В холодном тумане утра ещё спали деревья, избы, птицы. Я проснулся раньше их. Встал у окна, и вдруг слева направо поплыло передо мной, вдоль туманного села, стадо.
Знобко, сыро, ещё неуютно в природе. Пятна дальних коров еле различимы, размыты, как акварель по сырому ватману.
Медленно идут пастухи с котомками, бредут ещё не проснувшиеся собаки, движутся гуськом, по старшинству, библейские барашки.
Классический туман, низкий, светлый матовый шар солнца висит над стадом. Как у Коро...
Но мат - русский. И у подпаска в руке - транзисторный приёмник.
Стадо прошло, как спектакль, как древнее действо. В холодном, сыром тумане крикнул далёкий петушок, звякнуло ведро, зевнула калитка.
И снова только туман и тишина.
И я долго стоял у белого окна, сомневаясь: было ли на самом деле движение этого средневекового картинного стада или оно приснилось мне?