
- У, брат Ерëма, куда загнул! Да тебе ли не знать, что я в электричке так грозно спал, лбом упершись в стекло, что у меня теперь, вмятина-то, небось, на всю жизнь осталась громадная! Не веришь - так взгляни!
И стал тыкать пальцем на лоб.
- Сто лет нужен мне твой лоб, брат Фома, ты бы лучше брата послушал! У меня ведь еще дома аллергия такая страшная началась, что я уж весь нос себе изорвал, пока чихал! Вот уж и новый раз собирается... А-ап... Апп... А, нет... Ну, как-нибудь позже...
- Да что твоя аллергия, брат Ерëма! У меня дома так совсем бронхит открылся, кашлял, как от церкви отлучённый, чуть деревья не падали! И ты после такого считаешь, что устал сильнее меня?
Взбесился Ерëма не на шутку.
- Да что ты мелешь, брат Фома, небылицы всякие?! Не было у тебя никакого бронхита и в помине! А у меня ведь врождённые ещё проблемы есть, я тебе не говорил просто! Я ведь хромой на обе ноги, да рука болтается, как на шарнире! Мне такой активный отдых врачебно противопоказан! Мне б присесть!
- Хо-хо-хо, уморил ты меня, брат Ерëма! У меня ведь и вовсе доктором Берендеевым инфаркт кровный по матушке назначен, и вот всë, кажется, в этот самый день! Мне бы прилечь, а не то - кхык, да и того!
- Брат Фома, я если сейчас не сяду, у меня лёгкие выпрыгнут!
- А я, брат Ерëма, если не присяду, у меня голова треснет!
- А у меня почки!
- А у меня ухо!
- А я вот вообще сейчас упаду, да помру!
- А я сперва помру, потом упаду!
- Ишь! А я помру, да еще метров двести прошагаю!
- А я помру, да километр пролечу!
- Ох...
- Ох...
Вдруг откуда-то из-за деревьев послышались зверские вой и рычание. Братья как вместе шли, так и разлетелись в разные стороны, позабыв про все болезни: Ерëма одним махом взлетел на двухметровую яблоню около дороги и так крепко вцепился в неё, что чуть пальцы не сломал, а Фома и вовсе улепетал куда-то в другую деревню, за двадцать километров от егоровой, так ещё и занырнул на самое дно глубокой запруды, куда даже опытные караси заплывать опасаются.
- Ух, Ерëма, ты что ли?
Ерëма, яростно обхвативший обеими руками яблоню и дрожавший, как осиновый листок, услышал знакомый голос и свесил голову вниз.
На просёлочной дороге стоял Егор. Рядом с ним крутился пристегнутый за поводок джек-рассел, который лаял и прыгал, приветствуя друга.
- Вы где ходите-то, ребята? Я уж два часа жду, решил прогуляться с Тузиком, пока вас нет, а вы в прятки играете!
Ерëма растерянно принялся спускаться с дерева вниз. Опустившись рядом с Егором, он едва переводил дух, весь истекая потом.
- Ба, да ты что, устал что ли, друг? Дорога долгая, я понимаю! Ну пойдём-пойдем, я баньку растоплю, посидим, побалакаем, пока брата твоего ждём! Новоселье всë-таки! А где кстати Фома? Не с тобой ли шёл?
Так закончилась диковинная история двух братьев - Фомы и Ерëмы, но если один оказался чудесным образом спасённым от дикого зверя и отогретым в стенах русской бани, то второго ждала менее приятная участь на дне студëной запруды, который зимой, кстати, ещё и покрывается льдом... Казалось бы, а устали-то ведь одинаково!