"Правоохранительные органы должны идти на шаг впереди преступников..."
Р.Нургалиев, министр внутренних дел РФ (2009 г.)
К остановке автобуса подошли два контролера в синей форменной одежде с фирменными же беджиками под прозрачным пластиком на груди в сопровождении милиционера с животом и хмурым лицом.
- Ну? - недовольно спросил милиционер куда-то в сторону. - Ну?
- Вот этот, - ткнул в меня пальцем тот контролер, что пониже. - Вишь, как смотрит гордо. Точно - этот.
- Сержант Степанов, двадцать четвертое отделение милиции, прошу пройти со мной, - козырнул милиционер.
Я удивился. Вот уж чего-чего, а с милицией никогда у меня проблем не было. Тем более по утрам перед работой. И не просто перед работой: сегодня был последний день испытательного срока. Надо было написать отчет, появиться с общительной и обаятельной улыбкой у начальства, показать себя во всей красе, чтобы завтра уже идти в офис, твердо будучи уверенным в своей непотопляемости и долгой жизни в этой корпорации.
- Пройдемте, пройдемте, гражданин! Не задерживайте.
- Мне же на работу...
- Всем на работу. И я на работе, а времени еще - видите? Так что не будем тут демагогию разную... Пройдемте.
- Вы меня арестовываете, что ли? - вспомнил я, что надо говорить.
Он подумал, сдвинув форменную фуражку на лоб и почесывая затылок.
- Э-э-э... Нет, пожалуй. Пока задерживаю. Для выяснения.
- Я могу позвонить хотя бы?
- Да хоть обзвонитесь, только пошли уже, а? Я с шести утра сегодня на смене...
Пока шли, я позвонил другу-адвокату, который не мог приехать сразу, но просил держать в курсе, а также на работу, предупредив, что задержусь не по своей вине.
- Вот, товарищ капитан, - махнул левой рукой в мою сторону сержант, правую прикладывая к головному убору. - С остановки взял.
- Ага! - радостно воскликнул капитан. - Ну, наконец-то! Свободен, Степанов! С тебя еще два дела и отпущу сегодня.
Сержант выскользнул за дверь, аккуратно притворив ее за собой, а капитан с довольной улыбкой обратился уже ко мне.
- Ну, здравствуйте, дорогой вы наш! Документы на стол, пожалуйста, присаживайтесь сами, разговор будет долгим. Ах, да... Капитан Иванов, старший дознаватель.
- Ага, - хмуро ухмыльнулся я. - Иванов... И вся Россия на вас держится...
- На фамилии, не на мне лично! - широко улыбнулся он, быстро перелистывая мой паспорт и занося данные в компьютерную базу. - Так... Еще минутку. Ну, вот. Итак?
Капитан отодвинул мой паспорт на угол стола и выжидающе уставился на меня.
- Что?
- Рассказывайте, рассказывайте!
- А что рассказывать-то?
- Ну, вас же не просто так привели ко мне, так? Что-то же было? Вот и рассказывайте, что там у вас и как.
- Да ничего не было. Подошли контролеры, ткнули пальцем, сержант привел...
- А! Контролеры! Ну, начнем с этого, - он начал опять стучать по клавишам компьютера. - Так, так, так... Контролеры... Это у нас вот здесь - административное, значит...
- А что я нарушил-то?
- Билет предъявите, пожалуйста. Ну, или что там у вас - талончик, проездной, карточка...
- У меня закончился...
- Вот! Вот же!
- Но я бы купил!
- А на что?
Я порылся в карманах и достал деньги:
- Вот.
- Так-так-так... Тысяча, еще тысяча. Раннее утро. Первые автобусы. Сдачи нет. Хитро, хитро... Хотели на водителя свою вину свалить?
- Послушайте, товарищ капитан, меня притащили к вам ни за что, теперь вы мне говорите, что я уже что-то нарушил, хотя никакого нарушения не было, а мне сегодня вообще надо было не опаздывать...
- Кстати, а почему? Почему сегодня, именно сегодня, вам нельзя опаздывать? - его пальцы привычно почти вслепую бегали по клавишам.
- Это к делу не относится...
- Вот видите, вы уже сами понимаете, что дело-то есть. Но вот что относится, а что нет - это надо еще разбираться. Так почему вам опаздывать именно сегодня и именно нельзя?
- Срок у меня испытательный сегодня заканчивается.
- А на вид вы не молоды. А срок - испытательный. Новая работа?
- Кризис... Нашел вот...
- О-о-о..., - он пощелкал мышкой, посмотрел на экран. - А это уже больше. Везет мне сегодня на такие дела.
Он поднял трубку телефона и приказал привести пару понятых.
Я сидел, ничего не понимая.
- Можно, я позвоню?
- Один звонок, договорились?
Один звонок я сделал другу, сказав, что тут что-то странное и уже понятых вызвали. Друг сказал, что будет через полчаса. Я немного успокоился. И сам не заметил, как в полной растерянности оказался в камере. Без документов, без содержимого карманов, пересчитанного и описанного при понятых - двух седых старичках, сидевших перед тем на скамейке у крыльца. Им было интересно и весело. Они толкались локтями, вытягивали шеи, рассматривая все, что я выгреб из карманов...
Время тянулось медленно. Часы тоже остались в кабинете дознавателя. Как и телефон, как и все-все-все, что было при мне. Я то садился, то вставал и начинал ходить по камере, пытаясь рассчитывать минуты и часы от количества пройденных шагов.
...
Через невообразимо долгое время лязгнул засов толстой, не пропускающей звуков, двери. На пороге стоял хмурый друг-адвокат.
- Пошли...
Той же дорогой поднялись на второй этаж в кабинет капитана. Он ждал нас, стоя у окна и смотря на улицу, где начинал накрапывать серый осенний дождь.
- Привели? Вон, пусть почитает свое дело, а потом забирает свои вещи.
Присев к столу, я пролистал свое "дело". Там уже было подшито несколько страниц убористого шрифта.
- Фантастика! - только и смог вымолвить, просмотрев быстро.
Там говорилось, что меня просто должны были оштрафовать контролеры, потому что не было билета, а на тысячу не было сдачи у водителя, но для этого пришлось бы проехать до конца, до самого последнего остановочного пункта. Таким образом, я опаздывал на работу и меня увольняли, как не прошедшего испытаний. В злобе я бил стекла в автобусе, и меня пытались задержать уже за хулиганство. Я убегал и оказывал всяческое сопротивление. В общем, выходило, что мое "дело" уже можно было передавать в суд.
- Но ничего же этого не было!
- Не было, не было... Потому и не было, что мы, милиция, сработали быстро! Мы ведь идем теперь не на шаг, а на пять шагов впереди преступников. И вот вы - как раз и есть наш объект. Вы - преступник по всем существующим расчетам. Вот проценты соответствия ваших возможных действий. Вот статьи, которые могли быть нарушены... И были бы нарушены, если бы не мы. Ну?
- Что?
- Как ребенок просто. В камеру и в суд или все же договоримся?
Я удивленно переводил взгляд с него на своего друга. Это как же? Он вот так, в открытую, при свидетелях, предлагал мне дать ему взятку, что ли?
- Э-э-э... Сколько?
- Десять тысяч. По совокупности, сами понимаете.
Друг молча вытащил из бумажника две купюры, положил их на стол.
- Дело забираем?
- А нафиг оно мне теперь? - хохотнул капитан, бережно укладывая деньги в карман кителя. - Забирайте, забирайте. И не попадайтесь мне больше! Я же мог и на всю катушку, знаете!
Ничего не понимая, совершенно ошарашенный, я вывалился на крыльцо.
- Слушай, ты же адвокат! Мы же могли его сейчас - за коррупцию! Это же статья верная!
- Отстаешь от жизни, - хмуро ответил друг. - С коррупцией они покончили в позапрошлом месяце. Так и объявил их министр по телевидению. Все, понял? Нет больше никакой коррупции. И жаловаться поэтому просто больше не на что. Зато они теперь идут на пять шагов впереди преступников... Черт! И нафиг я учился-то на адвоката? Пора, пожалуй, уходить в милицию...