Аннотация: Ироничный рассказ о семейных отношениях, где противоположности притягиваются. Читайте забавную историю о хрупком муже, его властной жене и их необычном пятничном ритуале. Юмористическая проза для хорошего настроения.
Макроша был человеком широкой души и крайне узких плеч. Его жена, Бригитта, напротив, обладала статью гренадера и характером отбойного молотка. В их союзе "макро" было только в имени мужа, да и то, как подозревали соседи, в ироничном ключе.
Вечер пятницы в их квартире всегда начинался с ритуала "снятия стресса". Бригитта входила в кухню, где Макроша смиренно чистил картошку, и водружала на стол пакет с продуктами так, что подпрыгивала солонка.
- Ну что, мой микроскопический герой? - рокотала она, медленно стягивая кожаные перчатки. - Опять весь день в своих таблицах ковырялся?
Макроша сглотнул. Вид Бригитты, затянутой в строгий офисный костюм, который едва сдерживал напор ее жизненной силы, всегда вызывал у него странное оцепенение. Ему казалось, что пуговицы на ее блузке - это крошечные спасатели, из последних сил удерживающие стихию.
- Я... я приготовил ужин, Бригитточка, - пролепетал он, стараясь не смотреть, как она распускает тяжелый узел волос.
Бригитта подошла сзади. Макроша почувствовал запах морозного воздуха и дорогих духов. Она положила тяжелые, теплые ладони ему на плечи и слегка сжала. Макроша пискнул.
- Ты такой податливый, Макрошенька, - прошептала она прямо ему в ухо, обжигая его своим дыханием. - Словно свежее тесто. Знаешь, что я делаю с тестом, когда оно капризничает?
- Раскатываешь? - предположил он, теряя волю к сопротивлению.
- Хуже. Я его мну. Долго. Тщательно. Пока оно не станет... абсолютно гладким.
Она развернула его к себе. Макроша уперся взглядом в ее массивную пряжку ремня. Бригитта взяла его подбородок двумя пальцами и заставила посмотреть вверх. В ее глазах плясали искры, которые не предвещали ничего хорошего для его опорно-двигательного аппарата, но сулили много интересного для всего остального.
- Иди в спальню, - скомандовала она низким грудным голосом. - Я сейчас переоденусь во что-нибудь... более рабочее. И мы займемся твоей осанкой.
- Но картошка... - предпринял последнюю попытку Макроша.
- Картошка подождет, - отрезала Бригитта, расстегивая верхнюю пуговицу. - А вот мое желание доминировать над пространством и временем - нет.
Макроша на неслушающихся ногах побрел в комнату. Он знал, что сейчас будет "массаж". Бригитта называла это "спортивной реабилитацией", но по факту это было нечто среднее между сеансом экзорцизма и вольной борьбой.
Через пять минут она вошла в спальню в коротком шелковом халате, который на ней смотрелся как кольчуга на амазонке. В руках она держала флакон с маслом.
- Ложись, - бросила она, и в этом слове было столько скрытой мощи, что Макроша рухнул на кровать еще до того, как его коснулись ее руки.
- Ох, Бригитточка, - выдохнул он, когда ее колено уперлось ему в поясницу. - Ты сегодня такая... масштабная.
- Молчи, крошка, - усмехнулась она, выливая холодное масло на его лопатки. - Сейчас я буду делать из тебя мужчину. Ну, или хотя бы что-то прямоходящее.
И в наступивших сумерках из квартиры Макроши еще долго доносились странные звуки: тяжелые вздохи, ритмичные хлопки и тоненькое, но вполне счастливое попискивание. Соседи снизу вздыхали: опять Бригитта затеяла перестановку мебели. И в каком-то смысле они были абсолютно правы.
*
Также читайте рассказ на Дзене: https://dzen.ru/a/aXQ9KME3IU53DmX9?sid=259548221144590635