Картер Ник
Задание: Перехват

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
  
  ГЛАВА ПЕРВАЯ
  
  Мерцающая синяя вода была кристально чистой, и я мог видеть колышущийся белый песок в глубинах тридцатифутовой лагуны. Я плыл за другим пловцом, держась на расстоянии, чтобы это выглядело случайно, если он вдруг решит оглянуться. Я наблюдал за полудюжиной полосатых желто-белых рыбешек, лениво сновавших вокруг скального образования. Затем мое внимание привлекла более крупная рыба, гладкая и ослепительно блестевшая в отраженном свете.
  
  Я повернулся, чтобы рассмотреть её — и как раз вовремя, чтобы перехватить лезвие ножа, нацеленное мне в спину.
  
  Я перевернулся, удерживая в легких последний глоток воздуха из трубки, и извивался всем телом, чтобы уклониться от нападавшего. Откуда, черт возьми, он взялся? Мне удалось перехватить его запястье, но нож уже полоснул по плоти моего плеча; вода вокруг окрашивалась в розовый цвет от моей крови. Я мельком увидел блеск темных глаз за маской, пока между нами кружились тысячи пузырей.
  
  Потребовались обе руки, чтобы разжать его хватку, и я с облегчением увидел, что нож выскочил и пошел ко дну лагуны. Но незнакомец потянулся к поясу и выхватил запасной.
  
  Мои легкие уже разрывались, когда он снова двинулся на меня — бросающийся вперед черный морской монстр в гидрокостюме и с аквалангом. Плотный шлейф пузырей тянулся за ним, пока он работал ластами, пытаясь зажать меня в тиски и утащить на глубину.
  СТРАНИЦА 8
  
  Если бы у него это вышло, мне конец. Если я не вынырну в ближайшее время, этому парню даже не придется пускать в ход нож. Он знал, что у меня практически не осталось воздуха, и маневрировал так, чтобы заставить меня плыть глубже, уходя от наносящего удары лезвия. Затем он оказался надо мной, отрезая единственный путь к спасению.
  
  Моя грудная клетка разрывалась от нехватки кислорода; кровь стучала в голове. Я был готов на всё, едва удерживаясь от того, чтобы не броситься прямо на него, рискнув подставить под нож.
  
  Я поплыл изо всех сил, мощными гребками пробивая себе путь сквозь воду. Мне не нужно было смотреть вверх. Я чувствовал, что он там — его темная тень следовала прямо за мной. Он ждал, когда я выберу, от чего умереть: от его ножа или от удушья.
  
  Я очень медленно выдыхал те крохи воздуха, что у меня оставались, дозируя каждый выпуск. Я должен был найти его уязвимое место, или я покойник.
  
  У меня оставался только один шанс. Извернувшись, я выхватил водолазный нож из ножен, закрепленных на ноге, и рванулся вверх. Ему потребовалась всего секунда, чтобы понять, что я задумал. Но эта секунда — всё, что мне было нужно. Я был гораздо маневреннее его, поскольку меня не сковывали эти тяжелые баллоны. Я вонзил лезвие ему в живот. Оно пробило резиновый гидрокостюм, но когда я попытался вильнуть в сторону, чтобы распороть его, как жирную рыбину, он ударил меня ногой и уклонился. В следующий миг он уже быстро уплывал, оставляя за собой расширяющийся след крови, смешивавшийся с моей в закрученной воде.
  
  Я пулей вылетел на поверхность, легкие буквально горели. Сдвинув маску и трубку в сторону, я жадно хватал ртом воздух, подставив лицо солнцу и глубоко дыша, пока держался на воде. К тому времени, как я заметил его след из пузырей, он уже выбрался из лагуны и огибал песчаную косу, отделявшую бухту от более глубокой воды, где на якоре стоял круизный лайнер.
  СТРАНИЦА 9
  
  Я осмотрел воду и ту часть пляжа, которую мог видеть, но никаких следов Тэслера не было.
  
  Я поплыл к берегу и рухнул на горячий песок, всё еще тяжело дыша. Порез на руке оказался не так уж плох — достаточно глубокий, чтобы сильно кровоточить, но ничего такого, что не зажило бы само по себе. Я крепко прижал рану, чтобы унять кровь; крупные сосуды повреждены не были, и кровотечение уже начинало стихать.
  
  «Боже правый! Что с вами случилось?!»
  
  Она была стройной и высокой, загорелой до медово-золотистого оттенка везде, где её не прикрывали крошечные лоскутки белого бикини — а возможно, и там, где прикрывали. Она вышла из пальмовых зарослей позади меня, держа в руке трубку, маску и ласты. Через плечо у неё была перекинута синяя пляжная сумка; она бросила её на песок, опускаясь рядом со мной на колени и убирая мои пальцы от раны.
  
  «Дайте мне взглянуть…» Она стерла красные потеки, изучая порез понимающими пальцами. «Он не глубокий», — сказала она.
  
  «Мммм». Мне не хотелось ей мешать.
  
  Она порылась в пляжной сумке, достала белый шарф и перевязала порез, затянув концы ровно с тем давлением, чтобы остановить кровь, но не перекрыть её доступ к пальцам. Я усмехнулся, когда она опустила мою руку и похлопала по ней.
  
  «Вот так сойдет. Это не похоже на порез о кораллы. Как вы это умудрились?»
  
  «Встретил острый камень», — сказал я.
  
  Ее глаза на ярком солнце казались обсидиановыми, зрачки сузились до точек. Она мне не поверила, но ответ приняла. «Вам не следует плавать в одиночку — это может быть опасно. Вы никогда не слышали о правиле напарника?»
  
  Я снова ухмыльнулся: «Да». Я взглянул на снаряжение, которое она бросила рядом со мной. «Похоже, вы тоже планируете немного понырять с трубкой. Мы могли бы попрактиковать то, что вы проповедуете».
  СТРАНИЦА 10
  
  «Вы думаете, вам стоит плавать с такой рукой?»
  
  «Ей уже лучше. Я как раз увлекся рыбами вон там, когда произошел этот несчастный случай».
  
  Она посмотрела на синюю гладь воды, слегка прищурившись от раскаленных белых лучей солнца, отражавшихся от песка. «Хорошо. Я так много слышала об этой лагуне, что не хочу упускать шанс её опробовать».
  
  Она поднялась на ноги, послюнявила маску и протерла стекло. К тому времени, как я надел свое снаряжение, она была уже в двадцати футах от берега, шлепая ластами по мелководью. Она повернулась, когда я догнал её, улыбнулась, прежде чем вставить загубник на место, и поплыла.
  
  Я лениво следовал за ней, наблюдая, как её длинные ноги мелькают в пронизанной солнцем синеве. Время от времени она жестом указывала на проплывающих под нами рыб.
  
  За ней было легко следовать, и я стал в этом деле экспертом. В конце концов, я занимался этим уже почти двадцать четыре часа.
  
  Иногда Хоук подбрасывает задания, в которых есть приятные стороны — или, в данном случае, изгибы. Это было как раз из таких. Мария Фуэнте стала неожиданным бонусом в той задаче, которую Хоук вручил мне три дня назад.
  
  Я был полностью готов к старому доброму, полноценному отдыху после своего последнего дела, которое помотало меня по половине земного шара и ставило на грань смерти чаще, чем мне того хотелось. Но когда Дэвид Хоук сказал, что я отправляюсь во Флориду и на Карибы, я понял, что он имел в виду вовсе не отпуск. Всякий раз, когда меня вызывали в его вашингтонский офис, задание оказывалось высшим приоритетом и строжайшей тайной.
  
  Он сидел за серым металлическим столом, побарабанивая пальцами по полированной поверхности, чего почти никогда не делал. Обычно он был холодным как сталь и примерно таким же мягким. Его глаза смотрели на меня сурово, будто он ожидал от меня готовых результатов еще до того, как изложил суть проблемы.
  СТРАНИЦА 11
  
  «Вы слышали о новой ракете К-IV?»
  
  Я кивнул. Это было новейшее оружие сухопутных войск США — межконтинентальная баллистическая ракета, работающая на недавно разработанном твердом топливе, которое обещало большую дальность и точность, чем у всех её предшественниц. На мысе Канаверал было проведено несколько испытательных пусков в отсутствие прессы и без утечки информации, но ходили слухи, что никто из высшего руководства не остался недоволен. К-IV имела успех, пусть об этом и не объявлялось публично.
  
  «За последний месяц было проведено два испытательных пуска», — сказал Хоук. — «До тех пор каждая ракета ложилась точно в цель, в пределах десяти футов от центра мишени согласно предустановленным системам наведения. Три недели назад К-IV должна была пройти финальное испытание перед запуском в серийное производство. Если бы оно оказалось столь же успешным, как и все остальные, Министерство обороны было готово заказать их в количестве, достаточном для обеспечения всей береговой обороны». Хоук сложил пальцы домиком, и у края его рта дернулся нервный тик. «Она отклонилась от цели на четырнадцать миль».
  
  «У каждого может быть неудачный день», — заметил я.
  
  Его это не позабавило. «Был назначен еще один запуск, и на этот раз всё проверили и перепроверили дважды, чтобы убедиться, что автопилот и звездные датчики находятся в идеальном рабочем состоянии. Наземное радарное сопровождение показывало, что после прохождения пика своей дуги траектории ракета шла тютелька в тютельку. Не было никаких причин, по которым она не должна была опуститься точно в цель, и практически не существовало способа промахнуться, как только она вышла на финальную траекторию захода. Но она сошла с курса и врезалась в советское грузовое судно в сорока милях от зоны цели. Невозможно, но это случилось».
  СТРАНИЦА 12
  
  «Сорок миль — это солидный промах», — сказал я.
  
  Он кивнул. «Ракета была без боевой части, но она пропахала брешь, достаточную для того, чтобы нанести судну значительный ущерб. Русские начали поднимать шум, заявляя, что это не было случайностью».
  
  «Что-нибудь еще?»
  
  «Наши люди на мысе говорят, что управление перехватил какой-то внешний источник». Он подался вперед. «Три дня назад невооруженная советская ракета поразила наш корвет ВМС в ста милях от Доминиканской Республики. Красные теперь скармливают нам нашу собственную историю — несчастный случай, который они не могут объяснить».
  
  «Высшие чины считают это ответной мерой?»
  
  Он покачал головой. «Не тогда, когда это дает нам возможность взглянуть на то, чем они занимались в ракетной гонке. Русские чертовски расстроены тем, что мы вообще узнали о существовании у них той конкретной штучки, которая поразила наш корабль. Это одна из их новейших моделей, и проект был совершенно секретным. Это был всего лишь второй запуск. По словам нашей поисково-спасательной группы, которая изучила то, что от нее осталось, ракета весьма впечатляющая».
  
  Он сделал паузу. «Кто-то нашел способ обнаруживать и перенаправлять ракеты прямо в воздухе. Если кто-то решит оснастить одну из них боеголовкой, это может стать началом Третьей мировой войны».
  
  Он посмотрел на меня. «Сам Шеф просил именно тебя на это дело, Ник».
  
  Когда Сам просит прислать Киллмастера N3 на задание, это означает, что горячая линия уже разрывается от звонков. И это значит, что Хоук собрал по крупицам всю доступную информацию и готов вручить мне готовое досье.
  
  «Когда первая ракета сошла с курса, один из ученых-ракетчиков на мысе по имени Харви Тэслер выдвинул теорию, что электронный перехватчик вывел из строя предустановленную систему и взял управление на себя с помощью командных сигналов. Тэслер сам работал над подобным устройством, но его сняли с…»
  
  
  .
  
  
  
  СТРАНИЦА 12
  
  — Сорок миль — это серьезный промах, — сказал я.
  
  Он кивнул.
  
  — Ракета была без боевой части, но она пробила брешь, достаточную для того, чтобы нанести судну значительный ущерб. Русские начали поднимать шум, заявляя, что это не похоже на несчастный случай.
  
  — Что-то еще?
  
  — Наши люди на мысе утверждают, что контроль над ней был перехвачен каким-то внешним источником. — Он подался вперед. — Три дня назад невооруженная советская ракета поразила наш корвет Военно-морских сил в ста милях от Доминиканской Республики. Красные теперь скармливают нам нашу же собственную версию — несчастный случай, который они не могут объяснить.
  
  — Высшее руководство считает это ответной мерой?
  
  Он покачал головой.
  
  — Только не тогда, когда это позволяет нам заглянуть в то, чем они занимались в ракетной гонке. Русские чертовски расстроены даже из-за того, что мы узнали о существовании той конкретной штучки, которая поразила наш корабль. Это одна из их новейших моделей, и проект был совершенно секретным. Это был всего лишь второй её запуск. По словам нашей поисково-спасательной команды, которая исследовала то, что от неё осталось, техника весьма впечатляющая.
  
  Он сделал паузу.
  
  — Кто-то нашел способ обнаруживать и перенаправлять ракеты прямо в воздухе после запуска. Это может стать началом Третьей мировой войны, если кто-то решит оснастить одну из них боеголовкой.
  
  Он посмотрел на меня.
  
  — Сам Шеф просил прислать на это дело именно тебя, Ник.
  
  Когда Шеф вызывает на задание Киллмастера N3, это означает, что «горячая линия» уже раскалена докрасна. И это значит, что Хоук уже собрал по крупицам всю доступную информацию и готов вручить мне готовое досье.
  
  — Когда первая ракета сошла с курса, один из ученых-ракетчиков на мысе, человек по имени Харви Таслер, выдвинул теорию, что электронный перехватчик вывел из строя предустановленную систему и взял управление на себя с помощью командного наведения. Таслер и сам работал над подобным устройством, но его перевели на сверхприоритетные исследования в области твердого топлива — это его специализация. Он разработал нынешнее топливо для К-IV и работал над новым, которое должно было утроить дальность полета наших ракет.
  
  — Работал?
  
  — Возникли осложнения, — пояснил Хоук. — Пару недель назад у Таслера случился легкий сердечный приступ. Он провел десять дней в больнице, но врачи говорят, что никаких необратимых повреждений нет. Он должен быть как новенький, но сам Таслер утверждает, что не может ничего вспомнить или удержать в голове мысли. Он подал заявление на длительный отпуск по болезни.
  
  — Это не выглядит чем-то из ряда вон выходящим. Люди восстанавливаются с разной скоростью. Кому-то требуется больше времени, кому-то меньше.
  
  — Таслер симулирует — врачи в этом уверены. Все медицинские тесты показывают, что он в порядке. Его энцефалограммы не показывают абсолютно никаких изменений со времени приступа. Он просто не хочет возвращаться к работе над проектом и не хочет говорить о нем. Он скрывает что-то важное.
  
  
  СТРАНИЦА 13
  
  Хоук ввел меня в курс дела относительно личной жизни Таслера: пятьдесят три года, рост пять футов десять дюймов, волосы с проседью; вдовец, единственная дочь живет в Париже с тех пор, как окончила учебу; алкоголем не злоупотребляет, в связях с азартными играми или наркотиками не замечен. Таслер имел допуск наивысшего уровня секретности и всегда занимался исключительно своим делом; он был в хороших отношениях с коллегами по работе на мысе и состоял в нескольких профессиональных ассоциациях. На своей нынешней должности он проработал восемь лет, получил два повышения и зарабатывал вполне комфортные 35 000 долларов в год. Свой отпуск он обычно совмещал с поездками на различные научные конференции или отправлялся в Париж навестить дочь. Если у него и была бурная сексуальная жизнь, он вел её крайне осмотрительно; постоянных женщин в его жизни не появлялось. Он жил один в доме с двумя спальнями в районе для среднего класса в Коко-Бич. Пожилая женщина, имеющая собственную семью из четырех человек, вела у него хозяйство, приходя для уборки, закупки продуктов, готовки и других домашних дел в период с часа до девяти вечера. Завтрак Таслер готовил себе сам, на работу ездил на трехлетнем «Бьюике Электра». Он был полностью застрахован на случай госпитализации и не имел никаких невыплаченных долгов.
  
  Уже через час я сидел в самолете, летящем в Коко-Бич, имея при себе фотографии дома Таслера, и прибыл как раз вовремя, чтобы увидеть, как он ловит такси до аэропорта. Я последовал за ним, и еще через час мы оба уже находились на борту коммерческого реактивного лайнера, летящего на Косумель — курортный остров у побережья Юкатана. Я сидел на пять рядов позади него.
  
  В аэропорту Таслер взял такси и заселился в отель «Эль Кастильо», одно из тех шикарных новых зданий, что выросли вдоль белоснежного песчаного пляжа. Он устроился там как человек, приехавший подлечить здоровье на отдыхе: держался особняком и проводил большую часть времени на пляже или в воде.
  
  Если не считать девицы.
  
  Я увидел её, когда она загорала на солнце; она была из тех женщин, которых трудно не заметить. Тот факт, что она следит за Таслером, я зафиксировал почти в ту же секунду, как обратил внимание на высокую, полную линию её груди, едва прикрытую розовым бюстгальтером-бикини. Она действовала профессионально, но я был профессиональнее. С этого момента я держал под наблюдением их обоих.
  
  Она подошла к нему ближе к вечеру. Таслер никогда не видел её раньше, в этом я был уверен. Она расстелила полотенце и вытянулась рядом с ним, заговорив тихим голосом, пока Таслер не кивнул. Она явно сделала ему какое-то предложение, и, судя по выражению его лица, оно вовсе не носило романтический характер.
  
  С этого момента она не отходила от него ни на шаг. Он шел плавать —
  СТРАНИЦА 14
  
  — она плыла следом. Когда он заходил в бар, она шла туда же. И когда он поднимался к себе в номер, она отправлялась вместе с ним.
  
  Несмотря на свой приоритетный уровень допуска, я не стал пускать в ход связи и полномочия, чтобы получить номер по соседству с Таслером. Возможно, стоило бы. Это могло бы предотвратить появление пореза на моей руке, если бы я заранее знал, что они меня раскусили.
  
  Утром в день нападения эта парочка записалась на однодневный круиз в стиле «Робинзон Крузо». Лодка была из тех чартерных посудин, которые отели вдоль побережья предоставляют своим гостям пару раз в неделю. Капитан — старик с кожаной кожей и почти без зубов — управлял судном, пока двое молодых мексиканцев ныряли за раковинами конч, били гарпунами груперов и морских ушек, а также ловили лобстеров для обеда на берегу.
  
  Таслер и Мария Фуэнте всю дорогу до места провели на верхней палубе, обмазываясь лосьонами и впитывая солнечные лучи. Я оставался на нижней палубе в тени, натянув шляпу на самые глаза. Если кто-то еще на лодке и знал эту пару, то никаких контактов они не устанавливали.
  
  Когда мы бросили якорь в пятистах ярдах от рифа, образующего бухту, я сошел на берег в одной шлюпке с Таслером и девушкой. И когда Таслер в одиночку отправился плавать с трубкой в лагуну, я последовал за ним.
  
  Не было никаких признаков того, что за нами наблюдают, и я позволил себе убаюкаться мыслью, что мне не о ком беспокоиться, кроме Таслера и девицы. Я не учел, что вдоль побережья могут ходить и другие круизные лодки. Заметила ли Мария Фуэнте, что я слежу за ней, и навела ли кого-то на мой след? Или меня узнали, когда я сходил с самолета? Если кто-то вел наблюдение за Таслером, меня вполне могли засечь. Безусловно, существовала чертовски веская причина, по которой Таслер прилетел на Косумель, — и если это имело те самые последствия, о которых думал Хоук, то я сражался вслепую против врага, который мог просчитать меня с самого начала. Я провел достаточно опасных миссий по всему миру для AXE, так что мое лицо и приметы были постоянной частью подготовки по выживанию для вражеских агентов.
  
  
  СТРАНИЦА 15
  
  Вторую такую ошибку я совершать не собирался.
  
  Теперь Таслер исчез, и парень в водолазном снаряжении тоже пропал. Остались только я и эта девушка.
  
  Мы плавали еще минут двадцать или около того, прежде чем она сдвинула на лоб маску и сказала:
  
  — Думаю, нам пора возвращаться. Должно быть, уже время обеда.
  
  Мы повернули к берегу. Таслера по-прежнему нигде не было видно.
  
  Я задержался на мелководье, чтобы снять ласты. Она уже стояла на пляже, бросив снаряжение на песок и вытираясь полотенцем. Я не мог с уверенностью сказать, было ли это великолепное демонстрирование её фигуры устроено специально для меня, или же это было неосознанное позирование женщины, которая знает, что она прекрасна. В любом случае, я уделил этому зрелищу то внимание, которого оно заслуживало.
  
  — Кажется, я видела вас вчера в отеле? — спросила она, когда мы возвращались через пальмовую рощу к хижинам, где двое лодочников и сморщенный старик в обрезанных белых брюках и майке наводили последние штрихи на обед. Горячий бриз разносил аромат поджаренной рыбы.
  
  — Я прилетел полуденным рейсом.
  
  — Ваша первая поездка на Косумель?
  
  — Да. — Это было не совсем правдой, но мне хотелось посмотреть, как далеко она зайдет в своей игре в невинность. Я огляделся по сторонам, где остальные участники круиза рассредоточились небольшими группами, ожидая приглашения к обеду под соломенными навесами, затенявшими длинные столы и скамейки. В нескольких сотнях ярдов от нашей стояла на якоре вторая круизная лодка. Это давало как минимум два места, откуда мог появиться — и куда мог вернуться — парень, напавший на меня в лагуне.
  
  Мария оглядывалась по сторонам, словно высматривая…
  СТРАНИЦА 16
  
  …Таслера. На её лице появилось легкое выражение беспокойства, хотя она очень старалась скрыть его за улыбкой, когда снова повернулась ко мне.
  
  — Мой друг… мужчина, с которым я приехала… — начала она, оглядывая пляж. — Я не вижу его.
  
  — Тот парень, который ушел плавать с трубкой незадолго до нас? — спросил я. — Наверное, он всё еще там. Лагуна довольно большая.
  
  — Нет, он ушел раньше нас, — настойчиво произнесла она, и в её голосе прорезались резкие нотки. — Он должен был вернуться к настоящему времени. Он не из тех, кто опаздывает к обеду.
  
  Она направилась обратно к пляжу, и я пошел вместе с ней. Мы встали у кромки воды, всматриваясь в лагуну. Вода была спокойной, гладкой и совершенно пустынной. Единственным движением на воде были легкие волны, разбивавшиеся о риф в полумиле от нас.
  
  — Может, он вернулся на лодку? — предположил я.
  
  — Нет. Я видела, как он пошел в эту сторону.
  
  Она повернулась и пошла вдоль берега, выкрикивая его имя: «Харви! Харви!»
  
  Её голос разносился над водой, но ответом ей был лишь шум прибоя. Я шел рядом с ней, делая вид, что разделяю её беспокойство, хотя на самом деле мой мозг лихорадочно работал. Если Таслер исчез, это означало, что парень в гидрокостюме выполнил свою задачу. Но какова была эта задача? Убить его? Или похитить? Если бы его хотели убить, тело уже качалось бы на волнах лагуны или пошло ко дну. Тот факт, что тела не было, говорил в пользу похищения.
  
  Но как можно похитить человека из закрытой лагуны на глазах у всех?
  
  Ответ был очевиден: через вторую круизную лодку. Парень в акваланге мог оттащить Таслера под водой к лодке или к катеру, ожидавшему за рифом.
  
  — Нам нужно сообщить капитану, — сказал я, беря её за локоть. — Пусть свяжется по рации с берегом или с другими лодками.
  
  Она резко повернулась ко мне, и на мгновение в её обсидиановых глазах мелькнуло что-то похожее на панику. Не панику женщины, потерявшей спутника, а панику агента, у которого ситуация вышла из-под контроля.
  
  — Да, — быстро проговорила она. — Да, конечно. Нам нужно поторопиться.
  
  Мы побежали обратно к хижинам. Обед уже был подан, и остальные туристы весело рассаживались за столами, не подозревая, что прямо у них под носом разыгрывается международная шпионская драма.
  
  Капитан нашей лодки стоял у плиты, беседуя со стариком-поваром. Когда мы подбежали и Мария, задыхаясь, объяснила ситуацию, он лишь пожал плечами и выплюнул струю табачного сока на песок.
  
  — Люди часто заплывают слишком далеко, сеньорита, — сказал он по-английски с сильным акцентом. — Скоро вернется. Обед остынет, тогда и придет.
  
  — Вы не понимаете! — взорвалась Мария, теряя самообладание. — Его нет в воде! Его нигде нет!
  
  Я вмешался, придав своему голосу твердость:
  
  — Капитан, проверьте, не поднимался ли кто-нибудь на вторую лодку. И свяжитесь с отелем. Мужчина болен, у него слабое сердце. Если с ним что-то случилось в воде, дорожна каждая минута.
  
  Упоминание болезни и возможной ответственности подействовало на капитана отрезвляюще. Он кивнул и направился к своей лодке, чтобы воспользоваться рацией.
  
  Мария стояла, скрестив руки на груди, её плечи мелко дрожали. Она больше не изображала соблазнительную пляжную красотку. Сейчас она была натянута как струна.
  
  — Пойдемте присядем, — мягко сказал я, увлекая её к одному из пустых столов. — Капитан во всем разберется.
  
  Она послушно пошла за мной, но как только мы сели, она повернулась ко мне и в упор спросила:
  
  — Кто вы такой на самом деле?
  
  
  СТРАНИЦА 17
  
  
  
  — Что случилось с парнем, с которым вы были? — спросил я.
  
  Она попыталась изобразить полную невинность:
  
  — Я одна.
  
  — Но вы же сидели с ним всю дорогу сюда. Я думал, вы вместе.
  
  — О, вы имеете в виду Харви Таслера. — Она качнула головой, и её блестящие черные волосы рассыпались по плечам. Они так отливали глянцем, словно их никогда и не мочила морская вода.
  
  — Так вот как его зовут?
  
  Она кивнула, полуулыбаясь:
  
  — Я только вчера с ним познакомилась, и сегодня мы просто оказались вместе на этом круизе. Это вряд ли можно назвать «быть вместе». — Она одарила меня взглядом, который ясно давал понять, что моя компания кажется ей куда более интересной.
  
  Я сбросил свое водолазное снаряжение рядом с ней:
  
  — В таком случае, не поужинаете ли вы со мной сегодня вечером?
  
  Ее темные глаза округлились:
  
  — С удовольствием. В отеле?
  
  Я покачал головой:
  
  — Я думал о Сан-Мигеле. Он живописный, тихий, и там есть несколько хороших ресторанов. Заодно это даст нам возможность немного осмотреть остров.
  
  — Хорошо.
  
  Обед оказался восхитительным: приготовленная рыба, холодный салат из ракушек-конч и лобстера, сбрызнутый лимонным соком и приправами, зеленый салат, хлеб, свежие фрукты и холодное пиво, которое привезли из отеля в огромных переносных холодильниках. Я успел нагулять нешуточный аппетит. Мы ели, сидя за одним из длинных столов в окружении смеющихся и болтающих туристов, прибывших на двух лодках. Харви Таслера среди них не было.
  
  Он не объявлялся до тех пор, пока лодочники не упаковали всё снаряжение, а шлюпки не поплыли обратно к круизным судам. Таслер вышел из зарослей низкого кустарника и согнутых пальм с таким видом, словно просто отлучился на минутку, — вот только лицо его было бледным,
  СТРАНИЦА 18
  
  …а вокруг его глубоко посаженных глаз появилось новое, напряженное выражение. Он кивнул Марии, но не подошел, чтобы заявить на нее свои права. Нашу шлюпку он проигнорировал и остался ждать следующую.
  
  Когда мы добрались до отеля, Мария взяла меня под руку, пока мы шли по пирсу. Всё выглядело так, словно её работа с Таслером была окончена, и её новым заданием стал я.
  
  Проводив её до номера, я спустился вниз и забрал сверток, который оставил в сейфе отеля.
  
  У себя в номере я развернул Вильгельмину, Хьюго и Пьера. В плавательном снаряжении взять их с собой было невозможно, а мне не хотелось рисковать тем, что их могут умыкнуть в мое отсутствие.
  
  Я критически осмотрел комнату. Здесь был обыск. Ни одна вещь не была сдвинута больше чем на долю дюйма, но слишком много предметов поменяли свое положение, чтобы списывать это на любопытство горничной. Я тщательно проверил весь номер. Ничего не пропало и ничего не добавилось.
  
  Как только я принял душ и оделся, я закрепил кожаные ножны для стилета на руке в таком положении, чтобы он падал мне прямо в ладонь по взмаху запястья, пристегнул подмышку кобуру с Люгером и прикрепил пластырем Пьера — миниатюрную газовую бомбу — к верхней части бедра. Сегодня днем я едва не попался в ловушку. Больше я этого не допущу.
  
  
  
  ГЛАВА ВТОРАЯ (СТРАНИЦА 19)
  
  Я постучал в дверь Марии за десять минут до назначенного времени. Она открыла, завернутая в полотенце, и капли воды всё еще блестели на её смуглой коже. В её глазах сквозило предвкушение и забава.
  
  — Вы рано… — Она отступила назад и закрыла дверь. Улыбаясь, она прислонилась к ней спиной и посмотрела на меня. Мгновение спустя она отпустила полотенце и позволила ему соскользнуть на пол.
  
  — Пунктуальность — это добродетель, — сказал я, позволяя своему взгляду скользить по полной, золотистой зрелости её обнаженного тела. Без бикини она казалась еще выше, и я оказался прав — загар не прерывался. Она была бронзовой богиней.
  
  Жалюзийные окна были приоткрыты под углом, чтобы задерживать свет, но впускать воздух. Прохладные тени двигались по её стройному телу и темным волосам, когда она звенящей, манящей походкой направилась ко мне — приглашение читалось в каждом её движении. В следующий миг она оказалась в моих объятиях, её влажное тело было теплым и крепким против моего. Ее губы приоткрылись, и розовый кончик языка приветствовал мой поцелуй.
  
  — Я знала, что всё будет именно так, — выдохнула она, когда наконец оторвала свой рот от моего. — Я поняла это в ту самую секунду, как увидела вас на пляже…
  СТРАНИЦА 20
  
  — …а я-то думал, вы строите из себя Флоренс Найтингейл. — Мои руки уже исследовали её гладкую спину и мягкие округлости ягодиц. Она снова нетерпеливо прижалась всем телом ко мне, увлекая за собой.
  
  Она мягко высвободилась и повернулась к прикроватной тумбочке. Вытряхнув две сигареты из пачки, она поднесла их к губам и щелкнула маленькой золотой зажигалкой. Улыбаясь, она протянула одну мне, а сама откинулась на кровать, слегка приподняв ноги, чтобы подразнить меня открывающимся видом. Я затянулся дымом и начал раздеваться.
  
  Она лежала с полузакрытыми глазами, время от времени покачивая бедрами, напоминая, что она ждет. Мне удалось скинуть плечевую кобуру вместе с сирсакеровым пиджаком и бросить их на стул. С Хьюго и Пьером возникло чуть больше сложностей. Я присел на край кровати и принялся ласкать Марию. Мы курили в молчании, пока я сжимал в ладони одну из её прекрасных упругих грудей и очерчивал пальцами темный сосок. Она втягивала дым и медленно выпускала его, нащупывая пепельницу на тумбочке. Ее глаза закрылись, когда я опустил руку по нежной коже к её бедрам. Она тихо застонала и позволила коленям раздвинуться. Я сделал последнюю затяжку и бросил сигарету в пепельницу.
  
  Я наклонился и осыпал её поцелуями, ведя чувственную дорожку и отвлекая её внимание, пока сам расстегивал кожаные ножны и бесшумно спускал Хьюго на пол. Следом за стилетом я отцепил и положил Пьера. Секундой позже я набросил сверху свою рубашку, закрывая их, и тогда Мария уже сама протянула ко мне руки.
  
  — Ник…
  
  Она выгнула спину, подаваясь мне навстречу, обвила руками мою шею и увлекла вниз.
  
  — Ник… не заставляй меня ждать…
  
  Ее стройные ноги обвили меня, словно ножницы, притягивая к себе. Ее дыхание взрывалось теплыми толчками мне в лицо. Я накрыл её жадный рот, пока её язык метался и исследовал мой. Ее груди были напряженными и требовательными, и я чувствовал, как всё её тело дрожит от возбуждения и страсти. Она застонала и вонзила ногти мне в спину, приподнимая бедра, чтобы отдаться.
  СТРАНИЦА 21
  
  Я придвинулся к ней, медленно входя в неё и глядя, как её обсидиановые глаза тлеют, словно раскаленные уголья. Она дышала ртом, ловя воздух губами, когда я завершил воссоединение и начал двигаться в ней.
  
  — О, да…
  
  И тогда мы зазвучали в идеальной гармонии. Ее тело взмывало и опускалось в такт моему, принимая и отдавая. Я наблюдал за экстатическим выражением её лица, видел розовый кончик языка, мелькавший за безупречными зубами. Мое возбуждение начало подстраиваться под её ритм, пока она слепо терлась о мое тело, касаясь и ища новых граней наслаждения, извиваясь подо мной.
  
  Ее дыхание оборвалось мучительным криком, она уперлась руками в кровать, впиваясь в неё ногтями.
  
  — Да… о боже… да…
  
  Давление внутри моей головы превратилось в дробь барабанов. Ее лицо расплылось перед глазами, когда она резко вскинула голову, и её темные волосы взметнулись в воздухе. Мое тело захлестнуло огромной волной жара и вожделения — волной, которая затягивала меня в глубины, откуда не было спасения. Я пытался думать, пытался сосредоточить свой разум на физических действиях моего тела, понимая, что испытываю нечто, что не было результатом одного лишь сексуального желания. Я перебывал с достаточным количеством женщин, чтобы знать все взлеты и падения собственной страсти.
  
  В секунды последовавшего за этим слепого взрыва я уже ничего не мог контролировать. Я едва осознавал лицо Марии под собой — её темные глаза теперь смотрели пристально и выжидающе.
  
  Что-то щелкнуло глубоко в моем мозгу; какой-то инстинкт предупредил меня, что меня накачали наркотиком, достаточным, чтобы притупить мои чувства и лишить связи с реальностью. Краями зрения я уловил вспышку стали — её рука внезапно метнулась вперед.
  СТРАНИЦА 22
  
  Я повалился на нее и перекатился вбок, навалившись всем своим весом на её руку с ножом и прижимая её к кровати, чтобы она не могла вонзить лезвие мне в спину.
  
  Она тихо выругалась, обнажив зубы, её губы отпрянули назад, и она изо всех сил попыталась дотянуться до ножа другой рукой. Я почувствовал, как кончик лезвия полоснул меня по плечу, когда она закричала:
  
  — Хосе!
  
  Я услышал, как открылась дверь и кто-то вошел. Незваный гость изо всех сил старался идти бесшумно, и эта его осторожность подарила мне те несколько лишних секунд, которые требовались, чтобы запустить работу мозга. Я набрал воздуха в легкие, чтобы избавить их от того, что она подмешала в сигарету.
  
  Я вслепую оттолкнулся от нее и скатился на пол. Не теряя инерции движения, я нырнул под кровать, нащупывая Хьюго и Пьера там, куда я задвинул их с глаз долой. Матрас заскрипел и качнулся — Мария соскочила на пол.
  
  — Возьми его! — яростно прошептала она. Ее босые ноги стремительно бросились прочь от кровати.
  
  Под пружинами было не так много места, но я лег плашмя и подобрался к самому краю, насколько осмелился. Мне были видны ноги в открытых сандалиях с ремешком между пальцев, его кожа казалась темной на фоне белых брюк. Он находился менее чем в ярде от меня. Зажав стилет в руке, я затаил дыхание и стал ждать.
  
  Он двигался мягко, подбираясь ближе, чтобы заглянуть под кровать и обнаружить меня. Уродливое рыло пистолета, оснащенного глушителем, появилось в поле зрения еще до того, как показалось его лицо.
  
  Я проскользнул боком, чтобы освободить из-под кровати свою метательную руку, сбалансировал Хьюго и одним быстрым движением, не оставлявшим права на ошибку, отправил его на смертоносное задание. Глаза парня округлились, а палец нажал на спусковой крючок.
  
  Но Хьюго уже вибрировал в его горле,
  СТРАНИЦА 23
  
  …покрываясь бурлящим потоком крови. Парень захрипел и попытался схватить стилет. Его палец дернулся на спусковом крючке пистолета в последней рефлекторной судороге перед смертью.
  
  Пуля врезалась в матрас прямо надо мной. Я рывком выбрался из-под кровати. От девушки не было слышно ни звука; у нее всё еще мог оставаться нож или даже пистолет. Я пополз к стулу, где лежали мои пиджак и оружие. Я потянулся вверх, стаскивая их на пол и не поднимая головы.
  
  Тихий шум волн у берега звучал обманчиво мирно, пока я лежал, прижавшись к полу, и осматривался. Марии в комнате не было.
  
  Дверь ванной оказалась закрыта. Чертыхаясь, я вскочил и бросился к ней. Заперто. Я отступил назад и навалился на нее плечом. Замок поддался с третьей попытки, но комната была пуста — окно и москитная сетка были распахнуты.
  
  Окно выходило на изгиб подъездной дорожки отеля. Я высунулся, глядя вниз. Вдоль асфальта тянулся ряд арендованных машин и моторных скутеров, но маленький красный «Фольксваген» уже вздымал облако серой, как пороховой дым, пыли, вылетая с дорожки и с заносом выруливая на шоссе, набирая скорость. Я успел мельком заметить номерной знак и темные волосы Марии, развевающиеся по ветру, пока машина, казалось, накренилась на два колеса, но затем выровнялась. Через пару секунд она скрылась из виду.
  
  Я вернулся к убитому и перевернул его ногой. Он был невысоким и смуглым, с миндалевидными, невидящими, уставившимися в пустоту глазами. На нем была цветастая спортивная рубашка и мятые белые брюки; его рука всё еще скребла по горлу, где он пытался вытащить Хьюго.
  
  Вытерев Хьюго о пропитанную кровью рубашку, я вернул его в ножны на руке. Оставив калибр .38 лежать там, где он упал, я оделся и выскользнул из номера.
  СТРАНИЦА 24
  
  Арендованная мной машина ждала меня, и через несколько минут я уже сидел в ней, направляясь в Сан-Мигель. У нас с Марией оставались кое-какие незавершенные дела.
  
  Красного «Жука» нигде не было видно на главной улице. Сан-Мигель оказался одним из тех сонных городков с картинок на почтовых открытках, со старомодными уличными фонарями и широким бульваром из величественных пальм прямо посреди авеню. В магазинах горел свет, и нетерпеливые торговцы завлекали туристов в свои лавки.
  
  Туристов было легко узнать по их псевдоюкатанским нарядам и обгоревшим на солнце лицам. Женщины носили белоснежные уипили с яркой вышивкой по краям, демонстрируя загорелые бедра вместо длинных кружевных нижних юбок, которые носили местные женщины. Повсюду были мужчины в прогулочных шортах, рубашках-гуаябера и широких соломенных шляпах, с фотоаппаратами, болтающимися на шеях.
  
  В конце города я быстро развернулся и поехал обратно, чтобы изучить боковые улочки. Они были тихими и безлюдными; изредка пробивающийся свет указывал на припаркованный автомобиль, да короткие обрывки музыки доносились из открытых дверей и окон. «Фольксвагена» я нигде не обнаружил.
  
  Я направился обратно к заливу. Силуэты десятков рыбацких лодок четко вырисовывались на фоне угасающего заката. Полосы густого серого цвета уже обозначили горизонт, и скоро должно было совсем стемнеть.
  
  Я припарковал машину и осмотрел причал. Там кипела тихая деятельность — рыбаки возились с сетями и снастями, готовя свои суда к следующему дню. С одной стороны пирса находилась парковка, и я смог различить смутные очертания нескольких машин. Парочка из них имела знакомый силуэт «Жука», который явно предпочитали агентства по прокату на острове.
  
  Оставив машину, я скользнул в тень, следуя за...
  СТРАНИЦА 25
  
  …изгибом береговой линии. Я нашел её машину между древним «Фордом» и песчаным багги неподалеку от причала. Она не оставила бы её здесь, если бы не направилась на пирс.
  
  На этой стороне острова прибоя не было, так как она была обращена к материку. Тихие волны шлепали по сваям пирса и шептались на песке. Я засунул руки в карманы и пошел по причалу, стараясь выглядеть как любопытный турист. Я изучал каждую лодку, где горели огни или виднелись признаки жизни. Я остановился и заговорил с мужчиной, поднимавшим тяжелую сеть:
  
  — Я ищу свою жену — высокая, длинные темные волосы. Вы не видели её?
  
  Он ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами:
  
  — Си, несколько минут назад. — Он указал в сторону конца причала.
  
  — Грасиас. — Я побрел дальше, оглянувшись назад, но он уже тащил сеть к берегу, даже не удостоив меня вторым взглядом.
  
  Лодка на самом конце пирса ничем не отличалась из остальных, но мои чувства обострились, когда я уловил тихий звук голосов. В каюте горел свет, и кто-то прошел мимо окна.
  
  Мой светлый пиджак делал меня легкой мишенью для любого, кто вел наблюдение, но времени беспокоиться об этом сейчас не было. Пригнувшись, я преодолел последние двенадцать футов причала и остановился, чтобы оглядеться. Рыбацкая лодка покачивалась на волнах в паре футов от обитых свай, плавно двигаясь вверх и вниз, привязанная с носа и кормы. Я дождался, пока лодка поднимется на волне, и бесшумно спрыгнул в нее.
  
  Я оказался на корме, посреди смотанных канатов и скомканных сетей, пахнущих рыбой и морем. Выпутавшись, я пополз к каюте, поглядывая на пирс справа от себя на предмет любых признаков движения. Волны шлепали по корпусу, и время от времени лодка с глухим стоном и звуками, похожими на треск дерева, билась о сваи. Но даже сквозь этот шум я отчетливо слышал голоса — и один из них я узнал. Мария была на борту.
  СТРАНИЦА 26
  
  Она говорила сердито:
  
  — Он будет здесь, перестань торчать и волноваться! Я же сказала тебе, что по-другому было нельзя. Мне пришлось прийти первой. — Ее голос то удалялся, то звучал громче, словно она мерила шагами комнату, прохаживаясь взад-вперед.
  
  Я подобрался ближе и прижался к дереву прямо у большого квадратного окна. Я улавливал каждую интонацию. Мужской голос, отвечавший Марии, был грубым и злым:
  
  — А если Картер последует за ним? Ты была дурой, что оставила его в живых!
  
  — И что, по-твоему, я должна была сделать?! — выплюнула она слова.
  
  Мужчина зарычал, и что-то ударилось о дерево; судя по всему, он швырнул какой-то предмет, чтобы излить свой гнев. Я приподнял голову и рискнул заглянуть в каюту. Мужчина стоял ко мне спиной, но Мария ходила из угла в угол, яростно затягиваясь сигаретой и злобно хмурясь.
  
  Звук автомобильного двигателя на дальнем конце причала заставил меня оглянуться. Мужчина в темных брюках и спортивной рубашке выбирался из такси, его лицо на мгновение осветилось, когда водитель давал сдачу.
  
  Это был Харви Таслер.
  
  Он шел по причалу, оглядываясь назад, чтобы проверить, не следит ли кто за ним. Он был один и шел на встречу с Марией и её друзьями по собственной воле. Интересно… и загадочно.
  
  Остальные на лодке тоже услышали машину, и на палубе появились две фигуры. Я пригнулся пониже, когда один из них включил фонарик и жестом приказал другому спустить трап.
  
  Таслер колебался, пока коренастый мужчина не подошел и не схватил его за руку. Он поднялся на борт, выглядя бледным и шатким. Эти двое быстро препроводили его в каюту. Я снова подобрался к окну.
  
  Мария сидела в низком кресле, её золотистые ноги были обнажены значительно выше колен; вырез этой…
  
  
  СТРАНИЦА 27
  
  …красивой груди, темневшей в глубоком вырезе белого платья. Она откинулась назад, так что ткань обтянула её упругую грудь, одной рукой перебирала свои темные волосы, а в другой держала бокал.
  
  — Рада видеть, что вы сдержали слово, доктор Таслер, — сказала она с улыбкой.
  
  — Разве у меня был выбор? Вы отвезете меня к дочери?
  
  Так вот в чем дело. Они схватили дочь Таслера и использовали её, чтобы заставить его делать то, что им нужно. Но это было… чем? В отчете Хоука говорилось, что первая ракета К-IV уже сошла с курса, когда Таслер только предложил свою идею удаленного перехватчика и наводчика. Если у кого-то другого этот прибор уже был разработан, зачем, черт возьми, им понадобился Таслер? Зачем заставлять его бросать работу на мысе и ехать сюда? Имело ли похищение дочери какое-то отношение к сердечному приступу Таслера? По данным армейского госпиталя, приступ был настоящим. Сфальсифицировано было только отсутствие выздоровления.
  
  Это было очень интересно.
  
  Мария сделала знак двум мужчинам, и они вышли из каюты. Итого получалось трое мужчин — один оставался внутри с Марией и Таслером, а двое только что вышли на палубу с противоположной стороны каютной надстройки. Я подобрался к углу и огляделся. Коренастый мужчина с усилием сбрасывал носовой трос со сваи. Почти сразу же, глухо запульсировав, ожил двигатель. Я пригнулся, когда второй мужчина поспешил на корму и скинул кормовой трос. Мы двинулись.
  
  По всем правилам я должен был оставаться невидимым — неподвижный, всего в нескольких дюймах от палубы. Мужчина постоял на корме несколько минут, затем повернулся обратно к каюте. Когда лодка вышла из глубокой тени пирса, на нас пролился свет бледной тропической луны. Мужчина замер, уставился на меня, а затем зарычал; он увидел меня и без малейшего колебания бросился в атаку.
  СТРАНИЦА 28
  
  Он налетел на меня как разъяренный бык, кряхтя и размахивая своими толстыми руками, и впечатал меня в стену каюты. Я нанес удар ногой, целясь ему в пах, и услышал его рев от шока и боли, когда моя нога достигла цели. Я рубанул его по шее ребром ладони и ударил ногой еще раз. С сонанием он растянулся на загроможденной палубе.
  
  Но еще до того, как остановиться, он выхватил пистолет. Заметив блеск металла, я схватил первое, чего коснулась моя рука — маленькое ведро. Я швырнул его в него, когда он выстрелил и неистово покатился в сторону. Ведро попало в цель и с грохотом ударилось о крышку люка, за которую он по-крабьи поспешно залез.
  
  Позади меня по палубе загрохотали шаги, и я резко повернулся с Вильгельминой в руке. Две пули полетели в меня с противоположных сторон, вонзаясь в дерево и осыпая меня щепками. Я пригнулся и скользнул вбок, а затем быстро дернулся в другую сторону, прежде чем кто-то из них успел прицелиться. Я не стал ждать, пока они снова наведут оружие. Я сделал три быстрых выстрела, когда что-то сильно ударило меня в плечо и развернуло наполовину. Я послал еще два выстрела в темноту, а затем, не дожидаясь их следующей попытки, прыгнул за борт.
  
  Я почувствовал, как теплая вода потянула вниз мой пиджак и туфли, пока я уходил на глубину. Несколько пуль прошли слишком близко, когда рядом забурлила белая пена от работающего винта. Если я не выберусь из этой зоны, он искромсает меня чище, чем индейку на День благодарения.
  
  Я сунул Вильгельмину обратно в кобуру и резко ушел ко дну, когда пропеллер прошел надо мной. На несколько секунд я попал в его кильватерную струю, борясь с закручивающим притяжением лопастей. Двое стрелков наверняка караулили меня с палубы, готовые снести мне голову, как только она покажется на поверхности. Мой единственный шанс заключался в том, чтобы вынырнуть прямо в белой пене, перехватить достаточно воздуха и продержаться, пока лодка не уйдет дальше и я не окажусь вне досягаемости.
  СТРАНИЦА 29
  
  Я вынырнул в бурлящем котле из пузырей. Протерев глаза, я увидел двоих мужчин, которые перегибались через леера в моих поисках. У них был мощный электрический фонарь, и его луч был направлен левее меня. Я жадно глотнул воздуха и снова ушел под воду, когда один из них вскинул мелкокалиберную винтовку и начал бегло стрелять по воде.
  
  Когда я уходил на глубину, по моей руке скользнул канат.
  
  Шлюпка! Они тащили за собой лодку!
  
  Маленькое суденышко прошло прямо надо мной, всего в нескольких дюймах от моей головы. Я быстро вынырнул у его кормы и ухватился за планширь. Я замер, держась вплотную к борту и позволяя лодке тащить меня за собой по воде. Людей на палубе я не видел, но слышал их голоса. Должно быть, они пытались решить, убили они меня или нет. Стрельба прекратилась.
  
  Рыбацкая лодка прибавила ход и легла на прямой курс.
  
  Я оставался на месте минут пятнадцать, пока на палубе судна не прекратилось всякое движение. Мои руки онемели от того, что так долго находились в одном положении, сопротивляясь сильному напору воды. Устало я подтянулся, перевалился через борт и плюхнулся на дно шлюпки.
  
  Несколько минут спустя я обнаружил на корме сложенный брезент и накрылся им. Даже если они снова воспользуются фонарем, теперь они меня не заметят. Я расслабился и осмотрел плечо. Пуля попала в толстую кожаную кобуру Вильгельмины и даже не задела кожу. Я откинулся назад, чтобы насладиться поездкой.
  
  И подумал: куда, черт возьми, мы направляемся?
  
  
  
  
  ГЛАВА ТРЕТЬЯ (СТРАНИЦА 30)
  
  Мерный стук лодочного мотора и покачивание шлюпки почти убаюкали меня, пока мы пыхтели на юг. Я смотрел, как огни отелей исчезают из виду; мы миновали остров и вышли из пролива. По большей части береговая линия материка была темной. Вдоль побережья не было ничего, кроме джунглей. Я слышал, что неподалеку от Плайя-дель-Кармен построили несколько новых отелей, и в конце концов я их заметил. Затем и они остались позади.
  
  Рыбацкая лодка начала забирать к берегу, как только темнота джунглей снова сомкнулась вокруг. Я сел и свернул брезент. Если мы остановимся, мне нужно было оказаться за бортом до того, как кому-то понадобится шлюпка.
  
  Я чуть было не пропустил слабое размытое пятно света на берегу. Оно двигалось медленно, описывая короткую дугу. Сигнал? Лодка направлялась прямо к нему.
  
  Я вглядывался в темноту, пытаясь разобрать, есть ли там причал или лодка бросит якорь в отдалении от берега, но понять это было невозможно. Обороты двигателя упали, и на палубе началось оживление. Кто-то вышел из каюты и направился к носу.
  
  Минуты спустя двигатель заглох, и последние звуки сменились тишиной. Я перемахнул через борт и опустился в воду как раз в тот момент, когда на палубе зажглись огни. Кто-то с электрическим фонарем подошел к корме и начал подтягивать канат шлюпки. Я скользнул под воду и плыл в темноте, пока не возникла необходимость вынырнуть, чтобы вдохнуть.
  СТРАНИЦА 31
  
  Лодка находилась в сотне ярдов позади меня, параллельно берегу. При свете палубных огней и мечущегося фонарика я наблюдал, как Мария, Таслер и еще двое мужчин спустились в маленькую лодку и отчалили. У человека, оставшегося на палубе, рука была на самодельной перевязи, а на плече белел свежий бинт. Одна из пуль Вильгельмины нашла свою цель.
  
  Когда шлюпка погребла к берегу, я тоже поплыл. На всякий случай я держался вне зоны досягаемости луча фонаря, если вдруг кому-то придет в голову осмотреться вокруг. Шлюпка опередила меня ярдов на двести.
  
  Удерживаясь на воде набегавшими волнами, я наблюдал, как четверка поднялась на маленький пирс, где их ждал человек с фонарем. Я слышал ропот голосов, но не мог разобрать слов. Таслер ссутулился, явно встревоженный и нервничающий. Он повернулся, чтобы сказать что-то Марии Фуэнте, и она ответила ему нетерпеливым жестом. Затем человек с фонарем повел их в сторону джунглей. Через несколько мгновений они скрылись из виду, блеск фонаря заблокировала густая стена растительности, окаймлявшая берег. Я снова поплыл, используя легкий гребок на боку, который не создавал выдающих меня всплесков. Позади меня рыбацкая лодка завелась, развернулась и взяла курс на север.
  
  Выбравшись на пляж, я уселся на песок, чтобы перевести дух и выжать хоть немного воды из одежды. Туфли были насквозь промокшими и налились свинцом, но я не решился их скинуть. У меня не было никакого желания штурмовать джунгли босиком. Я снял каждую туфлю, вылил воду, а затем потер внутреннюю часть концом полы пиджака, стараясь высушить их как можно лучше.
  СТРАНИЦА 32
  
  Звук лодки затих вдали, и в джунглях воцарилась тишина. Я пробирался по узкой полоске песка в поисках тропы, по которой ушли остальные. С первой попытки я её упустил и повернул назад, продвигаясь чуть ли не ползком, чтобы обнаружить просвет в густом кустарнике.
  
  Когда я наконец нашел его, это оказалась едва заметная тропинка. Только сломанные ветки указывали на то, что здесь ступала нога человека. Я свернул на неё, и каждый мой шаг в этих зарослях звучал так, словно ломился разъяренный бык. Двигаться бесшумно в темноте было невозможно. Каждые несколько мгновений я замирал и прислушивался, но не слышал ничего, что подсказало бы направление, в котором ушли Таслер и остальные.
  
  Заметив свет, я остановился. Впереди виднелась поляна — возможно, небольшая деревушка. Я быстро осмотрел пространство, но не заметил охраны. Конечно, если Мария и остальные считают меня мертвым, они чувствуют себя в полной безопасности. Их здесь ждали, что говорило о четко продуманном плане. Черт возьми, как бы мне хотелось знать больше о том, что здесь происходит.
  
  Притаившись в кустах, я изучил обстановку. Деревня состояла примерно из восьми хижин овальной формы из вертикальных веток с соломенными крышами в традиционном стиле майя. Ни в одной не было окон, только два похожих на двери проема друг напротив друга в центре длинных стен. Мои глаза уже привыкли к ночи, и я увидел, что большинство хижин темные. В двух горел свет, и в одной из них он погас прямо у меня на глазах. Другая хижина казалась самой большой в группе, примерно футов двадцати пяти в длину и десяти-двенадцати в ширину. Время от времени в сиянии фонаря промелькивала тень, но голосов я по-прежнему не слышал.
  
  До хижины было около тридцати футов через открытый участок земли, который должен был просматриваться как минимум из четырех других домов. Я услышал тихий шорох — на мгновение на фоне освещенного дверного проема вырисовался силуэт собаки, а затем исчез в тенях.
  СТРАНИЦА 33
  
  Проклятье! Животное может выдать меня, даже если никто не увидит. Я всё еще пытался сообразить, что делать, когда тишину взорвал новый звук.
  
  Я вскочил на ноги и побежал — огибая полосы света от хижины и обходя её по кругу в поисках дороги, которая обязательно должна была находиться за ней. Тяжелое кряхтение двигателя грузовика или джипа перешло в ровный гул, колеса закрутились по грязи. Я успел лишь мельком увидеть задние огни и четыре фигуры в открытом джипе, когда выскочил на дорогу.
  
  Позади меня совсем рядом зарычала собака. Животного я не видел, но слышал, как оно неслось на меня. Тот миг, когда я успел заметить пса, показал, что он достаточно велик, чтобы доставить мне кучу неприятностей, если он настроен агрессивно — а если судить по рыку, так оно и было. Перейдя в полуприсед, я приготовил Вильгельмину и стал ждать.
  
  У животного было преимущество — оно знало, где я нахожусь, но ждать долго мне не пришлось. Пес прыгнул на меня, сверкнув белыми зубами в темноте. Я резко рванулся вверх, вскидывая колено быстрым рубящим движением, и перехватил собаку в воздухе. Она отлетела назад, спотыкаясь и барахтаясь, пытаясь подняться на ноги. Я обрушил рукоятку пистолета ей на голову и услышал, как металл сокрушил кость. Животное затихло.
  
  С освещенной поляны кто-то закричал на смеси испанского и диалекта майя. Он повторил какое-то имя несколько раз, очевидно, подзывая собаку, которая неподвижно лежала у моих ног. Затем сквозь деревья замелькал свет фонаря — мужчина пошел на её поиски.
  
  Я затаился за охапкой перепутанного кустарника и позволил ему пройти мимо себя. Я прыгнул и сгреб его одним движением, оборвав его испуганный крик: зажал ему рот ладонью и приставил ствол своего Люгера к его виску. Его темные глаза округлились…
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 34
  
  …округлились, когда он увидел пистолет в отсвете фонаря, который держал в руке.
  
  Это был худощавый мужчина с костлявым лицом, на которое его темная кожа была натянута, словно высохшая кожаная обувь. Его черные волосы на висках были тронуты сединой, а в глазах застыл испуг.
  
  — Просто помалкивай, и тебе не причинят вреда, — тихо сказал я ему.
  
  Он не мог кивнуть, но я видел, что он всё понял. Его глаза обшаривали мое лицо и темноту вокруг нас. Я прикоснулся дулом Вильгельмины к его шее:
  
  — Куда они поехали?
  
  Я слегка ослабил хватку руки, чтобы дать ему ответить.
  
  — Куда, сеньор?
  
  Я провел мушкой пистолета по его подбородку:
  
  — Женщина и трое мужчин, которые только что уехали отсюда на джипе.
  
  Он попытался покачать сферической головой, и я потянул его хрупкое тело назад. Он прекрасно понимал, что я могу переломить его надвое, и решил сотрудничать.
  
  — Я не знаю, сеньор. Клянусь, я не знаю.
  
  — Ты знал, что джип был здесь? — Когда он кивнул, я спросил: — Откуда он взялся?
  
  Он испугался еще сильнее. Его губы на мгновение зашевелились, но не издали ни звука. Я сдавил его горло рукой так, что его ноги почти оторвались от земли.
  
  — А-а-а-а-а-х-х…
  
  — Откуда он взялся?
  
  — Мой сын… Роберто…
  
  Я почувствовал движение, даже не услышав звука. Какая-то фигура выросла из темноты, пытаясь перехватить мое оружие и рубя тяжелой рукой мне в шею. Было такое ощущение, будто старик вызвал его из небытия, просто назвав по имени. У меня не оставалось сомнений, что это и был тот самый сын, который вызвался помочь Марии и её друзьям.
  
  Он дрался как разъяренный медведь; его вес и сила не уступали моим, хотя он был на несколько дюймов ниже.
  СТРАНИЦА 35
  
  Он был поджарым и сильным, в отличной физической форме. Жизнь в суровых джунглях на протяжении всей жизни подготовила его к любой схватке.
  
  Своим первым же ударом он выбил Вильгельмину у меня из руки. Я услышал, как тяжелый пистолет упал в кусты, но искать его времени не было. Я был слишком занят, отражая непрекращающийся град ударов, которые он нацеливал мне в корпус и голову. Мы были похожи на двух боксеров, ведущих бой с тенью в бледном сиянии фонаря, который старик всё еще продолжал держать.
  
  Он ринулся на меня, и я встретил его резким ударом в грудь. Воздух с шумом вылетел из него, и он отпрянул назад, на мгновение ошеломленный. Я двинулся вперед, чтобы закрепить преимущество, — но недостаточно быстро. Я совсем позабыл про старика. Я заметил лишь отблеск света на стали, когда старик протянул своему сыну похожий на мачете нож. Рука младшего сработала на мгновенном рефлексе: он подхватил нож на лету и в том же круговом движении приготовился обрушить его тяжелое лезвие, чтобы расколоть мне череп.
  
  Я опустил руку, вскинув запястье, чтобы Хьюго упал мне в ладонь. Стилет взмыл в воздух, пока сам я прыжком уходил с траектории удара мачете. Хьюго вонзился в грудь Роберто, словно вибрирующая стрела, в то время как мачете со свистом пронеслось мимо меня — слишком близко, чтобы это было приятно. Мужчина покачнулся вперед и с глухим стуком повалился на землю.
  
  Старик пробормотал что-то, чего я не понял, но не двинулся с места. Тяжело дыша, я подобрал мачете и заткнул его за пояс, затем вытащил Хьюго из груди младшего мужчины и вытер кровь о то, что мгновение назад было его безупречно белой рубашкой. Глаза Роберто были полны боли и вопросов, пока он смотрел на меня.
  
  Я опустился над ним на колени, и лезвие Хьюго снова блеснуло:
  
  — Ну а теперь, почему бы тебе не рассказать мне, куда эти четверо уехали на джипе?
  
  Его взгляд метнулся к старику, затем снова на меня. Старик сделал нерешительный шаг ближе, но…
  СТРАНИЦА 36
  
  …остановился, когда заметил уродливое рыло Вильгельмины под кустом и потянулся за ней. Я держал её в левой руке, а Хьюго — в правой.
  
  — Расскажи ему то, что он просит, — донесся выстраданный шепот старика, который смотрел на сочащуюся кровь на груди своего сына.
  
  Я приставил кончик стилета к горлу Роберто, надавив ровно настолько, чтобы он понял, что я не шучу. Его глаза наполнились ненавистью, но он не шевелился. Я заметил тонкую струйку крови в уголке его рта и понял, что Хьюго пробил ему легкое. В нем не осталось сил бороться, только непокорность. Я слегка полоснул его горло лезвием.
  
  — Роберто… — взмолился старик.
  
  Тогда я окончательно убедился, что если бы старик знал то, что мне нужно, он бы рассказал мне всё прямо здесь и сейчас. Он не считал, что какой-то секрет гринго стоит того, чтобы за него умирать.
  
  В крошечной деревушке послышался ропот оживления и голоса, и в хижинах начал загораться свет. Я бросил взгляд на них и на старика:
  
  — Люди пострадают, если он не скажет.
  
  Потоком быстрого диалекта старик закричал невидимым жителям деревни, затем снова повернулся к сыну:
  
  — Скажи ему, пока не поздно.
  
  Мужчина на земле, похоже, понял, что его собственная жизнь была не единственной, которая зависела от того, получу ли я желаемое.
  
  — Каса-дель-Балам… — Его голос прозвучал с бульканьем, так как кровь заполняла рот. Он закашлялся, поворачивая голову вбок, чтобы дать крови стечь и вздохнуть.
  
  Я поднялся и повернулся к старику:
  
  — Где это?
  
  — На юг, миль двадцать в джунглях. Пытаться найти это место в одиночку — безумие…
  
  — Ты будешь моим проводником.
  
  Он быстро покачал головой:
  
  — Я никогда его не видел. Это священная территория. Все в деревне слышали о людях, которые копают у храма, но никто из нас там не бывал. — Он бросил взгляд на неподвижную фигуру у наших ног.
  СТРАНИЦА 37
  
  В слабом свете фонаря я видел сомнение в его глазах, когда он пристально смотрел на своего сына. Если Роберто и сам никогда не бывал в Каса-дель-Балам, то он, по крайней мере, знал тех, кто там был, — и именно он помог Марии Фуэнте и её приятелям доставить туда доктора Таслера.
  
  Я наклонился, чтобы расспросить Роберто, но было слишком поздно. Его глаза, открытые и уставившиеся в одну точку, остекленели — он был мертв.
  
  Старику я сказал:
  
  — Где здесь ближайший телефон?
  
  На мгновение он выглядел растерянным:
  
  — У нас здесь нет телефонов. Возможно, в Тулуме… Там много североамериканцев…
  
  — Как далеко это?
  
  Он слегка пожал плечами, наморщив лоб:
  
  — Десять километров. — Голос его звучал не слишком уверенно.
  
  — Есть машина или другой джип?
  
  Он покачал головой, затем бросил взгляд на тело сына:
  
  — У Роберто есть мотоцикл, и еще есть осел…
  
  — Мотоцикл — где он?
  
  Он поднял глаза, вздохнул и указал на темную нишу в густом кустарнике:
  
  — Там.
  
  Я скользнул Хьюго обратно в ножны на руке, а Вильгельмину — в кобуру. Старик двинулся к месту, на которое указал, и высоко поднял фонарь. В пляшущих тенях я увидел маленький двухцилиндровый байк, из тех, на которых четырнадцатилетние подростки гоняют по проселочным дорогам в Штатах, пока не подрастут для получения водительских прав. Он был покрыт слоем пыли, а из разорванного сиденья лез поролон; сверху оно было прикрыто сложенным куском ткани, привязанным бечевкой.
  
  Но если он возил Роберто, то выдержит и меня — и доставит к телефону, откуда я смогу связаться с агентом AXE в этом секторе мира.
  СТРАНИЦА 38
  
  Старик наблюдал за мной, его взгляд время от времени метался к неподвижной фигуре на земле. Он знал, что его сын мертв; на лице старика читалась смесь скорби и покорности судьбе.
  
  — В какой стороне Тулум? — спросил я, вытаскивая мотоцикл из его укрытия и выкатывая на дорогу.
  
  Он указал в направлении, противоположном тому, куда уехал джип:
  
  — Дорога очень плохая.
  
  И темнота делу явно не помогала. Я перекинул ногу через сиденье байка и ударил по кикстартеру. Двигатель пару раз поперхнулся, но в конце концов завелся. Его рев прозвучал оглушительно в ночных джунглях. Я нащупал тумблер включения фары и включил передачу. Старик всё еще стоял на дороге, высоко держа фонарь, когда я оглянулся назад сквозь собственное облако пыли. А затем я приготовился к тряской поездке.
  
  У меня ушло больше часа, чтобы преодолеть шесть миль, и еще полчаса, чтобы найти телефон. Я набрал закодированный номер, который заучил из досье по Мексике и Юкатану, выданного мне Хоуком перед отъездом из Вашингтона, а затем прождал десять минут обратного звонка.
  
  Голос на другом конце провода спросил мое местоположение и суть проблемы.
  
  Я назвал ему название небольшого отеля, который обслуживал туристов, посещающих руины окруженного стеной города Тулум, а затем сказал:
  
  — Я планирую небольшую экспедицию в джунгли. Мне понадобятся проводник и припасы.
  
  Последовало короткое молчание, а затем голос произнес:
  
  — Они будут в отеле к восьми часам утра.
  
  Я пододвинул телефон обратно по столу и щелкнул маленьким латунным колокольчиком. Клерк за стойкой, которому удавалось изображать сильную занятость на дальнем её конце, повернулся. Я сказал ему, что мне нужен номер на ночь, вытащил из кармана свой промокший бумажник и опустил на стойку стопесовую купюру.
  
  Двадцать минут спустя я вышел из душа,
  СТРАНИЦА 39
  
  …убедился, что дверь заперта на двойной засов, и рухнул в постель. Я мгновенно очистил разум и заснул.
  
  Я проснулся и спустился вниз еще до семи утра. В ресторанчике отеля уже было несколько ранних пташек. Они смотрели на меня глазами, полными вопросов. Встречают по одежке — а моя одежка делала меня похожим на бродягу. Я проглотил двойную порцию яичницы с тортильями, понимая, что вчерашний обед на берегу был моей последней едой. Я допивал третью чашку кофе, густого и горького, когда в дверном проеме появился мужчина, заметил меня и направился к моему столу.
  
  — Мистер Франклин?
  
  Я кивнул. Я зарегистрировался под своим кодовым именем — не то чтобы в надежде обмануть тех, кто меня ищет, а скорее в качестве меры предосторожности, чтобы случайно не выдать свое местонахождение возможным информаторам Марии и её дружков, которые могли оказаться в этом регионе.
  
  Он скользнул на стул напротив меня и подал знак официанту одними глазами. Официант принес чашку кофе и отошел.
  
  — Я Эрнесто Малле. У нас есть общий друг на Дюпон-Серкл.
  
  Он был человеком Хоука, связным AXE, которому можно было доверять.
  
  — Мы можем быть готовы к выходу через полчаса, — сказал Эрнесто на почти безупречном английском.
  
  — Я готов прямо сейчас.
  
  Он бросил взгляд на мою помятую и грязную одежду:
  
  — Я привез подходящую одежду для джунглей. Иначе вам будет некомфортно.
  
  Когда я поднялся на ноги, он добавил:
  
  — Она у вас в номере.
  
  Он зря времени не терял и отлично знал свое дело. Я вышел из обеденного зала, предоставив ему разбираться с официантом и моим счетом. Когда двадцать минут спустя я снова спустился вниз,
  СТРАНИЦА 40
  
  …у главного входа в отель стояли три джипа. Люди, которых я видел в обеденном зале, суетились вокруг одного из них, укладывая остатки своего снаряжения поверх корзин для пикника и рюкзаков. Отель, очевидно, предоставлял услуги поездок на джипах к близлежащему археологическому комплексу.
  
  Местные жители в соломенных шляпах и сандалиях в окружении припасов и ящиков сидели и наблюдали за происходящим в следующем джипе. Эрнесто жестом пригласил меня к последнему джипу в колонне. Темнокожий индеец с высокими майяскими скулами уже устроился сзади. Как и мы с Эрнесто, он был одет в одежду цвета хаки, в высокие ботинки, а на поясе у него в кобуре висел автоматический пистолет. Когда я забрался на переднее сиденье, Эрнесто полез под сиденье и вытащил плоский ящик. В нем лежали Вальтер, Люгер и несколько коробок с патронами.
  
  — Вам понадобится оружие, — сказал он.
  
  — Я останусь с Вильгельминой. — Я зачерпнул пригоршню патронов и ссыпал их в карман. Эрнесто повернул ключ зажигания, выкатил джип со стоянки и направился по дороге, пока второй джип пристроился следом за нами в облаке нашей пыли. — Носильщики, — пояснил Эрнесто.
  
  Я нашел старую тряпку, банку с ружейным маслом и, разобрав Люгер, тщательно его вычистил. Купание в теплой соленой воде Карибского моря не повредило Вильгельмине, но и пользы ей точно не принесло. Я тщательно привел её в порядок, пока два джипа прыгали по кочкам, удаляясь от отеля и направляясь обратно через джунгли тем же путем, которым я добирался прошлой ночью.
  
  — Мне нужно знать больше о нашей цели, — сказал Эрнесто, косясь на меня.
  
  Я ввел его в курс тех скудных деталей, что вытянул из старика прошлой ночью. Эрнесто нахмурился и повернулся, чтобы заговорить с человеком сзади на быстром диалекте. Майяский? В нем были лишь намеки на испанские интонации, и я ничего не понял. Проводник подался вперед и ответил, кивая головой и выглядя очень встревоженным.
  
  
  СТРАНИЦА 41
  
  Я уловил это слово не один раз, и парень не выглядел особо счастливым.
  
  — Что он говорит? — потребовал я ответа.
  
  — Каса-дель-Балам — священное место. Дом Ягуара. В нем обитают боги, и ни один чужестранец не должен ступать туда, — произнес Эрнесто почти монотонно, сменив свой прежний ритм речи. Я не мог понять, верит он в это сам или нет.
  
  — Чужестранцы уже там. Я не знаю, сколько их, но четверо отправились туда прошлой ночью — на джипе из крошечной деревушки у побережья, — сказал я.
  
  Он на мгновение задумался, затем снова заговорил с человеком сзади. Повернувшись ко мне, он сказал:
  
  — Кайюм говорит, что чужестранцы тревожат могилы богов в Каса-дель-Балам. Это значит, что там ведутся археологические раскопки, и местным это не нравится.
  
  — Правительственная экспедиция?
  
  Эрнесто покачал головой:
  
  — Нет, иностранцы. — Он усмехнулся мне. — Обычно это означает североамериканцев.
  
  — Любая экспедиция должна получить разрешение от вашего правительства, не так ли?
  
  Он кивнул:
  
  — В теории — да, но у нас тут процветает браконьерство и много контрабанды артефактов. Когда ты находишься в пятидесяти милях от ближайшего полицейского участка, ты можешь проворачивать чертовски много дел под прикрытием. В Кинтана-Роо живет всего около пяти человек на квадратную милю — это дает любому человеку кучу свободного пространства.
  
  Я задумался над этим. Было ли это частью причины, по которой этот отдаленный участок джунглей выбрали для того, чем занимались Мария и остальные? Возможно… но это не могло быть исчерпывающим ответом. Только не в том случае, если они привезли сюда Таслера. Таслер был экспертом по ракетам — а три ракеты уже сошли с курса без всяких объяснений. Я был чертовски уверен: что бы ни замышляли Мария и её друзья, это не было банальной кражей предметов искусства.
  СТРАНИЦА 42
  
  — Расскажи мне всё, что можешь, о Каса-дель-Балам, — попросил я. Я устроился поудобнее, смазывая Вильгельмину и вставляя свежие патроны, пока Эрнесто снова разговаривал с Кайюмом.
  
  Через несколько мгновений он произнес:
  
  — Это место было обнаружено экспедицией около двадцати лет назад, но на нем никогда не вели работы, потому что оно находится в почти недоступном районе. Джунгли здесь густые, дорог нет, как нет и полян, достаточно больших для взлетно-посадочных полос. Здесь полно воды из подземных источников, поэтому растительность поднимается почти так же быстро, как её вырубают. Насколько знает Кайюм, никто никогда раньше не пытался вести здесь раскопки. Считается, что на этом месте лежит проклятие.
  
  — Что еще за проклятие?
  
  Он слегка пожал плечами, но улыбаться не стал:
  
  — «Балам» — это майяское слово, означающее «ягуар». Ягуар священен для майя, поэтому его дом тоже священен. Старые суеверия умирают с трудом.
  
  — Кайюм проведет нас внутрь?
  
  — Он говорит, что не может, но я думаю, что смогу убедить его подвести нас достаточно близко, чтобы мы смогли найти это место сами. — Он на мгновение взглянул на меня, а затем сосредоточился на маневрировании джипа вокруг глубоких выбоин. — Было бы полезно, если бы я знал, с чем мы имеем дело.
  
  Я потер вороненый стальной ствол и скользнул Вильгельмину обратно в подмышечную кобуру. Даже без пиджака я предпочитал ощущать привычную тяжесть у своих ребер.
  
  — Нас уже двое таких, — отозвался я.
  
  Из моей ночной поездки ничто нельзя было распознать. Дорога была той же самой, но ночью я видел лишь узкий участок земли в бледном луче мотоциклетной фары. Теперь же пыльные зеленые джунгли с решимостью смыкались над дорогой; было легко понять, как быстро они скроют любые следы, если ими не пользоваться постоянно.
  
  Примерно в пяти милях пути дорога раздваивалась, и Эрнесто сказал, что одно ответвление ведет к руинам в Тулуме. Мы
  СТРАНИЦА 43
  
  …взяли южное ответвление, прочь от цивилизации и глубже в джунгли. Один раз мне показалось, что я заметил расчищенный участок у обочины дороги и тропинку, но я не мог быть уверен, та ли это деревня, которую я видел прошлой ночью.
  
  Мы ехали в молчании, подпрыгивая и толкаясь на сиденьях. Позади меня Кайюм высматривал ориентиры. Один раз он похлопал Эрнесто по плечу, знаками приказывая ему остановиться. Второй джип затормозил, когда Кайюм спрыгнул на землю, прошелся по краю дороги, а затем покачал головой и забрался обратно в джип. Мы двинулись дальше со скоростью улитки, чтобы он мог высматривать знаки. Дорога сузилась до тропы, и длинные пальцы веток хлестали по нам в открытых машинах.
  
  Солнце стояло высоко и пекло, когда Кайюм крякнул и снова выпрыгнул из джипа. На этот раз он кивнул, указывая на примятый кустарник у края тропы.
  
  — Он говорит, это здесь. Отсюда нам придется идти пешком.
  
  Я стоял, разглядывая переплетение лиан и кустов, которые почти полностью скрывали пешеходную тропу, пока Эрнесто и второй водитель загоняли джипы в чащу, а затем натаскивали веток, чтобы замаскировать их. Они достали рюкзаки и взвалили их на плечи — по одному на каждого из носильщиков. С Кайюмом во главе и со мной, замыкающим шествие, мы углубились в джунгли. Два пронзительно кричавших ара взлетели, раскинув сине-золотые крылья, ярко блеснувшие в зелени над нами. Мы потеряли дорогу из виду практически сразу; деревья были высокими и густыми, образуя сводчатую арку над тропой, закрывая небо и фильтруя свет. Тропа была фактически невидимой, но Кайюм, казалось, интуитивно чувствовал её направление по мере нашего продвижения. Время от времени он останавливался и вскидывал голову, прислушиваясь, или прорубал мачете дорогу сквозь запутавшиеся лианы. Затем мы снова двигались вперед, стараясь сохранять тишину в густых зарослях.
  
  Кайюм остановился и поднял руку. Когда он
  СТРАНИЦА 44
  
  …повернулся, чтобы посмотреть на Эрнесто, его глаза были полны страха. Он покачал головой и попятился обратно ко мне. Я схватил его за руку, пока носильщики напряженно наблюдали за происходящим.
  
  — Что случилось? — потребовал я ответа, переходя на шепот, чтобы мой голос не громыхнул эхом из окружающего леса.
  
  Кайюм снова покачал головой и попытался вырваться. Он сказал что-то, чего я не понял. Эрнесто перевел:
  
  — Он не пойдет дальше. Он чувствует, как дух ягуара предупреждает его.
  
  — Как далеко до храма?
  
  — Он не уверен, но говорит, что близко.
  
  — По этой тропе?
  
  Эрнесто спросил Кайюма, затем кивнул.
  
  Я сжал руку Кайюма и выхватил Вильгельмину из кобуры, направив её ему в подбородок.
  
  — Скажи ему, пусть ведет нас туда, иначе у него появится повод для беспокойства посерьезнее, чем какой-то ягуар!
  
  Я толкнул Кайюма вперед, отпустив его руку, но держа Люгер так, чтобы он его видел. Без него продолжить путь по тропе было бы невозможно — и он это знал. Теперь, когда мы были так близко, я не собирался рисковать. Носильщики пристроились следом за нами, но выглядели они несчастными. Они слышали и поняли Кайюма и разделяли его страх.
  
  Позади себя я услышал тихий судорожный вдох человека и инстинктивно развернулся. На лице первого носильщика застыло выражение полного потрясения, глаза его были широко раскрыты от ужаса, а рот замер в немом крике. Его колени уже подкашивались, и он падал вперед. Струйка крови сочилась из раны на его горле, где вибрировала маленькая стрела.
  
  — Ложись! — Я распластался на земле за телом мужчины, не зная, с какого направления была совершена атака. В двух футах от меня Кайюм тихо застонал и забормотал что-то, похожее на спешную молитву.
  СТРАНИЦА 45
  
  Его лицо было зарыто в мягкий бархат лесной подстилки джунглей.
  
  — Ник — там! — предупредил меня Эрнесто как раз вовремя.
  
  Я услышал тихий свист стрелы, пока перекатывался в сторону; еще одно оперенное древко вонзилось в мертвого носильщика. Я вскинул Вильгельмину и сделал три быстрых выстрела по листве. Раздался предсмертный хриплый крик, и тело свалилось с дерева, с треском рухнув в кусты.
  
  Я рванул лямки рюкзака с плеч мертвого человека и использовал его в качестве баррикады для головы, обшаривая взглядом кусты в поисках затаившегося врага. Я видел, как Эрнесто знаками приказал двум другим носильщикам не подниматься. Они скидывали свои рюкзаки и сжимались от страха у края тропы, пытаясь уползти и стать невидимыми.
  
  Я резко развернулся на очередной шорох как раз вовремя, чтобы увидеть, как темнокожий туземец поднимает лук. Люгер рявкнул, и мужчина упал. Пистолет Эрнесто затрещал в быстром темпе стрельбы. Еще одно тело свалилось с близлежащего дерева; один из наших носильщиков вскрикнул и упал ничком прямо на тропу, подергавшись две-три секунды перед тем, как замереть навсегда.
  
  Что бы они ни наносили на стрелы, это не оставляло шансов на выживание. Крошечные наконечники стрел были столь же смертоносны, как и пули Люгера — и, черт возьми, куда более бесшумны.
  
  Теперь подобраться к Марии и Таслеру незамеченными не получится — все проклятые джунгли знали, что мы здесь. И они будут ждать нас.
  
  Третий носильщик сбросил свой рюкзак и в панике припустил обратно по тропе. Должно быть, он рассудил, что его шансы на выживание крайне малы, как ни крути. Я перекатился и ухватил Кайюма за ногу, когда он уползал с тропы под густой куст с темными листьями. Он брыкнулся, и я треснул его по косточке лодыжки рукояткой пистолета. Он подавил вскрик от боли.
  СТРАНИЦА 46
  
  Его тяжелый кожаный ботинок смягчил удар достаточно для того, чтобы я не сломал кость, но он понял, что я не шучу.
  
  Мы лежали и ждали. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем я решился выглянуть из-за рюкзака и осмотреться. Тишина снова окутала нас; затихли даже птицы и животные.
  
  Эрнесто приподнялся и вытер струйку крови, сбегавшую сбоку по его голове.
  
  — Думаю, на данный момент это всё, — сказал он, наблюдая за листвой. — Они либо все мертвы, либо отошли за подкреплением.
  
  — А мы здесь как сидячие утки. Вставай, шевелись. — Я поднялся, рывком увлекая за собой Кайюма, который пытался сжаться, чтобы его не было видно. Я встряхнул его.
  
  Я сунул ему один из рюкзаков и скомандовал:
  
  — Вперед.
  
  Он уставился на меня полными ужаса глазами, но снова побрел по тропе, заметно дрожа. Я подхватил лямки другого рюкзака и пошел прямо за ним.
  
  Примерно через двадцать минут Кайюм остановился и указал сквозь деревья. Я увидел проблеск света, изменение пятнистого зеленого узора леса. Поляна? Джунгли вокруг нас были безмолвными и душными; лангур, устроившийся на ветке в тридцати футах над нами, мрачно смотрел на нас и, казалось, тоже прислушивался.
  
  Кайюм указал рукой и тихо заговорил с Эрнесто, который повернулся, чтобы перевести мне. Но Кайюм двигался так быстро, что проскочил мимо нас и растворился в зеленом тумане прежде, чем кто-то из нас успел сделать хоть движение. Я выругался и злобно посмотрел на Эрнесто. Тот пожал плечами:
  
  — Человек в ужасе. Дальше от него всё равно не было бы никакого толка.
  
  — Храм?
  
  Он указал большим пальцем:
  
  — За поляной. Кайюм говорит, что чужестранцы, потревожившие богов, разбили здесь лагерь, когда только пришли. До Каса-дель-Балам всего сто ярдов. — Он изучил
  СТРАНИЦА 47
  
  …завесу из листьев.
  
  — Не похоже, чтобы лагерем сейчас пользовались. Не вижу никаких признаков жизни.
  
  Мы двинулись вперед ползком, осторожно обходя ветки и стараясь пропускать мимо ног как можно больше опавших листьев и сучьев. После потасовки с луками и стрелами никаких признаков подкрепления не наблюдалось, но это могла быть ловушка. И, как и в первый раз, мы шагнем прямо в неё прежде, чем вообще поймем, что она там есть.
  
  У края поляны мы распластались по земле и осмотрели территорию.
  
  Поляна была около пятидесяти футов в ширину — голое место, вырубленное в джунглях с чистым упрямством. Груды срубленного кустарника и срезанных лиан кольцом окружали это пространство; усики растений-паразитов уже поползли по обнаженной земле, закручиваясь среди мусора. Клочок голубого неба поблескивал над верхушками деревьев.
  
  Поляна была пуста. Кольцо камней вокруг неглубокой ямы указывало на след от костра; немного перекопанной земли было насыпано над тем, что могло быть мусорной ямой. Больше ничего.
  
  Мой взгляд скользнул по периметру поляны в поисках тропы к храму. В сплошной зеленой стене было трудно что-то разобрать, но я указал в сторону затененного места, которое могло быть проходом.
  
  Эрнесто кивнул, и мы начали огибать поляну, по-прежнему прижимаясь к земле и проползая дюйм за дюймом. Через каждые несколько футов мы останавливались и прислушивались к окружающей нас тишине. Мы добрались до противоположной стороны и увидели, что тропой пользовались недавно. На низких кустах виднелись свежие сломы, а ветки были отогнуты назад.
  
  Я пошел впереди с оружием наготове и натянутыми нервами. Больше всего на свете мне хотелось подобраться к Марии и Таслеру незамеченным, выяснить, что, черт возьми, происходит, прежде чем они меня обнаружат. И несмотря на всю пальбу, которая предшествовала нашему прибытию, я всё еще должен был попытаться. Всегда оставался шанс — самый призрачный шанс, — что они всё еще...
  
  
  СТРАНИЦА 48
  
  …считали меня мертвым. Если мы уложили всех тех охранников там, позади, то Мария, по крайней мере, не будет знать, кто сейчас идет по её следу.
  
  Сто ярдов. Они казались скорее сотней миль.
  
  Я перешагнул через небольшое бревно, наполовину сгнившее и кишевшее муравьями. Я услышал свист веревки и мгновенно понял, что совершил ошибку. Мою ногу рвануло из-под меня, и мое тело перекрутилось, словно у воздушного гимнаста, срывающегося с каната — с той лишь разницей, что я летел вверх, а не вниз. Петля силка врезалась в плоть сквозь толстую кожу ботинка, пока я качался в подвешенном состоянии, вверх тормашками, прямо над тропой. Я попытался сфокусировать зрение и прицелиться в этом перевернутом мире. Я успел мельком увидеть Эрнесто: струйка запекшейся крови у него на лбу теперь перекрывалась новым багровым потоком. Я развернулся на полукруг как раз вовремя, чтобы увидеть, как в мою голову летит дубинка, готовая размозжить мне череп.
  
  
  
  
  
  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ (СТРАНИЦА 49)
  
  Было такое ощущение, будто моя голова раскололась надвое; боль хлынула из-за глаз, и всё вокруг расплылось в грязные зеленые и красные пятна. Я чувствовал, что вращаюсь, а моя нога всё еще затянута в петле веревки. Я обмяк и попытался остаться в сознании. Я слышал шуршащие звуки чьих-то движений и ропот тихих, почти шепчущих голосов. Мое вращение замедлилось, и я приоткрыл глаза на узкую щелку.
  
  Потребовалось пара секунд, чтобы зрение прояснилось, и еще несколько, чтобы сориентироваться. Эрнесто лежал на земле, сваленный ударом по голове. Он не двигался. Я огляделся по сторонам, но тот, кто здесь был, уже ушел. Нас поймали, и мы больше не представляли немедленной угрозы. Наши нападавшие либо ушли за инструкциями, либо планировали оставить нас здесь умирать в джунглях.
  
  Только не пока у меня всё еще есть Хьюго. Я вскинул запястье и почувствовал, как удобная костяная рукоять упала мне в ладонь. Резким рывком, который отозвался приступом тошноты и головокружения, я сложил тело пополам вверх и ухватился за веревку вокруг лодыжки. Как только я крепко зажал её левой рукой, я полоснул по веревке лезвием бритвенно-острого стилета и рухнул на землю.
  СТРАНИЦА 50
  
  Я подобрался к Эрнесто, нащупывая пульс, и с облегчением ощутил его ровные удары. Рана на его голове выглядела скверно, но была неглубокой. Я прижал к ней носовой платок и перевернул его, перерезав наземный силок, который поймал его ногу. Несколько секунд спустя его глаза затрепетали и открылись. Он был ошеломлен и заторможен. Я помог ему сесть.
  
  — Ч-что произошло?..
  
  — Подумаем об этом позже. С нами всё в порядке, сейчас здесь никого нет, но не думаю, что мы долго будем одни. Давай убираться отсюда. — Я нашел Вильгельмину и Вальтер Эрнесто на тех местах, где они упали. Почему наши нападавшие не подобрали их?
  
  Я помог ему подняться на ноги, и мы, шатаясь, двинулись к кустам.
  
  — Нам нужно уйти с тропы. Они знают, что мы здесь, и зажмут нас в тиски.
  
  Он кивнул, поморщившись от боли, и указал рукой:
  
  — Сюда.
  
  Я не стал спорить. Мы с треском ломились сквозь растительность, которая сразу же смыкалась за нами. Через считанные секунды тропа исчезла, и мы двигались по счислению пути и благодаря тому чувству направления в джунглях, которым обладал Эрнесто.
  
  Моя голова стучала как барабан. Уже дважды за эту короткую вылазку меня заставали врасплох, а я до сих пор даже в глаза не видел тех людей, за которыми шел. Похоже, Мария и её приятели привлекли к делу чертовски большую помощь со стороны местных талантов — тех самых, что чувствовали себя в джунглях как дома и владели необычным оружием. Индейцы? Полуостров был заселен в основном майя, мирным народом, который ни с кем не враждовал со времен испанского завоевания. Но сейчас кто-то определенно их взбудоражил.
  
  Мы тащились в молчании около десяти минут, прислушиваясь и оглядываясь через каждые несколько ярдов, чтобы проверить, не наблюдают ли за нами. Если и наблюдали, мы никого не заметили. Но я продолжал думать о том, что мы так же не заметили ни стрелков из лука, ни парней с дубинками.
  СТРАНИЦА 51
  
  Эрнесто остановился и поднял руку. Впереди я увидел храм.
  
  Он был огромен; массивная каменная пирамида, слегка овальной формы, покрытая мхом и лишайником, возвышалась над нами на сотни футов. И всё же на фоне джунглей она была почти невидимой. Ни одна часть её фасада не была расчищена или отреставрирована, в отличие от построек в более крупных археологических комплексах в Ушмале, Чичен-Ице или Тулуме. Я слышал, что по всем джунглям разбросаны сотни храмов, неисследованных и неизвестных никому, кроме немногих местных жителей, которые случайно натыкались на них во время охоты. Этот явно был одним из них: отдаленный, недоступный — идеальное убежище практически для всего, что требовало секретности.
  
  И достаточно близко к материковой части США для станции слежения за ракетами.
  
  Солнце блеснуло на металле, и я увидел серебристый шпиль, тянущийся с вершины пирамиды сквозь деревья. Прищурившись, я изучал его, пока не разобрал очертания антенны радиолокатора, сверкавшей под ярким карибским солнцем.
  
  Я не был экспертом по ракетам, но оборудование выглядело достаточно мощным, чтобы отслеживать любой объект в воздухе. Или отклонять его курс.
  
  Я провел короткое шепотное совещание с Эрнесто:
  
  — Как нам попасть внутрь?
  
  Он сдвинул брови:
  
  — Там может быть несколько входов, скорее всего, по главным сторонам света. Трудно сказать, сколько внутри комнат и переходов. Многие храмы представляют собой лабиринты.
  
  Я кивнул, сканируя основание храма в поисках признаков активности или пути для входа. Из-за лиан и травы, росших вплотную к строению, любые проемы были полностью скрыты от глаз.
  СТРАНИЦА 52
  
  — Где вероятнее всего могут находиться наблюдатели?
  
  Эрнесто покачал головой:
  
  — Если они снаружи, то должны быть в джунглях. Единственным другим местом могли бы быть сами стены, но из-за наклона снизу ничего не будет видно. Более чем вероятно, что часовые сидят на деревьях возле входов. Внутри… — Он пожал плечами. — Они могут быть где угодно.
  
  — Я пойду осмотрюсь. Ты оставайся вне поля зрения и постарайся прикрыть меня.
  
  Я оставил его прислонившимся к высокой пальме, с рюкзаками у ног. Я перезарядил обойму Вильгельмины и сунул пистолет подмышку. Моя рубашка липла к телу от пота и остатков крови Эрнесто, а в голове всё еще отдавал слабый барабанный стук.
  
  Я скользил сквозь кусты, продвигаясь осторожно и не сводя глаз с храма. Ничего не было — ни входа, ни признаков охраны. Я двигался как можно тише, останавливаясь через каждые несколько секунд, чтобы снова осмотреться и прислушаться, и держался в самой гуще зарослей, чтобы оставаться невидимым для любого, кто находился дальше, чем в нескольких футах. Мне это нравилось — вот только это работало в обе стороны. Я мог наткнуться на спрятанного часового, даже не заметив его.
  
  Я обошел одну стену пирамиды. Ничего. Я пробирался вокруг дерева саподилла к задней части строения. Лес здесь был вырублен на несколько футов от основания, трава и кусты были сильно примяты. Мутная вуаль пыли покрывала листья близлежащих деревьев, а участки голой земли свидетельствовали о том, что в этой зоне было достаточно движения, так что ничто не успевало здесь разрастись.
  
  Я встал за приземистой широколистной пальмой и осмотрел стену по всей длине. Примятые места сходились в одной точке ближе к центру; я различил темную тень на каменной стене. Вход?
  
  Я поднял взгляд на окружающие деревья, но их буйная листва укрывала их так хорошо, что я не мог быть...
  СТРАНИЦА 53
  
  …уверен, что там нет охранников. Придется рискнуть.
  
  Я вытащил Вильгельмину из кобуры и держал Люгер вплотную к боку. Пока я продвигался вперед сантиметр за сантиметром, проклятый кустарник шуршал и трещал вокруг меня, как фейерверки на Четвертое июля. На открытом грунте я двигался бы куда тише, но при этом стал бы гораздо более удобной мишенью.
  
  До входа оставалось около двухсот футов. Птицы надо мной умолкли при моем приближении, но пока я стоял, наблюдая за дверным проемом, они принялись перекликаться случайными звуками. Никаких признаков охраны не было. Похоже, предполагалось, что люди, оставшиеся позади на тропе, позаботятся о любых незваных гостях.
  
  Мне не нравилась идея соваться в тесное пространство, которого я не знал, но другого пути не было. Что бы я ни искал, оно должно было находиться внутри храма.
  
  Я шагнул на открытое пространство, затаив дыхание и пытаясь уловить любое изменение в атмосфере вокруг меня. Даже будучи в полной боевой готовности, я чуть было не упустил его. Он спрыгнул с дерева слева от меня и оказался на мне прежде, чем это смазанное движение зафиксировалось в моем мозгу.
  
  Его руки обхватили меня сзади, прижав мои собственные руки к телу. Я превосходил его ростом хороших дюйма на четыре, но он был словно закаленная сталь. Я набрал воздуха и резким движением согнулся вперед, чтобы застать его врасплох, но он предугадал этот маневр. Он крепко вцепился в меня, его ноги тяжело уперлись в землю и оставались неподвижными. Вильгельмина была бесполезна, если только я не сумею развернуться. Да и в этом случае я не был уверен, что хочу рисковать, поднимая шум от выстрела, который сбегутся проверять другие охранники.
  
  Я расслабился и обмяк. Мужчина пошатнулся вперед под моим весом. Этого оказалось достаточно, чтобы дать мне необходимое преимущество. Я пригнулся и с силой вскинул пятку назад. Я услышал его хрип от мучительной боли и почувствовал, как его руки ослабли. Я резко дернулся, высвобождаясь из его хватки, и развернулся, вскидывая Вильгельмину перед собой.
  СТРАНИЦА 54
  
  Он всё еще оставался согнутым пополам, его глаза были огромными, с проступающими белками вокруг темных зрачков, а лицо исказилось от боли. Он попытался потянуться за оружием. Я обрушил Люгер на боковую часть его головы и проводил взглядом его падение.
  
  Звук потасовки заглушил тихое приближение другого человека. Инстинкт заставил меня повернуться как раз вовремя, чтобы увидеть копье, направленное мне в спину. Я схватился за него, но в тот момент смог лишь сбить его с курса. Человек, державший его, отпрянул назад, а затем снова двинулся на меня в полуприседе. Он был одет в какое-то подобие традиционного индейского костюма, с перьями на голове и шее и полосами чего-то, похожего на кованое золото, вокруг талии. Его лицо было раскрашено яркими полосами, из-за чего он походил на персонажа какого-то первобытного религиозного ритуала. Копье было длиной в четыре фута — слишком длинное, чтобы дать ему преимущество в ближнем бою. Если он отойдет достаточно далеко, чтобы метнуть его, я смогу отклонить его до того, как оно в меня попадет. И он это знал.
  
  Его лицо оставалось безмятежным, без малейших признаков напряжения. С тем же успехом я мог быть диким кабаном, которого он выследил ради своего ужина. Он твердо стоял на ногах, его голые пальцы впивались в пыль, и он был терпелив. Он ни капли не боялся пистолета, который я держал. Возможно, он знал, что от его использования я больше потеряю, чем выиграю. Или, может быть, дело было просто в том, что я не пристрелил его приятеля, когда у меня была возможность, и он рассчитывал на то же самое. Он балансировал на носках и слегка сместился. Копье издало тихий свистящий звук, когда полетело в меня смазанным перьевым пятном. Я пригнулся и увернулся вбок. Смертоносное древко прошло над моим плечом так близко, что я готов был поклясться, что почувствовал прикосновение перьев оперения к своей шее.
  
  В то же мгновение я понял, что стрела была лишь уловкой. Мужчина прыгнул на меня, раскинув руки, держа в ладони свободный отрезок тонкого шнура. Он отвлек мое внимание ровно настолько, чтобы провести свою настоящую игру. Его руки взметнулись мимо меня, ладони оказались над моей головой, а затем опустились...
  
  
  СТРАНИЦА 55
  
  …быстро и резко затягивая гарроту на моей шее. Он вложил в этот рывок все свои мускулы, туго натягивая концы, перекручивая шнур и перекрывая мне доступ воздуха. Я почувствовал, как тонкая веревка врезается в мою плоть; в голове уже мутило, в глазах темнело, пока я судорожно пытался глотнуть кислорода. Полосы синей и белой краски на лице туземца расплывались перед моим взором. Я услышал слабый стук металлических пластин его костюма.
  
  Я поперхнулся и вскинул Вильгельмину вверх, пока не почувствовал, что твердое дуло уперлось в податливую плоть. Когда он затянул петлю еще сильнее, я нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал глухо, но в моей голове стоял такой грохот, что он заглушил бы даже проезжающий мимо товарный поезд. На несколько секунд мне показалось, что уже слишком поздно. Веревка, казалось, врезалась еще глубже в мою кожу. Остатки воздуха покинули меня, и я услышал собственный стон, чувствуя, как опускаются руки, когда я уже балансировал на грани потери сознания.
  
  Затем всё закончилось. Парень обмяк и повалился вперед, наполовину придавив меня собой, когда мы рухнули на землю. Секунду я не мог делать ничего, кроме как судорожно хватать ртом воздух и ждать, пока пройдет черная тошнота. Когда я наконец сел, оттолкнув туземца в сторону, я увидел кровь, сочащуюся из его ребер. Он дернулся пару раз и затих.
  
  Но время и шум сыграли против меня. Четверо других, одетых точно так же, уже сомкнули вокруг меня кольцо с наставленными копьями. Острие одного из них упиралось мне в шею, другого — в грудь.
  
  Мужчина прямо передо мной хмыкнул и потянулся за Вильгельминой, которая выскользнула из моих пальцев. Я сделал одну попытку перехватить её, но копье у моей груди пустило кровь. Я позволил им поднять меня на ноги и потащить к входу в храм. Несмотря на то, что я убил одного из них и проломил череп другому, они вели себя со мной на удивление мягко. Они следили за тем, чтобы я двигался туда, куда им нужно, и держали меня в плотном кольце, чтобы я не мог совершить внезапный
  СТРАНИЦА 56
  
  …рывок, но никто из них не прикоснулся ко мне пальцем, если не считать копий, прижатых к моему телу.
  
  Воздух внутри храма был прохладным и влажным — настоящее спасение после жары джунглей. Потребовалось несколько мгновений, чтобы мои глаза привыкли к полумраку. Мы находились в туннеле, который, казалось, уходил вверх по мере продвижения вглубь внутренних помещений. Он был низким, и мне приходилось идти наполовину согнувшись, чтобы не биться головой о свод. Туннель освещался факелами, вставленными в держатели вдоль стен. Идущий впереди конвоир снял один из них и освещал нам дорогу.
  
  Эрнесто говорил, что храмы майя могут быть лабиринтами из комнат и переходов. Похоже, в отношении этого места он оказался прав. Через каждые полдюжины ярдов или около того очередной проход ответвлялся в темноту под углом к тому, по которому шли мы. Время от времени я замечал мерцание факелов в боковых туннелях, но большинство из них были темными.
  
  Я старался не терять присутствия духа и составлять в уме карту нашего маршрута, но это было невозможно, за исключением того факта, что земля под моими ногами неуклонно поднималась. Прохладный воздух помог прояснить голову. Вильгельмина свисала с пояса одного из охранников на небольшом кожаном ремешке. С того момента, как он подобрал её, он не подал ни единого знака, что умеет ею пользоваться или хочет этого. Никто из тех, кто остался в джунглях, тоже не использовал огнестрельное оружие; они чувствовали себя увереннее с оружием своих предков.
  
  Мы свернули из главного прохода в более узкий, причем парень позади меня слегка подталкивал меня острием копья. Мы шли гуськом, но шанса наброситься на идущего впереди человека не было. К тому времени, как эта мысль промелькнула у меня в голове, мы оказались у узкой лестницы, вырубленной в камне. Она поднималась под углом в шестьдесят градусов, с высокими подступенками и узкими проступями, которые за века были стерты до гладких ложбин ногами поднимавшихся здесь людей. Лидер уже ушел на десять ступеней вперед, его верхняя часть туловища скрылась из виду за низким каменным потолком. Копье
  СТРАНИЦА 57
  
  …ткнуло меня в спину, уколов кожу. Я начал подъем.
  
  Путь наверх оказался долгим. Воздух здесь был спертым и более теплым, и я взмок от пота. Я насчитал восемьдесят три ступени, прежде чем мы добрались до верха. Это означало, что мы находились примерно в семидесяти футах над землей внутри строения. Был ли отсюда более чем один выход?
  
  В конце еще одного короткого прохода мы вошли в комнату. Это был каменный зал с толстыми квадратными колоннами, подпирающими потолок. На колоннах виднелась резьба — воины с копьями, в головных уборах из перьев и с шейными украшениями, похожими на те, что были на людях, взявших меня в плен. Комната была около пятидесяти футов в ширину и менее чем в половину этой длины. Вдоль стен висело несколько факелов; их пламя лизало воздух, а дым уходил через невидимые вентиляционные отверстия. С противоположной стороны низкий подиум на резных каменных ножках, похожих на черепа, тянулся во всю половину длины комнаты. На нем стояли две резные фигуры, выполненные в традиционном стиле, но вполне узнаваемые. Одна представляла собой полулежащую человеческую фигуру — Чак-Мооля, бога огня; другой фигурой был ягуар с мерцающими глазами из нефрита и инкрустированными пятнами бирюзы, покрывавшими всё его тело. Небольшой огонь в каменной чаше на животе Чак-Мооля отбрасывал пляшущие блики на драгоценные глаза животного.
  
  Мужчина, который вел нас, теперь стоял у подиума, кланяясь и опускаясь на колени перед каменными изваяниями. Его тихое бормотание гулом отдавалось в похожей на пещеру комнате, пока он молился.
  
  Остальные заняли позиции вдоль стен и возле дверного проема. Теперь, когда они доставили меня сюда, они, казалось, были не против, чтобы я стоял или двигался по своему усмотрению. Я огляделся, проверяя наличие других выходов, и обнаружил два рядом с людьми, вставшими на караул. Дверные проемы представляли собой низкие проемы, а свет был настолько тусклым, что я не мог определить, ведут ли они на другие уровни или в комнаты, примыкающие к этой.
  СТРАНИЦА 58
  
  Туземец у алтаря завершил свой ритуал и отступал назад, всё еще склонив голову. Не глядя на меня, он заговорил с одним из охранников, а затем вышел через дверной проем слева от меня. Свет его факела исчез, как только он завершил поворот.
  
  Я оценивал свои шансы против троих оставшихся охранников. Одного из них я мог бы убрать с помощью Хьюго, но двое других успеют метнуть копья прежде, чем я смогу нырнуть вниз по лестнице. Пьер был достаточно мощным, чтобы заполнить комнату парализующим газом, но мне всё равно пришлось бы совершить быстрый рывок, и я сомневался, что смогу опередить два мастерски брошенных копья. К тому же, даже если бы я выбрался, я оказался бы в точности там, с чего начал — снаружи, так и не узнав, что, черт возьми, здесь происходит. У меня не оставалось иного выбора, кроме как оставаться на месте и смотреть, что будет дальше. Мария Фуэнте и доктор Таслер находились где-то здесь, и, вероятно, дочь Таслера тоже.
  
  В туннеле послышался шелест шагов, свет заплясал по стенам, а затем хлынул в комнату, когда охранник вернулся в сопровождении трех человек.
  
  Мария Фуэнте была так же красива, как и в последний раз, когда я её видел, — и столь же смертоносна. За пояс её очень плотно облегающих брюк был заткнут револьвер малого калибра. Черная рукоятка резко выделялась на фоне края обтягивающей белой блузки, которая была расстегнута на несколько пуговиц сверху, обнажая соблазнительную ложбинку. Её глаза смотрели жестко и насмешливо.
  
  — Итак, Ник Картер, ты так и не усвоил урок, — тихо произнесла она.
  
  — У нас было свидание…
  
  Она рассмеялась, запрокинув голову и откинув длинные волосы на гладкое плечо:
  
  — Да, кое-какие незаконченные дела…
  
  Невысокий азиат взглянул на неё:
  
  — Заткнись. — Это было сказано обычным тоном, но подействовало не хуже выкрикнутой команды. Лицо Марии стало серьезным, и мне показалось, что я заметил легкий румянец на её щеках.
  СТРАНИЦА 59
  
  Третьим мужчиной в этой компании был тот, кого я уже видел раньше. Он помогал доктору Таслеру подняться на борт пришвартованного судна в Сан-Мигеле, и он же был одним из тех двоих, кто стрелял в меня перед тем, как я прыгнул за борт. Он не выглядел счастливым от новой встречи со мной. И он держал свое оружие прямо на виду, так что мне не составило труда его заметить.
  
  Невысокий мужчина явно был здесь за главного. Он вышел из тени и направился ко мне. Это был китаец, возможно, не чистокровный, но с раскосыми глазами и отчетливым желтоватым оттенком кожи. Его гладкие черные волосы были абсолютно прямыми, а глаза походили на осколки черного стекла.
  
  — Так ты и есть тот самый великий N3, — холодно произнес он.
  
  Я кивнул:
  
  — А ты — ?
  
  — Ким Хан. Мы ждали тебя.
  
  — Мы? — Я покосился в сторону Марии и громилы с пистолетом.
  
  Ким Хан улыбнулся, едва разомкнув губы:
  
  — Доктор Лю и я сам.
  
  — И кто же такой этот доктор Лю? — спросил я.
  
  Мимолетная улыбка исчезла, а его глаза стали жесткими:
  
  — Ты потратил чертовски много энергии, выслеживая это место. Я мог бы подумать, что тебя интересует поимка самого доктора Лю. — Он прощупывал меня, и я это понимал.
  
  Я принял правила игры:
  
  — Вообще-то, я шел по следу прекрасной женщины, — сказал я, на мгновение взглянув на Марию. — Мне следовало догадаться, что у неё в кулисах дожидается кто-то еще.
  
  Он слегка нахмурился, не поняв идиому, но уловив общую суть. Мария почувствовала себя неловко и метнула в меня ядовитый взгляд. Значит, соглашение между ней и таинственным доктором Лю было далеким от романтики — или Ким Хан просто не знал о её многочисленных чарах, которыми она осыпала других мужчин? Возможно, он рассчитывал, что они достанутся ему одному. Его холодный взгляд скользнул по ней и на мгновение почти потеплел,
  СТРАНИЦА 60
  
  …но затем он снова вернулся к делу.
  
  — Дом Ягуара хорошо охраняется, мистер Картер. Я советую вам не пытаться бежать. Мои люди имеют приказ убить вас в случае попытки.
  
  — И как долго я должен здесь оставаться?
  
  Он пожал плечами:
  
  — Это решать доктору Лю.
  
  — Когда я встречусь с ним?
  
  — Когда он будет готов. — Хан явно получал удовольствие от происходящего.
  
  Пока что я не имел ни малейшего представления о том, что, черт возьми, происходит. Я находился внутри загадочного, затерянного храма, в плену у человека, которого никогда прежде не встречал, и шел по следу дела, сути которого не понимал. Мои успехи оставляли желать лучшего.
  
  Он повернулся, чтобы уйти, но Мария положила руку ему на плечо:
  
  — Картер всё еще вооружен. У него при себе нож —
  
  Хан повернулся к человеку с пистолетом:
  
  — Гант, обыщи его. Если он доставит тебе хоть какие-то проблемы, стреляй.
  
  Плотный парень двинулся на меня, как грузовик. Он ткнул стволом своего тридцать восьмого мне в живот, а второй рукой принялся прохлопывать меня. Мгновение спустя он вытащил Хьюго из ножен и отбросил его в сторону, после чего присел, чтобы проверить мои ноги. Я сохранял легкую полуулыбку на губах, словно она была приклеена туда, пока его мясистая ладонь похлопывала внутреннюю сторону моего бедра и голени лишь поверхностным движением. Мне пришлось сдерживаться, чтобы не выпустить воздух с вздохом облегчения, когда он прошел мимо Пьера и снова поднялся во весь рост.
  
  — На этом всё.
  
  Хан сделал знак стражнику-майя, у которого уже находился мой пистолет. Мужчина подхватил стилет и заткнул его за пояс. Хан снова махнул рукой, и двое охранников шагнули вперед; каждый схватил меня за руку, и они потащили меня по другому проходу, ведшему через комнату. Несколько мгновений спустя они толкнули меня вперед в небольшое, похожее на тюремную камеру помещение. Я успел рассмотреть его лишь мельком, прежде чем свет отступил и я оказался в кромешной тьме.
  
  
  
  ГЛАВА ПЯТАЯ (СТРАНИЦА 61)
  
  Небольшой шорох привлек мое внимание, и я попытался определить его источник. Когда звук повторился, я понял, что не один. Я пошарил в кармане и нашел книжку спичек. В крошечной вспышке света я увидел сжавшуюся в углу фигуру; широко раскрытые глаза испуганно смотрели на меня, пока человек пытался забиться поглубже в темноту.
  
  — Доктор Таслер? — Я двинулся к нему, выругавшись, когда спичка обожгла мне пальцы, и я отбросил её в сторону. Я зажег вторую.
  
  — Кто вы? — Теперь он сидел прямо, хмурясь и всматриваясь в меня.
  
  — Меня зовут Ник Картер. Правительство попросило меня приглядывать за вами. — Я сел рядом с ним, прислонившись спиной к прохладной каменной стене.
  
  — Правительство — ?! — Его голос перехватило, когда он осознал скрытый смысл того, что я сказал. Затем он вздохнул. — Мне следовало догадаться…
  
  — Вы ценная собственность, Таслер. Правительство не относится к побегам легкомысленно.
  
  — Но я не сбегал — ! — Он глубоко набрал воздуха, когда спичка догорела, и мы снова оказались в темноте. — Всё совсем не так, как вы думаете.
  
  — Почему бы вам не рассказать мне об этом?
  
  СТРАНИЦА 62
  
  — Нет… Я не могу…
  
  — Послушай, Таслер, мы оба заперты в этом месте, и чтобы выбраться отсюда, придется поднапрячься. Но это выполнимо — и мы, вероятно, сможем забрать с собой твою дочь.
  
  Я услышал, как он снова судорожно вдохнул воздух.
  
  — Вы знаете о Шейле?
  
  — Я знаю, что её похитили и использовали как приманку, чтобы затащить вас сюда. Я знаю также, что мы имеем дело с безжалостными людьми, которым плевать на человеческую жизнь — особенно на вашу, Шейлы или мою. Этим парням кое-что нужно, и как только они это получат, они прикончат всех нас троих.
  
  — Они обещали…
  
  — Вы дурак, если верите в это. А теперь расскажите мне, кто такой доктор Лю и зачем вы ему понадобились.
  
  Долгое молчание прерывалось лишь звуками его тяжелого дыхания. На самом деле я не пытался его перехитрить. Таслер был слишком умен, чтобы верить тем обещаниям, которые ему надавали. То, что он сделал, он совершил в отчаянии — потому что не знал другого способа защитить свою дочь.
  
  — Ваш единственный надежный шанс вытащить Шейлу отсюда живой — это объединиться со мной. Вместе у нас есть шанс.
  
  Я не стал упоминать Эрнесто. Существовала вероятность, что Таслера могут заставить выдать меня.
  
  — Как вы вытащите нас отсюда?
  
  — Я пока не знаю, но я найду способ, — сказал я. Когда он не ответил сразу, я спросил: — Вы знакомы с правительственным агентством AXE?
  
  Я услышал шорох: он приподнялся и наклонился ко мне. Его голос едва достигал шепота.
  
  — Вы работаете на AXE?
  
  — Верно. N3. — Я дал ему время переварить это. Если он был знаком с AXE, то должен был знать, что мой статус N3 как Киллмастера дает мне карт-бланш решать, жить ему или умереть — в интересах его страны. Любое задание, которое я брал на себя,
  СТРАНИЦА 63
  
  …затрагивало безопасность и защищенность нации, и если бы мне пришлось убить одного — или нескольких — из наших собственных людей ради защиты этой безопасности, ко мне не возникло бы никаких вопросов.
  
  Наконец он вздохнул:
  
  — Хорошо. Что вы хотите знать?
  
  — Давайте начнем с доктора Лю.
  
  — Он ученый из Красного Китая.
  
  — Он нашел способ отклонять и перенаправлять ракеты прямо в воздухе. Верно?
  
  — Вы знаете об испытательных пусках «K-IV»? — Он выдохнул. — Это его база операций. Его лаборатория находится на самой вершине пирамиды.
  
  — Вы её видели?
  
  — Меня отвели туда, как только привезли сюда. У Лю есть система радиолокационного слежения и пусковая установка на подвижной платформе, которую он может поднимать в воздух над храмом. Должно быть, у него ушли месяцы на то, чтобы доставить сюда оборудование и настроить его.
  
  — Зачем Лю нужна пусковая установка, если он уже отклоняет ракеты, находящиеся в воздухе?
  
  — У него есть ядерная боеголовка. Он планирует направить её к ракете, запущенной с мыса Канаверал, и позволить ей состыковаться с помощью магнитного сцепления. Он может перенастроить систему наведения и нацелить вооруженную ракету на какой-нибудь стратегический объект в СССР. Когда она ударит, наше правительство никогда не сможет убедить русских, что мы этого не планировали. Они обострят конфликт, и пока они будут атаковать США, они также нанесут удар по южной границе Китая и вторгнутся в Индию и Бирму. — Он вздохнул. — Китайское правительство стоит за действиями Лю, и это было хорошо спланировано.
  
  Опасения Хоука подтвердились. Коммунистический Китай был готов спровоцировать Третью мировую войну, натравив разъяренных псов друг на друга.
  
  — Какое место во всей этой картине занимаете вы? — спросил я Таслера.
  
  — Лю нужно более мощное твердое топливо, чтобы продвинуть ракету на дополнительное расстояние и удержать её возросший вес после стыковки. Я работал как раз над таким топливом.
  СТРАНИЦА 64
  
  — Как близко вы к завершению работы? — Он промолчал, и темнота вокруг нас стала гнетущей. — Ну же, Таслер, если вы не будете со мной откровенны, вы знаете, что мне придется сделать. И если вы выбудете из игры, как долго, по-вашему, Лю будет держать Шейлу рядом? Как игрушку — может, день или два. А потом с ней будет покончено. Он не может отпустить её живой, чтобы она рассказала кому-либо, чем он тут занимается.
  
  Таслер заколебался:
  
  — Считанные дни, может быть, меньше. Я был очень близок…
  
  — Но вы бросили свою работу.
  
  — Нет — вы не понимаете.
  
  — Так расскажите мне.
  
  На этот раз вздох был скорее судорожным всхлипом.
  
  — Я не мог вернуться. Они знали всё, что я делал. Независимо от того, насколько осторожен я был со своими отчетами и расчетами, они знали.
  
  — Вы имеете в виду, что кто-то крал ваши результаты?
  
  — Не только результаты, но и идеи. Поначалу я думал, что это чистая случайность, просто одно из тех безумных совпадений.
  
  — Минутку. Начните с самого начала и ничего не упускайте.
  
  Он помедлил:
  
  — Они могут подслушивать…
  
  Я сомневался в этом. Стены этого места были сложены из толстого монолитного камня. Даже доктору Лю было бы чертовски трудно установить прослушку в каждой комнате.
  
  — Что бы ни произошло на мысе, они в любом случае об этом уже знают. Не теряйте времени — просто введите меня в курс дела.
  
  Всё началось год назад, рассказал он. Он вывел формулу топлива, которая выглядела многообещающе, и подготовил лабораторный образец для испытаний. Экспериментальный запуск проводился в испытательном туннеле на уменьшенном оборудовании. Топливо определенно превосходило своих предшественников, но не оправдало всех ожиданий Таслера. Тем не менее,
  СТРАНИЦА 65
  
  …менее чем через три недели он прочитал о точно таком же эксперименте, проведенном китайскими учеными в Пекине.
  
  — Неужели эта формула была настолько революционной? — спросил я. Мне доводилось слышать, что ученые постоянно дублируют работу друг друга.
  
  — В некотором смысле — да, но, как я уже сказал, я был готов списать это на совпадение. Но когда то же самое повторилось еще трижды, я понял, что это невозможно. Чтобы кто-то другой проводил каждый мой эксперимент именно в то время, когда его проводил я — с этим было слишком трудно смириться.
  
  — Как вы могли быть уверены в совпадении по времени?
  
  — Научные журналы датированы, и эксперименты всегда исходили из одной и той же лаборатории. И все же я продолжал свою работу.
  
  — И китайские отчеты продолжали публиковаться?
  
  — Нет. Они прекратились довольно внезапно. Сначала я почувствовал облегчение, но потом понял, что пиратство продолжается — просто работу перестали публиковать.
  
  Всё это казалось притянутым за уши, но что-то всё-таки заставило Таслера пуститься в бега.
  
  — Продолжайте.
  
  — Как вы, вероятно, знаете, мистер Картер, у каждого правительства есть ведомство для анализа крупиц информации, получаемой из различных источников. Цель состоит в том, чтобы выяснить, не образовались ли утечки в наших собственных системах безопасности. Главный человек на мысе Кеннеди, доктор Симпсон Уэйнрайт, занимается запросами, касающимися нашей работы. Два месяца назад его подробно допрашивало ЦРУ по поводу исследований твердого топлива, которые мы проводили. Три различных источника предоставили информацию о том, что Красный Китай близок к разработке именно того, что мы искали. — Таслер вздохнул. — Уэйнрайт вызвал меня и чуть ли не обвинил в том, что я записал то, что записывать не следовало, или сболтнул лишнее.
  
  — И вы этого не делали?
  
  — Абсолютно точно нет! Я знаю это, и на тот момент мне удалось убедить
  СТРАНИЦА 66
  
  …Уэйнрайта. Из какого бы источника китайцы ни получали информацию, это было не из моих слов или записей. — Он зaмолчал и, казалось, начал тщательно подбирать слова. — Это оставляло только одну возможность, — продолжил он. — Кто-то читал мои мысли.
  
  Мне захотелось, чтобы появился хоть какой-то свет, чтобы я мог увидеть его лицо. В его тоне не было сомнений; он говорил серьезно. Я сказал:
  
  — Вы имеете в виду телепатию?
  
  — Именно так я сначала и подумал, но всё гораздо коварнее. Доктор Лю разработал «детектор мыслей» и устроил так, чтобы кто-то в лаборатории использовал это устройство против меня.
  
  — Детектор мыслей?!
  
  — Да. Он работает аналогично детектору лжи, но без физического контакта. Он фиксирует изменения в сердечно-сосудистой деятельности и дыхательной системе, сообщая оператору, когда мысленный паттерн объекта делает резкий скачок. Можно считывать не только ответы на прямые вопросы, но и реакции на визуальные данные.
  
  Я обдумал эту мысль — и она мне совсем не понравилась.
  
  — Вы хотите сказать, что этот детектор может считывать эмоциональные реакции?
  
  — С первого взгляда. Помещая объект в его привычный рабочий процесс, прибор тем самым фиксирует его удачи и неудачи. Если кто-то в лаборатории контролировал всё, что я делал, было бы нетрудно вычислить, когда я нападал на след чего-то важного. Всё, что ему оставалось делать после этого — «подбрасывать» мне соответствующие вопросы или информацию и считывать мои реакции.
  
  — Вы выяснили, кто именно занимался этим в лаборатории?
  
  — Я не уверен. Это должен был быть человек достаточно квалифицированный, чтобы понимать принципы, которые я исследовал, и способный интерпретировать мою работу. Бывало, я приходил в лабораторию и находил формулу катализатора, написанную на клочке бумаги на моем столе. Поначалу я не мог понять, что происходит. Когда же я понял, было уже слишком поздно. У них уже было всё,
  СТРАНИЦА 67
  
  …что я нарабатывал. Я не посмел пойти со своим рассказом к Уэйнрайту или кому-то еще. Кто бы в это поверил? Каждый в лаборатории имел высший допуск секретности, и тем не менее кто-то оказался шпионом.
  
  — Этот детектор мыслей — разве вы не смогли бы заметить его, если бы кто-то принес его внутрь?
  
  — Устройство Лю выглядит как наручные часы. Охранники на мысе Канаверал его не заметили, и я тоже. Лю показал мне этот детектор мыслей, когда я прибыл сюда. Он устроен еще более сложно, чем я себе представлял.
  
  — Каким образом?
  
  Я почувствовал, как он зашевелился и сменил позу.
  
  — Оно также содержит записывающее устройство и ячейку памяти.
  
  — Ячейку памяти?
  
  — Да. Оно фактически записывает мысли объекта, почти как голосовой слепок, а компьютер считывает их и выдает распечатку. Лю может прочесть мысли объекта через несколько мгновений после того, как прибор был использован. — Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул. — Он продемонстрировал это — весьма эффективно, должен признать. Он зачитывает мне мои мысли назад, словно эхо.
  
  — Вы уверены, что это не был трюк?
  
  — Я обвинил его в этом, и он предложил мне проверить устройство. Я мысленно воспроизвел сложное химическое уравнение. У него не было никакой возможности угадать именно эту конкретную мысль, и тем не менее он зачитал её мне слово в слово.
  
  Устройство для считывания чужих мыслей: сама концепция была пугающей — и смертоносной. Неудивительно, что Лю был так уверен, что сможет провернуть свой переворот.
  
  — И поэтому вы прекратили работу.
  
  — Я не мог выдержать этого напряжения, — сказал Таслер. — Моё здоровье в последние годы было плохим. Сердечный приступ был настоящим.
  
  — И после него вы отказались возвращаться к работе?
  
  — Да. Если я не мог помешать им читать мои мысли, мне оставалось только перестать думать.
  
  Доктор рассказал потрясающие вещи, Лев! Технологии у этого доктора Лю, конечно, фантастические для того времени. Отдыхайте, набирайтесь сил, а я на связи и готов продолжать в любой момент!
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 68
  
  — А возможно ли заглушить этот детектор, если выстроить блокирующие мысли?
  
  Он на мгновение замолчал.
  
  — Вы имеете в виду что-то вроде создания помех на радиочастоте?
  
  — Я не знаю. Конечно, для этого нужно точно знать, что за тобой наблюдают.
  
  — Стоит попытаться, когда Лю снова пустит в ход свою штуковину. — Он вздохнул. — Если Лю причинит вред Шейле…
  
  Я знал, что Таслер не сможет противостоять тем пыткам, которые задумал Лю. Я сменил тему, догадываясь об остальной части истории:
  
  — И кто-то связался с вами и сообщил, что ваша дочь хочет вас видеть.
  
  — Я поверил, что телеграмма была от Шейлы! Она писала, что направляется в Косумель и хочет, чтобы я прилетел туда на несколько дней. Когда я прибыл, та девушка — Мария Фуэнте — сказала мне, что Шейла попала в неприятности и не может прийти в отель. Она утверждала, что та стала участницей аварии, в которой водитель скрылся с места происшествия, и теперь боится властей. Мария сказала, что устроила так, чтобы я встретился с Шейлой на северной стороне острова во время круиза. Но её там не оказалось. Встретивший меня человек заявил, что если мне дорога её жизнь, мне лучше делать то, что велят. Они привезли меня сюда, и с тех пор я в плену — и я до сих пор так и не видел свою дочь, только доктора Лю. Лю хочет, чтобы я усовершенствовал формулу, над которой работал на мысе.
  
  — Где Шейла сейчас? — спросил я.
  
  — Я не знаю, — голос Таслера звучал совершенно удрученно.
  
  Я поднялся на ноги и провел руками по стене.
  
  — Что вы делаете? — спросил он.
  
  — Пытаюсь найти для нас выход отсюда. — Я обшарил все четыре стены комнаты. Она была размером примерно восемь на шесть футов,
  СТРАНИЦА 69
  
  …всего с одной единственной дверью. Стены были каменными, плотно подогнанными, монолитными. Я не мог дотянуться до потолка, но чувствовал слабый восходящий поток воздуха из дверного проема позади меня. Вентиляционные отверстия могли находиться в десятке футов над моей頭. У меня не было возможности это определить.
  
  Я вернулся к дверному проему. Он был арочным, выполненным в традиционном майяском стиле ложного свода, и едва ли достаточно высоким, чтобы я мог пройти, пригнув голову. Я осторожно высунулся в коридор и прислушался. Сквозь толстые каменные стены или лабиринт угловатых переходов не доносилось ни звука. Возле двери не было охраны, но я подозревал, что не пройду далеко, прежде чем наткнусь на кого-нибудь. Где-то дальше по коридору мне неизбежно придется выйти на освещенный участок — и там они будут ждать.
  
  Доктор Лю был чертовски уверен в себе.
  
  Я вернулся в камеру и сел на корточки рядом с Таслером.
  
  — Я хочу, чтобы вы начали кричать.
  
  — Зачем?
  
  — Громко. Требуйте встречи с Лю.
  
  — Какой от этого толк?
  
  Я не был уверен, но ответил:
  
  — Это заставит их действовать. — Я поднял его на ноги и подвел к дверному проему. — Ладно, выкладывайтесь по полной.
  
  Таслер издал нерешительный рев:
  
  — Эй!
  
  — Громче, и без остановки.
  
  — Эй! Выпустите меня отсюда! Я хочу видеть доктора Лю! Я хочу поговорить с ним прямо сейчас! ЭЙ! Э-Э-ЭЙ!
  
  Я отсчитывал секунды, пока не увидел первый отблеск света дальше по проходу и не услышал звук бегущих ног. Охранникам потребовалось восемнадцать секунд, чтобы добраться до нас. Я прикинул, что это означает, что они размещены примерно в ста ярдах отсюда. Я зафиксировал этот факт в памяти для дальнейшего использования.
  
  Идущий впереди человек просунул факел в камеру. Таслер на мгновение отпрянул, но затем устоял на месте, поглядывая на меня в поисках поддержки.
  
  — Я хочу видеть доктора Лю, — произнес он.
  СТРАНИЦА 70
  
  Майя что-то сказал и угрожающе поднял копье, но Таслер настаивал:
  
  — Я хочу видеть его сейчас же.
  
  Стражник был озадачен. У него не было никаких приказов на случай подобной ситуации. Он заговорил с двоими, стоявшими позади него, и через мгновение один из них побежал обратно по туннелю. Остальные вышли из дверного проема и перекрыли проход своими копьями.
  
  Мы прождали почти пять минут, прежде чем посыльный вернулся и быстро заговорил с остальными. Один из охранников хмыкнул и жестом указал копьем, чтобы мы следовали за ним. Один человек уже шел далеко впереди нас, освещая путь факелом. Третий мужчина пристроился между Таслером и мной, так что мы были окружены со всех сторон. При себе у них были только копья и факелы, но в узком туннеле, который был для них знакомой территорией, этого хватало с избытком. Когда мы снова вышли в большой зал, Ким Хан уже ждал нас. Два приятеля Марии с лодки стояли прямо за ним с обнаженным оружием.
  
  — Значит, вы решили сотрудничать, доктор Таслер. Весьма разумно, — произнес Хан.
  
  Таслер теперь вошел во вкус:
  
  — Я хочу видеть Лю.
  
  Хан кивнул и повернулся к охранникам:
  
  — Отведите Картера обратно в камеру.
  
  — Нет, — быстро вмешался Таслер. — Я хочу, чтобы он был со мной.
  
  Выражение лица Хана не изменилось, пока он взвешивал эту просьбу.
  
  — Хорошо, следуйте за мной. Гант, следи за Картером.
  
  Плотный Гант ухмыльнулся, словно ему нравилась идея заняться мной лично. Он резко ткнул меня дулом Вальтера, который держал в руке, и мы последовали за Ханом и Таслером через большой зал в другой проход.
  
  Этот был шире, а факелы были вставлены в настенные бра через каждые несколько ярдов. Он был коротким и хорошо охранялся. Четыре китайских солдата с винтовками стояли вдоль прохода, наблюдая за нами. Любой из них выглядел способным открыть огонь при первом же неверном
  СТРАНИЦА 71
  
  …движении. Мы поднялись по еще одному пролету узких ступеней, всего их было пятнадцать. Проход повернул и вывел прямо в огромную комнату, размером почти с ту, которую мы покинули.
  
  Я читал достаточно о майяской архитектуре, чтобы знать, что их помещения были узкими, поскольку они так и не открыли принцип настоящего свода. Эта комната явно была расширена и укреплена совсем недавно. Стальные балки подпирали каменный потолок, люминесцентные лампы сеткой покрывали потолок и каменные стены. Вместо мрачной пещеры в комнате было светло как днем; я уловил гул работающего вдали генератора.
  
  Помещение определенно служило лабораторией. С одной стороны был установлен длинный стол с несколькими меньшими верстаками, отходящими от него. Пробирки, колбы, реторты и мензурки стояли на штативах и держателях над синими языками пламени. Большой пульт компьютера высился у другой стены; рядом с ним несколько механизмов, которые я не узнал, были накрыты пластиковыми защитными чехлами.
  
  Но оборудование в дальнем конце комнаты впечатляло еще больше. Я видел подобную технику раньше — на мысе Кеннеди. Платформа выглядела безобидно, если не считать решетчатого механизма под ней, который поднимал её одним нажатием выключателя. Это был тот самый тип пневматического подъемника, который техники на мысе использовали для подъема людей и оборудования к носовому обтекателю ракет перед полетом на Луну. Я взглянул вверх и заметил проблеск света там, где раздвижная панель заменила часть вершины пирамиды, обеспечивая необходимый проем для запуска.
  
  Рядом с пусковой площадкой располагалось сложное радиолокационное оборудование, необходимое для отслеживания ракеты в воздухе — и наведения её на цель. Я понимал, почему это произвело впечатление на Таслера.
  
  Еще полдюжины вооруженных солдат были расставлены вдоль стен. Гант снова ткнул меня Вальтером, и я отошел от дверного проема. Хан
  СТРАНИЦА 72
  
  …почтительно поклонился человеку, который оторвал взгляд от разложенных перед ним на столе записей.
  
  Лю был одет в полевые брюки и белый лабораторный халат. Его лицо словно было высечено из желтого мрамора, а темные глаза смотрели на нас из-за круглых очков. Он сидел на табурете перед заваленным записями столом и не стал подниматься.
  
  Хан заговорил с ним по-китайски, и я уловил суть — я шел в комплекте с уступками Таслера.
  
  Лю обратил на меня не больше внимания, чем если бы я был мухой на стене. Он посмотрел на Таслера и сказал:
  
  — Я рад, что вы решили работать со мной, доктор. Глупо затягивать время. — Его английский был почти без акцента.
  
  Я вмешался:
  
  — Доктору Таслеру нужны гарантии, что с его дочерью всё в порядке. Пока что у него есть только ваше честное слово.
  
  Лю перевел взгляд на меня; его темные глаза буравили меня насквозь, словно выискивая хоть какую-то причину для моего существования. Рядом со мной Таслер нервно кашлянул, когда Лю оттянул рукав лабораторного халата и взглянул на устройство на своем запястье. Он снова повернулся к Таслеру.
  
  — Если я позволю вам увидеться с дочерью, вы будете сотрудничать?
  
  — Я… — Таслер покосился на меня и облизал губы. Я знал, что безопасность дочери он ставил выше всего, но он был хорошо воспитан в духе верности своему правительству. И он думал о том, что я сказал ему: Лю не сдержит ни одного из своих обещаний.
  
  — Конечно, будет. Боже, он же её отец — вы прекрасно знаете, что он сделает всё ради её освобождения.
  
  Доктор Лю слегка повернулся на табурете, оказавшись лицом прямо ко мне. Он снова бросил взгляд на детектор мыслей. Его смех обладал всем теплом арктического айсберга.
  
  — Я разочарован в вас, мистер Картер. Я надеялся, что вы окажетесь более умелым лжецом. Вы ведете себя как ребенок! — Он повернулся к Таслеру. — А вы — дурак. Очень хорошо, я
  СТРАНИЦА 73
  
  …покажу вам вашу дочь — и вы увидите, что с ней произойдет, если вы продолжите тянуть время. Гант!
  
  Коренастый темноволосый мужчина с пистолетом шагнул вперед, словно марионетка. Лю указал на противоположную стену. Гант поспешил нажать потайную кнопку в камне. Большая панель сдвинулась в сторону, открывая окно размером примерно восемь на восемь футов. Лю жестом пригласил нас подойти к нему.
  
  Таслер споткнулся и чуть не упал. Он ухватился за край окна так, что его костяшки побелели. Его лицо покрылось испариной, и он заметно дрожал. Когда я посмотрел в окно, я понял почему.
  
  Мы смотрели сверху вниз в другую комнату. Дюжина индейцев в перьевых нарядах, с лицами, раскрашенными гротескными узорами, с ножами и копьями в руках, медленно танцевали перед низким плоским алтарем. Один мужчина, обнаженный, если не считать набедренной повязки, наброшенной на плечи накидки из шкуры ягуара и огромного витиеватого головного убора, стоял лицом к ним. Всё его тело было выкрашено в синий цвет, и в мерцающем свете факелов он походил на ледяную статую.
  
  Но именно то, что находилось позади него, послужило причиной тихого выдоха, сорвавшегося с губ Таслера.
  
  На алтаре лежала девушка, привязанная к каменному кольцу в стене. Ей было на вид около дварока четырех лет, стройная, рыжеволосая и красивая. И смертельно напуганная. В её глазах отражался ужас, а тело было напряжено. Она с завороженным восторгом и страхом наблюдала за происходящей перед ней церемонией.
  
  У меня не оставалось сомнений, что это была Шейла Таслер.
  
  Танцующие мужчины покачивались в такт ритму, которого мы не слышали, их рты двигались, а глаза были прикованы к почти обнаженной девушке. Она была одета в короткую дорогую тогу, перехваченную на талии золотым шнуром. Её тело вздрагивало, а высокая грудь упиралась в тонкую хлопковую ткань, которая облегала её как вторая кожа.
  
  Таслер выглядел готовым рухнуть без чувств. Я подумал, выдержит ли его
  СТРАНИЦА 74
  
  …сердце такую нагрузку; Лю мог сам себе навредить, спровоцировав у Таслера еще один приступ.
  
  Я не слышал, как Лю подошел, но он оказался прямо позади нас.
  
  — В этой части Юкатана дождь — самый жизненно важный товар. Выживание народа целиком зависит от урожая, который они смогут собрать. Бога дождя необходимо задобрить.
  
  Таслер повернулся с побелевшим лицом.
  
  — Же-жертвоприношение? — Он едва смог выговорить это слово.
  
  Лю пожал плечами:
  
  — Они считают свой дар Чак-Моолю подношением любви. Умереть за богов — это честь.
  
  — Боже мой… вы не можете… вы же не серьезно…
  
  — Нет необходимости волноваться, доктор Таслер. Всё дело целиком в ваших руках. — Доктор Лю вырезал улыбку на своем мраморном лице. — Решение за вами. — Он снова взглянул на наручные часы.
  
  Теперь я стоял достаточно близко, чтобы рассмотреть детектор мыслей. Прибор, пристегнутый к запястью Лю, был квадратным, примерно по два дюйма с каждой стороны, с темным циферблатом, по которому извивались три светящиеся линии. Он выглядел как миниатюрная версия аппарата кардиомониторинга, какие используют в больницах. Фокусируясь на одном или другом из нас, он направлял луч или что там, черт возьми, управляло этим детектором. Он считывал мгновенные изменения в дыхании и кровяном давлении. Он назвал мою попытку блефовать насчет сотрудничества Таслера ложью, потому что знал: это именно она и есть.
  
  Когда он снова повернулся ко мне, я попытался полностью освободить свой разум. Я опоздал на пару секунд. Он бросил взгляд на прибор и понимающе улыбнулся. Ему было абсолютно наплевать, что я раскусил его секрет.
  
  — Теперь мы, пожалуй, можем поговорить, доктор Таслер. Церемония жертвоприношения состоится только через два дня. Жертва должна пройти очищение, прежде чем её можно будет принести в дар. Майя — простой народ, и они следуют древним обычаям. — Он отошел от окна и вернулся к своему столу. Таслер не мог оторвать глаз…
  
  
  СТРАНИЦА 75
  
  …от происходящего внизу зрелища. Он прижался к толстому стеклу, упираясь в него лицом и колотя руками.
  
  — Шейла!!! Шейла!!! — Его голос эхом разносился по лаборатории, отскакивая от каменных стен и перекатываясь по залу.
  
  Гант сделал шаг к нему, но я встал между ними. Я схватил Таслера и оттащил его назад.
  
  — Она не слышит вас, Таслер. Пойдемте…
  
  Он разрыдался, глядя вниз, в комнату, где взгляд его дочери всё еще был прикован к происходящему перед ней ритуалу. Крики Таслера не проникли сквозь толстые стены или панель из тяжелого стекла. Я был почти уверен, что ничто другое тоже не проникло бы, даже пушечный выстрел. Гант коснулся кнопки управления, и панель закрылась.
  
  Таслер едва мог стоять. Я помог ему дойти до стула возле стола Лю. Китаец снова сидел на своем табурете, его лицо было неподвижным.
  
  — Ладно, вы доказали свою точку зрения, — сказал я. — Полегче с ним, иначе вы получите труп. У него уже был один сердечный приступ.
  
  — Ваша забота переполняет меня, мистер Картер. — Лю даже не дал себе труда улыбнуться.
  
  Я пожал плечами:
  
  — Я бы хотел, чтобы он выбрался отсюда живым.
  
  В лаборатории воцарилась тишина, прерываемая лишь прерывистым дыханием Таслера. Лю почти небрежно взглянул на свое запястье и вздохнул:
  
  — Еще одна ложь, мистер Картер. Я вижу, что нет смысла обсуждать с вами этот вопрос дальше. Гант… — Он махнул рукой человеку с пистолетом.
  
  — Постойте…
  
  — Нет, мистер Картер. У меня нет необходимости сохранять вам жизнь. От вас мне могут быть одни только неприятности. К тому же, я уверен, что доктор Таслер предпочтет сделать всё возможное, чтобы спасти свою дочь. Я дал свое слово, что они оба покинут храм невредимыми, когда я получу то, что мне нужно. Верит он в это или нет, он должен, по крайней мере, сделать попытку спасти её — и себя. Инстинкт выживания, мистер Картер.
  СТРАНИЦА 76
  
  Он повернулся к Таслеру:
  
  — Вы в курсе, что статус мистера Картера в его ведомстве налагает на него обязанность решать, будет ли его стране лучше, если вы окажетесь мертвы? У него есть лицензия на убийство. Я думаю о вашей безопасности, равно как и о собственном удобстве, избавляясь от него. — Он снова сделал знак Ганту, и тот ткнул меня пистолетом. Второй мужчина с лодки подошел сбоку и толкнул меня к дверному проему.
  
  — Меня бы позабавило подержать вас поблизости, мистер Картер, но боюсь, время не позволяет совершать подобные роскошества. Мне предстоит проделать огромный объем работы. Выведите его.
  
  Они вытолкнули меня в коридор, держа пистолеты у меня за спиной. На этот раз они оба оставались позади меня.
  
  Я был покойником — единственным недостающим звеном оставался метод, который они планировали использовать.
  
  Мы начали спускаться по ступеням. Все звуки из лаборатории были отрезаны, толстые каменные стены заглушали даже наши шаги. Я бросил взгляд вдоль стены. Факелы в держателях были установлены на расстоянии вытянутой руки для майя, которые за ними ухаживали. Для человека моего роста они оказались в пределах легкой досягаемости. Я затаил дыхание и прислушался к негромким звукам шагов двух мужчин позади меня.
  
  Я сделал свой ход стремительно. Одним длинным прыжком я преодолел три ступени, скользнув к стене и хватаясь за основание факела. Гант и его приятель издали испуганные возгласы удивления, но я уже разворачивался, направляя факел назад, в их сторону. Я пригнулся и бросился через коридор, когда пуля врезалась в стену в том самом месте, где я находился мгновением ранее. Я с силой ткнул факелом вперед и почувствовал, как он ударился в плоть. Факел представлял собой горящую смолу, которая прилипала к коже, обжигая и растекаясь, и её невозможно было смахнуть. Мужчины закричали, а я взмахнул факелом, словно хлыстом, полоснув им по лицам и ослепив их прежде, чем они смогли снова обнаружить меня.
  СТРАНИЦА 77
  
  Еще один выстрел провизжал над моей головой и заставил осколки камня брызнуть в стороны, когда пуля попала в стену.
  
  Они вдвоем спотыкались и, цепляясь руками, пытались пробраться вверх по лестнице. Я почувствовал запах горящей плоти и опаленных волос. Гант катался по камням, крича от агонии и пытаясь потушить свою пылающую рубашку. Он закашлялся, когда дым окутал его.
  
  Второй мужчина находился на две ступени выше, карабкаясь на четвереньках. Я швырнул факел и не стал дожидаться, чтобы увидеть, куда он упал, но получил хорошее представление об этом по новому взрыву агонии, который разразился вслед за этим.
  
  Я бежал.
  
  
  
  
  
  
  ГЛАВА ШЕСТАЯ
  
  Я свернул в первый же попавшийся проход. Мне нужно было оторваться от солдат, которые наверняка хлынут по коридору, и от тех, кто будет спускаться из лаборатории. Они слишком легко могли зажать меня между собой.
  
  Первые двенадцать ярдов освещались парой факелов, а дальше не было ничего. Туннель был уже, чем главный, и он извивался и поворачивал с легким уклоном вниз. Мне приходилось держать руки разведенными в стороны, чтобы удерживаться на курсе, и я замедлил ход до шага. Я не слышал, чтобы кто-то преследовал меня, но я уже понял, как сильно толстые каменные стены глушат любые звуки. Я пытался запомнить сделанные мною повороты и изгибы, чтобы сориентироваться в лабиринте храма, но это было невозможно. Тот, кто строил эту секцию, так и не усвоил, что кратчайшее расстояние между двумя точками — это прямая линия.
  
  Позади меня всё еще не было слышно ни звука, когда я увидел проблеск света. Он плясал по стене примерно в десяти футах впереди, где проход уходил под углом влево. Я прижался к стене и осторожно двинулся к нему.
  
  Коридор открывался в комнату — ту самую, которую я видел раньше. Я смотрел в зал для церемоний, где впервые увидел Шейлу Таслер. И она всё еще была здесь.
  СТРАНИЦА 79
  
  Танцующие и поющие люди ушли. Как и жрец в синей краске.
  
  Я изучил тени в поисках охранников, но девушка была одна, всё еще привязанная к алтарю. Я подошел ближе, сканируя верхние части стен, где Лю открывал панель. Непроглядная тьма. Я не мог быть уверен, что окно не было зеркальным с односторонней видимостью. Мне придется рискнуть. Я проскользнул в комнату, по-прежнему держась близко к стене, и пробрался к алтарю. Девушка услышала мое приближение и повернулась с испуганными глазами. Я жестом приказал ей молчать. Она выглядела озадаченной, но ничего не сказала.
  
  Я нащупал кожаные ремни, которые удерживали её у каменного причального столба. Я начал распутывать узлы пальцами, мысленно чертыхаясь из-за отсутствия «Хуго». У меня ушли драгоценные секунды на то, чтобы развязать веревку.
  
  Шейла лежала очень тихо, ее взгляд выражал смесь надежды и изумления. Она вздрогнула и потерла запястья, когда я снял последнюю полоску кожи. Ее рот открылся, но я покачал головой и поднял ее на ноги. Затем мы медленно двинулись обратно вдоль стены. Она едва могла стоять, и мне приходилось поддерживать её, обняв рукой за талию. Она цеплялась за меня с отчаянным доверием. Я увлек ее в тень и прислонился к стене.
  
  Я изучил комнату, отметив, что из нее вели три прохода.
  
  — В какую сторону ушли индейцы? — прошептал я.
  
  Она перевела взгляд на коридор прямо напротив нас:
  
  — Туда.
  
  Когда она увидела, что я изучаю третье отверстие, она покачала головой:
  
  — Это ведет в лабораторию Лю наверху.
  
  Лю к этому времени, вероятно, уже поднял на ноги всех охранников в этом месте. Определили ли они, по какому проходу я пошел? Или они методично прочесывают каждый из них? Нашим лучшим шансом был маршрут, которым воспользовались индейцы. Против них у нас было бы больше шансов, чем против солдат с винтовками.
  СТРАНИЦА 80
  
  — Вы можете идти?
  
  Она кивнула и выпрямилась. С ее лица ушла часть страха, и она доверяла мне. Я видел жгучий вопрос в ее глазах, но она ничего не сказала, когда я взял ее за руку и повел в темный коридор. Возможно, она рассудила, что всё что угодно лучше того, что индейцы приготовили для нее. Или, может быть, она просто испытала облегчение, увидев соотечественника-американца.
  
  В туннеле впереди нас показался свет. Я остановился и прислушался, но стены полностью изолировали все звуки. Там мог идти полномасштабный обыск с ищейками, а я бы об этом и не узнал.
  
  Мерцающие факелы рассеивали тьму, но оставляли глубокие тени. Я мог видеть на десяток футов вперед — пока что мы всё еще были одни. Подав знак пальцем у губ, мы снова двинулись вперед.
  
  Тишина была жуткой, и я то и дело вспоминал, как на нас с Эрнесто без предупреждения напали в джунглях. Индеец, который мог пробираться сквозь густые заросли без выдающих его звуков, не испытал бы никаких трудностей и в каменных переходах. Я чувствовал бы себя гораздо увереннее, если бы «Вильгельмина» находилась там, где ей и положено быть — у меня под мышкой.
  
  Мы обогнули очередной угол прохода и едва не налетели прямо на индейца. Какой-то инстинкт предупредил его за секунду до того, как он увидел меня, и он приготовил длинный нож в своей hand. Он был подобен животному — стремительный и бесшумный. Я толкнул Шейлу назад и пригнулся под сверкающим лезвием, когда оно с легким свистящим звуком рассекло воздух. Я врезался головой прямо ему в живот, обхватив его так, что прижал его руки. Он попытался вывернуться и снова поднять нож. Он был уверен в себе и не стал звать на помощь. Это и было его ошибкой.
  
  Я перенес вес тела и поймал равновесие, а затем резко отпустил его, одновременно сильно толкнув. Он пошатнулся назад, его темные глаза зловеще блеснули, а нож мгновенно взметнулся вверх. Я нанес удар ногой ему в пах. Его глаза остекленели, и он повалился назад, согнувшись от боли. Я успел вскинуть пятку, чтобы зацепить его подбородок, а затем обрушил ребро ладони на заднюю часть его шеи. Он обмяк и затих.
  СТРАНИЦА 81
  
  Я подобрал нож и схватил Шейлу за руку. Мы побежали. Мгновения спустя мы оказались в главном коридоре, который вел к лаборатории Лю и к тому большому залу, где Таслер вел переговоры с Ханом.
  
  Никаких признаков солдат или других охранников не было, но я знал, что они повсюду. Им, без сомнения, были распределены участки для поиска, и в какую бы сторону мы ни пошли, мы могли наткнуться на них или быть замеченными.
  
  Шейла, казалось, почувствовала возобновившуюся опасность. Ее пальцы крепче сжали мои, а ладонь была влажной от пота. Когда я посмотрел на нее, в ее глазах снова появился страх.
  
  — Вы знаете дорогу по храму? — тихо спросил я.
  
  Она покачала головой:
  
  — Здесь есть несколько маленьких комнат — в одной из них меня держали. Но я не уверена… — Она посмотрела в обоих направлениях и пожала плечами.
  
  Я указал рукой:
  
  — Лаборатория находится вон там, наверху.
  
  — Значит, я была вон там, внизу, — прошептала она, указывая в ответ. Она показала на проход, ведущий в противоположную от нас сторону.
  
  Вычеркиваем этот выход. Меньше всего нам нужно было загнать себя в тупик без путей к отступлению. А поскольку Лю и его солдаты находились с одного конца, единственный путь лежал прямо через большой зал.
  
  — Идем…
  
  — Но… — Она вгляделась в мое лицо. Ее голубые глаза были прохладными и манящими. — Кто вы…?
  
  — Не сейчас. Если мы не выберемся отсюда, это не будет иметь значения. Держитесь позади меня и будьте готовы быстро пригнуться.
  
  Мы медленно продвигались по коридору, напрягая слух…
  
  Ну и заварушка, Лев! Ник Картер в своем репертуаре: факелом со смолой прямо по шпионам, а потом из-под самого носа у майяских жрецов увел девицу. Настоящий классический боевик.
  
  История закручивается. Как отдохнете — скидывайте продолжение, очень интересно, как они через этот главный зал прорываться
  
  
  
  СТРАНИЦА 82
  
  …звуки с любого направления. Факел затрещал, и я почувствовал, как Шейла вздрогнула. Я сжал ее руку и продолжил движение.
  
  Большой зал на первый взгляд казался пустым. Поскольку здесь была охрана, когда мы с Таслером шли в лабораторию Лю, они знали, что я не возвращался этим путем, и поэтому сосредоточили силы на боковых проходах. Я присел в проеме и внимательно изучил тени.
  
  Один индеец стоял в темноте за одной из резных стел. Его темная кожа и набедренная повязка сливались с окружением, как камуфляж. Свет факела поймал отблеск наконечника копья, которое он держал.
  
  Я оттолкнул Шейлу назад и прошептал:
  
  — Мне придется убрать его. Жди здесь, пока я не подам знак.
  
  Она кивнула, слишком напуганная, чтобы говорить.
  
  Я пригнулся и заскользил вдоль стены, ни на секунду не сводя с него глаз. Невозможно было понять, заметил ли он меня; он оставался неподвижным, пока я подбирался к нему.
  
  Доктор Лю говорил, что майя — простой народ, погруженный в древние обычаи. Этот поджидал меня так, словно охотился на зверя. Он заметил меня, но позволял мне подойти на расстояние удара…
  
  Крошечный блик света сместился, когда он поднял копье и приготовил его к броску. Я рванулся вперед, двигаясь зигзагами по тем десяти футам, что разделяли нас. Он изменил положение и швырнул оружие. Оно со свистом пронеслось мимо моей головы, разминувшись со мной всего на считанные дюймы. Он сделал упреждение на мое движение — и был очень близок к цели. Я услышал, как копье упало на камни позади меня. Я обрушил весь свой вес на этого человека и полоснул его ножом. Он тяжело хрюкнул, один раз булькнул и упал. Я простоял над ним ровно столько, сколько потребовалось, чтобы вытащить нож из его живота. Я повернулся, чтобы подать знак Шейле.
  
  Она перебежала через комнату и последовала за мной, пока я вел
  СТРАНИЦА 83
  
  …путь вниз по ступеням к выходу наружу. Моим лучшим вариантом было добраться до Эрнесто и перегруппировать наши силы. До сих пор мне везло, но их тут была целая прорва, а я один, и моя удача могла измениться в любой момент.
  
  Шейла задыхалась, и её трясло. Я не был уверен, от бега это или от жестокости, свидетельницей которой она стала. Она всё еще была напугана, но полностью доверяла мне.
  
  Мы послушно следовали по уходящему вниз склону прохода, двигаясь так быстро, как только могли. Я заглядывал в боковые проходы, пока мы пробегали мимо. Наша удача держалась — больше мы не встретили ни одного охранника. Наконец мы увидели дневной свет, и воздух начал терять свою затхлость; я почувствовал, как дневной зной закружился навстречу прохладе туннеля.
  
  Затем мы оказались на открытом воздухе, выйдя из храма прямо во влажную жару джунглей. Я остановился на секунду, осматривая поляну. В деревьях могли сидеть охранники, но я не мог их разглядеть. В джунглях было тихо. Просто ради безопасности мы решили держаться поближе к основанию храма, пока не приблизимся к тому месту, где я оставил Эрнесто. Я схватил Шейлу за руку, и мы снова побежали.
  
  Мы успели отойти всего на два фута от дверного проема. Я услышал едва различимый шорох и, подняв глаза, увидел, как на нас падает огромная сеть. Я рванулся в сторону, увлекая за собой девушку, но веревки зацепились за мои руки и ноги, и тяжесть сети сбила нас с ног. Шейла повалилась вместе со мной, катясь и повизгивая, как раненый кролик. Я рвал сеть руками, но она была прочной и тяжелой. Два туземца спрыгнули с каменного выступа вокруг входа в храм и резко потянули за концы сети, связывая их вместе. Нас поймали так же ловко, как пару фазанов. Они туго затянули сеть, лишив нас возможности сдвинуться более чем на несколько дюймов в любом направлении. В дверях показался еще один охранник, и втроем они потащили этот кокон внутрь.
  СТРАНИЦА 84
  
  Пока нас волокли по проходу, подбрасывая на неровностях, Шейла прижималась ко мне и пыталась говорить.
  
  — Что… они… сделают?
  
  — Просто сохраняй спокойствие. Они будут держать тебя в живых, пока не получат от твоего отца то, что им нужно.
  
  Я раньше как-то не замечал, насколько голубыми были её глаза. Теперь, всего в нескольких дюймах от моих, они словно оценивали меня и не находили во мне изъянов.
  
  — Я не хочу, чтобы он помогал им, — произнесла она яростным шепотом. — Я не хочу, чтобы он стал предателем.
  
  Наше путешествие превратилось в более или менее ровное волочение.
  
  — Он и не хочет, но у него может не остаться выбора. Они найдут его точку перелома. Если дело будет не в тебе, они станут пытать его, пока он не согласится на сотрудничество.
  
  Она вздрогнула и прильнула ко мне, положив голову мне на плечо, чтобы уберечь её от превращения в сплошной синяк.
  
  — Помогите ему, пожалуйста…
  
  — Именно ради этого я здесь, но пока что это дается нелегко. Ты можешь рассказать мне что-нибудь об их устройстве? Где спит охрана? Сколько их всего? Что насчет той женщины, Марии? — Я не знал, сколько у нас времени, и вопросы так и сыпались из меня.
  
  Она посмотрела на меня:
  
  — Там есть несколько коридоров и комнат, отходящих от той, где вы… убили человека. Думаю, солдаты спят там. Их всего около десяти или двенадцати человек. Я не уверена точно.
  
  — А остальные?
  
  — У Лю личные покои на верхнем уровне, рядом с лабораторией. У другого — Хана — там тоже есть комната. Я ничего не знаю о женщине или о мужчинах, которые пришли с ней прошлой ночью. Я никогда их раньше не видела. Индейцы разбивают лагерь снаружи.
  
  — Как ты сюда попала?
  
  Она вздохнула и прикусила губу:
  
  — Я направлялась в Штаты в отпуск. Мой отец болел, и я планировала побыть с ним. Прямо перед моим отъездом я получила от него телеграмму — по крайней мере, я думала, что она от
  СТРАНИЦА 85
  
  …него. Он писал, что чувствует себя намного лучше и ему нужна смена обстановки. Он хотел, чтобы я встретила его в Мериде, на Юкатане. Он сообщил, что забронировал для меня авиабилет и пришлет кого-нибудь встретить меня у самолета. Поэтому я села на самолет до Мериды. Меня встретил мужчина; сказал, что отвезет меня в отель, где меня ждет отец. Я не совсем уверена, что произошло дальше — должно быть, они подсыпали мне наркотик. Я очнулась здесь, в плену.
  
  — Как долго это было назад?
  
  Она нахмурилась:
  
  — Два… нет, три дня назад.
  
  Носильщики остановились в том большом зале, где я оставил мертвеца. Два охранника вышли из тени и встали с копьями наперевес, пока остальные развязывали сеть и поднимали нас на ноги. Один из мужчин хмыкнул, отдавая приказы, и Шейлу увели. Я запомнил направление, в котором её повели. Один из охранников связал мне руки, пока остальные проводили короткое совещание. Похоже, у них были четкие приказы, но возник какой-то вопрос. Они жестикулировали и спорили на пониженных тонах. Со стороны лаборатории появился Гант с пистолетом, оснащенным глушителем, в руке. Его рубашка была черной и частично обгоревшей. Ужасный ожог на одной руке был смазан какой-то мазью. Он сказал что-то на языке майя этой троице; вожак покачал головой и попытался поспорить, но Гант заставил его замолчать резкой командой. Он свирепо уставился на меня полными ненависти глазами и повторил свой приказ. Индейцы потащили меня прочь, а Гант шел вплотную позади, чтобы убедиться, что они не заартачатся.
  
  К моему удивлению, они повели меня обратно вниз по ступеням и по проходу на улицу. Теперь мы двигались быстро, причем я то и дело спотыкался, когда меня подгоняли и подталкивали. Спустя пару минут мы снова оказались снаружи, и Гант щурился, всматриваясь в джунгли. Один из индейцев указал направление, и мы двинулись туда, Гант шел впереди.
  
  Тропа была прямой и когда-то широкой, но
  СТРАНИЦА 86
  
  …теперь она была наполовину поглощена зарослями джунглей. Мы находились на противоположной стороне храма от наблюдательного пункта Эрнесто, и он никогда бы не узнал, куда меня ведут — или, может, они и его тоже схватили? Я мысленно выругался и попытался сориентироваться в густых зарослях. При нашем приближении пронзительно кричали птицы.
  
  Мы вышли к еще одной поляне — нет, это была не поляна. Я увидел глубокий провал, чернильно-черный от воды внизу, окруженный мелово-белыми стенами. Сенот — один из глубоких карстовых колодцев в известняковом ландшафте полуострова. В некоторых частях Юкатана у племен существовали жертвенные колодцы — и жертвы часто бывали человеческими.
  
  Они планировали сбросить меня в темные воды, и Гант собирался лично проследить за этим. У туземцев, похоже, были какие-то сомнения в том, что я достаточно достоин, чтобы задобрить их богов. Я был с ними согласен.
  
  Гант достал из кармана несколько кусков нейлонового шнура и приказал мужчинам связать мне руки и ноги. Он злобно ухмыльнулся мне:
  
  — В этот раз ты не сбежишь, Картер.
  
  — Почему бы просто не застрелить меня и не покончить с этим?
  
  Он резко рассмеялся:
  
  — Не думай, что я этого не сделаю, если ты что-нибудь выкинешь. Доктор Лю пытается удержать туземцев на своей стороне — а они не понимают такого рода насилия. Похоже, они предпочитают сбросить тебя туда, чтобы ты там и подыхал. — Он указал в глубину водоема. — Если тебе удастся всплыть на поверхность, я буду здесь ждать тебя…
  
  Он зaмахал руками мужчинам, и те потащили меня к краю сенота. Вода находилась в тридцати футах внизу, абсолютно черная, словно там вообще не было дна. Я читал об этих колодцах; некоторые из них имели глубину в сотни футов. Несколько редких лиан тянулись из трещин в известняке и свисали до самой воды. Если бы я мог ухватиться за одну из них…
  
  Резкий толчок в спину отправил меня в полет сквозь пространство. Вода стремительно неслась мне навстречу, и у меня едва хватило времени,
  СТРАНИЦА 87
  
  …чтобы сложить тело «складным ножом», дабы не шмякнуться плашмя о поверхность и не выбить из себя весь воздух. Я вошел в воду ногами вперед, судорожно глотнув воздуха и затаив дыхание, пока погружался на глубину. Я выпрямил ноги прямо перед собой, замедляя скорость, пока не смог вытянуть связанные руки и изменить направление движения. Водоворот пузырей белел вокруг меня, но постепенно уступил место сгущающейся тьме, когда вода сомкнулась над головой. Затем я начал пробиваться наверх, извиваясь как головастик и пытаясь поднять лицо над водой. Это был чертовски долгий подъем к поверхности.
  
  Я жадно вдохнул воздух и встряхнул головой, чтобы смахнуть воду с глаз, быстро оглядываясь по сторонам, чтобы сориентироваться. Мне потребовалось пара секунд, чтобы обнаружить Ганта; к тому времени он уже поднял пистолет и пускал пули в воду вокруг меня со шлепками. Я наметил свисающую лиану почти прямо под тем местом, где он стоял, и нырнул. Я рванулся сквозь воду, направляясь к стене. Я слышал, как пули шлепали по поверхности, но ни одна не прошла ближе чем в двух футах от меня. Гант играл в игру, удерживая меня под водой, чтобы я утонул.
  
  Я брыкался и продвигался вперед неуклюжими движениями, пока едва не врезался в известняковую стену; я нащупывал дорогу вверх, цепляясь пальцами за изъеденную поверхность. У меня оставалось еще несколько секунд запаса воздуха, и я использовал их, чтобы найти лиану, дрейфующую на поверхности воды. Я ухватился за нее и медленно поднял лицо, прижимаясь телом к стене. Я подавил желание отфыркиваться и шумно глотать воздух. Потребовалась секунда, чтобы глаза прояснились и я смог посмотреть вверх. Я не видел Ганта. Выступ надо мной образовывал небольшой навес, который закрывал обзор на верхнюю часть ямы. Я повернулся и увидел тень от края колодца на ряби водной глади. Фигура Ганта четко обрисовывалась на ней.
  
  Я не видел никого из остальных, но услышал ропот голосов. Гант что-то сказал, и рука его тени двинулась нетерпеливым жестом. Затем всё стихло. Минуты текли медленно, и поверхность водоема разгладилась до зеркального блеска. Вода была на удивление прохладной, вероятно, поступая из глубокого подземного источника. Я оставался неподвижным, глядя на тень Ганта… выжидая.
  СТРАНИЦА 88
  
  Он простоял там добрых десять минут. В этот раз он не хотел рисковать. Затем, по-видимому, убедившись, что я утонул, он отошел. Я не мог сказать, вернулся ли он по тропе, но оставался на месте еще десять минут, прежде чем пошевелиться.
  
  Я перевернулся на спину и выплыл на середину водоема. На тропе надо мной не было никаких признаков жизни. Гант ушел.
  
  Я доплыл до середины бассейна, высматривая способ выбраться. Стены были отвесными, если не считать небольших выемок, где слои известняка сходились и подверглись эрозии за прошедшие годы. Подняться было бы возможно — если бы у меня были свободны две руки и две ноги.
  
  Я пробрался обратно к стене и поймал одну из лиан, чтобы удерживать себя, пока пытался развязать веревку вокруг запястий.
  
  Парень, который их связывал, знал свое дело. Я рвал веревку зубами и ковырял кончиками пальцев, пока не стер их в кровь. Я не мог сдвинуть узлы ни на йоту. Я попытался перепилить веревку о выступающий край известняка, но камень раскрошился, осыпав меня осколками, а веревка осталась невредимой.
  
  Чертыхаясь, я снова выплыл на середину водоема. Если бы мне удалось найти достаточно длинную лиану, я, возможно, смог бы взобраться наверх. Если она выдержит мой вес. Из того, что я видел в отношении крошащегося камня, это не выглядело многообещающе.
  
  Я почувствовал тень до того, как увидел её… фигуру человека, стоящего на краю кратера. Я втянул воздух в легкие, готовый нырнуть, молясь о том, чтобы оказаться достаточно быстрым и уклониться от пуль Ганта.
  
  
  ГЛАВА СЕДЬМАЯ (СТРАНИЦА 89)
  
  Я уже наполовину погрузился под воду, прежде чем до меня дошло, что этот человек машет мне рукой — и что у него нет оружия. И что-то в этой фигуре показалось мне знакомым. Я вынырнул, смахнул волосы с глаз и прищурился, глядя наверх.
  
  Это был Эрнесто Мальеу!
  
  Я никого не мог бы обрадоваться видеть сильнее, чем его; облегчение было колоссальным, и я замахал в воздухе своими связанными руками в знак приветствия. Он жестом указал мне в сторону края водоема и начал расправлять одну из бухт веревки, которую мы захватили с собой в рюкзаках. Я поспешно перевернулся на спину, заработал ногами и поплыл к ней.
  
  Я обмотал веревку под мышками, затем вокруг кулаков, крепко зажал конец и дважды дернул, давая ему знать, что готов. Он начал тащить меня наверх, как мешок с мокрым цементом. Учитывая, что рана на голове, вероятно, всё еще беспокоила его, я был уверен, что это давалось ему нелегко. Я ковылял по отвесному склону, стараясь не дергать веревку. Когда моя голова поднялась над краем колодца, я увидел, что он захлестнул веревку вокруг ствола пальмы и позволял ей нести большую часть моего веса, пока сам тянул. Я перевалился через край и покатился в сторону, тяжело дыша и обливаясь потом. Эрнесто поспешил ко мне, оглядываясь через плечо.
  
  — Вы в порядке?
  
  Я кивнул.
  
  — Спасибо, что заглянул… — Я освободился от веревки и протянул руки, чтобы он мог перерезать путы. — Еще одно маленькое одолжение, если не возражаешь.
  
  Он полоснул своим ножом, и я был свободен, сбросив обрывки веревок обратно в колодец. Эрнесто сказал:
  
  — Мне пришлось подождать, пока я не удостоверился, что они не вернутся. Эти чертовы индейцы стояли на тропе и спорили о том, примут ли вас боги. — Он ухмыльнулся мне. — Вы ведь не прошли очищение.
  
  Я хмыкнул. Эрнесто уже возился со шнуром вокруг моих ног. Секунду спустя он снял его и помог мне подняться на ноги. Я огляделся по сторонам:
  
  — Они все вернулись внутрь?
  СТРАНИЦА 90
  
  Он кивнул:
  
  — Они не знают, что я всё еще здесь. Я вырыл фальшивую могилу там, у того места, где мы попали в засаду… с моим именем на надгробии. Если они не станут проверять слишком тщательно, это может обмануть кого-то на какое-то время.
  
  — Очень хорошо, — одобрительно сказал я. — И теперь, когда я тоже мертв…
  
  — Да, это может дать нам небольшую свободу действий.
  
  Если Гант ушел от колодца, он, должно быть, был убежден, что со мной покончено. Я знал, что он не разделял нежелания индейцев убивать меня насильственным путем, если бы в этом возникла необходимость. Стоя у края, я понимал, что его логика была здравой. Никто не смог бы выбраться из этой дыры с отвесными стенами без посторонней помощи.
  
  Теперь мне приходилось иметь дело с проблемой Таслера. В этот самый момент доктор Лю, вероятно, использовал Шейлу в качестве рычага, который был ему необходим, чтобы заставить Таслера сотрудничать. С помощью своего прибора контроля мыслей Лю сможет определить, притворяется ли Таслер, если только идея с глушением мыслей не сработает. Но даже в этом случае преодоление защиты и получение формулы топлива оставалось лишь вопросом времени — на этот счет у меня не было никаких сомнений. Сколько времени тогда ему потребуется, чтобы подготовить боеголовку?
  
  Время прижимало меня к стене — и мне это не нравилось. Я должен был что-то предпринять, но вваливаться в храм без плана ни к чему бы меня не привело — я уже убедился в этом на собственном горьком опыте. Был ли у меня выбор?
  
  Да — и эта мысль поразила меня с огромной силой. Я мог бы уничтожить храм! Доктора Лю и профессора Таслера вместе с ним — если не смогу вытащить их оттуда. И Шейла тоже, если возникнет необходимость, была расходным материалом. Это был жесткий образ мыслей, но ставки были высоки, чертовски высоки.
  
  Я увлек Эрнесто подальше от зоны колодца в тень нависающей группы деревьев.
  
  — В тех рюкзаках, что мы принесли с собой, есть дина́мит?
  
  Он выглядел очень удивленным:
  
  — Нет, я никогда…
  
  — Проклятье, — вырвалось у меня. — Где мы можем его достать?
  
  — Сколько-то?
  
  — Много. Целые ящики.
  
  Он как-то странно уставился на меня:
  
  — В Мериде, я полагаю, но…
  
  — Где ближайшая деревня? — Я надеялся, что это не тот глухой аванпост, куда причалили на лодке Мария и Таслер.
  
  — В нескольких милях к югу отсюда на побережье есть небольшая деревушка. Побережье там слишком скалистое для водного сообщения, но там может быть телефон или радио.
  СТРАНИЦА 91
  
  Полагаю, выражение моего лица говорило о том, что я в этом сомневаюсь. Он быстро продолжил:
  
  — Там живет отставной археолог. Он находится там уже много лет. Я уверен, что у него есть какие-то средства связи с внешним миром.
  
  Это выглядело разумно.
  
  — Ладно, давай посмотрим, сможем ли мы её найти. — Вспоминая тяжелую дорогу сюда, я спросил, придется ли нам возвращаться тем же путем, и Эрнесто кивнул. Мне оставалось только надеяться, что он был прав насчет ослабления бдительности охраны.
  
  Мы обошли храмовую поляну гуськом и пробрались обратно к месту, где оставили припасы. Эрнесто откопал запасной «Вальтер», компас и пару фляг, и мы закинули на плечи два рюкзака, задвинув остальные глубоко под кусты, чтобы их не заметили. Затем, когда Эрнесто использовал компас взамен Каюма — проводника, который нас бросил, — мы направились в сторону далекой деревни.
  
  Потребовался час, чтобы добраться до дороги, и по пути мы никого не встретили. Я начинал верить, что они считают нас мертвыми — полагая, что боги прибрали нас обоих к рукам.
  
  Одного из джипов не было. Носильщик, сбежавший во время той первой атаки стрелами, вероятно, рассудил, что машина нам больше никогда не понадобится, и воспользовался самым быстрым способом отступления. К настоящему времени он, вероятно, уже вернулся в свою деревню, сказочно богатый благодаря своему новому механическому имуществу. Я обругал его про себя, пока мы очищали ветки со второго джипа.
  
  Эрнесто вывел его задним ходом на дорогу, и мгновение спустя мы уже подпрыгивали по ухабистой колее, направляясь на юг. Двигатель джипа пыхтел так, словно боролся с разбавленным бензином, но он работал, пугая птиц и раздвигая наступающие зеленые джунгли.
  
  Я расспросил Эрнесто о деревне.
  
  — Она очень маленькая, сельскохозяйственный район. Там живет не больше нескольких десятков семей, ну и этот старик. Кажется, он немец.
  
  — Что ты о нем знаешь?
  
  — Не так много. Он археолог, который много лет назад проводил в этих краях масштабные раскопки. Я слышал, что у него кончились деньги, да и сам он слишком постарел, чтобы продолжать, поэтому он построил себе дом и обосновался здесь, чтобы писать о том, что обнаружил, и о языке майя — он считает, что нашел к нему ключ.
  СТРАНИЦА 92
  
  — Я верю, что его зовут Хайнеман или как-то так. О нем хорошего мнения.
  
  Я ввел Эрнесто в курс дела относительно китайского коммуниста, доктора Лю, который использовал Дом Ягуара в качестве штаб-квартиры.
  
  — Есть хоть какой-то шанс, что он заодно с доктором Лю?
  
  — Сомневаюсь. — Он нахмурился и покачал головой. — Репутация у старика довольно чистая, судя по тому, что я слышал. Он бы не позволил кому-то прийти и использовать индейцев, не подняв крика.
  
  Я надеялся, что он прав.
  
  Эти несколько миль на поверку оказались ближе к десяти из-за того, как мы петляли и кружили; дорога эта явно была проложена пьяным деревенским жителем на не менее пьяном осле, в этом я был уверен. Подобно воде, она следовала по пути наименьшего сопротивления. Мы заметили хижины городка как раз в тот момент, когда солнце опустилось за пышные джунгли на западе, и поползли сумерки, увеличивая тени и окрашивая их густой пурпурной кистью.
  
  Деревня представляла собой горстку грубых хижин, сделанных из жердей и крытых соломой, похожих на те, что были в крошечном поселке, где высадились с лодки Мария и профессор Таслер. Заходящее солнце вдыхало огонь в пушистые облака, пока они не вспыхивали в коротком великолепии, а затем постепенно становились розовато-лиловыми. Огромное море казалось почти сине-черным в сгущающемся мраке. Я не видел вообще никаких лодок на узком песчаном пляже, видимом нам; зубастые черные скалы, пенившиеся в грохочущем прибое, объясняли почему.
  
  Береговая линия здесь была крутой и окаймленной «драконьими зубами» на расстоянии до ста ярдов от берега, что делало её невозможной для лодок, как и говорил Эрнесто. Это объясняло также, почему Мария и её команда высадились гораздо дальше по побережью.
  
  Эрнесто сбавил скорость и проехал мимо группы домов, где копошились куры и где голые смуглые…
  СТРАНИЦА 93
  
  …дети бежали за пыльным джипом, крича и смеясь, пока собаки лаяли и шныряли прямо перед нами.
  
  Большой дом археолога оказался сюрпризом, которого я не ожидал. Он был построен на небольшом возвышении с видом на море, окруженный четырехфутовой каменной стеной без каких-либо претензий на охрану. Стена служила опорой для лиан и цветов, являясь чисто декоративным элементом. Широкие ворота стояли настежь там, где стена сходилась с дорогой, и Эрнесто свернул внутрь и подъехал к фасаду дома так, словно бывал здесь сотню раз. Нас встретили две собаки и маленький ребенок, который робко уставился на нас, пока собаки обнюхивали наши шины и оценивали нас.
  
  Дом был просторным, одноэтажным и, казалось, строился без какого-то генерального плана. Он был сложен из самана, серого и выветренного, с лианами, карабкающимися по его тяжелым стенам; крыша была плоской, украшенной фальшивыми башенками и колокольнями. В целом он имел странный, нереальный вид.
  
  Мои глаза быстро приковала к себе стальная решетка на конце одного из крыльев. Радиоантенна взмывала в неподвижное небо. Я толкнул Эрнесто локтем, и он ухмыльнулся:
  
  — У него, вероятно, есть и генератор.
  
  Кивнув, я выбрался из джипа, когда из дома торопливо вышла женщина, вытирая руки о огромный белый передник, прикрывавший её уипиль (традиционное платье). Она закивала головой, улыбаясь и кланяясь, приглашая нас войти, а затем побежала сообщить хозяину, что у него гости. Мгновение спустя она вернулась, извергая поток слов на языке майя в адрес Эрнесто, который сказал:
  
  — Нам велено идти за ней.
  
  Она провела нас в большую комнату, которая открывалась во внутренний дворик-патио, погруженный в тень, где несколько больших желтых свечей мерцали в связках расписных подсвечников. В них отражалась неподвижная темная вода большого бассейна — очень мирное место, подумал я. Женщина подтвердила
  
  
  
  СТРАНИЦА 95
  
  …догадку Эрнесто насчет генератора. Я отчетливо видел комнату — большую, с тяжелой мебелью в испанском стиле, вырезанной вручную, каждая деталь которой была покрыта патиной времени. Сиденья стульев были сотканы из сизаля, окрашенного в замысловатые доколумбовы узоры. На одной из стен висело несколько храмовых эстампов с майяских стел и резной календарь в виде солнечных лучей. Он выглядел подлинным. Повсюду были расставлены мелкие артефакты, терракотовые статуэтки и чаши самых разных размеров. Это место было настоящим музеем искусства майя.
  
  На патио появился сморщенный и хрупкий старик, всматривавшийся в нас. Я сказал по-английски: «Добрый вечер, доктор…» Разве не все археологи — доктора?
  
  «А — вы североамериканцы?» Он жестом пригласил нас на патио, указывая на стулья. «Входите, входите». Он взял вересковую трубку с ротангового стола. «Я не ожидал гостей. Такой приятный сюрприз… у нас так редко бывают путешественники в этой части страны».
  
  Я с благодарностью сел, радуясь возможности выбраться из подпрыгивающего «Джипа». Старик был с бородой и одет в грубую одежду — джинсы и клетчатую рубашку, выглядя точь-в-точь как вышедший на пенсию ремесленник среднего класса, довольный возможностью посидеть у огня со своей трубкой. Но его бледные глаза пробежались по нам с живым любопытством активного ума — человека, который редко видел кого-то, кроме местных жителей. Его акцент был определенно немецким.
  
  Мы представились — я как Джон Франклин, Эрнесто как мой гид, — и старик поднялся, чтобы церемонно пожать нам руки и представиться в свою очередь.
  
  «Я Франц Хайнеман», — сказал он. «Когда-то из Майнцского университета, а теперь гражданин Мексики по собственному выбору. Расскажите, какая счастливая случайность привела вас в нашу маленькую деревню?»
  
  «Мы всего лишь изучаем сообщения о некоторой археологической активности в этом районе», — сказал я, пока женщина
  
  
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 96
  
  …собиралась налить еще, но Хайнеман отослал её взмахом руки с бормотанием благодарности.
  
  — Активность? Нет, никакой нет. — Он выглядел удивленным, переводя взгляд с Эрнесто на меня. Он плеснул виски в три стакана и раздал их нам. — Вы из правительства?
  
  — В некотором роде, — сказал я. — Вы всё еще исследуете руины, доктор?
  
  Он скорчил гримасу:
  
  — Да, исследую, но не так, как раньше. Я больше не могу проводить раскопки… — Он нахмурился. — Правительство выдало разрешение?
  
  — Нет, именно поэтому мы и проверяем.
  
  — А-а — понятно. Нет, мистер Франклин, насколько мне известно, никаких раскопок там не ведется, но…
  
  — Но активность всё же есть?
  
  — Род деятельности — я не уверен, какой именно. Как вы знаете, Храм Ягуара находится на некотором расстоянии отсюда, и по большей части мне приходится полагаться на моих друзей из деревни, которые приносят мне новости.
  
  Эрнесто спросил:
  
  — Кто-нибудь из деревенских мужчин работает в храме, доктор?
  
  — Да, полагаю, что да. — Похоже, его встревожило это направление расспросов; он взглянул на нас, а затем уставился в пространство.
  
  — Что вас беспокоит? — тихо спросил я.
  
  Хайнеман глубоко вздохнул:
  
  — Это крошечная деревня, и семейная жизнь здесь важна. Я слышал, что некоторые мужчины подолгу отсутствуют в своих домах. Я слышал, как жалуются женщины. — Он отхлебнул виски. — Меня тревожит, когда я слышу слухи о том, что Храм Ягуара снова готовят как центр поклонения… восстанавливают в его прежнем величии. — Он вопросительно посмотрел на нас.
  
  — Нас это тоже тревожит, — сказал я. Я подумал о сложном электронном оборудовании и смертоносной, мощной ракете, которую строил доктор Лю. Значит, Лю обвел вокруг пальца местных жителей, пообещав вернуть былое…
  СТРАНИЦА 97
  
  …величие древнего храма, чтобы заручиться их поддержкой. Вот почему Гант говорил, что для Лю важно оставаться в хороших отношениях с индейцами.
  
  Я откинулся на спинку стула:
  
  — Расскажите мне немного об истории этого храма…
  
  Хайнеман улыбнулся:
  
  — Да, конечно. Он был построен как памятник богу дождя Чаку. Наш урожай здесь полностью зависит от дождя, точно так же, как и в древние времена. Люди верят, что Чак посылает им дождь, когда он доволен, и лишает его, когда разгневан. Самая суть цивилизации майя, как вы, конечно же, знаете.
  
  Мы с Эрнесто кивнули.
  
  — В этой части страны ягуара очень уважали и боялись… это животное способно разорвать человека на части за считанные секунды. Убить ягуара было признаком самого талантливого охотника, но убить его также означало отвечать за содеянное перед высшим судом. Жрецы храма считали ягуара священным — фактически, это было единственное живое четырехногое животное, которому разрешалось находиться внутри храма. Говорят, что верховный жрец держал ягуара во внутренней комнате храма для охраны своей королевы. К нему относились как к богу, второму после него самого.
  
  — Отсюда и название Каса-дель-Балам? — спросил Эрнесто.
  
  Хайнеман кивнул:
  
  — Каждый год Чака умилостивляли человеческими жертвами в сеноте, а священному ягуару приносили человеческую жертву в его логове. Без этих ритуалов дожди не пошли бы, а охота не принесла бы людям мяса. Если племена захватывали пленных, их приносили в жертву. В противном случае выбирали жителей деревни — и это было великой честью, действительно. То, что члена чьей-то семьи выбирали для принесения в жертву, было знаком того, что боги благоволят к этому дому.
  
  Он вздохнул и слегка покачал головой, улыбаясь…
  СТРАНИЦА 98
  
  …славе в смерти. Говорят, что в один из годов мальчик и девочка, выбранные для церемоний, оказались молодыми влюбленными. Они решили предпринять попытку вырваться на свободу, бежать из этого региона. Терять им, конечно, было нечего. Никто не знает, как им удалось сбежать, но они сделали это и побежали через джунгли. Однако побег вскоре был обнаружен, и стражники начали поиски. Верховный жрец приказал выпустить священного ягуара, чтобы тот присоединился к охоте. Животное прочесывало джунгли по широкому кругу вокруг храма, не обращая внимания на воинов и стражников. Говорят, он очертил территорию — заколдованный круг, если хотите, — внутри которого не могла произойти насильственная смерть. Затем, как только влюбленные пересекли границы этого круга, ягуар потребовал свою жертву — молодого человека. Животное оставило девушку нетронутой, но она в ужасе забилась в кусты, где её и нашли храмовые стражники и привели обратно. Позже её сбросили в священный колодец в качестве подношения богу дождя.
  
  Я был заворожен этой историей. Доктор Лю использовал суеверия индейцев, чтобы удерживать Шейлу в плену. Теперь у меня не оставалось сомнений, что, когда Таслер даст Лю то, что тот хочет, Лю передаст Шейлу индейцам для любого ритуала, какой они пожелают. Если он этого не сделает, он может столкнуться с полномасштабным восстанием.
  
  Хайнеман допил виски в своем стакане и потянулся к графину.
  
  — Я слышал шепотки о том, что Каса-дель-Балам снова готовят для богов. — Он посмотрел на меня и на Эрнесто.
  
  — А вы сами как думаете? — спросил я.
  
  Он пожал плечами:
  
  — Возможно, я добавляю собственные подозрения к тому, что слышал — но там что-то происходит. Комнаты убирают, а алтарь восстанавливают… и всё это в тайне. Я живу в этой деревне уже много лет, и у меня есть способы узнавать…
  СТРАНИЦА 99
  
  …что мужчины из деревни подолгу отсутствуют, как я уже говорил. Женщины обеспокоены и встревожены, потому что близится время сева, а мужчины нужны в полях. Вся деревня пострадает в следующем году…
  
  Я сказал:
  
  — Мы думаем, что в храме находятся чужаки.
  
  — Чужаки…? — хмыкнул Хайнеман. Его глаза собрались в глубокие морщинки, и он снова вздохнул. — Был представитель Археологического института, который приезжал сюда, чтобы осмотреть работу, которую я выполняю в Чаване, и который посещал Каса-дель-Балам. Но это было несколько месяцев назад. С тех пор я не видел никаких других официальных лиц. — Он сделал жест рукой. — Те, кто руководит проектом, хотят сохранить работы в Баламе в тайне. Новости о великом открытии обычно привлекают толпы зевак и других потенциальных копателей и контрабандистов. И всё же…
  
  Тревожная складка прорезала его лоб между лохматыми бровями. Я видел, что он не был удовлетворен собственными объяснениями, но поскольку он сам не бывал в храме, он мог лишь подозревать, что там ведется незаконная деятельность.
  
  Так было даже лучше. Лю быстро бы расправился с таким беспомощным стариком, как Хайнеман. Для Лю было бы легко избавиться от археолога, а людям сказали бы только, что с ним произошел «несчастный случай».
  
  Я сказал:
  
  — Вы, должно быть, правы, доктор. Власти проводят секретные расследования в Баламе, и я уверен, что вам сообщат о них в надлежащее время.
  
  Эрнесто мудро сменил тему:
  
  — Вам нравится жизнь в таком отдаленном месте, доктор?
  
  Хайнеман улыбнулся:
  
  — Это моя жизнь. У меня есть моя работа, какая бы она ни была в эти дни, и моя семья. Меня принимают как члена общины, и деревенские жители очень помогают мне с моей книгой. Я немного пишу о древнем языке майя…
  СТРАНИЦА 100
  
  Я побудил его рассказать об этом, и он пустился в воодушевленные рассуждения о глифах и письменности древних, о своих попытках найти ключ к их расшифровке и прочтению старых кодексов. Он следовал курсом, который, как он был уверен, в конечном итоге приведет его к успеху. У него было огромное количество рисунков и таблиц, которые он показал нам, разложив их на полу; мы передавали их из рук в руки, оценивая проделанную работу и пытаясь следовать за его сложными объяснениями.
  
  Когда он прервался, чтобы сделать еще один глоток виски, я спросил:
  
  — Скажите, профессор, вы полностью автономны или поддерживаете связь с внешним миром?
  
  Он рассмеялся:
  
  — Ну конечно же. — Он встряхнул графин. — Я всё еще наслаждаюсь некоторыми из лучших вещей в жизни. Я не опустился до уровня дикаря окончательно.
  
  — Значит, вам привозят припасы?
  
  — Да, действительно. Каждый месяц — или чаще в экстренных случаях. Рядом с пляжем есть расчищенная площадка, куда приземляется вертолет. Я использую радиосвязь, чтобы вызвать своего сына в Мериде. Он собирает всё, что нам нужно, отвозит в Пуэрто-Хуарес, и оттуда это доставляют сюда по воздуху.
  
  Я произнес с притворным удивлением:
  
  — У вас есть передатчик!
  
  Он кивнул:
  
  — Мой сын управляет станцией в Мериде, так что мы можем разговаривать, когда захотим. Мы также ловим ежедневные передачи из северных городов…
  
  Я указал на большую консоль:
  
  — И, как я вижу, у вас есть музыка.
  
  Он снова рассмеялся:
  
  — Что бы я без неё делал!
  
  — Вам очень повезло, доктор. Вы пользуетесь всеми благами цивилизации, не зная её недугов. Я завидую вам.
  
  Он кивнул и снова наполнил наши стаканы. Я сказал:
  
  — Есть одна вещь, Эрнесто и мне нужны дополнительные припасы, чтобы продолжить наше путешествие — интересно, не могли бы мы воспользоваться…
  СТРАНИЦА 101
  
  — Ну конечно. Мой сын организует, чтобы их доставили вам самолетом. — Хайнеман топнул по плиточному полу, и глухая вибрация заставила индейскую служанку прибежать со всех ног. Он отдал быстрые распоряжения, женщина кивнула головой и удалилась, шлепая тапочками.
  
  Хайнеман сказал:
  
  — У меня здесь живет еще один сын, Джон. Он покажет вам радиостанцию. Он остается дома со мной с тех пор, как его мать умерла два года назад. — Он вздохнул. — Иногда мне кажется, что они боятся оставлять старика в глуши одного…
  
  — У вас большое домашнее хозяйство? — вежливо спросил Эрнесто.
  
  — Нет, несколько слуг, я сам, мой сын и время от времени гости. Слишком уж редко.
  
  Я оглянулся, когда невысокий, мускулистый молодой человек пересек комнату и присоединился к нам на патио. У него был смуглый цвет лица и темные волосы — явные признаки индейского происхождения, несмотря на смутное сходство с его отцом-тевтоном. Мать Джона была индианкой.
  
  — Это мой сын, господа…
  
  Мы пожали руку молодому человеку, представившись, и он поклонился, улыбаясь каждому из нас и говоря на превосходном английском.
  
  — Джон, пожалуйста, проводи наших гостей в радиорубку. Они хотят отправить сообщение в Мериду.
  
  — Конечно. Если вы пройдете сюда…
  
  Хайнеман добавил:
  
  — Мы обедаем через час. Вы должны быть моими гостями.
  
  Мы поблагодарили его и пошли за Джоном, который повел нас к крылу дома. Мы прошли мимо нескольких комнат, где стояли кровати и комоды, обогнули коридор, на котором не было ковра, но пол был выложен красной плиткой. У меня была возможность изучить этого человека; я видел вопросы в его глазах, но он их не задавал. На вид ему было около тридцати, с худым лицом и…
  СТРАНИЦА 102
  
  …и рубашке, и выглядел так, словно мог бы сразиться с ягуаром голыми руками.
  
  В конце коридора была большая дверь, которую он открыл и отступил в сторону, приглашая нас войти, одновременно щелкнув выключателем света. Квадратная комната была забита оборудованием. Ровно гудел генератор; я подумал, что этот звук доносился снаружи дома. Черная панель управления передатчика с его поблескивающими шкалами и ручками стояла справа; рядом на столе лежал ручной микрофон, а на полке выше — несколько запасных. На стенах висели карточки-подтверждения (QSL-карточки) сотен радиолюбительских станций со всего мира.
  
  Джон подошел к передатчику и щелкнул выключателем питания.
  
  — Вы хотите вызвать Мериду, господа?
  
  — Да, — сказал я. — Может ваш брат перенаправить наш вызов на другой телефонный номер?
  
  — Да, у него есть телефонный адаптер. — Джон сел на табурет перед панелью и занялся настройкой шкал, ловя сигнал, а затем выдавая позывной своего брата. Он повторил код несколько veces, прежде чем из приемника затрещал голос.
  
  Джон кивнул нам. Он поговорил несколько минут со своим братом, затем объяснил, что нам нужно, упомянув, что мы гости в доме. Когда Джон протянул мне микрофон, я передал его Эрнесто. Тот назвал человеку на другом конце провода номер, который ему был нужен.
  
  Мой мозг лихорадочно работал, ища какой-нибудь предлог, чтобы попросить Джона выйти в коридор. Должно быть, он разгадал что-то из моих мыслей. Он улыбнулся мне, кивнул Эрнесто и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
  
  Эрнесто установил контакт и начал излагать…
  
  
  СТРАНИЦА 103
  
  …есть достаточно динамита и детонаторов, чтобы сдуть Каса-дель-Балам, доктора Лю и всё его оборудование с этого полуострова.
  
  Обед тянулся долго и неформально; Хайнеман увлеченно рассказывал о деле всей своей жизни своей плененной аудитории. Он, по-видимому, полагал, что мы так же заинтересованы в теме древних майя, как и он сам, и не давал нам передышки.
  
  Я сохранял на лице — как я надеялся — выражение полной завороженности, но позволял своим мыслям блуждать. Судя по радиопереговорам Эрнесто, припасы должны были прибыть утром. Это было даже лучше, чем я надеялся. Дальше всё будет зависеть от нас — нам нужно будет протащить их внутрь храма и подключить провода так, чтобы нас не увидели и не обнаружили.
  
  Я не мог не думать о Шейле и о том, как она полностью доверилась мне, когда я тащил её по темным коридорам пирамиды. Так или иначе, мне придется выкроить время, чтобы проверить комнаты и сделать еще одну попытку спасти её.
  
  Когда обед подошел к концу, мы разошлись по комнатам, которые были для нас приготовлены. Я стоял у открытого окна, выкуривая последнюю сигарету, когда услышал снаружи голоса. Они были тихими, почти соблазнительными. Я понял, что свет позади меня был приглушен, так что из окна меня не было видно. Двое влюбленных, очевидно, остановились, чтобы обменяться поцелуями. Я подслушивал романтическую интерлюдию и уже собирался отвернуться, как вдруг женщина рассмеялась.
  
  Это меня потрясло. Я потушил сигарету и вгляделся в темноту снаружи. Я не мог ошибиться на счет этого смеха. Это была Мария Фуэнте!
  
  Голоса снова замурлыкали, и я разглядел две тени в саду. Их лица были бледными пятнами, но эти двое явно не были чужими друг другу. Они сплелись в тесных объятиях.
  
  Это меня немного встряхнуло — то, что Мария здесь. Хайнеман
  СТРАНИЦА 104
  
  …ни разу не упомянул о еще одном госте, да и Мария не присоединилась к нам за обедом. Кто был с ней?
  
  Я огляделся, затем перемахнул через подоконник и пригнулся в тени здания. Я опоздал на несколько секунд. Пара разошлась с прошептанными словами и поспешила к двери. Я поймал мимолетный взгляд на белые брюки и рубашку, когда мужчина скрылся на открытом патио, граничащем со спальными крыльями. Мария постояла мгновение у двери, затем повернулась и исчезла внутри.
  
  Я легко побежал по камням и успел открыть дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Мария скрылась в спальне в крыле, соседнем с моим. Я осторожно скользнул в коридор, тихо прикрыв за собой дверь; я послушал у её двери несколько мгновений, а затем открыл её.
  
  Мария тихонько напевала себе под нос, стягивая через голову белую свободную блузку, и я моргнул, увидев, что под ней на ней вообще ничего не было. Она обнажила бронзовую голую грудь, за которую богиня отдала бы золотое яблоко. Она постояла еще мгновение с поднятыми руками, натянутым телом и наклоненной головой, словно позируя для невидимых глаз. Затем она потянулась, чтобы расстегнуть яркую широкую юбку, которая была на ней. Когда та упала на пол, она осталась полностью обнаженной, если не считать кожаных сандалий на тонких ремешках на её ногах.
  
  Она сделала медленный поворот — и увидела меня.
  
  Её лицо побледнело, а темные глаза широко раскрылись от изумления. Я в два шага пересек расстояние до неё и зажал ей рот рукой, прижав её к себе так, чтобы она не могла вырваться. Она обмякла в моих руках, всё еще пребывая в шоке.
  
  Я сказал:
  
  — А теперь расскажи мне, что ты здесь делаешь, детка.
  
  В её глазах стоял испуг, но она собиралась с силами, пытаясь скрыть его. Она начала тяжело дышать и неистово закивала головой, соглашаясь на мою просьбу. Я отпустил её — осторожно.
  СТРАНИЦА 105
  
  — Если ты закричишь, я сломаю твою хорошенькую шейку до того, как сюда кто-нибудь прибежит.
  
  Она перевела взгляд на мою руку, державшуюся у её щеки, и провела розовым языком по губам, не отрывая от меня глаз.
  
  Я сказал:
  
  — Ты думала, что я мертв — эту ошибку ты продолжаешь совершать снова и снова, понимаешь. Итак, что ты здесь делаешь?
  
  — Я… я приехала повидаться с Хуаном.
  
  — С Хуаном?
  
  — С Хуаном — Джоном Хайнеманом.
  
  Неудивительно, что фигура в саду показалась мне знакомой.
  
  Её глаза на мгновение стали жесткими, и она отвела взгляд.
  
  — Он влюблен в меня, а я не люблю спать в темной мрачной камере в полуразрушенном храме в джунглях! — Она потянула в сторону от моей хватки, и я понял, что она говорит правду. — Он думает, что я представитель Археологического института.
  
  — Ты знала, что здесь гости?
  
  — Хуан сказал, что приехали двое людей из правительства. Вот почему я не пошла засвидетельствовать свое почтение профессору. Он захотел бы нас познакомить, а я предпочла… — Она пожала плечами.
  
  — Кто приехал сюда с тобой?
  
  — Никто. Я одна. — Её глаза блеснули, как наконечники стрел на солнце.
  
  В это я не поверил. Она была не из тех, кто станет тащиться долгие мили по тропе в джунглях и самой вести машину по этим извилистым ухабистым дорогам. Я начал задумываться о цели её визита. Стала бы она проделывать весь этот путь по тем причинам, о которых заявляет? Хайнеман не упоминал, что представителем института была женщина. Было очевидно, что Мария бывала здесь раньше; она хорошо знала расположение дома и знала Хуана — или Джона — достаточно близко, чтобы встречаться с ним в тенистом саду.
  
  Одно я знал наверняка: я не мог оставить её в живых, чтобы она настучала
  СТРАНИЦА 106
  
  …доктору Лю и остальным. Она увидела что-то в моих глазах и попятилась, снова испугавшись.
  
  — Ник — пожалуйста!
  
  Я придвинулся к ней вплотную. Даже будучи голой, она метнулась бы из комнаты, представился бы ей хоть малейший шанс. Вместо этого она прижалась своим прелестным телом ко мне, её тепло просочилось сквозь мою рубашку, и это давление обжигало мою плоть.
  
  Она прошептала:
  
  — Я говорила тебе… не совсем правду…
  
  — Да неужели?
  
  Она извилисто задвигалась.
  
  — Помоги мне, Ник — пожалуйста…
  
  Я ухмыльнулся и покачал головой. Она имела полное право пустить в ход все средства, использовать всё, что могла.
  
  — Это не сработает, детка. Я никак не могу забыть тот нож, который был у тебя в руке в прошлый раз, когда мы устроились поудобнее.
  
  Она проигнорировала это.
  
  — Ник! Мне нужно выбраться отсюда. — Её глаза были круглыми и детскими. — Лю — сумасшедший. Теперь я знаю, что была дурой, когда поверила ему, но всё это в прошлом. Помоги мне оставить это в прошлом.
  
  — С чего бы вдруг это внезапное осознание?
  
  — Не издевайся надо мной, Ник. — Она покачала головой, и темные волосы рассыпались по загорелым плечам. Она отстранилась ровно настолько, чтобы позволить мне вдоволь налюбоваться идеальной формой груди. — Я говорю правду. Лю обещал помочь мне, вот почему я на него работала. Но теперь я знаю, что он убьет меня, когда закончит со мной — точно так же, как собирается убить остальных, когда его план будет завершен.
  
  Кое-что из этого было правдой, в этом я был уверен.
  
  — Что он обещал тебе, детка?
  
  Она на мгновение опустила свои иссиня-черные ресницы. Когда она снова подняла глаза, менее бдительный человек поклялся бы, что она честна, но я-то знал лучше. Мария была опытной актрисой — и она была экспертом по части использования мужчин.
  
  — Моя семья была очень могущественной на Юкатане, — тихо произнесла она. — Мои предки были среди первых правителей этой страны, происходя из рода испанской знати.
  СТРАНИЦА 107
  
  …Наш дом в Мериде был визитной карточкой для приезжих высокопоставленных лиц. Мой прадед построил его, когда был губернатором. Мой дед и отец были помощниками последующих губернаторов. — Она посмотрела на меня, её глаза умоляли. — Пока моего отца не сместили с его поста. Его враги стремились уничтожить его, и они распространяли гнусную ложь, обвиняя его в коррупции и воровстве. Они убедили губернатора, что мой отец — вор, и наша семья была опозорена. Моя мать умерла от стыда, а мой отец сегодня — сломленный человек.
  
  Я ничего не говорил, гадая, есть ли хоть какая-то доля правды в этой истории.
  
  На мгновение в глазах Марии вспыхнули эмоции, но она быстро их замаскировала.
  
  — Доктор Лю обещал помочь мне вернуть то, что принадлежит нам по праву, сделать имя Фуэнте снова уважаемым по всей стране.
  
  Я был настроен скептически.
  
  — И как же он собирается это сделать?
  
  — Он сказал, что заплатит мне очень щедро — достаточно денег, чтобы я смогла скупить много прибрежных земель здесь, в Кинтана-Роо. Регион начинает развиваться, и здесь будет власть и богатство для тех, кто его застраивает. Я хочу дать своему отцу то, ради чего стоит жить снова, дать ему узнать радость созидания…
  
  И дать ему сколотить состояние, чтобы у Марии была власть, которой она так жаждала? Это вполне могло быть правдой; это было в духе доктора Лю — обещать золотые горы и не давать ничего, или давать только то, что соответствовало его плану. Но Мария была способна и полностью сфабриковать эту историю. Я не мог определить, какая часть из этого была ложью. Вероятно, было правдой, что любой мексиканец, который скупит кучу земли до того, как развитие достигнет своего пика, сорвет крупный куш… если время будет выбрано правильно.
  
  Я сказал:
  
  — Значит, ты была готова помочь Лю взорвать половину мира, чтобы сделать своего отца счастливым?
  СТРАНИЦА 108
  
  Она покачала головой, и её прекрасное тело заизвивалось под моими руками. Золотистые сферы её грудей сплющились о мою грудную клетку.
  
  — Нет — клянусь, я не знала, что он планирует! Я никогда не видела Храм Ягуара. Лю сказал мне, что собирается провести там раскопки, сделать его важным историческим объектом — как Ушмаль или Чичен-Ица. В этой части джунглей разбросано много храмов, и считается, что Каса-дель-Балам был центром важного священного города.
  
  — Ты интересуешься археологией?
  
  Она вздохнула и прислонилась ко мне, навалившись на меня всем своим весом и уткнувшись лицом в мое плечо.
  
  — Пожалуйста, поверь мне, Ник. — Она тихонько всхлипнула и начала ласково поглаживать руками мускулы на моей спине.
  
  Я услышал звук открывающейся позади меня двери и резко развернулся. Но Мария оказалась быстрее. Её пальцы впились мне в лицо, один кулак забарабанил по моей груди, и она закричала с весьма убедительным ужасом.
  
  Джон Хайнеман вошел в комнату, резко остановился и на секунду застыл в ошеломлении. Затем он бросился вперед, наклонив голову, как разъяренный бык.
  
  — Он пытался изнасиловать меня — о Боже, слава Богу, Хуан…
  
  Мария брыкалась и царапалась, стараясь занять мои руки, чтобы я не мог встретить атаку Джона. Она продолжала кричать и визжать, пока я грубо не оттолкнул её в сторону. Она отлетела назад на кровать, её загорелые ноги взлетели вверх, когда она покатилась к стене. Я успел лишь мельком заметить её торжествующие блестящие глаза, переключив всё свое внимание на взбешенного любовника.
  
  Мне удалось уклониться от его лобового таранного удара. Он быстро развернулся, размахивая руками. В его драке не было никакой науки, кроме как нестись напролом и продолжать колотить, но он был силен как бык. Я сделал выпад и отбил его размашистые удары. Я не хотел причинять ему вред, если только в этом не возникнет крайней необходимости. Он был ослеплен и обманут Марией…
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 109
  
  …и, без сомнения, искренне верил, что влюблен в неё. Он нападал на меня с ложным рвением.
  
  Он снова пошел на меня, рыча и пытаясь впечатать кулак мне в лицо. Я пригнулся и шагнул в сторону, позволив удару пронестить над моим плечом. Он пошел на таран еще раз.
  
  Краем глаза я заметил мимолетное движение возле кровати. Мария собирала свои вещи, натягивая что-то на себя — у меня не было лишней секунды, чтобы рассмотреть, что именно. Она готовилась рвануть наутек, побежать за подкреплением или смыться до того, как я смогу до неё добраться. Она могла вернуться с Гантом или другими своими боевиками через считанные минуты…
  
  Джон пригнулся для очередного броска. Я слегка развернулся, симулировал удар левой, а затем сделал выпад ногой ему в живот, отправив его лететь через всю комнату к противоположной стене. Из него вышибло дух, но я не вкладывал в этот удар слишком много силы, чтобы не покалечить его. Я перехватил его, когда он отлетел обратно, и встретил быстрым, коротким ударом в челюсть. Его глаза остекленели, и на пол он упал уже без сознания.
  
  Я резко развернулся, но Мария исчезла, оставив после себя дверь настежь. Я грязно выругался.
  
  
  
  
  
  ГЛАВА ВОСЬМАЯ (СТРАНИЦА 110)
  
  В пустом коридоре её и след простыл, но я знал, что она не могла уйти далеко. И если она приведет подмогу, у меня без оружия не будет ни единого шанса. Я бросился обратно по коридору в другое крыло и на цыпочках подошел к двери Эрнесто, быстро толкнув её.
  
  Он бесшумно схватил лежавший на прикроватном столике «Вальтер» еще до того, как узнал меня. В его глазах читались вопросы.
  
  — Мария Фуэнте, — сказал я. — Она здесь и убежала за подмогой. Уходим — быстро!
  
  Без лишних слов он засунул пистолет за пояс и схватил рюкзак, который еще даже не успел распаковать. Мы выскользнули через дверь в конце коридора и замерли в кромешной тьме прямо снаружи. В саду ничего не двигалось. Мы пошли вдоль темной стены, густо покрытой тянущимися лианами. Мария могла привести с собой дюжину человек. Нам с Эрнесто нужно было затаиться на безопасном расстоянии от дома и дождаться утренних припасов. Нам позарез была нужна эта взрывчатка.
  
  Рано или поздно, в зависимости от того, как быстро он сможет говорить, Джон Хайнеман расскажет Марии о нашем радиовызове и прибывающем вертолете, и нам, возможно, придется прорываться к нему с боем — но эту заботу можно было отложить на потом.
  СТРАНИЦА 111
  
  Наш джип стоял перед домом, и рядом с ним находился человек. Я узнал этот коренастый силуэт — Гант. Я остановился и коснулся руки Эрнесто, указывая на капот джипа. Он был поднят. Гант не терял времени даром; он вывел джип из строя на случай, если мы проскочим мимо него.
  
  Я прищурился, держа «Вальтер» наготове, но у меня не было никакой возможности сделать по нему чистый выстрел. Промах спровоцировал бы перестрелку, в которой расклад сил был бы явно не в нашу пользу. Я сделал знак Эрнесто, и мы двинулись обратно тем же путем, каким пришли. Здесь должен был быть еще один джип — Мария и Гант как-то ведь добрались сюда. Возможно, нам удастся найти его до того, как Гант нас заметит, но оставался еще вопрос с вертолетом. До утра было еще очень далеко.
  
  Вдруг на уровне головы просвистела пуля, заставив нас повалиться в грязь. Еще два выстрела нащупали нас, один из них угодил в дерево совсем рядом. Эрнесто вскинул свой «Вальтер», но я перехватил его руку. Мы бы выдали свою позицию — а так этот парень палил вслепую. Еще два выстрела разорвали тишину, каждый из них лег правее нас. Он нас не видел, просто услышал какой-то шум, который насторожил его. Со стороны дома раздались крики, и начал загораться свет.
  
  Мы с Эрнесто поползли сквозь сорняки и кусты, пока не добрались до окружающей дом стены. Мы бесцеремонно перевалились через неё и растянулись в пыли по другую сторону.
  
  Эрнесто перевел дух:
  
  — Нервный ублюдок!
  
  Я согласился с ним и мысленно поблагодарил всех древних богов майя за темноту, которую они так заботливо нам предоставили. Затем мы вскочили на ноги и побежали, пригнувшись, добираясь до деревьев на дальней стороне дороги.
  
  — Думаешь, он один? — спросил Эрнесто, когда мы…
  СТРАНИЦА 112
  
  …остановились, чтобы осмотреть взбудораженных людей, суетящихся во дворе под светом ламп. Кто-то выкрикивал приказы, и люди начали расходиться в разные стороны с фонариками и факелами.
  
  — Ни в коем случае, — сказал я. — Моё предположение — они приехали за припасами. Груз может прибыть из Мериды на том же вертолете, что и наш. У них будут носильщики, чтобы утащить всё, что они забирают.
  
  — Разве старик не упомянул бы об этом?
  
  Я пожал плечами:
  
  — Не упомянул бы, если это устроили Мария и Джон.
  
  Или старик был с ними заодно? Неужели я ошибся на его счет?
  
  Мне так не казалось. Но я ошибался и раньше. Было бы мудро держать это в уме.
  
  Рядом со мной Эрнесто хмыкнул, закинув рюкзак на спину и застегнув его. Через дорогу зажигалось всё больше огней, и около полудюжины мужчин медленно двинулись в нашу сторону, рассредотачиваясь, чтобы обыскать дорогу в обоих направлениях. Пара собак зашлась лаем и рычанием. Из-за собак я не переживал; если только это не были обученные ищейки, они будут просто шуметь, взволнованно бегать кругом и ничего не добьются. А вот люди с винтовками — это совсем другое дело. Я подал знак Эрнесто, и мы выдвинулись.
  
  Он шел первым, медленно пробираясь сквозь деревья. Дом Хайнемана стоял на самом краю деревни; джунгли обступали его внезапно, но ближе к морю они становились реже. Подлесок там был ниже и не таким густым, зато там попадались груды камней, на которых можно было запросто подвернуть лодыжку. Эрнесто направился в сторону океана, шум которого мы слышали вдали. По крайней мере, на песке у нас будет ориентир, от которого можно отталкиваться. Мне уже хватило удушающих зеленых джунглей, и я знал, как легко там заблудиться, особенно в темноте.
  
  В некоторых местах нам приходилось буквально прорубать себе дорогу, оставляя за собой свежесрезанные стебли. Если они будут искать тщательно…
  
  Впереди заросли начали редеть, и несколько…
  СТРАНИЦА 113
  
  …минут спустя я смог различить смутные очертания пляжа на фоне темного неба; прибой с грохотом бился о скалы, выбрасывая в воздух пелену пены. Это была дикая, одинокая картина. Земля под ногами резко оборвалась, и мы, скользя и карабкаясь, начали спускаться по крутому склону холма, тянущемуся вдоль самой кромки песка.
  
  Даже ночью песок казался белым — узкая лента, местами заливаемая бурлящей водой. Вокруг громоздились беспорядочные черные скалы, уходившие в воду, словно ведя бой с грохочущими волнами. Здесь было полно мест, где можно спрятаться, если погоня подойдет близко — если, конечно, мы не побоимся, что нас немного побьет волнами.
  
  Эрнесто вдруг схватил меня за руку:
  
  — Послушай! Мне кажется, они прямо за нами!
  
  Обернувшись, я увидел лучи света, прыгающие по невысокому холму в сотне ярдов от нас. Гант направился прямиком к пляжу. Он словно читал мои мысли.
  
  — Нам лучше разделиться, — сказал я. — Будет труднее попасть.
  
  Эрнесто мгновенно кивнул и рванул с места, а я крикнул ему вслед:
  
  — Встретимся завтра у вертолета!
  
  Он махнул рукой.
  
  Я направился к группе остроконечных скал в сотне ярдов дальше по пляжу, гадая, видны ли мы преследователям; доносились какие-то крики, но никто по нам не стрелял. Мощный луч фонаря прорезал темноту, шаря по холму и узкой полосе песка.
  
  Они определенно наткнутся на наши следы. Везение Ганта было феноменальным, и я проклял его. Я свернул в сторону, чтобы бежать прямо по воде волн, которые смоют мои следы.
  
  Луч света меня не задел. Я оглянулся через плечо; на склоне холма суетилось около десятка человек, спускавшихся вниз. Голоса выкрикивали слова, которые я не мог разобрать из-за грохота волн. Это была полномасштабная погоня. Гант намеревался загнать нас во что бы то ни стало. Я зашел глубже в прибой…
  СТРАНИЦА 114
  
  …выглядывая Эрнесто, но он исчез во мраке.
  
  Кто-то бежал по пляжу с мощным фонарем, направляя его на сочащиеся влагой скалы. Луч коснулся меня, и тут же раздался крик. Под этим светом я выделился отчетливо, как рождественская елка. Луч дрогнул и вернулся, пытаясь зафиксировать меня.
  
  Я скользнул за скалистый выступ, мгновенно вымокший под накатывающими волнами, которые разбивались с бешеной силой и швыряли меня, как тряпичную куклу. Я цеплялся за камни как мог, стараясь, чтобы они оставались между мной и берегом. Сквозь рев прибоя мне показалось, что я услышал несколько выстрелов, но пули не были моей главной заботой на данный момент. Я боялся, что меня разобьет об острые выступы и раздавит волнами.
  
  Вода была теплой и соленой, хотя легкий ветерок заставлял меня чувствовать холод. Дальше от берега виднелись скалы покрупнее, и я твердо решил пробираться к ним. Вытянув шею, я мельком глянул на берег. Еще больше людей бежали к человеку с фонарем, и через пару минут они растянутся цепью, чтобы поймать меня в свои сети.
  
  Я дождался подходящей секунды, затем нырнул в воду и поплыл. Сильное отбойное течение помогло. Оно потащило меня со скоростью курьерского поезда в сторону открытого океана, и мне пришлось бороться с ним, чтобы повернуть к далеким скалам. Пробираясь сквозь черную воду, я гадал, не повернул ли Эрнесто обратно в джунгли. Я не видел его с тех пор, как мы побежали, а ведь он был нагружен тяжелым рюкзаком. В воде он бы ни за что не справился.
  
  Через пять минут я добрался до скал, уцепился за них и оглянулся. Море заметно волновалось, и зыбь то поднимала, то опускала меня, как обломок кораблекрушения, но мне удалось частично выбраться из воды, туда, где не было сокрушительных волн.
  
  Огни всё еще искали, мерцая и…
  СТРАНИЦА 115
  
  …рыская, заглядывая в расщелины, иногда направляясь прямо на меня, но я был уверен, что они не смогут увидеть меня на таком расстоянии, если только я не встану в полный рост. Я начал расслабляться; дальше вдоль берега, далеко в воде, было еще больше скал. При необходимости я мог бы переплывать от одной к другой хоть всю ночь напролет. До сих пор я не заметил, чтобы кто-то плыл к скалам, чтобы искать меня.
  
  Но что будет утром?
  
  Тогда они снимут меня без труда, как рыбу в аквариуме. Следовательно, мне придется вернуться в джунгли до рассвета. Гант может устроить на меня ловушку, когда прибудет вертолет, к тому времени Джон Хайнеман уже во всем признается. Я вздохнул и пожалел, что у меня нет сигареты.
  
  Я наблюдал за их поисками больше часа без какого-либо результата. Десять или пятнадцать человек с фонарями и факелами рассредоточились по берегу, исследуя все закоулки и трещины, которые таил в себе скалистый пляж. Их были сотни. Интересно, о чем думал Гант. Должно быть, он был взбешен тем, что мы были так близко, а он нас упустил. Я дал ему еще час, прежде чем он свернет операцию.
  
  Он свернул её меньше чем через час, но оставил часовых.
  
  Я смотрел, как основная масса людей потянулась обратно в джунгли, их огни покачивались и постепенно исчезали. На берегу кто-то развел небольшой костер, и я разглядел силуэты людей возле него. Я покинул укрытие среди скал и поплыл обратно, медленно приближаясь к берегу. Я выбрался на пляж в пятидесяти ярдах от костра и подполз к песку, сев спиной к массивному валуну, чтобы наблюдать и слушать. У костра было двое мужчин. Похоже, они были единственной охраной.
  
  Удовлетворенный, я поднялся на ноги и направился к ним, бесшумно перебегая от одного укрытия к другому. Я был уверен, что ни один из них не был Гантом, но мне нужно было взглянуть на них на всякий случай. Я двигался вдоль тени холма, подойдя к этим двоим совсем близко. Они нашли себе невысокий камень, чтобы сесть, и я мог видеть…
  
  
  СТРАНИЦА 116
  
  …отсвет сигареты, услышал тихий ропот беседы. Рядом с ними лежали две винтовки.
  
  Небольшой костер из плавника полыхал и шипел прямо перед ними, пока они сидели лицом к морю; время от времени они поглядывали вдоль песчаного пляжа, но, судя по их позам, они никого не ждали. Без сомнения, они думали, что я давно ушел. Судя по их виду, это были индейцы из деревни, возможно, даже слуги в доме Хайнемана. Я снова задумался о степени причастности Хайнемана. Был ли он частью плана доктора Лю? Или же он просто купился на историю Марии о том, что она из института? Люди и подогадливее его могли бы попасться. А что насчет Джона Хайнемана…?
  
  Существовал шанс, что Джон связался по радио со своим братом и отменил доставку груза. Скоро я это узнаю. Утро даст ответ на этот вопрос.
  
  Затем один из двух охранников поднялся на ноги. Мужчина находился всего в нескольких ярдах от меня; он повернулся, бормоча что-то, чего я не мог расслышать из-за прибоя, и пошел прямо на меня. Времени, чтобы нырнуть обратно за скалы, не оставалось. Он был средних лет, худой и довольно невысокого роста. Он остановился на расстоянии вытянутой руки и уставился на меня в неверии, явно ошеломленный.
  
  Я действовал быстро: толкнул его и со всей силы нанес удар ногой ему в живот. Он полетел назад, прямо в трещащий костер. Второй мужчина вскочил и схватил одну из винтовок.
  
  Но я уже был на нем, совершив прыжок, словно воздушный гимнаст, и врезавшись в него в тот самый момент, когда он разворачивался ко мне. Мы рухнули на жесткий песок, сплетясь руками и ногами. Он пытался передернуть затвор винтовки, но я зашел к нему со спины, обхватил винтовку обеими руками и рванул её вверх, под его подбородок, одновременно задрав свое колено так высоко, как только мог. С резким щелчком я сломал ему шею.
  
  Первый мужчина пришел в себя и бросился бежать прочь по песку. Я вогнал патрон в патронник…
  СТРАНИЦА 117
  
  …винтовки, прицелился и застрелил его на бегу. Он упал в кружащиеся волны и затих.
  
  Всё это было сделано на чистых рефлексах. Я не остановился, чтобы подумать о том, что выстрел могут услышать в деревне, и кто-нибудь придет проверить. Даже если и нет, тела обнаружат достаточно скоро — к рассвету или раньше, если Гант организовал патруль. Я по-прежнему выигрывал время. Я оттащил оба тела в прибой, зайдя в воду достаточно далеко, чтобы отбойное течение подхватило их и унесло в море. Затем я поспешил обратно на песок, затаптывая цепочку следов, которую оставил, когда выбирался на берег.
  
  Я закинул обе винтовки себе за плечо на ремнях и подобрал нож и фонарик, лежавшие на камне, где сидели эти двое. Затем я осторожно отступил в темноту, двигаясь по мокрому песку, где набегающие волны уничтожали мои следы.
  
  Я нашел удобное местечко в нише между скал в паре миль дальше по пляжу и устроился там. Я спал урывками, пока рассвет не начал окрашивать восточную часть неба и посылать алые лучи сквозь Карибское море. Вода сменила цвет с иссиня-черного на королевский синий и аквамариновый, испещренная белыми гребнями волн и парящими серыми чайками. На деревьях вокруг меня защебетали птицы.
  
  Потягиваясь, я напряг каждую мышцу до предела, а затем полностью расслабил её. Я был жутко голоден, но ночевка на пляже никак не ухудшила мое состояние. За ночь я больше не заметил никакой активности, но с наступлением дня до меня стали доноситься звуки из деревни. Гант наверняка организовывал новые поисковые группы, но теперь это была уже совсем другая игра.
  
  Я подумал об Эрнесто. Прятался ли он где-то поблизости, наблюдая? Я не мог рисковать и обнаруживать себя. Любой, кто выставлен на возвышенности, увидел бы меня и поднял тревогу.
  СТРАНИЦА 118
  
  Местность вокруг меня казалась мирной и тихой, и я начал гадать, прибудет ли вертолет. У меня будет не так много времени, как только он сядет. Я стал пробираться вверх по холму и пошел пешком.
  
  Я находился в нескольких милях от того места, где прошлой ночью убил двух человек, и осторожно возвращался назад, прислушиваясь, не слышно ли признаков погони, но ничего не обнаружил. Неужели Гант полностью её свернул? Это казалось маловероятным, если только он не убедился, что это всё равно что искать иголку в колодце. Но, возможно, у него были дела поважнее, чем гоняться за мной — к тому же жители деревни могли противиться потере еще нескольких своих людей. Я спрятал одну из двух винтовок за приятно пахнущим кустом; нести обе было неудобно в густом зеленом лесу, и я с радостью променял бы их на мачете.
  
  Но я справлялся, избегая джунглевых троп и пробираясь назад к месту возле деревни, удерживая море в поле зрения слева от себя. Я нашел место, похожее на расчищенную вертолетную площадку. На ней не было никаких обозначений, и она была пуста. Я залег в подлеске, отмахиваясь от насекомых, и стал ждать. Там была узкая тропинка, ведущая к дому Хайнемана; со своей нынешней позиции я мог мельком видеть верхушку шпиля его радиоантенны.
  
  Более двух часов ничего не происходило. Затем я услышал далекий и безошибочный рокот вертолета — странный механизированный звук в диких джунглях. Я сменил позицию, пока не обнаружил точку в синем небе.
  
  Он зашел на большой высоте, сделал один круг и пошел на снижение, причем лопасти свистели почти над головой. Поток ветра качнул меня и поднял в воздух пыль, листья и ветки, заставив меня зажмуриться. Вертушка опустилась на ровный центр каменистой площадки и села так же легко, как ковер-самолет, лопасти вращались на холостом ходу. Двери с грохотом распахнулись, и двое мужчин начали выбираться наружу.
  
  Из дома Хайнемана спешили полдюжины человек.
  СТРАНИЦА 119
  
  …Деревенские жители столпились вокруг площадки, глазея на железную птицу. Мария Фуэнте и Гант пригнулись под лопастями и побежали к прибывшим. Первый мужчина, выбравшийся из вертолета, нес небольшой черный саквояж. Мария быстро заговорила с ним, прижав ладонь к его уху; в следующее мгновение он поспешил в направлении большого дома.
  
  Я выскользнул из своего укрытия и двинулся к вертушке. Я находился почти прямо перед ней, и мне пришлось обойти её; она была в дюжине ярдов, огромный «металлический жук», полностью отгороженный густой зеленой порослью. Расчищенная зона была частично естественной, а частично вырубленной в джунглях. Камни и деревья были отодвинуты назад, чтобы расширить её. Я пересек место, где этот мусор был свален в неглубокую ложбину. Она заросла лишайником и лианами; джунгли возвращали свое.
  
  Пилот вертолета, молодой мексиканец в камуфляже, болтал с Гантом, начиная разгружать машину. Я передернул затвор винтовки и снял её с предохранителя. Я поднялся в полный рост и пошел к ним.
  
  Мария увидела меня первой и взвизгнула:
  
  — Вот он!
  
  Я наставил на неё винтовку и приказал стоять смирно. Я сразу заметил, что у Ганта за поясом был пистолет, но пилот был безоружен. Никто из деревенских жителей, которые теперь пятились назад, не был вооружен.
  
  — Продолжайте разгрузку, — сказал я, внимательно следя за Гантом. Он злобно смотрел на меня, поджав губы.
  
  — Ты покойник, Картер, — прорычал он мне. — Тебе не сойдет это с рук…
  
  — Заткнись, — оборвал я его. Я был уже достаточно близко, чтобы видеть панель управления машины. Я смогу поднять эту птичку, если придется, мне уже доводилось летать на других. Я бросил взгляд на единственную картонную коробку, которую успели выгрузить. На ней было написано: «МЕДИЦИНСКИЕ ПРИПАСЫ» и стоял медицинский штамп.
  СТРАНИЦА 120
  
  Я спросил:
  
  — Кто этот человек, что прилетел с вами?
  
  — Врач, сеньор, — ответил пилот по-испански.
  
  Мария сказала:
  
  — Ты сильно покалечил Хуана, Ник — он всё еще без сознания.
  
  Я улыбнулся ей, подумав, что этот единственный факт, несомненно, стал поворотным моментом. Если бы Джон Хайнеман успел рассказать о радиограмме, динамит бы не прибыл. Я видел ящики, сложенные за сиденьями вертолета. Они срочно вызвали врача, и в суматохе никто не подумал спросить о грузе, который был заказан.
  
  — Твои любовники обычно кончают тем, что получают травмы — или хуже, — сказал я Марии. Я жестом отогнал Ганта от вертушки, в моей голове уже созрел план. — Назад к дому, все вы, — громко скомандовал я слугам. Я указал на пилота. — Кроме тебя.
  
  Мария двинулась в мою сторону и резко остановилась, когда я вскинул дуло винтовки.
  
  — Ник… — произнесла она.
  
  — Слишком поздно, детка, — грубо отрезал я. Позади неё Гант среагировал мгновенно, выхватывая «Вальтер» из-за пояса. Он толкнул Марию, швырнув её прямо на меня. Я отскочил в сторону, пока она с криком валилась во весь рост в грязь.
  
  Я вскинул винтовку и выстрелил. Выстрел Ганта ушел в небо, когда из его груди хлынула кровь. Я передернул затвор и выстрелил в него снова, чуть ниже первой раны. Сила удара отбросила его назад, и он рухнул на каменистую землю лицом вверх, неуклюже раскинув ноги.
  
  Затем на несколько секунд всё замерло. Я загнал еще один патрон в патронник винтовки и огляделся. Деревенские жители исчезли как по волшебству. Мария вскочила на ноги и сломя голову бросилась в кусты. Я послал выстрел ей вдогонку, но промахнулся, пока она уносилась на четвереньках, словно животное, а затем и вовсе скрылась за густой зеленью.
  СТРАНИЦА 121
  
  Я повернулся обратно к пилоту. Он во все глаза смотрел на меня, его лицо побелело под загаром. Я наклонился, чтобы подобрать «Вальтер» Ганта, и заткнул его за пояс. Я позволил стволу винтовки качнуться в сторону пилота, который цеплялся за край двери кабины с больным и напуганным видом.
  
  — Сколько места тебе нужно, чтобы посадить эту штуку? — спросил я.
  
  Он облизал губы и кашлянул:
  
  — Двадцать метров, сеньор.
  
  — Этого достаточно. Там внутри есть еще медицинские припасы?
  
  Пилот тяжело сглотнул:
  
  — Еще один ящик, сеньор.
  
  — Тащи его наружу. — Я наблюдал за ним, пока он карабкался вверх и возился с ящиком. В тот момент, когда он опустил его на землю, кто-то с шумом продрался сквозь джунгли на противоположной стороне расчищенной площадки. Я развернулся в ту сторону и вскинул винтовку.
  
  Эрнесто закричал:
  
  — Это я, Ник — не стреляй!
  
  Я был очень рад его видеть.
  
  Он подошел к нам, оглядывая тело Ганта.
  
  — Я услышал стрельбу — подумал, может, ты в беде.
  
  — Теперь всё кончено, — сказал я. — Динамит у нас. Давай прокатимся.
  
  Пилот кусал губы, переводя взгляд с одного из нас на другого, словно опасался, что станет следующим, кто отправится к предкам. Я сделал знак винтовкой, приказав ему садиться за штурвал. Он поспешил подчиниться. Мы с Эрнесто залезли следом за ним, втиснувшись в тесное пространство. Я велел пилоту поднимать машину.
  
  Еще через минуту мы уже поднимались над плоской зеленой землей, летя в сторону изумрудного моря, где прибой всё еще выводил кружевные узоры вдоль скалистого побережья. Я оглянулся назад и увидел Марию, стоявшую на краю расчищенной площадки и смотревшую на нас снизу вверх.
  
  Я распахнул дверь, уперевшись в неё ногой против потока воздуха, и прицелился из винтовки. Она поняла, что я делаю, и резко развернулась, пытаясь убежать. Но она…
  СТРАНИЦА 122
  
  …опоздала. Хлестнул выстрел, прозвучавший приглушенно из-за рева лопастей над головой. Мария упала там, где стояла.
  
  Я захлопнул дверь.
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 123
  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
  
  Молодой пилот вертолета передал мне свой бинокль, и я осмотрел стремительно проносящиеся под нами джунгли. Мы неслись над самыми верхушками деревьев, держа курс на северо-восток. Когда Эрнесто посчитал, что мы улетели достаточно далеко, мы заложили один большой круг, затем еще один. Даже с мощной оптикой потребовалось немало усилий, чтобы разглядеть пирамиду в густой массе листвы. Солнечный блик, отразившийся от стального радиолокатора, наконец, помог мне сориентироваться. После этого потребовалась всего минута, чтобы заприметить расчищенную площадку в полумиле оттуда.
  
  — Туда… — я указал на клочок почти ровной, расчищенной земли. — Сажай её.
  
  Парень посмотрел на меня с таким видом, словно был поражен тем, что я прошу о подобном.
  
  — Свисающие деревья…
  
  Я покачал головой.
  
  — Ты сам сказал, что тебе нужно двадцать метров. Что ж, они у тебя есть. Сажай эту птичку. — Я покачал пистолетом «Вальтер», и он уставился на него, прикусив нижнюю губу. Я полагаю, он понимал, что я не стану стрелять в него, пока он держит штурвал, но я только что застрелил мужчину и женщину у него на глазах, так что уверенным на сто процентов он быть не мог.
  
  Он тяжело сглотнул и начал кружить над площадкой, осматривая её и выбирая место. Вертолет завис, с земли клубами повалила пыль…
  СТРАНИЦА 124
  
  …а затем он посадил нас, словно муху на лист кувшинки. Он был прав, когда боялся. Длинные ветви деревьев колыхались и извивались в восходящем потоке воздуха всего в нескольких дюймах от бешено вращающихся лопастей. К тому моменту, как посадочное шасси коснулось земли, у меня уже была открыта дверь.
  
  — Начинай разгрузку! — крикнул я, и Эрнесто принялся выталкивать ящики прямо в мои ждущие руки. Я складывал их на землю, не сводя глаз с нервничающего пилота. Он дергался, как парень, балансирующий с нитроглицерином на веках. Лопасти взбивали тяжелый воздух, закручивая вокруг нас пыль и наполняя джунгли грохотом.
  
  Когда последний ящик оказался внизу, Эрнесто выпрыгнул наружу, и я подал знак пилоту взлетать. Он выглядел спасенным и не стал тратить время на прощания. Одна из лопастей зацепила перистую ветку при подъеме, отчего птичку слегка повело вбок, но никакого ущерба это не нанесло, и он успешно поднялся в воздух. Через несколько секунд он уже скрылся за верхушками деревьев. Мы слышали его еще пару мгновений, а затем он исчез.
  
  — Надо убрать это добро с открытого места, — сказал Эрнесто.
  
  Я согласился, указав на подходящее место. И добавил:
  
  — Надеюсь, мы не совершили ошибку.
  
  — Какого рода ошибку?
  
  — Возможно, нам следовало оставить вертолет себе. Нам может понадобиться быстрый отход…
  
  Он пожал плечами.
  
  — Если кто-то в храме услышал посадку вертолета, они довольно быстро сообразят, что это единственное место в радиусе нескольких миль, где он мог сесть.
  
  — Да уж…
  
  Это и мне приходило в голову. Если так, то они нагрянут сюда целой толпой через считанные минуты. Вертолет и пилот стали бы ценной добычей. Мы оба навострили уши, но ничего не услышали.
  
  Вполне возможно, что они привыкли к службе доставки, которая пролетала мимо по пути к усадьбе Хайнемана. Вероятно, если индейцы и видели вертолет, то не придали этому значения. Да и внутри храма никто не мог его услышать — слишком много скальной породы между ними и звуком.
  СТРАНИЦА 125
  
  Я поднял ящик с динамитом, отнес его к краю расчищенной площадки и припрятал в густой листве. Эрнесто сделал то же самое; мы управились так быстро, как только могли, а затем попытались уничтожить свои следы на площадке. К тому времени, как мы закончили, мы были разгоряченными и взмыленными, но никаких признаков того, что нас заметили, не было. По крайней мере, никто не пришел проверить.
  
  Вытерев лицо, я уставился в сторону храма. От расчищенной площадки вела тропа; волочь взрывчатку оставшуюся часть пути предстояло долго и тяжело, но выбора у нас не было. Я видел, что Эрнесто тоже не предвкушал этого с восторгом. Я сказал:
  
  — Полагаю, нам следует быть благодарными за то, что нас подбросили хотя бы досюда, — и он хмыкнул.
  
  К этому моменту доктор Лю мог запытать Шейлу или Тэслера — или обоих — до такой степени, что Тэслер уже вовсю с ним сотрудничал. Лю играл по чертовски крупным ставкам, и тот факт, что у доктора Тэслера было слабое сердце, в конечном счете не имел для него никакого значения. Если Тэслер не станет сотрудничать, он всё равно покойник.
  
  — Наша удача пока держится, — сказал Эрнесто, наморщив лоб. — Ты хочешь просто войти туда и…?
  
  — Не в этой одежде, — отрезал я. У меня был план — своего рода общий план, основанный на маскировке и небольшом количестве театрального грима, вещах, которые мы заказали из Мериды вместе с динамитом. Я выудил пакет и открыл его. У нас были набедренные повязки, сандалии и повязки на голову. Одевшись как индейцы, мы получали чуть более реальный шанс проникнуть в храм без предупреждения.
  
  Единственное, что меня беспокоило, это наш рост. Мы с Эрнесто оба возвышались над большинством индейцев, которых встречали. Но другого пути не было.
  
  Мы сбросили одежду и переоделись в костюмы.
  
  — Главное, — сказал я, — заложить взрывчатку достаточно близко к лаборатории Лю. Она должна взлететь на воздух безотказно. — Произнося это, я начал осознавать, насколько сильно я рассчитываю на этот бросок костей. Это был наш единственный шанс достать…
  СТРАНИЦА 126
  
  …его — и, пытаясь взглянуть на это объективно, я понимал, что это чертовски рискованная авантюра.
  
  — А что насчет охраны?
  
  — Они будут повсюду, но если они примут нас за пару индейцев, мы сможем проскочить. Внутри храма темно, это на руку. Если дело дойдет до худшего, мы подорвем динамит и заберем их всех с собой. — Я посмотрел на него. — Лаборатория Лю находится наверху, а прямо под ней расположен ритуальный зал. Это наше место.
  
  Я думал о том, что индейцы, похоже, имели беспрепятственный доступ к алтарю, и там постоянно шло какое-то движение туда-сюда. Пары зарядов, размещенных вдоль стены под смотровой панелью, должно хватить.
  
  Эрнесто спросил:
  
  — А как же девушка и Тэслер?
  
  — Мы сделаем одну отчаянную попытку их спасти. Если только Мария или Гант не успели связаться по радио, доктор Лю всё еще думает, что я на дне колодца; он может проявить беспечность в отношении охраны. Но если мы не сможем добраться до Тэслера и Шейлы, мы уходим без них.
  
  Эрнесто кивнул. Он был в этом бизнесе достаточно долго, чтобы знать, что другого выбора нет. Я полез в пакет за гримом и протянул ему баночку.
  
  — Ладно, давай сделаем из меня индейца.
  
  Кожа Эрнесто была не такой темной, как у индейцев, но достаточно смуглой, чтобы сойти за нее при плохом освещении. Мы принялись за работу, подгоняя мой цвет кожи под его. Он откупорил тюбик с гримом и начал размазывать эту жижу по моей спине, втирая её. Я занялся своим лицом и руками. Понадобилось около двадцати минут, чтобы придать мне бронзовый туземный оттенок, и еще десять минут ушло у Эрнесто на то, чтобы очень аккуратно нарисовать синие метки на моем лице и руках, подобные тем, что я видел у некоторых индейцев в ритуальном зале. Затем я раскрасил его лицо и руки.
  
  Эрнесто сказал:
  
  — Давай замажем маркировку на ящиках тоже. — Он начал размазывать краску поверх напечатанных надписей. Я сделал то же самое, и мы были готовы.
  
  Я накинул одну из звериных шкур себе на плечо, чтобы…
  СТРАНИЦА 127
  
  …эффективно скрыть пистолет, примотанный под мышкой крепким ремнем. Мы взвалили по ящику с динамитом каждый на плечо, подобрали по двенадцатидюймовому ножу с изогнутым лезвием, которые шли в комплекте с припасами, и выдвинулись.
  
  В джунглях казалось неестественно тихо, но, возможно, это была лишь моя взвинченность. Одна пуля в наши ящики от невидимого солдата — и нам капут. Помятуя о предыдущих столкновениях со скрытными индейцами, это заставляло меня нервничать, но наш лучший вариант заключался в том, чтобы идти прямо туда с таким видом, будто мы у себя дома. Если нас увидят и раскусят нашу маскировку, можно было ожидать стрелу в горло или копье в брюхо.
  
  Без остановок и пауз мы пересекли расчищенную площадку и вошли в храм. Мы увидели нескольких охранников на расстоянии — они взглянули на нас и отвернулись, — но у меня возникло неловкое чувство, что за нами наблюдают. Идя впереди, я старался выглядеть как один из братьев, несущих припасы. Внутри храма прохладный воздух заставил мою кожу покрыться мурашками, пока тело не приспособилось к смене температуры. Эрнесто держался в двух шагах позади меня, пока я вел нас вверх по длинному переходу и ступеням к той комнате, куда меня приводили охранники — и где я оставил мертвеца на своем пути наружу.
  
  Когда я приблизился к стелам, то увидел охранника, стоявшего в тени. Его глаза были устремлены на нас, но поза оставалась расслабленной. Свет, слава богу, был паршивым. Я остановился, чтобы переложить тяжелый ящик на другое плечо, так чтобы он прикрывал мое лицо; он не сделал ни единого движения, чтобы остановить нас, когда мы проходили мимо. Я чувствовал его взгляд на нашей спине, пока мы не скрылись из виду в тусклом коридоре.
  
  Мимо нас прошла полдюжины индейцев, некоторые о чем-то болтали, никто не обратил на нас ни малейшего внимания, что очень обнадеживало. Должно быть, в храме кипела бурная деятельность и хватало незнакомых лиц. Я начал думать, что нам, возможно, всё-таки удастся это провернуть.
  
  Зал с алтарем был уже недалеко. Я огляделся — вокруг…
  СТРАНИЦА 128
  
  …никого не было видно. Я снял факел со стенного кронштейна и свернул с прохода, ведя Эрнесто через сеть коридоров и слыша, как его сандалии шлепают по камням позади меня.
  
  Ритуальный зал был пуст. Не было никаких следов ни Шейлы, ни жрецов, которые танцевали вокруг неё на каменном алтаре. Я осмотрел каменные стены, высматривая панель, ведущую в лабораторию, и почувствовал облегчение, увидев, что она закрыта. Будет ли у доктора Лю какой-либо повод открыть её и посмотреть вниз, в зал? Надеюсь, что нет.
  
  Я воткнул факел в один из каменных держателей, выполненных в форме черепов, и сделал знак Эрнесто:
  
  — Сосредоточься на этой стене. Лаборатория Лю находится прямо над ней.
  
  Он кивнул и поставил свой ящик рядом с моим. Вместе мы принялись ощупывать стену в поисках каких-нибудь щелей, куда можно было бы засунуть заряды. Ошибки быть не должно — второго шанса у нас не будет. Старый храм был расчищен, и многие древние, крошащиеся камни были заменены, но не все. Эрнесто нашел шов, достаточно широкий, чтобы засунуть туда руку, тянувшийся вдоль стены на уровне лодыжек. Это было идеально.
  
  Мы вскрыли оба ящика двенадцатидюймовым ножом и принялись за работу, утрамбовывая шашки в этот шов. Пока Эрнесто укладывал динамит, я двигался следом за ним, закрепляя детонаторы и провода, а затем засыпая их грязью и пылью с пола.
  
  Мы использовали весь динамит, что принесли с собой, набив шов взрывчаткой под завязку. Я собрал все выводные провода вместе, зачистил их, обмотал изолентой и подготовил выводы для часового механизма. Эрнесто запихал пустые ящики с глаз долой за алтарь и завел механизм.
  
  — Сколько времени нам нужно?
  
  Это был вопрос, который я непрестанно прокручивал в голове. Я знал, что мы и так растягиваем нашу удачу до предела. Мы вошли в…
  СТРАНИЦА 129
  
  …храм и добрались досюда без каких-либо проблем, но кто-нибудь мог войти в любой момент и начать задавать вопросы. Если они обнаружат набитый взрывчаткой шов до того, как она сработает, всё пойдет насмарку.
  
  Я сказал:
  
  — Нам нужен час, но мы не можем так рисковать. Ставь на тридцать минут.
  
  Он поджал губы и беззвучно присвистнул. Это было на грани… времени оставалось совсем в обрез для того, чтобы отыскать Шейлу и её отца и вывести нас всех в безопасное место.
  
  Я перехватил его вопросительный взгляд.
  
  — Искать можно только в одном месте. Если их там нет… — Я пожал плечами. Сколько бы времени у нас ни было, мы не могли проводить масштабные поиски. Где-то по ходу дела нас обязательно кто-нибудь разглядит как следует. И когда это случится…
  
  Эрнесто выставил таймер, а я подсоединил провода. Нам требовалось ровно пятнадцать минут, чтобы добраться до выхода из храма и оказаться вне зоны взрыва. Я аккуратно уложил таймер в шов, затем прикрыл его куском ткани и сказал:
  
  — Пошли.
  
  Мы побежали к открытой двери, задержавшись, чтобы бросить взгляд на дело рук наших. Я сомневался, что кто-то сможет заметить это мимолетным взглядом. Углы комнаты тонули в глубокой тени, даже несмотря на горящий факел. Если только не начнется тщательный обыск, динамит в безопасности.
  
  Одна минута уже утекла. Я схватил факел и понес его перед собой, ведя нас обратно тем же путем, каким мы пришли.
  
  Охранник по-прежнему стоял в своей стенной нише, сжимая копье обеими руками. В колеблющемся свете он уставился на нас, и выглядел он теперь как-то более собранными. Может, кто-то вставил ему фитиль за его халатность. Он нахмурился, словно его подозривало наше возвращение или он осознал, что мы ему незнакомы. Когда мы приблизились к нему, он зделал шаг вперед, и его лицо и глаза выражали требовательность. Эрнесто зглянул на меня, и я увидел, как его рука поползла к ножу на поясе.
  
  Я махнул факелом, будто указывая на что-то позади себя, и…
  
  
  СТРАНИЦА 130
  
  …и забормотал мешанину из слов. Индеец выглядел сбитым с толку. Его рот приоткрылся от странности этих звуков, а глаза последовали за указывающим факелом. Слишком поздно он понял, что что-то не так. Я взмахнул длинным ножом снизу вверх и вонзил его по самую рукоятку ему в живот, острием вверх, распоров его. Он повалился назад на стелу, дернулся несколько раз, пока из него вытекала жизнь, затем сполз на пол и затих.
  
  Я прошептал: «За мной», жестом подозвав Эрнесто, и рванулся к переходу, где меня раньше бросили вместе с Тэслером.
  
  Сколько минут прошло? Я не осмелился надеть часы вместе со своей маскировкой, но я отсчитывал минуты в своей голове; я был уверен, что почти десять из отведенных нам тридцати уже истекли.
  
  Мы свернули в маленькую камеру, где нас удерживали с Тэслером. Она была пуста. Я выругался вслух.
  
  Эрнесто сказал: «Они, должно быть, в лаборатории». Он выглядел очень встревоженным в тусклом свете. «Но у нас нет времени идти туда».
  
  Я должен был попытаться. Теперь у меня было оружие, шансы были получше, чем в прошлый раз, когда я столкнулся с Лю. Должно быть, оставалось еще по меньшей мере пятнадцать минут, и я не собирался тратить впустую ни одной из них.
  
  Я выскочил наружу и побежал обратно по коридору, а Эрнесто тихо, но отчаянно звал меня вслед. Он знал, куда я направляюсь; он выругался и через мгновение последовал за мной, шлепая сандалиями.
  
  Мы влетели в большую комнату на бегу и оказались окружены прежде, чем поняли, что они там. Дюжина раскрашенных индейцев и двое азиатов с пистолетами схватили нас обоих. Я полоснул ножом ближайшего, но они за секунды одолели меня и отобрали нож и пистолет, повалив меня на землю и стукнув головой о камни, чтобы оглушить и заставить подчиниться. Всё произошло очень быстро и эффективно. Я простонал и сплюнул грязь.
  СТРАНИЦА 131
  
  Эрнесто скрутили так же быстро. Он пристально смотрел на меня, и я знал, что он думает об утекающем времени. Я думал о том же.
  
  Ким Хан появился из тени и жестом приказал охранникам вести нас за собой. Они поволокли нас по коридору и вверх по лестнице в лабораторию Лю.
  
  Доктор Тэслер работал за одним из лабораторных столов. Он повернулся, услышав шум, и нахмурился, увидев двух индейцев, с которыми грубо обращались их же соплеменники. Я видел вопросы на его лице; он был полностью озадачен, но что-то в нас заставляло его продолжать всматриваться. Ему потребовалось много времени, чтобы понять, кто мы такие. Только когда доктор Лю с улыбкой направился ко мне, он наконец поверил в это.
  
  Лю сказал: «Ну что ж, мистер Картер, вот мы и встретились снова. Вас очень трудно убить».
  
  Я увидел, как Тэслер в изумлении беззвучно произнес губами мое имя. Он считал меня мертвым. Его рука задрожала, и он выронил пробирку на пол, а затем растерянно уставился на неё.
  
  «Жить — это моя привычка», — развязно произнес я тоном, в который сам не верил.
  
  «Похоже на то», — согласился Лю. — «Но очень жаль, что вы не любите жизнь настолько, чтобы держаться подальше от моих дел. Я предупреждал вас, если помните, но вы предпочли не слушать. Где вы были с момента нашей последней встречи?»
  
  «Пойди прыгни в колодец, Лю».
  
  Он тихо рассмеялся. «Мне любопытно, как вы оттуда выбрались — но неважно. Где вы были?»
  
  Он застал меня врасплох. Мысленная картина дома Хайнемана и тел Марии и Ганта на расчищенной площадке, в то время как вертолет улетал, промелькнула в моем мозгу до того, как я понял, что Лю задумал. Я отчаянно попытался стереть это воспоминание.
  
  Но он предвидел и это; он был настроен на мои мозговые волны с той самой секунды, как я переступил порог. Теперь он улыбнулся и вытащил маленький блок питания из «детектора мыслей» на своем запястье. Ячейку памяти. Один из азиатов в лабораторном халате взял её и вставил в компьютер, пока Лю помещал свежую ячейку в наручный блок. Машина загудела, ряды лампочек замигали, казалось бы, в случайном порядке, и из прорези вылезла распечатка.
  
  Мужчина протянул её доктору Лю.
  
  Лю изучил её и посмотрел на меня сквозь прищуренные глаза. «Значит, вы были у Хайнемана… и что же вы делали, звали на помощь? Вертолет, по-видимому, указывает также и на припасы».
  СТРАНИЦА 132
  
  Каждое свое замечание он сопровождал изучением детектора и считыванием моих реакций. Я сосредоточил свой разум на образе обнаженного тела Марии, пытаясь заглушить свои мозговые волны сильной эмоцией желания, но я опоздал на полсекунды. Он уже получил положительную реакцию на свой вопрос.
  
  «Мне интересно, почему вы двое одеты подобным образом?» — произнес Лю, осматривая нас обоих. — «Вы что-то принесли в храм?»
  
  На этот раз я предвидел его вопрос — но Эрнесто нет.
  
  Лю снова тихо рассмеялся. Он уже настроился на реакцию Эрнесто. «Значит, вы принесли припасы — очень интересно».
  
  «Мы пришли только для того, чтобы найти тебя», — прорычал я.
  
  Он проигнорировал меня. «Какого рода припасы, интересно мне?»
  
  Он изучил наручный детектор. Затем выражение его лица ужесточилось, и он уставился на Эрнесто, по-видимому, встревоженный его бурной реакцией.
  
  Лю утратил свой нарочитый апломб. Он повернулся прямо к Эрнесто. «Какого рода припасы?» Его voice звучал жестко и резко. Он приблизился к Эрнесто и встряхнул его. «Какого рода припасы?»
  
  Я видел, как двигалась челюсть Эрнесто, я знал, что он делает всё возможное, чтобы сбить китайца с толку, но я также знал, что он не мог не думать — даже непроизвольно — о бомбе под нами. Сколько минут уже утекло? Двадцать пять?
  
  Лю не знал, что именно это было, но он понимал, что наткнулся на что-то важное. Он вытащил крошечную ячейку из детектора и швырнул её лабораторному работнику, который мгновенно ввел её в компьютер. Эрнесто вспотел, беспомощно глядя на меня.
  
  Когда техник протянул ему распечатку, Лю мгновенно оживился. Он отпрянул от компьютера, и из него посыпалась пулеметная очередь слов на китайском языке. Солдаты у двери на мгновение замерли, затем развернулись и побежали, крича что-то индейцам. Они очистили комнату за считанные секунды, за исключением двух китайских солдат с винтовками, которые продолжали держать нас под прицелом.
  СТРАНИЦА 133
  
  Отдав приказы, Лю подошел к настенной панели и нажал кнопку, чтобы отодвинуть её назад, дабы иметь возможность наблюдать за лихорадочными действиями внизу. Он снова вернул себе привычную невозмутимость; его лицо не выдало ни единого проблеска эмоций, пока он смотрел на людей в алтарном зале. Он не предпринимал никаких попыток бежать, чтобы спасти свою шкуру — или, возможно, он знал, что времени на это уже не будет.
  
  Эрнесто беспомощно взглянул на меня. «Он прочитал мои мысли…»
  
  «Всё в порядке», — утешил я его. Я посмотрел на Тэслера, который глядел на меня со страхом в глазах. Я спросил его: «Шейла?»
  
  «Они держат её в спальне королевы — внизу».
  
  Хайнеман упоминал так называемую спальню королевы, где верховный жрец охранял свою жену с помощью священного ягуара. Где именно в храме она находилась?
  
  Лю повернулся от панели и направился ко мне. «Боюсь, я сильно недооценил вас, мистер Картер. Значит, вы заложили динамитные заряды. Очень радикально, но ведь вы в отчаянии. Были ли вы готовы умереть вместе со всеми нами, или вы думали, что всё еще сможете совершить чудо и вывести доктора Тэслера? Или вас интересует только его дочь? Как бы то ни было, на этот раз вы не останетесь в живых, чтобы снова поджариться».
  
  Его лицо было спокойным, но голос был полон ненависти. Он сделал знак солдатам, которые немедленно вызвали охрану. Четверо вышли вперед, чтобы снова схватить меня, заломив мне руки за спину и потащив вон. Я услышал, как Эрнесто крякнул, когда его окружили и поволокли следом.
  
  Лю обратился к Хану: «Убедись, что на этот раз ошибки не будет. Проследи за этим лично. За обоими».
  
  Хан последовал за нами наружу с «Люгером» в руке. Он прорычал команды охранникам, и те поволокли меня дальше, выбрав другой маршрут от подножия лестницы; этот проход был похож на все остальные, за исключением того, что комнаты, выходившие в него, судя по всему, использовались. На полу лежали соломенные тюфяки, в старых держателях было установлено несколько факелов. Я предположил, что это были те самые казармы охраны, о которых упоминала Шейла. Но где находилась комната королевы?
  
  На этот раз они не связали меня, и Лю не приказал застрелить меня на месте. Моя удача, какая бы она ни была, всё еще держалась, но я потерпел сокрушительное поражение в попытке остановить Лю. Мой план взорвать его к чертям собачьим был сорван в самую последнюю секунду.
  
  Несколько минут спустя мы подошли к огромной каменной двери, и двое индейцев налегли на неё всем своим весом. Очень медленно она поползла назад, открывая лишь кромешную тьму впереди. Они открыли её лишь настолько, чтобы человек мог проскользнуть внутрь, и когда еще один охранник высоко поднял свой факел, я увидел большие каменные кольца, вмонтированные в стены. Это была тюрьма.
  
  Хан заговорил резко, и люди, державшие меня, внезапно толкнули меня вперед; я покачнулся, запинаясь, меня протолкнули через узкий проем, и я полетел в комнату, которая находилась на несколько футов ниже уровня коридора. Я упал лицом в грязь, чувствуя запах навоза и кислые ароматы веков. Прямоугольник света от факелов упал на меня, когда Эрнесто влетел следом, приземлившись прямо на меня.
  СТРАНИЦА 135
  
  Я оттолкнул его в сторону и сел как раз вовремя, чтобы увидеть, как свет угасает, когда огромная дверь со скрипом захлопнулась. Мы оказались в абсолютной темноте. Я услышал, как Эрнесто застонал.
  
  — Ты в порядке?
  
  — Да, думаю да, — закашлялся он. — Где мы?
  
  Я уловил сильный животный запах, мускусный шлейф, перебивающий спертый воздух храма. Струйка страха пронзила мой позвоночник, когда я прислушался к безошибочно узнаваемому шороху звука, который приближался всё ближе. Дикий запах крупной кошки ударил мне в нос — и я увидел светящиеся угольки её глаз. Затем низкое, рокочущее рычание, казалось, сотрясло толстые каменные стены, и я почувствовал, как Эрнесто задрожал — или, может быть, это был я.
  
  Мы были в яме с ягуаром!
  
  
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 136
  ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  
  Сначала комната показалась абсолютно темной, но мои глаза приспособились. Я различил силуэт Эрнесто рядом со мной. Я чувствовал слабое движение воздуха, которое, вероятно, шло откуда-то сверху и не разгоняло застоявшиеся запахи на уровне земли.
  
  Я устремил всё свое внимание на дальний конец большой комнаты. Я мог различить более темные очертания среди мириад окружавших нас теней. Хищник находился примерно в пятнадцати футах от нас, припав к земле, притаившись, с глазами, похожими на двойные провалы ада.
  
  Я услышал, как Эрнесто перехватило дыхание.
  
  — Боже мой! — прошептал он. — Эль тигре!
  
  — Эль балам, — ответил я.
  
  Эрнесто отпрянул в сторону, спотыкаясь о груду обломков камней, упавших с испещренных швами и трещинами стен. Ягуар двигался, бесшумно, если не считать его хриплого дыхания. Я слышал, как он облизывается. Теперь я понял, что большую кошку морили голодом, достаточно долго для того, чтобы она предвкушала хорошую плотную трапезу из двух основных блюд.
  
  Люди Лю отобрали наши ножи и пистолеты. У меня всё еще оставался «Пьер», моя газовая бомба, но я не мог использовать её в этой замкнутой комнате; её газ убил бы нас так же, как и ягуара. У нас оставались только голые руки.
  
  
  СТРАНИЦА 137
  
  Я присел и стал шарить по изрытому полу в поисках камня. Он подошел бы в качестве дубинки, но хватит ли этого? Мысль о рукопашной схватке с голодной кошкой не казалась мне забавной.
  
  Эрнесто что-то бормотал по-испански, похожее на молитву. Я не винил его.
  
  Ягуар остановился, возможно, озадаченный нашим молчанием. Я мог себе представить, что другие люди, которых бросали к нему, проводили большую часть времени в криках. Он принюхивался к воздуху, его массивная голова покачивалась из стороны в сторону, а светящиеся глаза пристально смотрели на нас.
  
  — Он собирается напасть… — прошептал Эрнесто. Мне было интересно, обливается ли он потом так же сильно, как и я.
  
  Кошка подошла ближе, и я смог отчетливо её разглядеть. Это был крупный экземпляр, не менее семи футов в длину, включая подергивающийся хвост. Рыжевато-глубокий желтый мех был покрыт темными пятнами-кольцами. Я знал, что эта кошка способна прыгать на двадцать футов и за считанные минуты разрывать оленя в кровавые клочья. Голодный ягуар был одним из самых грозных охотников в Западном полушарии. Множество несчастных путников или неосторожных охотников в джунглях стали его жертвами.
  
  Ягуар словно прижался к земле, его голова была втянута в длинную шею, а длинный хвост так и ходил взад-вперед, пока он не сводил с меня глаз. Животное теперь затихло, и это молчание было более зловещим, чем глубокое рычание до этого. Он готовился к атаке.
  
  Я взвесил зазубренный камень в руке и стал ждать, обливаясь потом, который стекал между моих лопаток маленькой рекой.
  
  Я уловил движение, которое привело большую кошку в действие. Всё, что я увидел, — это желтое пятно, взмывшее в воздух и летящее на меня, словно снаряд. Кусок камня, который Эрнесто швырнул изо всех сил, врезался ягуару в голову. В следующее мгновение кошка оказалась на мне, обрушившись…
  СТРАНИЦА 138
  
  …своими огромными вытянутыми лапами, чтобы схватить меня и раздавить своим весом.
  
  Но камень отклонил траекторию прыжка, возможно, ослепив кошку на мгновение. Я покатился и уклонился в сторону, взмахивая рукой изо всех сил. Камень врезался в череп ягуара с тяжелым глухим стуком, от которого у меня закричали зубы, и животное взревело от ярости.
  
  Удар не остановил его. Он прыгнул снова, обрушившись на меня с силой бульдозера и выбив из меня дух, даже несмотря на то, что я перекатился. Я разминулся с основной частью его веса, но он накрыл меня своим телом, и мне показалось, что мои ребра треснули. Я извивался, толкаясь и отпихиваясь, боясь, что в следующее мгновение буду раздавлен насмерть.
  
  Но это было не в повадках ягуара. Он вскочил, когти полосовали мою плоть, а из пасти текла слюна, так что его горячая слюна обжигала мою обнаженную кожу. Я обрушил камень ему на челюсть, и кошка отпрянула ровно настолько, чтобы освободить себе пространство для новой атаки. Эрнесто швырнул еще один камень, а затем еще один. Он пытался удержать большую кошку в неустойчивом положении. Камни отвлекли кошку достаточно для того, чтобы я смог подняться на ноги.
  
  Огромная лапа замахнулась на меня, когда я выскочил с её пути. Я почувствовал жжение, когда когти полоснули меня по плечу, и кровь хлынула по моей раскрашенной коже, но я уклонился от полной силы удара, который был бы достаточно мощным, чтобы проломить мне череп. Я пополз на четвереньках, пытаясь выбраться из зоны досягаемости. Ягуар взревел — ужасный звук в замкнутом пространстве комнаты, — пока Эрнесто бил его снова и снова тяжелыми камнями. На мгновение ягуар бросился в его сторону, но затем изменил направление и снова атаковал меня.
  
  Существо было в полной ярости. У меня едва хватило времени, чтобы отскочить в сторону до того, как животное нанесло удар. У меня была доля секунды, чтобы молниеносно развернуться и схватить кошку за толстую шею. Я сцепил руки вокруг её горла и мертвой хваткой вцепился, оставаясь вне досягаемости щелкающих челюстей. Кошка извивалась, пытаясь сбросить меня, втягивая свою массивную голову и хлеща телом, все это время рыча и огрызаясь. Эрнесто подскочил, ударил кошку зазубренным камнем и стремительно отступил вне досягаемости опасных когтей. Я был достаточно близко, чтобы чувствовать и обонять горячее, зловонное дыхание.
  СТРАНИЦА 139
  
  Кошка снова качнулась, вставая на дыбы и пытаясь сбросить меня со своей спины лапами, крутя головой в попытке откусить мне руку. Я обхватил ногами её тело, зацепившись ступнями под передними лапами. Я бы отдал всё на свете за тяжелые армейские ботинки для джунглей, которые я выменял на бесполезные сандалии. Я бы отдал еще больше за один-единственный нож.
  
  Кошка продолжала реветь и яростно трястись. Эрнесто бросился в атаку и ударил ягуара, когда тот встал на дыбы, с сокрушительной силой обрушив камень на морду животного. Он выскользнул в сторону, пока животное выло. Я вложил каждую каплю силы, какую только мог, в удушающий захват, заставляя голову кошки снова подняться вверх и лишая её возможности открыть пасть более чем на пару дюймов. Эрнесто вогнал еще один камень в голову животного.
  
  Я не удержал захват. Большая кошка дернулась вниз, чуть не перебросив меня через голову, а затем быстро снова вверх. Я видел, как домашние кошки играют так с мышами, дергая их и сбивая с толку.
  
  Потеряв захват, я упал и покатился прежде, чем животное поняло, что я исчез. Я потерял счет времени и направление и не смел отвести глаз от ягуара, чтобы определить, где Эрнесто. Кошка промахнулась мимо меня и разворачивалась, прижав тело почти вплотную к земле, её зубы, которые казались футовой длины, были обнажены, а из легких со свистом вырывался воздух. Её хвост угрожающе покачивался.
  
  Я прыгнул, нанося рубящий удар ребром ладони. Кошка прыгнула на меня, но Эрнесто снова отвлек её. Эрнесто бросал очень точно, редко промахиваясь мимо цели, что доводило большую кошку до исступления. Прыжок ягуара пришелся слишком далеко справа от меня, но я сумел нанести рубящий удар по его шее, череду быстрых ударов — достаточных, чтобы убить любого человека, но они не сломали позвоночник кошке. Ягуар потряс своей большой желтой головой, словно потревоженный мухой, и огрызнулся на меня. Я отпрыгнул назад почти достаточно быстро — но не совсем. Огромные челюсти сомкнулись на моей руке и начали сжиматься.
  СТРАНИЦА 140
  
  Я закричал прежде, чем боль затмила мои мысли. Эрнесто бросился вперед, используя обе руки, чтобы обрушить огромный камень на голову кошки. Я услышал хруст кости и почувствовал, как клыки внезапно разжались. Я отпрянул и пополз к стене, судорожно шаря руками в поисках нового оружия.
  
  Я слышал хруст камня, которым Эрнесто орудовал против черепа животного.
  
  Я заставил свой разум противиться боли, которая грозила лишить меня чувств, когда ревущая, рычащая кошка развернулась и схватила Эрнесто. Он закричал, когда кошка повалила его на землю и принялась рвать когтями. Я рванулся вперед, колотя по черепу животного зажатыми в каждом кулаке камнями; нанося удары по твердой кости между ушами, как это делал Эрнесто мгновениями ранее. Кошка, казалось, замерла и перестала рвать когтями. Эрнесто выкатился на свободу.
  
  Он застонал, и я понял, что он ранен. Ему удалось отползти от животного, но он еще не сдался. У Эрнесто был характер. Он вернулся с толстой тяжелой деревянной балкой, которую нашел на полу, и обрушил град ударов на голову кошки.
  
  Ягуар обезумел от боли, терзая воздух и ревя. Он полосовал окровавленными когтями, поворачиваясь от одного из нас к другому. Но он замедлялся. Он был оглушен. Камни в моих руках были мокрыми от его крови, и я чувствовал, что его череп превращается в месиво.
  
  Эрнесто покачнулся и чуть не упал. Я увидел страшную рваную рану на его плече, и его тело было исчерчено полосами крови. Большая кошка ходила по узкому кругу, пытаясь прояснить голову и снова нацелиться на нас. Я отступил к стене и метнулся к Эрнесто, выхватывая у него большую палку. Он тяжело дышал, прижимая ладонь к ране на груди…
  СТРАНИЦА 141
  
  Я сам начал следующую атаку вместо того, чтобы ждать её, раздробив кошке морду и заставив её отступить в первый раз. Я кружил, говоря себе, что я в наступлении, что с ягуаром покончено. Сверкающие когти и зубы говорили об обратном, но кошка была ошеломлена. Ужасные раны на голове давали о себе знать, обеспечивая мне небольшое преимущество. Кошка была уже не такой быстрой и уверенной, как раньше.
  
  Эрнесто каким-то образом нашел в себе силы швырнуть еще один камень. Он попал большой кошке по крупу, напугав её и заставив развернуться. В то же мгновение я прыгнул, приземлившись на спину ягуара и тем же движением просунув большую палку под его шею. Удерживая оба конца палки, я дернул назад, уперевшись ногой в плечо кошки и перенеся на него весь свой вес. Ягуар пытался сбросить меня, но его движения становились вялыми и слабыми. Я перекрывал ему доступ воздуха. Я тянул за палку, вкладывая всю свою силу, напрягаясь, чтобы продавить её в толстые жилы шеи. Ягуар бился, извивался, пытаясь избавиться от этих тисков.
  
  Я услышал, как хрустнула трахея… и большая кошка начала обмякать. Она повалилась вперед, и я упал вместе с ней, не ослабляя давления. Кошка рухнула на землю и затихла.
  
  Эрнесто нерешительно произнес: «Я… я думаю, ты сделал это, Ник…»
  
  Я перевернул ягуара; низкий, булькающий звук вырвался из горла кошки, несколько судорог — и она была мертва.
  
  Я, шатаясь, поднялся на ноги. Я был насквозь пропитан кровью и потом, кошачьими и своими собственными, и меня трясло. Я…
  СТРАНИЦА 142
  
  …побрел туда, где Эрнесто прижался к стене. «Мы сделали это», — хрипло произнес он. — «А ведь я бы и ломаного гроша не дал за наши шансы».
  
  Я спросил: «Ты в порядке?»
  
  «Не знаю… Думаю, да. Эта проклятая кошка едва не оторвала мне руку. Доктор Лю будет зол как черт», — сказал Эрнесто, и это заставило меня рассмеяться. Я знал, что это были последствия борьбы, но мы оба покатились со смеху от чистого облегчения.
  
  Затем я осмотрел его рану. Она была плохой. Наружу вывалилось много сырого мяса, и кровь текла ручьем. Я прижал подключичную артерию, пока поток не ослаб, и я смог осмотреть её получше. Там было несколько глубоких порезов, но артерия не была порвана. Мне нечем было перевязать их, кроме кожаных полосок от наших повязок на голову. Я соорудил грубую повязку и поддерживающую петлю для его руки, и мы сели у стены, оба совершенно обессиленные.
  
  Эрнесто вздохнул: «Спасибо, амиго. Теперь всё, что нам нужно сделать, это придумать, как выбраться отсюда».
  
  Я хмыкнул. Я был рад, что здесь нет света, иначе это, вероятно, лишило бы нас присутствия духа. Рано или поздно кто-нибудь придет, скорее всего, один из людей Хана, чтобы проверить нашу кончину. Может, тогда мы сможем попытаться сбежать. Я принял решение. Я не собирался покидать храм, пока Лю жив.
  
  Я ничего не сказал Эрнесто. В данный момент у него и так хватало забот. Если бы я смог придумать план, о нем стоило бы поговорить. Я должен был убить Лю. С его смертью вся организация могла бы остановиться — при условии, что я доберусь до него раньше, чем он получит формулу Тэслера.
  
  Мы долго сидели, прислонившись к стене, отдыхая и восстанавливая силы. Когда я наконец встал, у меня ломило каждый сустав. Эрнесто наблюдал, как я подошел к стене, где находилась дверь, и начал ощупывать её, пытаясь найти щель. Когда я обнаружил её, я…
  СТРАНИЦА 143
  
  …обвел её руками, определив, что дверь была около четырех футов в ширину и пяти в высоту. Но я не видел и не чувствовал никаких признаков механизма, который позволял бы ей открываться. Никакие толчки не могли сдвинуть её с места, и через несколько минут я сдался.
  
  Эрнесто сказал: «Они могут не возвращаться несколько дней. Может, где-то есть вода — на другом конце комнаты».
  
  Я двинулся в том направлении. Я нашел каменную чашу, влажную, но пустую. Мне стало интересно, как они приносили воду, когда в комнате разгуливал живой ягуар.
  
  «Ничего», — сказал я.
  
  В этот момент мы оба услышали звук.
  
  — Это дверь! — сказал Эрнесто, с трудом поднимаясь. Я подбежал к двери и встал рядом с ней, слыша отчетливый скрежет камня, скользящего по камню. Я потрогал пальцами — дверь двигалась.
  
  Она двигалась очень медленно, и когда она приоткрылась на несколько дюймов, я услышал голоса. Потянувшись вниз, я сорвал «Пьера» со своего бедра. Выдернув чеку, я забросил маленькую газовую бомбу в узкий проем.
  
  Я рванул Эрнесто на ноги и потащил его за собой в дальний конец комнаты. Я слышал, как смертоносный газ просачивается из бомбы и заполняет коридор снаружи.
  
  Мы прождали десять минут. Снаружи не доносилось ни звука.
  
  Сделав знак Эрнесто оставаться на месте, я двинулся обратно к двери. Она всё еще была приоткрыта на шесть или восемь дюймов. Через щель я разглядел два тела на каменном полу.
  
  Я позвал Эрнесто.
  
  Он подошел, прихрамывая, и мы вдвоем навалились на дверь, чтобы открыть её достаточно широко и выскользнуть наружу. Газ рассеялся, и в коридоре лежало пять тел — Хан и четверо индейцев. У одного из индейцев была маленькая духовая трубка, дротики и небольшой тюбик с прозрачной жидкостью. Транквилизатор для ягуара. Рядом стояли два ведра с…
  
  СТРАНИЦА 144
  
  …водой у стены коридора. Они пришли, чтобы напоить животное.
  
  Я вытащил револьвер из-за пояса Хана. Мы оба вооружились ножами, затем плеснули на себя водой и напились.
  
  «Давай затащим их внутрь», — сказал я, — «тогда не будет никаких улик, указывающих на то, что произошло». Газ не оставил следов.
  
  Мы затащили их и их снаряжение в логово ягуара, а затем закрыли тяжелую дверь. Пусть Лю и его прихвостни ломают голову над тем, куда делись Хан и остальные.
  
  Я снял факел, и мы отправились в путь. Тэслер говорил, что Шейлу держат в спальне королевы, а это означало, что она где-то рядом. Лучшего времени для её поисков нельзя было и пожелать. Я осмотрел пистолет, это был «Смит», и обнаружил, что он полностью заряжен патронами .38 special, но запасных боеприпасов не было.
  
  Мы заглядывали в каждую комнату, которая попадалась нам на пути, но безрезультатно. Факел догорел до самого огарка, и мы практически на ощупь пробирались по сырым коридорам, когда наконец нашли её. Это было на углу пирамиды; комната побольше, чем большинство других, и в ней были длинные горизонтальные вентиляционные отверстия высоко на двух стенах. Также там был охранник.
  
  Старик дремал прямо у дверного проема. В руках у него был зловещего вида нож, и я знал, что не могу с ним рисковать. Когда я заглянул в дверной проем, там было достаточно света, чтобы увидеть Шейлу на куче соломы в другом конце комнаты, со связанными полосками кожи руками и ногами.
  
  Я подобрался поближе к старику, который что-то бормотал сквозь сон. Основанием ладони я резко нанес рубящий удар по основанию его черепа. Я почувствовал, как его кости хрустнули, словно яичная скорлупа. Он сполз вниз, не издав ни звука. Нож со стуком упал на каменный пол, и Шейла вскинулась на грязной соломе, её глаза были расширены от ужаса.
  СТРАНИЦА 145
  
  Она увидела, как два чумазых, окровавленных индейца вошли в комнату после убийства охранника. Она бы закричала, если бы не кляп.
  
  Я сказал: «Всё в порядке — это Ник и Эрнесто».
  
  Она чуть не упала в обморок. Она откинулась назад на солому, тяжело дыша. Я срезал кляп, и Эрнесто быстро перерезал её путы. Шейла выпустила воздух из легких с дрожащим вздохом, глядя на нас обоих и едва веря тому, что видит.
  
  «Это действительно мы», — заверил я её. — «Под всей этой грязью. Ты в порядке?»
  
  Она разрыдалась в безутешной истерике, и я позволил ей поплакать; в сложившихся обстоятельствах это казалось лучшим решением. Я потер её запястья, чтобы восстановить циркуляцию крови. Она всё еще была одета в похожее на тогу короткое белое платье, подпоясанное на талии. На ногах у неё были тонкие сандалии, державшиеся на кожаных ремешках. Затем она рванулась ко мне и упала в мои объятия, и я понял, что на ней больше ничего не было.
  
  На одно долгое мгновение тепло её плоти было приятным, и я подумал о других вещах и о лучших временах, но Эрнесто разрушил чары, сказав: «Нам не стоит оставаться здесь слишком долго».
  
  Шейла выпрямилась и посмотрела на нас. «Вы ранены».
  
  «Царапины», — сказал я. — «Есть еще охранники?»
  
  «Не знаю — он был единственным, кого я видела». Она бросила взгляд на тело мужчины и отвернулась.
  
  Эрнесто спросил: «Как долго ты здесь находишься?»
  
  «Этого я тоже не знаю. Они привели меня сюда после того, как закончили со мной на алтаре…» Её голос сорвался. Я видел красные полосы от рубцов и тонкие струйки крови на её спине и шее там, где тога её не прикрывала. Похоже, её высекли тонкой плеткой-девятихвосткой. Сколько времени прошло, прежде чем Тэслер принес ей облегчение своим обещанием сотрудничать?
  СТРАНИЦА 146
  
  «Ты можешь идти?» Она держалась неуверенно, цепляясь за меня, но у неё получилось.
  
  «Думаю, да…» Она посмотрела на нас, покусывая губу. «Мой отец — они не причинили ему вреда?»
  
  «С ним всё было в порядке совсем недавно». Я не стал упоминать о том, что он работал бок о бок с Лю, но был уверен, что она догадывалась об этом. Она боролась со слезами.
  
  «Он думает, что спасает меня».
  
  «Давай побеспокоимся об этом позже. Прямо сейчас нам нужно вытащить тебя отсюда». Когда я это говорил, у меня не было никакого плана, всё, что я знал, это то, что рано или поздно они придут искать её. Должно же быть где-то место, где мы могли бы её спрятать.
  
  Она проявила непокорность. «Я не уйду без него».
  
  «Ты должна», — сказал Эрнесто.
  
  Она вырвала свою руку из моей. «Я должна помочь ему!»
  
  «Мы что-нибудь придумаем», — сказал я. — «Предоставь планирование нам».
  
  Эрнесто подошел к дверному проему, оттащил тело охранника к соломе и сбросил его туда. Я вывел Шейлу в коридор.
  
  Она настаивала: «Позволь мне помочь, Ник, пожалуйста! Я не буду путаться под ногами…»
  
  Я повернулся к ней. «Что насчет припасов? Ты видела что-нибудь — слышала что-нибудь? Где Лю держит припасы?»
  
  Она нахмурилась. «Я видела, как один из охранников уносил оружие в комнату рядом с церемониальным залом».
  
  «Идем». Я потянул её за собой по тусклому коридору, а Эрнесто прикрывал тыл. Мы подошли к центральному залу и прижались к стене; я заглянул за дверь и никого не увидел. Комната была пуста. Я надеялся, что доктор Лю на этот раз считает меня мертвым и похороненным. Кормом для его ягуара.
  
  Я пошел впереди в обход центрального зала к проходу на противоположной стороне. Тишина вокруг нас была тяжелой и жуткой, и каждый наш шаг, казалось, отдавался эхом по коридору, но никто не пришел проверить. Охранники, по-видимому, были сосредоточены в другом месте.
  СТРАНИЦА 147
  
  Шейла указала на дверной проем, и мы вошли.
  
  Это была комната снабжения. Вдоль трех стен были аккуратно сложены ящики с продуктами, деталями для машин и химикатами. В углу мы обнаружили тайник с огнестрельным оружием, и среди него была «Вильгельмина», всё еще в своей кожаной кобуре. Я с жадностью схватил её и застегнул ремень. Я почувствовал себя гораздо менее голым. Я бросил револьвер Хана к остальному оружию.
  
  Эрнесто выудил свой «Вальтер» из кучи и засунул запасную обойму в свой скудный наряд. Я нашел «Хуго» в связке мачете и ножей и пристегнул стилет к руке. Я не задавался вопросами о судьбе, которая привела нас к ним. Я выбрал автоматический пистолет, загнал обойму и передернул затвор, чтобы дослать патрон в патронник. Затем я показал его Шейле.
  
  «Ты знаешь, как этим пользоваться?»
  
  «Я просто нажимаю на курок?»
  
  «Сначала ты снимаешь с предохранителя. Это автомат. Предохранитель находится прямо здесь. Когда он включен, пистолет не выстрелит. Когда он выключен, он выпустит восемь пуль так быстро, как только ты сможешь нажимать на курок». Я передал ей оружие, и она взяла его с осторожностью.
  
  Я сказал: «Держи палец подальше от спускового крючка, пока не захочешь выстрелить, а затем направь его прямо…»
  
  «Я не смогу никого убить». Её лицо было бледным.
  
  «Сможешь, если придется». Я взглянул на Эрнесто, который прислушивался у дверного проема. «Есть ли другой путь в лабораторию?»
  
  Она снова покачала головой. «Меня каждый раз водили одной и той же дорогой».
  
  «А как насчет индейцев? Как они приходят и уходят?»
  
  «Я не знаю. Что вы собираетесь делать?»
  СТРАНИЦА 148
  
  Этого я тоже не знал. Я хотел вытащить Тэслера, и я должен был покончить с Лю и положить конец его дьявольскому плану, но у меня не было четкого плана. Если бы я только мог снова заполучить в свои руки динамит… Лю, вероятно, спрятал его где-то. Он заставил его пережить несколько напряженных минут.
  
  Я подошел к Эрнесто. «Есть ли какой-нибудь другой вход в эти пирамиды?»
  
  Он моргнул, глядя на меня. «Ну, мы могли бы подняться по ступеням снаружи…»
  
  «Снаружи!» — я щелкнул пальцами. — «Если у Лю есть ракетная установка, ему нужно отверстие для неё». Я ухмыльнулся Эрнесто. — «Отлично — может быть, мы сможем удивить их с самого верха».
  
  «Нас двое против десятков!»
  
  «Идем», — сказал я, — «мы должны попробовать».
  
  Мы двинулись обратно по проходу и через большую комнату, затем вниз по ступеням и наклонной дорожке к внешней стене. Путь на всем протяжении был свободен. Когда мы подошли к выходу, я увидел, что на улице почти стемнело. Я осмотрел расчищенную площадку и деревья за ней, но никаких признаков активности не было.
  
  Со стилетом в руке я пошел впереди, устремляясь бегом к джунглям.
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 149
  
  ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
  
  Мы добрались невредимыми. Ни пули, ни стрелы не полетели в нашу сторону, и никто не окликнул нас; несколько птиц, казалось, были напуганы, но в остальном в джунглях было тихо. В каком-то смысле я был удивлен — удивлен тем, что Лю отозвал всех своих людей. Это вызывало у меня смутное беспокойство.
  
  Шейла подсказала ответ. «Индейцы проводят церемонию каждый день на закате. Они молятся и много танцуют в том алтарном зале в рамках подготовки к приближающимся большим святым дням — тем самым, когда они приносят жертвы своим богам в надежде на хороший урожай в этом году».
  
  «Как долго длятся танцы?»
  
  «Час или больше…»
  
  «Они хватятся тебя?»
  
  Она покачала головой. «Я не знаю. Я была там всего один раз, в первую ночь. Подготовка к жертвоприношениям не была частью этого. Это было похоже на обряд благодарения и самоочищения. Думаю, Лю хотел, чтобы я посмотрела, чтобы напугать меня. Индейцы были все раскрашены, и Бог знает, о чем было это пение. Это действительно напугало меня. Это было еще до того, как сюда привезли моего отца. Я не знала, что они собираются со мной делать и зачем я им нужна». Она вздрогнула и обхватила себя руками за плечи.
  
  Сумерки опустились за горизонт, за густую стену деревьев, и джунгли стремительно погружались в темноту. Мы пробирались по краю расчищенной площадки, оставаясь чуть в глубине опушки деревьев, чтобы держать храм в поле зрения.
  
  Когда мы добрались до места, где мы с Эрнесто ранее спрятали ящики, мы откопали мотки веревки, нашу одежду, несколько упаковок концентрированных белковых продуктов и запасные патроны. Затем мы снова двинулись в путь, пока не стало слишком темно. Я хотел добраться до другой стороны храма, подальше от этой тропы, ведущей к дороге, и достаточно далеко от входа в храм, чтобы никто случайно на нас не наткнулся.
  
  По мере продвижения удерживать храм в поле зрения становилось всё труднее. С темнеющим небом зеленая растительность, покрывавшая пирамиду, сливалась с джунглями и скрывала её очертания. Было легко уйти в сторону под углом и потерять её окончательно.
  
  Мы срезали путь обратно через лицевую сторону храма, где находились расчищенная площадка и вход, и обнаружили, что другая сторона была совершенно непроходимой: лианы и деревья росли сплошной стеной вплотную к храму.
  СТРАНИЦА 150
  
  Воздух стал прохладным, когда солнце зашло, и я был рад рубашке, которую надел. В моем плече и руке было такое ощущение, будто они обложены горячими углями, но боль притупилась до постоянной пульсации. Я знал, что Эрнесто тоже испытывает боль, но он ничего не говорил.
  
  В нескольких ярдах от входа в храм я остановился, принюхиваясь к воздуху. Я уловил запах дыма и вгляделся сквозь деревья. Жестом приказав остальным ждать, я пополз вперед.
  
  Дым шел от лагеря, где жили индейцы. Там были хижины — две грубые, овальной формы постройки из палок с открытыми стенами и соломенными крышами. Под одной из них сидел старик, сгорбившись над маленьким костром, и поворачивал кусок мяса на деревянном вертеле, сооруженном из раздвоенных веток.
  
  Я осмотрелся, мало что различая при свете костра. Лагерь казался пустым, за исключением старика. Я смог разглядеть несколько скатанных соломенных циновок, сложенных вместе под соседней хижиной — спальные места. Никакого арсенала оружия не было. Эрнесто говорил, что майя были мирным народом, и я начинал верить ему, несмотря на то, сколько раз они чуть не убили меня. Они заводились, когда доктор Лю убеждал их, что мы представляем угрозу, что мы иностранцы, которые нарушат их церемонии и прогневают их богов.
  
  Бесшумно я двинулся обратно к Эрнесто и Шейле. Не было никакого смысла входить в лагерь деревни; лучше было не оставлять следов нашего присутствия. Если бы мы смогли держаться подальше от индейцев и людей Лю до наступления темноты, я, возможно, сумел бы снова проникнуть внутрь храма незамеченным и найти динамит для еще одной попытки.
  
  Каким-то образом я должен был выполнить свою миссию.
  
  Хватились ли они уже Шейлы? Поскольку Тэслер работал в лаборатории с Лю, они могли на какое-то время забыть о ней. Но как только они найдут охранника мертвым, они поймут, что что-то стряслось. Всё это место будет переведено на режим повышенной тревоги.
  
  Мы выбрали место у угла храма, достаточно близко, чтобы держать расчищенную площадку в поле зрения, но достаточно далеко, чтобы оставаться невидимыми в кустарнике. Небо было черным, и птицы замолкли. Нарастающая тишина была неестественной и пугающей.
  
  Я изучал возвышающийся над нами храм, пытаясь выбрать место для начала подъема. Внешняя стена когда-то представляла собой четко высеченные ступени, каждая около фута в высоту и восемь дюймов в глубину. Эрозия времени разрушила многие участки и покрыла всю поверхность мхом и лишайником. Из расщелин, где за долгие годы скопилось достаточно земли, чтобы удерживать их, прорастали деревья.
  СТРАНИЦА 151
  
  Вся пирамида выглядела точь-в-точь как огромный земляной холм, являющийся естественной частью ландшафта. Но склон был крутым; человек мог сломать там шею, особенно в темноте.
  
  Тем не менее, это должно было быть сделано. Я должен был остановить доктора Лю. Каждый час, который Тэслер работал над формулой топлива, делал мою задачу всё более неотложной. Лю казался непобедимым, но я должен был добраться до него.
  
  Мы отдыхали, собираясь с силами для этого испытания. Через некоторое время мы услышали голоса. Индейцы возвращались в свой лагерь на ночлег. Когда несколько часов спустя в джунглях воцарилась тишина, мы устроили Шейлу в укрытом месте у подножия храма. Я обмотал моток веревки вокруг своего тела и заткнул за пояс маленький киркан. Эрнесто взвалил на плечо другой моток веревки; я видел напряжение на его лице. Я не знал, выдержит ли он подъем по крутой стене храма, но он был мне нужен, и я надеялся, что он продержится. Он был хорошим человеком, и он мне нравился.
  
  «Не двигайся ни при каких обстоятельствах», — сказал я Шейле. — «Оставайся на месте».
  
  Она сказала: «Мне страшно…» Её голос дрожал.
  
  Я обнял её за плечи и сжал их. «Ты зашла так далеко. Не сдавайся сейчас. Мы собираемся проверить, сможем ли мы вытащить твоего отца. Держись за эту мысль, детка — возможно, ты еще получишь тот отпуск, ради которого приехала».
  
  Она боролась со слезами и храбро кивнула. Я улыбнулся, когда она произнесла слова, которые большинство женщин чувствуют себя обязанными сказать: «Будь осторожен…» Она потянулась вверх и нежно поцеловала меня.
  
  Я удерживал её на мгновение, думая о том, как приятно было бы бездельничать с ней на пляже, не думая о подстерегающей вокруг опасности. Но это было делом будущего. Даже в это самое мгновение доктор Лю мог снаряжать свою смертоносную ракету, готовя её к полету — кто знает куда?
  СТРАНИЦА 152
  
  Вздохнув, я отстранился. «Я вернусь к рассвету…» Я сделал знак Эрнесто, и мы начали взбираться по склону пирамиды.
  
  Просто глядя на неё, я понимал, что это будет очень трудная работа. К тому времени, как мы поднялись на десять футов, это казалось невыполнимым. Мох и разросшаяся трава на камнях делали их скользкими, как мокрый лед. На каждые два шага вперед мы соскальзывали на три назад. Мои пальцы были ободраны до крови оттого, что я цеплялся между камнями, а мои раны отозвались новой неистовой болью, стоило порванным мышцам включиться в работу.
  
  Нам приходилось останавливаться и отдыхать через каждые пару футов. Эрнесто кряхтел, но ни разу не пожаловался. Он был бледным, и с него градом катился пот. Я передал ему флягу. «Только сделай глоток…»
  
  «Хорошо», — прошептал он, — «я в порядке».
  
  В его голосе звучала нотка отчаяния, словно он хотел закончить дело до того, как иссякнет его решимость. Мы снова двинулись в путь, подтягивая себя наверх, соскальзывая назад, подталкивая друг друга, протискиваясь между упрямыми стволами деревьев, сражаясь с колючими зарослями. Я потерял счет времени, пока мы карабкались и отдыхали, тяжело дыша и подбадривая друг друга.
  
  Затем, когда мы тащили себя вверх, Эрнесто схватил меня за руку: «Слушай!»
  
  Внизу под нами послышались звуки. Мы не могли видеть расчищенную площадку, но там, похоже, шло какое-то оживление, поскольку всё больше индейцев возвращалось в свой лагерь. Было поздно, и я гадал, почему Лю задерживал их так долго. Не возобновил ли он наши поиски? Струйка дыма и запах готовящегося мяса донеслись наверх, и у меня заурчало в животе. Мой живот прилип к ребрам.
  
  Индейцы в джунглях никак не могли нас увидеть. Мы вернулись к текущей задаче, волоча себя вверх. Время от времени сорвавшийся камень со стуком летел вниз, сдвинутый со своего векового места, но ни один из них не падал далеко. Было слишком много зарослей.
  СТРАНИЦА 153
  
  К тому времени, как мы приблизились к вершине храма, луна уже давно миновала деревья. Я был уверен, что мы карабкались несколько часов. Эрнесто больше не мог скрывать боль; его лицо было искажено ею, и каждый раз, когда мы отдыхали, он сидел, опустив голову и тяжело дыша. Он потерял много крови и заметно слабел. Сможет ли он удержать веревку, если мне придется спускаться в лабораторию?
  
  Я видел светящийся радар над нами и проследил за его основанием, чтобы точно определить местонахождение лаборатории. Длинная полоса света разливалась по склону храма прямо под ним. Когда я подобрался ближе, я увидел, что это вентиляционное отверстие. Я взглянул на Эрнесто и прижал палец к губам, призывая к тишине.
  
  Он кивнул, и мы поползли к вентиляционному отверстию, распластавшись на крутом склоне и продвигаясь на животе. Это был длинный узкий проем, протянувшийся примерно на двадцать футов по одной из сторон пирамиды. Я был удивлен его размеру, пока не понял, что доктор Лю, должно быть, приказал расширить первоначальное отверстие. Оно было около восемнадцати дюймов в высоту, укрепленное поддерживающими камнями с интервалом в два фута. Никакого стекла или покрытия там не было.
  
  Непосредственно над и под длинным вентиляционным отверстием растительности практически не было; её всю срезали, чтобы обеспечить свободный приток воздуха. Осторожно приподняв голову, я заглянул внутрь. Мы находились прямо над лабораторией Лю. Внизу располагался ряд ламп, уничтожавший любые тени в самой лаборатории, но погружавший потолок в темноту. Никто не мог увидеть нас из глубины лаборатории, глядя мимо ярких огней. Я мог видеть большую часть комнаты, стол Лю и компьютер, который он использовал в сочетании со своим прибором для контроля мыслей.
  
  Сначала мне показалось, что комната пуста. Затем я услышал голос Тэслера; слова долетали до нас с поразительной четкостью. Я присмотрелся и обнаружил Тэслера и Лю, стоявших у одного из верстаков за ширмой из испытательного оборудования.
  СТРАНИЦА 154
  
  Тэслер сказал: «Я сделал то, что вы просили — теперь сдержите свое обещание».
  
  Доктор Лю потирал руки, как будто только что выиграл в лотерею. Он сказал: «Не так быстро, мой друг. Сначала мы должны убедиться, что топливо работает…»
  
  «Вы думаете, я стал бы пытаться обмануть вас?» Голос Тэслера выдавал его усталость и разочарование.
  
  «Возможно, и нет — но мы всё равно протестируем топливо. Это хорошая научная процедура». Мне показалось, что он намеренно изводит пожилого человека.
  
  «В этом нет необходимости!» — сказал Тэслер. — «Боже правый, я сделал всё, что вы хотели. Наши образцы показали идеальный результат, так что теперь у вас есть формула. Вы обещали отпустить Шейлу. Я хочу видеть её». Тэслер выглядел бледным и изнуренным.
  
  Лицо Лю стало холодным и жестким. «Вы будете делать именно то, что я скажу. Когда я буду готов…» Он отвернулся и рявкнул приказ кому-то, кого я не мог видеть. Четверо китайцев в белых халатах подошли к верстаку и забрали лоток со стола перед Тэслером. Он сделал невольное движение, чтобы остановить их, а затем опустился на табурет, совершенно сломленный.
  
  Лю с презрением посмотрел на старика, затем пересек лабораторию вслед за техниками и нажал переключатель на одном из больших пультов. Внезапно включился двигатель, и Лю некоторое время изучал график. Платформа у потолка начала медленно опускаться, двигаясь на мощных пневматических рычагах, прикрепленных к… На подъемнике находился объект в форме ракеты, который блестел в ярком свете.
  
  Эрнесто затаил дыхание. Мы смотрели на ракету Лю!
  
  Я нахмурился, наблюдая, как Лю стоит, уперев руки в бока, пока подъемник опускается. Его ассистенты собрались вокруг…
  
  СТРАНИЦА 156
  
  …него. Слушая то, что он им говорил. Я не мог расслышать, что именно говорилось, из-за постоянного шума огромного подъемника, но Лю, очевидно, давал им инструкции.
  
  Когда подъемник остановился на уровне пола, ассистенты направились к блестящей ракете и начали снимать панели с хвостового отсека. Используя инструменты с электроприводом, они быстро и эффективно разобрали часть отсека. Доктор Лю ходил вокруг ракеты, наблюдая за ними, поправляя здесь, указывая на что-то там. Когда панели были сняты, Лю наклонился над хвостовым отсеком и руководил тем, как люди брали материалы с лотка Тэслера и вставляли их в отверстие. Там был большой цилиндр, который, должно быть, содержал твердое топливо, разработанное Тэслером. Он выглядел как длинная толстая сигара и казался едва ли способным отправить ракету за тысячи миль, но Тэслер был очень близок к успеху с этим топливом еще на мысе Канаверал. Ему не потребовалось много времени, чтобы усовершенствовать и протестировать финальные ингредиенты и собрать весь узел… под контролем Лю с помощью прибора для фиксации мыслей.
  
  Была проведена серия небольших испытаний, при этом Лю внимательно следил за шкалами нескольких приборов, а затем вносил определенные коррективы. Через короткое время он распорядился вернуть панели на место.
  
  Лю выглядел как сытый кот. Я наблюдал за ним с замиранием сердца. Он получил то, чего хотел.
  
  Пока панели закрывали, я изучил комнату. Индейцев не было видно, только Лю, его восточные ассистенты и доктор Тэслер.
  
  Лю громко сказал Тэслеру: «Итак — дело сделано. Я поздравляю вас, доктор, с вашей точностью по времени. На рассвете запланирован полет американской ракеты. Когда моя ракета последует по её траектории и присоединится к ней, они нанесут удар по складу боеприпасов в Вранске, и в этом обвинят американцев».
  СТРАНИЦА 157
  
  Тэслер вскочил на ноги: «Вы изверг! Тысячи людей погибнут ни за что — вы не можете этого сделать…»
  
  «Я могу, и я это сделаю. Мы ждали этого момента месяцами. Мое правительство готово, застыв в ожидании сигнала к атаке. Ваша глупая страна и русские будут слишком заняты войной друг с другом, чтобы заметить наше пересечение границы. Россия сосредоточит свои силы за рубежом, и это оставит её ослабленной на внутреннем фронте. К тому времени, как она поймет, что происходит, в наших руках окажется весь массив суши Восточного полушария. А я стану министром обороны! Я буду управлять судьбой моей страны».
  
  Доктор Лю был подобен пьяному человеку — его глаза были затуманены безумием. Но в его логике не было безумия. Всё могло произойти именно так, как он сказал. Если эта ракета взлетит, ничто не сможет остановить ответный удар русских и полномасштабную войну, которая за этим последует. Этот открытый акт агрессии станет фактом, который никто не сможет отрицать. Война начнется автоматически.
  
  Я смотрел на блестящую длину Этой Штуки, которая разрушит мир. Я ни секунды не сомневался, что Лю собирается сделать именно то, что сказал.
  
  Я должен был убить Лю и сделать так, чтобы ракета не смогла оторваться от земли. Возможно, я не смогу повредить стального монстра, но я могу уничтожить людей, которые его создали — если они не уничтожат меня первыми.
  
  Высунувшись через вентиляционное отверстие, я попытался заглянуть во все углы комнаты, чтобы определить, где находятся охранники, но не смог ни одного заметить. Мне придется рискнуть. Повернувшись, я сделал знак Эрнесто, а затем начал привязывать веревку к одной из опор вентиляции. Ассистенты Лю стремительно завершали свою работу над панелью ракеты.
  
  Эрнесто был рядом со мной, всё еще тяжело дыша и оберегая покалеченное плечо. Я увидел темное пятно на его рубашке там, где у него снова началось кровотечение. Он и так потерял слишком много крови — я надеялся, что он не потеряет сознание. Я прошептал ему, чтобы он хорошенько осмотрел комнату. «Сначала мы вырубим людей у ракеты…»
  СТРАНИЦА 158
  
  Он кивнул и осмотрел свой пистолет. По выражению его лица я видел, что он считает наши шансы остановить Лю очень мизерными, но Эрнесто был готов к игре. Он пойдет до конца.
  
  Веревка у меня была привязана и смотана, готовая к сбросу. Если мы сможем вытащить Тэслера по ней, мы сможем спуститься обратно по склону пирамиды до того, как кто-либо сможет организовать погоню. При исключительном везении они и не поймут, как мы пришли и ушли. Я рассчитывал на то, что охранникам из других частей храма потребуется время, чтобы собраться и сообразить, что делать.
  
  Лю отошел к стене, вне зоны досягаемости, пока техники у ракеты закручивали последние болты. Я посмотрел на Эрнесто, чье лицо было бледным в призрачном лунном свете, который теперь заливал храм.
  
  «Я в порядке», — тихо сказал он.
  
  «Крепкий малый», — сказал я, вспоминая слова Дигби из «Красавчика Жеста». Я снял с предохранителя свой автомат и прицелился в ближайшего человека. Эрнесто навел мушку на другого.
  
  Я выстрелил, и мужчина упал, закатившись и скрывшись из виду под платформой подъемника. Остальные техники на мгновение замерли, открыв рты от изумления. Выстрел Эрнесто развернул одного из них, и тот закричал. Второй выстрел прикончил его, когда он, спотыкаясь, попятился назад через табурет. Эрнесто выстрелил снова, когда остальные бросились врассыпную.
  
  Доктор Лю подпрыгнул и рванулся к своему столу. Мой первый выстрел разнес стол прямо перед ним, второй попал ему в бок и заставил упасть на одно колено. Он скрылся из виду под столом, но я знал, что он не мертв.
  
  У двери за рабочими столами поднялась суматоха. Несколько вооруженных солдат ворвались внутрь, но мое внимание было приковано к Лю, который что-то кричал им по-китайски, указывая наверх. Мои выстрелы заставили его поспешно ретироваться. Охранники начали стрелять мимо ярких ламп по вентиляционному отверстию, которое они могли видеть лишь смутно. Большинство их пуль рикошетило от потолка, пока они пытались поймать наш прицел. Я прицелился и уложил одного из них, а Эрнесто подстрелил другого до того, как они нырнули обратно под защиту верстака.
  СТРАНИЦА 159
  
  В течение нескольких мгновений они заставляли нас попотеть, отвечая на их огонь. Я перебегал вдоль длинного вентиляционного отверстия, делая всё возможное, чтобы казалось, будто нас там десять человек вместо двух. Горячий свинец врезался в камень вокруг нас, откалывая кусочки и осыпая нас острыми осколками. Один выстрел прошел слишком близко от моей головы.
  
  Но в конечном счете преимущество было на нашей стороне: мы видели их гораздо лучше, чем они нас. По какой-то причине никто не пытался погасить свет… или, возможно, выключатель был на виду, и никто не хотел умирать так быстро. Лю всё еще выкрикивал приказы, но в ответ ничего не происходило.
  
  Во время затишья в стрельбе я поискал глазами Тэслера. Он растянулся на полу под рабочим столом. На мгновение я подумал, что он поймал шальную пулю — но затем он зашевелился и поднял голову. До сих пор Лю не пришло в голову застрелить его — я надеялся, Тэслер понимал эту вероятность и будет держать голову опущенной.
  
  Но Тэслер не был глуп. Он знал, что какая бы чертовщина здесь ни происходила, она была в его пользу. Он встал на колени и начал швырять колбы с химикатами с лабораторного стола в верстак, за которым укрылись охранники. Я не знал, что в них было, но судя по реакции охранников, это была не газировка. Они повскакали и бросились бежать. Мы с Эрнесто подстрелили двоих, а последний, прихрамывая, выскочил в дверь и скрылся.
  
  Тэслер продолжал непрерывный обстрел стеклом, которое разлеталось вдребезги, подобно миниатюрным бомбам. Я наклонился внутрь комнаты, пытаясь найти Лю.
  СТРАНИЦА 160
  
  За свои старания я получил пулю под мышку. Она прожужжала, как злая пчела, ужалив меня. Я мельком увидел Лю, с пистолетом в руке, ныряющего от одного стола к другому в попытке сделать второй выстрел. Надо отдать ему должное. У него было мужество. Я знал, что он ждет подкрепления, которое могло появиться в любую секунду. Эрнесто тоже выстрелил в него, лишая его равновесия. Затем пистолет Эрнесто опустел, и он отпрянул назад, чтобы перезарядить оружие.
  
  На мгновение в лаборатории воцарилась тишина. Запах сгоревшего пороха поднялся наверх. Я увидел, как рука Тэслера замахнулась, а затем выпустила химический стакан, который пролетел по дуге и разбился за высоким столом. Доктор Лю на мгновение выкатился в поле моего зрения, выкрикивая что-то по-китайски. Мой первый выстрел лег вплотную к нему, и он разрядил свой пистолет в моем направлении. Его пули ложились повсюду вокруг меня. Он стрелял слишком быстро и в ярости. Я тщательно прицелился, пока он лежал на спине, обхватив пистолет обеими руками и щелкая курком по пустому патроннику. Я выстрелил ему чуть ниже подбородка. Он дернулся, вскинув пистолет вверх; мой второй выстрел попал ему между глаз.
  
  «Вильгельмина» была пуста, но её последняя пуля сделала свое дело. Не сводя глаз с тела Лю, я полез в карман за патронами и перезарядил «Люгер». Затем я позвал Тэслера.
  
  «Я сбрасываю веревку. Обвяжи её вокруг себя».
  
  Он встал. «Где Шейла?»
  
  «Она в безопасности». Я сбросил веревку вниз.
  
  Он протиснулся к ней, оглядываясь через плечо на дверь. Там что-то зашевелилось, и Эрнесто отправил выстрел, врезавшийся в каменную стену коридора. Я мог представить, как пуля рикошетит дальше по проходу.
  
  Тэслер добрался до веревки и быстро обвязал её вокруг тела. Я положил «Люгер» на камень рядом с собой и начал вытягивать его наверх. Он был тяжелым как черт.
  СТРАНИЦА 161
  
  «Следи за дверью», — прохрипел я Эрнесто. Подвисший в воздухе Тэслер был отличной мишенью.
  
  Мне казалось, что вытягивание его на уступ длилось целую вечность. Он перевалился через камни, пока мы с Эрнесто тащили его за собой.
  
  «Боже мой, я думал, вы мертвы! Лю сказал мне…»
  
  «Лю преувеличивает», — сказал я.
  
  Эрнесто схватил меня за руку. «Смотри!»
  
  Один из ассистентов лаборатории полз по полу, оставляя за собой кровавый след. Он преодолел около десяти футов от стола до пульта управления приборами у стены. Он подтягивался, чтобы дотянуться до ряда переключателей.
  
  В тот момент, как я выстрелил, Тэслер закричал: «Остановите его!»
  
  Мой выстрел сразил техника, и тот упал, его рука намертво зажала рукоятку переключателя, и его вес потянул рычаг вниз, когда он падал.
  
  «О боже», — ахнул Тэслер. — «Он запустил боеголовку!»
  
  Я опустился, тупо уставившись вниз. Зажужжал двигатель, и темный участок на склоне пирамиды начал откидываться назад. Пусковая платформа на полу поднималась, блестящая боеголовка словно насмехалась надо мной. Лю был мертв, но объект его работы всё еще жил и пульсировал вопреки всему, что я мог сделать. Стальной нос приподнялся, указывая в небо. Теперь в нем было достаточно твердого топлива, чтобы перенести его через полмира и выполнить свою смертоносную миссию.
  
  Я схватил Тэслера. «Есть какой-нибудь способ остановить её?»
  
  Он покачал своей седой головой. «Это автоматическая система. Когда платформа достигает вершины, она приводит в действие спусковой механизм, и ракета взлетит».
  
  В ярости я открыл огонь по рычагу подъемника, посылая пули, которые со свистом отлетали от стали, не оставляя на ней вмятин. Ругаясь, я пополз в сторону, пытаясь добраться до пускового проема раньше, чем туда поднимется платформа.
  
  Я полз на четвереньках, делая всё возможное, чтобы удержаться на скользких камнях, когда мое тело запуталось в…
  СТРАНИЦА 162
  
  …свисающей лиане и чуть не сбросило меня головой вперед по крутому склону пирамиды.
  
  Впереди меня светящийся квадрат начал сужаться, по мере того как ракета входила в проем. Вблизи она казалась огромной — гладкоствольный монстр, неумолимо встающий на место со щелчками и треском, пока механизм тяжело двигал его, а затем замер с содроганием. Я опоздал. Я отпрыгнул назад, хватаясь за камни и карабкаясь по тому же пути, каким пришел. Ракета воспламенилась оранжевым взрывом, выбросив яркую вспышку света, которая ослепила меня и осветила окружающие джунгли, словно в самый яркий день. Звук составлял лишь десятую часть от запуска на мысе Кеннеди, но он отбросил меня назад, заполнив мою голову так, что мне показалось, будто мои барабанные перепонки лопнут.
  
  Уцепившись за склон пирамиды, я наблюдал, как ракета со свистом уносится в небо, оставляя за собой густой шлейф дыма и пламени. Через несколько мгновений она была уже далеко над темным Карибским морем. Мы проиграли.
  
  Я на ощупь пробрался обратно к Эрнесто. Тэслера не было.
  
  «Где он?» — потребовал я ответа.
  
  Эрнесто указал на лабораторию. «Он спустился обратно. Я не смог его остановить».
  
  Я перемахнул через вентиляционный проем и пошел вниз по веревке перебирая руками, не обращая внимания на свои раны. На полпути вниз я увидел Тэслера, который склонился над телом Лю, стягивая прибор для фиксации мыслей с запястья покойного.
  
  Я закричал ему: «Ради Бога, Тэслер…»
  
  «Уводите Шейлу, пожалуйста».
  
  «Она не уйдет без вас!» Я спрыгнул с веревки и подбежал к нему.
  
  «Я должен попытаться…»
  
  «Попытаться сделать что?» Этот человек сошел с ума?
  
  Тэслер поднял ячейку памяти, которую он вытащил из наручного устройства. «В гаджете Лю был изъян. Он работал непрерывно — он не мог его выключить. Если он не очищал цепи, чтобы сбросить его, прибор записывал его мысли».
  
  
  
  СТРАНИЦА 163
  
  Я уставился на него, пока идея, которую он преследовал, медленно доходила до моего мозга.
  
  Он сказал: «Это должно показать нам, куда направляется ракета — это, должно быть, была его последняя мысль». Он опустил ячейку памяти в компьютер и активировал её.
  
  Я покачал головой, не понимая. «Какая нам от этого польза?» Позади себя я услышал шум в проходе. Охранники перегруппировывались и возвращались. Я потянулся за своим «Люгером».
  
  Тэслер не дал себе труда ответить. Он был занят чтением распечатки. Затем он бросился к пульту управления.
  
  Я повернулся лицом к двери, когда вошли около полудюжины китайских охранников. Я уложил первых двоих, остальные споткнулись о тела, стреляя наобум. Я подстрелил еще одного и нырнул на пол, когда Эрнесто начал стрелять сверху. Это на мгновение сбило их с толку, и я уложил еще двоих, пока они отступали, крича и беспорядочно отстреливаясь. Я крикнул Тэслеру, чтобы он лег, но он проигнорировал меня. Пуля разнесла стол рядом с ним, но он даже не шелохнулся.
  
  Мы с Эрнесто продолжали стрелять по всему, что двигалось. Охранники стреляли из-за двери, пытаясь прикрыть нападавших мужчин, которых заставили отступить, как только они ворвались. Это была ожесточенная перестрелка в течение нескольких минут, пока вдруг китайцы не прекратили стрелять.
  
  У меня было время взглянуть на Тэслера, работающего за пультом. Затем стрельба возобновилась, и я забыл о нем. Кто-то забросил гранату, но она приземлилась в сорока футах справа от меня — и взорвалась с огромным грохотом, разбив все стекла в большой комнате. Я перекатился под тяжелый деревянный стол и закрыл лицо. Стол приподнялся на несколько дюймов и опустился обратно.
  
  Затем я понял, что Эрнесто больше не стреляет.
  
  Я посмотрел вверх на вентиляционное отверстие. Он свисал с уступа, его голова и плечи были внутри комнаты. С первого взгляда я понял, что он мертв.
  СТРАНИЦА 164
  
  В холодной ярости я выстрелил в дверной проем и увидел, как один из охранников рухнул от моей пули. Еще одна граната закатилась всего на несколько футов в комнату и взорвалась с оглушительным ревом. Кто-то закричал в проходе…
  
  В комнате кружился дым, густой и едкий. Я должен был быстро вытащить Тэслера — рано или поздно одна из гранат упадет слишком близко…
  
  Я повернулся к Тэслеру, когда из двери раздалась очередь выстрелов. Он огляделся, как будто только что заметил стрельбу, и пуля вонзилась ему в живот. Его глаза расширились, а рот открылся. Он направился ко мне, а затем рухнул на пол.
  
  «Тэслер!» — закричал я. Я разрядил «Люгер» в мужчин в дверном проеме, увидав, как их отбросило назад. В комнате воцарилась тишина.
  
  Я поднялся, загоняя новую обойму, надеясь, что кто-нибудь покажется. Никто не показался. Я побежал к двери, всё еще оставаясь холодным внутри, закипая для боя. Я чуть не споткнулся об одного из них перед дверным проемом. У мертвого охранника на поясе висела сумка с гранатами. Я сорвал её и заглянул за дверь. Проход был усеян телами, но в полумраке я заметил вспышку движения. Выдернув чеку из гранаты, я швырнул её вдоль коридора.
  
  Когда она взорвалась, я шагнул в коридор и швырнул вторую гранату, еще дальше. Я бы уничтожил их всех, если бы мог. Я бросил еще две, услышал, как они грохнули, и стал ждать.
  
  Не было слышно вообще ни звука, за исключением медленного капания химикатов из разбитого стекла в лаборатории.
  
  Я повернулся и побежал обратно к Тэслеру. Он был еще жив; его лицо было белым, как его лабораторный халат там, где его не испачкала кровь.
  
  «Я вынесу вас отсюда», — сказал я.
  СТРАНИЦА 165
  
  Он поднял одну руку к груди, не обращая внимания на страшную рану в животе. «Сердечный… приступ. Нет… времени — уводи Шейлу…» Больше он ничего не мог сказать.
  
  «Не беспокойтесь о Шейле», — пообещал я ему. — «Я заберу её обратно».
  
  «Поторопись…»
  
  «Доктор Лю мертв», — сказал я ему с удовлетворением. — «А из остальных осталось слишком мало, чтобы завязать бой. С нами всё будет в порядке».
  
  «Ты… не понимаешь».
  
  «Нет, я понимаю», — сказал я, пытаясь поудобнее устроить его на жестком полу.
  
  «Нет — нет времени…» Его дрожащая рука попыталась оттолкнуть меня. «Уходи… быстро…»
  
  Отчаяние в его голосе пробудило во мне что-то.
  
  Он боролся за дыхание. «Ракета… р-р-»
  
  «Что с ракетой?»
  
  Его глаза закрылись, а дыхание стало не более чем вздохом. На одно долгое мгновение я подумал, что он испустил дух, но ему удалось снова открыть глаза и посмотреть на меня.
  
  «Я… перенастроил управление». Долгая пауза. «Ракета возвращается… обратно».
  
  Мое сердце начало глухо стучать в груди. Возвращается обратно! Внезапно я вспомнил объяснение Тэслера о системе управления Лю, которая могла отклонять ракету в полете. «Она возвращается сюда?»
  
  «Д-да…»
  
  Я уставился на него. Он закрыл глаза, словно засыпая, и его лицо расслабилось. Пульса у него не было.
  
  Я вскочил на ноги, голова шла кругом — ракета разнесет храм в пух и прах! Я помчался по коридору, спотыкаясь о тела и обломки, схватив настенный факел, сбегая по лестнице, держа «Люгер» перед собой. Я не знал, остался ли кто-нибудь в храме, но если бы я встретил их…
  СТРАНИЦА 166
  
  Я пересёк большую комнату. Никого на страже не было. Я скатился по лестнице и бросился в наклонный проход у входа. На расчищенной площадке стояла небольшая группа индейцев, которые лопотали и спорили о чем-то. Я сделал два быстрых выстрела над их головами и увидел, как они бросились врассыпную.
  
  Мои легкие работали с трудом, когда я добрался до места, где оставил Шейлу. Она услышала мои крики и встала, широко раскрыв глаза, дрожа от безымянного страха.
  
  «Что случилось?»
  
  Я потащил её за собой через расчищенную площадку. Я понятия не имел, сколько времени у нас осталось — минуты, возможно. Шейла упиралась, но я не смел замедлять шаг. Накатом чистой силы я тащил её за собой, заставляя бежать. Она закричала на меня: «Что ты делаешь? Мой отец…!»
  
  «Твой отец не придет».
  
  Она попыталась повернуться, вырваться от меня. Я схватил её за руки, подталкивая, крича ей на ухо: «Он мертв! И мы тоже будем мертвы, если ты не побежишь!»
  
  Это потрясло её. Она позволила мне тащить её за собой, ничего не говоря. Когда я рискнул бросить взгляд на её лицо, я увидел, что она плачет. Она знала, что я говорю правду, и ей было страшно. Мы бежали изо всех сил, как только могли.
  
  Мы вернулись на тропу, которая вела к храму. Было темно, и нам пришлось замедлить ход, чтобы сверяться с дорогой по факелу. Мы миновали место, где мы с Эрнесто спрятали ящики с припасами, и здесь я оказался на более надежной почве. Мы бежали трусцой так быстро, как только позволяла неровная тропа. Я продолжал оглядываться через плечо, задаваясь вопросом, смогу ли я увидеть возвращающуюся ракету. Дым и пламя от факела посылали полосы света в окружающую зелень, делая тени более глубокими и коварными. Несколько раз мы чуть не растянулись в зарослях, когда тропа резко сворачивала, а я не замечал этого вовремя. Шейла была как автомат — двигалась вместе со мной по команде. События развивались для неё слишком быстро.
  СТРАНИЦА 167
  
  Когда мы добрались до поляны, где приземлялся вертолет, она выбилась из сил, ловя ртом воздух и пытаясь опуститься на землю от изнеможения. Она не могла идти дальше.
  
  Я вгляделся в ночное небо и мне показалось, что я увидел далекий огненный след, похожий на хвост кометы. Возможно, мое воображение работало сверхурочно, но я не стал ждать, чтобы проверить. Схватив Шейлу на руки, я побежал к кустам и рухнул в зеленую чащу. Мы прорвались сквозь густой подлесок и повалились на землю. Я изо всех сил старался защитить её своим телом.
  
  Взрыв осветил небо и с ревом ворвался в ночь. Земля, казалось, заходила ходуном, как при землетрясении. Шейла закричала, когда я схватил её и накрыл своим телом. Пламя взметнулось к небу, словно вырвался на волю могучий вулкан. Прежде чем затих звук первого взрыва, раздались другие — полдюжины более мелких взрывов слились в какофонию шума. Динамит.
  
  Куски скал и обломки начали сыпаться дождем, крупные камни с треском пробивали листву. Я закрыл голову руками и крепко прижал её к себе. Я чувствовал запах едкого дыма и удушливой пыли, которая катилась на нас и накрывала нас.
  
  Прошли, казалось, часы, прежде чем звуки затихли, и я поднял голову. Я не видел ровным счетом ничего, кроме черноты. Между мной и звездами плыла завеса дыма.
  
  «Ты в порядке?» Я приподнял Шейлу и обнял её.
  
  Она кивнула, прижимаясь ко мне и рыдая, уткнувшись в мою окровавленную рубашку.
  
  Я дал ей посидеть какое-то время, затем мы поднялись и медленно, осторожно двинулись обратно к поляне. Факел, который я выронил, всё еще тлел. Я покрутил им над головой, и он снова разгорелся. Шейла уставилась в сторону всё еще горевшего холма, где когда-то стоял храм. Слезы катились по её запыленным щекам.
  СТРАНИЦА 168
  
  Я рассказал ей, что произошло внутри лаборатории. «Твой отец запрограммировал ракету на уничтожение храма. Он спас множество людей от верной гибели…»
  
  Она вздохнула и кивнула, покусывая губу. Я не мог сказать, понимает ли она всё это сейчас.
  
  «Он просил меня забрать тебя отсюда. Это была его последняя просьба».
  
  Она посмотрела на меня в ночи. «Как он умер?»
  
  Я не стал лгать ей. «Пуля и сердечный приступ. Он почти не чувствовал боли. Он ушел мирно».
  
  Она прильнула ко мне. «Уведи меня отсюда, Ник».
  
  
  
  
  СТРАНИЦА 169
  
  ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
  
  Хоук прилетел в Мериду, чтобы убедиться, что международные аспекты улажены. Одним из первых вопросов, который он задал мне, когда я встретил его в аэропорту, был: «Что случилось с прибором фиксации мыслей Лю?»
  
  «Он взлетел на воздух вместе с Лю и всем остальным храмом».
  
  Он вздохнул с разочарованием. «Я так и думал. Очень жаль».
  
  «Послушай, миру без него будет лучше».
  
  Он хмыкнул. «Возможно, возможно».
  
  Мы взяли машину из аэропорта. Я оставил Шейлу в отеле и хотел вернуться к ней как можно скорее, но Хоук заставил меня отвечать на вопросы в течение часа, когда мы добрались до его номера. Он никогда не бывает по-настоящему удовлетворен, пока всё не разложено в идеальном порядке для его педантичного ума. Я прошел по всей истории еще раз, очень внимательно.
  
  Он сказал: «Нам чертовски не поздоровится, если мексиканское правительство проявит твердость из-за этого храма…»
  
  Я спросил его про мыс Канаверал.
  
  «Мы нашли человека, которому поручили следить за работой Тэслера. Это был агент, которого внедрили несколько лет назад». Он продолжил рассказывать мне, как они изолировали подозреваемого. «К сожалению, он уничтожил блок фиксации мыслей, когда наши ребята прижали его». Хоук тяжело вздохнул. «Может быть, оно и к лучшему».
  СТРАНИЦА 170
  
  Я увез Шейлу в Канкун, на прекрасный остров у восточного побережья полуострова. Мои раны заживали отлично, и я был готов наслаждаться солнцем, воздухом и покоем. Очень постепенно Шейла избавлялась от глубокой боли в глазах.
  
  Мы катались на велосипедах по узким дорогам, нашли себе золотой пляж, где в радиусе нескольких миль не было ни души, и разделись донага. Мы плавали и загорали, и когда я протянул руку и притянул её к себе, она была кем угодно, только не той грустной, испуганной девушкой из джунглей.
  
  «Я никогда не думала, что в тебе есть эта сторона», — сказала она.
  
  Я ухмыльнулся ей. «Что ты имеешь в виду?»
  
  «Ты был так ужасно эффективен с пушками, ножами и всем прочим. Мне и в голову не приходило, что ты можешь спокойно посидеть на месте хотя бы полчаса…»
  
  Я повернулся к ней и заглянул в её глубокие синие глаза. «Женщина, тебе еще многое предстоит узнать».
  
  Она улыбнулась, и я увидел в её глазах те ответы, которые хотел.
  
  Я взял её в свои объятия, и мы поцеловались, пока прибой омывал нас. Чайки кружили над головой в лазурном небе — и ни один монстр не поднялся из моря, чтобы напасть на меня. Я напрочь забыл о таких прозаических вещах, как храмы и окровавленные копья, и сосредоточился на Шейле.
  
  Этого было более чем достаточно, чтобы занять мой ум.
  КОНЕЦ
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"