Гармат отсчитал сколько-то шагов. Всем было видно, что он считает, даже шевелит губами, но сколько - не понятно. Он встал на пригорке, где с одной стороны заканчивался лесной массив и потом был большой зеленый луг, а с другой - желтые дюны, переходящие потом в какое-то подобие выжженной солнцем степи, откуда пахнуло полынью, и густо зазвенели кузнечики.
- Здесь. Вбивай.
Дружинник сбросил с плеч вязанку кольев, выбрал один и вогнал его в землю у загнутых носков сапог командира.
Пока кол забивался и укреплялся приваленными вокруг камнями, Гармат огляделся вокруг, посмотрел на небо, прикинул расположение солнца, и начал считать дальше, в сторону, как раз между песком и травой.
- Здесь теперь. Вбивай здесь.
За ними вдоль границы зеленого и серо-желтого тянулся ряд белых ошкуренных кольев.
...
- И быть, тебе, Гармат, первым пограничником нашего лесного государства. Первым и потому самым лучшим, Гармат! Цени доверие.
- Благодарю, князь, - упал на колено Гармат. - Высока честь!
- А что там делать - это тебе мой тайный дьяк объяснит. Ты теперь с ним будешь связываться. От него и ко мне новости с границы придут. И всему народу - тоже.
...
Тайный носил колпак из темного холста с дырками для дыхания и для глаз. Узнать его было нельзя. "И это правильно" - подумал Гармат. Если тебя все знают в лицо - какая же тут тайна? Тогда никакой тайности не будет. А нет тайны - нет страха. Без страха же многие прожить просто не могут.
- Ну, что молчишь, пограничник?
- Жду, тайный. Князь сказал, что ты все мне расскажешь.
- Расскажу, расскажу. Слушай же слово князя: граница учинена для защиты княжества от врагов. Враги те живут за этой границей. Никто не может пройти через границу без ведома князя. А если будет идти враг - тебе его следует останавливать.
- Это мне понятно. А кто враг-то? Там же степь - и нет никого!
- А вот это уже не твоя забота. Ты, главное, границу храни. А врага мы тебе найдем, - глухо рассмеялся под своим колпаком дьяк. - Как будешь службу нести?
- Днем все на постах будут. Ночью сокращенные караулы выставлю. А остальные - спят. Потому что из степи, если кто и придет, так днем непременно.
- Ну, верно, пожалуй, думаешь. Однако, если вдруг пойдут из леса, сзади?
- Это же наши? Из леса? Ну... Днем - прогоню назад.
- А ночью? У тебя караулы малые. Костры видны. А они ползком, ползком...
- Ну, так... Пусть тогда ползут? Так?
- Не так. Сделай еще одну, тайную заставу. В степи. Из самых доверенных. И всех, кто в степь будет уходить, чтобы та тайная застава перехватывала. И казнила на месте с лютой жестокостью. А потом тела подбрасывала чтобы к самой границе. Ты меня понимаешь, пограничник?
- Нет, - честно сказал воевода.
Он ничего не понимал. Он даже придумать не мог, в чем смысл сказанного тайным дьяком.
- Тогда слушай еще голос князя твоего. В степи сейчас и правда врага нет. Никого там нет. Совсем. Пустое место. Но народ наш нельзя сплотить и подчинить закону, если никакого врага нет. Князь велел: врагу быть. Вот твоя тайная застава из тайных пограничников будет таким врагом для всего леса. Чтобы знали: враг есть, он жесток, хитер, зол. И вот тогда будет порядок в лесу. Теперь ты понял?
- Понял, дьяче... Слово князя выслушано и понято. Граница - на замке. Враг не пройдет!
- Вот теперь вижу, что понял. А чтобы легче тебе было, в тайную заставу дам тебе для пользы дела своих тайных. Подьячих своих. Они в пытках и убийствах привычные, не то, что простые вои. И будет тогда такой враг, что весь наш народ бояться станет.