Большая Боль с пятницы на субботу заболела и не вышла на общее людскую сцену бытия.
- Где боль, где боль? - Встревожено расспрашивали друг друга заполошные люди.
К полудню всем сделалось как-то неуютно без Большой Боли. Ни чего, ни у кого не болело из телесных органов, а Души человеческие пришли даже в свирепое отчаянье от отсутствия Больших Душевных Болей.
- Так нельзя жить, так нельзя жить! - Кричали одни люди.
- Верните нам нашу Большую Мировую Боль! - Кричали другие люди.
Из-за занавеси бытия вдруг покачиваясь от боли вышла на авансцену жизни сама Большая Мировая Боль.
- Хрен всем вам на рыло! - Басом продекламировала на распев Большая Мировая Боль и рухнула на подмостки жизни в беспамятстве как подрубленный осиновый сгнивший ствол.
Зал жизни затих пораженный правдивостью и натурализмом исполнительских способностей Большой Мировой Болью.
Вышел Большой Дирижер подошел к валявшейся на подмостках Большой Боли взглянул на нее и затем, повернувшись, в сторону массового скопления зрителей трагическим голосом произнес:
- Все люди! Все! Нет теперь с нами Большой Прекрасной Мировой Боли! Жить нам теперь без Мировой Боли! Давайте склоним головы на грудь и примемся скорбеть!
У людей от этих слов Большого Дирижера в зобах дыханье сперло, и они разом все померли как один от удушья. Смерть была легкой без каких либо болевых ощущений.