В некотором царстве жил да был Царь.
Была у него дочь-красавица, которую он любил безмерно.
Стар был тот Царь. И мудр. Зная, что не вечен, решил он найти дочери мужа, который любил бы и лелеял её не меньше его самого.
А ещё он любил вкусно поесть.
Вот потому и подумал: "Не устроить ли мне кулинарное состязание?"
"Богатства царского, прирастающего само по себе, хватит многим потомкам. А вот кто сумеет удивить меня мастерством, тот, -
рассудил он, - сумеет раскрасить будни моей принцессы".
Затрубили глашатаи на весь белый свет, мол, Царь хочет молвить слово своё.
Потянулся к площади люд: и стар, и млад.
Вышел навстречу им Царь. С красавицей Марьюшкой.
Только Иванушка стоял молча. Как увидал Марьюшку, так и зашлось его сердце.
Она! Это она. Та, что снилась ему не раз.
Так и стоял, не сводя глаз с возлюбленной, думая и печалясь: "Чем? Чем же можно удивить Царя, для которого готовят лучшие
повара?"
Пришёл Иванушка грустный домой, а там братья, прознав всё, стали потешаться.
"Ишь чего удумал-то дурак - влюбился в царскую дочь. Не по тебе она, дурья башка!"
Дурачком они его считали с детства.
Поначалу пробовали подчинить себе, а Иванушка ни в какую: всё делал только по-своему. А потом и вовсе махнули на него рукой: не
разумеет братьев, значит - дурак. А что с дурака-то возьмешь? Ничего. Ну и нехай поживает так, как живётся, раз таким уродился.
Но посмеиваться над ним не забывали.
Не обращая внимания на братьев, опечаленный Иванушка лёг спать, помня: утро - вечера мудренее.
Ночью ему вновь привиделась Марьюшка.
"Иванушка, высоко в горах есть родник. Найди его. Набери в кувшин родниковой водицы и приходи на состязание. Смотри - не
расплескай её по дороге", - сказала она ласково и испарилась в предрассветной дымке.
Иванушка проснулся.
Светало.
Не раздумывая, он собрался в путь-дорогу и, прихватив самый большой кувшин, направился в горы.
***
Который день блуждал он по горам, не замечая ни холода, ни голода, и приходил в отчаяние оттого, что день состязания
приближался, а родник не находился.
Лишь накануне, вечером, обессиленно припав к земле, он услышал журчание воды.
Какой удивительной была та вода!
Он пил её, зачерпывая ладонями снова и снова.
Живая вода, возвращающая силы и дарующая жизнь!
Набрав кувшин, он, помня о наказе - не расплескать, стал осторожно спускаться с гор.
Так и шёл ночью, определяя путь по звёздам.
К утру добрался до царских хором, сохранив в кувшине прохладу родника.
А там уж готово всё: столы ломились диковинными яствами, представленными заморскими принцами. Местный люд, не зная, чем
удивить Царя, пришёл поглазеть: кому достанется царская дочь.
Завидев Иванушку с кувшином воды, все так и закатились от смеха!
- Ай, да дурак! Ну, насмешил! Царя решил потчевать водой! А-ха-ха! Вот дурак, так дурак!
Пропустив мимо ушей злые шутки, встал Иван у самого края стола, а у самого сердце предательски ёкает. Что если Царь не станет
пробовать воду?
Царь же и его свита уже начали дегустацию.
Отведав с десяток блюд, Царь задумался: "Как же определить, кто лучший, если необычны и вкусны все распробованные кушанья?"
А впереди его ждала целая сотня таких же!
"Нет, нужно отведать все блюда, чтоб не обидеть дорогих гостей, а потом я придумаю, как выявить лучшего", - решил он и подал
знак, чтобы слуги продолжили подношения.
Надо ли говорить, что, отведав все яства, Царь и его свита были сыты под завязку?
Да они были сыты так, что их воротило даже от названия блюд!
- Царь-Батюшка, тут какой-то дурак принёс воду в кувшине! - сдерживая смех, произнёс слуга.
- Неси воду, живей, - приказал тот в ответ: его мучила жажда после обильной пищи.
- Несите и нам, - не утерпел кто-то ещё из свиты.
Вода была спешно разлита по бокалам.
Выпив воду, Царь тотчас же подскочил и радостно воскликнул:
- Вода! Самая вкусная - вода!
И свита поддержала его, ибо никто не пил до этой поры такой изумительно чистой и вкусной горной родниковой воды.
***
"Нет ничего прекрасней того, что сотворил Сам Господь", - думал мудрый Царь, благословляя Ивана да Марью и благодаря Творца за
столь разумного зятя.
А Творец тем временем улыбался, вспоминая Марию, завидевшую Иванушку в толпе, вспоминая её молитвы... о знаке суженому.