Я дому моему глаза протру,
и он узрит сквозь сонные ресницы,
как бабочка на утреннем ветру
трепещет и не может приземлиться.
Я выпущу гулять мой клавесин,
и он заковыляет по аллее
сначала в антикварный магазин,
потом на чай к одной знакомой фее.
А я к себе пичужек приглашу,
пока на кресле дремлет кот-проказник,
и хлеба на крылечке покрошу,
и отойду, чтоб не спугнуть их праздник.
О сколько у меня теперь забот,
о сколько щебетанья и печали,
о сколько птичьих маленьких невзгод -
иные пастыри об этом не мечтали!
Круженье, писк, возня из-за куска -
вся боль земли... Но зрячий да не судит:
не так ли боги смотрят свысока
на всё, что бытием считают люди?
О пташки, несуразные как сны,
пугливые, как тайная сердечность,
вам не понять, сколь сильно вы нужны
тому, кто в мимолетном ищет - вечность.
Банты и бабочки, цветы и веера -
любой пустяк велик и драгоценен
в преддверии вселенского костра
где всё сгорит, что любим мы и ценим.
Тогда не будет, милые, меня,
и клавесин домой не возвратится.
И бабочка меж ветра и огня
на свежий прах не сможет приземлиться.
Жан-Филипп Рамо (1683-1764) - великий французский композитор и клавесинист.