Мы видели закат Земли.
Она плыла в кромешном мраке
как детский сон в чумном бараке,
как ангел в угольной пыли.

Сияя слезной синевой,
она беззвучно истончалась,
как будто смертная усталость
ее накрыла с головой.

Нам оставался мёртвый шар,
где кратер - след метеорита - 
чернел в пустыне реголита,
храня давно остывший жар.

Кораблик, вверившись судьбе,
скользил над лунными морями
зависнув меж двумя мирами
яйцом в железной скорлупе.

И мрак срастался с тишиной,
и мерно вспыхивали звёзды -
чужих цивилизаций гнёзда,
кишащих жизнью неземной. 

А плоть, насельница Земли,
рвалась назад, к родным пенатам,
но дух, что сотворен крылатым,
витал на сто парсек вдали. 

Откуда в смертных эта прыть?
Какие нами правят силы?
Дерзать, презрев покой могилы:
не важно - жить, важнее - плыть.