Размытый путь и вдоль - кривые тополя.
Я слушал неба звук - была пора отлёта.
И вот я встал и тихо вышел за ворота,
Туда, где простирались желтые поля. Николай Рубцов
По утрам, в будни, я торопился из дома на вокзал. Городок маленький, до вокзала пешим ходом добираешься минут за 8-10. Чуть ли не от вокзальных ступенек утром отходил автобус. Прибалтийское небо было по прибалтийски пасмурно, намекающее на возможность дождя. Автобус бодро выбирался по асфальту из городка, чтобы затем свернуть в просёлок и начать петлять между полями, перелесками, хуторами.
Первая остановка, ещё до поворота, ещё - по асфальту. Дверца открылась, вошла Инга Богданова, одна из моих учениц, десятиклассница.
Грунтовка запетляла, огибая островки полей, перелески. В редких лужицах отражалось серое небо, остовы корявых обнажившихся деревьев. Изредка автобус-трудяга останавливался у редких хуторов, подбирая школьников. Айгар запрыгнул, смотрю на его посиневший от холода носик, озябшие ручонки, курточку его явно не сезонную, но главное - глаза, смешливые, с хитринкой. Шестиклассник, держит за ручку Ласму, сестрёнку,она - третьеклассница. Так от хутора к хутору заполняется автобус детворой и их радостным щебетаньем, радостным от этого свежего, не слякотного утра, радостного этими ранними встречами с друзьями.
Была суровой пристань в этот поздний час.
В промозглой мгле, искрясь, горели папиросы,
И тяжко трап стонал, и хмурые матросы
Из тьмы устало поторапливали нас. Николай Рубцов
Огромный аэропорт, то ли в силу своих размеров, то ли в силу своей важности - международный! - равнодушно взирал на нас, своих пассажиров. Нам было не до его равнодушия... Каждый из нас в эту минуту переживал своё...Таможня... Пограничный, паспортный контроль... Хмурые, неприветливые лица, глаза, в которых читается: "Вас много, а я - один(одна).
Но, глядя вдаль и в эти вслушиваясь звуки,
Я ни о чем еще тогда не сожалел... Николай Рубцов
Океан. Хоть и зовётся Тихим, ласковым его не назовёшь. От одной Пристани до другой Пристани... Тепло. Круглый год - лето. Тополя стройные, ухоженые. А рядом с ними кипарисы, пальмы... И дороги... Нет здесь размытых путей, всё "обуто" в асфальт.
Я иду вдоль берега Океана и вспоминаю.
Автобус. Знакомая до каждой кочки, до каждой ямки дорога, иногда поблёскивающая лужицей. Иногда казалось, что и каждое деревце знаю. Вот сейчас будет остановка и войдёт Айгар с сестричкой...
И вдруг такой тоской повеяло с полей!
Тоской любви, тоской былых свиданий кратких...
Я уплывал все дальше, дальше - без оглядки
На мглистый берег глупой юности своей. Николай Рубцов
И нахожу свои строчки, я разговариваю про себя с Поэтом Рубцовым, и нахожу своё продолжение его стихотворению:
Узкой лентою дорога
мимо поля, мимо леса,
мимо сонных хуторов.
Поднимается завеса
из тумана вдоль холмов.
Этот лес и это поле
в паутиночке дождя -
так знакомы мне до боли, -
это родина моя.. Яков Каунатор